Вернутся к фанфику
Арка I. Глава 2
24 сентября 2023, 19:20— Не нам решать, кто заслуживает смерти, а кто нет. Я против.
— На тебя мне плевать, я хочу выбраться, идиотина!
Я возмущенно раскрыла рот на брошенное в мою сторону оскорбление. А ведь всего час назад я почти считала Анко если не подругой, то хотя бы не врагом. Выходит, это все был дурацкий адреналин, спутавший сознание.
— Я тоже хочу выбраться, но не ценой жизни другого человека.
Это было последней каплей.
Анко разъярённо кинулась на меня, схватила за ворот и прижала к сырой, поросшей плесенью стене, надавливая на горло. Вдоль позвоночника пробежала нервная дрожь.
— Да когда ты поймёшь, что у нас нет выбора! Мы тут заперты, и никто не придёт на помощь. Никто! — она с немой, но от этого не менее реальной, угрозой нависла надо мной, продолжая придушивать. — И пока ты тут припираешься, защищаешь жизнь гнилого куска мяса, который и без нашей помощи успешно сдохнет, наше время утекает!
Она давила на меня морально и физически, мне оставалось только на выдохе ответить: «Я согласна, только отпусти», но вместо этого я собрала в кулак всю свою скудную решимость и отпихнула Анко от себя. Она отшатнулась назад.
— Я не убийца! — пренебрежительно бросила я, и отряхнула одежду.
— Да что ты говоришь? — её губы растянулись в ядовитой ухмылке. — Наверное, это я хотела пырнуть Суйгина ножом.
Сердце застучало быстрее, во рту пересохло. Я до последнего старалась отогнать мысли о недавнем инциденте в злосчастной палате. О том, как схватила в руки нож. О том, как за доли секунды, рассчитала свою траекторию так, чтобы наверняка попасть. Это шло вразрез со всеми моими принципами… Но ведь тогда, в палате, я действительно была готова отобрать жизнь Суйгина. Тогда никакие принципы меня не волновали, а в голове были только сухой расчет и страх. Как я тогда могу осуждать Анко, когда и сама являюсь такой же, как и она, — убийцей? Но между нами есть разве что одно маленькое различие: я убийца несостоявшаяся, а она —действующая.
— Мы можем просто его вырубить, зачем убивать?
— Нет, мне нужен его труп, — сквозь зубы прорычала Анко. — Для техники.
Похоже, выбора у меня не было, и всё же, как бы не хотелось, придётся пересмотреть свои принципы… Действительно, а на что я, собственно, надеялась? Сохранить свои руки чистенькими? Я же живу в чёртовом мире убийц и головорезов! И если в стенах Коноховсого госпиталя это практически не ощущалось, то здесь, за их пределами, реальность бьёт в челюсть с разворота. Волей-неволей мне придётся под неё подстроиться, и всё ради выживания.
— У тебя есть план?
На душе было неописуемо гадко. Я только что согласилась на убийство человека. Отвертеться уже не получится.
— Притворишься, что тебе плохо, а я нападу со спины, — спокойно ответила Анко, а мне сразу стало ясно: плана нет. Но тогда это будет просто самоубийство, особенно если учесть, что у нас даже нет элементарной заточки.
— Это ужасный план, — я озвучила очевидное.
— У тебя нет выбора, лучше помоги найти что-то острое.
Я устало вздохнула и огляделась по сторонам. Пол и стены были каменными, со скопившимися на них конденсатом и плесенью. Под самым потолком находилось два окна, сквозь которые в помещение проникал дневной свет. Пытливый взор зацепился за шкаф под лестницей. Я решила начать поиски именно с него. Анко же двинулась к стеллажам, заваленным каким-то хламом, у противоположной стены.
Я осторожно схватилась за ручку и потянула на себя. Дверь со скрипом распахнулась. Из недр шкафа на меня посыпались гнилые книги, плесневелые свитки и стена пыли, залепляющая рот и нос. Я закашлялась, отшатнулась назад, налетела спиной на Анко. Та недовольно отпихнула меня и продолжила рыться в стеллажах. Я протёрла глаза, немного отдышалась и вернулась к шкафу для его дальнейшего исследования.
На полках не оказалось ничего интересного, разве что только любопытный свиток с формулами ядов, о которых я раньше не слышала, и противоядий к ним. Пользуясь возможностью, быстро пробежала глазами по ровно выведенным строчкам, стараясь запомнить хотя бы требующиеся для создания компоненты и пропорции. Жаль, что не смогу забрать это с собой.
— С чем ты там возишься? — сзади послышался голос Анко. — Нашла что?
— Пока нет, — я поспешно закрутила свиток и положила туда, откуда взяла. Внимание привлекла верхняя полка, заставленная какими-то ящиками, накрытыми тряпкой. Я попыталась дотянуться до них, но роста не хватило. Ведь в свои пятнадцать я была не больше ста шестидесяти, а шкаф явно превышал отметку в два метра. В голове вдруг возникла безумно дурацкая идея: вскарабкаться по полкам, чтобы достать до ящиков. Нет, я быстро выгнала эту мысль из головы, всё же лучше будет попросить помощи у Анко, чтобы ненароком не похоронить себя под этим дурацким шкафом.
— Анко, подсади, пожалуйста, — я кивком головы указала на верхнюю полку, как бы намекая, что не в состоянии самостоятельно дотянуться до неё.
— А ещё что сделать?
Видимо, первая идея была не такой уж и дурной. Как и ожидалось, без колкостей и ненавистных шуток не обошлось. Анко смерила меня насмешливым, презрительным взглядом, но просьбу на удивление выполнила. Не скажу, что вешу больше, чем она, однако на ее плечи мне удалось взобраться лишь с третьей попытки, параллельно на корню пресекая бесконечными извинениями ее возмущения. Я мёртвой хваткой вцепилась в деревянную доску, на которой валялось немало всякого хлама.
— Я тебе не лестница, так что давай быстрее, — шикнула она, удерживая меня за голени.
— Да-да, дай мне пару минут, — на выдохе бросила я, принимаясь за беглый осмотр накидок, плащей, древних кимоно, ночных сорочек и еще бог знает чего, висящих внутри. Моё внимание привлекла бутыль, стоящая на полке, с неизвестным содержимым — там была какая-то мутноватая жидкость, походящая на слизь или что-то подобное. Я покрутила её и обнаружила наклеенную бумагу с частично стёртыми буквами.
«То…бу…о».
Видимо, это название содержимого — похоже на «торикабуто». Я всего пару раз сталкивалась со случаями, связанными с отравлением этим растением, но впечатления до сих пор не самые приятные. Симптомы удручающие, вывести яд практически невозможно — это если дозировка маленькая. Но стоит её чуть превысить, как моментальная смерть станет неизбежной. Бутыль я отодвинула в сторону до лучших времён — однозначно пригодится, но это пока не главное, что мы ищем.
Пыльная одежда была буквально утрамбована внутри, и я начала скидывать на пол вещи одну за другой, надеясь найти что-то поинтереснее съеденных молью тряпок, пока шкаф окончательно не опустел. Убедившись, что одежды под ногами Анко достаточно, чтобы не разбить ранее отложенную вещь, я бросила на мягкую поверхность стеклянную бутыль.
— А это что?
— Думаю, сок ядовитого растения, — не отвлекаясь от первоначального занятия, ответила я. — Позже разберёмся.
Я хорошенько присмотрелась, оценивая голый шифоньер в подвальном освещении. Выглядело как-то ненатурально. Я с опаской протянула руку в пугающую темень. Пальцы провалились в пустоту. А чуть позже я нащупала что-то прямоугольной формы. Затем схватила это что-то рукой и вытянула на тусклый свет.
— Так, я всё, — предупредила Анко, прежде чем резко присела на корточки.
Я на ходу спрыгнула на пол и тотчас уставилась на вещь в моих руках. Это была увесистая дорогая шкатулка, расписанная красивыми узорами причудливых форм. Её можно было разглядывать часами, но времени не осталось. Пальцы неосознанно начали искать замок, но раз за разом натыкались лишь на острый гвоздик на крышке, взятый в круг фуин печатями.
Палец сам потянулся к этой странной детали и без моего разрешения надавил на гвоздик. Острая деталь крышки легко вошла под кожу, я отдернула руку, чуть было не уронила тяжёлую шкатулку. На удивление фуин печати исчезли, а что-то внутри тихо треснуло, и она открылась. На свет показалась красная бархатная обивка, застилающая недра шкатулки. Внутри лежали пара женских украшений для волос и кунай.
Я никогда раньше не видела таких красивых кунаев. Его рукоять была форменной, с множеством вылитых на ней рисунков, образующих целый сюжет, а на конце виднелась голова скалящегося демона. Лезвие же было не из привычной стали, а какого-то неизвестного камня или всё же минерала, синего цвета. Этот кунай был, скорее, предназначен для выставки или шумного аукциона, нежели для убийства. Но, дотронувшись кончиками пальцев до манящего лезвия, я взяла свои слова назад. Он был таким острым, будто способен рассечь пространство и впустить меня в соседнее измерение.
Я дрожащей рукой обхватила рукоять. Она была приятной на ощупь, прохладной. Я сжала кунай крепче. Он лежал в руке так удобно, будто его делали под меня. Я вновь загипнотизировано взглянула на синее лезвие, в животе приятно щекотнуло.
— На что ты там наяриваешь? — Анко прервала моё скромное единение с прекрасным и рывком развернула к себе лицом. — Дай сюда, — она вырвала из моих рук оружие и рассмотрела. — Острый. То, что нужно.
— И что теперь?
— Репетиция, — Анко спрятала кунай под одеждой. — Я встану за дверью, а ты притворись, что тебе плохо настолько, что вот-вот умрешь.
Я слегка растерялась: мне не раз доводилось заставать последние секунды жизни пациентов, но сыграть так, чтобы выглядело правдоподобно, потребовало бы немалого актëрского мастерства. Которым, к сожалению, я не обладала.
После пары моих неудачных попыток изобразить агонию Анко обречëнно закатила глаза:
— Тебе даже слепой не поверит.
— Сама попробуй, — возмутилась я, поднимаясь с пола и отряхивая колени. — Это не так просто, как тебе кажется.
— Ладно, — снисходительно протянула Анко. — Мы должны выиграть всего пару секунд до того, как Шуго поймëт, что его одурачили.
План не вселял в меня никакой надежды: пойти не так могло всë что угодно. Анко старалась выглядеть уверенной, но еë голос выдавал напряжение. Если мы не справимся — нам, скорее всего, конец. Но, если ничего не предпримем… Кто знает, возможно, нас ожидает участь похуже смерти.
Нет, не возможно, а точно.
Лишь одного взгляда на Суйгина мне оказалось достаточно, чтобы понять: он с нами не в Го играть собрался. В лучшем случае убьет, в худшем — сгниём в лаборатории. Почему-то второй вариант мне казался более реальным, ведь убить нас он и так мог в любой момент. Мы зачем-то нужны ему, поэтому и держит в подвале. И я, кажется, начинаю догадываться, зачем ему два генина, одна из которых приходится правнучкой основателю, а другая долгое время находилась под крылом Орочимару. Вероятнее всего, ему нужны наши геномы…
Анко была на взводе. Она ходила взад-вперёд, меряя подвал шагами. Напряженно крутила в руках кунай. Я никак не могла понять: её нервирует предстоящее убийство или отсутствие надёжного плана? Возможно, всё сразу.
— Так не пойдет, — я прервала напряженную тишину. — Нам нужен другой план.
— Придумай, раз такая умная.
— Убедительно сыграть я не сумею, следовательно, нас сразу раскусят — я начала рассуждать вслух. — Значит, притворяться должна не я.
— А кто, я что ли?
— Отчасти, — мой взгляд переметнулся на стопку вещей, где до сей поры лежала бутыль. — А хотя…
Я, вдохновлённая внезапно появившейся идеей, двинулась в нужную сторону и взяла в руку бутыль. С характерным хлопком выдернула пробку и напрягла обонятельные рецепторы. Почувствовался слабый травяной запах — не стоит этим злоупотреблять, не то лягу раньше, чем воплотится задумка. Да, это именно то, о чём я и думала, — сок торикабуто.
— Что ты вынюхиваешь? — Анко явно раздражал мой озадаченный вид. Она скоротечно приблизилась ко мне и попыталась выхватить бутылку, но я не позволила, отдёрнув вовремя руку. — И как это понимать?
— Я же говорила тебе, что это яд, — шикнула я, крепко сжав стеклянную вещь. — Неси кунай — будем смазывать.
***
Я поднялась по скрипучей лестнице, к запертой двери. Сердце почти выпрыгивало из груди, ладони потели, по венам бежал адреналин. Организм в полной мере предвкушал предстоящее событие и уже заранее перешёл в режим «бей, беги». Я привалилась спиной к двери, изо всех сил стараясь собраться, взять свою трусливую натуру в руки. Ничего не получалось. С каждой секундой откладывания неизбежного моя внутренняя паника поднималась всё сильнее, грозясь и вовсе перерасти в истерику. Больше медлить было нельзя. Я начала колотить по двери кулаками. Снала никакой реакции не последовало, но спустя совсем немного времени я услышала тяжёлые шаги и скрип половицы. Я со всех ног бросилась прочь от лестницы, затаилась внизу, в тени у стены. Ключ пару раз провернулся в замочной скважине. Дверь со скрипом отперлась. Яркий столб света озарил ступени. — Что вы задумали, соплячки? — послышался раздражённый голос нукенина. Он запер за собой дверь. — Даю вам последний шанс сдаться. — Ответом ему стала лишь стоящая в подвале звенящая тишина. Всё произошло быстро. Зловещая тень отделилась от потолка и устремилась к незащищённой спине нукенина. Шуго мгновенно почувствовал угрозу сзади, отклонился вбок. Митараши пролетела мимо, сумев лишь полоснуть его кунаем по щеке. Из рассечённой кожи ручьем потекла кровь. Я в панике уставилась на Шуго. На его лице читался страшный приговор. Он всё понял ещё в тот момент, когда зашёл. Однако у нас в рукаве оставался козырь, о котором этот громила даже догадываться не мог. Надеюсь. — Ах ты, дрянь такая! — он по инерции с разворота прописал удар Анко в скулу, и та за малым не полетела с лестницы. Она кое-как устояла на своих двух и молниеносно бросилась вниз, ко мне. — Далеко собрались? Нам ничего не оставалось, кроме как дождаться проявления симптомов отравления. Я следила за действиями Шуго, его лицом и координацией движений, пусть и видимость была слабой, — пока никаких изменений не наблюдалось. И это напрягло не только меня: мои щёки загорелись от испепеляющего взгляда временной напарницы, которая не меньше желала скорой кончины нашего общего врага. Ввиду нарастающей паники, мышцы ног постепенно немели, пока Шуго медленно спускался к нам. Стоп… Медленно. Да, я не прогадала! Он начал оттягивать от шеи воротник верхней одежды и жадно глотать воздух, открывая рот как рыба на суше, — ему явно не хватало кислорода. На его морщинистом лбу выступила испарина липкого холодного пота. Хриплый кашель вырывался из посиневших губ, широко распахнутые глаза вдруг налились кровью. В один момент его тело парализовало, и мужчина тряпичной куклой свалился с лестницы, отбивая каждую косточку о деревянные ступени. Я бросила мимолётный взгляд на Анко — она, придерживая ладонь у пострадавшей части лица, с нескрываемой гордостью наблюдала за последними признаками жизни Шуго. — Отродье… — стеклянными глазами он смотрел в одну точку перед собой, с невероятным усилием шевеля пересохшими губами. И это стало последним действием в его жизни. Мёртвый Шуго больше не вызывал во мне никакой жалости и сострадания. Его застывшие стеклянные глаза и разомкнутые язвенные губы вызывали разве что неконтролируемое, утробное отвращение. Потому я поспешно перевела взгляд на Анко. Она напряжённо молчала, нервно драла ладони ногтями, кусала губы. Нервничала. — Что дальше? Она дёрнулась, услышав мой голос, вернула себе привычное моему глазу выражение лица и, прочистив горло, сказала: — Дальше ублюдская техника Орочимару, — она прикрыла глаза, помолчала с минуту, вновь пытаясь собраться. У неё плохо получалось. — Я никогда раньше не использовала это, только видела, как сенсей применял однажды. — О какой технике идёт речь? — возможно, я смогу помочь, если буду знать больше подробностей, которыми Анко всегда неохотно со мной делится. Если вообще делится. В какой-то степени из-за сложившейся ситуации я выступаю в роли тупого балласта, за которым нужен глаз да глаз. Может, так и есть? Если бы я знала план заранее, смогла хотя бы не мешать и помогать по возможности. — Кража лица. Для неё Орочимару жрал кусок плоти того, в кого должен был обратиться, — она сглотнула подходящую к горлу тошноту, — но так как мы его траванули… — Обходные пути? — они должны быть — я в этом более чем уверена. — Он упоминал, что технику можно использовать и без трупного мяса, но она будет с дефектами и не сможет долго протянуть. — Думаю, это лучше, чем ничего. Стоит попробовать, — я задержала взгляд на Анко. Она выдохнула, помотала головой, провела раскрытыми ладонями по лицу, зарылась пальцами в тусклые фиолетовые волосы. Всё ещё нервничает — я её понимаю. — Ладно, я готова. Митараши начала складывать печати. Одну за другой. Я с интересом следила за тем, как её ловкие, натренированные пальцы быстро складываются в комбинации. Я бы так не смогла, точно не теперь. Ведь за те два года, что прошли с моего выпуска, из памяти успели стереться процентов семьдесят полученной информации — просто, за ненадобностью. Освободившееся же место заполнилось новыми, на сей раз полезными мне, знаниями, полученными в стенах госпиталя. И, к сожалению, они мне сейчас никак не пригодятся. — Техника кражи лица, — Анко сложила последнюю печать, опустила руки, но никаких явных признаков активированной техники не последовало. Мы ещё какое-то время простояли в гробовой тишине, просто глядя друг на друга и ожидая чего-то. Но ничего не происходило. Я неосторожно опустила глаза на мертвеца под ногами — своим мутным взглядом он смотрел ровно на меня. По спине пробежала мерзкая щекотка, меня передёрнуло. — Не сработало? — я отступила ближе к стене, подальше от трупа Шуго. Анко как будто меня не услышала. Только сейчас я заметила, что она смотрит туда, куда минутой ранее был направлен и мой взор. Прямиком на труп. Она качнулась влево, затем вправо, потом её потянуло вперёд. Анко свалилась коленями на каменный пол. Я поморщилась. Звук был такой, будто её коленные чашечки раскололись от столкновения с камнем. — Действует, — на выдохе прошептала Митараши, после чего захрипела и завалилась на бок в считанных сантиметрах от дохлого Шуго. Я испугалась, задрожала, наблюдая за тем, как Анко начало ломать и она в страшной агонии царапала своё лицо ногтями, гулко выла, катаясь по полу, пока её тело медленно деформировалось, словно кусок глины в руках неумелого мастера. Я закрыла глаза и уши, отвернулась к стене. Ком страха подступил к гландам. Скоро крики стихли. От Анко осталась только еë одежда, и то порванная в плечах и на поясе. Вместо неë на полу лежал вылитый Шуго, с его морщинистым не по годам лицом и открытыми язвами на коже. — Жуть какая, — не удержалась я и прикрыла рот руками. — И что нам делать дальше? Анко, точнее, уже Шуго, поднялась с пола и ощупала своë тело: — Я переоденусь в его вонючие тряпки, создам клона вместо себя, а труп закроем здесь. — А потом? — Свалим отсюда, — закатила глаза Анко. — Давай, помоги мне раздеть эту тушу. Я брезгливо наклонилась над трупом и приподняла его туловище, чтобы она смогла снять с него жилетку. Прикасаться к остывающей, липкой от пота коже Шуго было омерзительно — как только жилетка была снята, я моментально отдëрнула руки, отчего голова трупа громко стукнулась о пол. Вот были бы у меня перчатки, я бы не вела себя, как чёртова неженка. — Так, теперь штаны. Говорить с Анко в обличие Шуго было непривычно и жутко. Даже мерзко представлять, каково ей сейчас находиться в его теле. Но, с другой стороны, это всё всего лишь привычная специфика профессии шиноби. На какие только мерзости ниндзя ни приходится идти ради выполнения миссии. Лично я достаточно наслушалась от своей закадычной подруги Хино. Она тоже была шиноби, в свои пятнадцать уже дослужилась до чуунина, и это несмотря на свою родословную, точнее, её полное отсутствие. Хино действительно вызывала во мне глубочайшее уважение, и я уже дождаться не могла, когда вернусь в Коноху и поделюсь с ней всем, что со мной приключилось. Анко не теряла времени: натянула на себя всю имеющуюся амуницию и победно улыбнулась, оголяя желтые кривые зубы. Омерзительнее зрелища не придумать. Я невольно скривилась, неприятное чувство отвращения никуда не делось, но радость и предвкушение от ощущения скорой свободы приятно теплилось в груди. — Мы на финишной прямой, — выдохнула Анко и похлопала меня по плечу. Я вздрогнула. Это чувствовалось до одури непривычно и инородно со стороны Митараши, но в то же время и… приятно? Я хмыкнула, улыбнулась краешком губ и пошла к лестнице. — Мито, — Анко назвала меня по имени. Она удивила уже во второй раз. — Возьми. Она протянула мне кунай, найденный мной в шкафу. Я забрала его из раскрытой ладони и вопросительно посмотрела на Митараши. Её действия меня напрягали. — Зачем? — Это твой шанс спастись, если что-то пойдёт не так. Не благодари, — Анко самодовольно ухмыльнулась, в ответ на что я лишь поморщилась. Роль добренькой ей совсем не шла. — Ладно, пошли, не тратим время. Анко создала клона в своем настоящем обличии, и мы поднялись на первый этаж, закрывая за собой дверь на ключ. Хитрый маневр с нашей стороны, но опасный: мы не особо продумали план побега, не обсудили нюансы и запасные варианты. Вероятность успеха не велика, однако даже такая имеется. Главное, не вызвать подозрений у встречных. В крайнем случае без актёрской игры точно уже не обойтись. И я, как выяснилось позже, оказалась права. Выбраться из затхлого, с въевшимся до щепок запахом сырости, мертвечины и лекарственных трав помещения нам удалось не без труда. Анко неплохо справлялась с ролью грозного мужика, которого здесь знает каждый второй, но вот её клон выглядел максимально не естественно. Техника Орочимару, по всей видимости, знатно вымотала её, и это отражалось на копии Анко, медленно перебирающей ногами рядом со мной. Я притворялась, что тащу тело на себе (хотя, думаю, так и было), делая вид, что мне очень тяжело. Но никто вопросами нас так и не завалил: занятого чем-то важным Шуго, как мы поняли, старались лишний раз не беспокоить. Но фортуна недолго была на нашей стороне. — Эй, здоровяк, куда ведёшь этих соплячек? Улица встретила нас не только солнечными лучами, что слепили получше техник с использованием Райтона, но и мутным типом, не вовремя перегородившим нам путь. Его подозрительного рода вопросы с типичными едкими вставками, свойственными только преступникам и беглецам, насторожили, заставили нас понервничать. Меня так точно. — Проблемы какие-то? — этот грубый голос принадлежал точно не Анко — даже прозвучало страшнее, чем я ожидала. Да, она держалась крепче меня. — Да так, просто интересно стало… — Вот и проваливай, пока я зубы тебе в крошку не стёр. Казалось бы, сбитый с толку, нукенин развел руками, мол, все понял, и, на пятках развернувшись, скрылся в неизвестном направлении. Я с облегчением вздохнула, пока Анко в обличии Шуго заметно бледнела, я бы сказала — зеленела. Мои вопросы о её самочувствии она предпочла проигнорировать. Ну и ладно. Моргает, значит, живая. Уже хорошо. — Техника скоро перестанет действовать, — удручающий факт прозвучал их её уст. Мой испуг выразился через неприятное покалывание в кончиках пальцев, стало ощутимо дурно, как меня вдруг тут же привел в чувства прилетевший в макушку тяжёлый кулак. Однако удар вышел слабым, безболезненно, я бы сказала — профилактическим. — Приди уже в себя, тряпка, пока я тебя здесь не оставила с этим дурацким клоном. Нам бежать нужно. Мнения насчёт клона у нас с ней оказались эквивалентными. В целом, я и с остальным согласилась. Даже спорить не стала, что веду себя не лучше тряпки. Мне было поистине страшно. Анко схватила меня за руку и понеслась прочь со злосчастного переулка. Я едва успевала тащить свои ноги — про клона уж вообще молчу. Стопы, мышцы которых налились свинцом и чакрой, адски гудели, слезящиеся от режущего встречного ветра глаза щипало, в глотке сильно пересохло. Но оно того стоило, ведь вот он, казалось бы, долгожданный край деревни замельтешил на горизонте. До него оставалось рукой подать, и плевать на этого неудачного клона, исчезающий облик Шуго и заметно проявляющиеся черты Анко, которая сама едва волокла собственную тушу, — мы почти свободны. Однако, нашим планам не суждено было сбыться: сзади послышались звонкие вопли. — Вон они! — Проклятие, за нами хвост, — шикнула Анко, параллельно оглядываясь по сторонам. Она пихнула меня в сторону, и мы провалились в неглубокий овраг, засыпанный листьями. — Мы уже на границе деревни, но, даже если побежим со всех ног, рано или поздно нас догонят. С Анко я в очередной раз согласилась: спорить с ней сейчас мне хотелось меньше всего, как, видимо, и ей. Для отвлекающего маневра было приятно решение вновь использовать технику клонирования — на этот раз её клон вышел куда симпатичнее и бодрее предыдущего. Скорее всего, за счёт бьющего в виски адреналина. — Ты знаешь, что делать, — Митараши указала кивком головы копии в сторону, откуда мы бежали несколько минут назад. Та послушно двинулась и привлекла внимание внезапно объявившихся преследователей — думаю, тот странный тип о нас и доложил. Однако, и мы отсиживаться не стали, решив действовать по принципу «сейчас или никогда». На этот раз я оклемалась быстрее; Анко уже была на исходе. Я крепко сжала её запястье и потянула за собой, чего она явно не ожидала. Кочка за кочкой, бьющие в лицо ветки, чей-то шум на заднем фоне — всё в комбинации мешало ровной координации движений. Но ничего. Скоро мы будем дома, в Конохе, в безопасности. Нужно лишь немного потерпеть и не оглядываться назад: там явно на нас точат зуб. — Клон… его больше нет. Как же опрометчиво было с моей стороны насильно тянуть обессиленного товарища, наивно веря, что в таком состоянии мы каким-то чудесным образом быстро доберёмся до своей деревни. Что труп Шуго найдут не скоро и нашу пропажу никто не обнаружит. Что клона Анко просто-напросто не распознают опытные шиноби и не бросятся тотчас за нами. Да, это действительно глупо.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!