Часть 16

Кларенс предполагал, что адвокат станет избегать и без того редких встреч. И оказался прав – с момента его последнего сообщения прошло уже несколько дней, но они даже мельком не пересеклись. Зато рассказ адвоката до треклятого поцелуя, смешавшего все мысли, навел его на идею по делу – впервые что-то казалось похожим на реальную зацепку. Да и очень удачно совпало с сообщением от Ларса – он устроил доступ к камерам. Простояв в коридоре достаточно, чтобы убедиться в его пустоте, вошёл внутрь, зная, что его там ждут. - А я не удивлён! – насмешливый голос, надменные нотки: Ларс. – Было забавно наблюдать, как Вы изображали из себя ниндзя, детектив! – Ларс, наигранно зевнув, откинулся на спинку кресла. Кларенс же лишь скрестил руки на груди, глядя на наследника сверху вниз: - Чем меньше людей знает обо всём, тем лучше. - Конечно, лучше! А Вы, детектив? Что знаете Вы? – Ларс теперь хмурился, разглядывая детектива, задержав раздражённый взгляд на кобуре, после недовольно, как-то по-детски, отведя глаза. Взгляд Кларенса упал на один из экранов, на который крупным планом был выведен театральный зал Академии Оазиса. На соседних – коридоры, ведущие в зал, холлы, выходы… Проигнорировав вопрос Ларса, Кларенс заговорил:  - Как понимаю, на записи ничего нет? Ларс зло отвёл взгляд: для него выходка сталкератеперь была слишком личной. «Что ж, теперь не только меня раздражает этот ублюдок!». «Ты про сталкера? Или Ларса?» - от заданного самому себе вопроса он улыбнулся, тут же отмахнувшись от не самого удачного каламбура. - Ничего. Его видно всего на одной камере в зале, когда он наблюдал за результатом. Там и край сцены немного попал: виден Дэм, я и Хлоэ. После – нигде! Будто испарился! - На одной? Разве в зале их не восемь? – Кларенссмотрел на Ларса, желая заметить признаки лжи, но наследник демонстрировал лишь досаду и злость: он говорил правду. - Восемь! Вот только он, ублюдок, явно знал, где у всех слепые зоны: лишь на одной его видно в полный рост, - Ларс щёлкнул мышью, демонстрируя стоп-кадр с записи. Эта камера находилась в верхнем левом углу зала, покрывая всю правую часть зала и часть сцены. – Это как раз между третьим и четвёртым рядом: ублюдок наблюдал за происходящим.  - И даже так недостаточно! – Кларенс выругался, вглядываясь в фигуру в капюшоне и маске: одежда самая обычная, без логотипов и примет. – Что с остальными камерами? Он же должен был как-то попасть в зал! - У остальных слепое пятно – ровно на том месте, где этот козёл выжидал. Когда он бросился прочь, то попал под эту и эту камеры, - Ларс указал на нужные сегменты на мониторе, - но мельком, размыто! – Ларс продемонстрировал ещё несколько стоп-кадров, по которым трудно было что-то понять. – А дальше – его нигде нет! Собственно, как и неясно, откуда он взялся в зале – я просмотрел все коридоры, ведущие в зал – пусто! Вообще никого. Может, конечно, прятался между сиденьями, продвигаясь к сцене – на репетиции был полумрак, камеры с трудом работали…  - Эта камера, - Кларенс указал пальцем на монитор, - выходит прямо на дверь, через которую он выбежал. Но освещение с этой стороны лучше, чем в зале! Он должен был попасть на неё! - Должен, но не попал! – Ларс, подтверждая слова, тут же включил запись: некоторое время на картинке была просто дверь, а после кто-то закрасил линзу камеры всего за пару секунд. - Твою ж! – Кларенс выругался. - Может, проверите камеру? Отпечатки снимете, к примеру? Вы же детектив, как ни как! Кларенс проигнорировал издёвку наследника, да и был уверен – ничего это не даст! - Он из баллончика красил – не было нужды прикасаться к камере! Но… - Кларенс снова и снова всматривался в два монитора – на одном сам зал, на другом – дверь, ведущая в холл: теперь-то камера работала отлично. – Свет бы не помешал в зале! – внезапно он замер, будто что-то нащупал: догадка, которую он шёл сюда проверить, начинала обрастать пусть и едва уловимыми, но всё же гипотезами и косвенными уликами. – Перемотай на ту часть, когда мы все собираемся в зале! Вот на этой камере! – он попросил Ларса вывести на экран запись до падения прожектора. Камера 4 – над верхним центральным входом – отлично видна сцена и большая часть зала, но слепые зоны – правая и левая части зала. Вот только… - И зачем Вам это? – Ларс фыркнул, но выполнил, что от него просили. Сердце Кларенса забилось учащенно:  - Вот! – он указал пальцем в нижнюю часть монитора. - И? Так это же Вы зашли в зал! Так нравится на себя смотреть? Могу Вам эту запись сохранить! – наследник ехидно усмехнулся. Кларенса же теперь было трудно отвлечь такой ерундой: - А что было до того, как я появился на камере? – он забрал у Ларса мышь, отмотав запись на пятнадцать секунд назад: – Темнота, темнота, темнота… - Свет из холла, когда дверь открылась! И?! – Ларс вопросительно посмотрел на детектива.  Кларенс же был доволен: наконец-то что-то начинало вырисовываться. - Включи снова запись в тот момент, когда объект выбегал из зала в ярко-освещённый холл, – Кларенс не хотел показывать нетерпение, охватившее его. Заведя пальцы за ремень, он хищно всматривался в экран, будто в первый раз, хотя и без этого знал, что увидит – память у него была отличная. – Ту камеру, которая висела над выходом, через который он выбежал.  Ларс отмотал запись: темнота. Постоянная. Сплошная. Ни единого светлого пятна за все время.  - Если смотреть по этой записи, то он и не покидал зал, – Ларс озадаченно перематывал запись снова и снова.  - А в холле – светло!  - И?! Он остался в зале и дождался, пока мы уйдём?! Кларенс фыркнул: - Я сделал два выстрела в его сторону и уверяю тебя: когда он открыл дверь, за ней было много света! И это видели все! На камере было бы заметно. - Почему улыбаетесь, детектив? – Ларсу не нравилось, когда он не знал или не понимал чего-то, что знали другие. Тем более, детектив – уж слишком ему не нравилось, как тот постоянно крутился рядом с Хлоэ. Вот только «адвокат» ничего подозрительного или настораживающего об этих двоих до сих пор не сообщала.  - Давай-ка прогуляемся на парковку: смажешь убедить охрану дать доступ к камерам? И базе данных? – Кларенспочти физически ощущал флешку, лежавшую в кармане брюк – он заранее подготовился к проверке базы. Вот только Ларсу об этом пока знать не нужно было.  - Смогу ли? – теперь настала очередь Ларса ехидно усмехаться. – Я – Вьера! Забыли, как эта башня называется?! – наследник поднялся, лениво пряча руки в карманы. – Смогу, но лишь в обмен на то, что тебя так развеселило на камерах: ненавижу, когда кто-то помимо меня устраивает бардак! - На парковке расскажу! Сначала – доступ, потом – информация! – Кларенс усмехнулся, зная, что мотивы у Ларса немного другие – страх за Хлоэ. И детективу приходилось пользоваться этим чужим страхом – Ларс не откажет.  До парковки добирались молча. Помещение охраны этой парковочной секции находилось на уровень выше той парковки, которая его интересовала – с которой их с адвокатом похитили. Ларс не стал медлить и деликатничать – охране перепали неплохие чаевые и потенциальная услуга от Вьяра-младшего. Им же перепал доступ к камерам. - И что ищем? - Три конкретные даты. - Впервые рад, что папаша не экономит на камерах и хранилищах: записи хранятся почти год, - Ларс прислонился к стене каптёрки, наблюдая за всем происходящим через плечо Кларенса – он спешно поставил запись на 23 июня: день, когда упал прожектор. Их ждала лишь темнота – на записи не было ничего. - Выходит, всё же экономит – за 23 июня записей нет. Как и за 29, и за 03 июля. - И что было в эти даты? И почему Вы выглядите довольным, детектив?! Что даст тёмный экран?! Кларенс лишь кивнул, с азартом, который тщательно скрывал, запустил записи с другой камеры: той, что стояла в коридоре, ведущем от лифта к верхнему ярусу парковки. - А на этом ярусе камеры тоже не работали именно в эти дни! Точнее, ночью! – Кларенс знал, что искать: адвокат неосознанно навела на мысль. – Смотри: в каждой записи пропало лишь 15-20 минут.  В подтверждение этого тезиса, Кларенс снова нажал «Play» – запись шла своим чередом через 11 минут после того, как пропала.  - Подождите! Это что, мисс Баллард? – Ларс сделал шаг вперёд, склонившись над детективом. На записи с чёткостью, которой камеры в театральном зале точно могли позавидовать, было видно, как Тейя вышла из лифта, направившись к машине на парковке. «Всего через семь минут после того, как снова пошла запись… Если предположить, что Фанатик убирает с записи себя, то… То она могла столкнуться с ним в лифте» - мысль обеспокоила и обдала холодом, хотя ситуация давно прошла и ничем страшным не обернулась. Вот только беспокойство не уходило.   - Так Вы эту запись хотели, детектив? – Ларс усмехнулся. – Как по мне, так ракурс не особо… эротичный! – он осёкся, перехватив тяжелый взгляд Кларенса. – Не смотрите так гневно, детектив! – Ларс небрежно подмигнул, снова уставившись в монитор. Чуть склонив голову, наследник, будто прочитав мысли детектива, стал серьёзным, заговорил: – Какова вероятность, что она с ним в лифте одна была? – ситуация ему не нравилась: сначала в лифте с ним оказалась Тейя, а завтра могла попасть и Хлоэ. И если безопасность адвоката по отпрядённым причинам его не особо волновала, то с Хлоэвсё было иначе. До холодного кома в животе. Кларенс лишь пожал плечами: это предстояло выяснить у адвоката. После. Сначала он уловил запах – знакомый, свежий, приятный. Слишком знакомый в последнее время. И только после: - Какая занятная картина! Полутёмное помещение, два мужика пялятся на запись, на которой я… Может, мне вас в домогательствах обвинить?! – она фыркнула, наслаждаясь удивлением на их лицах: она снова подобралась совершенно бесшумно. Кларенс нахмурился, снова подмечая эту раздражающую привычку. Однако… - Я Вам не за иски против себя же плачу, не забыли? – Ларс усмехнулся, подмигнув адвокату: Кларенс давно заметил, что адвокат и наследник прочно спелись – так что подобные фразы от них звучали… вполне дружелюбно. Мисс Баллард закатила глаза, после, однако, вонзив их в Кларенса: взгляд прямой, открытый, будто она ничего не скрывала; будто не было его неудобного вопроса в переписке, на который она так и не ответила.  - Полагаю, детектив что-то нащупал?! – она хищно улыбнулась Кларенсу, пробежав по нему весьма откровенным взглядом.  - И я бы с радостью Вас оставил, - Ларс усмехнулся, - да только мне тоже интересно, что же детектив… нащупал? – на последнем слове, которое Ларс выделил голосом, он окинул взглядом фигуру адвоката.  Кларенс даже отшучиваться не стал: нужно было проверить ещё кое-что. Поэтому он сразу перешёл к делу, немного вальяжно откинувшись на спинку стула: - Ну, мисс Баллард, посмотрим: подтвердите ли Вы мои подозрения! – он улыбнулся, глядя ей прямо в глаза, однако тут же продолжил по делу: – Объект попал лишь на одну камеру в зале Академии. Судя по слепым зонам восьми камер – это вполне возможно. Вот только камера в холле напротив выхода, через который он выбежал, была испорчена. При этом на записи с камеры наблюдения над дверью, через которую он выбежал – он лишь тень от освещения зала…   - Даже когда открыл дверь? – Тейя, тут же ухватив мысль, вонзила глаза в Кларенса. - Да вы издеваетесь? – Ларс же недовольно переводил взгляд с адвоката на детектива и обратно: – Вы сговорились?  Вот только ему никто не ответил. Кларенс продолжил: - Да. Мы проверили: когда мы сами заходили в зал, это было видно по световой дорожке от открытой двери, даже когда нас самих на камере ещё не было видно. А его – нет. - И на других камерах тоже? - Видно лишь на камере, на которой видно и сцену, и нас. - А есть камера, на которой он один?  Кларенс улыбнулся: ему нравился ход её мыслей – слишком похож на его собственный. - Нет.   - А на остальных смотрели? - Да – он мастерски шёл по слепым зонам. Она задумалась, закусив палец. А Кларенс теперь мог думать только об этом пальце и губах, которые к нему прикасались. - А то, как он попал в зал, есть на камерах? И снова Кларенс вернулся к делу: - Нет: всё то же самое!  Она ещё немного подумала, переведя взгляд на монитор, на котором была открыта запись с ней же.  - Это ведь день, когда… – она почти забавно склонила голову к плечу, старательно припоминая, когда была сделана запись.  - 29 июня. - Когда предположительно мою машину вскрыли во второй раз? Кларенс кивнул, продолжая следить за тем, как менялось лицо адвоката. - А 03 июля? - Тоже пусто. На 15-20 минут. Видимо, как раз в то время, когда он был у машины.  - Я же говорила, что нужно сменить машины! – в этот раз она строго посмотрела на Ларса: видимо, беседу с наследником адвокат провела, так как тот лишь снова закатил глаза, отмахнувшись. Кларенс и Тейя же продолжали смотреть друг на друга, не произнося ни слова, но, очевидно, придя к одним выводам. - И какой толк от пустой записи? – Ларс снова и снова пытался получить ответ на свой вопрос. Однако… Мысль внезапно пронзила и его: - Кто-то… объект имеет доступ к камерам. И не просто знает, где они, но знает об их пустых зонах! Мисс Баллард кивнула, продолжив: - А ещё он, очевидно, имеет доступ не только к записям, но и к базе данных и хранилищу записей – очевидно, что записи из зала были смонтированы. - А остался он лишь на той, где есть мы, потому, что, знал, что записи будут просматривать люди отца и если нас на сцене не обнаружат, то слишком быстро сообразят, что записи – смонтированы.  Кларенс довольно, почти гордо улыбнулся Ларсу: что бы там наследник ни думал, а делить им было нечего. А вот подобное умозаключение наследника радовало:   - С почином, детектив-салага! Ларс криво, натянуто улыбнулся, однако выглядел все равно довольным.  - А записи за тот день, когда нас похитили, проверял?  Для Ларса это не стало новостью – похоже, мисс Баллард провела с ним воспитательную работу: по крайней мере, людей Гилберта Кларенс после даже близко с Оазисом не видел. А уж он-то искал и наблюдал.  - Проверил: как и сказала тебе охрана – всё пусто! И тебе так идут туфли для пробежки, адвокат! – Кларенсусмехнулся, припоминая ей её маленькую ложь. – В деловом костюме бегать было удобно? Тейя же лишь фыркнула, глядя на детектива, будто говоря: «И? Что сделаешь?!». А вот детектив застыл, замер, став снова серьёзным. Он снова вернулся всё свое внимание монитору, выставляя запись на день похищения, но с другой камеры: с той, что выходила на эту самую каптёрку и коридор к лифту. Тейя склонилась над детективом. Ларс же, наблюдая, только усмехнулся: адвокат склонилась так, что её волосы касались шеи, воротника детектива. Тот же никак не реагировал. Будто не замечал или… старательно делал вид, что не замечает. - И что нам даст эта запись? Или её отсутствие? Мы же знаем, кто вас похитил! - Смотри: люди Гилберта приехали в гараж раньше. Это на записи ещё есть. Он пробыли там, ожидая тебя, почти четыре часа, не удосужившись избавиться от камер. Да и не в их духе – он собирались тебя наказать, сделав заявление, подтверждающее их репутацию. Плевать они хотели на камеры, - адвокат пристально наблюдала за мужчинами, которые на быстрой перемотке забавно суетились вокруг машины Ларса, то курили, то снова возвращались в машину. В 02:17 запись обрывалась. В 04:40 возвращалась вновь.  – А вот почему охрана сказала, что этой записи нет, когда я их спросила? Полагаю, нужно у той смены всё же уточнить – ставлю на то, что они за награду впустили людей Гилберта.  - Им не жить, если так! – Ларс, нахмурившись, убрал руки в карманы. - Угроза в присутствии детектива?! – Кларенснасмешливо изогнул бровь, переведя взгляд на Ларса. - Ай-я-яй, Ларс! От такого даже я не отмажу! – Тейяфыркнула, подыграв. И снова стала серьёзной: - А вот то, что запись так удачно обрывается на непродолжительное время и только на «нужной» камере, означает лишь то, что Фанатик был там. - Не означает – лишь гипотеза! – Кларенс, как бы ему ни хотелось считать это доказательством, пустой надежды на зацепку позволить себе не мог. – Но я знаю, как доказать, - а вот теперь, глядя на вопрошающий взгляд адвоката, он не смог сдержать победной улыбки. - Надо полагать, ты не только за камерами сюда пришёл? – адвокат снова сделала выводы, изогнув бровь, улыбнулась. - Что тут ещё делать? – Ларс снова раздражался от того, что потерял мысль, которую двое перед ним перекидывали друг другу с завидной лёгкостью. Кларенс извлёк из кармана флешку, вставив в компьютер: - Хочу проверить базы данных! - Тут тысячи файлов! И тонны ТБ видео! - Готово! – Кларенс извлёк флешку поднимаясь. Не без удовольствия глядя на удивлённое лицо Ларса и растерянное Тейи, он проговорил: – Старый полицейский фокус – на флешке специальная программа, которая вытаскивает с машины, на которой открывается, только нужные типы файлов. Позвонил старому приятелю, он запрограммировал, как нужно. А вот дальше поиск только вручную!  - Я помогу! – Тейя отозвалась слишком быстро, спешно. И так уверенно, что не оставляла возможности на возражение. Однако, будто вспомнив что-то, тут же осеклась, посмотрев на Ларса, будто спрашивая разрешения. Тот лишь кивнув, набрав номер: - Как Вы смотрите на то, чтобы провести этот вечер со мной, агент?! … Нет, свидание! … Да бросьте, Хлоэ! … Как в тот раз? – тон Ларса стал слишком откровенным, интимным. Будто спохватившись, что не один, он перевёл взгляд на адвоката, кивнув. После же спешно покинул каптёрку, желая продолжить разговор без лишних ушей. Тейя лишь повернулась вслед за ним, задумавшись над чем-то. Этим Кларенс и воспользовался – она, кажется, даже не заметила, как он подошёл к ней почти вплотную, встав за спиной. А ещё она не могла заметить, как он рассматривал её, изучая: и позволить бы глазам и мыслям больше; позволить бы пальцам аккуратно отодвинуть волосы в сторону; позволить бы языку провести дорожку по задней стороне шеи до уха, наблюдая, как она реагирует на такое откровенное касание; позволить бы пальцам скользнуть под ткань блузы, под бюстгальтер, да только…расслабиться рядом всё не выходило – не доверял. Сжав челюсть, злясь на себя же, он проговорил, всё же склонившись чуть ближе: - И с каких это пор, адвокат, ты спрашивает разрешение на работу? – голос звучал холодно, спокойно.  Она медленно повернула голову через левое плечо, немного откинувшись на его грудь: взгляд насмешливый, хитрый. Вызывающий. Слишком откровенный. По кадыку, шее, по губам. Задержалась на них недвусмысленно долго, закусила свою губу, будто обдумывая, что можно сделать с его губами.  Можно подумать, он не знал и не думал об этом же?! Ещё как думал. Вот только ничего не делал – ему уже не пятнадцать и даже не двадцать: он знал и понимал, чего хотел. А хотел он самого простого: правды. И доверия. Абсолютного. Он и сам не понял, в какой момент захотел доверять ей. И чтобы она тоже доверяла – безоговорочно и беспричинно.  Вот только пока не выходило. Никак – слишком хорошо знал цену лжи. И цену правды. И уж точно эта цена была выше… сиюминутного влечения и секса.  - Какая выдержка, детектив! – она усмехнулась, теперь уже подняв на него глаза, теснее прижимаясь к нему спиной. Ещё движение – теперь её поясница прижималась к его паху. Плотно. Близко. Слишком близко. Впрочем, скрывать возбуждение он и не собирался – слишком бессмысленно. Да и зачем: она и без этого прекрасно всё понимала! Томно выдохнув, она провела левой рукой по его щеке – едва касаясь, скорее щекоча. – А если так? – даже на каблуках ей пришлось немного привстать, чтобы осуществить задуманное: горячий язык скользнул под подбородком, по подбородку – нарочито медленно – затем перешёл на губы. Пробежалась по ним вскользь, даже не пытаясь вовлечь его в поцелуй: он должен был сделать это сам. В паху стало ещё теснее – она прижалась ещё ближе, слегка крутанув бёдрами: неожиданное трение отозвалось неожиданным глухим стоном – он даже не сразу понял, что это был его собственный голос. И не сразу понял, что давно закрыл глаза. Наверное, только это его и спасло. Это, и голоса охранников, которые, распрощавшись с младшим боссом, спешили вернуться к работе.  Адвокату же потребовался, кажется, один мучительный миг, чтобы сделать уверенный шаг к двери, смешав его такой неожиданный стон со стуком своих каблуков. Открыв дверь, она остановилась, обернулась, победно оглядела его с ног до головы: - Так что, детектив? Помочь с базой данных? – закусила губу, совершенно не обращая внимания на вернувшихся охранников, вышла прочь не торопясь, будто ожидая его. Ему же только и оставалось, что, вынырнув из этого гипнотического транса, проклиная всё на свете, отправиться за ней.