Вернутся к фанфику
2.Бойня над стелами.
22 февраля 2026, 17:12Каждое утро в лагере полубогов звучало остро. Звонкий, режущий слух, лязг железа, хлёсткий свист стрел, бьющий по ушам, дребезжание тетивы, возвращающейся после натяжения, юношеские возгласы и крики, наполненные силой и энергией, которыми подростки только учились управлять - всем этим сопровождалась каждая боевая тренировка.
Занятия по владению оружием были обязательными. Ведь "каждый из вас должен уметь защитить себя и другого".
Максу Ферстаппену, на правах сына Ареса и полубога, который виртуозно владел абсолютно любым видом холодного оружия, было оказано высокое доверие со стороны дирекции лагеря, поэтому тренировки на мечах для полубогов проводил именно он.
"К железу нужно относиться с уважением и аккуратностью. Как вы к нему, так и оно к вам." С упорством кретина, Макс повторял эту фразу на каждой тренировке, что все уже давно до малейшего обертона выучили, как она звучит. Ландо этой "металлической философии" не разделял, хотя честно отрабатывал удары и защиты каждую тренировку, на которой оказывался, но возможность слинять куда подальше, например, на занятия по стрельбе, не упускал. Он с холодным оружием был не очень в ладах - не его природа. "Эти железки" казались Ландо жестокими, холодными и тяжёлыми, в чём он был, от части, прав. Мечи, ножи и кинжалы оставляли не только трудно смываемый металлический запах на руках, но и приносили настоящие травмы и порезы.
Все занятия проходили по одинаковой схеме: сначала разминка, базовые упражнения, чтобы разогреть мышцы и никто не травмировался (всё равно кто-то регулярно что-то себе потягивал или зарабатывал вывихи всех возможных суставов), затем Макс объяснял какие-то элементы: удары, уколы, защиты, после все разбирали оружие, делились на пары, тройки, а иногда и по четыре человека, и под руководством сына Ареса отрабатывали пройденный материал.
— Бьёмся на пары, берём оружие, отрабатываем защиты, - громко сказал Макс и открыл принесённый им же ящик с мечами.
Ландо в парах практически не работал, Макс постоянно клеймил его "альтернативно одарённым" и ставил его в пару "с тенью" для отработки ударов и защит, либо вставал с ним сам "чтобы этот винный придурок никого не порезал".
Взмокшему уже после разминки Кими в качестве пары достался Олли Берман, сын Эриды. Высокий, худой, кудрявый парнишка, чья мать в своё время навела шороху и рассорила половину богинь Олимпа. Кими такому раскладу рад не был, но, метнув неодобрительный взгляд на подошедшего к нему Бермана, взял оружие и встал в стойку.
— Я начинаю - холодно указал Олли, вставая в стойку. - Как поживает твоя глупая мамаша? - съязвил Берман и, заводя меч за спину, нанёс первый удар.
Кими отразил удар верхней защитой.
— Тебя не касается! - прошипел Кими, отражая второй удар. - Теперь я.
— Я бы поспорил. - саркастично ответил Олли, отражая два удара подряд. - Твоя мамаша-проститутка вчера довольно талантливо отсосала мне, пока ты смотрел мультики.
— Закройся! - рявкнул Кими. - Сын своей матери.
Лязг железа становился всё громче, удары и защиты сменялись один за другим, одна за другой, всё быстрее
— Что ты сказал? - крикнул Олли.
— Я сказал, что твоя мать стерва. Только и может, что яблоки по Олимпу раскидывать. - Кими говорил резко, отчеканивая каждое слово, в такт ударов меча. - Ты точно пошёл в неё.
— А ты сын своей! - зарычал Олли. - Такой же глупый и пустой. Тоже ни на что не способен, просто отражение без самого зеркала. - процедил Берман, и каждое его слово сливалось со звоном металла, становясь громче. - Ах, да, ещё твоя мама законченная шалава! Только пускает слюни на своих любовников.
Щёки Кими запылали, а в голубых глазах плескалась такая обида, будто у него отняли последнюю игрушку.
— Заткнись! - Кими сжал кулаки, и его меч, который он даже не поднял, дрогнул в руке. — Если бы не твоя мать, Троянская война бы не началась, но она началась, потому что твоя мать безмозглая стерва, которой лишь бы хаос устроить!
— О, зато у моей матери есть характер! - Олли шагнул вперёд, и его улыбка стала шире, обнажая мелкие, острые зубы. - А твоя, просто красивая глупая кукла. Её даже на Олимпе всерьёз не воспринимают. Гефест однажды сказал, что она пуста, как разбитая ваза. И он знал её лучше всех, верно? Потому что был её мужем, пока она не сбежала к твоему папаше, которого, кстати, даже никто не знает!
Это был удар ниже пояса. Кими знал, кто его отец, знал, что это смертный, художник, которого Афродита посетила однажды в минуту каприза, и которого давно нет в живых. Но слышать это от Олли, от отродья Эриды, от воплощения всего, что ненавидела его мать, было невыносимо.
— Ах ты… - Кими бросил меч на песок и кинулся на Олли с голыми руками.
Олли, ожидавший этого, ловко уклонился и, отбросив меч в сторону, толкнул противника в грудь. Кими растянулся на песке, но мгновенно вскочил, и теперь они стояли друг напротив друга, тяжело дыша, сжав кулаки. Никто не решался ударить первым, но напряжение достигло предела.
— Эй, мелюзга! - раздался властный окрик. — А ну прекратили!
Макс возник между ними, как скала. Он схватил Олли за футболку у ворота и отдёрнул его назад, как нашкодившего котёнка. Футболка жалобно затрещала по шву.
— Макс! - взвизгнул Олли, пытаясь вырваться из крепкой хватки. — Он обзывает маму! Слышишь? Он сказал, что она стерва!
— Я скажу об этом Джорджу, - спокойно ответил Макс, но голос его звучал твёрдо словно сталь — Он поговорит с Кими. А ты… - Макс продолжал держать Олли за шиворот, но уже немного ослабив хватку. — А ты, Оливер, перестань махать руками и провоцировать его. Я знаю твои штучки. Мать научила...
Олли надулся, но спорить с Максом не посмел. Всё таки сын Ареса был для него чем-то вроде старшего брата не по крови конечно, но по той странной, древней связи, что соединяла их божественных родителей. Арес и Эрида были братом и сестрой, детьми Зевса и Геры, и эта связь, пусть извращённая вечными ссорами, всё же существовала. Макс чувствовал ответственность за этого мелкого засранца, как бы сильно тот его ни бесил.
— Пусти, - буркнул Олли, пытаясь вывернуться. — Я сам разберусь.
— Ага, разберёшься, - Макс не отпускал. — Кими, стоять! Джордж скоро будет пробегать тут, вместе с Алексом.
Но Кими, услышав про брата, только разозлился ещё больше.
— Отпусти его, Макс! - крикнул Кими, и в его голосе звенели слёзы обиды. — Пусть он повторит, что сказал про мою маму!
— О, я повторю! Не волнуйся! - Олли, пользуясь моментом, когда Макс чуть ослабил хватку, вырвался и, вместо того чтобы отойти, бросился на Кими.
Они сцепились. Это была не драка, а скорее детская потасовка: кулаки летели вслепую, ноги заплетались, песок из под ног летел во все стороны. Кими, движимый яростью, заехал Олли в плечо. Тот взвыл и ответил ударом в грудь, от которого Кими пошатнулся, и не устоял. Олли бросился на него и теперь они катались по песку, царапались, пытались душить друг друга, и это было жалкое зрелище, если не знать, что за ним стоит.
Макс вздохнул. Он мог бы разнять их силой, но что-то остановило его. Он вспомнил, как его собственный отец, Арес, вечно враждовал с Афиной, и как эта вражда иногда переходила в открытые столкновения на поле боя.
Может, этим детям тоже нужно выпустить пар?
— Ладно, - сказал он громко, перекрывая звуки возни. — Если хотите, деритесь. Но потом, Кими, сам будешь оправдываться перед Джорджем. И перед Тото. И перед всеми, кому придётся объяснять, почему сын Афродиты выглядит как бродячий пёс после драки с енотом...
Кими, услышав это, замер. Олли, воспользовавшись моментом, врезал ему по скуле. Звук удара был сочным и отвратительным. Кими охнул и откатился в сторону, держась за лицо.
— Ах ты… - начал он, но Макс уже шагнул вперёд и, схватив обоих за шкирки, растащил в разные стороны. На этот раз хватка была железной.
— Хватит, я сказал! - рявкнул он. — Оливер, ты получил своё? Доволен? Лицо в крови... Эрида гордится тобой? А ты, Кими, прекрати реветь и рвать, сын Афродиты ты или кто? Красота требует жертв, но не таких идиотских!
Кими вытер рукой разбитую губу и посмотрел на кровь. В его глазах стояли слёзы, но он сдерживался из последних сил. Олли, тяжело дыша, стоял рядом, и в его взгляде, кроме злорадства, мелькнуло что-то похожее на уважение к Максу. Сын Ареса был прав.
Он всегда был прав.
Это бесило.
— Расходимся! - приказал Макс, отпуская их. — Оба. Десять кругов вокруг поля. Бегом. Остывать. И если я увижу, что вы снова сцепились, - он многозначительно похлопал по рукояти меча, висевшего у пояса — Будет спарринговаться со мной. А я, в отличие от вас, бить умею. Больно и сильно.
Олли и Кими, бросив друг на друга последние испепеляющие взгляды, нехотя поплелись бежать.
— Глазами не хлопаем. Продолжаем-продолжаем. - рявкнул Макс, на застывшую толпу подростков с оружием. — Железки в зубы и вперёд. Пятая-шестая защиты, в парах по очереди, не стоим, работаем!
Металл снова зазвенел спустя несколько секунд, за которые все присутствующие уже оправились от увиденной сцены.
Ландо вернулся на своё место на отшибе тренировочной площадки и продолжил защищаться от невидимого противника. "Пятая, шестая, опустить оружие. Шестая, пятая, опустить оружие" Ландо повторял счёт в голове и вдруг стал чувствовать нечто похожее на азарт. И что-то ещё.
— Норрис, давай, резче. Тут должна сопричастность души металла с твоей душонкой винной возникнуть, давай. - крикнул Макс в сторону.
Ландо улыбнулся краешком губ. Хоть и не любил манию махания мечом. Ему, по правде говоря, даже меч особо не доверяли, Макс часто выдавал ему "персональный кинжал для олигофренов" . Но, как ни крути Макс был хорош в этой роли: строгого, но справедливого старшего. В нём чувствовалась порода Ареса, но без той слепой ярости, что часто отличала детей Бога войны. Он был скорее стратегом, чем берсерком, и это вызывало уважение даже у таких не воинственных полубогов, как Ландо.
Сам Ландо, перехватил рукоять, выставил ногу вперёд, как учили, но тут же потерял равновесие и едва не воткнулся носом в мокрую траву. Хорошо, что никто не смотрит. Вернее, он думал, что никто не смотрит.
За его спиной, на границе леса и поля, воздух дрогнул. Фигура, появившаяся из-за сосен, двигалась так бесшумно, что даже птицы не прекратили свое пение. Высокий парень в мокрых от росы синих шортах и тёмно-синей футболке, на которой едва угадывался выцветший рисунок трезубца, ступал по траве, не оставляя следов. Вода, покрывавшая его одежду, казалась не случайной она будто обволакивала его, не желая расставаться со своим хозяином. Русые волосы, ещё влажные, скорее всего, после утреннего купания в озере, прилипли ко лбу, а в карих глазах, глубоких и спокойных, как море в штиль, отражалось небо.
Он приближался к Ландо медленно, с любопытством наблюдая за его неуклюжими попытками овладеть мечом. В его взгляде не было насмешки только тихое, глубокое внимание, с каким смотрят на что-то новое, необычное. Он остановился прямо за спиной Ландо, на расстоянии вытянутой руки, и замер, просто наблюдая.
Ландо, увлечённый зрелищем бегущих Кими и Олли (они как раз поравнялись с ним, и Кими, не сбавляя темпа, показал Олли средний палец, на что тот ответил таким же жестом), ничего не замечал.
Он даже не слышал дыхания за спиной. Атмосфера раннего утра, влажность, туман - всё это притупляло чувства, погружало в полусонное состояние.
И тут рука легла ему на плечо.
Ландо подпрыгнул на месте, как ошпаренный кот. Адреналин ударил в голову, мир сузился до одной точки точки страха. Он резко развернулся, забыв о мече, забыв обо всём, и его правая рука, сжимающая кинжал, по инерции описала дугу.
Звук был тихий, но отчётливый металл чиркнул по коже. Ландо замер, глядя на парня, стоящего перед ним. На лице незнакомца, чуть выше губ, прямо на переносице, расцветала тонкая красная полоска. Из неё тут же выступила кровь: яркая, алая, неестественно яркая в бледном утреннем свете.
— О, Боги… - выдохнул Ландо, и меч с глухим стуком упал на траву. — Извини, извини, прости меня, пожалуйста! Я не хотел, правда не хотел! Я просто испугался, ты так тихо подошёл, а я задумался, и… - слова сыпались из него градом, он даже не успевал их обдумывать. — Прости меня, пожалуйста!
Парень поднял руку, коснулся пальцами носа, посмотрел на них. На подушечках осталась кровь. Но в его глазах не было ни злости, ни раздражения только застывшее , лёгкое удивление, будто он впервые видел кровь и находил это явление любопытным, но не пугающим.
— Нет, ничего страшного, - сказал он тихо, и его голос звучал ровно, как прибой в безветренную погоду. — Всё нормально… Вроде.
— Точно всё нормально? - Ландо шагнул ближе, вглядываясь в царапину. Кровь всё ещё сочилась, стекая тонкой струйкой вниз к верхней губе. — У тебя кровь на носу! Я не хотел, правда! Я такой идиот, надо было смотреть по сторонам, а я…
— Да всё хорошо, не волнуйся, - парень улыбнулся, и эта улыбка была странно успокаивающей, как тёплое течение. — Она совершенно скоро заживёт. Это я просто слишком тихо подошёл, напугал тебя. Прости..
Ландо замер, услышав это.
"Он извиняется? Передо мной? Чего"
Это было настолько необычно, что Ландо на секунду потерял дар речи. Он стоял и хлопал глазами, глядя на этого странного парня с мокрыми волосами и бездонными глазами.
— А… Да, кстати… - Ландо наконец нашёл в себе силы говорить связно — Ты почему крался?
— Крался? - парень наклонил голову, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на веселье — Я не крался. Просто шёл.
— Ну, шёл… так, что я тебя не услышал. Это и значит крался - Ландо упёр руки в бока, пытаясь вернуть себе чувство контроля над ситуацией, но получалось плохо. — Так почему?
— Ааа... - парень словно вспомнил — Я хотел узнать, где тут могут проходить занятия по стрельбе. Мне сказали, что здесь, но… - он оглядел пустое поле, на котором только бегали два запыхавшихся подростка, и пожал плечами — Я никого не вижу.
— Эм… они… - Ландо почесал затылок, пытаясь вспомнить расписание — Они на поле возле моста, там поблизости. Нужно пройти через лес, потом направо. Но знаешь… — он замялся, посмотрел на царапину, которая всё ещё кровоточила, и решился. — Я мог бы проводить тебя туда. Ну, типа, в качестве извинений за… - он ткнул пальцем в свой нос, показывая на нос парня — Ну... И ещё я слишком плохо лажу с мечом.
Парень снова улыбнулся, и на этот раз улыбка была чуть шире, обнажая немного выступающие передние зубы "кроличьи", как про себя отметил Ландо.
— Да… было бы здорово, спасибо.
Ландо поднял меч с травы, отнёс его к ближайшей стойке с оружием, бросил сверху, махнув рукой на правила хранения, и вернулся к парню.
— Пошли. Я Ландо, кстати, - представился он на ходу, когда они уже углубились в лес по узкой тропинке, уходящей от поля.
— Да, я знаю.
Ландо ждал продолжения. Секунду, другую, третью. Но парень молчал, просто шагал рядом, глядя прямо перед собой. Лес обступал их со всех сторон: высокие сосны, чьи раскидистые ветви почти не пропускали свет, папоротники, достающие до пояса, и влажность, которая здесь, в тени, казалась осязаемой. Капли росы срывались с веток и падали на плечи, на голову, на траву с тихим, музыкальным звоном. Воздух пах прелой листвой, грибами и чем-то ещё - древним, лесным, тем, что живёт в глубине чащи с начала времён.
Ландо посматривал на своего спутника. Синие шорты парня были насквозь мокрыми по шву, будто он только что вышел из воды. Футболка облепила худощавое, но широкое в плечах тело. Лицо… лицо было незнакомым, но в нём чувствовалась какая-то неправильность. Не в смысле уродства, а в смысле оно не вписывалось в обычные категории. Слишком спокойное. Слишком… древнее, что ли. Как у статуи, которую только что достали со дна моря.
— Эм… Прости меня... Ещё раз, - нарушил молчание Ландо. — Я просто… ну, испугался. А меня зовут Ландо. Я уже говорил, да? - он нервно хохотнул — Кстати..
— Да, я знаю. - повторил парень, и на этом разговор снова застрял.
Ландо ждал. Он буквально физически ждал, когда парень скажет своё имя. Это же элементарная вежливость, представиться в ответ. Но парень молчал, и это молчание было не напряжённым, а каким-то… естественным. Будто ему не нужно было представляться. Будто он считал, что Ландо и так должен знать.
— Эм… А тебя как зовут? - прямо спросил Ландо, понимая, что иначе они будут идти молча до самого стрельбища.
— Меня? Ос… - начал парень, но Ландо его уже не слушал.
Он смотрел. Смотрел на лицо парня, на ту самую царапину, которую он оставил несколько минут назад. И происходило нечто странное. Сверху, с нависшей над тропинкой еловой лапы, сорвалась капля росы. Она упала прямо на ранку, блеснула на мгновение, как крошечная драгоценность, и… Впиталась? А там, где только что была алая полоска крови, теперь розовела чистая, новая кожа. Царапина стягивалась на глазах, края её смыкались, и через несколько секунд от неё не осталось и следа. Только маленькая капелька воды скатилась по носу и упала на землю.
Ландо замер. Его рот приоткрылся, глаза расширились. Он перестал дышать. Вся реальность Ландо Норриса теперь уместилась в этом маленьком чуде – затянувшейся ране, в сверкающей капле росы и в умиротворенном лице парня, который, кажется, даже не почувствовал каких-либо изменений на собственном лице.
— Эм… Ландо? - голос парня вырвал его из транса. — Что такое? С тобой всё нормально?
Ландо поднял дрожащую руку и указал пальцем на нос парня. Точнее, на то место, где только что была царапина.
— А где… Где рана?
Парень нахмурился, провёл пальцем по переносице, посмотрел на палец. Тот был чист.
— Ну… Зажила? - сказал он таким тоном, будто это было самым обычным делом в мире. — Я сын Посейдона, как никак. Так что, знаешь ли… Вода исцеляет. - он коротко пожал плечами, всё больше умаляя значимость того, что только что произошло.
Он улыбнулся, пожал плечами и пошёл дальше по тропинке, оставляя Ландо стоять столбом. Через пару шагов он обернулся.
— Ты идёшь?
Ландо закивал. Быстро, часто, как механическая игрушка. Он закивал, хотя ничего не понимал. Совсем ничего. В его голове крутилась только одна мысль: "Сын Посейдона. Он сын Посейдона. Я только что совершил случайное покушение на его нос. А тот зажил. От капли блядской росы. Что. За. хрень.
Он догнал парня, и они пошли дальше. Тишина, повисшая между ними, была странной. Не напряжённой, нет. Просто… Неправильной.
Ландо чувствовал себя так, будто только что увидел нечто интимное,нечто не для него. И от этого лес вокруг стал казаться ещё более древним, ещё более волшебным. Капли росы, падающие с веток, теперь звенели в ушах Ландо, как крошечные колокольчики. Воздух, влажный и плотный, обволакивал его, как вода. А шаги парня рядом, бесшумные, почти невесомые, напоминали о том, что он идёт рядом с кем-то, кто принадлежит не столько суше, сколько глубине.
Ландо посматривал на него украдкой. Парень смотрел вперёд, но иногда, краем глаза, Ландо ловил его взгляд на себе. Не пристальный, не оценивающий, а просто внимательный. Как будто он тоже пытался понять что-то про Ландо. Это не пугало, не раздражало, но оставляло лёгкое, щекочущее чувство будто за тобой наблюдают с безопасного расстояния, изучают, запоминают..
Так они вышли к поляне, где возле деревянного моста через ручей расположилось стрельбище. Деревянные мишени, щиты с нарисованными драконами, несколько полубогов, натягивающих луки. И среди них, знакомая фигура.
— О, ты пришёл! - Шарль Леклер, сын Аполлона, с сияющей улыбкой направился к ним. В руках он нёс колчан стрел с разноцветным оперением: красные, синие, золотые, они переливались на солнце, как драгоценности. Его кудрявые, каштановые волосы были в аккуратном состоянии, открывая высокий лоб и острые, насмешливые глаза. — Я думал, ты решил прогулять занятие. Ландо… - он перевёл взгляд на Ландо, и его улыбка стала чуть шире, чуть хитрее. — Привет. Уже вернулся в прежнее русло? Опять сбегаешь с тренировок Макса? Ты же знаешь, что он скоро заметит твою пропажу. - ухмыльнулся Шарль.
— Шарль… - Ландо вздохнул, чувствуя, как краска заливает щёки. — Ему там... Есть чем заняться, так скажем. Новички ссорятся. Кими и… Оливер?
— Кто сказал Кими? - раздался голос сзади, и Ландо обернулся.
Из-за деревьев, запыхавшиеся и раскрасневшиеся, выбежали Джордж и Алекс. Джордж, сын Афродиты, в беговой повязке на лбу и облегающей майке, сиял, как только что отчеканенная монета, несмотря на бег. Алекс, в спортивной форме лагеря, держался чуть поодаль, но его тёмные глаза были прикованы к Джорджу с той тихой преданностью, которую они уже не пытались скрывать.
— Ландо, что с Кими? - спросил Джордж, подбегая. В его голосе звучала тревога.
— Всё в порядке - поспешил успокоить его Ландо — Они начали опять про Эриду, Афродиту, ну, ты знаешь, как это бывает. Но не волнуйся, Макс их уже разнял. Они бегают в наказание сейчас...
Джордж облегчённо выдохнул, но тут же нахмурился, заметив кровь на губе у бегущего мимо Кими (они как раз поравнялись с поляной и, увидев брата, Кими сделал вид, что не замечает его, уставившись в небо).
— О Боги, у него губа разбита! — простонал Джордж. — Алекс, пойдём!
И они сорвались с места, не сказав больше ни слова. Только две фигуры, взявшиеся за руки, мелькнули между деревьями и исчезли.
Ландо проводил их взглядом, а когда повернулся обратно, чтобы что-то сказать Шарлю, обнаружил, что парень в синих шортах стоит рядом, и его взгляд… его взгляд был прикован к Ландо. Не к Джорджу, не к Алексу, не к бегущим Кими и Олли. К нему. Снова этот странный, внимательный взгляд.
— Эм… Шарль, извини, но… - начал Оскар, чувствуя себя неловко.
— Ой, Оскар, прости пожалуйста, - Шарль вдруг спохватился, обращаясь к парню. — Что-то разговорились. Ты же первый раз на природе занимаешься? - он кивнул на арбалет в руках парня. — Стреляешь, я имею в виду?
Парень кивнул. Один короткий, спокойный кивок.
— Можешь потренироваться с Логаном, - продолжил Шарль, указывая рукой в сторону побережья, которое виднелось за деревьями полоска синей воды, усеянная синими мишенями в форме волн и морских чудовищ. — Я знаю, что знакомы вроде как. Он там, возле побережья. Вон в той стороне.
— Хах… спасибо, Шарль, - сказал Оскар тихим голосом. И повернулся к Ландо. — И тебе спасибо, Ландо, что поводил.
Он улыбнулся, коротко, но тепло - и, развернувшись, пошёл по тропинке вниз, к воде. Его шаги были такими же бесшумными, как и в лесу. Через несколько секунд он скрылся за поворотом, и только верхушки сосен покачивались там, где он прошёл.
Шарль проводил его взглядом, потом медленно повернулся к Ландо.
И замер.
Ландо стоял, не двигаясь. Его лицо было белым, как мел, которым он рисовал. Глаза были огромные, распахнутые, в них плескалось что-то среднее между паникой, благоговением и полным, абсолютным непониманием реальности. Губы шевелились беззвучно, будто он пытался что-то сказать, но слова застряли в горле. Руки безвольно висели вдоль тела, пальцы слегка подрагивали. Казалось, ещё немного и он рухнет в обморок прямо на мокрую траву.
— Ландо? - осторожно спросил Шарль. — Всё хорошо? Ты выглядишь так, будто увидел горгону. Или ещё чего похуже...
Ландо сглотнул. Раз. Другой. Третий. Наконец его голос прорезался - хриплый, севший, совсем не его.
— Шарль… - выдохнул он. — Я же правильно понял? Это… Это Оскар Пиастри? Сын Посейдона?..
Шарль моргнул, явно не понимая, к чему этот вопрос.
— Да… А что?
Ландо снова сглотнул. Он посмотрел в ту сторону, где исчез Оскар, потом на Шарля, потом снова на тропинку. В его голове крутилось всё: как он подкрался, как он полоснул его кинжалом по носу, как пошла кровь, как упала капля росы, и как рана затянулась на глазах, просто зажила, не оставив и следа. И это спокойное лицо, этот тихий голос, этот взгляд, которым Оскар смотрел на него - изучающе, глубоко, как на что-то важное.
— Пиздец я тупой.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!