Оракул и волчица

Ночь была глубокой, но без звёзд. Только свет луны, разбитый ветвями, играл на их лицах. Цирцея сидела у огня, сложив ноги в позу, в которой она редко чувствовала себя дома. Тиресей стоял рядом, опираясь на палку — его новое тело не позволяло забывать слабость. — Мы — изгнанницы, — сказала она. — Ни ты, ни я не вписываемся в мир, где правят Олимп. Он кивнул. — Богам не нужны такие, как мы. Они боятся тех, кто смотрит в обе стороны одновременно. Кто не выбирает между тьмой и светом. — Они отвергли нас, — продолжила Цирцея. — Но мы не просто выжившие. Мы — те, кто создаёт новый миф. Тиресей подошёл ближе. Его взгляд был серьёзным, почти пророческим. — Я видел много будущего. И ни одно из них — не просто. Но вместе — мы можем переписать правила. — Вместе… — её голос смягчился. — Мы — не просто ведьмы. Не просто пророки. Мы — волчица и оракул. Он улыбнулся. Тихо, почти грустно. — Змеи, что переплелись. — Змеи, что не боятся сбросить кожу, — добавила она. — Чтобы стать кем-то новым. Огонь плясал в их глазах. Ветер шептал старые песни, но они слушали только друг друга. — Ты боишься, — сказал он внезапно. — Боялся всегда. Не смерти. А забвения. — А ты? — спросила она. — Боюсь потерять то, что не имею права хранить. Она взяла его руку. — Тогда давай хранить друг друга. Он сжал её ладонь, и в этом сжатии была клятва. Без слов. Без ритуалов. — Мы — миф, который создаём сами, — сказал он. — И это наша сила, — ответила она. Ночь окутала их, как покрывало. Два изгнанника — не покорённые, не сломленные. Два существа, что нашли друг в друге дом.