Вернутся к фанфику
вам нельзя заниматься сексом - eren, jean, levi, floch, erwin
16 июля 2026, 19:21Эрен
Оторваться друг от друга было невозможно. Мышцы челюсти болезненно ныли, а вкусовые рецепторы онемели, перестав различать что либо, кроме солоноватого привкуса слюны. Она смешивалась между вами, текла по подбородкам и циркулировала изо рта в рот. В пространстве между разгоряченными лицами было сыро. Один поцелуй перетекал в другой, чмокающие звуки отскакивали от стен полутемной спальни. Твоя кожа покрылась тонкой пленкой испарины, его укусов и багровеющих засосов.
Те несколько часов, что вы могли провести вместе, превратились в удовлетворение многодневной жажды. Эрен наперечет знал все причины, по которым ему следовало находиться на другом конце комнаты, но он просто не мог оторваться. Рассудок требовал остановиться. Тело отказывалось подчиняться.
Ты лежала под ним горячая, открытая и пахнущая так сладко, что зубы болезненно сводило в крошку. Белая атласная ночнушка, едва державшаяся на плечах, лишая парня последних зачатков воли. Широкими ладонями он жадно сминал твою грудь, перекатывал наливающиеся соски между пальцами и время от времени фокусировался на одном из них, чтобы вобрать его ртом. В голове яркими картинками всплывали фантазии о том, как твое тело будет ощущаться внутри. Каким раскаленным и тесным будет то место, которого он так хотел коснуться. Воображение подливало масла в огонь и разгоняло пульс до острого стука в висках.
В паху тянуло так тяжело и невыносимо, что рассудок Эрена медленно, но верно шел трещинами. Головой парень понимал, что вам строго запрещено переступать черту, что это грозит невероятной катастрофой. Но он чисто физически не мог остановиться. Голод оказался настолько неконтролируемым, что Йегер был готов сожрать тебя живьем прямо на смятых простынях.
Ты несколько раз слабо упиралась ладонями в его плечи, нескладно шепча, что пора остановиться. Парень что то неразборчиво мычал, утыкался влажным лбом в твою ключицу и продолжал сильнее прижимать тебя к своему животу. Набравшую ход страсть невозможно было затормозить призывами к разуму. Вас обоих несло настолько сильно, что от плотности ощущений темнело в глазах. Все происходящее ощущалось как глубокий транс.
— Т/и... — мокрый шепот переместился к основанию твоей челюсти, где парень оставил новый укус. — Пожалуйста, Т/и... Всего один раз. Давай попробуем.
Хриплые, несвойственные ему просящие нотки моментально сжали твой желудок в жесткий комок. Ты судорожно глотнула воздух с глухим спазмом и рефлекторно обхватила его по бокам. Пальцы уперлись в рельеф перекатывающихся мышц и напряженного пресс. Эрен был огромным, тяжелым и отчаянно нуждающимся в том, что могла дать только ты.
— Нет, — тихий выдох потонул в тишине.
Ты до боли прикусила нижнюю губу. Слова говорили одно, но тело предательски транслировало совершенно иное. Твои острые коленки ненамеренно дрогнули и разъехались в стороны, приглашая Эрена утонуть между округлых бедер. Тот шумно выдохнул с твоим соском во рту и качнул тазом, вжимаясь раскаленным членом так сильно, что с губ сорвался сладкий ах. Его джинсы совершенно не мешали ощущать плотность эрекции.
Оказавшись так глубоко между твоих ног, парень не уследил за моментом, когда рассудок покинул его окончательно. Осталась только неотложная нужда оказаться внутри.
— Ты же знаешь, нам нельзя...
— Не будь такой жестокой, — оборвал он тебя ломающимся голосом. В тоне проскользнуло царапающее недовольство от этой пытки.
Йегер еще раз убаюкивающе качнул бедрами, чтобы с нажимом проехаться через ткань своих штанов прямо по твоему насквозь промокшему белью.
— Мы должны терпеть, Эрен, — сдавленный стон вырвался наружу вместе со словами. Его покачивания становились все более требовательными, наглыми и приятными.
— Зачем терпеть? — бормотал он в горячечном бреду, хаотично целуя мягкую кожу вокруг ореолов на груди. — Просто разреши мне... Я все сделаю. Я буду аккуратным, обещаю.
Его ладонь мягко скользнула по твоему бедру вверх, пока сам он утыкался носом в ложбинку между грудей. Твои дрожащие пальцы попытались перехватить его запястье, но воли хватило лишь на то, чтобы крепче вцепиться в шею. Ощущения зашкаливали. Его рука была крупной, шершавой и горячей. Она легла на живот, опаляя кожу жаром, и начала медленно, миллиметр за миллиметром, спускаться ниже.
— Ну же... — зашептал он. Хрипота его посаженного тона ударил по оголенным нервам. Колени задрожали даже в лежачем положении. — Т/и... Ты же этого хочешь. Я вижу. Твое тело умнее тебя. Послушай его.
— Нет, я... — ты попыталась собрать разлетающиеся мысли в кучу, но дикое желание внизу живота пульсировало острыми спазмами. Ты действительно хотела отдаться этому чувству, отбросив все последствия. — Я хочу, но...
— Я тоже очень хочу, — его рот мазнул по мягкой мочке уха. Кожа мгновенно отозвалась неуправляемой дрожью по всей длине позвоночника. Парень аккуратно нащупал тонкую полоску белья прямо между твоих ног и зацепил ее кончиками пальцев, сдвигая шелковую ткань в сторону. Его голос продолжал звучать гипнотически, вибрируя от похоти. — Я не сделаю тебе больно. Это не так страшно, правда. Ну пожалуйста... пожалуйста, Т/и.
Ты обжигалась о поток этих бессвязных слов, пропитываясь его желанием с ног до головы. Воля к сопротивлению таяла, как воск. На несколько сладких, запретных минут разум отключился окончательно.
Ты перестала сопротивляться.
Пальцы на его плечах разжались, давая молчаливое разрешение. Стон вымученного облегчения сорвался с губ, когда тело само подалось навстречу его руке.
Эрен почувствовал это. Он почувствовал, как ты обмякла.
— Да... вот так... — выдохнул он с благоговением, слегка ухмыляясь. Темные от возбуждения глаза на секунду блеснули светом. Его пальцы плавно скользнули по чувствительному клитору, полностью убирая в сторону влажную ластовицу белья. — Умница... Молодец. Боже, как же я хочу тебя.
Это было блаженство. Чистое, незамутненное счастье. Ощущение его руки там, где все горело и ныло, было настолько правильным, настолько необходимым, что ты закусила губу и запрокинула голову, подставляя шею. Тебе хотелось, чтобы он продолжал. Чтобы он вошел. Чтобы этот ад закончился раем.
Пальцы Эрена с силой зарылись в твои волосы, оттягивая их у корней. Руки едва заметно дрожали от желания подмять тебя под себя так жестоко, чтобы расшатать каркас кровати. Ему хотелось сжать твое горло, вбиться на всю длину и стереть эту мучительную тяжесть в паху о твои тонкие, розовые стенки. Ему приходилось постоянно напоминать себе быть осторожным, однако подчиняться этой установке становилось действительно больно. Он не мог рассуждать здраво, когда его накаленный член терся в твою мягкую кожу между ног.
— Эрен, стой. Презерватив... — выдохнула ты, когда почувствовала, что он окончательно расстегнул ремень и прижался к твоему входу головкой. Он направлял себя рукой, нахмурившись и тяжело дыша. Его тело потряхивало от сдерживаемых инстинктов. Он так долго этого ждал.
— Тсс, я знаю.... Все будет хорошо, — сумбурно зашептал он, неспешно подаваясь бедрами вперед, и тут же со стоном опуская тяжелую голову в изгиб твоего плеча. — Блять... Сука.
Погружаясь в тебя, он еле дышал. Стенки изнутри были такими горячими, шершавыми и тесными, что перед глазами поплыли цветные пятна. Эрен грубо выругался себе под нос еще раз, а потом протяжно простонал, чувствуя, как его пробивает судороги вдоль позвоночника. Он тяжело засопел тебе в ухо, не стесняясь быть громким.
— Господи... Блять, Т/И, — шепот оседал конденсатом в районе твой челюсти. — Там так горячо...
Жан
В спальне было жарко, воздух напитался густым запахом горячей кожи и сладкой влаги. Жан рвано выдохнул, выныривая между твоих раздвинутых ног, где провел последние десять минут. Его лицо раскраснелось и покрылось слоем блестящей испарины. Взгляд окончательно затуманился, а веки отяжелели, лишая глаза какой либо концентрации. Он подался вперед, нависая над твоим телом. Поцелуй случился почти сразу же. Мокрые губы смогли смять твои всего лишь один раз, прежде чем слюна грязно потекла по подбородку. Влага хлюпнула на ваших языках и смешалась между собой, затапливая рецепторы терпким вкусом. Вы целовались с таким напором, что зубы сталкивались друг с другом. Большие ладони Жана плотно обхватили твою голову с двух сторон, фиксируя лицо на подушке.
Ты лежала на постели, сгорая в полноценном пожаре. Адское желание било по нервам мощными разрядами, и все внутри безостановочно дрожало. Тебе до безумия его хотелось. Жан казался огромным, невероятно рельефным и горячим. От его кожи исходил запах разгоряченного мужского тела и свежего парфюма. Тебе отчаянно хотелось, чтобы он навалился на тебя всем своим весом, придавил к матрасу и лишил возможности пошевелиться.
Но вы прекрасно знали установленные правила. Вы помнили, что переступать эту черту категорически запрещено. Он десятки раз до этого останавливался по первому требованию и никогда не давил. Но сейчас грань между здравым смыслом и абсолютной похотью стерлась. Парень боролся с собой, прикладывая невыносимые усилия, однако чувствовал, как проигрывает собственной похоти. Губы скользнули ниже, покрывая лихорадочными поцелуями твою длинную шею. Жан начал сильно прикусывать тонкую кожу, без разбору оставляя засосы и совершенно потеряв контроль над силой сжатия челюстей.
Потребность заняться сексом прямо сейчас распирала его пах настолько болезненно, что перед глазами натурально белело. Кирштейн крепко сжал твои бедра и одним движением стянул твое разморенное тело чуть ниже по смятому покрывалу. Он втиснулся между твоих коленей, плотно прижимаясь каменным бугром, выпирающим сквозь спортивные штаны. Трение ткани о твои набухшие половые губы вырвало из горла протяжное мычание. Руки сами потянулись вверх, окольцовывая его шею и притягивая к себе.
— Жан… — голос осел и стал почти неслышным. — Нам нельзя.
Слова повисли в удушливом воздухе. Парень судорожно сглотнул, глядя на твое раскрасневшееся лицо сверху вниз. Грудная клетка ходила ходуном.
— Пожалуйста, — выдавил он.
Всего одно слово, пропитанное такой ломающей нуждой, что сердце пропустило удар. Ты прикрыла глаза, не в силах выносить этот просящий взгляд. Он опустил голову, прижимаясь горячими губами к твоему уху.
— Я не сделаю больно, — зашептал он. Тон вибрировал от сдерживаемых эмоций, ломаясь от хрипоты. — Мы попробуем очень аккуратно...
Жан толкнулся бедрами, имитируя серию несильных толчков. Стояк приятно скользнул по влажной ластовице белья. Ему было критически тяжело формулировать мысли. Температура, исходящая от твоих разведенных ног, проникала сквозь штаны и мешала думать.
— Прости меня... Извини, что я вообще это прошу... — говорил он прерывисто, сглатывая вязкую слюну. — Я знаю, что мы договаривались...
Ты сладко застонала, откидываясь на подушках, когда он вместо толчков внизу перешел на круговые движения бедрами, втираясь в тебя, прижимаясь плотнее и приятней. Твой рот исказился от выдоха, и ты пискнула.
— Жан...
— Мне очень... — он выдохнул сквозь зубы, понимая, что давит на тебя и потом может пожалеть. Но остановиться уже не мог. — Мне так тяжело терпеть... Ты такая красивая, Т/и. Я очень тебя люблю.
Прерывистый всхлип сорвался с твоих губ. Остатки логики трещали по швам, осыпаясь пеплом под тяжестью собственного желания и его нужды. Сопротивляться стало попросту невозможно. Ты тяжело выдохнула, смиряясь с обстоятельствами, и вцепилась пальцами в его плечи. Скользнув ладонями выше, на влажный затылок, ты с силой потянула Жана на себя и сама впилась в его губы.
Кирштейн надсадно промычал прямо в этот поцелуй, кусая твой рот с невероятной спешкой. Его руки торопливо стягивали ткань штанов вместе с бельем, чтобы высвободить налитый кровью член. Тот был обжигающе горячим на ощупь. Парень обхватил себя ладонью и сделал несколько размашистых движений вверх-вниз, размазывая по стволу густую смазку. Он тяжело сглотнул, пристраиваясь между твоих коленей и оттягивая мокрую насквозь ткань белья в сторону. Головка уперлась туда, где было мокро и невероятно горячо.
Жан замер и оторвался от твоих губ буквально на пару сантиметров. Капли пота скатывались по его вискам, теряясь в линии роста волос. Он посмотрел тебе прямо в глаза своим одурманенным взглядом. Его ладони скользнули по матрасу, находя твои руки и нежно переплетая ваши пальцы. Ты выдохнула от того, как он зафиксировал тебя на месте.
— Я аккуратно… — шепнул он тебе, оставляя пар от своего дыхания на щеке.
Гладкая головка раздвинула распухшие половые губы и с усилием протиснулась внутрь. Лицо парня моментально исказила гримаса выкручивающей внутренности боли. От контраста между прохладным воздухом и тем обжигающим пеклом, в которое он погрузился, у него перехватило дыхание. Из приоткрытого рта вырвался абсолютно откровенный, гортанный стон. Тебя же словно прошило током. Ты нахмурилась, чувствуя немного непривычное распирание, и зажмурилась, набирая воздух сквозь плотно сжатые зубы.
— Господи… — захрипел Кирштейн, утыкаясь лбом в твое плечо. — Как же хорошо… Т/и...
Жан вошел только самой головкой и сразу отвел таз назад, почти полностью выпуская себя. Следом он снова мягко толкнулся вперед, размазывая обильную смазку. Раздался влажный хлюп. Он сделал еще одно короткое движение. Потом еще одно. Крайняя плоть терлась о мягкие стенки, и парень несдержанно постанывал от ошеломляющих ощущений. Каждое погружение на эти жалкие пару сантиметров отдавало в его мозгу вспышками экстаза. Теснота твоего тела сводила с ума, и он больше не мог думать.
Он прижался к тебе, вдавливая в матрас. Грудь к груди. Живот к животу. Затем сделал глубокий вдох и одним движением толкнул бедра вперед, вбивая свой член в тебя на всю возможную длину. Ты громко пискнула, распахивая глаза. Внутри все натянулось до предела, принимая его внушительный размер.
Жан смотрел на твое лицо, не отрываясь, сжимая твои пальцы почти до боли. Его губы были приоткрыты, а взгляд абсолютно потерян. Он смотрел на тебя так, словно никого больше не существовало.
— Вот так, да? — его тяжелое дыхание проглотило часть звуков, когда его член дразнил твои стенки неспешными движениями туда и обратно. — Так хорошо?..
Он зарылся лицом в изгиб твоей шеи, издавая глухой стон удовольствия. Эйфория накрыла с головой, стирая все мысли. Он был внутри. Полностью. Этот уровень удовольствия граничил с безумием. Он чувствовал каждый миллиметр твоего тела, каждый спазм. Температура пробирала до самых костей.
Леви
Леви сегодня явно терял рассудок. Терпкая нотка виски ощущалась на его языке, заставляя тебя пьянеть, как от алкоголя, так и от его напора. Вы продолжали беспрерывно целоваться, кусать друг друга, вылизывать поочередно каждую губу и смачно причмокивать в процессе. Всякая присущая ему аккуратность была погребена под нарастающим градусом желания. Тонкая струйка слюны летела по его щеке вниз, на наволочку, пачкая грязью бледное лицо. Вы слюнявили друг друга, обмениваясь вкусами до такой степени, что в какой то момент рецепторы перестали воспринимать ощущения на языке. Твои колени глубоко утопали в мягком матрасе по обе стороны от его бедер, и он держал весь твой вес на своей грудной клетке. Жесткие мужские пальцы впились в кожу на твоем затылке. Леви фиксировал твое лицо в паре миллиметров от своего, не давая возможности отстраниться. Его вторая ладонь с маху впилась в выгнутые полушария ягодиц, сминая плоть с хозяйской силой. Твоя юбка уже давно задралась вверх, открывая полный обзор на голые бедра. Ты глухо мычала в ваш остервенелый поцелуй и прогибалась в пояснице, с восторгом принимая его грубость. Тебе нравилось это не меньше, чем ему.
Однако реальность висела над вами тяжелым грузом. Границы дозволенного трещали по швам, хотя ваш уговор все еще оставался в силе. Вы не должны были заниматься таким. Леви умел включать холодную голову, когда это нужно было, поэтому все время до этого жестко контролировал себя и свои реакции. Однако сегодня, похоже, это не работало. Месяцы терпения и накопленного голода прорвали все дамбы.
Мужчина довольно резко оторвал руку от твоего затылка, чтобы вцепиться во вторую половинку твоей задницы. Он резко качнул тазом, заставив тебя накрениться вперед и проехаться промежностью прямо по твердому паху. Член под джинсами пульсировал, раскраснелся и болел. Его грубые пальцы скользнули ниже по коже, накрывая ладонью мясистую выпуклость твоей промежности. Под юбкой ты все еще оставалась в простом черном белье, но оно уже давно промокло, нагреваясь за счет бешеной температуры внутри. Аккерман шумно выдохнул прямо в поцелуй, почувствовав этот сумасшедший жар.
Широкая ладонь с нажимом провела по влажному кружеву. Ты с чмоком оторвалась от его губ, звонко застонав и запрокинув голову. Между ног все настолько горело, что любое его прикосновение отдавало электричеством прямо по суставам.
Леви неотрывно наблюдал за тобой снизу вверх сквозь полуопущенные веки. Его бледное лицо утонуло в пылающем румянце, а влажный рот слегка приоткрылся, потому что ему было сложно дышать. Взгляд жадно впитывал каждую судорогу на твоем лице, пока внизу ловкие пальцы ухватились за мокрую кромку ткани, сдвигая ее в сторону. Два пальца без предупреждения погрузились в узкое пространство внутри. Почувствовав, как тебя наполняет какой никакой объем, ты выгнула спину дугой, тяжело глотая кислород.
— Леви... — сорвалось с распухших губ.
Это ощущение было настолько нужным в эту секунду, что на глазах выступили слезы.
— Блять... — выругался он в ответ, пораженный уровнем жара внутри.
Он не стал медлить, сразу задавая ритмичный темп, входя на всю длину фаланг среднего и безымянного пальцев. Громкие, высокие вопли заполнили спальню, и твоя голова лихорадочно двигалась в частых кивках, требуя не останавливаться. Каждая клетка кожи упрямо хотела, чтобы он загнал пальцы до самого упора. Ты начала дико, размашисто двигать тазом навстречу его руке. Бедра сами насаживали мокрую промежность ему на руку.
Рассудок Леви рассыпался на части. Стояк пульсировал с такой силой, что в груди начала просыпаться неконтролируемая агрессия. Ты продолжала извиваться сверху - предельно мягкая, сочная, истекающая смазкой прямо в его мозолистую ладонь. Грудь заходила ходуном, и он отчаянно пытался сопротивляться тому, что зарождалось внутри. Однако на этой стадии остановиться было практически нереально. С таким же успехом можно было попытаться остановить груженый локомотив, летящий на полной скорости.
Пальцы начали двигаться быстрее и жестче, доводя трение до максимума. В голове билась единственная мысль - вытащить руку, расстегнуть ремень и вбить свой член так глубоко, чтобы ты на пару дней лишилась способности стоять на ногах. Оказаться внутри этого потрясающего женского тела стало вопросом выживания в его распадающемся сознании.
Леви резко покинул тебя, оставляя после себя лишь саднящую пустоту и болезненный контраст с прохладным воздухом спальни. С громким звуком он вытащил руку, надсадно глотая кислород. Грудь вздымалась так сильно, что ключицы отчетливо проступали под кожей. Ты жалобно захныкала, чувствуя, как сладостная пульсация сменяется острой нехваткой его прикосновений. Пальцы сжались на простыне, а тело отчаянно требовало продолжения.
— Верни... пожалуйста, верни обратно, — умоляюще проскулила ты, слепо потянувшись к его плечам.
— Я больше не выдержу, — голос Леви надломился.
Впервые за весь период вашего знакомства его ровный тон дал настолько глубокую трещину. Он саднил безвыходностью человека, чья выдержка держится на тонкой нитке упрямства. Ты же, в свою очередь, забыв обо всем, подалась тазом вперед и отчаянно потерлась промежностью прямо о грубую джинсовую ткань, точно по выпирающему паху.
— Успокойся, блять, — гаркнул Леви, перехватывая твои бедра. — Я не железный.
Остановиться оказалось выше твоих сил. Тело продолжало мелко извиваться, высекая искры из каждого случайного прикосновения о его стояк.
Терпение лопнуло с оглушительным треском. Не прикладывая особых усилий, Леви рывком перевернул тебя, впечатывая лопатками в матрас. Мир перед глазами ожидаемо крутнулся, и ты не заметила, как он уже нависал сверху, грузно придавливая твое тело своим весом. Острые коленки сами по себе разъехались в стороны, пуская его глубоко в пространство между бедрами. Аккерман рефлекторно вжался грубой металлической ширинкой прямо в мягкие половые губы сквозь кружевное белье. Острый контраст денима и разнеженной плоти прошиб твой дух насквозь.
Мужчина склонился ниже, обжигая твою ушную раковину сбитым дыханием.
— Я сказал, успокойся, — агрессивно прошипел он, играя желваками на щеке. — Я не смогу больше терпеть.
Ты обвила руками его мокрую шею, притягивая еще ближе.
— Не... не надо терпеть. Пожалуйста. Я хочу тебя.
Леви плотно зажмурился, мучительно пытаясь собрать разбегающиеся мысли, найти хоть один логичный повод затормозить, но ты снова качнула бедрами, растирая свою смазку о его штаны. Это движение стало фатальным.
— Я сверну тебе шею, если завтра ты хоть словом упрекнешь меня в этом, — с угрожающей серьезностью предупредил он.
Его рука метнулась к ремню. Звякнула пряжка, молния с громким треском разъехалась в стороны, освобождая венистую, красную от прилившей крови плоть. Он болезненно обхватил ее ладонью, с силой проводя пальцами по длине, чтобы распределить выступившую смазку, хотя твоей собственной было более чем достаточно. Сдвинув мокрую ткань твоего белья вбок, Леви прижал горячую головку прямо к влажному входу.
Ногти нетерпеливо впились в его плечи.
— Быстрее... Пожалуйста, — пропищала ты в полубреду.
Он подался вперед, чувствительной плотью проезжаясь по сжатому кольцу мышц. Узкое пространство встретило его горячим пеклом. Ощущения буквально вскружили голову, стирая контуры комнаты и реальности. У него свело скулы, заставляя болезненно уронить голову куда то тебе в шею. Смазка хлюпнула между телами, когда ты выгнулась в спине.
Леви искренне пытался быть медленнее. Пытался войти аккуратно, растягивая момент и давая тебе привыкнуть к объему, но в конечном итоге просто не смог. Сладость того, как покорно стенки внутри разъезжались под его давлением, заставила его бедра толкаться до самого конца, и он не мог их контролировать. За считанные секунды он вошел до упора, грузно выдохнув сквозь плотно сжатые зубы.
— Нормально?.. — надломленно спросил он, не в силах сдерживаться, но не желая причинить тебе вред.
Ты сжала его плечи сильнее и закивала, принимая всю длину без остатка. Это послужило зеленым сигналом к тому, чтобы окончательно потерять контроль. Леви начал двигаться отчаянно и безжалостно - так, как хотел долгие месяцы. Он выплескивал весь накопленный за время запрета голод, выбивая из тебя стоны каждым глубоким толчком.
Флок
Уже больше часа вы плавили кровать, не размыкая тесных объятий ни на секунду. С каждым разом ласки становились все сочнее и глубже. Вы лизали и кусали друг друга до мясистых, мокрых разводов на шеях. Твой рот горел от жадных поцелуев, а щеки алели с каждой секундой все более бесстыдно. Вы жрали губы друг друга, шумно менялись слюной и пачкали лица влажными разводами.
Флок не останавливался. Казалось, в нем сегодня выключился тумблер, отвечавший за самообладание. Ты честно пыталась дозировать свои движения, чтобы не распылять его еще сильнее, но эти попытки выглядели жалкими на фоне ваших пошлых причмокиваний и рваного дыхания. Возбуждение ударило в голову обоим так сильно, что лишило ощущения пространства и звуков вокруг. Вы чувствовали только дистанцию между телами и неисчерпаемую потребность стереть ее в пыль.
Внезапно одним резким движением Флок крутанул тебя на месте и развернул спиной к себе. Это произошло слишком быстро, и ты грузно осела на постель лицом вниз, едва успев подставить руки. Ладони моментально утонули в мягком матрасе. Оголенные соски начали тереться о ткань от бешеного дыхания. Ты вздрогнула и шумно вдохнула воздух, чувствуя, как в висках набатом бьется пульс.
У Флока был взрывной темперамент, и если он чего то хотел, то пытался получить это любой ценой. Но запрет на близость между вами вставал ему поперек горла уже не первый раз. Он кристально понимал, что переход этой черты грозил обернуться неприятностями для вас обоих, но именно из за ее существования ему приходилось откровенно паршиво. Перед ним красовался лучший вид в его жизни: твоя джинсовая юбка задралась до поясницы, выставив напоказ упругие, мясистые ягодицы, а тесные красные стринги глубоко врезались в сочную промежность. Флок считал твою фигуру идеальной, созданной специально и исключительно под его руки. И при всем этом он не имел права брать свое тогда, когда хотел.
Этот запрет давил ему нервы и злил до потемнения в глазах.
Недовольный выдох сорвался с его распухших губ. Тяжелая ладонь с размаху обрушилась на твою правую ягодицу. Раздался хлесткий шлепок, пустивший по позвоночнику волну кипятка. Пальцы Форстера тут же впились в покрасневшую кожу, грубо сминая мягкие полушария. Он завороженно наблюдал за тем, как отзывчиво перекатывается плоть под его руками. Она была податливой, сырой и упитанной. Ее хотелось съесть, впиться зубами и оставить так много следов, сколько это вообще было возможно. Эти фантазии манили его, били электрическими импульсами внутри черепной коробки и напрочь сносили рассудок. Потребность оказаться внутри, проехаться раскаленным членом по кольцу мышц и погрузиться в это влажное пекло разрывала парня на части. Его большие пальцы жестко раздвинули твои ягодицы. Взгляд сфокусировался на тончайшей полоске красного кружева, кое как прикрывающей сокровенное место.
Флок судорожно, на пределе втянул воздух сквозь стиснутые зубы.
Ладонь снова взлетела вверх. Очередной удар обжег задницу. Затем еще один, и еще, и еще. Удары сыпались один за другим, чередуясь с грубыми поглаживаниями. Он возбуждался от этого вида все сильнее и сильнее. Карие глаза неотрывно пожирали твои изгибы. Ты громко шипела сквозь зубы от острой боли, но тело по наитию подрагивало. Влага обильно стекала по внутренней стороне бедра. Желание раздвинуть ноги шире, позволить ему уместиться между ними и принять его толстый член на всю глубину становилось невыносимым.
Собрав волю в кулак, на последних придыханиях, ты прикрыла глаза и сипло пробормотала в подушку:
— Нам надо остановиться, — тон был рассыпанным и хриплым. — Пока мы... пока мы не зашли слишком далеко.
Кровь шумела в его ушах оглушительным набатом. Твои дрожащие, как желе, раскрасневшиеся, влажные от пота ягодицы забирали все его внимание, не позволяя концентрироваться.
— Я хочу трахнуть тебя, — прохрипел он. Голос осел так низко на дне гортани, что вибрировал.
Ты почувствовала, как от его слов накатила слабость в коленях.
— Мы договаривались... Нам нельзя, — слова царапали горло, еле формируясь неповоротливым языком.
Форстер ожидаемо пропустил твой протест мимо ушей.
Он поспешно навалился сверху, склеивая вашу потную кожу. Его бугристый горячий торс прижался к твоей спине. Анатомически вы слились в единое целое. Губы быстро нашли твое плечо, а зубы жестко сомкнулись на выпирающей косточке, вырывая из горла короткий писк. Он не мог противостоять собственным инстинктам - ему хотелось зафиксировать тебя на месте, прижать своим весом и заставить скулить.
Раскаленный добела стояк сквозь белье и расстегнутые джинсы плотно лег в ложбинку твоих ягодиц, прижимаясь к мокрой ниточке белья. Парень начал неспешно двигать бедрами, имитируя полноценный секс, которого так сильно хотел. Эти движения не приносили тебе нужной стимуляции, но зато ты услышала, как облегченно он выдохнул позади. От звука этого сытого вздоха тебе захотелось послушно раздвинуть ноги и отдаться ему без остатка. Но ты из последних сил держалась за остатки трезвости. Это было настоящей пыткой - удерживать контроль над собственным телом при таких обстоятельствах.
— Флок... Нельзя... — начала ты, но договорить не успела.
Свободная рука парня скользнула под твой подбородок, прижатый к подушке, и окольцевала горло, приподнимая с места. Пальцы надавили на кадык синхронно с толчком бедер. Мужское тело над тобой было огромным, тяжелым и рельефным. Разница в габаритах сейчас ощущалась особенно остро. Такая грубость с его стороны отправила твое сознание в свободное падение.
— Флок...
Тот склонился на твой зов, касаясь влажными губами хряща твоего уха. Говорить ему было физически тяжело. Возбуждение сковало челюсти до болезненного спазма, а в голове не было ни единой трезвой мысли. Но сдаваться он не собирался. Он хотел выторговывать твое согласие любой ценой.
— Т/и, — имя сорвалось с языка сипло, но ты уловила в тоне свойственную ему властность. — Хватит издеваться надо мной.
Длинные пальцы второй руки неторопливо спустились ниже по изгибу бедра.
— Ничего не случится, я тебе обещаю, — его ладонь наспех нащупывала скользкую нитку белья. — Мы просто сделаем то, что оба хотим... Я же чувствую, что ты хочешь.
Флок без лишних церемоний оттянул намокшую ткань в сторону, освобождая себе прямой доступ. Его пальцы заскользили по твоей ноге, прежде чем плавно погрузиться в интимное пространство между бедрами. Он судорожно втянул воздух сквозь зубы, обжегшись о невероятную температуру у самого входа. Фаланги парня настойчиво протолкнулись глубже, и горячая волна твоих выделений послушно хлынула наружу, щедро затапливая его ладонь.
— Посмотри на это... — слова рвались из его груди короткими рывками. — Там так мокро. Я хочу туда... Пожалуйста. Только один раз.
Ты сцепила зубы. В момент, когда он коснулся тебя внизу, ощущения граничили с фейерверками. Это ощущалось как прыжок в горячую ванну прямо с осеннего мороза. Все вокруг перестало тебя волновать, а пальцы внутри казались единственным, ради чего вообще стоило дышать. Ты прогнулась в спине, насаживаясь на две фаланги, что он, дразня, позволил тебе получить.
— Хочу тебя, Т/и, — прихотливо пробормотал он тебе в висок. Его терпение заканчивалось. — Очень хочу. Сделай с этим что нибудь.
— Г-глубже... — умоляюще зашептала ты, слепо тыкаясь лицом в подушку.
— Я могу быть глубже, — его голос вибрировал. — Только разреши мне.
Ты захныкала, зная, что совершаешь ошибку и дороги назад не будет. Но колени все равно послушно разъехались в стороны, и ты с тяжелым выдохом предоставила ему полный доступ к себе. Почувствовав, что ты сдалась, Флок моментально потянулся рукой к ширинке и поспешно оттянул резинку влажного белья. Он чертыхнулся, когда прохладный воздух спальни огладил раскаленный член.
— Довела меня до ручки, — с откровенным укором кинул он, перехватывая ствол у основания. — Тянула до последнего. Заставила меня упрашивать в таком блядском состоянии. Ты хоть понимаешь, что я сейчас с тобой сделаю?
Ты не ответила. Желание того, чтобы он оказался внутри, было настолько сильным, что уже ничего не имело значения.
Флок направил блестящую от смазки головку точно к сочащемуся входу. Он прижался к распухшим губам и подался бедрами вперед. Стенки податливо разошлись, принимая его с ожидаемым сопротивлением. Рассудок парня в ту же секунду разлетелся на миллионы искрящихся фрагментов. У него заробело в глазах. Температура внутри расплавила его член, заставив протяжно, облегченно простонать на всю спальню. Звук получился сорванным от невероятного кайфа. Он уткнулся мокрым лбом в твое плечо, плотно зажмурившись, пока перед глазами плясали яркие цветные пятна.
— Блять.. — выдавил он, сжимая зубы до болезненного спазма в челюстях.
Он протолкнулся дальше, погружаясь на всю доступную длину, до самого упора, пока его живот со шлепком не ударился о твои ягодицы.
Грудь сдавило от парализующей эйфории. Это превосходило любые, даже самые грязные его фантазии, которые он прокручивал в голове все эти месяцы запрета. Мягкая пульсация, сжимающая его член, сводила с ума, заставляя тело мелко трястись от невероятного возбуждения. Флок замер внутри тебя, тяжело сглатывая вязкую слюну, и давая себе эту минуту. Он впитывал каждой нервной клеткой выжигающий сознание кайф от того, что он наконец то добился своего и оказался ровно там, где должен был быть.
Эрвин
Ты не желала останавливаться. Бедра ритмично подавались вперед и назад, пропуская его толстый член сквозь тесноту между мокрый ляжками. Гладкая головка при каждом движении ювелирно скользила по воспаленному клитору вверх, к лобку. Все пространство между ногами было залито смазкой, а влажные шлепки эхом рикошетили от стен комнаты. Они сливались в унисон с твоими бесстыдными стонами и тяжелым дыханием Эрвина.
Вы лежали на боку, плотно прижавшись друг к другу. Твоя спина ощущала каждый сантиметр его рельефной грудной клетки. Мужчина пока не двигался, позволяя тебе вести, отдавая полный контроль над темпом и глубиной скольжения. Каждый его выдох обжигал ухо горячим паром. Крупные ладони вели себя на твоем теле по хозяйски. Он жадно комкал твою грудь, впиваясь пальцами в чувствительную кожу, и до одурения приятно зажимал затвердевшие соски, прокатывая их между фалангами. Ты влажно скулила куда то в подушку от каждого его движения.
Под пуховым одеялом образовалось настоящее пекло. Светлые волосы Эрвина безнадежно растрепались, пряди прилипли к вискам от обильной испарины. Блестящий пот густо покрывал вашу кожу, смешиваясь между телами в чане этого удушающего вожделения. Вы прекрасно осознавали, что доводить ситуацию до такого градуса было категорически нельзя. Черта, которую вы поклялись не пересекать, сейчас стремительно стиралась под напором физиологии.
Эрвин искренне рассчитывал на свою хваленую выдержку, думая, что вы сможете затормозить до того, как точка невозврата будет пройдена. Вы держали дистанцию долгими месяцами, и останавливаться на самом пике стало почти выработанным рефлексом. Но сегодня все шло прахом. Вы были слишком голодны.
Он целовал твою шею - жарко, влажно, оставляя на бледной коже слюнявые засосы. Его губы прокладывали дорожку к плечам, а зубы прикусывали выступающие косточки, пока твои упругие ягодицы с каждым новым толчком с отбивали ритм о его напряженный живот. Ощущение того, как его член исчезает в узком и горячем пространстве между твоих ног, казалось почти безбожным. Это было слишком хорошо. Его холодный разум неспешно схлопывался, утопая в запахе обильной смазки и звуках ваших стонов. Взрослый мужчина сейчас чувствовал себя дезориентированным мальчишкой. Он хотел полноценного секса так сильно, как не хотел ничего и никогда до этого момента.
Секунды быстротечно сменялись минутами. Ты безутешно дергалась на кровати, кусая губы и закатывая глаза от стимуляции. Твои бедра непрерывно работали, ища все больше контакта, аж пока Эрвин не скользнул одной рукой чуть чуть ниже. Его ладонь спешно перебралась по твоему животу вниз и накрыла собственный член спереди, фиксируя его прямо у твоего клитора. Он зажал твою промежность своей рукой, лишая тебя возможности контролировать процесс.
Давление усилилось многократно. Трение стало настолько плотным и точным, что ты громко заскулила, запрокидывая голову назад, прямо ему на плечо. Электрические разряды прошивали низ живота.
— Пожалуйста... Эрвин... пожалуйста, — забормотала ты, как в лихорадочном бреду, цепляясь пальцами за край влажной простыни. Ты сама не понимала, о чем просишь, но очень хотела, чтобы он никогда не прекращал. Твое сознание сворачивалось в воронку и свободно плыло восвояси, отпуская весь контроль.
Мужчина крепко зажмурился. Ему требовалось собрать расползающиеся мысли в кучу, чтобы не поддаваться животному вожделению. Он обязан был быть умнее, ответственнее и старше. Но ощущение того, как его член стимулируется о твою горячую промежность и собственную ладонь, высасывало из него остатки трезвости. Желание разрешить себе слабость разносилось по нагретой похотью крови.
Эрвин начал толкаться сам, задавая автономный ритм. Он с размаху прижимал бедра к твоим ягодицам, направляя раскрасневшейся член прямо вдоль распухших половых губ. Скольжение кожи о кожу стало предельно сочным и точным. Ты вытянула черты лица от вспышки острого экстаза, даже не чувствуя того, как на ресницах затрепетали объемные капли слез. Его рот снова распластался на хрупкой шее, оставляя на челюсти конденсат от тяжелого дыхания.
— К черту, — едва разборчиво пробормотал он тебе на ухо. Ты редко могла слышать, когда голос Эрвина звучал настолько нестабильно и ломано. — К черту, Т/и. Давай сделаем это.
Его бедра продолжали задавать ритм. Чавкающие звуки заполняли спальню. Растерянно распахнув глаза, ты попыталась сфокусировать взгляд на размытых очертаниях стен. Смысл его слов доходил до сознания с огромным трудом, пробиваясь сквозь густой туман эндорфинов и удовольствия. Когда суть сказанного наконец сформировалась в голове, губы сами собой приоткрылись.
— Ч-что? — переспросила ты, часто моргая.
Вместо ответа Эрвин убрал руку от твоего паха. Его влажная ладонь проехалась по лобку и вернулась на твою грудь, сжимая ее с откровенной грубостью. Вместе с остатками самообладания он окончательно утратил свою привычную аккуратность. Находясь в таком состоянии, все, что он искал - это жадные, требовательные прикосновения к мягкому женскому телу. Движения его бедер прекратились, сменившись остаточным повиливанием таза, которое продолжало генерировать искры удовольствия внизу твоего живота.
— Я хочу тебя, — уведомил он, со свистом вдыхая воздух сквозь плотно сжатые зубы. — И не хочу больше ждать. Мы займемся сексом, Т/и.
Нахмурив брови, ты попыталась воззвать к остаткам его рациональности, сумбурно напоминая о вашем уговоре. Правило существовало, и оно висело над вами долгие месяцы. Реакция Эрвина не заставила себя долго ждать. Он резко отстранился от твоей спины, заставляя матрас скрипнуть, и в ту же секунду навис сверху. Его руки уперлись в постель по обе стороны от твоих плеч, запирая тебя в своеобразную клетку из напряженных мужских мышц. Ты кинула помутневший взгляд на его лицо, ощущая, как по спине бежит стайка мурашек от этого вида. Мужчина выглядел так, словно полностью лишился терпения и способности соображать. Полуопущенные веки скрывали затуманенный взгляд, влажные губы оставались приоткрытыми, жадно хватая кислород. На скулах горел алый пигмент румянца.
— Ты... уверен? Точно все будет хорошо? — робко уточнила ты, чувствуя, что это необходимо. Твое тело уже давным давно дало свое согласие, выделяя невероятный объем свежей смазки внизу, но тебе надо было убедиться.
Эрвин медленно опустился ниже, крадя у вас последние крохи свободного пространства. Его рука скользнула между ваших тел, плотно обхватывая толстое основание своего члена. Он направил блестящую головку к твоей промежности и медленно провел ею вверх-вниз по твоей промежности, дразня своей медлительностью.
— Я обо всем позабочусь, — надломленным голосом пообещал он, не отрывая взгляда от места, где ваши тела должны были соединиться. — Расслабься и доверься мне.
Оставив невесомый поцелуй на твоем виске, Эрвин качнул бедрами, проникая внутрь.
Ты резко откинула голову на подушку, протяжно застонав. Твои пульсирующие стенки терлись о каждую набухшую вену на его члене, принимая внутрь весь внушительный объем. Он сантиметр за сантиметром растягивал тебя, аж пока горячая головка не уперлась в самое дно влагалища. Ощущение оказалось настолько колоссальным, что все окружающее пространство раскололась на тысячи цветных осколков. Влага делала его скольжение хлюпающим и сочным.
Когда он остановился на секунду в самом конце, ты почувствовала, что так и должно быть. Теперь он был на своем месте.
Сквозь пелену ты уловила, как преобразились угловатые черты лица Эрвина. Глубокая складка залегла между его густых бровей. Рот распахнулся шире, выпуская наружу низкий стон. Он вибрировал глубоко в его груди. В эту секунду он выглядел до сумасшествия горячим, сломленным своим же собственным наслаждением мужчиной. Его удовольствие оказалось запредельным, и это потешило твое эго. Ему было хорошо с тобой.
Смит почувствовал, как твои мышцы жадно массировали каждый нерв по всей длине. Вернув взгляд от твоей промежности к лицу, он потянулся ближе и накрыл тебя глубоким поцелуем, проталкивая язык внутрь.
Первые толчки вышли медленными, глубокими, позволяющими прочувствовать весь масштаб происходящего. Эрвин вытягивал член наполовину, а затем с силой вбивался обратно. Снова и снова. Он высекал из тебя скулящие стоны прямо ему в рот. Живот с влажными хлопками ударялся о твои бедра. Он наслаждался градусом температуры внутри, пошло постанывал и кусал твои губы, делясь собственной слюной. Он тонул в этой узости, в этом жаре, в звуках ваших тел, отпуская абсолютно все внешнее. Эйфория затапливала сознание, заставляя наращивать темп и с каждой секундой двигаться все жестче.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!