магазин

這一路上就我一個人 雖然心裡覺得有點疼 

На этом пути я единственный, и хотя часто бывает больно. 

已經習慣自己一個人 

Я уже привык быть один, 

每次趴在地上相信 I can walk again 

Каждый раз, лежа на земле, я верю, что смогу ходить снова. 

燒的沒什麼感覺 自己的影子也說累了 

Горит так, что уже ничего не чувствую, даже моя собственная тень говорит, что устала. 

Минхо не тот с кем стоит водиться. В шестом классе он разбил окно кулаком, ругаясь с мальчиком из параллели. В седьмом демонстративно закурил на уроке физкультуры, когда преподаватель говорил про здоровый образ жизни, а в тот же год кинул стулом в напарника по проекту. Дальше только хуже. Джисон как-то рассказывал, что видел, как Ли чуть не столкнул преподавателя с лестницы, когда тот заговорил о закономерном исключении прогульщика. В основном он молчит, не особо разговаривает даже со своим кружком таких же повредившихся головой ещё в утробе. Ли часто выглядит холодным, но все отпечатали в голове фирменный взгляд исподлобья, означающий что-то вроде «тебе конец». Хван мало смыслит в драках, но знает, что хоть Минхо и не отличается атлетическим телосложением, бьет он вероятно больно, даже когда дело заканчивается обычной оплеухой. Хёнджин знает, что такие люди неисправимы. Поэтому, когда через два дня после встречи на лавочке, Минхо подмигивает ему прямо на уроке, Хван только отводит взгляд, снова утыкаясь в свои конспекты. До него доносится смешок. — Ты ведь знаешь, что по тебе видно насколько тебе все это не всралось? — спрашивает неудавшийся обольститель, вылавливая свою жертву на выходе из класса чуть позже. Хёнджин почти забыл. Он понимает, что выглядит как дурак, когда его глаза недоуменно округляются, а непрошеный собеседник снова усмехается. Мама всегда говорила, что мимика у её сына выдающаяся, особенно в детстве, когда он не мог скрыть ни единой эмоции. Хван часто слышал в начальной школе, что его манеры слишком женственные и свободные. Он откидывался назад всем телом, когда смеялся, надувал губы и закатывал глаза, встречаясь с неудачами, а его руки вообще существовали отдельно от хозяина, они то и дело безвольно мотались или складывались как у динозавра. С момента, когда он понял отношение окружающих к этим странностям, всё изменилось. Во всяком случае Хёнджин думал так пару секунд назад. — Так я и не скрываю. — Ещё как скрываешь, я только сейчас заметил. Ты типа на фильм похож, — Минхо вальяжно облокачивается на дверной проем, с интересом разглядывая одноклассника, в голосе нет ожидаемого яда. — Я не знал, что можно хмурить брови столькими способами. Хван героически борется с желанием закатить глаза, чтобы избежать очередной усмешки. Он выпрямляется, вспоминая что вообще-то выше оппонента. Аргумент конечно так себе, но получается работать только с чем есть. — Мне надо идти. — Я хотел сказать, что это мило, — Минхо немного безразлично пожимает плечами, — тебе идет быть поживее. Он наконец-то отлипает от проема, с лица сходит любопытство, уступая место привычной холодной расслабленности. Ли уходит, немного прихрамывая, а Хёнджин весь следующий урок поглядывает на пустующий стул настолько явно, что сосед по парте время от времени тычет его ручкой, чтобы не терять своего напарника по высоким местам в рейтинге. — Ты же общался раньше с Ли Минхо? — спрашивает тихо Хван на перемене. — Вот таким его помню, — Джисон складывает ладони практически вместе, — хорошеньким был, мы много в полицейских играли. — В полицейских? — Ага, — он закидывает в рот мармеладного мишку и прячет его за щеку, еще больше напоминая белку, — по сути это просто догонялки были, но ему так это нравилось называть, он вроде хотел стать полицейским. У Хёнджина в голове хулиганистый образ как-то с благородной профессией совершенно не вяжется, поэтому он снова обнаруживает, как слишком задумчиво хмурит брови, постукивая пальцами по столу, под внимательным взглядом друга. — Выспался наконец-то? — спрашивает он радостно. — Выглядишь не таким умирающим как обычно. Или это что-то вроде счастливых суицидников в последние дни перед самоубийством? Хёнджин громко прыскает в ответ на такое гениальное предположение, получая немного раздраженный взгляд от соседа по парте. — Лажно, а к чэму тшы спглашивал про Михо? — слова Хана едва можно разобрать из-за попытки прожевать очередную мармеладку. — Почему-то встретил вечером у своего дома, — немного пренебрежительно пожимает плечами школьник, — он был каким-то ослабевшим, поэтому вспомнилось. — Наверное снова подрался с кем-то, поругался с родителями, ну или напился со старшаками из университета, — Джисон загибает один палец за другим, генерируя все новые варианты, пока не получает понимающий кивок от друга. — Странно, что ты его раньше не видел, он же рядом с эти вашим комплексом живет. Хёнджин вдруг понимает насколько погряз в задачах, раз никогда не встречал собственного одноклассника по пути домой. Раньше были художественная школа, танцы, читательский клуб и множество спортивных секций. Теперь математика, Китайский, Английский, биология, химия, история и спортзал. — Его лучше избегать, — внезапно подает голос Ким Сынмин, глядя из-под своей светлой челки, — учителя причисляют к маргиналам любого, кто взаимодействует с подобными людьми, а это ведет к ухудшению оценок. Есть золотое правило: сосед по парте всегда прав в том, что касается разумных решений. Сынмин из семьи, которая может выкупить всё это здание вместе с людьми внутри, но вместо какой-нибудь модной частной школы, где молодой человек отлично бы смотрелся со своим порой насмешливо-высокомерным характером, семья обрекает его каждый день добираться сюда, чтобы ребеночек не избаловался. Доходит до того, что на родительские собрания старший Ким приходит чуть ли не в маскировке, чтобы его положение не сказалось на оценках сына. Сам Сынмин молчит как рыба о своем богатстве, если конечно его не спаивает Джисон во время похода к Ханам в гости на миссию под кодовым названием: «честно-честно, просто поучимся». Сынмин унаследовал от отца отличное знание куда стоит вкладывать силы, а куда нет. Он всё успевает, не встревает в прямую конфронтацию, хоть и не пользуется популярностью в этой школе, но это его видимо только веселит. Суть одна — эти редкие советы на вес золота. — Я и не собирался с ним общаться, просто подумал, что он решил меня караулить, — Хёнджин громко захлопывает книгу, чтобы собрать наконец-то вещи и не опоздать на следующее занятие с особенно дотошным преподавателем. — Не хочу, чтобы получилось как с Феликсом в прошлом году, мне домашнее обучение не подойдет. В любом случае, раз это просто совпадение, то нет никаких причин переживать. Где-то через пять дней выясняется, что причины переживать есть, когда Хёнджин встречает Минхо у магазина возле дома. В такое время обычно тут никого не бывает, но вот он здесь, кидает бычок на асфальт, а потом раздавливает его ботинком с болтающимися шнурками. Хван думает развернуться, но голод не дает этого сделать, потому что мать как всегда занята, а в холодильнике даже мыши не на чем повеситься. Ли выглядит недовольно, можно даже сказать агрессивно, но когда заглядывает почти под капюшон однокласснику, немного наклоняясь всем корпусом, улыбается больше глазами, чем ртом. — Привет, — он останавливает ночного гостя за край черной толстовки, — одолжишь немного денег? Хёнджин закатывает глаза, глядя в преувеличено умоляющее лицо, похожее на неудавшийся косплей кота из мультфильма. Он много раз видел, как малолетки пытаются купить алкоголь в этом магазинчике. — Здесь не продадут. — Не продадут кошачий корм? — Минхо выглядит даже мило, когда недоумение вытесняет все остальные его маски. — А…Так ты это хотел. — А ты что подумал? Хёнджину правда неловко за свои предрассудки, он стыдливо опускает голову, из-за чего Ли выдает уже привычный смешок. Хван поднимает глаза и замечает перед собой садистки-довольное лицо. Он снова кривит раздраженную гримасу, но всё-таки решается зайти в магазин и подло хватает хулигана за рукав, тем самым уравнивая их счёт бестактных действий. Минхо идет за ним на удивление послушно, он спокойно шагает до нужных полок с раменом, держась на слишком близкой дистанции, даже когда никто уже его за собой не тащит. — Вот этот самый вкусный, — говорит бедный родственник, тыча в пачку острой лапши. Хёнджин кривится, уже представляя как его желудок разрывает, а язык печет от этого шедевра. — Понял, острое не любишь, — он тянется в дальний угол полки и шуршит пакетиком у своего лица, будто пытаясь устроить бесплатную рекламу. — Тогда может этот? Надо признать, модель хороша. Принарядить, уложить нормально, месяц-другой хорошо поухаживать за кожей, ну или выдать качественный тональник на худой конец… Хёнджин разглядывает его немного критично чуть дольше положенного, почти забывая что он тут на роли благодетеля, а не скаута какого-то агентства. — Я знаю, что мне нужно. Иди пока корм выбирай. Минхо едва заметно кривит лицо, пренебрежительно глядя на яркую пачку рамена, летящую в корзину. Хёнджин смотрит вопросительно. Он что случайно вместо перекуса на кассу понесет мусорный пакет, иначе откуда такая реакция? — Есть похожий дешевый, — объясняет Минхо, — он даже лучше. — Не знал, что у нас в школе завелся такой эксперт, — Хван вообще-то порядком вымотался. — Оставишь номерок, может родители захотят записать меня на курсы по дешевой лапше? — Я в основном её и ем. От такого серьезного тона становится не по себе. Нет ничего необычного в ночных перекусах полуфабрикатами, но красные ниточки в голове быстро соединяют простые факты, выводя основную мысль: «никто не готовит, а значит родители либо очень занятые, либо не очень заинтересованы в своем чаде». — Не бери в голову, — отмахивается он, роясь в небольшой сумке через плечо, — Лучше руку протяни. — А...? Минхо пару раз чертыхается, но всё-таки выигрывает битву с хаосом и победно достает черную ручку. Он вырывает кусок прямо из тетради, предназначенной для всех предметов и прошедшей вероятно минимум медные трубы, а потом быстро что-то пишет. — Вот номер. Хёнджин пару секунд лупит на протянутую бумажку, пытаясь понять что это за вид издевки. Неверные цифры? Попытка построить дружбу, чтобы потом слить все переписки? План по получению его личных данных? А после хмурит брови и говорит громче нужного, случайно привлекая внимание милой девушки за кассой: — Зачем мне тебе писать? Спросить про самую дешевую лапшу? Узнать курилки с лучшим видом? Получить возможность побить какого-то неудачника за школой, чтобы он больше конспекты не зажимал, или самому занять это вакантное место? Лицо Минхо сбрасывается до заводских настроек, будто холодеет, становится еще более заостренным. Он коротко хмыкает, но на этот раз действительно ядовито, его руки не прикрыты длинными рукавами, поэтому легко заметить как тело всё больше напрягается. Быстрым шагом он выходит на улицу, громко хлопая не самой крепкой дверью, которая опасно дрожит, возвращаясь на своё место. Стыдно. Хёнджин выходит через пару минут и облегченно выдыхает, когда находит там курильщика уже в более спокойном настроении. — Прости, — говорит он тихо, протягивая несколько пакетиков корма, — я совсем не спал, вымотался и не уследил за языком. — Ты ведь правда так думаешь, так что не надо всего этого. Интонация режет уши сталью уверенности с вкраплениями обреченности. — Я так не думаю, говорю же день- — Не надо извиняться только потому что ссышь. Вдох. Выдох. — Неужели так сложно послушать и просто принять извинения, а не упрекать? Из страха я бы просто развернулся и пошел домой, наплевав на естественные потребности организма, но я даже не стал ждать, когда ты уйдешь! Да, я не подумав бросаюсь неприятными словами, а ты кулаками размахиваешь. Вот такие у нас прекрасные хобби. При этом ты из раза в раз лезешь ко мне, а теперь вот обвиняешь в трусости? Трусы уже давно под опекой твоей компашки носятся. — А ты под крылышко прям так сильно не хочешь? — спрашивает Минхо, нахалисто улыбаясь. В его лице, растрепанных волосах, вкрадчивом голосе и даже в дымящейся сигарете читается неозвученное «а стоило бы». Он напоминает хищника, ждет от будущей добычи неверного шага, чтобы отдать на растерзание социальной лестнице. А у его добычи за спиной три теста за день, неразборчивый бубнеж репетитора по математике, лучший друг, присылающий фото с их веселого сборища юных рэперов, несколько недовольных взглядов преподавательницы биологии в противной фиолетовой юбке и жуткий недосып. Так что не особо вдохновленный идеей быть мальчиком на побегушках Хёнджин поддается порыву. Он с самым гневным видом из возможных швыряет корм в лицо однокласснику. Один пакетик выбивает из рук Минхо сигарету, а Хван уже представляет как его зубы похожим образом падают на асфальт, так что он крепче вцепляется в лямку рюкзака и бежит похлеще любого марафонца. В ушах свистит, а ноги почему-то так и норовят сплестись в узел, видимо чтобы боксерская груша по имени Хван Хёнджин была ещё и с подарочным бантиком. Дома он быстро печатает Хану сообщение: «Кажется мне пиздец»