Вернутся к фанфику
Часть 6. Не гей [54-62]
12 июля 2025, 17:00 Ночевали опять на узкой бориной койке, уже привычно на краю пристроился, а Коля у стенки.
«Борь, а покажи еще раз татушку?»
Не то, чтобы загордился, но приятно было опять задрать заношенную домашнюю футболку, даже и похерам что там живот тощий и рёбра торчат. А Коленька легонько так пальцами провел по чернилам.
«Больно наверное было бить?»
«Ну так. После поныло чутка»
«А тут как будто «К»
«Рассмотрел.»
Коля притих и все водил пальцами, пока они оба не отрубились.
А на завтра с утра притащился Юра. Бодрый себе под нос материл его пока шел до двери. Юрец сиял лыбой, и сегодня был в желтой шапке с помпоном. Он протянул Боре пакет.
«Здарова! Ты извини, что я не позвонил. Я тебе вот решил отдать крем, обрабатывай еще, пока не подживет. С Колей-то своим помирились? О… Так это ты?..»
Боря почуял Колю за своим плечом. Он понял, что где-то не въехал в события, потому что они с Юрцом сначала дали краба, а потом как корефаны обнялись.
«А че происходит?»
«Так ЭТО твой Коля?»
«А ты откуда Юру знаешь?»
«Так, бля, ну-ка зайди.»
Юрца он чуть ли не за шкирняк затащил в хату, а потом на кухню. Пока Коля мутил им хавку, Юра стал рассказывать.
«Как я сразу не понял, скрипач Коля, много ли таких на весь Магадан-то?»
«А вы с Борей как познакомились?»
«Ну…тусовались в глухой общаге»
«Борь? Ты че, туда ходишь? Там всякий сброд же.»
«Ну я так. Пару раз заходил. А вы-то откуда знакомы?»
«У нас отцы вместе работали, ну и мамы тоже дружили.»
«Юра мне как старший брат был. А потом они переезжали в другой район, и мы меньше стали общаться.»
«Да мы… Не переезжали никуда.»
«Мм. Ну, может родители разругались.»
«Может.»
Бодрый смотрел на Юрку и не вкупал, надо ли ему бычить чтобы тот рот на замке держал? Ну, про тот вечер когда у него партак появился, а то мало ли че он там бухой натрепал. Юрка не застремался с ними позавтракать.
«Слушайте, а вы что сегодня делаете?»
«Вроде ниче, выходной же.»
«Погнали а ТЦху потусим?»
«Ну можно.»
ТЦха в выходной была как банка со шпротами. Бодрому валандаться без дела нравилось, тока от толпы воротило. Юрец с Колей всю дорогу перетирали за детство, так что Бодрый был как пятое колесо. Шел, помалкивал. Раскинул, что иметь общих корешков с Колей — по кайфу, и надо его еще познакомить с Ерей и Яном. Не в общаге, конечно. нечего там его Коленьке де—
«Молодой человек, извините! У вас такая интересная внешность, можно… Буквально пару кадров?»
Бодрый вынырнул из мыслей и увидел кудрявого такого пацика с фотиком, может чутка их постарше. И вопрос он задавал Коле.
«Я не знаю даже. Извините, наверное, откажусь.»
«Это на две минуты! Я вас не задержу, обещаю… Вы не модель? Ох, какой профиль. Я бы хотел вас на съемку, но это уже как вы решите. А сейчас… Один кадр, молю!»
Бодрый видел как Коля весь красный смотрит то на него, то на Юрца, и думает, сморозиться или где.
«Иди» — подтолкнул к фотографу. Сам бы послал его, но Коля-то в натуре красава, его фоткать надо. И он пошел, а они с Юрцом остались стоять. Тут заметил, что братишка-то потёк.
«Э?»
«Господи, так не бывает…»
«Как? Ты че?»
«Это он. Я его видел.»
«По телеку?»
«Да нет. Во сне, в бреду… не знаю. Кудри темные, белое лицо… Как живой»
«Так он и не дохлый вроде.»
Заржал и получил в бок локтем. А Коля с фотографом вернулись, тот всучил ему визитку.
«Спасибо огромное! Напишите мне, я пришлю фотографии. Ну и… Если надумаете на съемку моделью. Я заплачу!»
«Ага, спасибо.»
Коля бессмысленно покрутил в пальцах расписную бумажку.
«Надо же, какое имя интересное. Лука.»
***
Драпали из ТЦхи домой, Коля травил байки, а вот Юрец был какой-то покоцанный. Бодрый пару раз окликнул, а тот будто не тут был. «Юр, ты че такой, прям весь в себе. Ты в люди-то выходи.» — Коля юморил, но Юру это не особо кантовало. В танке чувак, че сказать. «Коль… А ты мне можешь визитку его дать? Я только номер перепишу и верну.» Боря решил приколоться. «Чью? Фотографа что ли? Ты позировать собрался? Че-т он тебя не сильно фоткаться звал.» И тут же пожалел. Юра пристыженно башку повесил. Мда, приколист из Бори такой себе. «Борь, ты ерунду не говори, пожалуйста. Вот, Юр, держи. Я вообще-то не собирался ему звонить, можешь не возвращать» «Спасибо.» «А то, что он не смотрел, это же ничего. Ты знаешь. иногда время нужно, чтобы своего человека рассмотреть.» И на Бодрого глянул так хитро. Ну че вот опять? «Ладно, пацаны, увидимся.» Разошлись по домам. Коля не шкерясь в комнате разделся и стал надевать ту же футболку с КиШами. Бодрый надеялся что не краснеет. «А тебе Король и шут нравятся, да?» «Ну типа того. Сектор газа еще, Наутилус, Агата Кристи. А че?» «Ничего, футболка просто интересная. Я знаю, у них скрипка тоже есть в группе.» «Ты че, такие разве играют на скрипках? Там же дворовое всякое. А скрипка — благородное.» Коля хмыкнул, присел на кровать и размотал свои наушники. «Иди ко мне.» Когда Бодрый плюхнулся рядом, он всунул ему в ухо наушник и включил «Куклу колдуна», на первом же проигрыше Коля как будто положил невидимую скрипку на плечо и притворился что играет, а в ухе Бодрый узнал знакомые звуки. «Еба…точно» «Хорошо, конечно, что ты считаешь скрипку благородной, но вот видишь, рокеры тоже не брезгуют» «Я вообще бы не подумал, что ты такое слушаешь» «Я много, что слушаю. Вот, например, одна из любимых» Бодрый прочитал на экране «Frozen — Madonna», хоть аглицкий и не знал, и ничерта не мог перевести. Песня была тягучая, как машинное масло, и от неё почему-то пошли мурашки по коже. Коля прикрыл глаза и покачивал головой. Нравилось реально, не заливал. Боря подвинул к нему руку по одеялу. Чё-то такой момент создался, что прям хотелось его потрогать. Тут Коля отмер и убрал наушники. «Знаешь, мне кажется тебе надо перед Юрой извиниться.» «Че? За чё это?» «Он сегодня когда ты сказал про Луку, что тот на него внимания не обратил, так расстроился.» «Так и че? Ну так этот Лука же тебя хотел пофоткать, он-то тут при чем?» «Борь. Он Юре понравился. Не как фотограф, понимаешь?» Бодрый хмурился и отчаянно соображал как еще мог Юре понравиться сомнительный тип из ТЦхи? «И получается что твои слова про то, что Луке он не приглянулся прозвучали, как будто бы он ему как парень не понравился, как будто Юра недостаточно хороший. А это уже звучит обидно.» «Стопэ, стопэ. Юра че, типа клеить собрался Луку этого?» «Звучит грубовато, но, наверное, по существу правильно. Юра симпатичный парень, я думаю, у него есть все шансы Луке понравиться.» «Бля.» «Что такое?» «Да пидоры что ли они кругом? Мне поебать уже на Юрца, честно, он так-то кроме этого норм пацан, но просто че уже вот любой прохожий петухом может оказаться?» Тут уже Коля теперь весь намурился, на Борю как на чиплана недалекого смотрел. «Скажи мне честно, почему это тебя так сильно задевает? Ну то есть. почему ты думаешь, что если парень влюбляется в другого парня — это что-то плохое?» «Так а схуяли это нормально-то? Это же только от недостатка баб здоровый мужик может на мужика западать как на… Ну типа… Объект. А так-то вон девок полный город ходит, бери любую и того этого!» «Так… извини меня.» Коля схватился за переносицу и вышел из комнаты. Бодрый остался шумно пыхтеть на бомбящем очке. Всё че он тут распизделся щас были не его слова, а его бывших корешей с района, который он слышал много раз, ну и типа был согласен, а хули нет? В мире нормальный районных пацанчиков не зря ходили понятия, по которым ты живешь и тогда всё в ажуре, а если нет — ну получи значит в табло урок французского. Но только Коленьке его рассуждения за жизнь явно были поперек горла, и блять это было опасно. Боря чуял жопой, что Коля если щас не вернется, то просто домой уйдет. Но он снова появился в дверях, лицо было мокрым, а с завитков капала вода. «Вот скажи мне. Только как есть говори, потому что я ничего не понимаю. Ты ведь здоров?» «Ээ… а че? Ну да, вроде.» «Окей. Разве у тебя нет красивых знакомых девчонок? В твоем техникуме или по-соседству?» «Ну есть.» «Значит недостатка баб, как ты говоришь, нет. Что на счет того, что ты на кого-то из них смотришь как на объект?» «Чего-о? Нет конечно, нахрен они мне сдались?» «А меня? Как ты меня воспринимаешь? Я — такой объект?» Боря чувствовал как у него пылают уши. Он подскочил, заметался, сунул руки в треники. «Коля, ты не понимаешь, ты совсем другое.» «Ну какое другое? Кто я для тебя?» «Кто?.. Ну… друг.» Коля сделал к нему два больших шага и задрал его майку до самого лица, опять запаливая партак «Такое не делают для друзей, Борь. Ты сам-то себе веришь?» «Ты че хочешь от меня, а?» «Чтобы ты понял свои чувства. Чтобы ты признался, хотя бы самому себе, что—» «Да не пидор я! Хватит!» «Окей… Окей, хватит.» Коля опять потёр лицо и ушел в кухню. Бодрый порадовался, что не сбежал совсем с хаты, но как теперь подойти тоже хер его проссыт…***
Бодрый сильно приуныл, а Коля не возвращался, хотя и че-то там шурудил на кухне. Топать к нему было наистремачнейше, и Боря че-то сидел-высиживал. Потом включил телек, но так и не вник че там показывали, в башке молоточками тарабанили колины слова про чувства и свой собственный ответ, который блять уже ему не нравился, потому что он бы щас мог с Колей рядом сидеть зырить кинчик, а сидит один как мышь серогорбная и очкует даже выйти из комнаты отлить, чтобы не встретиться с осуждающими колиными глазами. Слышал, как Коля тихохонько ушел в танюхину спальню, стал там стелиться. Бодрый вылез из берлоги своей, на цыпках прокрался. «Коль. а ты чего тут?» «Посплю здесь сегодня. Утром постелю свежее бельё для Тани.» «А… со мной не хочешь?» «Не уверен, что ты хочешь. Спать с парнем в одной постели. Знаешь, очень по-пидорски.» «Разве?..» Коля только фыркнул в ответ. Боря вздохнул и опустил голову. «Давай не будем ругаться, Коль?» «Я с тобой не ругался.» Он больше не знал, что ответить и ушел к себе. Быть с Колей в одной хате, так близко, но чтобы вот так вообще без мазы на него хоть издали смотреть… Кошки драли душу почём свет. Оставалось только свернуться в койке, достать заныканную розовую футболку и постараться задрыхнуть.***
«Тихо, Нара, поди спят еще» «Ой, да уже десять утра, кого спать-то?» «Так воскресенье же.» Боря поднял голову с подушки на какой-то кипиш в коридоре. Дошло, что это вернулась сестра со своей этой. Ну с Наргиз, короче. Уронил башку обратно и заныл. «Сәлам, кабанчик. О, а где твой Коля? Уже сбежал от тебя» «Стучаться не учили?» — буркнул Боря на то, что Наргиз вломилась в его комнату. «Бубубу» «Как в кухне чисто! Вы тут что, все выходные убирались?» — это уже Таня. Ну всё, конец лафе. «Че-то мне подсказывает, что твой кабанчик тут и палец о палец не ударил.» «Ну что ты такая злая? Коля на него хорошо влияет.» «Привет, Тань. Наргиз.» — это Коленька. Бодрый простующе лежал в кровати, слушал как Коля воркует с девчонками и думал, что он сам беспонтовый брат и друг тоже так себе. Никакой с него пользы никому, кто над ним зачем-то трясется. Он слышал как Коля попрощался и свалил домой, даже не зашел к нему. Зато зашла эта фурия-цыганка Наргиз. Плюхнулась к нему на кровать и потормошила вместе с одеялом. «Ну всё, кабанчик, прекрати нас игнорировать, давай выкладывай, что случилось.» «Ниче не случилось.» «И поэтому твой парень отпидорил вашу кухню до блеска, а ушел даже без твоего прощального поцелуя, да?» Бодрый решил, что у него нет сил цапаться про это еще и с ней. Просто тяжело вздохнул. «Я хз. Коля обиделся. Спал у Тани там. Пиздец.» «А ну посмотри на меня?» Боре это было в падлу, но так и быть, развернулся. «Ты извинился?» «За что?» «Ну я откуда знаю, че ты там накосячил, было наверняка за что.» «Нет» «И че, страдал тут всю ночь? Глаза вон красные» «Че тебе надо, а? Че вам всем от меня надо?» «Да никому ниче не надо, шайтан ты малолетний. Парень твой золото, а ты его обижаешь ни за что.» «Да какой парень? Ты че, тоже думаешь что я пидор? Сговорились все?» Ну вот, хотел же не пылить, че опять началось-то? Таня прибежала на его ор. «Вы чего тут шумите?» «Ничего, минем яктылыгым. Я кажется начинаю понимать, почему Коля так быстро ушел.» Боря сжал зубы и пыхтел. Фильтровать базар на взводе не получалось, оставалось только помалкивать, чтобы не попутать рамсы еще и с таниной подругой. «Давайте на кухню? Там правда так стерильно, как у меня в больнице, аж трогать всё страшно, но мы что-нибудь придумаем». Наргиз поднялась и хмыкнула. «Вставай, кабанчик. Всю жизнь проспишь.»***
Наргиз смотрела на него и усмехалась в натуре как падла, как будто до донышка Бодрого просмотрела и все себе там в башке своей красивой поняла и на ус намотала. Боря плюхнул в кружку еще одну ложку сахара. «Борь, попа не слипнется?» — спросила Таня и легко посмеялась. Тоже над ним, естественно. Весь этот поганый мир против не— «Ну не ковыряйся ты. Поешь дома, кабанчик. И смотаемся кое-куда.» «Куда это?» «Увидишь. В гости.» И залыбилась опять. Ух, блатная кошка. Как веревка у Бодрого на шее повисла и не отваливает никак. Сунул в рот вилку с таниным омлетом. Нацепил максимально похуистическое ебало. Ну и пусть лезут, бабы-пустомелки. Наргиз своё доела и набрала кому-то, заворковала опять на своем, на этом… что Бодрый нихуя не вдуплял. Тока последнее с тарелки смёл, она встала и говорит: «Ну всё, пошли.» «Вы недолго?» «Ну как получится, алтыным. Возможно, быстро и продуктивно, а может долго и зря.» Бодрый понял, что с этой ведьмой ему ехать вдвоем и поёжился. Отвернулся, когда Наргиз явно ДЕМОНСТРАТИВНО поцеловала Таню прямо В ГУБЫ. Бодрый пакишку как козырёк подставил на глаза и прицокнул. «Ой ну всё, развратили твоего несчастного брата. Щас под землю провалится.» Под руку Борю схапала и потащила на выход. В тачке играла лютая попса, Боря молчал и хохлился на пассажирском. «Бесишься?» — поинтересовалась Наргиз. «А че ты такая наглая?» «Кто-то должен быть. Нельзя всем голову прятать в песок и в загасе сидеть.» «Намекаешь что я очконавт? Из-за Коли?» «Да Коля-то при чем… Коля уже так, под раздачу попал. Мы с Танюшкой, я так понимаю, тоже в немилости. Тебя же в целом однополые отношения не устраивают, м?» Бодрый хотел было вскинуться и засадить ту же тираду, что и Коле вчера, но как-то вовремя пришла залетная мысль, что он уже один раз так дров поналомал. Он просто засунул своё мнение поглубже. «А че в них хорошего? Или нормального?» Наргиз остановилась на светофоре и вперила в него свои огромные черные глаза. «Давай так. Что по твоему нормально? Ну, в плане отношений.» «Ну…пацан и тёлка.» Наргиз звонко рассмеялсь и дала по газам. «Ах какая пара — пидорас и шмара.» Бодрый дернулся на слове «пидорас», но быстро дотумкал, что это просто доёбка до его «французского». «Ну в смысле… парень, девчонка.» «Мм, ну вот ваши с Таней папа и мама — всё же правильно сделали, да? С полом не ошиблись. И что жили долго и счастливо?» Бодрый поджал губы — вспоминать предков было тошно. «Не… Мамка ушла, батя алкаш.» «Зато нормальные, да?» «Бля, ну так у всех так.» «Не у всех, Боря. Просто они неправильно выбрали того, кто им подходит. А ты вот… кажется, все правильно выбрал, но че-то дурку гонишь.» «Это…че значит?» «Щас поймешь. Приехали.» Через пять минут они стояли у хорошей новой двери на шестом этаже новостройки. И эту дверь на их звонок открыл… Ян. «Сәлам, килен.» «Привет, Наргиз, о, Боря.» «Вы че, знакомы?» Бодрый переводил вылупленные зенки с Яна на Наргиз и обратно, пытаясь вдуплить, что происходит. «Мир тесен, Борь.» — загадочно ответил Ян. «Ты один что ли?» «Не-не, у нас все дома, заходите.» Бодрый зашел через порог, как баран головой крутил, осматривался. То, что Ян съехал с общаги, ему сказал Еря, но что он в такие хоромы перебрался… мда, пришел к успеху, в натуре. Дом этот только вот сдали вроде, и этаж не первый, не залупа короче. Боря стянул куртку и повесил на крючок. «Зарь, ну ты выйдешь или что?» Боря соображал слишком долго, и аж шугнулся, когда из двери вышел сонный Назар. «П…привет, а ты как тут?» — пролепетал Боря. «Да живу вроде тут. Что-то не так, сугышчы?» «Всё так вроде. Не знаю.» «Пошли, потолкуем.» В большой комнате стоял диван и два кресла. Всё такое… Не как у них с Таней, не от бабули досталось. Боря прижал жопу на диване, Назар царственно устроился в кресле, Ян и Наргиз о чем-то смеялись в коридоре. Конечно же о нем опять. Все над ним ржут, кто открыто, кто втихую. «Наргиз сказала у тебя какие-то проблемы.» «Уже натрепала.» — буркнул Боря и посильнее стянул носок в сторону пятки — там откуда-то опять взялась дырка. «Она мне в общих чертах сказала, что у тебя что-то с Колей. Расскажешь?» Излить душу прям чесалось. Особенно так, когда Назар с ним один на один, и другие в коридоре вроде как уши не греют. «Коля… Помнишь Колю?» «Скрипач твой.» Тупое сердце в груди стукнуло на слово «твой». «Ну… К которому я на отчетник ходил.» «Помню, конечно.» «Он мой… друг. Он очень хороший друг. Но он по ходу не хочет быть другом.» «Мм… и почему?» «Он это… ну…» «Влюблен в тебя?» Холодная мураха зашныряла у Бодрого по спине, хотя само слово было теплое и живое. И еще правильное. «Я точно не знаю. Но… Блять.» «А ты?» «А я —» — Боря потер полыхающую жаром морду. Перед Назаром как будто стремно было понтоваться за свою «непидоровость». Да и слова Наргиз явно че-то нахитрили с его верой в себя. «А я… Ну… Коля хороший… Самый лучший…» «Тебя пугает то, что он тоже пацан?» «Да меня ниче не пугает. Неправильно это.» «Когда мне было как тебе, я также думал.» «В смысле?» «Зарь, чай сделать?» «Сделай, жаным. И идите к нам. Понимаешь, сугышчы… любовь — она от сердца, а не от того, что в штанах.» Тут в комнате нарисовался Ян, Назар поманил его к себе широкой рукой, и у Бори чуть челюсть по поскакала по полу от того, каким привычным движением Назар его сначала посадил на подлокотник, а потом принял самый обычный такой короткий поцелуй В ГУБЫ. Бодрый подскочил и выпучил глаза. «Ты?! Вы?! Ты что тоже из этих??? Нет, нет, нет… Только, блять, не ты! Ты же нормальный мужик, Назар! Ты вон какой!» «И что же, сугышчы? Мне нельзя быть счастливым? Разве я плохой человек от того, что люблю мужчину?» «Я… я…» «Разве ТЫ плохой человек, что влюбился в Колю?» — добавила Наргиз гвоздь в крышку его гроба. Борю колошматило. Он метнулся из комнаты в ванную, чуть не сбил с ног Наргиз, и громко хлопнул, дрожащими руками закрыл замок. Она что, привела его посмотреть на настоящих пидо—… Назвать так Назара он не мог даже мысленно. Ян, ладно, хуй с ним… Ян и раньше… он и с Кики… а Назар… Может они его наебали? Устроили тут блять отчетный концерт? Да это порожняк полный. Назар он же шкаф огромный. Не может он по мужикам быть. Не может же? «Разве я плохой человек от того, то люблю мужчину?» — «НЕТ-НЕТ-НЕТ». На полках были явные следы того, что Ян тут не пять минут назад поселился — две зубные щетки, даже похожие типа как по акции купленные вместе, какая-то банка с бородатым мужиком. Боря прочитал: «масло для бороды»… Это янова приблуда, Назар носит только щетину. Расческа с длинными черными патлами тоже его стопудово. Не постанова?.. «Скрипач твой…влюблен в тебя?» — сложилось в башке в одно предложение. Бодрый надавил на глаза руками до цветных кругов и горячих слёз. «Коленька… Прости меня…»***
Бодрый вытер сопли и вышел из ванной, будто бы больной в ознобе. И еще тихий-тихий. Рамсить ни с кем не хотелось. Назар, Ян и Наргиз чифирничали в кухне. Боря обморковал вроде, как надо домой пилить, а тут так хорошо запасло крепкой заваркой и домашней булкой. «Иди сюда к нам, Борь» — позвал его Ян. Он как в бреду, пошел. Прижал очко к табуретке, жевал губу, пока ему заботливо наливали чай. «Ты нормально, сугышчы?» Боря пожал плечом и взял чашку. «Что это значит-то хоть?.. Почему ты меня так зовешь?» «Кабанчик это значит, на татарском.» — с усмешкой сказала Наргиз. Бодрый успел заметить, как они с Назаром перемигнулись. Понятно, лапши на уши двигают. Подельники. «Ты есть может хочешь? А то у нас картошка.» — Ян вытер руки полотенцем. Бодрый кинул на него взгляд — такой ебать одомашненный, готовит че-то, поварешка. Он кто тут у них? Жена? Слово на Яна не ложилось. Наверное из-за бороды, которая стала холёной и густой. Может это масло то так работает, а может просто… из-за любви? Он поёжился. «Я дома поел» «Сделай ему, килен, а то взрывы эмоций много сил отнимают, особенно у молодых неокрепших организмов. Похудеет еще, что нам Коля потом скажет?» Наргиз откровенно над ним глумилась, но у Бодрого были силы только вжимать голову в плечи. «Апа, тукта. Как ты себя чувствуешь?» — Назар положил ему крепкую руку на плечо. Всё также по-отечески, как и раньше. В ванне Бодрый себе надумал, что теперь не сможет, если кто из них полезет к нему лапаться, но от этого в натуре родного трёпа захотелось как тогда на СТОхе ткнутся носом в широченную назарову грудь, хоть бы и в кожанке. Клянчить такое было бы полным днищем, так что он просто покивал и чутка теплую руку подмял к щеке. «Нормально.» Ян поставил перед ним тарелку с картохой и мясом, которых Бодрый умял как нехер делать, хотя и хорошился, что не голодный. Чай с пирогом тоже только в путь отправились. Наргиз и Ян пошли курить на балкон, а Назар поднялся. «Приберем со стола.» Боря стал собирать тарелки и кружки, Назар встал к мойке. «Сугышчы значит боец, воин. Твоё имя ведь это тоже значит. Вот и зову тебя так.» «Какой из меня воин…» «Сильный, хороший воин. Своих защищать умеешь. Это для мужчины главное.» «Ты про тот раз, когда Вертолёт с Рыжим меня отмудохали?» «Это тоже. Но самое трудное — бороться с собой. С тем, что в тебе годами копилось и теперь мешает тебе быть счастливым.» «А вы с Яном… давно?» «Ну вот с того раза как я к вам приехал мяч попинать. Я честно дума, что ты уже давно все понял про это.» «Ты на пи… на гея не похож. Вообще.» Назар разулыбался и подал ему назад чистую тарелку вытирать. «А кто похож?» Бодрый пожал плечом. Так-то если подумать, никто не похож. Он и с Яна тогда охуел и с Кики. И с Тани с Наргиз. И… С себя, выходит, что тоже. «Люди просто влюбляются. А ярлыки клеить — последнее дело. Но некоторые этого хоть расшибись, не понимают. Наргиз замуж насильно отдать хотели, за то, что она девушку любила. Я её считай выкрал у жениха.» «А ты сам… Ну… Из-за Яна? Или раньше тоже… С мужиками?» «Я так никогда еще не любил, Боря.» Тарелки были помыты и высушены, Наргиз заглянула к ним в кухню. «Ну что, домой поедем?» «А ты меня сможешь к Юре довезти?» «Юра, это кто?» «Хороший парнишка один» — сказал Ян из коридора. «Да… Я с ним должен поговорить» «Ну если по пути, так айда.» Уже обутый Боря протянул руку на прощание Яну, а тот шагнул и обнял его. «Ты держись, малой. Все нормально будет.» Потом оказался в таком же медвежьем объятии Назара. Тот ничего не сказал, но Бодрому все равно стало хорошо.***
«Че ты как вообще, нормально?» — спросила Наргиз, когда высаживала его у дома Юры. «Не знаю. Наверное. Ну я погнал.» Так-то Наргиз молодец тоже, хорошо это все придумала. Очень наглядно. Но сказать ей «спасибо» или че еще — очко слиплось, и он просто вылез. Наргиз вроде как была не в накладе и дала по газам. Кто его поймет, как все потом будет? Может они еще будут в десны с ней долбиться, мало ли. Бодрый щас уже ни в чем не был уверен. Он поднялся к Юрке, в дверь пошкрябал, ну тот дома оказался — кайф. «Боря? Ты чего?» «Я это… Можно?» «Ну входи. Я правда скоро уходить хотел.» «Да я недолго.» Прошел, не топтался даже, сразу скинул ботинки и прошел к размалеванную комнату. На самодельном мольберте была начатая картина. В резких карандашных черточках Бодрый признал морду фотографа. «Это этот же, да? С ТЦхи? Че, так понравился?» «Я знаю, ты не поймешь. Извини я не закрыл.» Юрка кинул на картину какую-то легкую тряпку. «Да не. Я че… Знаешь, я тут понял… Ну, когда тебе кто-нибудь нравится, ты от этого не становишься плохим или еще каким. Если нравится, ну пусть.» «Интересно. Что случилось, что ты так начал думать?» «Да ничего.» — Бодрый зыркнул на радужный флаг на стене, и больше не почувствовал в себе желания искромсать его на лоскуты и уж тем более как-то обидеть его хозяина. «А ты чего пришел-то?» «Короче. Юрец, я тогда про фотографа не со зла ляпнул. Ну что ему Коля мой… В смысле… Что он на Колю глаз положил. Ты так-то тоже ниче.» Юра хлопнул светлыми ресницами и коротко разулыбался во весь рот. «Кто ты и куда дел моего друга Борю?» Друг. О-ху-еть… Не кореш, не кент, не братва, а друг. Это он-то, Боря, наделавший делов, и уже столько раз на Юрца наезжавший. По нижней губе прошла дрожь. Боря предпочел укусить её и содрать там кусочек кожи. «Чего не так-то?» «Просто. Повзрослел что ли.» Юра подошел к нему ближе и потёр за плечо. «Ты позвонил типу тому с ТЦхи?» «Луке? Ну. я написал, но он пока не прочел. Я попросил Колю, если он пойдет всё-таки на съемку, чтобы передал ему мой контакт» «Ты…это… Не мороси. Ты так-то не обрыган, вообще нормальный пацан. Малёха понаглей будь, ты че? А то приберут твоего фотографа. Тока поминай потом…» «Ладно, ладно, я понял.» — Юра рассмеялся. — «Спасибо, Борь» «Слушай…» «Мм?» «Я перед Колей опять ну… короче облажался по полной. Может ты мне сможешь подсказать, как теперь…?» «Ну, горе ты луковое, Борь. Ладно, чай что ли пойдем пить, расскажешь.»Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!