Вернутся к фанфику
Часть 3
29 января 2026, 20:07Следующие несколько дней прошли в гнетущем напряжении. Слежка за Юнджином была официально прекращена — теперь все их подозрения сконцентрировались на фигуре Дэсона. Но следить за ним оказалось невозможно. Он был призраком. Он появлялся внезапно, всегда один, всегда с этими чёртовыми булочками, которые теперь вызывали у Джиена приступ тошноты, и так же внезапно исчезал. Они ни разу не видели его с тем высоким парнем с тех пор, и это казалось ещё более подозрительным.
Однажды вечером Джиен сидел один в своей комнате, пытаясь читать конспекты, но буквы расплывались перед глазами. В голове крутилась одна и та же мысль: «Почему?». Почему этот человек уделяет ему такое внимание? Если это доброта — то почему она такая навязчивая и безмолвная? Если это чувство вины… Его сердце сжималось от ужаса при этой мысли.
Раздался тихий стук в дверь. Джиен вздрогнул. Он знал, кто это. Сердце начало бешено колотиться. Он медленно подошёл к двери и открыл её.
На пороге, как и ожидалось, стоял Дэсон. В руках он держал уже знакомую прозрачную упаковку с двумя булочками. Его улыбка была прежней, но теперь Джиену показалось, что в его глазах читается какая-то тревога.
— Держи, — как обычно, сказал Дэсон, протягивая угощение.
Но на этот раз Джиен не протянул руку. Он стоял и молча смотрел на сонбэ. Пауза затянулась. Улыбка на лице Дэсона начала таять, сменяясь замешательством.
— Что-то не так? — наконец спросил он, и в его голосе прозвучала неподдельная неуверенность.
Этот простой вопрос сломал плотину. Всё, что копилось неделями — боль, стыд, злость, парализующий страх — вырвалось наружу.
— Почему? — тихо, но чётко спросил Джиен. Его голос дрожал. — Почему вы постоянно даёте мне эти булочки? Что это значит?
Дэсон замер. Он опустил руку с булочками. Его доброе лицо исказилось гримасой растерянности и… страха? Он отступил на шаг.
— Я… я просто… — пробормотал он, глядя куда-то в пол. — или… Они тебе… надоели уже?
— Да, надоели! — голос Джиена сорвался на крик, которого он сам от себя не ожидал. — Почему именно я? Вы были на той вечеринке? Вы что-то видели? Вы ЗНАЕТЕ, что со мной случилось?
Он сделал шаг вперёд, и Дэсон инстинктивно отпрянул ещё сильнее. Его глаза бегали по сторонам, как у загнанного зверя. Он был явно напуган.
— Нет! Я ничего не знают…! Стоп, а чего я не знаю? — его слова прозвучали поспешно и неестественно. — Я просто отвечаю за свои слова. У меня не было плохих намерений.
Он аккуратно вложил тёплую упаковку в безвольные пальцы Джиена. — Удачи.
И с этими словами он развернулся и ушёл, оставив Джиена в полном недоумении стоять на пороге с двумя булочками в руках.
Он медленно закрыл дверь и прислонился к ней. Вся его грандиозная теория о чувстве вины и скрываемом преступлении рассыпалась в прах, столкнувшись с простым, дурацким объяснением. Он отвечает за свои слова? А когда вообще ему пообещали что-то такое? Неужели он болтал чепуху о булочках, а два добрых, хоть и странных, сонбэ восприняли это всерьёз.
Джиен не знал, смеяться ему или плакать. Это было так глупо. Так нелепо. И так… по-человечески. Он развернул булочку и откусил. Она была сладкой и мягкой. И впервые за долгое время он почувствовал не горечь, а что-то похожее на облегчение. Возможно, это была только случайность, и два сонбе которые слишком буквально поняли пьяный бред. И это, как ни странно, было гораздо легче принять. А может это просто надумки и разговор случился даже в мотеле? Дэсон явным образом что-то знал и не договорил. Надо выведать у него все, что он знает.
Джиен доел булочку, чувствуя, как сладкий вкус смешивается с горьковатым привкусом стыда.
Он вышел в коридор и, как назло, почти сразу столкнулся с Теяном, который шёл к его комнате с озабоченным видом.
—Ну что? — тут же набросился Теян. — Выяснил что-нибудь? Грозился же из него правду выбить!
Джиен вздохнул и отвёл взгляд.
— Я ничего не выяснил. Но похоже я просил покупать мне булочки, а Дэсон и его друг просто… запомнили это.
Теян замер с открытым ртом. Его лицо прошло через стадии недоверия, осмысления и, наконец, дикого, сдерживаемого смеха.
—Что?! — он фыркнул, пытаясь сдержаться. — Ты… ты просил булочки? И они… они вот так… вот уже два месяца носят их тебе??
— Да, — буркнул Джиен, чувствуя, как краснеет. — Звучит идиотски, да?
— Это звучит гениально! — Теян уже не сдерживался и хохотал, прислонившись к стене. — О, Боги… А мы тут про тайную вину, про преступления… А ты просто булочек захотел! Джиен-а, ты гений абсурда!
Джиен сначала хотел рассердиться, но вид хохотающего друга был таким заразительным, что уголки его губ сами потянулись вверх. Вся эта ситуация и правда была до смешного нелепой.
— Ладно, ладно, — отмахнулся он, когда Теян немного успокоился. — Значит, с Дэсоном разобрались. Он не злодей, а просто… очень ответственный исполнитель пьяных желаний.
— Я не говорил, что он не мог пообщать мне это после жаркой ночи. — добавил Джиен — но пока уберем его из списка преследуемых.
— Значит, — Теян вытер слёзы, — наш главный подозреваемый снова Юнджин. Тихий, скромный, ни в чём не повинный Юнджин.
Они переглянулись. Весь пыл охоты немного поутих. После истории с булочками сыщицкий азарт сменился лёгкой усталостью от всей этой эпопеи.
— Знаешь что, — сказал Джиен, глядя в окно на темнеющее небо. — Может, и хватит? Может, правда, пора заканчивать эти поиски? Мы проверили всех, кого могли. Остался один парень, который, скорее всего, вообще ни при чём.
Теян кивнул, его настроение тоже стало более серьёзным.
—Наверное, ты прав. Гоняться за призраками — только нервы трепать. — Он похлопал Джиена по плечу. — Решай сам. Если скажешь «всё, забиваем» — забиваем. Жить будем.
Джиен смотрел на огни города. Он потратил уйму времени и сил, чтобы докопаться до правды. И в каком-то смысле он её нашёл. Правда оказалась не страшной, а смешной и грустной одновременно. Но, возможно, это и была та самая правда, которая ему была нужна — чтобы наконец отпустить прошлое и перестать быть заложником той ночи.
— Забиваем, — тихо, но твёрдо сказал он. — Хватит.
Они стояли молча, и в этой тишине не было горечи поражения, а было спокойное решение поставить точку. История с мотелем, как ни крути, подошла к концу. Пусть и не так, как он ожидал.
Однако это решение «забить» продержалось ровно три дня. Джиен пытался жить дальше: ходил на пары, общался с Миной, даже согласился сходить с Теяном в кино. Но внутри всё равно оставалась щемящая пустота — ощущение незавершённости.
Всё изменилось в дождливый четверг. Джиен зашёл в кофейню на территории кампуса, чтобы переждать ливень. Запах свежемолотых зёрен, тёплый влажный воздух и звук джаза, игравшего из колонок, — что-то в этой комбинации сработало как ключ.
Он стоял в очереди, и вдруг перед его глазами, будто вспышка, возник чёткий образ.
Не мотель. Не бар. Он сидит где-то, его голова раскалывается, мир перед глазами плывёт. Рядом с ним кто-то сидит. Он чувствует тепло чужого тела. И запах. Не табак, не духи. А что-то другое… Резкое, медицинское. Что-то вроде… йода? Или мази от мышц. Спортивной мази.
Джиен ахнул и схватился за стойку. Бариста испуганно посмотрела на него.
— Вам плохо?
— Нет… Всё в порядке, — пробормотал он, отступая от очереди. Сердце стучало как сумасшедшее. Запах мази. Спортивной мази.
Он почти бегом помчался под дождём в общежитие и ворвался в комнату к Теяну.
— Я вспомнил! — выпалил он, запыхавшись. — Не всё, но… Я сидел. И тот, кто был со мной… от него пахло спортивной мазью. Как от спортсменов после тренировки.
Теян, который играл в видеоигры, резко выдернул наушники.
—Что? Ты уверен?
— Абсолютно! — Джиен говорил быстро, его глаза горели. — Этот запах… он въелся в память. Это был не случайный прохожий, Теян! Это был кто-то, кто занимается спортом. Кто-то, у кого могли болеть мышцы.
Они молча смотрели друг на друга. И в эту секунду отпали все версии про случайных людей с улицы. Призрак обрёл конкретную черту. И эта черта с пугающей точностью указывала на одного человека, которого они уже проверили и отринули.
—фф Джихен, — прошептал Теян. — с факультета физкультуры. Татуировки. Тренировки. У него всегда с собой аптечка, он же постоянно тянет мышцы.
— Но мы же следили за ним! — возразил Джиен, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Он был таким… нормальным.
— А кто сказал, что маньяки не могут быть нормальными? — Теян встал, его лицо стало серьёзным. — Мы следили за его рутиной. Но мы не знаем, что он делал в ту самую ночь. Может, он ушёл с вечеринки раньше, чем мы думали? Может, он вернулся? Запах мази… Джиен, это слишком большая улика, чтобы её игнорировать.
Решение «забить» испарилось без следа. Охота началась снова. Но на этот раз у них был ключ. Не расписание, не слухи, а реальное ощущение из прошлого. И запах спортивной мази вёл их прямиком к тому, кого они меньше всего ожидали подозревать. Тишина была нарушена. И на этот раз они не остановятся, пока не узнают всю правду.
Эйфория от «улики» с запахом мази была такой сильной, что они немедленно разработали новый, гениальный план и дали ему кодовое название… Они его не придумали.
Первая фаза плана. Их цель была— подтвердить, что Джихен действительно пользуется спортивной мазью. Для этого Теян, прикинувшись журналистом университетской газеты, попытался взять у него интервью о «секретах спортивного восстановления».
—Сонбэ-ним! Я слышал, вы используете уникальную методику! Можете раскрыть секрет? — Теян сунул ему под нос диктофон на телефоне.
Джихен,пахнущий исключительно дезодорантом и мылом, посмотрел на него как на идиота.
—Я просто делаю растяжку и сплю по восемь часов, — буркнул он и ушёл.
Так как первая фаза провалилась, они тут же придумали вторую. Не сдаваясь,они проследили за ним в раздевалку спортзала после тренировки. План был таков: Теян отвлекает его, а Джиен быстрым взмахом руки должен был поймать воздух вокруг его спортивной сумки и уловить заветный аромат.
На практике это выглядело так:Теян с громким криком «Ой, ногу свело!» упал перед Джихеном, а Джиен, крадучись как партизан, махал рукой у сумки, пока другие спортсмены с недоумением на него смотрели. Пахло потом и резиной. Никакой мази.
Ну и третья фаза, чтобы наверняка. В отчаянии они решились на крайние меры. Теян узнал, что у Джихена есть личный шкафчик. Их план был достоин голливудской комедии: подкупить уборщика, чтобы он на пять минут оставил дверь в раздевалку открытой. Подкуп состоял из пачки дорогого кофе и обещания «снять про него репортаж».
Уборщик,пожилой мужчина, согласился, но, видимо, что-то перепутал, а может и не перепутал. Вместо того чтобы впустить их в пустую раздевалку, он впустил их туда в тот момент, когда там переодевалась вся женская сборная по волейболу. Крики, недоумение, и наши «сыщики» под возмущённые возгласы были с позором выдворены охраной.
И тут должна следовать четвертая фаза, но их «деятельность» не осталась незамеченной. На следующий день декан факультета физкультуры вызвал к себе Джихена, а затем и их самих. Оказалось, что Джихен, раздражённый странными преследованиями, написал заявление о хулиганстве.
Они сидели в кабинете декана,красные как раки, и пытались объяснить, что не являются сталкерами, а просто расследуют дело о спортивной мази.
—Мазь? — удивился Джихен. — Я аллергик на большинство из них. Пользуюсь только специальным гелем, который вообще не пахнет. И в ту ночь на вечеринке я был не больше пятнадцати минут — меня срочно вызвали на ночную тренировку сборной. Есть свидетели.
Он предоставил алиби — записи с камер в спортзале, где он был в то самое время, и десяток спортсменов, подтвердивших его слова.
Их выговор был суровым.Им пригрозили отчислением за недостойное поведение, если они ещё раз посмеют кого-то преследовать. Выйдя из кабинета, они почувствовали себя полными идиотами.
А на следующий день Джиен, убитый горем и стыдом, сидел в столовой, когда к его столику подошёл… Юнджин. Тот самый «тихий» Юнджин, которого они вычеркнули из списка.
—Извините за беспокойство, — тихо сказал он. — Я слышал, вы искали человека, который пахнет мазью. Я тогда на вечеринке вывихнул плечо, когда танцевал… неудачно упал. Мне друг из медпункта дал сильно пахнущую мазь. Я потом весь вечер с этим запахом ходил. Вы меня искали?
Джиен и Теян просто онемели. Они потратили недели, устроили цирк с конями, опозорились перед всем факультетом… а их главный подозреваемый всё это время был прямо перед носом. И он даже не скрывался, а просто тихо сидел в библиотеке.
Юнджин, видя их шок, смущённо потупился.
—Если что… я ничего такого не делал. Я вообще после травмы сразу ушёл. — И он поспешно ретировался.
Джиен и Теян сидели в полном молчании, глядя в свои тарелки с остывшим рисом. Их великое расследование завершилось не арестом преступника, а унизительным осознанием собственной глупости. Оставалось только надеяться, что эта история никогда не всплывёт наружу. А правду о той ночи, похоже, им было не суждено узнать.
— бля… — тихо, словно спросонья, пробормотал Джиен, глядя в пространство перед собой. — Мне почудилось, что мы где-то вдвоем сидим, как в такси или типо того.. А он… он просто сидел за соседним столом. Я помню этот стол… он был липкий от пролитого пива. И этот запах мази… он просто витал в воздухе рядом.
-Что же ты раньше об этом не вспоминал…— также вяло протянул Теян чуть ли не падая со стула.
Он закрыл глаза, пытаясь выловить тот обрывок памяти без налёта паники и алкогольного тумана. Не тряска в машине, а гул голосов в баре. Не чьё-то тело рядом, а просто человек за соседним столиком, потирающий плечо. Юнджин. Самый обычный, ничем не примечательный парень, который неудачно танцевал и мазал вывих мазью.
Теян тяжело вздохнул и опустил голову на стол.
—Всё. Я сдаюсь. Наш мозг — наш главный враг. Мы сами придумали себе детектив с погонями и злодеями, а на деле всё было до смешного просто. Давай просто решим, что это был я?
Джиен горько усмехнулся.
— Да нихуя подобного, что-что, а с тобой я бы и в пьяном угаре не переспал… Значит, никакого таинственного незнакомца не было. Был я, пьяный до потери пульса, и вокруг были просто другие студенты… — Джиен тяжело вздохнул, —Один из которых намазался мазью. Другой решил, что я люблю булочки. А третий… — он замолчал.
Теян оскорбился от первых слов, но лишь методично кивал в такт сказанному.
А третий? Тот, кто на самом деле оказался с ним в мотеле? Он так и оставался призраком. Но теперь опять погоня за этим призраком казалась Джиену бессмысленной. После всех их идиотских провалов он понял главное: чем дольше он искал, тем больше глупостей совершал и тем сильнее запутывался.
— Знаешь что, — сказал Джиен, поднимаясь из-за стола. — Я, пожалуй, действительно завязываю. Окончательно. Не с поисками, а с этой всей историей. Пусть она так и останется тёмным пятном. Надоело быть персонажем дешёвого комедийного сериала.
Теян поднял на него взгляд и слабо улыбнулся.
—Согласен. От этой истории уже воняет не мазью, а нашими провалами. Давай лучше за пиццей сходим. Я плачу, пусть будет как компенсация за мои криминальные гениальные планы.
В тот вечер, поедая пиццу, они впервые за долгое время просто болтали о чём-то отвлечённом. О новых играх, о глупом преподавателе, о планах на каникулы. История с мотелем, Дэсоном и его булочками, Джихеном и мазью постепенно превращалась в нелепую байку, которую, возможно, когда-нибудь они будут рассказывать со смехом.
Напоследок, когда они уже расходились по своим комнатам, Теян обернулся.
—А ведь Юнджин, выходит, наш главный свидетель. Единственный, кто хоть что-то помнит. Ирония судьбы, да?
Джиен кивнул. Да, ирония была на грани гениальности. Возможно, это и был знак свыше, что пора остановиться. Иногда правда не стоит тех усилий, которые требуются на её поиски. Он лёг спать с мыслью, что его студенческая жизнь, наконец, становится нормальной. Пусть и с очень странным прошлым… Да только переобувается Джиен как дышит.
Истинное проклятие заключалось не в той злополучной ночи, а в удивительном таланте Джиена и Тхэяна попадать в ситуации, которые мгновенно становились достоянием общественности. История их провальной слежки за Джихеном разлетелась по университету со скоростью лесного пожара. Но, как это обычно бывает, обрастая невероятными подробностями.
Их образы в глазах однокурсников стремительно трансформировались из «странных парней» в «опасных сталкеров-неудачников». А где сталкеры, там и новые, более пикантные теории.
Тишину в комнате Джиена разорвал резкий звук распахнувшейся двери. На пороге, бледный, как стены общежития, стоял Теян. Его грудь вздымалась от прерывистого дыхания, а в глазах плясали чертики ярости и унижения.
— Ты видишь это? — его голос сорвался на визгливый фальцет, когда он тыкал дрожащим пальцем в экран смартфона. — Ты видишь, что они пишут?!
Джиен, оторвавшись от конспектов, с недоумением посмотрел на друга. Теян сунул ему под нос телефон. На экране светился один из многочисленных студенческих чатов, гордо именуемый «Самые сочные сплетни кампуса». В нем красовался новый «шедевр» анонимного автора.
Сообщение было выдержано в ядовито-пародийном стиле, пестрея унизительными терминами и намёками. В нём утверждалось, что вся история со сталкерами — не более чем любовный треугольник. Что Джиен, «ботаник с недотрахом» после той злополучной ночи в мотеле, разочаровался в своём «микрочеле» Теяне и теперь его влекут «настоящие альфачи из зала», ради которых он готов на всё, даже на преследование.
Джиен медленно перечитал текст, мозг отказывался складывать слова в осмысленную, пусть и оскорбительную, картину.
—Какой ещё микрочел? — спросил он, искренне не понимая. — Что они несут?
— Это ко мне! — взвыл Теян, с такой силой тыча себя в грудь, что, казалось, оставит синяк. — Ко мне! Микрочел! Это значит, что я… что у меня… — он задыхался от ярости и стыда, — что я недомерок с маленьким достоинством! И что я тебя не удовлетворяю! А тебя, оказывается, теперь возбуждают только потные спортсмены!
Джиен, все еще пытаясь осмыслить абсурд, перешел в утихомиривающий режим.
—Да не волнуйся ты так, — сказал он задумчиво. — Вроде не такой уж и маленький…
Теян застыл, уставившись на друга взглядом, полным немого вопроса. «Ты сейчас серьезно?»
— Ну, в смысле роста, — уточнил Джиен, видя его реакцию. — Не расстраивайся, у тебя рост средний. Большинство девушек как раз твоего роста или даже ниже.
Теян завис, его мозг явно перегружался. — Тебя что, смутило только это? А то, что у тебя, по их мнению, фетиш на потных спортсменов и… и вонючие члены, это тебя никак не задело?
— Ну… нет… — Джиен задумчиво постучал ручкой по столу. — Там вроде не так писали…
—Ага, не так, а как же! — фыркнул Теян и с новой яростью принялся листать экран. — А, вот, цитирую дословно: «Спорим, он любит трахаться сразу после тренировок своего любовника, пока тот ещё весь потный и вонючий, а также брать в…»
— Все, хватит! — резко перебил его Джиен, чувствуя, как по щекам разливается краска.
Он тяжело опустился на кровать. Голова шла кругом. Абсурд ситуации достиг какой-то немыслимой, сюрреалистичной высоты. Их дружбу, их попытки разобраться в чудовищной истории со сталкером, их страх и неопределенность — всё это перевернули с ног на голову, превратив в дешёвую, пошлую порнографическую пародию.
И тут в его голове родилась странная, почти крамольная мысль.
—Ну… Может, не всё так и плохо? — произнес Джиен с подозрительным оттенком блаженства в голосе.
Теян поморщился, как от зубной боли, и взглядом, полным немого вопля, спросил: «Какого хуя?»
Джиен, уйдя в себя, продолжил, словно размышляя вслух:
—Если убрать все эти… грязные намёки и оскорбления… Вот представь: ты, например, занимаешься баскетболом. Приходишь после тренировки уставший, весь в поту… а тебя дома встречает девушка. И вы… занимаетесь любовью. До того как ты пойдешь в душ. Что в этом плохого? Или если она приходит с тренировки. Это же не обязательно фетиш, чтобы прийти и так… сбросить стресс. — Он метнул взгляд на Теяна, но, не видя реакции, продолжил. — И меня брать в пример… Если это мой любимый человек, то для меня не будет проблемой… заняться с ним любовью, даже если он мокрый или… грязный. Я не вижу в этом проблем.
Он вышел из своих раздумий и перевел взгляд на Теяна. Тот стоял, застыв в редкой, многословной гримасе. Его брови взметнулись к линии волос, а во взгляде читалось чистейшее недоумение и неверие собственным ушам.
— Стоп, Джиен… — медленно, растягивая слова, начал Теян. — Так ты… пидор, что ли?
Вопрос прозвучал не со зла, но слишком уж прямолинейно и по-деревенски просто. Теян тут же осознал свою оплошность, но было поздно. Джиен смотрел на него с оскорблённым достоинством.
Несколько минут в комнате царила гнетущая тишина, резамая лишь прерывистым дыханием Теяна. Наконец, Джиен тяжело вздохнул.
— Может быть… — тихо, почти шёпотом, начал он, уставившись в пол. — Если совсем немного. На самом деле, я давно заметил, что девушки меня не особо привлекают… но и с парнями у меня ничего не было. Я только после того случая в мотеле осознал, что мне и вправду… понравилось, что ли? Когда я вспоминаю, как проснулся, и как ощущались на теле следы той ночи… я невольно… — он резко махнул рукой. — Да ладно, просто забудь.
Он опустил голову, чувствуя, как огненный стыд заливает его щёки. Он и сам не ожидал такой исповеди.
Тишину нарушил скрип пружин матраца. Теян присел рядом, их плечи почти соприкоснулись.
—Знаешь, — осторожно начал он, — вот говорят же «любовь с первого взгляда». А у тебя похоже… любовь с первого секса.
Джиен тут же отвесил ему локтем в ребра, но Теян лишь ухмыльнулся.
—На самом деле, — его голос стал серьёзным, — мне кажется, я тоже не совсем… по девушкам. Неожиданно признался он. — С недавних пор я не очень ровно дышу к одному парню. Сам боюсь этих чувств. Мы с ним не особо знакомы, но когда я вижу его… ощущаю какой-то трепет в сердце. — Он сгорбился, зарыв пальцы в свои непослушные волосы. — Я не знаю, что мне делать…
Джиен смотрел на него с удивлением. Они редко говорили по душам, и было видно, как тяготит Теяна это признание. Он молча похлопал друга по плечу. Теян вздохнул с таким надрывом, словно был готов расплакаться.
— А… я знаю его? — спросил Джиен, и в его голосе прокралась лёгкая, едва уловимая тревога.
Теян покачал головой, не поднимая глаз.
—В каком плане? Ну… Да вы знакомы. — Он сжался ещё сильнее. — Я пока не готов говорить, кто это.
В комнате снова воцарилась тишина, но теперь она была другой — тягучей, напряжённой и полной невысказанных тайн, которые висели в воздухе, словно тяжёлые портьеры.
Джиен считал самым ужасным то, что эти сплетни больно ударили по Теяну. Над ним открыто хихикали, разглядывая его рост, который по его мнению, был вполне средним и отпускали шуточки про «комплексы».
—Да они просто кретины! — пытался успокоить его Джиен, но видел, что друга это задело по-настоящему.
Ситуация достигла пика, когда к Джиену подошла та самая Мина из библиотеки. Она выглядела крайне серьёзной.
—Джиен-сси, — начала она. — Я, конечно, не верю этим глупостям… но, может, вам и правда стоит поговорить с психологом? Или… может, вам помочь познакомиться с кем-то нормальным? — в её глазах читалось искреннее, хоть и абсолютно неадекватное сочувствие.
В тот вечер они сидели на своей скамейке, в полном отчаянии.
—Всё, — констатировал Теян с пустым взглядом. — Мы проиграли. Что бы мы ни делали, всё превращается в дерьмо. Мы пытались найти правду — стали маньяками. Мы успокоились — стали героями порно.
Джиен смотрел на огни города. Он чувствовал себя абсолютно беспомощным. Любое его действие, любое слово искажалось и оборачивалось против него. Он больше не злился. Он просто устал.
— Знаешь что, — тихо сказал он. — Может, они правы? Может, мне и правда пора к психологу? Не из-за спортсменов, а потому что я уже не могу отличить правду от вымысла. И потому что из-за меня страдаешь ты.
Теян посмотрел на него, и в его взгляде появилась тень старой, братской теплоты.
—Да пошли они. Я микрочел, а ты нимфоман со странными фетишами. Зато мы знаем, кто мы есть на самом деле. А они… они просто скучают.
Джиен тяжело вздохнул — Не, нимфоман это тот, кого влечет противоположный пол… А меня пока только пидорасом выставляли.
Они сидели ещё долго, слушая, как ветер разносит по кампусу новые, ещё не известные им сплетни. Их репутация была уничтожена. Но в этом аду из чужих фантазий у них оставались они друг у друга. Было ли это утешением? Скорее, горькой констатацией факта. Их университетская жизнь окончательно превратилась в абсурдистский театр, и единственным выходом было дождаться окончания спектакля.
Они шли по коридору, погружённые в мрачные мысли о своей новой «репутации», когда впереди показались две знакомые фигуры. Дэсон-сонбэ и тот самый высокий парень, чьё лицо они так ни разу и не разглядели вблизи. Дэсон, заметив их, как-то оживился и уже начал было поднимать руку для приветствия.
Но его спутник с резким, раздражённым движением ухватил его за мочку уха и дёрнул так сильно, что Дэсон взвыл от боли и неожиданности.
—Ай! Отстань! — взвизгнул Дэсон, пытаясь вырваться, но парень лишь сильнее сжал пальцы.
—Я кому сказал…! — прорычал тот низким, незнакомым голосом.
Дэсон, красный от унижения и боли, начал активно жестикулировать свободной рукой, что-то доказывая на повышенных тонах, но его буквально потащили за ухо в боковое ответвление коридора, как провинившегося ребёнка. Истеричный вой Дэсона: «Да отпусти ты, я просто поздороваться хотел!» — быстро затих за углом.
Джиен и Теян застыли как вкопанные, обмениясь ошеломлёнными взглядами.
—Что, блять, это было? — выдохнул Теян. —Ну ты видел? Опять! Он с ним как с непослушным щенком! Кто этот тип? Муж? Охранник?
— Реально, кто этот тип? — прошептал Джиен, чувствуя холодок по спине. — И почему Дэсон это позволяет?
Джиен молча покачал головой. На паре они не могли сосредоточиться и как обычно, уселись на задних рядах и шепотом продолжили обсуждение, уже машинально, по инерции.
—Ладно, давай заново, — вздохнул Теян, рисуя в конспекте рожицу. — Отбросим все старые версии. У нас есть факты. Ты проснулся в мотеле один. Всё болело. Кто-то был с тобой. Всё.
— Спасибо, Кэп, — буркнул Джиен.
—Молчи! — Теян ткнул в него карандашом. — Может, это был вообще не студент? Может, это был… не знаю… владелец бара? Или таксист? Или тот уборщик, которого мы подкупили? Он же видел нас во всей красе, может, это был нам знак!
Джиен смотрел на доску, где профессор выводил сложные формулы. Рядом с этими чёткими линиями их жизнь казалась клубком грязных, перепутанных ниток.
—Или может, — тихо сказал Джиен, — нам просто надо признать, что мы никогда этого не узнаем. Что этот человек — призрак. И чем больше мы за ним гоняемся, тем больше глупостей совершаем.
Теян умолк. Он посмотрел на затылки однокурсников.
—Может, ты и прав, — наконец выдохнул он.
Они сидели в тишине, слушая, как профессор объясняет что-то о вероятностях. Ирония была горькой. Они потратили столько сил, чтобы вычислить одну-единственную вероятность — вероятность того, кто был с Джиеном в той комнате. И проиграли. Вероятность их успеха оказалась равна нулю.
—Всё, — Теян решительно хлопнул ладонью по тетради, заставив соседей вздрогнуть. — Я не знаю, кто был в том мотеле. Но я знаю, что мы идём неправильным путём. Все эти слежки, подслушивания… Хватит. Давай действовать напролом.
— Напролом? — насторожился Джиен.
—Абсолютно. Давай найдём тех, кто точно был на той вечеринке до самого конца. И просто спросим. В лоб. Без дурацких легенд. Может, кто-то видел, что происходило на самом деле. Может, кто-то заметил, с кем ты ушёл.
Идея была до безобразия простой и прямой. После месяцев тайных операций и построения теорий она казалась почти гениальной в своей простоте.
—Кого спрашивать? — с сомнением спросил Джиен.
— Того же Юнджина, для начала! Он же был там, он всё помнит! Или тех девушек, что поздно ушли. Просто подойдём и скажем: «Извините, мне нужно знать, что случилось в ту ночь. Это важно для моего душевного спокойствия».
Звучало… уязвимо. И страшно. Но после сегодняшней сцены в коридоре это казалось меньшим злом.
— Ладно, — согласился Джиен, сжимая кулаки под партой. — Напролом, так напролом. Начинаем с Юнджина. После пары. Они вышли из аудитории с новым, странным чувством решимости. Они больше не сыщики в тени. Они были двумя парнями, которые устали от тайн и готовы были услышать правду, какой бы горькой она ни была. И первый шаг к этой правде лежал через прямой, неудобный разговор.
Джиен посмотрел на него и слабо улыбнулся. Это была бредовая идея. Но не более бредовая, чем все их предыдущие.
—Согласен. Драка с зеркалом. И зеркало было тем ещё противником.
— Именно! — Теян хлопнул его по плечу. — А теперь давай подумаем, как нам реабилитироваться после звания «сталкеров». Может, нам стоит начать преследовать друг друга на людях? Для отвода глаз?
Джиен фыркнул. Впервые за долгое время его смех был не горьким, а почти настоящим. Время прошло незаметно, и на большом перерыве они отправились в кафетерий.
Джиен и Теян как раз вскрывали свои ланч-боксы, когда к их столику подошёл Дэсон. С привычной лёгкой улыбкой он протянул две булочки.
—Держи. От меня и Хёна.
Но на этот раз Джиен был настроен решительно. Он взял булочки, но тут же отложил их в сторону и жестом пригласил Дэсона сесть.
—Сонбэ-ним, присядьте, пожалуйста. Мне нужно кое-что спросить. О той вечеринке.
Лицо Дэсона на мгновение выразило лёгкую панику, но он послушно опустился на стул. Теян насторожился, готовясь к худшему.
— Я… я почти не пил, — начал Дэсон, нервно теребя край стола. — Я вообще не очень люблю шумные тусовки. Я стоял в сторонке со своим Хёном. А большую часть времени мы вообще провели на улице, там тише… И у Хёна был перекур.
Джиен слушал, не отрывая взгляда.
—И что вы видели?
— И мы увидели тебя, — Дэсон посмотрел на Джиена с внезапной жалостью. — Ты сидел на бордюре… и плакал. В голос. Такой несчастный.
Джиен смущённо отвёл глаза. Слышать о своём пьяном непотребстве было невыносимо стыдно.
—И… что было дальше? — выдавил он.
— Ну, мы естественно подошли, — Дэсон пожал плечами. — Спросили, что случилось. А ты был вообще невменяемый. Мы хотели такси вызвать, а ты и адрес свой сказать не можешь. Опасно же одного в таком состоянии отпускать. Тут мой Хён тебя и спрашивает: «Может, тебя кто обидел? Мы разберёмся».
Дэсон сделал паузу, и на его лице появилась смешанная улыбка.
—И ты тут поднимаешь на нас свои заплаканные глаза… и показываешь пальцем на круглосуточный магазин через дорогу. И мыча что-то, типа: «Хочу булочку…».
Теян, слушавший всё это с открытым ртом, фыркнул. Джиен почувствовал, как горит всё его лицо.
— Ну, Хён послал меня с его картой купить тебе чего-нибудь и бутылку воды, — продолжал Дэсон, уже явно развлекаясь, вошёл во вкус. — Ты так вцепился в эту булочку! И начал её есть! И плакать одновременно! А мы сидели, твои сопли вытирали, пока ты жевал. Картина была та ещё!
Дэсон не сдержался и захихикал.
—Вот всегда меня эта история смешит. Наше знакомство такое… булочное.
— А… а что было потом? — спросил Джиен, уже почти молясь, чтобы земля под его ногами провалилась.
— А потом ты начал изливать душу! — Дэсон захохотал уже в полный голос, привлекая взгляды соседей. — Обо всём на свете! О том, как родители давят, как боишься не оправдать ожиданий… И всё время благодарил за булочку. Я тебе ещё два раза ходил покупал! А потом мой Хён, чтоб ты успокоился, говорит: «Вот если не будешь плакать, мы тебе всегда будем булочки покупать». И ты тут же перестал реветь и спросил: «Честно? Не врёте?». Ха-ха-ха! Вот такой у вас был договор!
Теян уже не сдерживался и ржал как конь, упираясь лбом в стол. Джиен сидел ярко-красный, представляя себя в роли плачущего, булочкого маньяка.
— И… и всё? — слабо надеялся он.
—Да нет же! — Дэсон от смеха вытер слёзы. — Самое лучшее в конце! Ты, наевшись и успокоившись, взял моего Хёна за руки и торжественно заявил ему влюблённым голосом: «Вы самый лучший человек на свете. Мне кажется, в влюбился». Я чуть не умер со смеху! А Хён покраснел как рак, но промолчал.
После этого Дэсон окончательно разошёлся, его хохот эхом разносился по столовой. Теян бился в истерике. А Джиен сидел, не в силах вымолвить ни слова. Всё ещё пунцовый от стыда, слушал, затаив дыхание. Самое страшное, казалось, было позади. Остались лишь развязка этой дурацкой истории.
—И… что было дальше? — спросил он, почти боясь услышать ответ. — Как я оказался в мотеле?
Улыбка на лице Дэсона мгновенно исчезла. Он пожал плечами, и в его глазах появилась искренняя растерянность.
—А мы не знаем. В этот момент Хён сказал, что забыл внутри что-то, и пошёл обратно в бар. Я пошёл следом, чтобы не терять его из виду. А когда мы вернулись… тебя на бордюре уже не было. Мы подумали, может, ты сам как-то добрался до дома… или друзья нашлись. Мы немного поискали, но потом разошлись.
В столовой воцарилась тишина. Смех Теяна застыл на полпути. Весь комедийный флёр истории испарился в одно мгновение, оставив после себя леденящий душу вопрос.
— Вы… вы меня просто оставили там одного? — тихо прошептал Джиен. Он представил эту картину: он, беспомощный и спящий, сидит на бордюре ночью. А два человека, которые только что о нём заботились, уходят… и исчезают.
— Мы ненадолго! Минут на три максимум! — начал оправдываться Дэсон, заметно нервничая. — Мы думали, ты никуда не денешься! Мы же вернулись сразу!
Но было уже поздно. Теян смотрел на Дэсона с новым, холодным подозрением.
—Три минут, — медленно проговорил он. — За три минуты может случиться что угодно. Особенно с пьяным человеком, который не может даже слова между собой связать.
Джиен почувствовал, как знакомый комок страха и обиды снова подкатил к горлу. Вся тёплая, нелепая история с булочками оказалась лишь прелюдией. Прелюдией к тому, что его бросили в самый уязвимый момент. И эти пару минут стали роковыми.
— Кто мог подойти за это время? — уже не сдерживаясь, спросил он, вставая. Его голос дрожал. — Вы кого-нибудь видели рядом? Может, кто-то ещё вышел из бара?
Дэсон заёрзал на стуле, явно желая оказаться где угодно, но только не здесь.
—Я… я не помню. Было темно. Мы никого не видели. Честно!
Но его испуганный вид говорил об обратном. Или, по крайней мере, так показалось Джиену. Возможно, Дэсон просто боялся обвинений в том, что они его бросили. А возможно… он что-то знал.
Теян встал рядом с Джиеном, его взгляд стал твёрдым.
—Значит, так. Ваш «булочный договор» закончился тем, что вы оставили нашего друга одного на улице ночью. И за эти пару минут с ним что-то случилось. Что-то очень плохое. Так что, сонбэ-ним, вам есть что вспомнить. Или мы пойдём разбираться к вашему Хёну. Может, он помнит больше.
Дэсон побледнел и быстро поднялся.
—Мне пора! — бросил он и, не глядя на них, почти побежал к выходу.
Джиен и Теян остались одни посреди шумной столовой. Весёлая история превратилась в мрачный детектив. У них наконец-то появилась новая зацепка. Очень узкое, но критически важное окно времени и двое свидетелей, которые явно что-то скрывают. Охота возобновилась, но на этот раз они знали, кого допрашивать. Некий «Хён» дэсона, теперь звучало для них как имя главного подозреваемого.
Лицо Теяна приняло озадаченное выражение.
—Постой-ка… А кто вообще этот Хён? Тот, кто за уши Дэсона таскает? И главное — кому ты там, пьяный, в любви признавался? Тому же? И почему как только мы про него заикнулись — Дэсон смылся, будто его подожгли? Этот человек один и тот же вообще?
Джиен мрачно вздохнул. Все эти вопросы крутились и у него в голове, создавая новую, ещё более запутанную картину.
—Не знаю я, кто этот сонбе. Дэсон сказал «мой Хён», значит, это его друг… Или парень. Тот высокий тип, который всё время его за уши тянет. И признавался я… — Джиен с отвращением поморщился, — скорее всего, именно ему. Тому, кто булочку предложил. То есть тот же Хён…
— Вот это поворот! — Теян свистнул. — Значит, картина такая: ты сидишь, ревёшь. К тебе подходят двое — Дэсон и его властный бойфренд сонбе. Он проявляет инициативу «мы разберёмся», посылает за булочками. Ты, в пьяном угаре, принимаешь это за проявление заботы и вечной любви и выпаливаешь ему в лицо. Хён краснеет . А потом… потом они вдруг вспоминают про забытую вещь и уходят. И ты исчезаешь.
Он замолчал, обдумывая версию.
—И теперь, когда мы про его Хёна сказали, Дэсон сбежал. Почему? Может, этот сонбе ему запрещает об этом говорить? Может, они действительно в той истории замешаны как-то иначе?
Джиен сжал кулаки. Гипотеза Теяна была пугающе логичной. Властный парень, который контролирует каждое движение своего друга… Или парня. Неловкая ситуация с пьяным первокурсником. И их поспешное исчезновение…
—Ты думаешь… они что-то сделали? — тихо спросил Джиен.
— Не знаю, — честно ответил Теян. — Может, они просто стесняются этой дурацкой истории. А может… может, Хён после твоего признания что-то сказал или сделал, о чём Дэсон не хочет вспоминать. Может, они поссорились из-за этого. Или… — Теян сделал многозначительную паузу, — может, сонбе вернулся к тебе один, пока Дэсон искал забытую вещь.
Джиен почувствовал, как по спине побежали мурашки. Эта мысль была самой страшной. Что тот, кому он наивно признался в любви, мог обернуть эту ситуацию против него.
— И что мне теперь делать? — спросил он, чувствуя себя снова потерянным.
Теян нахмурился.
—Варианта два. Первый — оставить всё как есть. Смириться, что правду мы не узнаем. Второй… — он посмотрел на Джиена с решимостью, — найти этого Хёна. Узнать, кто он такой. Посмотреть ему в глаза. Не для обвинений, а просто… чтобы понять. Может, один только его вид всё прояснит. Вот если у тебя встанет, как только глянешь на него, значит сто процентов, это он.
Джиен долго молчал. Он устал от погонь и подозрений. Но мысль, что где-то рядом ходит человек, который может быть ключом ко всему этому кошмару, не давала ему просто так сдаться.
—Ладно, — тихо сказал он. — Давай сначала просто узнаем, кто он. Без слежек, без допросов. Просто имя и факультет. Один только вид… может, и правда что-то прояснит.
Они сидели в столовой, а вокруг кипела жизнь. Но для них мир снова сузился до одного-единственного человека, чье имя они не звали Загадочный парень с большими руками и привычкой таскать своего друга, или парня, за уши. Последняя ниточка, ведущая в ту тёмную ночь. И они не знали, приведёт ли она их к правде или в очередной тупик, полный стыда и нелепостей.
А может это и не один человек, хеном у дэсона могло быть много. И мысль о том, что «Хёнов» может быть несколько, и все они как-то завязаны в этой истории, сводила с ума. Всё было настолько мутно, что Джиен и Теян махнули рукой и решили действовать наугад — расспросить ещё кого-нибудь из возможных свидетелей. Но их попытки ни к чему не привели: одни ничего не помнили, другие отмахивались, третьи смотрели с подозрением.
И вот, когда Джиен уже почти смирился, случился прорыв. Они сидели в библиотеке с Миной, разбирая сложную тему, как вдруг она негромко спросила:
—Джиен-сси, а тот парень… На приветственной вечеринке, который тогда тебя из клуба выводил и усадил на бордюр… он тебе кто? Брат? Или просто Знакомый?
Джиен остолбенел. Кровь отхлынула от лица.
—Какой… парень? — еле выговорил он. — Я… я не помню, чтобы меня кто-то выводил. Ты видела это?
Мина, немного смутившись, кивнула.
—Ну да. Я тогда со своей компанией стояла, и Теян-сси неподалёку был. Я как раз искала тебя глазами, чтобы попрощаться, и вижу — тебя кто-то выводит под руку. Ты шатался, выглядел плохо. Я подумала, тебе плохо стало, и вышла следом. А тот парень усадил тебя на бордюр у дороги и отошёл, по телефону зачем-то звонил. А потом… подошли ещё двое парней. И тот, первый пропал. А меня тут же позвали обратно друзья. А что, разве это был не твой друг? — в её голосе зазвучало беспокойство. — Что-то плохое произошло?
Джиен сидел, не в силах пошевелиться. В его памяти не было ни единого образа этого человека. Кто-то вывел его из бара. Усадил. И… скрылся, когда появились двое других.
—Имя… — просипел он. — Ты не знаешь, как звали того, первого? Ты его раньше видела?
Мина нахмурилась, стараясь вспомнить.
—Тех двоих, что подошли, я вообще мельком увидела. А тот первый… он вроде с кем-то из моих подруг однажды встречался. Но я сама его почти не знаю, лицо не запомнила. Кажется, он не с нашего факультета. Хочешь, я у подруги спрошу? Завтра смогу сказать.
В груди у Джиена что-то ёкнуло. Первая по-настоящему новая зацепка за долгие недели! Не слухи, не домыслы, а свидетельство нейтрального человека.
—Да! — он почти сорвался на крик, заставив пару студентов обернуться с неодобрением. Он понизил голос. — Пожалуйста, узнай. Я буду очень-очень благодарен.
Мина, удивлённая его горячей реакцией, но польщённая доверием, уверенно кивнула.
—Хорошо, обязательно спрошу.
После её ухода Джиен сидел, глядя в одну точку. В его голове выстраивалась новая, тревожная цепочка.
1. Неизвестный парень вывел его из бара и усадил на бордюр.
2. Пока он звонил по телефону, подошли Дэсон и Хён.
3. Неизвестный парень испарился.
4. Дэсон и Хён ушли на пару минут.
5. Утро в мотеле.
Почему он ушёл? Испугался? Его спугнули? Или… это была какая-то договорённость?
Он тут же позвонил Теяну и, запинаясь, пересказал ему новость.
—Значит, был ещё кто-то! — в голосе Теяна снова зазвучал азарт сыщика. — Тот, кто тебя вывел! Может, это и есть наш главный герой? А Дэсон с Хёном — просто случайные свидетели, которые появились позже?
— Не знаю, — честно ответил Джиен. — Но завтра мы можем получить имя. Первое настоящее имя человека из той ночи.
На следующий день ожидание было мучительным. Каждый раз, когда телефон вибрировал, Джиен вздрагивал. Его жизнь снова превратилась в ожидание одной-единственной смс. Имя. Всего лишь имя. Но оно могло перевернуть всё. Или привести в очередной тупик. Но теперь, когда луч надежды снова брезжил, заглушить его было невозможно.
На следующей паре Джиен сидел, как на иголках. Каждый скрип двери заставлял его приковывать взгляд. И вот он увидел, как Мина, вся взбудораженная, пробирается к нему между рядами.
— Джиен-сси! — прошептала она, присаживаясь на соседнее место. — Вы просто не поверите! Я узнала! Того парня, который тебя выводил, зовут Сынхён, Ли Сынхен! И он как раз учится с нами на потоке!
Сердце Джиена заколотилось. Она оглядела аудиторию и конспиративным жестом указала на парня, окружённого стайкой девушек. Он громко смеялся, рассказывая какую-то историю, явно наслаждаясь вниманием.
—Вон он. С темными прядями.
Не дожидаясь конца пары, Джиен стремительно вышел в коридор и тут же написал Теяну: «НАШЛИ. Лестница у столовой, сейчас».
Когда Теян подбежал, Джиен, бледный и с трясущимися руками, уже ждал его.
—Это он, — выдохнул Джиен. — Сынхён. Мина указала. Тот, кто вывел меня.
Теян, не долго думая, подстерёг момент, когда Сынхён, всё так же хихикая с подружками, направился в сторону мужского туалета. Они перехватили его на безлюдном лестничном пролёте.
— Эй, Сынхён! — грубо начал Теян, блокируя ему путь. — Помнишь вечеринку в начале семестра? Зачем ты выводил моего друга? Для каких целей?
Сынхён сначала опешил, потом на его лице появилась натянутая ухмылка.
—О чём вы? Я вообще ничего не понимаю…
— Не ври! — голос Джиена прозвучал хрипло. Он сделал шаг вперёд. — Ты… ты вывел меня. И что было дальше? Что ты со мной сделал?
Сынхён, почувствовав агрессию, отступил.
—Да я просто помочь хотел! Ты еле стоял!
— Помочь? — Джиен фыркнул, и его сдержанность начала давать трещины. Гнев, копившийся месяцами, рвался наружу. — Помочь затащить в мотель? Помочь… воспользоваться мной, пока я был в нетрезвом состоянии?
— Что?! — глаза Сынхёна округлились от искреннего шока. — Какой мотель? Я тебе такси хотел вызвать и довести до общежития! Я отошёл на секунду по телефону позвонить , а когда вернулся, тебя уже не было! Возле тебя двое других парней были! Ну и подумал, что…
— Что ты там, блядь, подумал — Перебил его Теян — Признавайся, наверняка думал твою жертву перехватили те с кем ты не мог состязаться, вот и смылся под шумок.
Но Джиен уже не слушал. В его голове сложилась идеальная, ужасная картина: этот самовлюблённый хлыщ увидел лёгкую добычу, увёл его, а потом…
—ВРЁШЬ! — закричал Джиен, его голос сорвался на визг. — Ты, блять, воспользовался мной! Это… Ты… Ты меня трахнул в том ублюдском мотеле, а потом свалил! Сука! Тварь!
Он выпалил все оскорбления, которые копились все эти месяцы унижений, стыда и боли. Он кричал, не выбирая выражений, тыча пальцем в растерянное лицо Сынхёна. Теян пытался его удержать, но было поздно.
Сынхён, оглушённый шквалом ненависти, сначала молчал, а потом тоже завёлся.
—Да ты больной! Я же тебе говорю — это был не я! Я тебя даже в такси не успел посадить! Иди к чёрту со своими фантазиями!
— На эти вопли, Теян сильнее придавил Сынхена к стене и тот похоже, решил раскрыть правду.
— Ладно, ладно! — сдался он, поднимая руки в защитном жесте. — Да, я тебя тогда вывел! Ты был пьяный в стельку и такой… потерянный. И да, я хотел подкатить. Ты первый меня спровоцировал своим безотказным видом, — он бросил на Джиена быстрый оценивающий взгляд. — Думал, может, повезёт, и мы классно проведём ночь. Но похоже даже лучше, что это был не я, а то вы бы ещё больше мне выебали мозги. Хотя если хочешь повеселиться…
Эти слова, сказанные таким циничным, бытовым тоном, ударили Джиена по голове сильнее, чем любое обвинение. Он был… лёгкой добычей. «Соблазнительным» объектом для подката в его же беспомощном состоянии. Его стошнило от осознания.
Он прислонился к холодной стене, чувствуя, как подкашиваются ноги. Теян же, наоборот, рванулся вперёд, с ещё большей силой прижав Сынхена к стене.
—И что?! — прошипел он ему в лицо. — И что было дальше?
— Нет! Отстань! — Сынхен попытался вырваться. — Ещё раз повторяю. Я всего лишь отошёл на секунду позвонить, чтобы такси вызвать. А когда вернулся, возле него двое других парней стояли! Я подумал, что это его друзья, и ушёл! Честно!
— Какие друзья? — Джиен с трудом выговорил, глотая воздух. — Опиши их!
— Да я не рассмотрел! — огрызнулся Сынхен. — Один повыше, в тёмной куртке. Другой… обычный. Они уже склонились над тобой. Я не стал лезть!
Сердце Джиена упало. Высокий в тёмной куртке.Было такое чувство будто это дэсон со своим хеном. Значит, Сынхен был всего лишь первым звеном в этой цепи. Он хотел воспользоваться ситуацией, но её у него буквально выхватили из-под носа другие.
— Запомни, — Теян пригрозил Сынхену пальцем. — Если соврёшь, мы к тебе вернёмся. И тогда будет не до смеха.
Они отпустили его. Сынхен, поправив куртку, с облегчением и злостью бросился вниз по лестнице, не оглядываясь.
Джиен стоял, глядя в пустоту. Теперь он знал начало своей истории. Он был не просто жертвой обстоятельств. Он был приманкой, которую хотели заполучить несколько человек подряд. И самый страшный вопрос теперь звучал так: кому это в итоге удалось?
Джиен стоял, тяжело дыша, слёзы злости и обиды текли по его лицу. Он был абсолютно уверен в своей правоте.
—Это он… — прошептал он. — Это точно он.
Но Теян смотрел ему в спину с новым, страшным сомнением. Шок и искреннее непонимание на лице Сынхёна выглядели слишком правдоподобно.
—Джиен… — осторожно начал он. — А что, если… он и правда не виноват?
Но Джиен уже ничего не слышал. Он нашёл своего демона. Правда было это правдой или нет, уже не имело значения. Ему нужен был виноватый. И он его нашёл.
— Кстати, я почему-то думал, что ты более… Спокойно отнесёшься к своему… Первому проходному. Ты так рассказывал в прошлый раз про любимого человека, я думал ты его ищешь чтобы замутить.
— Теян, ты наверно шутишь? Какой замутить..? Нет, это правда, вообще, изначально я хотел чтобы насильник поплатился. Я был очень зол. А потом я немного переосмыслил и тот вечер и свое отношение, как-то успокоился, охладел. Я понял, что мне больше обидно с того, что меня бросили и теперь прячутся от меня. И если человек мне понравится, я бы уже хотел, чтобы он взял ответственность за ту ночь… Только вот я думал, что там будет какой нибудь брутальный красавчик, на которого хватит взглянуть чтобы оргазм словить. А этому сынхену я даже через пытки ноги не раздвину, только если его сам нагну…
Теян с открытым ртом все слушал и удивлялся Джиену, но что-то говорить было бесполезно.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!