Вернутся к фанфику
Часть 20
1 февраля 2026, 01:19Лето превратило асфальт в раскаленную сковороду, а жизнь Конхо — в бесконечный цикл из учебы, запаха жженой резины и жестких команд Сонхёна. За этот месяц тренировок Конхо осознал одну простую и пугающую вещь: Мартин был добрым наставником по сравнению с Сонхёном.
Учеба у Мартина была цветочками. Тот учил его выживать и дерзить. Сонхён же учил его совершенству. И это было в сто раз больнее.
Конхо кожей чувствовал: если бы Сонхён не любил его до дрожи в руках, он бы уже давно отвешивал ему тяжелые подзатыльники за каждый передержанный тормоз или «грязный» вход в поворот. Сонхён не кричал, но его молчание после неудачного круга било сильнее любого крика. Он стоял у края трассы, скрестив руки на груди, и по его взгляду сквозь визор Конхо понимал — «плохо, переделывай».
***
Асфальт буквально плавился, и воздух над треком дрожал. Конхо заложил байк в крутую «шпильку», колено коснулось слайдером бетона, высекая короткий звук. Он вышел из поворота, открыв газ, и на мгновение почувствовал гордость за себя. Но стоило ему притормозить у края, как Сонхён уже был рядом. Он не снял шлем, только поднял визор, и его глаза были сухими и строгими.
— Ты опоздал с точкой входа на полметра, — бросил Сонхён вместо приветствия. — Ты боишься наклона?
— Я заложил его почти до подножки! — выдохнул Конхо, стягивая шлем. Пот градом катился по его лицу, подшлемник можно было выжимать.
— Подножка — это не предел, — отрезал Сонхён. Он подошел к байку Конхо и хлопнул по баку. — Ты едешь на нем, как на чужом. Ты всё еще боишься, что он тебя сбросит. Но если ты не начнешь доверять резине, в настоящем заезде тебя вынесет первым же хайсайдом. Еще десять кругов. Только этот поворот.
— Сонхён, жара невыносимая, тормоза плывут... — попытался возразить Конхо.
Сонхён медленно сократил дистанцию. Он протянул руку и грубовато, но собственнически притянул Конхо к себе за затылок.
— На трассе не будет кондиционера, Конхо. И соперникам будет плевать, жарко тебе или нет. Ты хотел быть со мной на равных? — Сонхён понизил голос до вкрадчивого шепота. — Тогда докажи, что ты мой напарник. Покажи мне, что ты чувствуешь байк так же, как чувствуешь меня ночью.
Он отпустил его, и в этом жесте было столько же нежности, сколько и жесткой требовательности. Конхо видел, как Сонхён сам тяжело дышит — он гонял перед этим два часа подряд, не давая себе ни секунды отдыха. Он требовал от Конхо многого, но от себя он требовал невозможного.
Конхо молча надел шлем. Горло пересохло, мышцы спины ныли, а одежда казалась раскаленным панцирем. Но стоило ему увидеть, как Сонхён отходит к черте, внимательно следя за каждым его движением, как внутри вспыхивало упрямство.
Он завел мотор. «Шпилька». Вход. Слайдер чиркнул по асфальту. На этот раз он пошел ниже. Чуть не сорвало заднее колесо, но он поймал баланс телом, как учил Сонхён — не руками, а весом.
На выходе он мельком взглянул на Сонхёна. Тот не хлопал в ладоши. Он просто коротко кивнул и показал два пальца: «Еще два раза так же, и закончим».
Это была его высшая похвала.
Вечером, когда они, измотанные и пахнущие соляркой, сидели на траве у края трека, Сонхён молча протянул Конхо бутылку ледяной воды и притянул его голову к своему плечу.
— Если завтра снова ошибешься в апексе... — Сонхён устало закрыл глаза. — Ей-богу, Конхо, я заставлю тебя перебирать вилку своими руками.
— Ты просто злишься, что я прохожу этот поворот уже почти так же быстро, как ты, — прохрипел Конхо, прикрывая глаза от удовольствия.
Сонхён лишь тихо хмыкнул и поцеловал его в макушку.
— Мечтай. Тебе до меня еще минимум год ада.
***
Вечерняя жара в городе сменялась душным безветрием. Конхо уже забыл, как выглядят аудитории и учебники — всё его время теперь занимал гараж и трасса. Но в этот вечер в гараже было на удивление тихо: Мартин уехал за деталями, а Сонхён не отвечал на звонки с самого обеда.
Конхо сидел на диванчике в углу бокса, перебирая свои новые перчатки, когда телефон в кармане вибрировал.
— Выгоняй байк на улицу и жди.
Конхо нахмурился. Сонхён обычно заходил через главные ворота, шумно бросая ключи на стол. А тут — какая-то таинственность. Он выкатил свой черный «литровик» под гаснущее закатное небо. Воздух пах сухим асфальтом и разогретым металлом.
Через пару минут из-за поворота показался Сонхён. Резко затормозив перед Конхо, он даже не слез с мотоцикла, просто поднял зеркальный визор. В его взгляде не было привычной усталости после тренировок, там горел азарт.
— Сегодня у нас другой экзамен.
— Опять трек? — спросил Конхо.
— Нет. Сегодня — город, ты месяц ныл, что я слишком придираюсь. Что Мартин учил тебя «жизни», а я учу «теории». Ладно.
Сонхён завел мотор, и низкий гул его байка заставил задрожать стекла на первом этаже общаги. Он посмотрел на Конхо сквозь стекло.
— Сейчас мы поедем через центр к набережной. Я не буду тебя ждать, Конхо. Я не буду показывать траекторию и не буду страховать. Мы едем наперегонки. Если приедешь позже чем через тридцать секунд после меня — завтра возвращаешься к «цветочкам» Мартина и отрабатываешь змейку до тошноты.
Конхо замер.
— А если приеду раньше? — дерзко бросил он, уже надевая свой шлем.
Сонхён на секунду замолчал, и Конхо готов был поклясться, что под шлемом тот хитро улыбнулся.
— Если приедешь раньше... я признаю, что ты больше не балласт. И, может быть.., получишь какой-то бонус.
Сонхён сорвался с места так внезапно, что заднее колесо высекло искры из асфальта. Конхо не терял ни секунды. Он вскочил на свой мотоцикл, нажал на стартер и бросился в погоню.
Город ночью превратился в лабиринт из неоновых огней и узких просветов между машинами. Сонхён ехал агрессивно — он прошивал поток, как раскаленный нож масло, закладывая такие углы на обычных перекрестках, что Конхо едва успевал повторять за ним.
Это не был трек с его чистым бетоном. Здесь были люки, разметка, внезапные таксисты и пешеходы. Конхо чувствовал, как пот заливает глаза под шлемом. Он видел красную точку стоп-сигнала Сонхёна впереди и понимал: тот действительно не поддается. Сонхён шел на пределе, проверяя, не сломается ли Конхо, не струсит ли он там, где нет Мартина, который бы подстраховал.
На одном из длинных проспектов Конхо рискнул. Он увидел узкое окно между автобусом и припаркованным рядом внедорожником. Сонхён ушел влево, обходя их по широкой дуге, но Конхо, вспомнив все изнурительные уроки Сонхёна, нырнул прямо в эту щель.
Рев двигателя на предельных оборотах. Ветер ударил в грудь с такой силой, что шлем едва не впечатался в лицо.
Конхо выскочил перед автобусом, на долю секунды опередив Сонхёна. Он видел в зеркале, как Сонхён на мгновение заложил голову вбок, явно удивленный такой наглости.
До набережной оставалось два поворота. Конхо летел, чувствуя, как байк стал продолжением его тела. Больше не было страха падения — был только расчет и чистый адреналин.
Когда они вылетели на пустую площадь у воды, Конхо первым ударил по тормозам, заставляя байк замереть в эффектном заносе. Сонхён припарковался рядом секундой позже.
Тишина после оглушительного рева показалась оглушающей. Они оба тяжело дышали. Сонхён заглушил мотор, снял шлем и долго смотрел на Конхо. Его волосы были взъерошены, а в глазах читалось нечто такое, чего Конхо не видел раньше — искреннее, глубокое уважение.
— Двадцать восемь секунд, — Сонхён посмотрел на свои часы. — Ты приехал раньше на две секунды.
Конхо победно улыбнулся, вытирая пот со лба.
— Значит, я больше не балласт?
Сонхён подошел к нему вплотную.
— Ты безумец, — прошептал Сонхён. — Тот маневр между автобусом... я чуть сердце не выплюнул. Если бы ты задел зеркало, ты бы улетел.
— Но я не задел, — парировал Конхо. — Ты сам учил меня не бояться зазоров.
Сонхён вздохнул, и его лицо наконец смягчилось. Он притянул Конхо к себе, крепко обнимая прямо на глазах у редких прохожих.
— Учил. Но я не думал, что ты усвоишь это так чертовски хорошо. Ладно. Ты сдал. Теперь город официально твой.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!