Часть 5. Новая сила

Тишину переулка разорвал резкий свист заклинания. Тот самый страшный звук, который обычно означает, что коса смерти уже почти перерезала нить чьей-то судьбы. Но едва луч, яркий и жадный, достиг своей жертвы, тут же произошло нечто странное. Вместо того чтобы замереть неподвижно, тело Снейпа взорвалось клубами чёрного дыма, мгновенно заполнившего собой весь переулок. — Се-хе-санга-са-са-шни! — раздалось из центра тьмы яростное шипение, и в ту же секунду Северус окончательно перестал быть просто человеком. Его сознание потянулось во всех направлениях, будто щупальца чудовищного кракена. Снейпу больше не нужно было произносить заклинания и выписывать сложные траектории волшебной палочкой. Теперь было достаточно просто дать волю тьме, скрытой до поры внутри него. Ощутив невероятную мощь новой силы, он с наслаждением отдался бешеному потоку магии. И тут же из глубины израненной души, сметая на пути все барьеры, выплеснулась энергия всепоглощающего хаоса. Мгновение — и тела убийц взорвались кошмарным фаршем, будто перегретые на костре банки с тушёнкой. Кровь заляпала стены, густая, липкая, горячая. Вот только смерть врагов не насытила его растущую жажду разрушений. Чудовищному облаку тьмы, в которое превратился Снейп, хотелось убивать ещё и ещё, хотелось ломать здания, нет, целые города, превратить всё окружающее в хаос. И стихия разрушений радостно взревела, вторя его желаниям. Каменная кладка соседних домов взорвалась осколками кирпича и дерева, мостовая заходила ходуном, став похожей на бушующее море. Вырванные из пазов канализационные решётки огненными стрелами полетели в небо, расплёскиваясь бордовым фейерверком закипевшего металла. Внезапно в сознании Снейпа проскочила отрезвляющая мысль: «Стоп! А зачем я вообще сунулся сегодня в Лютный переулок?» И тут же пришёл ответ: «Золото, чемодан, воровской схрон». Предчувствие провала обожгло сознание холодным импульсом. Хаос, которым был Снейп, уже успел поглотить энергию заклинаний, защищающих тайник. Расширенное пространство чемодана готовилось схлопнуться, безжалостно разрушая его давнюю мечту о несметных сокровищах. Одна лишь мысль о потере двух миллионов галлеонов смогла вернуть ему власть над собой. Северус откуда-то интуитивно чувствовал, как управлять этим странным состоянием, и мгновенно превратился в человека. Его маленькая черноволосая фигурка, словно тень ангела мести, парила в облаке пыли над свежими руинами. Он со свистом втянул в себя воздух, закашлялся и тут же шлёпнулся вниз, прямо в жидкую грязь разрушенной канализации, пахнущую гниющей водой. «Да здесь словно толпа горных великанов повеселилась! А один, похоже, и навалил прямо сюда от радости», — промелькнула в голове саркастичная мысль, и Снейп наконец-то вынырнул на поверхность, цепляясь скрюченными пальцами за скользкие кирпичи. Помянув Мордреда, он, кривясь от невыносимой вони, невербально создал чары «головного пузыря» и при помощи других полезных в работе зельевара заклинаний почистил себя от грязи. Переведя дух, Снейп начал карабкаться на гору битого кирпича, туда, где ещё чувствовались остатки магии пространства. Добравшись до нужного места, он со всей возможной скоростью начал разбрасывать в стороны мусор, размахивая палочкой и продолжая ругаться, даже не понимая, что делает это снова на парселтанге. И в конце концов он всё же отыскал старый помятый чемодан. Вот только последние нити магических плетений развеялись прямо у него перед носом, а расширенное пространство внутри чемодана, вероятно, схлопнулось ещё раньше. Такого жестокого разочарования Северус не испытывал уже давно. Он выругался так яростно, что Мордред и Моргана наверняка подпрыгнули от возмущения в своих могилах. Едва ли не воя от разочарования, Снейп испепелил несчастный чемодан. Золото пропало, он снова был беден, как церковная мышь. Два миллиона галлеонов, которые могли бы решить все его финансовые проблемы, стали частью мирового эфира. Под ногой раздался тихий хруст, и Северус заметил, что случайно раздавил волшебную палочку одного из поверженных противников. Правда, теперь это был просто кусок деревяшки — ни намёка на энергию. Видимо, та тьма, которая жила у него внутри, умела поглощать чужую магию. Собравшись, Снейп с помощью окклюменции заставил себя успокоиться, временно отключив все эмоции. — Акцио, мой нож! — холодно приказал он, и выброшенный бандитами маггловский кинжал выскользнул из-под груды кирпичей и немедленно вернулся в ножны на поясе Снейпа. Северус наложил на себя мощнейшие чары невидимости и мысленно поклялся, что как только разбогатеет, первым делом купит самый дорогой защитный амулет. Он очень не хотел второй раз оказаться беспомощным из-за неожиданного удара в спину. Выбравшись из завалов, Снейп осторожно выглянул на центральную улочку бандитского района. Здесь было пусто и тихо, и он быстрым шагом заторопился к выходу из Лютного. Местные жители, похоже, предпочли попрятаться в норы, хотя несколько раз ему всё же попадались идущие навстречу подозрительные волшебники. К счастью, чары скрытности действовали прекрасно, и Снейпа так никто и не заметил. Выбравшись из Лютного переулка, он сбросил чары невидимости и растворился в толпе, заполнявшей Косую аллею. Когда-то давно Северус читал, что месть — блюдо, которое лучше подавать холодным, но неистовая ярость продолжала кипеть в нём, толкая в драку. Кошелёк матери остался погребённым под обломками дома вместе с учебниками и вещами бандитов, и мысль о том, чтобы просто утереться, казалась ему нестерпимой. Выругавшись так грязно, что идущие рядом люди отшатнулись от странного ребёнка, он с трудом заставил себя не думать о потерянной куче золота. Притворившись, что поправляет шнурок, он присел у стены и едва уловимым движением палочки изменил свою внешность. Тёмная магия пульсировала в жилах, лёгкая, как ночной воздух над скошенным полем, и даже такое затратное заклинание подчинилось ему без единого слова. В следующий момент на ноги встал уже не тощий черноволосый мальчишка, а взрослый мужчина — точная копия одного из тех, кто совсем недавно пытался его убить. Благодаря магии на его превращение никто не обратил внимания, и дальше по улице шёл уже совсем другой человек. Подойдя к лавке старьевщика, Снейп подождал, пока из дверей выйдут очередные покупатели. «Сейчас ты, старая сволочь, компенсируешь мне потерю чемодана, а потом ответишь жизнью за то, что навёл на меня тех подонков!» В душе Северуса бурлили кровожадные мысли, и, оглядевшись по сторонам, он решительно дёрнул за ручку двери. — Ну как всё прошло, Макфолл? Принёс что-нибудь путное? — раздался ленивый голос из-за прилавка. — Чего ты там топчешься, как неродной? Тащи сюда добычу. Давай-давай. Надеюсь, хоть учебники мои вы, болваны, не забыли у мальчишки забрать? Глаза хозяина лавки, тусклые, словно у дохлой рыбы, с предвкушением скользнули по карманам Северуса, выдавая жадность главаря бандитов. — Дверь бы сначала закрыть, босс, — отзеркалил Снейп развязный тон торговца. — Мало ли кто чужой увидит нас вместе… — Ну да, как бы опять какая-нибудь магглорожденная шелупонь не припёрлась, — хохотнул хозяин лавки, обнажая жёлтые зубы. Повинуясь мысленному приказу волшебника, дверные замки щёлкнули, а на витрине вспыхнуло предупреждение: «Закрыто». Стоило только старьевщику активировать защитные чары, как Северус мгновенно выхватил палочку и жёстким тоном приказал: — Империо! Стой спокойно, падаль. А ещё через мгновенье только обострённая недавним превращением реакция помогла Снейпу выжить. Из невидимости проявились сразу пятеро агрессивных домовиков, вооружённых короткими кривыми серпами. — Протего Дьяболика! Он и сам не понял, почему решился использовать это заклинание. Может, взгляд опытного боевика уловил, что эльфы увешаны защитными амулетами и в руках у тех крайне непростые клинки, а может, клокочущий в крови хаос требовал не защищаться, а убивать. Как бы то ни было, но бросившиеся со всех сторон домовые эльфы вспыхнули и сгорели быстрее, чем мошки в пламени доменной печи. Непробиваемая защита тут же исчезла, повинуясь мысленному приказу Снейпа. Вытерев вспотевший лоб, он медленно повернулся к старьевщику, сбрасывая личину бандита. Губы Северуса искривились в злой ухмылке. — Вот что, дядя, слушай меня внимательно. Во-первых, собери полный комплект учебников за все семь курсов. Самых обычных, чтобы ни у кого вопросов не возникло. А во-вторых, тащи сюда всё своё золото, драгоценности, магические артефакты, в общем, всё, что у тебя есть ценного. И не вздумай скрыть от меня свои ухоронки — я сам решу, что мне пригодится, а что нет. А ещё поищи в закромах добротный саквояж с расширенным пространством. — Он насмешливо прищурился и произнёс со злым предвкушением: — Судя по паническим мыслям в твоей тупой башке, таким деньгам даже Малфои бы позавидовали. Через два часа всё закончилось. Помедлив, Снейп коротким движением вскрыл сонную артерию главарю бандитов. Он терпеливо дождался, пока тот не перестанет булькать и сучить ногами. Затем, аккуратно вытерев нож о рубашку мертвеца, Снейп осторожно отступил от алой лужи, растекавшейся по полу. Подспудное желание оставить старьевщика в живых было признано глупым и смертельно опасным. Стирание памяти — обычное решение светлых волшебников. Но Северус понимал: это ничего не гарантирует. Память человека не исчезает полностью. Она остаётся — пусть только в ощущениях, в нервах, в запахе парфюма, в звуке шагов. Она прячется среди шестидесяти девяти миллиардов нейронов подкорки и только и ждёт, когда её извлекут на свет. Снейп знал лучше других, что талантливый легилимент сумеет докопаться до истины. А это означало верную смерть — и для него, и для матери. Преступный синдикат, которым командовал хозяин антикварной лавки, не оставит убийство своего главаря без ответа. Особенно когда обнаружится пропажа казны — а случится это непременно. Ведь именно здесь, в самом сердце Косой аллеи, под носом у Аврората, хранились все сокровища бандитов. И поэтому Северус работал палочкой на пределе сил, не обращая внимания на подступающую усталость: быстро, точно, словно опытный ювелир, склонившийся над алмазом индийского раджи. Он уничтожал не просто следы, а всё: астральные отголоски заклинаний, мельчайшие колебания ментала, нити вероятностей. Теперь даже провидец, нанятый за тысячу галлеонов, не нашёл бы здесь ничего, кроме пустоты. Тщательно устранив все следы своего колдовства, он подхватил неприметный саквояж, слегка отяжелевший от сокровищ подпольного синдиката. Наложив на себя чары невидимости, Снейп быстрым шагом спустился по каменной лестнице в подземный ход. Из памяти преступного босса он выудил немало полезного — в том числе и о потайном ходе, ведущем в соседнее здание. Там у старьевщика много лет назад была куплена кладовка в таком же подвале, специально на случай вынужденного побега. Когда Снейп снова поднялся на поверхность, Косая аллея встретила его привычным шумом. Магическая охрана лавки была по-прежнему активирована, а на витрине мигала огоньками надпись «Закрыто». Это успокаивало. Теперь труп подпольного воротилы обнаружат не скоро, по крайней мере у Северуса будет достаточно времени, чтобы забрать мать и вернуться в Коукворт. Требовалось закончить подготовку к Хогвартсу, и он задумчиво нахмурился, размышляя, как ни странно, об одежде. — «Твилфитт и Таттинг» — вот где следует покупать мантии, — подумал Снейп. — Не столько ради их изысканного покроя, сколько из-за проверенной временем надёжности. Конечно, в этом знаменитом на всю Англию ателье чаще всего покупали наряды для светских раутов, но Северус как мастер зельеварения знал это место и с другой стороны. Семь лет на Слизерине научили его важному: в мире магов одежда — это твой статус в обществе, даже среди детей. Чистокровные волшебники, особенно аристократы, с молоком матери усваивали, что внешний вид должен соответствовать положению. Пусть одежда будет совсем обычной на первый взгляд, но исключительно практичной и дорогой. Именно поэтому в школьные годы он выглядел белой вороной на фоне остальных студентов змеиного факультета. И сейчас, прекрасно понимая, что его ожидает в Хогвартсе, Снейп потоптался у входа, ещё раз обдумав дальнейшие планы, но всё-таки вошёл внутрь. Воздух в лавке пах драконьей кожей, дорогим парфюмом и большими деньгами. Мелодичный звук колокольчика заставил ухоженную молодую продавщицу оторвать взгляд от модного журнала. Волшебница мгновенно оценила непрезентабельный вид Северуса и насмешливо спросила: — Ты случаем не заблудился, мальчик? Магазин уважаемой мадам Малкин дальше по улице. — Я точно знаю, куда зашёл, — спокойно ответил Северус. — Мне потребуется пять комплектов белья, повседневная и парадная одежда в таком же количестве, четыре школьные мантии и обувь. — Он продолжил, игнорируя её нарастающее недоверие. — Всё должно быть с защитными чарами, самоочисткой и автоподгоном, чтобы хватило на все семь лет. Зимний и летний варианты. И главное — внешне это должно выглядеть просто. Будто маггловская одежда. Ухмылка продавщицы исчезла, как только та поняла, что он говорит совершенно серьёзно. — Это обойдётся вам в двести восемьдесят шесть галлеонов, шестнадцать сиклей и четыре кната, — объявила волшебница после того, как самопишущее перо вывело итоговую сумму. — На пошив уйдёт около недели. И не сочтите за грубость, молодой человек, но галлеоны вперёд. — Тогда мне потребуется типовой магический договор с ателье, — невозмутимо парировал Северус. — И, кстати, мисс, я заплачу вам сразу только половину суммы. Продавщица фыркнула, но спорить не стала и взмахом палочки вызвала бланк договора. Тем временем Северус достал кошель и начал методично выкладывать галлеоны на прилавок. Звон золотых монет, похоже, развеял последние сомнения волшебницы, и та принялась заполнять документы, лишь единожды уточнив, на чьё имя оформлять заказ. Когда договор был подписан и скреплён магической печатью магазина, она вежливо протянула его Северусу. — Ждём вас в следующую субботу, мистер Снейп. — Благодарю, — коротко кивнул он, сунул бумаги в саквояж и вышел на улицу. Теперь оставалось лишь добраться до кафе — мать наверняка уже начала беспокоиться. Северус собирался отвести Эйлин в лечебницу Святого Мунго — он прекрасно понимал, что мороженое и лимонад вряд ли помогут матери восстановить повреждённую ауру после почти нарушенных магических обетов. Настроив саквояж так, чтобы посторонним виднелись лишь учебники, перья и прочие безобидные школьные принадлежности, он поспешил к кафе Фортескью, ловко растворяясь в толпе волшебников, занятых своими делами.    

***

Красный паровоз знаменитого «Хогвартс-экспресса» коротко свистнул гудком, предупреждая, что посадка скоро закончится. Снейп крепко обнял бледную мать, перехватил саквояж поудобнее и направился в сторону последнего вагона, в который традиционно садились будущие первокурсники. Эйлин слабо помахала Северусу на прощание. Несмотря на прекрасные зелья, которые он тайком покупал для матери в Мунго, её здоровье оставалось слишком нестабильным. Весь последний месяц Снейп ломал голову над тем, как избежать поездки в Хогвартс, но все варианты приводили к ужасным последствиям. Просто уехать за границу оказалось невозможно — согласно древнему заклятию Основателей, аурные отпечатки всех британских волшебников автоматически фиксировались в Книге Доступа с момента рождения. Найти такого беглеца с помощью простейших поисковых чар было делом нескольких минут. А объяснить матери, как одиннадцатилетний мальчик сумел скрыть их дом под заклятием «Фиделиус», он так и не придумал. Теоретически чистокровные волшебники могли выбрать Шармбатон, Дурмстранг или другие зарубежные школы. Но, во-первых, Хогвартс оставался самым престижным учебным заведением Европы. А во-вторых, для обучения за границей требовалось личное обращение к директору Хогвартса, который направлял соответствующие извещения и в Министерство магии, и в иностранную школу. Последний месяц Северус тщательно избегал встреч с Лили Эванс — это вызывало слишком болезненные воспоминания. Хотя все навязанные клятвы и установки исчезли, освободиться от чувств, терзавших его в прошлой жизни, оказалось непросто. Мысль, что его любовь к Эванс была навязана Дамблдором, помогала сохранять самообладание, но лишь отчасти. Как опытный легилимент, он хорошо умел контролировать эмоции — и сейчас ему отчаянно хотелось перестать вздрагивать при звуке её голоса. — Добрый день, мисс Эванс, — тем не менее вполне дружелюбно ответил Снейп и предложил: — Позволите помочь с багажом? Массивный школьный сундук, отличительный признак магглорожденных учеников, явно был той не по силам. Когда Лили робко поблагодарила, Северус лишь кивнул, а затем чётко взмахнул палочкой: — Вингардиум Левиоса! Под восхищённые возгласы девочки сундук плавно взмыл в воздух и опустился в тамбуре. — Неплохо для будущего первокурсника, — одобрительно заметил наблюдавший за этим почти взрослый маг со значком Когтеврана на груди. — Чистокровный волшебник, а готов помогать простецам. Необычно, — добавил тот, оценивающе оглядев мантию Снейпа и лёгкий саквояж в его руке. Лили залезла в вагон, и Северус неторопливо поднялся следом. — Если ты ещё до школы выучил такое полезное заклинание, значит, точно попадёшь к нам! — произнёс старшекурсник и доброжелательно похлопал Снейпа по плечу. — Меня, кстати, Сол Крокер зовут, я староста факультета Когтевран. — А я Северус Снейп, будущий первокурсник. — Что ж, будем знакомы, парень. Иди выбирай себе место, — произнёс с улыбкой Сол Крокер и подмигнул. — Твоя подружка только что в третье купе шмыгнула. Как назло, все остальные места оказались заняты, и Северус вынужденно вернулся к третьему купе. Он потянул дверь в сторону и увидел до боли знакомую картину: Лили молча сидела у окна, а Джеймс Поттер и Сириус Блэк увлечённо болтали друг с другом. На магглорожденную рыжую девочку те не обращали никакого внимания. Снейп сел напротив Лили и тоже молча уставился в окно. — Ну наконец-то, Северус! Тебя задержал тот старшекурсник? — тут же спросила девочка, явно обиженная, что её до сих пор демонстративно игнорировали оба мальчика в красивых дорогих мантиях. — Утверждал, что мне прямая дорога в Когтевран, — равнодушно ответил Снейп. — Но я полагаю, нам обоим больше подойдёт Слизерин. Там преподаёт выдающийся зельевар, а ты, кажется, интересовалась этим предметом. Он прекрасно помнил, чем всё это закончится, но сейчас ему было плевать на мальчишек, заинтересованно прислушавшихся к их разговору. Снейп терпеть не мог Поттера и Блэка, заносчивых мажорчиков, какими те были в детстве. — Не слушай его! — не выдержал Джеймс. — Слизерин — змеиное гнездо. Я бы попросил своего отца перевести меня в Шармбатон, если Шляпа попробовала бы засунуть меня в этот гадюшник! — Мои предки все были слизеринцами, — уныло заметил черноволосый Сириус и добавил: — Боюсь, если я нарушу ожидания mama и papa, дома будет скандал. — Поступай, как велит тебе твоё сердце! — пафосно заявил Поттер, дружески хлопнув Блэка по плечу. — Скажешь матери, что так решила Шляпа. Ну подумаешь, получишь разок «Круциатусом» от отца. — А ты сам на какой факультет собираешься попасть, Джейми? — спросил приятеля Блэк, поёжившись от предположений друга. — Гриффиндор, естественно! — чуть не подпрыгнул от избытка эмоций Поттер. — Факультет храбрецов и благородных рыцарей. Там учился мой отец! — Тогда я тоже с тобой, Джейми! — улыбнулся другу Блэк. На это уже Снейп насмешливо фыркнул, вспомнив будущего труса и предателя Питера Петтигрю. — Тебе наш выбор кажется неправильным? — мгновенно набычился Джеймс, сердито посмотрев на Северуса. — Что ты, конечно же нет. Все факультеты в Хогвартсе хорошие. Хотя лев для герба Гриффиндора не подходит. На его месте должен быть баран! Только они слепо топают друг за другом, не задавая вопросов. — Чего сказал?! — тут же побледнел от ярости Блэк. — Не обижайся, но ведь это ты минуту назад блеял как типичный баран. Ну когда дружок твой дерьмом поливал факультет, где все твои родные учились, — продолжил Снейп и презрительно усмехнулся в лицо Блэку: — Но я совсем не против отважных идиотов с Гриффиндора. Пушечное мясо требуется любой армии. — Ах ты гад! — попытался броситься на него Сириус, но мгновенно замер, заметив палочку в руке Снейпа. — Я пока выучил совсем немного боевых заклинаний, — соврал Северус, лениво растягивая слова, как обычно делали чистокровные наследники древних родов со Слизерина, и добавил совершенно искренне: — Но поверь, барашек, тебе точно хватит. Блэк только побледнел ещё сильнее и глупо хлопал глазами. Не в силах удержаться от шутки, Снейп, пародируя обычное поведение Люциуса Малфоя, процедил с недовольством в голосе: — Вечно вы, детки из мира магглов, думаете, что мантия и палочка сразу же сделают вас волшебниками. Запомните, магия — это прежде всего развитый ум, железная воля и длинная череда великих предков! — Чего сказал?! — теперь уже хором завопили Поттер и Блэк. — Как ты смеешь сравнивать нас с этой грязью? Мы оба — чистокровные наследники древних, уважаемых родов! Да мы… да ты… — Вы лицемерные маменькины сынки, — рассмеялся Снейп, поигрывая палочкой. — Вам обоим самое место на Слизерине. — Иди в жопу тролля, умник долбанный! — рявкнул со злостью Блэк и тут же посмотрел на Поттера: — Пошли искать другое купе, Джейми. Пусть эти двое тут сами едут, а мы с тобой ещё посмотрим, кто там из нас попадёт на Слизерин! Поттер сердито кивнул, и оба товарища, похватав свои стильные магические чемоданы с багажной полки, выметнулись из купе, со всей дури хлопнув дверью. — Но мы же с тобой из простых семей! — воскликнула Лили, удивлённо посмотрев на Северуса. — Правда, ты так странно говорил с этими мальчиками. Как какой-нибудь надутый лорд, что так любят выступать по телевизору. — Будет весело, когда эти двое поймут, что приняли меня за кого-то другого, — пожал плечами Снейп. — Распределяющая Шляпа сама знает, кого и куда отправлять. Для неё важна суть волшебника, а не просто наши желания. Конечно, он не договаривал. Иногда встречались дети, кто одинаково хорошо подходил нескольким факультетам. И тогда древний артефакт Основателей мог предоставить тем выбор. Их беседа затянулась до вечера, и с каждым часом Снейп всё яснее осознавал: его «любовь» к Лили была искусной иллюзией, созданной Дамблдором как инструмент контроля. Эта мысль наполнила его душу холодной яростью. Хитрый старик использовал самое слабое место — привязанность к Лили — как узду, чтобы держать его на коротком поводке. Любовь, которую Северус в прошлой жизни считал священной, была всего лишь сладкой ловушкой. Самой жестокой из всех возможных. «Двадцать восемь лет страданий, — думал он, глядя на мелькавшие в окне пейзажи. — И смерть в тридцать восемь. Клянусь, ты ответишь за это, Дамблдор. Когда-нибудь я перережу тебе горло, проклятый старик!» Прервав его кровожадные мысли, в купе заглянула женщина, везущая тележку со сладостями. — «Шоколадные лягушки», «Котелки», «Бобы Берти Ботс». Чего вам дать, ребятки? — спросила продавщица, улыбаясь. Снейп купил всего понемногу и предложил Лили попробовать. — Так ты будешь понимать, что вкусно, а что нет, — сказал он, подвигая к девочке коробочки с конфетами. — Вот эти, их называют «Бобы Берти Ботс», могут иметь совершенно разный вкус и далеко не всегда съедобный. А «лягушки» действительно похожи на настоящих, только сделаны из волшебного шоколада. Поверь, им лучше сразу голову откусывать, тогда они во рту не шевелятся. Как по мне, это неприятное ощущение. Лили с сомнением осмотрела коробочки со сладостями, стоявшие между ними на столике, но затем храбро протянула руку к волшебным конфетам. — Умм, вкусно-то как! — зачавкала рыжая Эванс, прищурив глаза от удовольствия. Снейп только хмыкнул и нагнулся достать из саквояжа термос с чаем. Ещё из прошлой жизни он прекрасно помнил, что Лили очень любила сладкое. Теперь, пока девочка будет занята дегустацией волшебных конфет, у него есть время, чтобы придумать способ, как снова не попасть на Слизерин. Опасность заключалась в том, что Дамблдору точно не понравится поведение будущей марионетки. Даже если он на Гриффиндор попадёт, ковыряния в мозгах однозначно не избежать. Значит, следовало тщательно подготовить поддельную личность, активировав «зеркальную» защиту разума. И пусть старый паук ковыряется в его голове сколько захочет, ничего подозрительного там просто не будет. К предстоящему распределению Северус стал готовиться словно к военной операции — тщательно и с вниманием к деталям. Но всё равно было страшно. Волшебный поезд мерно стучал колёсами, за окном совсем стемнело. Лили продолжала самозабвенно уничтожать сладости, а Снейп уже в который раз мысленно перебрал все этапы плана: «Как выжить в Хогвартсе». В принципе всё должно получиться, не зря же он столько лет проработал в волшебной школе и даже директором успел побывать. Вот только мандраж всё равно не отпускал, а заставить себя разозлится сейчас, в присутствии такой милой девочки, он не мог. Поезд начал тормозить, и Снейп облегчённо выдохнул. Просто ждать было сложнее, чем действовать.