4.Lavender (Лаванда)

      Тупой топор его отца опускался, и опускался, и опускался. Прямо перед тем, как он попал ему в ногу, Нил резко очнулся, тяжело дыша.       В его комнате было темно и почти пусто, как и в подвале у Натана, и Нил не мог отдышаться. Логически он понимал, что находится в безопасности, но это не успокаивало. Всё его тело чесалось от желания бежать, бежать и бежать, пока ноги не подкосятся, а потом ползти дальше, пока не подкосятся и руки. Казалось, стены надвигаются на него, и Нилу нужно было увидеть небо над головой и почувствовать ветерок на своей коже, но если бы он спустился вниз, то знал, что убежит и никогда не оглянется. Он открыл окно, но этого было недостаточно. Он не мог дышать. Ему нужно было выйти на улицу.       Нил, спотыкаясь, прошёл через гостиную к пожарной лестнице. Как только дверь открылась, Нил упал коленями на бетонный пол, жадно вдыхая свежий воздух и запрокинув голову к звёздам. Он почувствовал запах дыма. — Всё в порядке, — сказал он себе. — Всё в порядке, всё совершенно в порядке.       — Я… — задыхаясь — Я в порядке! — Нил сказал это вслух, но это было бесполезно. Он задыхался, всё его тело дрожало. Ему не снился такой кошмар уже больше года, и он не знал, что делать. Его зрение затуманилось. Он был весь в поту, лицо горело, как будто Лола прижала к нему ещё одну зажигалку.       — Джостен.       Нил резко поднял голову и проклял всё на свете. Почему из всех людей в мире именно Эндрю оказался здесь и увидел его таким, свернувшимся калачиком, со слезами на лице? Чёрт, после этого Нил никогда не сможет смотреть Эндрю в глаза.       Пожарная лестница была слишком маленькой для одного человека, не говоря уже о двух, и Нил не мог поверить, что сначала не заметил там Эндрю. Он был так сосредоточен на том, чтобы дышать, что не понял, куда бежит. Его затуманенное зрение не помогало.       — Джостен. Нил, посмотри на меня. — Эндрю бросил что-то на землю и подвинулся вперёд, задевая коленями Нила. Нил не понимал, почему Эндрю всё ещё здесь. Если бы Нил увидел, что у Эндрю случилась паническая атака возле их дома, он бы… он бы что? Неужели Нил действительно вернулся бы в дом и оставил Эндрю на произвол судьбы? Может, он бы так и поступил при первой встрече, но сейчас он так не думал. Не после Сэр. Не после обмена фотографиями и историями об их котах, не после редких моментов понимания, когда у Эндрю были все возможности нанести удар Нилу, но он этого не делал.       Пальцы обхватили его за шею, и Нил вздрогнул. Его взгляд встретился со взглядом Эндрю, спокойным и уверенным перед лицом отчаяния Нила. Прикосновение было незнакомым, но оно вернуло его в настоящее. Он был не в подвале своего отца. Он был на пожарной лестнице возле своего дома. Он был в Пальметто. Он был с Эндрю. Натан не мог до него добраться.       — Вот так, — Голос Эндрю был резким, но тихим. — Дыши.       Нил судорожно хватал воздух ртом.       — Повторяй за мной, — сказал Эндрю. — Вдох… выдох… вот так, правильно, вдох… выдох…       Нил попытался. Его дыхание было прерывистым и всё ещё более учащённым, чем у Эндрю, но это было явным улучшением.       —Эн ... дрю, — Нил выдохнул.       — Заткнись, — Взгляд Эндрю был полон яда. — Перестань болтать и просто дыши, чёрт возьми.       — Я…в п…       — Не говори. Ты явно не в порядке, Нил, но ты здесь, ты жив, и пока этого достаточно. — Эндрю крепче сжал его руку, и Нил немного подался вперёд.       Нил едва заметно кивнул, хотя со стороны Эндрю это, вероятно, больше походило на дёргание.       — Вдох… и выдох… и вдох, — голос Эндрю был фоновым шумом, смешивающимся со стрекотанием сверчков и воем ветра. Нил пытался сосредоточиться на словах, позволяя Эндрю направлять его дыхание. Он не знал, как долго они там пробыли, но в конце концов дыхание Нила выровнялось, и он снова почувствовал себя самим собой.       Нил почувствовал себя немного лучше, но не был готов вернуться в постель, поэтому не двигался. Наконец Нилу удалось сказать:       — Спасибо.       Эндрю не ответил. Нил был уверен, что Эндрю заметил, что он больше не задыхается, но не отодвинулся. Они так и остались в этом положении, колено к колену, лбы прижаты друг к другу, рука Эндрю лежит на затылке Нила, давая ему возможность за что-то держаться, пока остальной мир медленно возвращается к нему.       Нил не хотел, чтобы Эндрю уходил, и разве это не тревожный знак? Они с Эндрю ненавидели друг друга. Они были врагами.       Вот только, кажется, это было не так. Враги не воспитывают кошек вместе. Враги не ведут полуцивилизованные беседы почти каждую ночь, даже если эти беседы в основном касаются их кошки. Враги не помогают друг другу справляться с паническими атаками, вызванными кошмарами.       Он не был уверен, когда они с Эндрю перестали быть врагами. Он не знал, были ли они друзьями, но кем бы они ни были, Нил доверил Эндрю самое сокровенное, самое ужасное, и Эндрю не отвернулся. Возможно, он и не хотел доверять Эндрю, но это произошло, и Нил не мог ничего изменить. Он даже не мог заставить себя сожалеть об этом. Хорошо это или плохо, но Эндрю видел худшие стороны Нила, и он всё ещё был здесь.       Он не так уж сильно ненавидел Эндрю, понял Нил. На самом деле он вообще не ненавидел Эндрю.       И, несмотря на заявления Эндрю об обратном, Нил был почти уверен, что Эндрю тоже его не ненавидит, ну или больше не ненавидит.       С такого близкого расстояния Нил мог разглядеть каждую деталь лица Эндрю. Он никогда не замечал золотистого оттенка в его глазах, крошечной родинки прямо над левым ухом или небольшого наклона носа вправо. Ресницы Эндрю были намного длиннее, чем думал Нил. Он предполагал, что их трудно разглядеть издалека, потому что волосы Эндрю очень светлые, но сейчас казалось, что они почти касаются его щёк.       — Почему ты возненавидел меня, когда я только переехал? — спросил Нил.       — Смело с твоей стороны предполагать, что я не ненавижу тебя сейчас, — сказал Эндрю, и Нил видел каждое движение его губ.       — Ты уже больше месяца не пытался меня разыграть, по крайней мере, так, чтобы это действительно причинило мне неудобства. Ты каждый вечер передаёшь мне Сэр, и ты почти вежлив со мной. И ты только что помог мне справиться с панической атакой, хотя мог бы просто вернуться в дом и оставить меня разбираться с моими проблемами. По крайней мере, ты ненавидишь меня меньше, чем раньше.       — Ты даже не представляешь, как сильно я тебя презираю. — Эндрю сказал это как ни в чём не бывало, но в его глазах вспыхнуло что-то, что Нил не смог определить. Это был не гнев, но что-то похожее.       Нил закатил глаза. — Ладно. Тогда почему ты начал меня ненавидеть?       К удивлению Нила, Эндрю действительно ответил.       — Сначала это было из принципа. Ты был конкурентом. Я был единственным магазином магических товаров в городе, а потом ты переехал прямо по соседству. Зачем кому-то покупать магическое растение, которое умрёт через несколько недель, если можно сделать постоянную магическую татуировку?       Нил моргнул. Он был уверен, что обратная зависимость между силой и временем действия чар общеизвестна. Очевидно, что это не так. Может быть, Нилу следовало сказать об этом Эндрю сразу, но во время их первого разговора он был слишком зол, чтобы спорить с Эндрю, а после этого решил считать его соперником. Если бы они поговорили по-человечески, то могли бы всего этого избежать. Нил не смог сдержать короткий смешок, осознав свою глупость.       — Эндрю, это так не работает. Чем дольше магия привязана к одной форме, тем слабее она становится. Я могу наделить людей постоянной магией с помощью своих татуировок, но она будет намного слабее, чем всё, что можешь сделать ты. Ко мне приходило много клиентов, которые просили то, что я не мог им дать, и большинство из них в итоге шли в твой магазин. У твоей причуды другое предназначение, чем у моей. Нам не нужно соревноваться.       Эндрю прищурил глаза. — Откуда ты это знаешь?       Нил задумался, что бы сказать Эндрю. Он мог бы солгать, но Эндрю ответил на его вопрос честно, поэтому Нил решил, что должен сказать Эндрю хотя бы часть правды.       — Мой отец проводил некоторые… исследования причуд.       — Исследования? — спросил Эндрю. Нил вздрогнул от этого воспоминания, и Эндрю вопросительно наклонил голову. Он явно понимал, что Нил рассказал ему не всё, но Нил не был готов продолжать эту историю.       — Я расскажу тебе в другой раз, — сказал Нил, затем быстро сменил тему. — Ранее ты сказал ‘сначала’. Что еще заставляло тебя ненавидеть меня, кроме конкуренции?       Эндрю отодвинулся ещё дальше, и Нил сразу почувствовал, что ему не хватает их близости. Это было нелепо, ведь они находились всего в нескольких сантиметрах друг от друга.       — Ты меня раздражал, — сказал Эндрю.       — Ещё до того, как я с тобой заговорил?       — Твое лицо меня раздражает. Я его ненавижу.       — Это правда лучшее, что ты смог придумать?       — Это чистая правда.       — А, — шутливый тон Нила угас, и его охватило ужасное осознание. — Ты говоришь о моих шрамах?       Нил знал, как он выглядит. Он видел, как матери закрывали глаза своим детям, когда он проходил мимо, замечал, как люди вздрагивали при первой встрече с ним. Взгляд Эндрю, казалось, не избегал его шрамов и не задерживался на них, но в первые несколько дней Нил намеренно игнорировал взгляды Эндрю, так что, возможно, он не замечал отвращения.       Он был почти уверен, что Эндрю что-то говорит, но Нил не обращал на это внимания. С нарастающим ужасом Нил вспомнил, что перед сном снял рубашку. Он хотел забежать в дом и прикрыться, но было слишком поздно. Он пробыл здесь с Эндрю бог знает сколько времени, слишком отвлечённый своим кошмаром, а потом и Эндрю. Эндрю уже всё видел. Нил попятился, пока не упёрся в перила, и смущённо обхватил себя руками, тщетно пытаясь прикрыться.       — Нил.       Нилу не следовало идти сюда, потому что теперь он был далеко от входа в свою квартиру. Ему нужно было пройти через Эндрю, если он хотел уйти.       Эндрю шагнул вперёд, и Нил процедил сквозь зубы: — Нет.       Эндрю застыл на месте. Он медленно пошевелил руками, а затем начал снимать нарукавники. Нил настороженно наблюдал за ним, размышляя, стоит ли перелезать через перила. Они были всего лишь на втором этаже. Если бы Нил прыгнул осторожно, то, возможно, даже не сломал бы себе ничего. Наверное.       Эндрю протянул ему свои обнажённые руки. Нил сосредоточил на них взгляд, и его глаза расширились от удивления. На предплечьях Эндрю виднелись бледные тонкие линии шрамов.       — Эндрю, тебе не обязательно…       — Ты не хотел показывать мне свою грудь. Я лишь возвращаю то, что ты изначально не собирался мне отдавать.       Нил отошёл от перил и направился к Эндрю. — Почему?       — Мне плевать на твои шрамы. Я не знал, как ещё показать тебе это.       — Ты сказал, что ненавидишь меня из-за моего лица.       — Это не потому, что я считал тебя непривлекательным.       — Тогда… — Нил растерялся. — Что ты имеешь в виду?       На мгновение Нилу показалось, что он видел румянец на лице Эндрю.       — Ты мог бы разобраться в этом сам.       — Я же тупой, помнишь? — слабо пошутил Нил.       — Это не моя проблема, — сказал Эндрю. Затянувшееся сомнение Нила, видимо, было очевидным, потому что Эндрю вздохнул и добавил: — Я не считаю тебя уродливым, ясно?       — Ладно, — сказал Нил. — Спасибо, что показал мне свои шрамы. И за паническую атаку и всё такое. Я, наверное, испортил тебе вечер, — хотя, если подумать, он не совсем понимал, почему Эндрю вообще оказался на пожарной лестнице в два часа ночи.       — Ты ничего не испортил, — сказал Эндрю. — Я всё равно не мог уснуть.       — Поэтому ты был здесь?       В ответ Эндрю достал из кармана пачку сигарет и помахал ею перед лицом Нила.       — А, — Нил кивнул и повернулся, чтобы уйти. В последнюю секунду он остановился. На сегодня он уже достаточно натерпелся от Эндрю и не стал бы винить его, если бы тот поставил точку, но попытаться стоило. — Эй, не могла бы сэр снова остаться со мной сегодня вечером? Я знаю, что сейчас твоя очередь с ней. Ты можешь взять её на следующие две ночи, я просто…       — Да, — перебил его Эндрю.       Нил удивлённо моргнул. — Вот так просто?       — Очевидно, что сейчас она нужна тебе больше. Заберу её завтра.       Нил почувствовал, как на его лице расплывается улыбка. — Спасибо, я…       — Уходи, пока я не передумал, — сказал Эндрю, хотя в том, как он это сказал, не было угрозы. Нил рассмеялся и вернулся в дом. Несколько минут спустя раздался стук в их общую дверь, и когда Нил открыл ее, Эндрю держал Сэр на руках. Не говоря ни слова, он выпустил ее в квартиру Нила и захлопнул дверь.       " Да, — подумал Нил — он определённо не ненавидел Эндрю."