Часть 17. Бойся своих желаний

Ближе к лету их с Петтигрю совместное предприятие стало довольно популярным среди студентов. Старшекурсники со всех четырёх факультетов охотно скупали как «Умострительное», так и прочие полезные зелья. Итоговые экзамены приближались со скоростью гоночной метлы, а возможность увеличить свои шансы на лучшее будущее, без сомнения, стоила нескольких галлеонов. Те же, кто был избавлен в этом году от ужасов СОВ и ЖАБА, с не меньшим азартом раскупали многочисленные шуточные зелья. Рецепты для них Снейп позаимствовал у ещё не появившихся на свет братьев Уизли. «Такие талантливые шутники себе ещё чего-нибудь наизобретают», — без труда придушил он дёрнувшуюся совесть. К маю кладовая Слизнорта больше не смогла выдерживать растущие аппетиты юных бизнесменов. Однако Северус быстро нашёл устраивающий всех выход: он договорился о поставках с одним пятикурсником, будущим старостой Пуффендуя. В обмен на годовой запас «Амортенции», сваренной лично Снейпом, озабоченный барсук почти каждую субботу приносил в школу необходимые ингредиенты прямо из магазина Малпеппера. Вопросы снабжения благополучно разрешились, но главная проблема никуда не делась. Домовой эльф Дамблдора по-прежнему следил за Снейпом, лишая его всякой возможности выйти за рамки обычного умненького второкурсника. К несчастью, Северус так и не придумал по-настоящему надёжного способа избавиться от этой до смерти надоевшей слежки. Использовать легилименцию или просто показать, что он знает об ушастом шпионе, Снейп благоразумно опасался — директор наверняка каждый раз проверял разум своего слуги. А раскрывать кому-либо способности легилимента Северусу хотелось меньше всего. Постепенно они с Петтигрю обзавелись полезными знакомствами на всех факультетах, что позволяло без лишних вопросов появляться в чужих гостиных. Лишь там вездесущий домовик не мог подслушивать разговоры. Несмотря на то, что будущая троица «мародёров» всё ещё не подозревала о дружбе Петтигрю со Снейпом, Северус ясно видел: Питер всё сильнее отдаляется от прежних друзей, пропадая по вечерам в собственной, с любовью обустроенной зельеварне. В травле детей с других факультетов толстяк больше не участвовал, видимо, чтобы не портить отношения с возможными покупателями. Это, с одной стороны, радовало Северуса, а с другой — лишало его доступа к свежим слухам из Гриффиндора, которые он походя выуживал из памяти Питера. Проблема с домовиком была сродни нывшему зубу. Даже сейчас, сидя на очередном дополнительном уроке у Слизнорта, он продолжал мысленно искать приемлемый способ избавиться от слежки. «Ладно, скоро экзамены, и проблему можно будет отложить до осени, — устало подумал Снейп, прикрыв глаза. — Вроде бы феникс обещал научить меня магии доппелей. Возможно, с её помощью и получится обманывать директорского шпиона в следующем году». — Эй, Северус, зелье сейчас убежит! Крепкие девичьи пальцы, громко щёлкнувшие прямо у его носа, едва не заставили Снейпа выругаться от неожиданности. Причиной внезапного звука оказалась Лили Эванс, стоявшая так близко, что он различал весёлые смешинки в её нереально изумрудных глазах. — Котёл кипит как сумасшедший, — добавила девочка с укоризной, — а ты снова где-то в облаках витаешь! — Прости, задумался, — пробормотал Северус, с трудом возвращаясь к реальности. — Сейчас сниму с огня. — Прекрасный результат, мои юные друзья! — раздался вальяжный голос профессора Слизнорта. Подойдя к ним, старый зельевар одобрительно улыбнулся Лили и сказал: — Вы вновь спасли положение, мисс Эванс. Ещё мгновение — и это зелье было бы безнадёжно испорчено. Будь у нас сейчас обычный урок, и я без колебаний поставил бы вам «Превосходно», моя дорогая! — Спасибо, профессор, — просияла Лили. — Благодаря вашим советам я стала гораздо лучше понимать зельеварение. Слизнорт самодовольно откашлялся и принял таинственный вид. — Продолжайте в том же духе, и к пятому курсу я гарантирую вам место среди избранных. В созданный мной много лет назад «Клуб Слизней» входят лишь самые блистательные студенты и даже кое-кто из моих бывших учеников, достигших высокого положения. Только там у вас появится уникальная возможность свободно поговорить с самыми влиятельными и знаменитыми волшебниками Англии. Северус не смог удержаться от язвительного вопроса — слишком уж сладкоречиво расписывал старый зельевар эти унылые сборища. — А в вашем клубе, сэр, нам можно будет встретиться с самим Лордом Волдемортом? — спросил он, сдержав недобрую усмешку. Слизнорт мгновенно побледнел. Выражение благодушного самодовольства на лице старого зельевара сменилось крысиным оскалом. — Нет, мистер Снейп, — сдавленно произнёс Слизнорт. — Человек, которого вы упомянули — тёмный волшебник, а таким не место в клубе «Слизней»! «А не ты ли сам рассказал будущему Тёмному Лорду о крестражах? — с отвращением подумал Северус, сохраняя на лице простоватое выражение непонимания. — И не твои ли любимые ученики составляли весь наш Внутренний круг? Это же ты, старый подлец, много лет взращивал в слизеринцах веру в наше превосходство над прочими факультетами. Ставлю котёл Феликс Фелицис против кната, что в моём прошлом тебе до конца удавалось лавировать между воюющими партиями и в результате оказаться на стороне победителей». Заметив, что Лили тоже заинтересовалась странной фамилией, Слизнорт вновь натянул на лицо благодушную маску и с отеческой улыбкой попросил девочку разлить зелье по флаконам. И, не глядя больше в сторону Северуса, приказал: — Не забудьте отнести их в больничное крыло. Мистер Снейп, разумеется, вам поможет, моя дорогая. Вот только Северусу было плевать на недовольство Слизнорта, он мысленно порадовался испорченному настроению нелюбимого преподавателя и начал активно помогать Эванс. Чуть позже, провожая Лили к гостиной Гриффиндора, Северус вкратце поделился с девочкой тем, что сам считал общеизвестным: устройством магической Англии и тем, какие течения незримо управляли жизнью местного сообщества. Как и многие другие магглорождённые дети, Эванс воспринимала волшебный мир как красивую сказку, где с добрыми людьми по определению не может случиться ничего по-настоящему дурного. Иррационально — но Северус слишком хорошо помнил, сколько раз встречал подобное отношение в своём прошлом. Пока он говорил, рыжеволосая девочка всю дорогу морщилась и недоверчиво качала головой, будто пыталась стряхнуть с себя липкую паутину неприятных образов. — Кто тебе такое наговорил? — наконец прорвало Эванс. Северус усмехнулся и наставительно сказал: — Ты забываешь, на каком факультете учусь я, — когтевранцы превыше всего ценят информацию. Мы собираем её, анализируем, делаем выводы. У нас даже в гостиной отдельная библиотека есть — для своих. — Чушь! — фыркнула Лили. — Твои приятели — обычные книжные черви, а ты их зачем-то слушаешь! И вообще! Мы с тобой ещё слишком молоды для всей этой скучной политики. Давай лучше о чём-нибудь хорошем поговорим! Например: квиддичная команда Гриффиндора точно возьмёт Кубок школы. Или хочешь поспорить? Я думаю, обсуждать тактику любимой игры куда интереснее, чем слушать твои истории про склоки надутых аристократов. Кстати, а ты пойдёшь со мной на финал? Уверена, наши ребята точно надерут задницы этим надутым слизням! — Я… ещё не думал, — уклончиво ответил Снейп. — Ты же знаешь, я не особенно люблю квиддич. И сам не играю. На лице Лили загорелся спортивный азарт; она явно собиралась прочесть ему лекцию о прелестях полёта на метле и важности командного духа. К счастью, они как раз подошли к портрету Полной Дамы. — Спасибо, что спасла наше зелье, — с лёгкой улыбкой произнёс Северус. — Иначе Слизнорт ещё целый час распекал бы меня за криворукость. Лили с явной неохотой отложила разговоры о квиддиче и вздохнула. Потом надула щёчки и с комичной важностью спародировала голос Слизнорта: «Мистер Снейп, как вы могли так опрометчиво бросить в котёл дремоносные бобы? Похоже, на детях гениев природа действительно отдыхает!» Северус ухмыльнулся и сказал почти честно: — Не люблю торчать у котла с такими примитивными зельями, тем более под надзором. Лили взялась за ручку двери и укоризненно сказала: — Ты просто не веришь своему счастью. Не знаю почему, но профессор Слизнорт явно задался целью сделать нас лучшими зельеварами на курсе. — Надеюсь, в следующем году это желание у него пройдёт, хотя бы насчёт меня, — закатил глаза Снейп и добавил с улыбкой: — Спокойной ночи, Лили, а мне пора бежать. В этом году ваша Макгонагалл слишком уж полюбила патрулировать коридоры возле башни Когтеврана. — Северус Снейп! Надо говорить — профессор Макгонагалл! — наставительно сказала Лили и, махнув ему рукой напоследок, исчезла за дверью. Ушастый шпион снова маячил неподалёку, явно стараясь запомнить каждое слово и каждый жест. Северусу до безумия захотелось кинуть в домовика чем-нибудь тёмным и смертельным. Внутри вспыхнула злость, впрочем, мгновенно укрощённая волей. За целый год он успел притерпеться к вечному соглядатаю, но назойливое внимание домового эльфа порой доводило до бешенства. Не показывая, что заметил слежку, Северус стрелой помчался по коридору, стараясь поскорее добраться до башни Когтеврана. Но едва он выскочил к центральным лестницам, как в сознании прозвучал знакомый голос, похожий на треск углей в камине: «Прости, — с грустью сказал феникс. — Я правда весь год пытался научить наше подсознание магии доппелей, но без твоей активной помощи ничего не получилось. Вот если бы чуть глубже войти в транс…» «Ага, — мысленно парировал Снейп, не скрывая сарказма. — Только ты забыл сказать, что в таком трансе полностью теряется ощущение времени. Тебе напомнить, как на новогодние праздники я сперва двое суток провалялся без сознания у себя на кровати, а потом до конца каникул проторчал в больничном крыле? И всё из-за того, что фамильяру срочно понадобилось подтянуть мои навыки в магии огня. Мадам Помфри потом возмущалась, что не могла сбить настолько высокую температуру. Веришь, нет, но от жара тлели даже самые зачарованные простыни!» «Зато теперь тебе не страшно окунуться в Адское пламя! — искренне возмутился феникс. — Много ты знаешь волшебников, которые способны пережить огонь такой силы?» «Ладно, здесь не поспоришь, — хмыкнул Северус. — Умение исключительно полезное. Клянусь, действительно клянусь! Как только у нас с тобой появится первая же возможность спокойно учиться, я готов заниматься столько, сколько нужно. Прям пока всё не освою, тем более полноценная магия доппелей мне ой как бы пригодилась. Но не сейчас, прости. Эти экзамены надо снова сдать так, чтобы не вызвать подозрения профессоров. Ты бы знал, как непросто взрослому волшебнику притворяться учеником всего лишь второго курса. А потом на летних каникулах Ваванотеват Седьмой обещал показать мне, как нужно общаться с духами природы. Так что давай подождём подходящий момент?» «Какие мелочи, — проворчал феникс, заметно успокаиваясь. — Этому я и сам могу тебя научить. И вовсе не обязательно курить трубку и дышать вонючим ритуальным дымом. Достаточно развить в себе умение выходить в астрал. Главное — знать истинное имя нужного тебе духа, и всё. Я потом передам тебе сведения об их именах». — Так-так, молодой человек! Что, опять едва не опоздали? — с этой едкой фразой вывернула из-за поворота хмурая Минерва Макгонагалл. Мысленный разговор с фамильяром тут же оборвался. — До отбоя ещё пятнадцать минут, — нагло усмехнулся Северус. — Умному достаточно одной отработки, профессор. — Ну ладно… — фыркнула Макгонагалл и, едва слышно шурша мантией, двинулась дальше по коридору. — Спокойной ночи, мистер Снейп, — бросила ближайшая помощница Дамблдора с явным недовольством. Привычно пожелав старой кошке проблем с кишечником, Северус правильно ответил на заковыристый вопрос дверного механизма и вскоре оказался у себя в комнате.

***

Неприятности имеют обыкновение настигать человека, когда тот меньше всего их ждёт. Возможно, давать необдуманные клятвы в таком месте, как Хогвартс, и правда было не самой удачной идеей. Кто знает… Экзамены наконец закончились, и оценки Северуса снова оказались не хуже и не лучше, чем у остальных когтевранцев. Часть учеников задержались в подземельях, отвечая на каверзные вопросы Слизнорта, но Северус не собирался торчать там дольше, чем было нужно для скромной оценки «Выше ожидаемого». Сейчас он поднимался по мраморной лестнице вместе с Брэддоком, не обращая внимания на суетящихся вокруг однокурсников. Брэддок рассказывал о «Маховиках времени», которые дед приятеля изучал в Отделе тайн. Интуиция Северуса пульсировала венами на висках, сообщая, что таинственный артефакт как-то способен помешать его планам мести. Упоминание о дерзкой краже ещё в начале века одного из «Маховиков» ещё сильнее захватило внимание Северуса. Он буквально ловил каждое слово Брэддока, уже обдумывая, как позже многократно проанализирует всё, что услышал. Навстречу им спускалась шумная толпа гриффиндорцев. Пространство Большой Лестничной башни наполнилось громкими голосами и беззаботным смехом. Алознаменный факультет всё-таки вырвал победу у Слизерина в финале, и довольные гриффиндорцы уже вовсю обсуждали, как в следующем году изменятся цвета Большого зала. Когда толпа почти поравнялась с ними, между Поттером и Блэком вспыхнула шутливая потасовка. — Хватит, Сири! Ты вообще-то должен меня хвалить, а не пинать! — громко возмутился Поттер, привлекая всеобщее внимание. — Ведь именно я принёс победу нашей команде! — Что не делает тебя неприкасаемым, Джеймс, — дурашливо прорычал Блэк. — Ты когда складывал свои грязные носки под подушку Питера, почему-то не подумал, что вонять будет во всей нашей комнате! Толпа гриффиндорцев грохнула лошадиным смехом. Несколько студентов с других факультетов брезгливо поморщились, но большинство лишь охотно присоединилось к веселью. Толкотня усилилась, и в этот момент кто-то резко дёрнул Северуса за рукав. Он поискал наглеца и наткнулся на взгляд жёлтых глаз Люпина. — Эй, Снейп, — бросил тот напряжённо, — ты случайно не знаешь, где наша Эванс? — Лили ещё у Слизнорта, сдаёт эк… — начал было он, как вдруг ощутил внезапный толчок в спину, от которого тело рыбкой нырнуло за перила. Секунда шока, и Северус понял, что падает. Испуганные крики студентов зазвенели в ушах, но даже в этом многоголосом шуме Северус услышал, как Люпин насмешливо оскалился, прошептав: — Счастливого полёта, ублюдок! Довольные выражения лиц Поттера и Блэка мигом подсказали Северусу, что всё было продумано заранее. Кричать и размахивать руками от ужаса, как, вероятно, рассчитывали гриффиндорцы, Снейп не стал. «Всё-таки подловили! Ну я вам сейчас устрою, твари!» — успел подумать с ненавистью Северус. А потом во всём теле почему-то взорвалась боль, и его сознание провалилось в темноту. А ведь он был уверен, что приготовился ко всему. Ещё осенью, после неожиданного предупреждения Питера, Северус провёл немало времени в библиотеке, отыскивая подходящий способ. Чары, вплетённые в мантию от «Твилфитт и Таттинг» и усиленные найденным в библиотеке ритуалом, конечно, не сделали его тело неуязвимым. Северус был уверен, что от внезапного нападения школьных хулиганов он более чем защищён. Не «Аваду» же в него кинут? По расчётам Снейпа, его стремительное падение должно было плавно замедлиться у самого подножия лестницы, и он встал бы как ни в чём не бывало, посрамив будущих «мародёров». Однако Снейп ошибся, и за свою ошибку ему пришлось заплатить. Временем. Древний Хогвартс — такое место, где необдуманные клятвы и тайные желания юных магов имеют свойство возвращаться бумерангом в самый неподходящий момент.

***

Тьма вокруг не была безжизненной пустотой. Она дышала — шуршанием песка, теплом углей под босыми ступнями, тихим, но всепроникающим пульсом магии огня. Северусу казалось, что он находится в пустыне, возле руин заброшенного храма, где между полустёртых безжалостным временем колонн до сих пор металось эхо забытых сражений с невероятными чудовищами. Северус вновь и вновь погружался в изучение магии доппелей — искусства, где сама реальность мира поддавалась осознанной воле человека, тая, словно расплавленный воск. Его копии возникали вокруг — сначала размытые, как привидения, живущие в коридорах Хогвартса, затем всё более плотные, реальные, почти как люди. Они двигались, говорили его словами, даже пытались творить заклинания и с тихим хлопком исчезали, подобно мыльным пузырям. Часы, дни, годы — здесь всё теряло смысл, кроме его собственной магии и воли. Снейп был счастлив, открывая для себя всё новые и новые горизонты волшебства. Но однажды в его душе вспыхнуло ясное, непреклонное желание вернуться на путь мести. Желание настолько сильное, что само пространство мира дрогнуло, затрещало по швам, и… всё кончилось. «Наверное, я всё ещё сплю», — пробежала первая ленивая мысль. Снейп с удовольствием потянулся, чувствуя приятную истому, и подумал: «Похоже, Пернатый Змей решил воспользоваться моментом и основательно взяться за моё обучение». Темнота была такой уютной и родной, что захотелось снова вернуться к тренировкам. Однако Северус тут же вспомнил, что экзамены-то уже закончились, а значит, пора собираться домой. Он мысленно крикнул в темноту: — Надеюсь, я не слишком долго провалялся в больничном крыле, дружище? Надо вставать, а то ещё на поезд опоздаем. И тут же к нему пришла наполненная облегчением мысль феникса: — О, ты всё же решил, что занятий пока достаточно? Я, конечно, надеялся, что когда-нибудь тебе захочется изучать магию древних более… скажем так, интенсивно. Но такое рвение — даже для меня перебор. — Не понял… — Северус насторожился. — Какое ещё рвение? Почему я чувствую себя так, будто меня расплющили, как флоббер-червя на разделочной доске у Слизнорта? От феникса еле слышно донеслось: — Ты в тот день сильно разбился, Северус. Первое время твой организм жил исключительно за счёт магического источника. Если проще — ты давно в коме. Паника накрыла Северуса душным одеялом. Он попытался вскочить — и не смог. Тело не откликалось. Совсем. — Прекрати паниковать! — вскрикнул феникс. — Сейчас снова всё вокруг себя разнесёшь. Лучше порадуйся нашим успехам. Ты смог по-настоящему изучить магию доппелей и даже вынужденно освоил самоисцеление — надо же было залечить все травмы твоего тела! И разве сам не чувствуешь, что стал гораздо сильнее как маг? Однако Северуса нисколько не обрадовали слова фамильяра. Сейчас все его мысли занимало только ощущение собственной беспомощности. С огромным трудом он всё же успокоился и спросил почти ровным тоном: — Значит… Я разбился, несмотря на защиту. Переломал себе всё, что можно. А потом? — Потом тебя увидел Флитвик, — сказал феникс и добавил: — Он сразу же наложил чары заморозки и отлевитировал твоё тело в больничное крыло. Кровь остановили, напоили костеростом, вот только ты так и не пришёл в себя. Всё время был без сознания. По разговорам, что я слышал вокруг твоего тела, мне удалось понять немногое — только что было какое-то небольшое расследование. В голосе феникса появились нотки недовольства. — Директор Дамблдор много раз настойчиво пытался просмотреть твою память и что-то там наколдовать, но не смог, как ты понимаешь. Судя по недовольному виду этого волшебника, он решил, что это из-за твоей черепно-мозговой травмы. Северусу захотелось стукнуть себя по голове. В который раз он недооценил противников в этой новой жизни. Меж тем феникс продолжил рассказывать: — В общем, на следующий день ваши деканы провели совещание у твоей койки. Сошлись на том, что ты либо экспериментировал с защитой взятой у кого-то мантии, либо… хотел покончить с собой. Ещё через две недели тебя отправили в Мунго. Судя по услышанным мной уже здесь разговорам целителей, администрация Хогвартса обязана оплачивать твоё содержание в лечебнице только до выпуска ровесников. Так что я сильно обрадовался, когда ты наконец-то решил вернуться во внешний мир. — Какого Мордреда… — поток ругательств Снейпа оборвался лопнувшей струной, когда до него дошло. — Я что, так долго был без сознания? Голос фамильяра прозвучал непонимающе: — Что ты! Совсем мало по меркам фениксов, да и по меркам людей тоже недолго. Всего три года. Сейчас май семьдесят седьмого по вашему странному летоисчислению. Поверь мне, учебный сон у человеческих магов — обычное дело. Я знаю о волшебниках, которые уходили в глубокий транс на десятилетия. Вот у тех же славян, говорят, один волшебник вообще провалялся в трансе на печи тридцать три года. Но это всё мелочи по сравнению с... Слова феникса вонзились в Северуса словно удар молнией. — Три года… — растерянно прохрипел он, чувствуя, как хаос осторожно начинает выходить наружу. — Совсем же недолго! Правда? Успокойся. Хватит! Довольно! Крики феникса с трудом прорвались сквозь магический ураган. Внезапно Северус ощутил спиной острые куски битого кирпича. В ноздри ударил запах пыли и чего-то медицинского. Он захлопал ресницами, послал магию в зрительные центры и смог наконец сфокусироваться. Крошечная палата кружилась у него перед глазами, похожая скорее на чулан под лестницей. Правда, сейчас это место вообще напоминало руины. Стены палаты были покрыты трещинами, с потолка падала штукатурка, металлическая кровать была скручена в невообразимую фигуру. В проёме бывшей двери показалась голова целителя. — Ну вот, опять всё в руинах! — простонал волшебник в халате. — Мордредовы выбросы у детей… Хогвартсу ни за что не расплатиться с Мунго. Но, заметив, что Снейп шевелится и даже пытается приподняться на локтях, целитель живо обернулся и радостно крикнул кому-то в коридоре: — Слава Асклепию, парень всё же очнулся! Поздравляю вас, профессор Эллиотт, ваша методика сработала… Прошло несколько минут, прежде чем Северуса вытащили из-под обломков, очистили от пыли и перевели в общую палату на четверых. Напоённый укрепляющими зельями, он полулежал, не прислушиваясь к негромкому разговору взрослых волшебников по соседству. Хотелось поскорее заняться делами, и Снейп методично прогонял по телу потоки магии, стремясь как можно раньше вернуть мышцам былую подвижность. Дверь открылась, и на пороге показался профессор Флитвик. Увидев, как Снейп повернул голову, полугоблин явно обрадовался и засеменил к койке. Северус ответил декану слабой улыбкой. На лице Флитвика читалась озабоченность, и Снейп отлично понимал природу опасений пожилого полугоблина. Как и любой декан Хогвартса, Флитвик нёс перед магией древнего замка коллективную ответственность за жизнь учеников. Магические откаты никогда не проходили бесследно — Северус прекрасно помнил это страшное ощущение мгновенного оттока сил. — Доброе утро, профессор, — хрипло сказал он. — Вам, должно быть, успели сообщить, что я очнулся? — Так и есть, — согласно произнёс Флитвик. — Доктор Эллиотт оказался столь любезен, что прямо с утра послал мне свою сову. Как вы себя чувствуете? — Почти нормально, профессор, — ответил Северус. — Уже могу двигать руками и ногами. Вставать, правда, пока не пробовал. — Не стоит волноваться на этот счёт, мистер Снейп, — живо произнёс Флитвик, видимо решив подбодрить ученика, и добавил многозначительно покачав пальцем: — По словам целителя Эллиотта, небольшой курс восстанавливающих зелий — и вы будете бегать не хуже прежнего. — Спасибо на добром слове, профессор, — криво улыбнулся Снейп. Флитвик сел на стул у кровати и, помедлив, задал вопрос уже совсем другим тоном: — Скажите, мистер Снейп… В случившемся был виноват кто-то из учеников? Или же… — Полугоблин с явной осторожностью подбирал слова. — Это было ваше собственное решение? Быть может, ошибка в заклинании? — Нет, сэр, — спокойно ответил Северус. — Меня толкнули в спину. Наверное, случайно. Он заметил внимательный взгляд Флитвика и добавил: — Я никого не видел. Мы с мистером Брэддоком обсуждали один интересный вопрос, и всё произошло слишком быстро. — Хм, — задумчиво протянул Флитвик. — Директор Дамблдор говорил, что пытался заглянуть в вашу память с помощью легилименции. Видимо, он надеялся понять причину произошедшего с вами. Однако, похоже, из-за тяжёлой травмы у вас сформировалась хаотичная защита от ментальных воздействий. Северус лишь слегка приподнял брови, изображая любопытство. На деле он прекрасно знал об этом феномене и умел работать даже с такими людьми. У вора, ограбившего производителя мётел, было нечто похожее в голове. — У волшебников с хаотичной защитой нет чётких поверхностных мыслей, — пояснил Флитвик. — Обрывки образов, слова без связей, ничего конкретного. Легилимент видит совсем не то, что происходило на самом деле. Так что директор, судя по всему, ошибся. Он утверждал, будто в вашей голове нашлось только желание парить в воздухе и доказать кому-то своё превосходство… Почему-то именно гриффиндорцам. Снейп едва сдержал рвущиеся наружу ругательства — значит, Дамблдор всё же что-то сумел увидеть, пусть и обрывки. Однако вслух он, естественно, ничего говорить не стал. — Ещё один неприятный момент, — произнёс тем временем Флитвик с лёгким сожалением в голосе, — вы не сможете продолжить учёбу вместе с вашим курсом. Формально вам придётся вернуться на три года назад. Кроме того… — Полугоблин вздохнул, — оплата обучения потребуется заново. Почти все ваши средства ушли на лечение в Мунго. Северус усмехнулся и уверенно произнёс: — Главное, что я вообще очнулся, профессор. Впереди у меня всё лето, и я слышал, что при Министерстве есть комиссия, где можно подтвердить уровень знаний. Сдать ЗОТИ, ЖАБА… Даже на мастерство. — Совершенно верно, — оживился Флитвик. — Вы хотите попытаться сдать экзамены сразу за все эти годы и вернуться на седьмой курс? Довольно смело. Вы уверены, что справитесь? Учтите, это стоит недёшево — особенно для тех, кто вырос в обычном мире. — Я справлюсь, профессор, — твёрдо ответил Северус. — Большинство предметов я уже и так освоил. Раньше мне просто не хватало сил для практики. Флитвик на мгновение задумался. — Тогда поступим лучшим образом. Когда будете готовы, пришлите мне сову. Я сам проверю ваши знания. И если всё будет хорошо, мы вместе отправимся в Министерство. Глава комиссии — волшебница строгая, она ещё нашего директора обучала. Вас одного она, скорее всего, даже слушать не станет. Но моя рекомендация, полагаю, поможет. — Спасибо, профессор, — искренне улыбнулся Северус. — Обещаю, ждать вам придётся недолго. — Да уж, Распределяющая Шляпа редко ошибается, — хмыкнул Флитвик. — Что ж, мистер Снейп. Жду вашу сову не позднее середины августа. Иначе Министерство магии просто не успеет всё оформить. — Я понял, профессор. Простите, что не могу вас проводить. — Ещё бы, — усмехнулся Флитвик. — Три года неподвижности — не шутка. Хотя, признаться… — Полугоблин нахмурил брови и удивлённо покачал головой, — по моим ощущениям вы стали сильнее магически. Гораздо сильнее, я бы сказал. — Вот только я пока такого не замечаю, — скромно ответил Снейп, — но, надеюсь, вы правы. Флитвик легко спрыгнул со стула, попрощался и посеменил к выходу, явно довольный состоявшимся разговором. Северус откинулся на подушку и улыбнулся. Он специально дал понять полугоблину: падение не было ни глупостью, ни попыткой самоубийства. А значит — никакой вины Флитвика. Никаких откатов. — Сдать экзамены сразу за три года? — Пробасил один из соседей по палате. — Ну ты и задачку себе поставил, парень. Если получится — приходи к нам в Аврорский центр. Таких уникумов и без вступительных берут. — Спасибо, сэр, — вежливо ответил Снейп. — Постараюсь. Разумеется, ни в какой Аврорат он не собирался. Но разубеждать соседа не стал — и лицо аврора запомнил. Кто знает, когда пригодится знакомство в силовых структурах? Такие связи никогда не бывают лишними. Захотелось немного поспать. Вот только отдыхать было некогда — требовалось немедленно скорректировать дальнейший план действий.