5. Его любимая гостья

      Проснувшись как обычно с утра в комнате и увидев над собой привычный балдахин собственной кровати, Шаарнез не сразу вспомнил о происходившем накануне. Сидело внутри какое-то странное беспокойное чувство, будто он забыл о чем-то очень важном. Конечно, едва сев в постели и став протирать глаза, он принялся вспоминать. И картины произошедшего одна за другой возвратились к нему.       – Тисс! – взволнованно вскрикнул он, вскочив на ноги. Укоряя себя за то, что он вообще умудрился о таком забыть, Шаарнез бросился переодеваться – одежда, в которой он уснул прошлым вечером, слежалась и измялась. Образ, казавшийся ему прошедшим днем идеальным для молодого аристократа, теперь превратился в нелепый и неуместный. Ведь она осталась там, в шахте, совсем одна и, возможно, раненная… – Только не это! Нет!..       Смятые вещи стремительно полетели на пол. Постучавшиеся к нему слуги даже не успели раскрыть рта, чтобы окликнуть молодого господина, который выскочил из своих покоев, словно имперская гончая на охоте. Мальчишка сбежал по лестнице, чудом не споткнувшись, и что есть духу полетел в главный зал. Кричать на бабку, если это потребуется, вопить во все горло, лишь бы обратить их внимание. Лишь бы они одумались и разрешили ему вернуться за ней. Тисс… Что с ней случилось после их ухода? Куда она пошла? Что, если чудовище не умерло и нашло ее? Об этом он боялся даже помыслить. Ведь в таком случае, если с ней что-то случилось, он никогда не сможет простить себя…       Как все прекрасно начиналось в тот день: он встретил ее на их месте, они вместе гуляли по городу, он даже держал ее за руку и ловил на себе недоуменные и завистливые взгляды других эльфов-мужчин. А потом ее поцелуй… Шаарнез не мог вспоминать его без дрожи. Настоящий поцелуй. С ней – с самой прекрасной и необыкновенной эльфийкой из всех, каких он встречал. Если бы только можно было расти быстрее!.. Она должна была дождаться и стать его женой, когда он достигнет зрелости. По-другому просто не могло быть – так думал мальчишка. Если не за нее, – за своенравную и свободолюбивую чародейку, летающую на драконе – то ни за кого больше.       Он распахнул двери залы дерзко и стремительно, наперед выражая свое настроение, свои обиду и злость. Пусть бабка ругается, сколько ей влезет. Тисс, можно сказать, была его будущим, и он не собирался от нее так легко отказываться.       – Бабушка! Ты должна позволить мне вернуться в шахту, потому что там осталась!.. – он резко замолчал, замедлив шаг. Суровый взгляд бабки обжег его, словно жесткая кожаная плеть. Здесь же была его тетушка: стояла возле трона главы семьи и спокойно глядела на вошедшего Шаарнеза. И тут у мальчишки перехватило дыхание. Перед троном Эзганы был поставлен резной хрустальный стул, на котором с изяществом и простотой, на которые оставалась способна только она одна, сидела… – Тисс!       Как только она обернулась к нему, мальчишка позабыл все на свете: где он находится, как должен себя вести, кто еще есть в этом зале… Шаарнез рванулся к ней, ничего более не видя. Чародейка привстала ему навстречу, и наследник рода Генэш с лету врезался в нее, обхватывая за талию и лицом утыкаясь в живот. Она даже покачнулась от этого внезапного броска. Ее прекрасный аромат, ее тонкий стан, ласковые руки – он словно тонул в облаке. Полное блаженство. Это ощущение многократно усилилось, когда Тисс тепло обняла его в ответ. «Она не в обиде… – расплылся в глупой и счастливой улыбке мальчик, продолжая носом тыкаться в бархат ее платья. – Моя Тисс…»       – Ты вернулась… – тихо прошептал он.       – Я ведь обещала тебе. Пока это в моих силах, я буду с тобой.       Момент трогательного воссоединения мог продлиться дольше, но среди ясного неба грянул неумолимый гром. Точнее, раздался грубый удар посоха о плиты пола. Шаарнез вздрогнул, замерев в объятиях эльфийки.       – Что за дерзкие выходки?! Наследник рода Генэш бесстыдно жмется к женщине! В присутствии старших членов семьи! Шаарнез со Генэш! Что ты себе позволяешь?! – Эзгана не могла поверить в увиденное: внук, лишь завидев эту чужестранку, наплевал на все правила приличия и нормы этикета. Внимательно подмечающая взглядом каждую мелочь Ваада не переставала дивиться поведению наследника. Наследника, которого она знала как облупленного. Пальцы Шаарнеза дрожали, но он продолжал стискивать платье Тисс. Глава рода не выдержала, рявкнув: – Да отпусти же ты ее наконец! Ты ведешь себя, как голодный теленок, добравшийся до вымени матери!       Неизвестно, как бы он повел себя дальше, если бы не нежные руки чародейки, легонько отстранившие его. Огромные глаза Шаарнеза обратились к ней. Однако Тисс лишь мягко улыбнулась ему. Будто без слов заверяла: «Я никуда не исчезну, ты можешь спокойно отпустить меня». И он повиновался: не поднимая глаз на бабку, встал рядом с Тисс, ожидая неизбежного выговора.       – Объяснитесь, – холодно потребовала Ваада, смерив нисколько не смутившуюся Тисс пристальным взглядом. Перед ними явно предстала не простая эльфийка. Она не терялась, стоя посреди темного зала, не дрожала при виде суровой величественности Эзганы, не испытывала неловкости от того, что кто-то стал свидетелем проявления ее чувств. «Эта магика спасла его от чудовища шахты. Ей это дорого обошлось – она еле стоит на ногах, – с невольным уважением рассуждала лекарка. – Это необычная женщина».       – Кто вы такая и что вам нужно от нашей семьи? Я хочу слышать правду! – протрещал под сводами зала голос главы рода Генэш. Шаарнез съежился: когда бабка начинала говорить так, ничем хорошим это обычно не заканчивалось. Однако Тисс не дрогнула.       – Мое имя Тисс. Я всего лишь обыкновенная странствующая магика. И нет, мне нечего не нужно от вашей семьи, госпожа со Генэш.       – Я же предупредила, чтобы вы говорили правду, – недоверчиво прищурилась женщина, продолжая испытующе на нее смотреть. – Если бы вам не было ничего нужно от нашей семьи, стали бы вы спасать моего внука, рискуя своей жизнью. Чего вы хотите? Денег? Драгоценностей? Моего покровительства в каком-либо деле? Можете просить без стеснения – я не люблю оставаться в долгу.       – Я уже ответила вам, госпожа. Мне ничего не нужно. Я спасла вашего внука, потому что просто не могла поступить иначе, – вежливо улыбнулась Тисс. Старые пальцы Эзганы стиснули посох крепче. Но тут женщина заметила, как Шаарнез незаметно теснится к чужестранке, а его рука уже держится за ее платье. «Что ж, он даже стоять ровно не может, когда она рядом?!» – мгновенно вспыхнула старуха.       – Шаарнез! Отпусти ее и встань, как подобает! Не позорься! – после этих слов наследнику пришлось неловко отступить от гостьи и с явной неохотой выпустить из вспотевших ладошек ткань ее платья. Тисс с усилием сдержала умилительную улыбку – еще не хватало, чтобы и без того относящаяся к ней с подозрением Эзгана увидела, с какой любовью она смотрит на ее внука. – Я не знаю, чего вы добиваетесь, но манипулировать собой или другими членами семьи Генэш не позволю. Мне докладывали, что вас уже не в первый день видели в Ардзанге. Полагаю, вы погостили здесь достаточно, странствующая магика Тисс. Слуги проводят вас до главных ворот – вы покидаете Ардзанг.       – Что?.. Нет! Бабушка, прошу вас! – мальчишка выбежал вперед, встав перед чародейкой и загородив ее собой. Тетка удивленно вскинула брови. Эзгана наоборот нахмурилась, словно старый коршун. Но наследника это не остановило. – Не прогоняйте ее! Тисс добрая! Она не сделала ничего плохого! Пожалуйста, не прогоняйте! Пожалуйста, бабушка!       – Замолчи! И не смей кричать!       – Ну пожалуйста!       – Я сказала, прекрати! Пошел вон! За учебу! И чтобы я не видела сегодня, чтобы ты носа казал из-за книжек! – она вскочил с трона, но эффекта это не возымело. Шаарнез не отступил. Ваада пораженно переводила глаза с главы семьи и на мальчика. Он никогда еще не выводил ее из себя настолько сильно. «Почему? – не переставала изумляться лекарка. – Он совсем позабыл про страх из-за этой лунной эльфийки?.. Да кто она такая?»       – Я думаю, что госпожа не захочет оставить магику здесь, если ты продолжишь так кричать, Шаарнез, – спешно вмешалась Ваада, чувствуя неминуемое приближение семейного шторма. И это сработало. Мальчишка мгновенно замер, с недоверием, словно дикий зверек, посмотрев на тетку. Разгневанная Эзгана тоже в свою очередь смерила ее взглядом. – Тебе известно, как следует себя вести. Поэтому не переходи черту. Возвращайся к своим занятиям, а я тем временем осмотрю твою драгоценную магику. Ведь, возможно, ты не заметил, но она едва держится на ногах.       Шаарнез вздрогнул, но постеснялся посмотреть на Тисс после того, как ее назвали «его драгоценной». Он вспомнил, что с вечера сражения с чудовищем чародейка, действительно, скорее всего, еще не оправилась. Это остудило его гнев на родных. Их гостья тем временем с благодарностью поклонилась Вааде.       – Леди со Генэш слишком добра, – сказала чародейка. И глядя на ее прекрасные манеры, на осторожную и вежливую речь и полное отсутствие страха, оттаяла и сама Эзгана. Гордые плечи женщины расслабленно расправились, и она отступила обратно к трону, привлекая к себе внимание всех присутствующих. Шаарнез смотрел на нее с надеждой. Ваада – выжидающе. Тисс – с любопытством.       – Ну что ж… Так тому и быть. Дом Генэш примет странницу, спасшую их наследника, – нехотя сдаваясь, проговорила она, но, едва заметив, как блеснули восторгом глаза внука, грозно добавила: – Но ты немедленно отправляешься за учебу, несносный мальчишка! Иначе я велю запереть тебя в библиотеке на несколько дней! Живо убирайся, и чтобы я не видела тебя до самой вечерней трапезы!       Все приглашенные учителя и наставники, преподающие молодому наследнику со Генэш, в этот день пребывали в полном изумлении. С таким рвением их подопечный не брался за изучение наук и дисциплин никогда прежде. И как только последний учебный час был отмерен, мальчишка сорвался с места и выбежал из зала. Терпеть дольше он не мог.       Темные коридоры, колонны и массивные арки проносились мимо, пока он бежал в зелейную комнату тетки, где та мешала лекарства и элексиры. Шаарнез не знал, в какие именно покои должны были поселить Тисс, поэтому торопился найти Вааду, чтобы разузнать все о состоянии своей гостьи. Да, своей. Ведь это он ждал ее здесь и был на седьмом небе от счастья. Поэтому лично обязан был убедиться, что ее приняли как подобает и окружили всем необходимым. Дверь с громким хлопком распахнулась перед ним, и мальчишка ввалился внутрь так поспешно и неловко, что чуть не клюнул носом в пол. Ни о каком вежливом стуке речи не шло. Шаарнез вспомнил о приличиях лишь в тот самый момент, когда увидел широко раскрытые уставившиеся на него глаза тетки и Тисс. И не только глаза. Чародейка сидела на кушетке для пациентов лишь в нижнем платье с обнаженными плечами, подол которого был задран едва ли не до середины бедра. Очевидно, Ваада осматривала поврежденную ногу с припухшей лодыжкой.       Как только женщины увидели его, то одновременно отдернули подол вниз. Но в этом уже не было никакого смысла. Темно-малиновая краска разливалась по лицу Шаарнеза. Он видел обнаженные женские ноги. Он видел обнаженные ноги Тисс. А еще ее изящные плечи в вырезе тонкой ткани нижнего платья… Это просто было немыслимо – таинство, которое никак нельзя было познать. И в этот момент ему не пришло в голову ничего лучше, кроме как закрыть пылающее лицо руками и срывающимся голосом выпалить:       – П-простите!.. Я н-не хотел!..       – Шаарнез со Генэш, правила приличия существуют для всех, кроме тебя? – поднявшаяся на ноги Ваада быстро смекнула, в чем дело, и закрыла гостью собой. Однако на губах лекарки играла насмешливая улыбка. Она с удовольствием наблюдала за тем, как племянник в ужасе попятился назад, наткнулся на дверной косяк, зашипел от боли и кое-как выбежал обратно в коридор. Не перестававшая умиляться его поведению чародейка прикрыла рот рукой. Лекарка, захлопнув за наследником дверь, покачала головой. – Он словно голову потерял.       – Он очень мил. Целеустремленный, а еще вежлив и умен не по возрасту. Из него вырастет прекрасный эльф, – открыто улыбнулась Тисс. Ваада посмотрела на нее с незлым прищуром. Но, не увидев в ее лице ни корысти, ни намека на умысел, позволила себе расслабиться и перестала пытаться подловить собеседницу по ходу разговора. Кажется, эта магика, кто бы она ни была, относилась к Шаарнезу с искренней теплотой.       – Я бы сказала, сверх меры целеустремленный. Уж слишком его целеустремленность граничит с непокорностью традициям.       – Он ведь ребенок – это нормально для его возраста. Почему бы не дать ему немного свободы? Уверена, что не случится ничего плохого, если он будет заниматься любимым делом, – осторожно воспротивилась чародейка, стараясь смягчить свое возмущение. На деле на слова тетки Шаарнеза хотелось вывалить гневную тираду о давлении на детский неокрепший ум со стороны взрослых. Однако Тисс сдержалась. Подошедшая к шкафам с эликсирами Ваада устало вскинула рукой в сторону двери.       – Он грезит о драконах, дорогая странница! Это его увлечение вы предлагаете поощрять?       – А что в них плохого? Наездник дракона – это очень почетно. Он приобретет огромное уважение при дворе императора. Проявит себя. Разве это плохо?       – Он останется в Ардзанге! – резко прервала ее вежливую речь Ваада, круто повернувшись к собеседнице на каблуках. – И не будет никаким воином на драконе. Так безопаснее. Для всех.       – Что ж, ясно, – дабы не вспылить и не поломать тем самым хрупкое доверие к своей персоне, Тисс решила не развивать эту тему далее. Она встала с кушетки и потянулась за своим платьем. – Я очень признательна вам за помощь, леди со Генэш. Но, полагаю, не стоит злоупотреблять вашим радушием.       – Я велю принести вам мазь. Слуга зайдет к вам перед сном и поможет размять вашу лодыжку.       – Уверяю, с втиранием я справлюсь и сама... – начала было отказываться Тисс, однако женщина подняла руку, показывая, что не потерпит возражений. Чародейке пришлось покорно замолчать.       – Наши слуги прекрасно воспитаны и обучены. Они хорошо обращаются с женщинами. Вы не останетесь недовольной, – нравоучительно произнесла лекарка, посмотрев на нее с усмешкой. Этого-то Тисс и опасалась. Она слишком хорошо помнила, каково это было: чувствовать на себе гостеприимство дома Генэш со всем его многочисленным штатом слуг. «Хвала богам, тот Шаарнез не прознал об этом... Даже не знаю, что было бы хуже: его насмешки по этому поводу или снисходительное молчание», – подумала она про себя, после чего, поблагодарив женщину, вышла. И в коридоре тут же увидела, как мелькнула за ближайшим поворотом, скрывшись, белоснежная шевелюра молодого наследника. Шаарнез, определенно, не хотел возвращаться к своим повседневным делам. Тисс устало вздохнула, улыбнувшись. Нет, она никак была не намерена становиться для него еще одним надзирателем.       Днем – время суток она уже приноровилась определять по подземным растениям – Тисс, удобно устроившись в мягком кресле комнат, отведенных ей, читала найденные в хрустальном книжном шкафу «Хроники правящих жен», подперев щеку рукой. После всего того, что она пережила за последние месяцы, ей казалось, будто она попала в райские гавани: с упоением читать книгу, не думая о том, чьи козни ей предстоит разоблачать сегодня, было просто божественным даром. «Определенно, творцу этого артефакта нужно посвящать оды при жизни», – рассуждала она, расслаблено выдыхая и иногда оглядывая темную роскошь гостевой комнаты.       Наугад выбранная литература, оказалось, имела весьма пикантные подробности – легкую перчинку в виде эротических похождений правительниц, разбавляющую скучное освещение эпох. Однако какая-то возня за дверью отвлекла ее от чтения, и чародейка отняла глаза от страниц книги. Обещанный лекаркой слуга должен был прийти к ней лишь вечером. Для обеденной трапезы тоже было еще рановато. Другие факторы Тисс даже не рассматривала – почему-то здесь она чувствовала себя в безопасности. Ни о каких тенях и сумрачных фигурах не могло быть и речи. Ведь не могло же...       – Кто там? – подала голос чародейка, не спуская глаз с дверей. При звуке ее голоса одна створка немного приоткрылась. Тисс по привычке сложила пальцы в знак под книгой. Однако в комнату вдруг несмело заглянул Шаарнез.       – Ты не слишком занята?.. – большие голубые глаза поднялись с книги на лицо чародейки. Тисс покачала головой, отложив тяжелый фолиант на низкий малахитовый столик. Увидев, что все ее внимание теперь отдано целиком ему, мальчишка торопливо вошел, однако не спеша закрывать за собой дверь. В руках он держал какой-то том. Лицо его опять пылало. – Можно мне... побыть тут? Бабушка приказала учиться, и вот... тишина нужна для чтения...       Шаарнез неловким жестом поднял книгу, которую сжимал подрагивающими пальцами. Улыбка сама попросилась на лицо чародейки. Каким же наивным он еще был – не умел находить аккуратных предлогов для своих действий. Наверняка под обучение наследника в усадьбе отводились целые классы, однако он пришел именно в ее комнату. Тисс понимающе склонила голову, ни в коем случае не выдавая, что видит его насквозь, и изящно сделала рукой пригласительный жест. Мальчишка обрадованно вздрогнул и поспешил плотно прикрыть двери, окрыленный разрешением остаться.       Он живенько присел на соседнее кресло, раскрывая книжку на середине, хотя закладка была сделана на первых страницах, и принял сосредоточенный вид, будто углубляясь в чтение. Правда, через минуту поднял голову, зачем-то зрительно отмеряя расстояние между креслами. Тисс едва не прыснула со смеху, но затем вновь вернулась к своим «Хроникам».       – А... – неловко прокашлявшись, подал голос Шаарнез. – Что ты читаешь?       – Да так, история, – спешно отмахнулась чародейка, положив книгу на колени так, чтобы не было видно ее названия. Маленькому наследнику было ни к чему знать, что помимо исторических данных в этой книге приводилось рекордное число любовников каждой правительницы. Ее скомканный ответ и неловкое молчание, последовавшее за этим, лишили его возможности развить диалог, и наследник рода Генэш замялся, пытаясь найти новую тему, чтобы поговорить с гостьей.       – Ты хорошо себя чувствуешь? Просто ты тогда... в пещере... ты спасла меня...       – Не волнуйся, все хорошо.       – А нога?.. – на этих словах Шаарнез смущенно отвел глаза. Очевидно, вспомнил увиденное в лаборатории тетки: обнаженные щиколотки, лодыжки, бедра... Все то, что ему не положено было видеть. Тисс, считав его, как открытую книгу, беззлобно усмехнулась.       – Твоя тетя любезно предложила мне мазь от ушибов. Ее слуга принесет позже.       – Он будет смотреть на... на тебя? – вдруг насторожился мальчишка, напряженно выпрямляясь в кресле.       – Леди со Генэш распорядилась, чтобы он также разогнал мне кровь, – чародейка не знала, почему признаваться в этом ей было немного стыдно – ведь она не делала ничего такого. Да и этот Шаарнез был еще слишком юным, чтобы обращать внимания на подобные вещи. Тем не менее на лице мальчишки появилось недовольное замешательство.       – Он будет трогать твою ногу?..       – По-другому кровь не разогнать.       – Н-но может все-таки есть другой способ? – с упрямой надеждой в голосе спросил наследник. Тисс удивленно подняла брови.       – В чем дело, маленький лорд?       – Ни в чем.       – Шаарнез.       – Не нужно слугу... – буркнул он, отворачиваясь, чтобы гостья не заметила, как потемнели его щеки. – Ты... можешь сама сделать?       – Шаарнез? Почему с этим есть проблема? Я не понимаю.       – Я-я просто не доверяю слугам! И все! – мальчишка ощетинился, а затем громко захлопнул книжку, вскакивая на ноги. Тисс аж отпрянула в кресле – таким стремительным был этот жест. Она лишь позволила себе немножко подразнить его наигранным непониманием, но Шаарнез, кажется, принял все слишком близко к сердцу. – Пусть приходит! Но за ним нужен глаз да глаз!       – Хорошо, я буду следить, – согласилась чародейка, но он замотал головой, разметав беспорядочно белоснежные кудри.       – Я сам прослежу!       – За тем, как мне делают массаж? – это вежливое уточнение ввело наследника рода Генэш в ступор, и он резко замолчал, растеряв всю свою спесь и перестав спорить. В голове вновь невольно всплыли ее стройные ноги, которые он случайно увидел.       – Я-я б-буду за дверью... Но буду! Это не обсуждается!