Вернутся к фанфику
Часть 2
11 февраля 2026, 00:00Маккавей же, заметив, что Никанор начал обходиться с ним суровее и в обычных встречах стал грубее, и заключив, что не от доброго происходит эта суровость, и собрав немалое число из находившихся при нем, скрылся от Никанора.
2 Маккавейская 14:30
Хлопок двери, попавшей под порыв ветра, встряхнул Джисона. Отодвинув разочарование подальше в уголок эмоций, он сделал шаг. Не такой интерьер он ожидал увидеть. Люди, взаимодействующие с мистикой, всегда ассоциировались с чем-то загадочным, таинственным. Ему казалось, что и место, в котором эти люди работают, — если можно так охарактеризовать то, что они делают, — должно иметь соответствующую атмосферу. Его возвышенные ожидания с треском разрушились, встретившись с самой простой, обывательской прихожей. Унылая и неинтересная. Ни картины, ни цветочка на обоях — ничего, что могло бы заинтересовать блуждающий взгляд. Следующая комната была более богата на декор. Огромная шапка, — вероятно, из лисицы, — расположилась на круглом столике у дальней стены. Темная ткань скомкалась под ней, прокладывая начало полноценному натюрморту. Добавить деталей, например, чайник с яблоками и приглушённый свет со стороны — и можно начинать творить. Но откуда ощущение чего-то живого? Словно должен быть портрет. — Кица? Ты хороший актер, кица, знаешь? — сказал Джисон, с каждым словом приближаясь с видным намерением погладить за ухом пушистика. — На тебе держится вся атмосфера этого унылого места, знаешь? Он уже был близко, когда кот, прикрыв глаза, открыл пасть и разнеслось: — Ты дурак? От неожиданности Хан отдернул руку. От греха подальше. — Кица умеет разговаривать? — губы парня приоткрылись, а в глазах зажёгся самый настоящий научный интерес. — Нет, невозможно. Вероятно, это сделано для придания большей мистики месту. Здесь точно должно быть какое-нибудь записывающее устройство. Коты не умеют разговаривать, они только мяукают да мурчат. Да и живой ты… — Что ты делаешь? — раздался тот же чарующий голос, но уже откуда-то сбоку. Мурашки пробежали по спине, а в следующую секунду заныла голова. Всё-таки не стоило так безрассудно лазить по чужим вещам. Ойкая, Джисон всё-таки выбрался из-под стола, держа руку на затылке, и посмотрел на обладателя голоса. — Тц, так это ты со мной разговаривал? Перед Ханом стоял человек, на пару лет старше его самого. Рукава рубашки были закатаны по локоть и открывали вид на запястья, покрытые браслетами. Взгляд случайно скользнул вверх по левому предплечью, но гадатель сложил руки на груди, перекрывая обзор на то, за что успел зацепиться взгляд. Теперь был виден лишь кусочек от всей картины. Его голова немного склонилась в сторону. — Нет, блин, это был тот, кто у тебя за спиной. Обернись, посмотри, — сказал он и, выдержав недолгую паузу, продолжил: — Вижу по глазам, как рушатся твои стереотипы. — Вижу по твоим, как ты мне рад. — Да-да. Пойдем. — Есть другие помещения? — Ты дурак? — дежавю накрыло Джисона. — Здесь ничего нет для работы. Иди за мной, гений. — Нашелся тут самый умный, — пробубнил Хан, но всё-таки поплелся следом. В этот раз комната встретила его не пустыми стенами. В ней чувствовалась жизнь. Возможно, это была самая живописная — и богатая на украшения — комната в этом доме. Парень скользил взглядом, задерживаясь то на старинных часах с торчащей кукушкой, то на амулетах в виде животных, подвешенных к потолку, и не заметил, как гадатель уже расположился на своём месте и ждал. Съежившись под столь пристальным взглядом, юноша быстро сел на единственно свободное кресло. — Эта комната уже больше похожа на комнату ведьмы, — высказал мысли Хан, отодвигаясь подальше от внимательных глаз кота. — Чего так смотришь? Правда ведь. На мгновение зябкость напала на Джисона, хотя он был одет в теплое худи. Щеки защипало, а изо рта словно пар заклубился. Втянув голову, Хан потупил взгляд. Прежде чем человек напротив заговорил, Джисон услышал тихий протяжный выдох. Неприятно. — Крутой принт, — неожиданно сказал парень. — Какой принт? — Джисон не сразу понял, о чем речь. С юношества его гардероб славился монотонностью. Зябкость больше не ощущалась. Лишь взгляд, полный непонимания, встретился со взглядом, полным удивления, которое тотчас сменилось серьёзностью, а после скрылось за скучающим видом. — Бессонница беспокоит? — Чего?.. — растерялся Хан, подняв голову, но тут же ответил: — Ну… нет? — Ты не знаешь или спрашиваешь? — брови слегка приподнялись на чужом лице. — Какие ощущения после сна? — Ну… нормальные? Как у всех? — Чувствуешь себя отдохнувшим? — Смотря во сколько ложусь. Если в два ночи, а вставать в шесть, то нет, естественно, — говорит Хан. — Сны снятся? Кошмары? Парень задумался. Это было видно по опущенным в сторону глазам и слегка надутым губам. И застыл так, пока наконец не ответил: «Не помню». — А с аппетитом как? — А я точно по адресу пришел? — Джисон прищурился, откидываясь на спинку кресла, но тут же вернулся в прямое положение. — Все хорошо с ним. — Перепады настроения? — Не замечал. — Проблемы с потенцией? — Чего? — внутри тут же закипело. — Нет, конечно! Что за вопросы дебильные? Минхо тяжело вздохнул. — Проблемы есть? В какой-нибудь из сфер, например, которые, решая, делаешь только хуже. — Что-то такое есть, но не могу определить сферу, — Хан, состроив жалостливое лицо, приблизился к «ведьме». — К какой сфере стоит отнести нашу встречу? Улыбка на губах «ведьмы» испугала. Жалостливая маска осыпалась, открывая Минхо взгляд на потаенное. На то, что никто и никогда не должен раскрывать, особенно таким, как Ли: страх. Скрытый в самой глубине глаз, он дрожал. Пытался спрятаться, но нигде больше не было ему укрытия под зорким взглядом кота, нашедшего свою добычу. — Как найдешь ответ, дай знать, — улыбается, слегка жмурясь, а затем, словно ничего не было, достает колоду карт, перетасовывая ее. — Время еще не вышло. Есть какие-нибудь вопросы? И Джисон поплыл. Впервые что-то похожее на его воспоминания. Силясь перекрыть неприятный осадок, вопросы хлынули нескончаемым потоком. — Ну что там? Что говорят? Меня ждет слава? Повышение? — от улыбки осталась лишь тень на губах. Она была полной противоположностью того, что творилось у Минхо. Не только взгляд. Все тело напряглось. Не обращая внимания на слова собеседника, он собрал карты, спросил у них что-то полушепотом, достал несколько и помрачнел сильнее прежнего. — Что там? — не сдавался юноша. Он сам не заметил, как резкая смена настроения повлияла и на него. — Уходи. — Что?.. — Я сказал: проваливай. Заскрипела дверь. По стенам пробежала тень, а на столе так и остались лежать две карты, сыгравшие последний аккорд в принятом решении. Минхо долго к ним не прикасался, всматривался, словно видел в первый раз эти изогнутые линии на черном фоне, эти мертвые тела, эту надпись. Вспоминал начало встречи, анализировал ответы. Неспешно он открыл ноутбук. Нарочито медленно вводил пароль, надеялся, что окно загрузки не сменится рабочим столом, хотел, чтобы чудесным образом оказался без доступа в интернет. Но открылась одна вкладка, вторая. Пальцы по символу вводили сообщение, пока наконец все записи не были отменены. «Безопасность клиентов должна быть на первом месте», — всегда повторяла бабуля, и Минхо соблюдает данный ей завет так же трепетно, как данный однажды Господу.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!