Глава 2. Эмили Холмс

Прошло чуть больше месяца с момента появления девочки в квартире на Бейкер-стрит. Все это время мистер Холмс и его верный друг доктор Ватсон искали родителей девочки. Но никаких зацепок, кроме этого несчастного письма, больше найти не удалось. И что самое странное, никаких объявлений о пропаже ребенка не было. Даже миссис Хадсон не видела, кто принес ребенка, что тоже в какой-то степени усложняло дело. Постепенно жители дома 221B привыкли к малышке и привязались к ней. Никто из домашних не упускал возможности подержать крохотную Эмили на руках, особенно Холмс. Детектив за такой короткий срок и правда успел полюбить девочку. Детектив, который говорил, что чувства ему чужды, что они мешают холодному уму, и что же получается? Он сам нарушил данное себе когда-то обещание? С началом сентября мужчины прекратили поиски родителей малышки, понимая, что это бессмысленно. Ещё через пару дней Шерлок решил удочерить девочку, как и просила неизвестная в письме. В этот день Ватсон встал чуть раньше обычного, в девять. Спустившись в гостиную, мужчина очень удивился, не увидев там своего друга, который в это время всегда сидел за столом с газетой "Таймс". Джон пожал плечами и направился к маленькой мисс Эмили, но, открыв дверь в комнату Холмса, где спала девочка, никого не обнаружил. Ватсон слегка занервничал. Куда мог деться маленький ребенок из закрытой комнаты? – Мистер Ватсон, вы уже встали? – в гостиную вошла миссис Хадсон с Эмили на руках. – А мы уже погуляли, – старушка с нежностью посмотрела на девочку. Доктор обернулся и, перевесившись через перила, спокойно выдохнул. – Ох, она с вами, а то я зашёл - никого, уже переживать начал. – Да, я до булочной решила дойти, вот Эмили с собой и взяла, – женщина отнесла спящую Эмили в комнату Шерлока и положила в своеобразный манеж из подушек на кровати детектива. Проводив миссис Хадсон взглядом, Ватсон сел завтракать. На круглом столе, укрытом белой скатертью, стоял кофейник с дымящимся кофе, соблазнительно манившим к себе. Кастрюля с теплой овсянкой и хрустящие тосты с маслом. Как только Ватсон положил ложку с овсянкой в рот, в гостиную, словно ураган, ворвался радостный Холмс. Счастливая улыбка сияла на его лице, озорной огонек в голубых, как небо глазах и еле видный румянец на щеках говорили о том, что случилось что-то по истине грандиозное. Сам детектив светился, словно начищенный самовар. Оглядев помещение, Шерлок в один широкий шаг подскочил к Джону и потряс перед ним какой-то сложенной бумажкой. – Мой дорогой друг, можете меня поздравить, – детектив гордо выпятил грудь. – С чем? – от такого энтузиазма друга Ватсон успел подавиться. – Теперь я официально папа, – улыбка на лице сыщика, кажется, стала ещё шире. Хотя куда шире? В этот раз Ватсон подавился кофе, который успел отпить из чашки. – Не может быть, – прокашлялся врач. – Может, – и Холмс положил перед другом лист бумаги. Пробежав глазами по строчкам, мужчина заострил внимание на графе отец, где были имя и фамилия его друга. В широком столбце было выведено черными ровными буквами: «Шерлок Холмс». Прочитав документ, лицо доктора озарила такая же счастливая улыбка. Подскочив со стула, Ватсон обнял друга и похлопал того по плечу, засыпая поздравлениями. Ватсон был искренне рад и за Холмса, и за девочку. Ведь у одного появилась дочь, хоть и не родная, а у второй отец, пусть и не родной. – Но это ещё не всё. Я хочу покрестить девочку, вы, мой дорогой друг, согласитесь быть крёстным? – Ну конечно, Холмс! – воскликнул врач и хотел ещё что-то добавить, но тут из комнаты Шерлока послышался плач. Оторвавшись от Ватсона, мужчина быстро поднялся к теперь уже дочке. Выйдя из-за двери с девочкой на руках, Холмс взял бутылочку с молоком со стола. – Ну, здравствуй, Эмили Холмс, – ласково улыбнулся Шерлок, и голубые глаза мужчины встретились с таким же голубыми глазами девочки.

С этого взгляда и началась история юной Эмили Холмс.