Последний приказ ветра (Для любителей пикантного контента)

<<Дорогой читатель! Эта глава содержит неканоничный эротический контент и создана для ценителей пикантных сцен. Если вы предпочитаете сюжетное развитие - смело пропускайте, это не повлияет на понимание основной истории.>>

Итэр медленно открыл глаза, яркий свет из витражных окон церкви Барбатоса резал взгляд. Голова гудела, будто после долгого сражения, но вместо боли в теле была лишь приятная усталость — словно он наконец-то выспался. — Очнулся! — первым его заметил Дилюк, скрестивший руки на груди. В его обычно холодных глазах светилось редкое одобрение. Тут же к кровати подступили остальные: Барбара с влажным от слёз лицом, Кэйа с едва уловимой ухмылкой, Ноэлль, сжимающая руки у груди, и даже Эмбер, которая тут же сунула ему в руки только что испечённый пирог. — Ты спас Мондштадт, — тихо сказала Барбара, касаясь его руки. — Орден Бездны отступил. — Да уж, — Кэйа лениво опёрся о стену. — Теперь ты официально герой. Придётся терпеть толпы поклонниц. Один за другим они вручали ему подарки: вино от Дилюка, редкие книги от Кэйи, вышитый платок от Ноэлль. Но когда все разошлись, в дверях задержалась Джинн. — Народ требует наградить тебя, — сказала она, избегая прямого взгляда. — Но… я не знаю, что предложить. Выбери сам. В пределах разумного, — добавила она строго, но в её голосе дрогнули нотки смущения. Она ушла, оставив его наедине с мыслями. Итэр постучал в дверь её кабинета уже вечером. Джинн сидела за столом, погружённая в документы, её бледные пальцы перебирали пергаменты, а брови были сведены в привычной строгой складке. — Ты определился? — спросила она, не поднимая глаз. — Да, — он сделал шаг вперёд, и только тогда она оторвалась от бумаг. — Ну? — Джинн откинулась в кресле, изучая его. — Я выбираю тебя. Её глаза расширились. Щёки мгновенно залил румянец, а губы слегка приоткрылись — редкая потеря контроля для всегда собранного капитана. — Ты… уверен? — голос её звучал тише обычного. — Абсолютно. Она замерла, будто взвешивая каждый возможный ответ. Но вместо отказа лишь опустила взгляд и кивнула. — Хорошо. Итэр не стал ждать. В два шага он преодолел расстояние между ними, притянул её к себе и прижал губы к её рту. Джинн вздрогнула, но не оттолкнула — её пальцы вцепились в его рубаху, сминая ткань. Он чувствовал, как дрожит её тело, как учащённо бьётся сердце под тонкой тканью униформы. Его руки скользнули вниз, обхватив её бёдра, и он поднял её, усадив на стол. Бумаги полетели на пол, но никого это уже не волновало. — Ты… всегда такой нетерпеливый, — прошептала она, когда его губы опустились на её шею. — А ты всегда слишком много говоришь, — он расстегнул пряжку её плаща, и ткань соскользнула на пол. Её грудь, скрытая под плотным корсажем, высоко поднималась с каждым вдохом. Итэр не стал церемониться — провёл пальцем по вырезу, чувствуя, как кожа под ним горит. — Мы… не должны… — она попыталась протестовать, но её голос сорвался, когда его ладонь накрыла её грудь. — Слишком поздно для «не должны», — он прикусил её нижнюю губу, заставив её вскрикнуть. Джинн, обычно такая строгая и непреклонная, теперь покорно запрокинула голову, когда его пальцы развязали шнуровку корсажа. Её грудь освободилась, и он не удержался, чтобы не провести языком по твёрдому соску. — Итэр… — её ногти впились ему в плечи. Он улыбнулся против её кожи: — Капитан, разве это достойная реакция? Но она уже не могла отвечать — только стонала, когда его рука скользнула между её бёдер, нащупывая влажную теплоту даже через ткань. — Ты уже готова, — констатировал он, наслаждаясь её смущённым вздохом. Его пальцы легко проникли в неё, и Джинн резко выгнулась, впервые за вечер полностью потеряв контроль. — Т-так нечестно… — она пыталась сохранить остатки гордости, но её бёдра сами двигались навстречу его руке. — А кто сказал, что я играю честно? Он ускорил движения, чувствуя, как её тело напрягается, как её ноги дрожат вокруг него. — Я… не могу… — Можешь, — он прижал её к себе, чувствуя, как она замирает на грани. И тогда она сломалась. Тихий крик, судороги, пальцы, впивающиеся в его спину. Когда она пришла в себя, её голубые глаза были затуманены, а губы приоткрыты. — Это… было… — Только начало, — перебил он её. И прежде чем она успела возразить, он уже был внутри неё. Джинн едва успела перевести дыхание, как Итэр уже подхватил её за бедра и усадил на край стола. Деревянная поверхность холодно касалась её обнажённой кожи, но это ощущение тут же растворилось в жарком прикосновении его рук. — Мы... не можем здесь... — прошептала она, но её протест потерял всю силу, когда он вошёл в неё снова, заполняя её полностью. Её ноги обвились вокруг его талии, пальцы впились в его плечи. Каждый толчок заставлял стол скрипеть, а документы окончательно падали на пол. — Ты же сказала... выбрать награду... — он дышал ей в губы, наслаждаясь тем, как её обычно безупречный образ рушится на его глазах. Вдруг раздался лёгкий стук в дверь. — Капитан Джинн? Вы здесь? — голос Ноэлль прозвучал совсем близко. Джинн мгновенно замерла, её тело напряглось, но Итэр не остановился — напротив, он двинулся медленнее, но глубже, заставляя её кусать губу, чтобы не застонать. — Я... я занята, Ноэлль! — её голос дрожал, и она тут же покраснела от собственной неуверенности. — Хорошо! Просто хотела уточнить насчёт патруля у ворот... — Ноэлль слегка надавила на ручку двери, но, к счастью, та была заперта. Итэр воспользовался моментом — одной рукой он прижал Джинн к себе, а другой зажал её рот, когда новый толчок вырвал у неё сдавленный стон. — Тсс... — он ухмыльнулся, чувствуя, как её тело сжимается вокруг него от страха быть обнаруженной. — Капитан? Вам... помочь? — Ноэлль всё ещё стояла за дверью. — Нет! Всё в порядке! — Джинн едва сдерживала дрожь в голосе, но её бёдра сами двигались навстречу Итэру, предательски выдавая её. Наконец шаги Ноэлль затихли в коридоре. — Ты... чёртов... безрассудный... — Джинн выдохнула, когда он убрал руку с её рта. — Но тебе нравится, — он ухватил её за талию и перевернул, заставив опереться на стол. Её спина выгнулась, а руки вцепились в край стола, когда он вошёл в неё снова — теперь уже без прелюдий, резко и властно. — Итэр... — её голос сорвался на высокую ноту, когда он одной рукой схватил её за волосы, слегка оттягивая голову назад. — Ты же хотела наградить героя? — он дышал ей в ухо, наслаждаясь тем, как её тело подчиняется каждому его движению. Джинн больше не пыталась говорить — только тихо стонала, когда стол под ними скрипел всё громче, а её пальцы оставляли царапины на дереве. Где-то вдалеке снова раздались шаги, но теперь ей было всё равно. Она уже была на грани, её тело дрожало, готовое сорваться в пучину наслаждения. — Кончай, — приказал он, и она послушалась, сжимая его внутри себя, теряя контроль. Её крик он заглушил поцелуем, а сам последовал за ней, наполняя её теплом. Они замерли, тяжело дыша, пока вокруг царил беспорядок из разбросанных бумаг и сдвинутой мебели. Джинн медленно опустилась на стол, её тело всё ещё дрожало. — Это... было безответственно, — прошептала она, но в её голосе не было ни капли сожаления. Итэр лишь усмехнулся, целуя её в плечо. — Зато незабываемо. Джинн медленно поднялась со стола, её ноги слегка дрожали, а униформа была в беспорядке. Она попыталась придать лицу привычное строгое выражение, но румянец всё ещё пылал на её щеках. — Это... больше не повторится, — сказала она, избегая его взгляда, пока поправляла корсаж. Итэр лишь усмехнулся, лениво опираясь о стол. — Конечно, капитан. Как скажешь. Он видел, как её пальцы дрожат, застёгивая пряжки, как взгляд невольно скользит к нему — и знал, что она врёт. Джинн наконец собрала волосы в привычный хвост и глубоко вдохнула, возвращая себе хоть каплю достоинства. — Ты получил свою награду. Теперь — свободен. — Может, ещё разок, для закрепления? — он игриво поднял бровь. — Вон. — Она указала на дверь, но в уголках её губ дрогнула улыбка. Итэр послушно направился к выходу, но у самой двери обернулся: — Если захочешь «обсудить патрули»... ты знаешь, где меня найти. Дверь закрылась за ним, а Джинн осталась одна среди разгромленного кабинета. Она провела рукой по растрёпанным волосам, затем вдруг рассмеялась — тихо, как будто боясь, что кто-то услышит. «Герои действительно требуют особого вознаграждения», — подумала она, собирая разбросанные бумаги. Снаружи доносились привычные звуки Мондштадта: смех, музыка, крики торговцев. Никто и не догадывался, что их безупречный капитан только что нарушила все свои правила. И, возможно, не в последний раз.