Часть 6

— Эй, Боб! — зовёт Уокер, и Боб моментально напрягается всем телом. — Мы в лифте, Уокер, — напоминает он. — Ты едешь с Еленой, Эйвой, Алексеем и Баки на миссию, а я провожаю вас. — Я в курсе, — пожимает плечами Уокер. — Разве я не заслуживаю поцелуя на счастье? — улыбается он. Насупившись, Боб наблюдает за сменяющимися номерами этажей. До вертолётной площадки ещё десяток... — Ладно, — решает он. После чего поворачивается к Уокеру и прижимается губами к его щеке, покрытой мягкой бородой. Кажется, Уокер перестаёт дышать. Чертыхнувшись сквозь зубы, он бьёт по кнопкам лифта, останавливая его между этажами, а затем поворачивает голову и ловит губы Боба в поцелуй. Обвив талию Уокера обеими руками, Боб моментально забывает о внешнем мире. А когда Уокер толкается в его рот языком, в лифте становится ослепительно светло.

***

— Что-то случилось? — озабочено интересуется Елена, внимательно глядя на Боба. — Вы опоздали на пятнадцать минут. — Просто лифт застрял, — отмахивается Уокер. — Этому зданию требуется капитальный ремонт. — Я проверял работу лифтов, — хмурится Баки. — Они не должны ломаться. Нужно будет посмотреть логи после миссии. — Н-не надо, — перебивает его Боб, бегая глазами по всем Громовержцам сразу. — Мы всё починили и выбрались. — Да уж, застрять с Уокером в лифте, — Эйва легко хлопает Боба по плечу, задиристо улыбаясь Уокеру. — И врагу б не пожелала. — Эй! — тут же возмущается Уокер. — Хватит ссориться, мы опаздываем! — перебивает их Алексей. — Елена, у нас всё готово? — Да, пап, — отзывается она, в последний раз осмотрев Боба с ног до головы. — Можем взлетать. По очереди они поднимаются в вертолёт, оставляя Боба в одиночестве. Баки кивает ему на прощание, Алексей улыбается и показывает большой палец, Эйва подмигивает, Елена салютует от виска. Уокер уходит последним, ущипнув Боба за ягодицу, пока никто не видит. В отместку Боб пытается пнуть его лодыжку, но промахивается. Уокер подло хихикает, а затем запрыгивает на ступеньку уже поднимающегося вертолёта. — Позёр, — ворчит Боб, сложив руки на груди, наблюдая, как фигура в тёмно-синем тактическом костюме скрывается внутри. Плохое предчувствие скребётся где-то в затылке. Боб старательно не обращает на него внимание. Пройдёт. Как обычно.

***

Плохое предчувствие не проходит.

***

Боб пытается заняться домашними делами, почитать книги или залипнуть в Тик ток, но его мысли то и дело отвлекаются на что-то стороннее. На то, как ветер трепал его волосы и пронзал насквозь лёгкую толстовку; на то, как лучи солнца отражались на лобовом стекле вертолёта; на то, как счастливо Уокер улыбался, прежде чем отвернуться к Елене. Напряжение копошится где-то внутри, скручивает кишки в тугой комок. Боб сам себе кажется натянутой струной. Он сидит в башне Мстителей, смотрит в панорамное окно и ждёт, ждёт, ждёт... Тревога внезапно увеличивается в сто крат, поднимаясь от живота вверх по телу, стискивая горло. Боб чувствует страх, инстинктивный, первобытный ужас перед надвигающейся смертью. Как наяву он слышит грохот поврежденного вертолёта, отчаянный писк множества приборов, смесь русского и английского мата сквозь зубы. Они падают. Вскочив на ноги, Боб срывается с места и бежит к балкону, совершенно позабыв про обувь. Их нужно спасти, — бьётся в голове. — Мы можем их спасти. Не думая больше ни о чём, он прыгает с балкона и летит, ведомый спутанным клубком эмоций. Время вокруг замирает, почти останавливается, позволяя ему двигаться с такой скоростью, что мир далеко внизу сливается в бесконечное буро-сине-зелёное пятно. Он успеет, успеет, обязательно успеет. Несколько горящих вертолётов появляются на горизонте, медленно приближаясь к земле. Их лопасти лениво рассекают воздух, сражаясь с гравитацией, люди внутри застыли словно в патоке. Боб безошибочно находит своих и несётся к ним, слабо представляя, что делать. Он мог бы вытащить их из вертолёта, наверное. Хотя он не уверен, как забраться внутрь, когда время вернёт свой обычный ход и до падения останутся секунды. Возможно, он мог бы поймать сам вертолёт и опустить его вниз? На пробу, он подлетает ближе, касается гладкого черного носа, обхватив его руками. Вертолёт вздрагивает, и в этот момент время возобновляет свой ход. Звуки, грохот, крики, взрывы обрушиваются на Боба вместе с весом вертолёта. Давление настолько сильное, что кажется, он не выдержит, но... — Боб! — голос Елены заглушает окружающий хаос. Он должен их спасти. Упёршись обеими руками в вертолёт, Боб прижимается лбом к горячему металлу и вместе с ним медленно опускается на землю. Когда босые ноги касаются песка, Боб облегчённо выдыхает, слепо моргая на яркое солнце и поднявшуюся от работающих лопастей пыль. — ...! — он слышит чей-то голос словно через вату. Сердце бьётся в ушах, заглушая всё остальное. — Боб, да очнись ты! Уокер ещё там! — Елена пытается встряхнуть его, но её сил слишком мало. — Ч... Что? — переспрашивает Боб, с трудом сосредоточившись на Елене. — Уокер! — почти отчаянно кричит она и тычет пальцем в небо, в последний оставшийся вертолет. Когда Боб поднимает голову, оттуда выпадает крошечная фигурка. — Блять, — потрясённо выдыхает Баки. — Он не переживёт падение с такой высоты. Боб не слышит окончание фразы. Сорвавшись с места, он взмывает вверх, навстречу Уокеру. Мир вокруг, будто в насмешку, ускоряется, воздух кажется плотной стеной, а гравитация — кандалами на всём теле. Боб упрямо летит наперегонки со временем, не отрывая глаз от Уокера, и всё-таки ловит его, точнее, врезается, обхватив руками и ногами. — Ух, бляя-ать, — вопит Уокер от неожиданности. — Я держу тебя, держу тебя, Джон, — частит Боб, прижимаясь лбом к твёрдой груди, стараясь не смотреть вниз. — Бобби! — восклицает Уокер, схватив его за плечи. — Ты научился летать?! — Правда? — спрашивает Боб, вскинув голову, чтобы заглянуть в голубые глаза. В этот момент он понимает, что больше не чувствует себя всесильным Богом. — Твою ма-ать, — снова вопит Уокер, когда они начинают падать. — Теперь мы разобьёмся и умрём в один день, как в грёбаной мелодраме! — Не разобьёмся, — упрямо говорит Боб, цепляясь за него дрожащими руками. — Я не позволю нам умереть. Тебе нужно оказаться сверху. — Блять, Боб, это немного не вовремя! — замечает Уокер тем самым тоном, которым обычно шутит свои дерьмовые шутки. — Тебе нужно было сказать мне об этом раньше. — Придурок, — успевает отбить Боб, прежде чем перевернуть их обоих в воздухе и врезаться в землю спиной. Удар похож на взрыв. По ощущениям — тоже. Бобу кажется, будто его тело разорвало на мелкие частицы. Он не чувствует ни рук, ни ног, не слышит звуков, а в глазах только яркий свет и мутные пятна. — ... вай, пожалуйста, Бобби, — пробивается откуда-то издалека. С трудом моргнув, он начинает кашлять, пытаясь выхаркать песок, забивший глотку. — Воды, Эйва! — кричат откуда-то сверху. — Несу, — отвечает знакомый голос. В горло начинает течь вода, и он глотает, почти захлёбываясь. — Вот так, не спеши, — подбадривает кто-то. — Нам нужно закончить миссию, террористы могли выжить, — напоминает ещё один голос. Будто в ответ где-то неподалёку раздаётся оглушительный взрыв. — Или нет, — хмыкает Елена. Елена? — Елена... — с трудом хрипит Боб, разлепляя глаза. Его голова лежит на чьих-то коленях, а Елена сидит рядом, улыбаясь разбитыми губами: — Ты цел? — Вроде... бы. Что случилось? — Ты не помнишь? — уточняет Уокер, нависая над ним совсем близко. Оу, вот на чьих коленях так безумно неудобно лежать. — Я... Помню, что испугался без причины. А потом выпрыгнул с балкона, чтобы найти вас. — Что ж, твоя интуиция не подвела, — хмыкает Эйва, наблюдая, как Алексей перебинтовывает её окровавленную руку. — Неплохая страховка на случай чрезвычайных ситуаций. Хоть и непредсказуемая, — настраивая портативную рацию, замечает Баки. — Можешь встать? — спрашивает Елена. — Надо бы найти дорогу, с которой нас заберут. — Ты что, хочешь, чтобы он шёл по пустыне босой? — переспрашивает Уокер, удерживая руки на плечах Боба. — Есть другие варианты? — парирует Елена. — Пусть Валентина пришлет вертолёт прямо сюда. — О нет, нет, нет, — Эйва торопливо качает головой и пятится. — Не думаю, что в ближайшую неделю я вообще приближусь к вертолётам. Оказывается, ездить в Нью-Йоркском метро было безопаснее. — Всё в порядке, Джон, я могу идти и босиком, — говорит Боб, после чего пытается сесть прямо. Повисшая тишина сразу же кажется ему странной. Скомкав в кулаках подол толстовки, Боб осторожно поднимает голову, глядя на Елену, Баки, Эйву и Алексеея. — Как ты его только что назвал? — подозрительно уточняет Елена.

***

Валентина отправляет за ними внедорожник. Когда машина находит их в пустоши по GPS, водитель с напарником долго разглядывают Боба. — Вы спасали гражданского из заложников? — уточняет один из них. Поджимая пальцы ног, Боб неуверенно мнётся босиком на песке и в очередной раз пытается отряхнуть безнадежно испорченную толстовку с опалённым рукавом. — Нет. Боб один из нас, — стальным тоном заявляет Елена, после чего забирается в машину. Боб вместе с Эйвой лезут вслед, а Баки, Уокер и Алексей располагаются напротив них. Вся поездка проходит в тишине. Елена то и дело кидает задумчивые взгляды на Уокера, тот в ответ игнорирует её с самым независимым видом, на который способен. Эйва явно забавляется и периодически прячет улыбку, отворачиваясь к окну. Алексей вздёргивает брови, провоцируя Елену на молчаливый диалог, и только Баки дремлет, сложив руки на груди, привалившись к дверце. Боб смотрит на свои грязные ступни, отчаянно мечтая исчезнуть из реальности. Кажется, в какой-то момент у него получается что-то подобное, потому что Елена вдруг хватает его за предплечье. — Прекрати, Боб, — тихо говорит она. Предплечье под рукой Елены потихоньку становится видимым. Боб сжимает появившуюся руку в кулак. — Извини, — шепчет он. Взгляд Уокера ощущается на коже почти осязаемым. Наверное, Боб будет должен ему объяснения. Ну, после того, как сможет объяснить Елене, какого чёрта он назвал Уокера «Джоном». Вздохнув, Боб ёрзает, стараясь занимать как можно меньше места. Елена сразу убирает ладонь и двигается к окну, освобождая для Боба столько пространства, сколько возможно в тесном для шестерых внедорожнике. — Спасибо, — робко говорит Боб. А потом они въезжают на окраину Нью-Йорка.