Вернутся к фанфику

24. Ксейден…?

8 июля 2026, 12:34

«Память — это дневник, который мы все носим с собой. Даже скрытые на его страницах строки имеют вес»

Я стояла на коленях, чувствуя, как холодный снег пропитывает мои штаны, как лезвие меча Даина касается моей шеи. Мои кинжалы валялись где-то в снегу, потерянные и бесполезные, и я смотрела на Даина снизу вверх, чувствуя, как внутри меня закипает ярость и унижение. Он победил. Он снова победил, и это было невыносимо. Но в этот момент я услышала это. Гул. Мощный, глубокий, он разорвал тишину, как гром в ясный день. Я подняла голову и увидела, как над нами проносятся две огромные тени. Сгаэль. Её тёмно-синяя чешуя блестела в тусклом свете. А рядом с ней — Рам. Мой дракон. Он был больше Сгаэль, почти такого же размера, как Тэйрн, и я чувствовала, как его ярость пробивается сквозь нашу связь. «Пусть отойдет». «Рам, все нормально, он меня не тронет». Они пронеслись над нашими головами, и я услышала, как их крылья рассекают воздух. Снег взметнулся вверх, закручиваясь в вихре, и я почувствовала, как холодные снежинки касаются моего лица. А затем я увидела Ксейдена. И я рассмеялась, громко, запрокидывая голову. Он появился из ниоткуда, как тень, которая обрела форму. Его шаги были быстрыми и уверенными, и я видела, как его лицо искажено гневом — той ледяной яростью, которая была страшнее любого крика. Его глаза были прикованы к Даину, и я чувствовала, как напряжение между ними становится почти осязаемым. — Убрать оружие, — сказал Ксейден, и его голос был низким, но в нём слышалась сталь. — Немедленно. Даин замер. Я видела, как его рука, держащая меч, дрогнула, но он не убирал оружие. Его глаза метались между мной и Ксейденом, и я чувствовала, как он колеблется. — Не лезь, — сказала я, и мой голос был хриплым, но я старалась, чтобы он звучал твёрдо. — Я могу сама справиться. Ксейден перевёл взгляд на меня. На мгновение его ярость уступила место чему-то другому — может быть, удивлению. Может быть, уважению. — Я знаю, что ты можешь сама, — сказал он, и его голос стал мягче, но в нём всё ещё слышалась сталь. — Но это ничего не меняет. Он снова повернулся к Даину, и его голос стал громче, почти как рёв. — Я сказал, убери оружие! Даин вздрогнул. Я видела, как его рука опустилась, и он убрал меч в ножны. Он смотрел на Ксейдена с выражением, которое я не могла прочитать — может быть, страх. Может быть, усталость. — Она напала на меня первой, — сказал Даин, и в его голосе звучала попытка оправдаться. — Я просто защищался, командир крыла. — Мне плевать, кто напал первым, — ответил Ксейден, и его голос был холодным. — Ты поднял оружие на кадета моего крыла. Это уже достаточная причина, чтобы я сделал с тобой то, что не понравится даже твоему отцу. — Ты как всегда вовремя, Ксейден, — пробубнила я. Ксейден сделал шаг вперёд, и я увидела, как тени начали тянуться к нему. Чёрные, живые, они струились по земле, как вода, огибая его ноги, поднимаясь вверх, обвивая его тело. Они были частью его. — Если она сейчас не встанет, — сказал Ксейден, и его голос был тихим, но в нём слышалась угроза, — ты у меня землю жрать будешь. Я обещаю тебе, Аэтос. Я не остановлюсь, пока ты не будешь молить о пощаде. Даин побледнел. Я видела, как его лицо потеряло цвет, как его руки слегка дрожат. Он не сказал ни слова. Просто стоял, глядя на Ксейдена с выражением, которое я никогда раньше не видела на его лице. Ксейден протянул мне руку. Его пальцы были сильными и уверенными, и я чувствовала, как его присутствие наполняет меня спокойствием. — Вставай, — сказал он, и его голос был мягче, чем я ожидала. — Я здесь. Я взяла его за руку, чувствуя, как его пальцы сжимают мои, как его тепло проникает сквозь холодную кожу. Он помог мне подняться, и я почувствовала, как мои ноги дрожат. Снег прилип к моим штанам, и я чувствовала, как холод проникает в мои кости. Ксейден прижал меня к своей груди. Его руки обхватили мои плечи, и я чувствовала, как его тело согревает меня. Его дыхание касалось моей макушки, и я слышала, как его сердце бьётся ровно и сильно. Тени поднялись от его ног, струясь по земле, и я чувствовала, как они окутывают мои ноги, как тёплое одеяло. Они были мягкими и живыми, и я чувствовала, как они проникают сквозь мою одежду, согревая меня. — Всё в порядке, — прошептал Ксейден, и его голос был тихим, почти нежным. — Ты в безопасности. Я стояла в его объятиях, чувствуя, как тени окутывают мои ноги, как его руки сжимают мои плечи, и я знала, что я не одна. Даин стоял в стороне, его лицо было бледным, и я видела, как он смотрит на нас с выражением, которое я не могла прочитать. Ксейден повернулся к нему, и в его глазах снова появилась сталь. — Убирайся, — сказал он, и его голос был холодным. — Если я ещё раз увижу тебя рядом с ней, я не сдержусь. Ты меня понял? Даин кивнул, не говоря ни слова. Он развернулся и пошёл прочь, его шаги были быстрыми и нервными, и я смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри меня отпускает напряжение. Ксейден чуть сжал мои плечи, и я чувствовала, как его присутствие продолжает согревать меня. Я закрыла глаза, позволяя себе просто дышать, чувствуя, как его тени окутывают мои ноги, как его руки держат меня. Ксейден провёл меня через пустынные коридоры Басгиата. Снег всё ещё хрустел под ногами, когда мы вошли в главное здание, но внутри было теплее, хотя я чувствовала, как холод продолжает пробираться сквозь мою промокшую одежду. Мы шли молча, и я чувствовала, как усталость наваливается на меня с каждой ступенькой. Мышцы ныли, колени дрожали, и я знала, что завтра буду чувствовать каждую минуту этой стычки с Даином. Но сейчас я была слишком вымотана, чтобы думать о завтрашнем дне. Когда мы остановились у двери моей комнаты, Ксейден повернулся ко мне. Его лицо было непроницаемым, как всегда, но я заметила, что в его глазах всё ещё мерцает тот холодный огонь, который я видела, когда он угрожал Даину. — Ты как? — спросил он, и его голос был ровным, но я слышала в нём что-то, что можно было принять за беспокойство. — Жива, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал легко. — И вроде не сломана. Но это только пока. Завтра утром я, возможно, не смогу пошевелить ни одной конечностью. Он усмехнулся — той короткой, почти незаметной усмешкой, которую я научилась распознавать за последние месяцы. — Тогда тебе нужно как следует отдохнуть, — сказал он. — Я зайду завтра утром, чтобы проверить, жива ли ты ещё. — О, как мило с твоей стороны, — ответила я с сарказмом, который я так хорошо отточила за время нашего общения. — Ты прямо как заботливая мамочка. Только более угрюмый и с тенями. Он поднял бровь, и в его глазах мелькнула искра веселья. — Я не мамочка, — сказал он. — Я просто хочу убедиться, что ты не сдохнешь в своей комнате от переутомления. Это было бы слишком хлопотно — искать нового кадета, который будет так же раздражать меня. — Ах, ты меня ценишь, — сказала я, прижимая руку к груди в притворном умилении. — Я тронута до глубины души. Может, нанесёшь это на мой надгробный камень? «Здесь покоится Элиана, которая раздражала Ксейдена до самого конца»? Он фыркнул. — Я подумаю над этим, — сказал он. — А теперь иди спать. Ты выглядишь так, будто можешь упасть в любой момент. — Ты так романтичен, — сказала я, открывая дверь. — Спокойной ночи, Ксейден. И спасибо. За всё. Он кивнул, и я увидела, как его взгляд смягчился на долю секунды. — Спокойной ночи, Элиана. Я закрыла дверь и прислонилась к ней, чувствуя, как усталость накрывает меня с головой. Я слышала, как его шаги удаляются по коридору, и знала, что он уходит заниматься своими делами. Я разделась, чувствуя, как каждый мускул в моём теле протестует против малейшего движения. Я натянула ночную рубашку и рухнула на кровать, не заботясь о том, чтобы заправить одеяло. Моя голова коснулась подушки, и я почувствовала, как сон накрывает меня, как тёплая волна, смывая все заботы и тревоги и чувствуя только одно: я была в безопасности. В своей комнате. В своём убежище. Сон пришёл снова, как только я закрыла глаза. Я не сопротивлялась — я слишком устала, чтобы бороться с ним. И в следующее мгновение я снова была там. В той комнате. В том пожаре. Я стояла в центре комнаты. Я сжимала руки в кулаки, чувствуя, как страх заполняет меня целиком. Вокруг меня были стены — знакомые стены моей детской комнаты. Тёплое дерево, игрушки на полках, кровать с мягким одеялом, которое пахло домом. Но воздух был горячим. Тяжёлым. Дым просачивался через щели в двери, заполняя комнату, заставляя меня кашлять. Я слышала треск огня за стеной. Где-то рядом, слишком близко. Огонь пожирал дом. И я была заперта внутри. Я подбежала к двери и начала бить в неё руками. Мои маленькие кулаки стучали по нагретому дереву, но дверь не поддавалась. Она была заперта. — Помогите! — закричала я, и мой голос был тонким и высоким, как у испуганного зверька. — Кто-нибудь! Помогите мне! Но никто не отвечал. Только треск огня и гул падающих балок где-то внизу. Я побежала к окну. Оно было высоко, слишком высоко для меня. Я встала на цыпочки, пытаясь дотянуться до подоконника, но не могла. Я била в стекло руками, но оно было толстым и прочным. Я была в ловушке. Дым становился всё гуще. Я кашляла, мои глаза слезились, и я чувствовала, как жар проникает сквозь стены. Комната начинала гореть. Я видела, как огонь пробивается через трещины в дереве, как пламя лижется о стены. Скоро он доберётся до меня. — Пожалуйста! — кричала я, но мой голос становился слабее. — Пожалуйста, кто-нибудь! И тогда я услышала его. Кто-то кричал моё имя. Голос был далёким, но я узнала его. Мой брат. — Эли! Элиана! Я здесь! Я повернулась к двери и увидела, как она дрожит. Кто-то бил в неё снаружи, пытаясь открыть её. Я услышала его голос — испуганный, но решительный. — Эли! Отойди от двери! Я вытащу тебя! Я отступила назад, прижимаясь к стене, и смотрела, как дверь трясётся под его ударами. Я видела, как его руки пытаются открыть запертую дверь, как он бьёт по ней, но она не поддавалась. — Держись! — кричал он. — Я не брошу тебя! Обещаю! Я хотела сказать ему, что боюсь, но слова застряли в моём горле. Я смотрела, как он пытается открыть дверь, как он борется с ней, и я чувствовала, как внутри меня разрастается ужас. Он не мог вытащить меня. Дверь была слишком крепкой. Огонь был слишком сильным. — Брат! — закричала я, и мой голос сорвался на плач. — Братик, мне страшно! — Я здесь, Эли! — крикнул он в ответ. — Я здесь! Я не оставлю тебя! Но его голос становился слабее. И я почувствовала, как жар становится почти невыносимым. Стены начали обрушиваться. Я видела, как падают балки, как огонь заполняет комнату, как пламя тянется ко мне. — Эли! — крикнул он снова. — Эли… Я сделала шаг к двери, протягивая руки. Я хотела коснуться его, хотела, чтобы он обнял меня. — Братик… — прошептала я. — Ксейден… И тогда огонь поглотил меня. Я проснулась с криком. Я сидела на кровати, чувствуя, как моё сердце бешено колотится в груди. Воздуха не было. Я не могла дышать. Я задыхалась, хватая ртом воздух, но мои лёгкие были полны дыма. Я упала с кровати на колени, чувствуя, как холодный пол касается моей кожи. Мои руки тряслись, и я пыталась сделать вдох, но с каждым разом становилось только хуже. Я слышала только стук собственного сердца и звон в ушах. И тогда я вспомнила. Я назвала его имя. Ксейден…?

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!