Глава 13

      Утро понедельника началось так же плохо, как закончился вечер пятницы: Гермиона только намазала тост маслом, когда принесли утреннюю почту. Она в замешательстве подняла глаза, когда перед ней приземлились сразу три совы, наперебой стараясь доставить свои письма первыми. Следом прилетели ещё четыре совы, забрызгав все вокруг яичницей-болтуньей и опрокинув кубки с тыквенным соком. Гарри рефлекторно выхватил кубок Гермионы, прежде чем сок успел пролиться ей на колени.        — Что происходит? — спросил Рон, в изумлении глядя на толпящихся сов, забыв про ложку, застрявшую на полпути ко рту. Каша медленно капала на стол.       — Не знаю, — ответила Гермиона, взяла одно из ближайших писем и разорвала его. Её глаза расширились от содержания.       «Ты ужасная девчонка. Гарри Поттер заслуживает лучшего. Возвращайся к своим маглам, где тебе и место.»        Она разорвала следующее письмо и обнаружила, что оно не намного лучше.       «Виктору Краму больше не нужны душевные страдания. Как ты могла? Разве ты не видела результаты Кубка мира? Как только разберусь, как это сделать , сразу же нашлю проклятие.»        У одного из писем был ярко-красный конверт, и он начал слабо дымиться по краям. Сова тут же бросила его и вылетела в открытое окно. Гермионе не пришлось его открывать: женский голос прогремел по Большому залу.              «АХ ТЫ БЕССТЫДНИЦА. ИГРАЕШЬ С СЕРДЦЕМ ГАРРИ ПОТТЕРА. ОДУРМАНИВАЕШЬ ВИКТОРА КРАМА! НАВЯЗЫВАЕШЬ СВОЕ ВНИМАНИЕ ДРАКО МАЛФОЮ! ТЫ ЗАСЛУЖИВАЕШЬ ПРЕВРАЩЕНИЯ В ЖАБУ!»       Гермиона сидела, потрясенно глядя в пустоту, когда последнее эхо затихло. Почти все лица в Большом зале были обращены к ней. За столом Слизерина Малфой тоже выглядел удивленным, наблюдая за ней поверх своего собственного письма. Красивый филин сидел рядом с его тарелкой для завтрака, угощаясь беконом Малфоя.       — Может, выбросим остальные? — предложил Рон.       — Хорошая идея, — быстро сказал Гарри, начиная выхватывать остальные конверты у сов, все ещё пытающихся привлечь внимание Гермионы.       Болтовня медленно начала заполнять Большой зал снова, когда люди отвернулись и возобновили свои разговоры и трапезы. Гермиона уронила последний конверт, который держала, на ощупь подозрительно склизкий, и позволила Гарри его уничтожить вместе с остальными. Она выпустила долгий вздох, который, как она не осознавала, задерживала.       — Смешно, — усмехнулась она, пытаясь казаться невозмутимой.       Сочувствующие взгляды Гарри и Рона говорили ей, что это не удалось. Они собрали свои вещи и поспешно покинули Большой зал на случай, если еще какие-нибудь совы решат появиться с Вопилками. Гарри оглянулся через плечо на стол Когтеврана.       — Чжоу всё ещё не разговаривает с тобой? — спросила Гермиона, когда они пересекали двор к теплицам.       Гарри пожал плечами. — Наверное, нет. Я могу только повторять ей, что ты никогда не была моей девушкой, много раз. Теперь, если она хочет мне верить, это её дело, я полагаю.        — Я уверен, она одумается, приятель, - ободряюще сказал Рон.        Гермиона была не в восторге от того, что снова оказалась в центре внимания. Благодаря вопилке за завтраком и ещё одной, прибывшей с опозданием на травологию, все теперь знали о предполагаемых планах Гермионы по завоеванию богатых, знаменитых и влиятельных кандидатов в Хогвартсе. Ей оставалось только ждать, когда всем это снова надоест. И немедленно исчезать или сжигать любую другую почту, которая придет ей в течение остатка недели.        Гермиона поковырялась в своем обеде, но быстро бросила это занятие, почувствовав тошноту. Она решила пойти на нумерологию пораньше и переждать остаток обеденного перерыва там. Заняв свое обычное место в классе, она поняла, что впервые пришла раньше Малфоя и Тео.       Гермиона сложила руки на парте и прислонилась к ним лбом, закрыв глаза. Не прошло и пяти минут, как стулья рядом с ней с громким скрежетом отодвинулись по каменному полу.       — Эй, Грейнджер, — голос Тео. — Как ты держишься? Мы подумали, что тебе не помешает компания до начала занятий.       Гермиона удивленно подняла голову. — О, привет, Тео. Малфой. Это мило с вашей стороны.       Тео улыбался ей, но она видела только макушку бледной светлой головы Малфоя, который изучал пол.       — Кажется, в последнее время тебе не дают передышки, да? — сказал Тео. Гермиона пожала плечами.       — Скитер — глупая корова. И чего она к тебе прицепилась? — спросил Тео, и Гермиона рассказала ему о встрече в «Трёх мётлах» после той отвратительной статьи о Хагриде..        — И насчет этого... — начала Гермиона, глядя на Малфоя. — Мне жаль, что твое имя втянули в это только потому, что ты был там. Клянусь, я выясню, как Рита подслушивает разговоры. Я уверена, что это что-то незаконное. Тогда она пожалеет о каждой статье, которую написала обо мне, Гарри или Хагриде.       Малфой пожал плечами. –Не проблема, Грейнджер. Не меня она пыталась вывалять в грязи. - Он слегка поморщился, осознав возможные последствия того, что только что сказал. –Хотя мои родители были недовольны... в основном тем, что мое имя было в газете с Поттером.       Гермиона прикусила губу. – О, - это все, что она смогла сказать. Но он не был расстроен на нее за то, что она была в статье. Это было хорошо.        — Итак... ты и Крам, да? - невинно спросил Тео. Малфой, который лез в сумку, замер.       –Нет... в смысле, не совсем, - призналась Гермиона. –Мы с Виктором теперь хорошие друзья, но я не уверена, что это что-то большее. Ну, что-то большее для меня. Не могу говорить за него, - сказала она, вспомнив, что Виктор сказал во время обеда в Хогсмиде.        –А, понятно, - сказал Тео, и на его лице расплылась улыбка. –И ты целуешься со всеми своими друзьями?        Гермиона коротко рассмеялась. –Нет, не целуюсь. К тому же, не очень-то приятно, когда твой первый и единственный поцелуй рекламируют в дешевой бульварной газетенке.       Тео засмеялся, и, на удивление, Малфой тоже тихонько усмехнулся, впервые с появления статьи в пятницу встретившись с ней взглядом. Узел напряжения в животе развязался, и она не осознавала, что он там был.        — Тут ты меня подловила, Грейнджер, - сказал Тео, все еще ухмыляясь. — Но не стесняйся передумать в любой момент, - сказал он, многозначительно подмигнув.        — Полегче, Тео, - шутливо сказал Малфой. — Грейнджер тоже не хочет твоих губ.        — Да, тебе легко говорить, Драко, - быстро ответил Тео. — Я удивлен, что Пэнси до сих пор не приклеила тебя к себе навечно Заклинанием Приклеивания после того, как ты сдался и позволил ей обцеловать тебя по всему замку в эти выходные.        Настала очередь Гермионы замереть, и повисла неловкая тишина. Малфой выглядел слегка смущенным. Тео переводил взгляд с одного на другого, и сам слегка покраснел.        — А, я уверен, что переживу, – поспешно вставил Тео. — Итак, вы, ребята, закончили эссе Флитвика?        После ещё нескольких минут несколько натянутого разговора в комнату начали входить другие студенты. Гермиона была рада, когда наконец прибыла профессор Вектор, и она могла прекратить разговор под предлогом подготовки к уроку.       Она не была уверена, почему ее так беспокоит то, что сказал Тео. Ну, может, совсем немного беспокоит, конечно... не то чтобы ей было дело до того, чем Малфой занимается в свободное время. Разве что пытаясь его понять, конечно. Ей нужно было знать, что он делает вне занятий, если она когда-нибудь собиралась выяснить, как ему поручат убить Дамблдора для Волан-де-Морта. Но то, с кем он сейчас целуется, не казалось ей важным фактором.        Кроме того, она целовалась с Виктором, и не то чтобы Малфоя это волновало. Возможно, дело в том, что Пэнси может подорвать всю ее работу по знакомству с Малфоем. Пэнси была завистливой, мстительной и жестокой, и если бы они были парой, она бы точно не обрадовалась тому, что Малфой разговаривает с Гермионой. И Гермиона, наверное, стала немного собственницей в отношении интереса Малфоя, с тех пор как решила сделать проект из инцидента в Астрономической башне.        Да, это определенно объясняет её беспокойство по поводу слухов о Малфое и Пэнси.       Гермиона вздрогнула, когда поняла, что сидит с пером, занесенным над пергаментом, и не сделала ни одной записи в течение первых пяти минут урока. Она тихонько расстроилась и начала лихорадочно строчить. Малфой искоса посмотрел на неё, выглядя обеспокоенным.                               

***

      Гермиона оказалась права в одном: Пэнси всю оставшуюся неделю была хуже, чем когда-либо. Пэнси, по-видимому, восприняла статью Риты очень серьезно и ревностно относилась к тому, что Гермиона находится где-либо рядом с Малфоем. Первый инцидент произошел сразу после того же урока нумерологии, на котором Гермиона узнала, что Пэнси и Малфой... кем бы они ни были. И кем бы они ни были, Пэнси хотела убедиться, что Гермиона об этом знает.        Как только закончился урок, Пэнси практически бегом бежала по коридору, чтобы встретить Малфоя, бросив на Гермиону взгляд глубочайшей ненависти. Должно быть, она бежала всю дорогу от башни прорицаний. Малфой выглядел довольно встревоженным ее появлением, но Пэнси вцепилась в его руку своими ярко-розовыми ногтями и быстро увела его по коридору.       Тео, шедший рядом с Гермионой, покачал головой и вздохнул.        — Не могу поверить, что Драко позволил ей довести себя до такого. Не знаю, что изменилось в эти выходные, но... Грейнджер, прости за то, что было перед уроком. Я говорил, не подумав. Тебе не нужно было узнавать об этом таким образом.        Гермиона сделала вид, что не понимает. — Узнать о чём? - спросила она с притворным безразличием. – О Малфое и Пэнси? Почему меня это должно волновать?        Тео просто поднял на нее брови и сменил тему.       На следующий день на зельеварении Гермиона рассталась с Гарри и Роном, которые оба выглядели довольно недовольными, чтобы занять свое новое место за столом Малфоя. Сегодня не должно было быть практического занятия, поэтому она начала доставать свои письменные принадлежности, но, подняв глаза от сумки, увидела Пэнси, висящую на руке Малфоя в коридоре, когда они приближались к классу.       Они шли во главе обычной толпы подружек Пэнси. Кребб и Гойл неловко шли сбоку. Прежде чем войти в дверь, Пэнси злобно улыбнулась Гермионе и переплела пальцы в белокурых волосах на затылке Малфоя, притягивая его лицо к своему.       Когда секунду спустя они оторвались друг от друга, Гермиона утешилась тем, что страдальческое выражение лица Малфоя ничуть не изменилось. Он вошел в класс, на мгновение удивленно увидев Гермиону за своим столом, а затем посмотрел на Пэнси сузившимися глазами. Гермиона тихонько засмеялась, когда он сел.       — Что смешного, Грейнджер? — спросил Малфой, обращая на нее свой подозрительный взгляд.       — Просто интересно, не помешает ли тебе Увеселяющее заклинание после этого, — ответила она, слабо улыбаясь. — У меня есть книга об этом, знаешь ли. Мне её однажды одолжили.       Выражение его лица прояснилось, и уголок его рта едва заметно приподнялся в с трудом сдерживаемой усмешке.       Когда пришли Крэбб и Гойл, Гойл сел рядом с ней. Подозревая, что Малфой к этому причастен, она бросила на него ещё один благодарный взгляд, на который он на этот раз ответил небольшим кивком.       Вся неделя прошла в том же духе: Пэнси набрасывалась на Гермиону всякий раз, когда та оказывалась в пределах десяти футов от Малфоя за пределами класса. Раздраженное выражение лица Малфоя с каждым инцидентом становилось все глубже, рискуя навсегда стать частью его лица. Тео хранил молчание по поводу всего этого, наблюдая за Малфоем со смесью раздражения и отвращения.       Малфой больше не возвращался в библиотеку ни одним вечером с тех пор, как позволил Пэнси заявить на него права. Гермиона смотрела на его обычный столик в дальнем углу каждый раз, когда приходила, и даже сама сидела там на всякий случай, если он появится. Сейчас они хорошо ладили, несмотря ни на что, и она подумала, что он, возможно, готов рассказать ей больше о своей семье. Может быть, даже больше об инциденте на Чемпионате мира по квиддичу, если она осторожно спросит.       Когда наступили пасхальные каникулы, даже у Гарри и Рона не хватило сил жаловаться на гору домашней работы, которую на них свалили, принимая это как должное. Гермиона и сама едва справлялась со всем, что им задали, — не то чтобы она призналась в этом вслух. По крайней мере, во время перерыва в занятиях она сможет снова наверстать упущенное.        Гермиона обычно не уезжала на пасхальные каникулы, но все равно почувствовала легкую тоску по возможности побывать дома, тем более что она оставалась и на Рождество. Должно быть, Малфой и Тео уехали домой на каникулы. Она не видела ни одного из них ни в коридорах, ни во время еды в Большом зале.       Виктор навестил её в библиотеке один раз в начале перерыва, в основном для того, чтобы сообщить, что он, к сожалению, снова уедет на каникулы. Он должен был участвовать в долгожданном товарищеском матче против Греции сразу после Пасхи, и он немедленно отправлялся домой в Болгарию с помощью портала, чтобы возобновить тренировки с командой. Он также заверил ее, что не расстроен последней статьей Риты Скитер.        – Пресса всегда найдет, о чем солгать. Правда никогда не бывает достаточно интересной, - смеясь проговорил он.        Она хотела бы относиться к этому так же беззаботно, как Виктор.        Гермиона однажды спустилась на кухню с Гарри, чтобы отдать Добби и Винки первые пары носков, которые она связала. Во всяком случае, они напоминали носки. У Добби они были ярко-зеленые, под цвет его глаз, а у Винки - синие, под цвет её юбки и блузки. Гермионе казалось, что она начинает осваивать чары вязания из брошюры, и, если больше попрактиковаться, сможет даже добавлять узоры.        Обильная благодарность Добби, однако, заставила её почувствовать себя довольно неловко, а жалкое состояние Винки слегка её расстроило. В следующий раз она просто отправит одежду вместе с Гарри во время одной из его поездок, чтобы передать еду для Сириуса.        Всё ещё озадаченные тайной мистера Крауча, бродящего по замку, Гермиона, Гарри и Рон ещё трижды доставали Карту Мародёров в разное время дня в пустом классе, чтобы попытаться найти его. Крауча нигде не было во время каникул. Грюм, с другой стороны, казалось, никогда не покидал свой кабинет.        Во время их последней проверки Карты в последний день каникул Гермиона заметила точку с надписью Драко Малфой на седьмом этаже. Он и другие ученики, уехавшие домой, должно быть, только что вернулись к началу летнего семестра. Во втором коридоре виднелась ещё одна точка с надписью Пэнси Паркинсон, медленно двигавшаяся в сторону Малфоя. Малфой начал быстро двигаться в сторону коридора и, к удивлению Гермионы, полностью исчез с карты..       Гарри и Рон, увлеченно просматривавшие имена на остальной части карты, ничего не заметили. Она осмотрела область вокруг коридора на седьмом этаже, ища возможные проходы, в которые мог проскользнуть Малфой. Не увидев ничего, она снова обратила внимание на место, где исчез Малфой, и наблюдала, как Пэнси ровным шагом прошла мимо него, не останавливаясь. Гермиона еще несколько секунд продолжала следить за точкой Пэнси, прежде чем Гарри объявил, что уверен, что Крауч здесь нет, и Рон согласился.       Гарри только что очистил карту и начал складывать её, когда дверь в класс открылась, заставив их всех подскочить.        Профессор МакГонагалл вскрикнула, прижав руку к груди. –Что вы трое здесь делаете? - спросила она, задыхаясь.       – Эм... - начал Гарри, а Рон уставился на неё.       – Мы помогали Гарри тренироваться, - вмешалась Гермиона. – Он готовится к финальному заданию, и ему нужны были партнеры, так что... мы вызвались добровольцами.        — Понимаю, - сказала профессор МакГонагалл, не без доброты, поправляя очки. Её взгляд на мгновение задержался на пергаменте в руке Гарри. – Что ж, если это вне учебного времени, почему бы вам троим не использовать кабинет трансфигурации? Я бы предпочла, чтобы здесь не было никаких несчастных случаев.        — Спасибо, профессор, - сказала Гермиона, улыбаясь. — Это было бы замечательно.        МакГонагалл кивнула Гермионе, затем посмотрела на Гарри и Рона. –Поттер, Уизли, раз уж вы здесь, почему бы вам двоим не принести пользу и не помочь мне перенести эти ящики в мой кабинет.       МакГонагалл прошла дальше в комнату, оглядываясь. Она взяла длинный свиток пергамента, лежавший на нескольких пыльных деревянных ящиках, и использовала его, чтобы указать Гарри и Рону, какие именно ящики им следует нести. Рон выглядел довольно обиженным, ворча, когда взвалил два ящика в свои руки. Гарри пожал плечами, достал свою палочку, чтобы наложить Левитационное заклинание на свою ношу, и последовал за МакГонагалл из комнаты. Рон бросил недовольный взгляд на спину Гарри, прежде чем скопировать его и поплелся следом.       Подумав, что нет смысла следовать за мальчиками в кабинет МакГонагалл, Гермиона была уже на полпути к общей комнате, когда вспомнила о точке Малфоя на карте. Она замедлила шаг и, немного поколебавшись, повернула обратно к Большой лестнице, направляясь теперь на седьмой этаж. После бесчисленных поворотов, изгибов и лестниц она повернула за угол в пустынный коридор, где исчез Малфой.        Гермиона огляделась. На одной стене висел огромный, изъеденный молью гобелен с изображением Варнавы Безумного, обучающего троллей балету, а другая стена, та, где исчез Малфой, представляла собой гладкий каменный участок. Гермиона ощупала его, на случай, если дверь просто притворяется сплошной стеной, но ничего не нашла. Может быть, она неправильно запомнила, где именно исчез Малфой. Она вернулась на другую сторону коридора и приподняла угол гобелена, чтобы осмотреть, что за ним.       — Грейнджер, что ты делаешь? — раздался голос Малфоя.        Гермиона вскрикнула и резко обернулась к нему, отпустив гобелен, который снова упал на стену.       — Малфой. Ты меня напугал. Я просто… откуда ты взялся?       Малфой с сомнением смотрел на неё. Он был все еще одет в брюки и темно-зеленый джемпер, вероятно, из своего дома. Его взгляд скользнул по ее повседневной одежде, от кроссовок до синей толстовки, задержавшись на ее маггловских джинсах чуть дольше, чем на остальном.       — Ну, я нашел необычайную комнату, полную старого хлама, прямо там, и я… — Он замолчал, оглядываясь через плечо, и его брови сошлись на переносице. — Но там была дверь. Прямо здесь. Клянусь, я только что оттуда вышел…       Гермиона подошла к нему и снова стала осматривать стену.       — Я знаю, что мне это не приснилось, — настойчиво сказал Малфой.       — Я тебе верю, — заверила его Гермиона. — Должно быть, это часть замка, в которую можно попасть только в определенное время. Или, может быть, только определенным способом. Что там внутри?       Малфой с облегчением воспринял её согласие, но все ещё с недоумением взглянул на стену. — Это была огромная комната, заваленная горами всякой всячины, большей частью старого хлама. Я никогда раньше ее здесь не видел. Кучи сломанной мебели, старой одежды, ржавых средневековых доспехов и тому подобного. Но там были тысячи и тысячи книг.        — О, правда? — с нетерпением спросила Гермиона, ещё более пристально изучая участок стены, на который указал Малфой.        — Правда. Я никогда не видел столько в одном месте, кроме библиотеки здесь и дома, — серьезно сказал Малфой.        Гермиона повернулась к нему с широко раскрытыми глазами. — Твоя домашняя библиотека такая же большая, как библиотека Хогвартса?        – Конечно, - ответил Малфой как нечто само собой разумеющееся. Затем, казалось, он осознал, что не у всех дома есть библиотека размером с учреждение. –Это поместье, понимаешь... передавалось в моей семье из поколения в поколение. Вещи имеют тенденцию накапливаться. – Он попытался посмеяться, но получился лишь сухой смешок.        – Вау, - беззвучно прошептала Гермиона. Она попыталась представить себе масштаб и экстравагантность дома Малфоя, но ее воображение, вероятно, не дотягивало до его истинного величия. –Ты помнишь, как ты нашел эту комнату в первый раз? - спросила она через мгновение.       — Я убегал от..... - Малфой резко оборвал себя, затем вздохнул, казалось, смирившись. Он провел рукой по волосам, небрежно взъерошив их. – Если тебе так уж нужно знать, я прятался от Пэнси. Она не дает мне проходу.        Гермиона почувствовала, как её щеки слегка порозовели, и опустила взгляд на свои ноги.       — Не в этом смысле, - быстро вставил Малфой. — Я просто имел в виду, что она преследует меня, чтобы я проводил с ней и её шайкой болтливых куриц каждую минуту. Она неумолима. Не то чтобы мы с ней были большими друзьями до того, как мы... - Малфой снова замолчал и прочистил горло.        — Извини, Малфой, - холодно сказала Гермиона, ничуть не извиняясь. –У меня не так много опыта в отношениях. Она снова принялась изучать стену.        – Я бы не назвал это отношениями, - пробормотал он почти слишком тихо, чтобы она услышала. Затем он снова заговорил нормальным голосом. – Итак, что это за гобелен здесь?        Малфой указал на висящий на стене гобелен с танцующими троллями.       Гермиона шумно выдохнула воздух между надутыми щеками. Он был с ней честен. – Ну, я вообще-то искала... тебя, - закончила она, слегка съежившись.       Удивление отразилось на его лице, прежде чем он взял себя в руки.       — За гобеленом? — недоверчиво спросил Малфой, вскинув темную бровь.       — Нет, не совсем. Я знала, что ты только вернулся с каникул и что ты где-то здесь…       — Откуда ты это знаешь? — быстро спросил он.       — Эм… Я не могу сказать, — ответила Гермиона, закусив нижнюю губу.       — Что значит «не можешь сказать?» Ты следила за мной? — протянул он, ухмыляясь и скрестив руки на груди.       — Нет! — быстро ответила Гермиона. — Я просто… — Она вздохнула. — Ты можешь сохранить это в секрете?        Малфой изучающе посмотрел ей в глаза, прежде чем ответить. — Ладно, — наконец сказал он.        Гермиона огляделась, чтобы убедиться, что они все ещё одни, прежде чем ответить.       — У меня иногда получается определять, где находятся люди в замке. Что-то вроде… карты, — объяснила она. — И мне стало любопытно, когда ты, казалось, совсем исчез с неё. Должно быть, это была кладовка, в которую ты случайно попал.       Малфой посмотрел на неё с сомнением. —Правда.       — Да, правда, — повторила она с легким раздражением.        — Но мне очень интересно узнать об этой комнате, которая появляется и исчезает случайным образом, и как раз появилась, когда она тебе понадобилась.        — Не уходи от темы, Грейнджер, - сказал Малфой, внимательно наблюдая за ней. –Что значит, ты можешь сказать, где находятся люди в замке? Эта... карта?        –На самом деле, всего Хогвартса, - поправила Гермиона. –До границ на краю территории. Но это не совсем мой секрет. Это секрет Гарри, понимаешь...       –Да ты шутишь, - усмехнулся Малфой. –У Поттера есть какая-то волшебная карта Хогвартса? Неудивительно, что ему все сходит с рук.        –Да, ну, он использует её довольно редко, я думаю.        –Кажется, это какое-то вторжение в частную жизнь, да? - задумчиво произнес Малфой, засунув руки в карманы брюк и небрежно прислонившись к стене.       –Да, полагаю, - неохотно согласилась Гермиона, скрестив руки на груди и почувствовав себя немного неловко.        –За кем вы с Поттером шпионили?        –Мы не шпионили, - защищаясь ответила Гермиона, и Малфой усмехнулся ей. –Ладно, может быть, это можно истолковать и так, - допустила она. –Но мы наблюдали за профессором Грюмом и мистером Краучем, на самом деле.        –За тем типом из Министерства? - спросил Малфой.        –Все верно, - сказала Гермиона, кивнув. Она подошла и прислонилась к стене рядом с Малфоем. –Он ведь должен быть судьей на турнире, в конце концов, но его не было на Святочном балу, и он не появился на втором задании. Гарри заметил, что он крадется по замку по ночам, и, кажется, проводит много времени в кабинете профессора Грюма. Однажды он был и в кабинете Снейпа, но Снейп был в своей спальне, так что маловероятно, что он знал, что Крауч там. Мы подумали, что, возможно, у Крауча и Грюма есть какой-то план, чтобы добраться до того, кто подал имя Гарри на турнир, но Аластор, похоже, не хотел это обсуждать. Мы думали обратиться к Краучу напрямую, если нам вообще удастся найти его вне занятий. И одного.        Малфой задумчиво потер губы, прежде чем заговорить. Её взгляд задержался на этом движении.        –Хм, это звучит необычно. Я мало знаю о Крауче — отцу он никогда не нравился. Но эта часть про кабинет Снейпа напомнила мне кое-что. Некоторое время назад Снейп допрашивал нескольких слизеринцев о пропаже ингредиентов из его личных запасов в кабинете. Жабросли были одними из них, но теперь кажется очевидным, что Диггори их стащил. Но он также упомянул кожу бумсланга и рог единорога, что навело меня на мысль...       –Оборотное зелье, - выдохнула Гермиона, заканчивая за него.       Он кивнул один раз. –Да.        –Но зачем мистеру Краучу оборотное зелье? И зачем ему нужно красть ингредиенты из запасов Снейпа, чтобы его приготовить?       –Понятия не имею, Грейнджер, - сказал Малфой, пожимая плечами. –Но оба этих ингредиента довольно редки. Я бы поспорил, что остальные легче достать тому, кто его варит.       Гермиона обдумывала эту информацию. –Это похоже на правду. И Крауч не может разгуливать, если он якобы настолько болен, что пропускает даже самые важные события. О, интересно, не был ли Крауч под оборотным зельем в замке, и мы все это время проходили мимо него.        –Если Крауч - вор, - напомнил ей Малфой.        –Да, да, - согласилась Гермиона, нетерпеливо убирая пряди волос с глаз. –Но есть простой способ проверить. Карта покажет имя Крауча, независимо от того, на кого он похож и какие чары он наложил.        –Это довольно сложный магический артефакт, - прокомментировал Малфой, уголки его рта дернулись вниз.        –Это так, - согласилась Гермиона. –Я часто задавалась вопросом, как они его создали... но, с другой стороны, Гарри иногда не осознает ценность того, что у него есть. Я имею в виду, что его мантия тоже очень... Гермиона резко замолчала.        – Его мантия? Ты хочешь сказать, что у Поттера ещё и мантия-невидимка есть? - возмущённо спросил Малфой.        Гермиона поморщилась, не желая подтверждать свою оплошность.       — Да ладно! — прорычал Малфой. — Это возмутительно. Полная несправедливость.        Он замолчал, бормоча что-то про Хогсмид и комья грязи.       — Пожалуйста, забудь, что я это сказала, — тихо произнесла Гермиона. Малфой одарил её взглядом крайнего недоверия, снова взъерошил волосы рукой и тяжело вздохнул.        — Ладно, хорошо, Грейнджер. Но если Поттер думает, что может начать за мной шпионить или попытаться меня одурачить, то он глубоко ошибается.        Она слегка усмехнулась. — Не всё же вертится вокруг тебя, Малфой. — Его выражение лица стало явно недовольным от этого заявления, и она рассмеялась. — Если серьёзно, не волнуйся. Он не будет. Только если ты не задумал чего-то нехорошего. Разве ты не заметил, как мало вы, Гарри и Рон в последнее время обмениваетесь оскорблениями?       Малфой пожал плечами, всё ещё хмурясь из-за удачи Гарри в магических артефактах. Гермиона предположила, что редко у кого-то есть что-то, чего не может быть у Малфоя, даже если он этого хочет.       — Ну, как прошли каникулы? — спросила она, меняя тему.       — Нормально, — ответил Малфой. — В основном занимался домашним заданием и…       — Драко! — раздался визг из коридора.        Малфой поспешно отпрянул от стены. Гермиона обернулась и увидела Панси, надвигающуюся на них с убийственным выражением лица.       – Что ты здесь делаешь? С ней?        Гермиона вздрогнула, услышав эхо слов Монтегю, сказанных несколько месяцев назад, когда он застал их после первого задания.        Прежде чем Малфой успел ответить, из-за угла в другом конце коридора раздался голос.       – Гермиона! – крикнул Рон. – Ты ещё здесь? Мы не могли тебя найти после того, как МакГонагалл прервала, и увидели тебя на Карте здесь с… – Рон замолчал, когда он и Гарри обогнули угол и увидели её всё ещё с Малфоем, к которому теперь присоединилась Панси.       Малфой бросил на неё понимающий взгляд, в котором явно читалось "Я же говорил" из их разговора о шпионаже. Она извиняюще пожала плечами в ответ. Панси не заметила их обмена взглядами, наблюдая за приближающимся Роном с прищуренными глазами. Казалось, у нее была особая проблема с Роном с тех пор, как он присоединился к ее столу на зельеварении.       – Уизли, – презрительно произнесла Панси. – Что ты и твои старомодные лоферы делаете, воняя в этом коридоре?       – Паркинсон, – ответил Рон с презрением, не уступающим презрению Панси. – Не нужно притворяться, что здесь есть запах. Мы все знаем, что это просто так выглядит твое лицо.       Панси задохнулась от возмущения, красные пятна покрыли её щеки, прежде чем она повернулась к Малфою.        – О нет, я не собираюсь вмешиваться в твою перепалку с Уизли снова, – сказал Малфой, качая головой и отступая на шаг. Панси уставилась на него, а Рон самодовольно ухмыльнулся. Гарри просто наблюдал с легким любопытством. Гермиона воспользовалась возможностью, чтобы перейти между Роном и Гарри.        – Пошли обратно в общую гостиную, – сказала она и пошла, так что им оставалось либо последовать за ней, либо остаться с Малфоем и Пэнси. Она бросила последний взгляд через плечо и увидела, как Пэнси сердито вскинула голову, и её длинные темные волосы взметнулись у неё за спиной, а Малфой выглядел упрямым. Когда они повернули за угол в следующий коридор, позади них раздались пронзительные звуки – безошибочные звуки разноса.       — Ха, два по цене одного, — сказал Рон, хихикая. — Заставил Паркинсон заткнуться, и теперь Малфоя отчитывают.       — Что у тебя за проблема с Паркинсон теперь? — спросил Гарри Рона.       — Она меня бесит, — пожаловался Рон. — Честно говоря, я никогда не знал никого, кто мог бы так много говорить. Она проводит все уроки зельеварения, либо болтая со своими друзьями, либо оскорбляя меня. Это сводит меня с ума.        Гарри коротко рассмеялся. — Извини, приятель. Просто получается, что худшее, что Снейп делает с тобой в этом году, происходит из-за того, что он пытается сделать меня как можно более несчастным.       Гермиона тоже засмеялась, рада, что они не спрашивают, почему она так долго была в коридоре с Малфоем.       Гарри посмотрел на нее. — Гермиона, что ты так долго делала здесь с Малфоем?        Черт.        – Он тебя беспокоит? - обеспокоенно спросил Гарри.        – Нет, он меня не беспокоил... у нас просто большой проект намечается...- начала Гермиона.       –Опять нумерология? - подозрительно перебил Рон. –Гермиона, не говори мне, что Скитер хоть в чём-то оказалась права в той статье. И с Малфоем, из всех людей...        Гермиона фыркнула и закатила глаза. – Нет, Рон. Я не 'навязываю свою компанию' Малфою, или что там она ещё написала.        Во всяком случае, не совсем.        – Хм, - пробурчал Рон. Гарри благоразумно промолчал.        Гермиона ненавидела, что ей приходится врать Гарри и Рону, но она всё ещё чувствовала, что полное раскрытие ситуации сейчас принесёт больше вреда, чем пользы. Они начали подниматься по очередной лестнице в башню Гриффиндора, и она поспешно сменила тему на то, о чём могла им рассказать.        – Итак, я кое-что интересное подслушала, и только сейчас связала это кое с чем, имеющим отношение к мистеру Краучу... - начала Гермиона и рассказала им о пропавших ингредиентах Снейпа и о своих мыслях о том, что это связано с ночными визитами Крауча в кабинет Снейпа.       На лицах Гарри и Рона отразилось одинаковое удивление. Пока она говорила, брови Рона поднялись так высоко, что чуть не исчезли в волосах. Она, Гарри и Рон продолжали обсуждать последствия уже после того, как добрались до общей комнаты, строя планы по выслеживанию Крауча и выяснению правды.