8 глава - Лес вечной Осени

Утро начиналось спокойно. Без тревожных рывков в груди, без тяжести в голове. Жон просыпался не по будильнику — тело само выдёргивало его из сна за несколько минут до сигнала. Он больше не валялся в постели по двадцать минут, не вглядывался в потолок, боясь начать день. Он просто… вставал. Потягивался. Иногда даже с лёгким вздохом — не от усталости, а просто чтобы начать. Порой, когда он стоял у раковины, умываясь холодной водой, и смотрел в зеркало, отражение не казалось ему чужим. Оно не улыбалось, нет. Но в нём не было той стеклянной пустоты, что пряталась в зрачках раньше. На занятия он теперь приходил вовремя. С рюкзаком, с тетрадями. Делал заметки, даже поднимал руку пару раз. Когда профессор Порт однажды задал вопрос о тактике щитового боя, Жон дал даже вполне приличный ответ. Несмотря на то что у него не было как такового официального образования. — Отличное наблюдение, мистер Арк, — похвалил Порт, а Нора из-за спины тут же прошептала: — Ты это слышал? Тебя похвалили! Ты теперь опасен, Бесстрашный лидер. Он усмехнулся. Коротко. И не отвернулся, как раньше, не склонил голову. Просто кивнул ей в ответ. На переменах он не убегал куда-нибудь подальше. Оставался рядом. Сидел на ступеньках с Реном и Норой, слушал, как Нора с жаром спорит с каким-то второкурсником о целесообразности нанесения ударов сверху вниз при использовании молотов. Иногда вставлял реплику. Иногда молчал — но был рядом, а не вне. Пирра, заметив это, тоже стала как-то мягче. Чаще улыбалась, не такой напряжённой, тревожной улыбкой, как раньше. Она смотрела на него и уже не искала в каждом его жесте какой-то признак. А когда он однажды сам предложил спарринг — она искренне обрадовалась. Иногда, по вечерам, они тренировались вместе. Он держал щит ровнее, не бросался вперёд бездумно. Она отмечала это, слегка поправляя его стойку, но уже без постоянного сожаления в голосе. Он старался не показывать сильный рост в своих навыков. С Янг всё было проще. Прямее. Во время тренировок в спортзале они таскали железо рядом. Без разговоров. Только шум гантелей, музыка на фоне, тяжёлое дыхание. Иногда она бросала в него полотенце после подхода и хохотала: — Смотри, не надорвись, Тошнотик. — Только если ты поймаешь, — огрызался он, бросая полотенце обратно. И в этом было больше поддержки, чем в длинных речах. С Руби у него выстроилась особая рутина. Он всегда оставлял для неё сладости — кекс, блин, печенье — то, что пёк вечером. Не специально, но с мыслью о ней. Она же приходила с утренним чаем и садилась с ним за один стол. Не спрашивала «как ты?». Просто рассказывала, как чуть не проспала, как Блейк снова читает всю ночь, а Вайс пыталась запретить Норе совать руку в холодильник. Он слушал. Кивал. Иногда хмыкал. И этого было достаточно. С Блейк он почти не говорил. В библиотеке они сидели рядом, каждый со своей книгой. Иногда она пододвигала ему чай, если замечала, что он засиживается. Он отвечал жестом, не словами. Иногда клал ей закладку — в виде цветного стикера с розовым ниндзя, отчего она сильно смущалась, так как он прекрасно знал какая ее самая любимая книга, а именно "Ниндзя Любви". И то что это книга была довольно.... Взрослой. А Вайс… ну, она всё ещё действовала, как ураган с чековой книжкой. Недавно вручила ему ещё одну банку витаминов — на этот раз для «поддержки иммунитета и энергии». Когда он, слегка поддразнивая, спросил, не проще ли было бы купить ему новую печень сразу, она фыркнула: — Ты реально не умеешь заботиться о себе. Кто-то же должен. Он не стал спорить. Только сказал: — Спасибо, Вайс. Она смутилась, как всегда, замаскировав это очередным ворчанием. И день шёл дальше. Жон больше не исчезал. Он стал частью общего ритма — не яркой нотой, но устойчивым фоном. Его больше не толкало изнутри в сторону. И пусть иногда ночью он всё ещё просыпался от снов, в которых отголоски прошлого пробивались сквозь плотную ткань сна — теперь все стало легче. Из-за постоянного присутствия всех, его мысли начали немного успокаиваться и он знал что если не будет каких-то сильным потрясений, то вполне может ненадолго успокоиться. Он правда на это надеялся.

***

День выдался солнечным, но свежим — как раз тот редкий момент, когда весна и осень словно встречаются посередине. Утро было прохладным, лёгкий ветер играл складками плащей и курток студентов, собирающихся у посадочной площадки Булхеда. В небе стоял чистый голубой купол, и на его фоне чернильно-серый корпус транспортника выглядел особенно массивно. — Все построились! — голос Глинды звучал чётко, как треск плётки. — Группы по стандартной схеме! Встаньте в каждый отведенный сектор. — А чего нас вообще гонят собирать сок с деревьев? — пробормотала Янг, закидывая сумку на плечо. — У нас что, больше никаких учебных заданий нет? — Биология и прикладная ботаника, — сухо вставила Вайс, стоящая чуть позади. — Нужно набрать образцы редких пород деревьев для профессора Пич. И если ты хоть немного внимала на теории, ты бы знала, что их сок меняет свойства по сезону. — Это всё ещё звучит как «идём на пикник с ведром», — усмехнулась Янг, не особо впечатлённая. Жон стоял рядом, прислонившись к стенке транспортника, и слушал их разговор вполуха. В рюкзаке за спиной звякал металлический кран-насадка и стеклянные фляги. Он уже даже не чувствовал странности происходящего — после всего, что они пережили в будущем, «собирать сок с деревьев» в Лесу Весной Осени был и вправду как пикник. К нему подошёл Рен, молча передал компактную аптечку. — На всякий случай, — сказал он тихо. — Спасибо, — коротко кивнул Жон, — но надеюсь, сегодня мы максимум с занозой столкнёмся. Нора, радостно перепрыгнув через ступеньку, вцепилась Жону в плечо. — Я взяла бутерброды! И два термоса какао! Мы должны устроить себе хоть маленький пикник между сборами сока, да? - Я тоже взял несколько закусок, - сказал Жон приподняв так же и корзину которую держал в руках. — Если не налетим на монстра, — вставила Руби, поднимаясь следом. — Помнишь инструктаж? Профессор Гудвич сказала: «Могут быть гримм, но маловероятно». А когда она говорит «маловероятно», это значит «ждите через полчаса». Жон усмехнулся. Честно говоря, когда дело касалось их, то команды JNPR и RWBY всегда ждал наихудший возможный исход. Внутри Булхеда гудели моторы, винты постепенно набирали обороты. Все расселись по своим местам: Янг плюхнулась рядом с Жоном, отбросив куртку на колени. — Слушай, только не начинай блевать, ладно? — поддела она, склонившись чуть ближе. — А то снова будем звать тебя Тошнотик. — Эй, в свою защиту, в тот раз был мой первый полет. Мне стало лучше. Конечно у него все еще была его воздушная болезнь, но благодаря его подобию и ауре, он научился невилировать ее. — Вот это уже ближе к нормальному Жону, — улыбнулась она, чуть потянув его за ворот. Пока они болтали, Пирра, сидевшая напротив, тихо наблюдала за ним. Он уловил её взгляд и чуть кивнул, подтверждая без слов: всё нормально. Она ответила ему мягкой улыбкой — спокойной, без напряжения. Булхед рванул вверх, винты зажужжали громче, но никого не тряхнуло — пилот держал машину стабильно. За окном мелькали верхушки деревьев, переливающиеся золотом и зеленью, словно сама природа не могла выбрать, какой сезон сейчас вести за руку. Всё выглядело мирно. — Итак, — объявила Глинда, проходя по проходу и сверяя планшет, — посадка через двадцать минут. Ваша задача: набрать не менее трёх литров сока с каждой выделенной зоны. Не перепутайте деревья. Они маркированы. И пожалуйста… без поджогов, взрывов и провоцирования местной фауны. Это не миссия — это задание на точность, а не на разрушение. — Ску-у-учно… — простонала Нора. — Это зависит от того, с кем ты в команде, — пробормотал Жон, и снова — почти автоматически — они переглянулись с Руби, которая тихо хихикнула в ладонь. Он почувствовал лёгкость. Она не была абсолютной — тревоги не уходят в одночасье. Но этот день казался почти нормальным. Почти мирным. И, наверное, это было важнее всего. Он даже забыл что Кардин планировал напасть на них и стравить Рапиристых ос в качестве мести за избиение и унижение на ринге

***

Сбор сока оказался не таким простым, как им рассказывали на лекциях. Команда JNPR впервые занималась этим — установка крана в дерево, сбор жидкости в специальные фляги, контроль за давлением и направлением потока. Всё требовало не только точности, но и терпения. Особенно, когда кран упрямо не хотел вставать ровно, а сок — лился куда угодно, только не в ёмкость. — Это капец как медленно, — пробормотала Нора, склонившись к первой фляге. — И пахнет… как сладкое дерево в депрессии. — Просто следи, чтобы не вылилось, — напомнил Рен, аккуратно фиксируя вторую установку. — Мы только начали. Нам надо хотя бы шесть фляг сдать, прежде чем должны вернуться в указанное время. — Да я слежу, слежу… — пробурчала она, оглядываясь. А затем — чмок — незаметно отпила немного сока. — Проверка на вкус — часть контроля качества! Жон в это время трудился у третьего дерева. Пирра стояла рядом, помогала поддерживать давление в фильтре, следя, чтобы кран не соскочил. У неё на щеке был лёгкий мазок древесной пыли, но она не замечала — вся в деле. — Думаешь, мы делаем всё правильно? — спросил он, сверяясь с планшетом. — Мы идём по схеме, фляги собирают жидкость, деревья не повреждены… Думаю, да, — кивнула Пирра. — Это даже… приятно. Успокаивающе. — Пожалуй. Впервые за долгое время что-то не связано с боем. Они оба усмехнулись. В воздухе стоял лёгкий запах сиропа, солнце пробивалось сквозь листву, окрашивая землю в мягкие золотые пятна. Всё казалось почти мирным. И именно в этот момент, сверху, откуда-то из-за листвы, что-то тяжёлое сорвалось и с глухим шмяком обрушилось прямо на Пирру. ХЛЯСЬ! Жёлтая, тягучая жидкость окатила её плечо и голову, стекла по щеке и броне, заблестела на солнце, прилипая к её щиту и даже к сапогам. Разбившаяся стеклянная банка распалась на крупные осколки — но аура Пирры защитила ее от мелких ран. Один кусок скользнул по её предплечью, оставив неглубокую царапину. — Пирра! — Жон бросился к ней, хватая её за локоть. — Всё в порядке? Она моргнула, чуть дёрнулась, сбрасывая остатки сока, и слабо выдохнула: — Жон… кажется, я только что прошла боевое крещение сиропом. — Банка… — Рен резко оглянулся вверх, — она не могла просто так упасть. Смех. Грубый, насмешливый. Сбоку, среди деревьев, на склоне чуть выше, стояли четверо студентов. Кардин Винчестер — здоровяк с ухмылкой, крушащей всё живое, — держал вторую банку в руке и неторопливо перекатывал её в ладони. За ним маячили его «дружки»: Скай, Рассел и Дав. Те переглядывались, сдерживая смех. — Упс, — сказал Кардин с нарочито виноватым тоном. — Простите, мисс Никос. Рука дрогнула. Знаешь, это тяжело — носить такие ценные образцы. Ха. — Ты… — Жон уже поднялся, на лице его появилось выражение, которое редко кто видел. Он шагнул вперёд, но Пирра мягко схватила его за руку, удерживая. В её глазах промелькнула ярость, но она всё ещё держалась. — Не стоит. Он не стоит того, — прошептала она. Но было уже поздно. Звук. Он был тонким, почти неразличимым вначале — как высокочастотный писк, быстро переходящий в дрожащий гул. Воздух вдруг стал… липким. Словно натянулся. Нора замерла. Рен поднял взгляд, глаза расширились. — Слушайте… — Жжж… — прошипело небо. — Прячьтесь! Это рой! — крикнул Рен. Из-за деревьев, из тени и пыли, вырвался вихрь чёрных тел — рапиристые осы. Стройные, хищные, словно скрещённые с металлическими шершнями. Их крылья издавали ультразвуковой гул, а иглы на концах брюшка — длинные, будто рождённые для пыток. — Это Рапиристые осы! — крикнула Пирра, отскакивая в сторону, — Они обходят ауру! Жон уже сорвал с плеча меч и щит. — Рен, прикрывай Пирру! Нора, со мной! Не давайте им замкнуть круг! — Наконец-то! — завизжала Нора и с грохотом выдернула Мэгнус из-за спины. — Я им сейчас как выдам...! — Слева! — Рен вычтрелил сбив одну из ос, но ее ту же заменили две других. Рапиристые осы были не просто гримм. Их иглы били через ауру, точно зная, где уязвимость. Один удар — и слабость пробирала до костей. Один промах — и ты терял преимущество. Люди без ауры умирали от одного укуса, а охотники чувствовали сильную слабость а при низких запасов ауры, укусы были смертельны. Кардин с командой сползали вниз с холма. — Что за... — Кардин отшатнулся. — Эй, эй, мы не хотели э-... Одна из ос метнулась к нему. Он не успел поставить щит. — ААААРГХ! — Они и на них нападают! — Рен оглянулся. — Что теперь? — Пусть сами разбираются, — выдохнул Жон. — Мы защищаем своих. Вокруг лес взревел, листья взмыли вверх под напором крыльев. Пирра уже стояла, блестящая, липкая, но с копьём в руках, дыхание ровное, взгляд — острый. — Жон, прикрой! Я отвлеку их с фланга! — Только не геройствуй. Мы делаем это вместе, Пирра. И они рванули навстречу гримм — в вихре сока, листвы и разящего звона металла. Жон прикрылся щитом, когда одна из ос с жужжанием метнулась в его сторону, едва не пробив щель между наплечником и воротом. Удар ощутимо ткнул в плоть, даже сквозь ауру — будто внутри пронзило иглой. Он заскрипел зубами, но не отступил. — Их слишком много! — крикнула Нора, отбивая ос своей молниеносной кувалдой. — Они не идут по одному, а сбиваются в стаи, как пчёлы, только с ножами! — Мы не успеваем всех выцеливать по отдельности! — добавила Пирра, отпрыгивая назад, её копьё было в постоянном движении, но каждый удар давался всё труднее. Атаки ос шли волнами, хаотичными, но с пугающей точностью. Они явно были умнее обычных гримм. Жон резко огляделся. Взгляд метался — от канистр с соком, до деревьев, до валяющейся банки, до стальных игл в земле, оставленных нападавшими. Потом… щёлк. План родился. — Все ко мне! — закричал он, голос твёрдый, скомандный. — Быстро! Пирра, Рен, держите фланги! Нора, помоги собрать фляги! Мы используем сок! — Что?! — Нора заморгала. — Ты хочешь их… накормить?! — Нет, я хочу их сжечь! Он кинулся к ближайшему дереву, сорвал с него почти полную ёмкость и открыл кран. Сладкий, густой сок тут же начал струиться вниз, Жон направил поток на траву и корни. Потом схватил ещё одну флягу, разбил её об камень, и сироп растёкся по земле — липкий, блестящий, словно капканы. — Этот сок — на основе вытяжки из пыльцовых деревьев. Помните лекцию? Он легковоспламеняемый, если добавить немного Огня! — Ооооо! — протянула Нора, её глаза вспыхнули. — То есть ты хочешь устроить огненную вечеринку? — Именно! — кивнул он. — Заманиваем ос в круг, разливаем сироп, Нора — ты запускаешь заряд. Мы превращаем поле в огненный кошмар для этих тварей! — Гениально, Бесстрашный Лидер! — Нора уже танцевала на месте, готовя Магнхильду. — Рен! Пирра! Задача — отступать к центру, заманивая их за собой. Главное — не дать им обойти нас! — Принято! — крикнули оба в унисон. План начал срабатывать почти сразу. Пирра двигалась с отточенной грацией, делая вид, что отступает — хотя каждый её шаг был расчётом. Она притягивала ос взглядом, сталью, крошечными царапинами на броне, как кровь в воде. Рен был почти невидим — лишь тени мелькали между деревьями, но ос он притягивал своим резким движением, контролируя их агрессию. Когда основная часть роя оказалась над залитой сиропом поляной, Жон выкрикнул: — Нора! Сейчас! Она с визгом швырнула в центр гранату огненного праха. ВЗРЫВ Пламя вспыхнуло с нечеловеческой скоростью, мгновенно охватив всё пространство, где стелился сок. Рёв огня смешался с пронзительным писком горящих ос. Те, кто пытались вырваться, уже теряли крылья и падали в горящие пятна на земле. Пламя было липким, жарким — всё, как задумал Жон. Кардин и его команда, отступившие чуть в сторону, с ужасом смотрели, как горят те, кого они сами невольно привлекли. В пылающем круге Жон стоял, щит в одной руке, меч в другой. Его дыхание было тяжёлым, но спокойным. Вокруг пылала смерть, но он стоял в центре плана, в центре действия. Пирра подошла к нему, копьё ещё дымилось. — Жон… это было умно. — Я просто… соединил то, чему нас учили, — выдохнул он. — Не все всегда решается силой. Иногда нужно использовать то, что у нас под рукой. Нора в восторге подбежала, хлопнув его по спине так, что тот чуть не потерял равновесие: — Бесстрашный Пылающий Лидер! Это теперь твоё прозвище! Я не шучу! Рен подошёл молча, с лёгким кивком. Для него это было высшей формой похвалы. Жон улыбнулся. Устал, растрёпан и возможно немного липкий от сиропа, но был рад что его команда в порядке. Но было ещё что-то что нужно было решить сейчас. Жон развернулся и медленно пошёл вперёд. Команда Кардина стояла неловко, чуть в стороне, отступив, как будто надеялись, что всё сойдёт им с рук. Кардин пытался держать прежнюю позу: плечи расправлены, выражение лица — «я не при делах», руки в карманах. Но даже он чувствовал, как атмосфера сгущается. Жон подошёл вплотную. Его шаги были тихими, но в каждом — глухой отзвук ярости. — Эй эй, ты чего? — пробормотал Кардин, но в его голосе не было уверенности. Только притворство. Жон молчал. Он встал прямо перед ним и посмотрел в глаза. — Нападать на меня — это одно, — произнёс он негромко, но каждый слог резал воздух. — Унизить. Оскорбить. Бросить вызов. Мне плевать. Он сделал шаг ближе, теперь между ними не оставалось и полуметра. — Но ты. Угрожал. Им. Жон не закричал. Он не сорвался. Но в его голосе было что-то, что заставило даже Рассела и Ская позади отступить. — Пирра могла пострадать. Нора. Рен. Ты мог угробить нас всех. Ради какой-то идиотской мести. — Это… это была просто шутка, — пробормотал Кардин, глаза метнулись в сторону. — Мы не думали, что— — Вот именно. — Жон перебил его. — Ты не думал. Он шагнул вбок — мимо него, как будто разговор окончен. Но, проходя, он остановился и сказал уже не глядя: — Я не стану мстить. Не нападу из-за угла. Я не ты. Но если ещё раз ты подставишь кого-то из моих… хоть одним действием, хоть словом… Он обернулся. Его глаза были стальными, холодными. — Кардин. - его голос понизился на несколько октав. Это был уже не голос Жона Арка, а того который остался в одиночестве на тридцать лет. Голос был холоден, даже апатичен. – Я тебя уничтожу. Он пошёл прочь. Кардин остался стоять. Молчаливый. Словно слова Жона пригвоздили его к земле. Жон вернулся к команде. Пирра коснулась его плеча — он кивнул. Всё понял. Всё заметил. — Спасибо, — тихо сказала она. — За… всё. Он не ответил. Просто слегка сжал её ладонь. Холодно. Сдержанно.