Глава 3: Лагерь археологов

Джип с глухим рокотом остановился на краю лагеря, подняв облако золотистой пыли, которая медленно оседала на выцветшие от солнца палатки. Ветер шевелил полотнища брезента, издавая мягкое шуршание, а вдалеке мерцали огни костра, вокруг которого сидели усталые археологи. – Наконец-то! – Кавех первым распахнул дверь. – Семь часов по этой адской пустыне и всё ради того, чтобы дышать песком и потеть, как верблюд. Тигнари, выходя следом, лишь покачал головой, поправляя сумку, перекинутую через плечо. Его взгляд скользнул по лагерю, отмечая расположение палаток и странные каменные блоки, расставленные по периметру. Сайно, вылезая из машины, бросил на криминалиста раздражённый взгляд, с силой хлопнув дверью: – Мог бы и помочь с багажом вместо этого пустого трепа. – Ого, капитан заговорил! – Кавех театрально приложил руку к груди, делая вид, что поражён. – Я уж думал, ты впал в кому от скуки. Аль-Хайтам, молча наблюдавший за перепалкой, стоял чуть в стороне, его взгляд внимательно скользил по окружающему пейзажу. Вдруг он резко поднял руку, заставив всех замолчать: – Тише. – Что? – недовольно буркнул Сайно, но тут же умолк, следуя за взглядом Хайтама. Тот указал на массивный каменный блок у входа в лагерь. Тигнари подошёл ближе, проводя пальцами по резным линиям, высеченным в камне. Шероховатая поверхность была холодной под его прикосновением, несмотря на дневную жару. – Защитные руны... – пробормотал валука шуна, наклоняясь, чтобы рассмотреть их при свете фонаря. – Но эти свежие. Вырезаны не больше месяца назад. Сайно склонился над камнем, в его глазах промелькнул странный огонёк интереса. Он провёл ладонью по символам, словно проверяя, не нарисованы ли они. – Может, местные хулиганы порезвились? – Да-да, особенно понравилось, как они точно воспроизвели технику резьбы XVIII династии, – язвительно заметил Кавех, поправляя перчатку и брезгливо отряхивая песок с рукава пиджака. – Ты откуда в этом разбираешься? – удивился Хайтам, скрестив руки на груди. Кавех усмехнулся: – В твоём доме всё уставлено историческими побрякушками. Когда мы были студентами и жили вместе, я каждый раз невольно думал, что попал в музей. Такие вещи узнаю теперь с первого взгляда. Сайно резко выпрямился: – Хватит! Мы здесь не для игр в антикваров. Есть труп – ищем убийцу. Тигнари неожиданно рассмеялся, но в его глазах не было веселья: – Вот именно. Поэтому игнорировать эти символы – всё равно что не заметить нож в спине жертвы. – Ты сравниваешь древние каракули с вещественным доказательством? – Я сравниваю твою слепоту с профессиональной непригодностью. Напряжение между ними стало почти осязаемым. Сайно фыркнул, скрестив руки на груди. Его раздражение было настолько явным, что даже Кавех на секунду перестал ухмыляться. – О, теперь у нас два эксперта по мистике! – его губы искривились в саркастической ухмылке. – Может, ещё и ритуал проведёте? Тигнари резко обернулся, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Внутри что-то клокотало – не просто злость, а досада. «Он даже не пытается вникнуть». – Может, Вам стоит хотя бы попытаться понять, с чем имеете дело? Сайно не моргнув и глазом парировал: – Я понимаю. У нас есть труп, подозреваемые и ноль доказательств. Всё остальное – сказки. Тигнари сжал кулаки сильнее, чувствуя, как гнев поднимается по спине горячей волной. – Значит, по-твоему, эти символы просто чья-то шутка? – Я говорю, что нам нужны факты, а не твои фантазии! – Сайно шагнул вперёд, его голос стал резким. – Мы расследуем убийство, а не играем в охотников за привидениями! – А я говорю, что если ты продолжишь игнорировать подобное, то следующий труп может оказаться твоим! – Тигнари тоже повысил голос, его глаза горели в полумраке. Между ними повисло напряжённое молчание. Даже Кавех, обычно не упускавший случая пошутить, замер, наблюдая за разворачивающейся бурей. Аль-Хайтам, нахмурившись, тихо произнёс: – Хватит. Мы здесь не для этого. Сайно резко выдохнул, отступив на шаг: – Ладно. Но если это никак не поможет найти убийцу, то я лично спущу тебя с лестницы. Тигнари усмехнулся, но в его улыбке не было ни капли веселья. – Попробуй. В этот момент из темноты вышла девушка. Её лицо в свете фонарей казалось осунувшимся, а в глазах стояла непросыхающая печаль. Несмотря на это, Сайно сразу отметил её осанку – прямая спина, уверенный взгляд. «Военная выправка? Или просто привыкла командовать?» Кавех первым шагнул вперёд, его голос неожиданно стал серьёзным: – Здравствуйте. Мы следователи. Нас направили сюда, чтобы разобраться в том, что случилось с Сетосом. Когда они объяснили, кто они, девушка взглянула на часы, и её плечи слегка опустились. – Поняла. А я Дехья, коллега Сетоса. – её голос был ровным, но в глубине глаз что-то дрогнуло при упоминании погибшего. Она скорбит... Девушка заметила, что привлекло внимание гостей, и сразу поспешила объяснить: – Это... это сделал Сетос, – прошептала она, указывая на символы, – за неделю до того как... Не успела она договорить, как лицо Дехьи исказилось от боли. Она сжала кулаки, и её ногти впились в ладони. – Простите, просто я... не могу поверить, что его больше нет. Тигнари мягко положил руку ей на плечо, и его голос неожиданно стал тёплым: – Мы найдём того, кто это сделал. Обещаю. Она кивнула и с благодарностью посмотрела на Тигнари. – Сейчас слишком поздно. Всё равно ничего не разберёте в темноте. Давайте вы переночуете у нас. Дехья отвела гостей к одной из палаток, отодвигая полог и пропуская их внутрь. Внутри пахло сухим брезентом и пылью, но было чисто. – Отдохните. Завтра... завтра я покажу вам его вещи, его записи, – девушка перевела взгляд на Кавеха, осмотрев его, а если быть точнее, его костюм, который никак не вписывался в атмосферу палаток, раскопок и бескрайнего моря песка, – и найду вам форму переодеться. Когда она ушла, в палатке повисло тяжёлое молчание. Даже Сайно, обычно такой резкий, сидел, уставившись в пол, его пальцы медленно барабанили по колену. – Они его действительно любили, – тихо сказал Кавех. – Да... – Хайтам скрестил руки, прислонившись к столбу палатки, – это не похоже на лагерь, где кто-то мог желать ему зла. Сайно вздохнул, потирая переносицу: – Значит, убийца пришёл извне. Или... – Или это было не убийство, – закончил за него Тигнари, расстилая спальник. Сайно швырнул рюкзак в угол, лёг на свой мешок, но не собирался засыпать, уставившись в одну точку и погрузившись в свои мысли. Кавех, растягиваясь на импровизированной постели, усмехнулся: – Что, капитан, боитесь, что призраки помешают Вашему драгоценному сну? Следователь резко дёрнул молнию спальника, но Тигнари видел, как его пальцы слегка дрогнули. «Он не суеверен… но что-то его всё же задело.» Сам Тигнари тоже не мог уснуть. Перед глазами стояли те символы.

***

Утро застало лагерь в тихой печали. Археологи говорили шёпотом, а некоторые женщины всё ещё плакали. Дехья, как и обещала, принесла все оставшиеся вещи Сетоса и предложила гостям еду. После плотного завтрака – каши и кружки крепкого кофе – следователи начали работу. Тигнари разложил дневник на импровизированном столе из ящиков, его пальцы осторожно перелистывали страницы. – Смотрите, – он указал на схему, – эти отметки совпадают с расположением символов на том камне. Кавех, сидевший на ящике с оборудованием, вдруг оживился, его глаза сверкнули: – Подожди-ка... Если это координаты... – То мы можем найти то, что он скрывал, – закончил Хайтам, склонившись над картой. Сайно, скрестив руки, внимательно изучал схему, его лицо оставалось непроницаемым: – Хорошая работа... для любителей мистики. – Признай, капитан, без нас ты бы до сих пор копался в бумажках, – поддел его Кавех. – А без меня вас бы уже арестовали за вмешательство в следствие, – парировал Сайно, но в его голосе не было прежней злости. Тигнари обменялся взглядом с Хайтамом. Возможно, эта странная четвёрка сможет работать вместе. – Аль-Хайтам, поехали, опросим Акрама, – сказал Сайно, застёгивая кобуру. – Мистика мистикой, но пока мы здесь, подозреваемых стоит проверить. Он был его преподавателем долгие годы, может, знает что-то важное. Хайтам лишь кивнул, но в его глазах читалось лёгкое недовольство. Он хотел остаться, изучить лагерь. Сайно, уже уходя, бросил через плечо: – А вы разбирайте дневник. Если, конечно, мистер «эксперт по древним символам» сможет его прочесть. Дорога до деревни заняла чуть больше часа. Пыльная улица, низкие глинобитные дома, запах жареного мяса и специй. Деревня жила своей обычной жизнью, не подозревая о трагедии. Акрам, учёный-археолог, мужчина лет пятидесяти пяти, низкого роста, с тёмными волосами и заметной сединой, встретил их в своём кабинете, заваленном книгами и бумагами. Увидев следователей, он снял очки и протёр глаза, оставляя на переносице красные следы. – Я не убивал его! Сайно стоял напротив учёного, внимательно смотря ему в глаза, изучая его. «Слишком резкий старт. Вина или страх?» – А что насчёт его находки? Акрам замер, и вдруг его лицо исказилось странной смесью ужаса и скорби: – Он говорил, что это изменит всё… Но боялся. Будто за ним следили. – Кто? – Не знаю. Но он перестал доверять даже коллегам. Хайтам, стоявший у окна, вдруг спросил: – А вам он доверял? – Я не исключение, он перестал доверять всем. Я не знаю, как это могло случиться. Сетос был как сын мне. Да, мы в последнее время ссорились, у нас были разногласия, но я бы никогда такого не сделал. – Акрам не ответил на заданный вопрос прямо, но говорил искренне, его руки дрожали. Сайно, часто проводивший допросы, по привычке говорил грубо: – Вы знаете, мог ли у него быть враг? Кто-то вне экспедиции? Акрам покачал головой: – Нет. Он был добрый, открытый человек. Все его любили, но в последние полгода он говорил только о своей находке, о том, как она изменит всё. Но боялся... боялся, что её украдут. Хайтам нахмурился: – Кража? Вы думаете, это могло быть причиной? – Не знаю... – Акрам сжал руки. – Но если это так... я никогда себе этого не прощу.

***

Когда они вернулись, Тигнари сидел, склонившись над дневником, а Кавех, переодетый Дехьей в бежевые шорты и белую майку, что-то записывал в блокнот. – Ну что, нашли убийцу? – Кавех поднял бровь, но в его голосе не было насмешки, лишь усталость. – Нет. Но мы выяснили, что Сетос боялся кого-то. Тигнари вздохнул, откидываясь назад: – В дневнике он пишет о находке... о чём-то важном. Но нигде не указано, что это. Неожиданно к палатке подошла Дэхья: – Вы уже весь день на ногах. Отдохните у костра. Её улыбка была тёплой, но глаза выдавали усталость. Сайно автоматически отказался, однако Тигнари перебил: – Мы с удовольствием. – Я же сказал… – А я не слышал, где Вы моё мнение спрашивали. Он уже шёл к костру, чувствуя, как за спиной Сайно буквально пышет яростью. Кавех рассмеялся, хлопнув капитана по плечу: – Ну что, присоединяемся? Или будем дуться в сторонке? Следователь стиснул зубы… но через секунду нехотя последовал за ними. Все собрались у костра. Кандакия и ещё пара девушек раскладывали по тарелкам еду для гостей. Каждому досталась тарелка с кошари – блюдом из смеси круп и томатного соуса. Даже Сайно, обычно такой отстранённый, сидел, слушая рассказы о Сетосе. – Он всегда делился последним, – тихо сказала Дехья, глядя в огонь. – Помнишь, как он спас того пса? – добавил кто-то из археологов. – Да... он был таким... Тигнари смотрел на огонь, чувствуя тяжесть в груди. «Они все его любили. Тогда кто... и зачем?»