Вернутся к фанфику

Часть 32

13 октября 2026, 18:33
Интерлюдия. Лэнс Свитс. Никогда не знаешь, какие трудности тебя ожидают, когда ты решаешь завести детей. Лэнс был уверен, что уж он-то будет готов ко всему - тяжёлая работа агента ФБР научила его внутренней стойкости и самообладанию. Но он ошибался. Стоило Дину и Сэму поселиться у него в квартире, и всё пошло совсем не по плану. И это складывалось из едва заметных мелочей, копившихся изо дня в день и превращающихся в одну огромную тяжёлую проблему. Дети не умели принимать заботу. Они сами заботились о себе и друг о друге, живя в своём зацикленном мирке с правилами, которые установили себе давным давно. Они были излишне аккуратными и осторожными. Дин постоянно убирался, мыл посуду, гладил и подшивал одежду. Он сам покупал продукты, готовил на всех, собирал обеды Сэму и самому Лэнсу. Сэмми не отставал и частенько брался за пылесос, если Дина не было дома, приводил в порядок их рабочие столы, вытряхивал из книг пыль и следил, чтобы Дин делал перерывы на перекус, пока писал или делал домашние задания. Они не часто разговаривали друг с другом, но всегда на каком-то телепатическом уровне понимали, что хочет сказать или сделать другой. Они не говорили громко, не дрались, не возмущались и не топали ногами. Всегда интересовались делами Лэнса на работе, напоминали ему о сне и еде, стирали его рубашки и всегда ходили на цыпочках, если тот сидел с отчётами дома. Они учились, и Лэнсу ни разу не позвонили со школы, чтобы пожаловаться на детей. Учительница Сэма постоянно писала ему сообщения о том, что бы он дал согласие на участие Сэма в очередной олимпиаде или научном конкурсе. Учитель Дина интересовался, не хочет ли Дин подать заявку на бесплатные курсы по филологии от очередного колледжа. Все их оценки оставались стабильно хорошими, пускай у Дина и случались осечки по математике или физике, но ничего непоправимого Лэнс в этом не видел. Дети не приносили проблем. И в этом и была вся проблема. Начать что-то менять Лэнс решил с домашних обязанностей. За очередным ужином, приготовленным Дином, он как можно непринуждённее заговорил: - Мальчики, у меня есть предложение. Дин тут же напрягся, а Сэм спросил: - Какое? Лэнс мысленно пожелал себе удачи и ответил: - Эта квартира - наш общий дом. И все домашние дела нужно делить поровну. Мне приятно, что вы убираете и стираете, но я бы предпочёл, чтобы вы не брали всё только на себя. Всё-таки я взрослый мужчина и не бытовой инвалид. Дин явно был недоволен его словами, но всё же поинтересовался: - И что ты предлагаешь? - Предлагаю составить график. Кто, что и когда делает. Распределим нагрузку поровну, чтобы никто из нас не становился бесплатным поваром и уборщиком. Конечно, если кто-то устал или приболел, можно взять на себя что-то, но только из жеста заботы, а не из-за чувства, что это личная обязанность. Сэм пожал плечами и сказал: - Я принесу лист и ручку. Повесим таблицу на холодильник? Лэнс улыбнулся и кивнул. После того, как они создали этот список, стало гораздо легче. Лэнсу самому было в радость что-то готовить для мальчишек или покупать фрукты в ближайшей лавке. Нравилось гладить бесконечные футболки Сэма с атомами, рожицами Энштейна или генетическими спиралями. Нравилось протирать пыль на столе Дина и читать черновики его сочинений. И пускай Дин продолжал ворчать, принимая обеды, приготовленные Лэнсом, а Сэм каждый раз как-то странно смотрел на то, как Лэнс чистит ковёр, это было всё же лучше, чем смотреть за тем, как дети сами полностью ведут своё хозяйство и научились справляться без взрослых. Второй проблемой стала еда. Точнее, отношение к ней. Дин всё ещё ел мало или наоборот переедал. Он ел рвано, быстро, часто на бегу, словно боялся куда-то не успеть. У него была привычка отдавать часть своей порции Сэму или Лэнсу, и если ему отказывали, то он сильно обижался. А Сэм… Сэм таскал печенье, яблоки, орехи и прятал в своей комнате. Этот тайник Лэнс обнаружил случайно, как раз во время очередной уборки. Несколько конфет и один банан лежали под подушкой, спрятанные, как величайшее сокровище. Лэнс минут пять рассматривал находку и тяжело вздыхал. Уже вечером он зашёл к Сэму, пока тот что-то писал в учебнике и осторожно спросил: - Сэм, мы можем с тобой поговорить? - О чём? - О том, что ты прячешь под подушкой. Плечи Сэма напряглись, он весь сжался и закусил губу. Лэнс спокойно сказал: - Я не ругаю тебя. Если тебе так спокойнее, хорошо, храни свои запасы. Но я хочу, чтобы ты знал - это необязательно делать в этом доме. Еда всегда будет. А если закончиться, мы купим ещё. Ты это понимаешь? Сэм кивнул, тряхнув кудряшками, и тихо сказал: - Прости, Лэнс. Я… Уберу всё. Просто… Страшно. - Страшно, что не будет еды? Снова кивок. - Сэм, бояться - это нормально. Но попробуй один раз поверить мне. Я не подведу. - Хорошо… Спустя пару дней Лэнс заметил, что Сэм вытащил из-под подушки всё, что успел натаскать, и вернул обратно в кухонный шкаф. Можно было выдохнуть. Другой проблемой стало то, что Дин и Сэм совершенно не умели просить о помощи. Неважно, что у них происходило - они никогда не беспокоили его и старались скрывать переживания до последнего. Особенно Дин. Лэнс видел, как тот мог часами сидеть за учебниками с лицом мученика, но ни разу не сказал, что ему тяжело или непонятно. Часто он возвращался со школы мрачным и задумчивым, но не признавался в том, что его что-то тревожит. Лэнс не выдержал и в один из вечеров зашёл в комнату к Дину, поставил кружку с чаем ему на стол, а сам присел на кровать. Немного понаблюдав за Дином, что-то яростно черкающим на полях тетради, спросил: - Я могу чем-то помочь? - Нет, я сам разберусь. - Ты сам уже два часа сидишь над одной и той же задачей. - Я много пропустил, вот и туплю. Ничего, решу как-нибудь. Было видно, что Дину ужасно стыдно признаваться в этом, и Лэнс заметил: - Нельзя сходу влиться в учебный процесс, если много пропустил. Покажи-ка задание. Цокнув и закатив глаза, Дин всё же вручил ему в руки учебник и тыкнул в нужное место. Это были квадратные уравнения и графики - самая большая головная боль всех старшеклассников. Немного подумав, Лэнс предложил: - Давай решим вместе. Если ты не поймёшь мои объяснения, я могу познакомить тебя со своим коллегой. Он умеет объяснять сложные вещи простым языком. Только слегка чудаковат. Дин сопротивлялся недолго. Кажется, он даже вздохнул с облегчением, когда Лэнс принёс в комнату ещё один стул и сел рядом. Вместе они справились с математикой за час, и после Дина просто вырубило от усталости. Лэнс накрыл его одеялом и вышел, мягко затворив за собой дверь. Позвонил Ходжинсу и договорился о бесплатной консультации по алгебре для Дина. Ещё одна проблема была решена. Да, всё это было безумно трудным. Лэнс даже начал вести дневник, чтобы отслеживать все свои маленькие победы, неудачи и бесконечные попытки. У него появился документ с названием «Дин и Сэм. Важное», куда он стал записывать всё, что касалось ребят. Их любимая еда, передачи по телевизору, музыка, желания, мечты. Он стал читать литературу по воспитанию детей, часами сидел на форумах для родителей и постоянно просил совета у Бута, Анджелы и даже доктора Сыроен - все они воспитывали своих детей и могли рассказать ему что-то полезное. Один раз они даже заговорили о детях с доктором Бреннан. Та одобрительно заметила: - Вы учитесь быть образцовым отцом. Это заслуживает уважения, Свитс. И я рада, что Вы стараетесь стать для этих детей кем-то важным. Им очень повезло. Почему-то от этих слов у него защипало в глазах, и доктор Бреннан тактично отвела свой взгляд, возвращаясь к очередным останкам. Да, Лэнс старался изо всех сил, потому что слишком хорошо помнил своё детство. Ему хотелось, чтобы ни один ребёнок на планете не испытывал ту боль, что испытал он сам, и, которая возможно осталась в его сердце. Но он не мог позаботиться обо всех. Он мог позаботиться о Дине и Сэме. С этими мыслями он вошёл в квартиру и учуял слабый запах выпечки. Вообще, с появлением детей его дом стал наполняться самыми разными запахами. Это был и дым от паяльника Сэма, и аромат очередного кулинарного шедевра Дина, и гели и шампуни в ванной, и, конечно, природные запахи самих мальчишек, которые превращали уставшего и нервного Лэнса в доброго, сонного и даже немного глупого альфу. Как и ожидалось, Дин стоял у плиты, скептично осматривая очередной пирог. Завидев Лэнса, он сказал: - Это сливовый. Нашёл рецепт в интернете. Вроде должен быть съедобным. - У тебя ещё ни разу не было чего-то несъедобного. Где Сэм? - В комнате, собирает атомный реактор. Пора ужинать, вообще-то. - Я его позову. Лэнс заглянул к Сэму и обнаружил мальчика, сидящим на полу в самой гуще каких-то проводов, схем и железяк. Завидев Лэнса, Сэм неловко улыбнулся и сказал: - Я всё уберу, обещаю. - Я и не собирался ругать. Что делаешь? Глаза Сэма загорелись, и он стал тараторить: - Вообще, это должна быть копия R2D2, но хочу добавить в него что-то своё. Может, сделать ему внутри морозильную камеру для мороженного? А может лучше сделать ему лазеры из глаз? Или прилепить щётку, чтобы он ездил по квартире и подметал? - Звучит неплохо, но мне кажется, что изобретать на голодный желудок - не лучшая идея. Давай сначала поужинаем, а потом я могу тебе с чем-нибудь помочь. В детстве мне нравился конструктор. Лицо Сэма озарилось детским неподдельным восторгом, и уже в следующую секунду он обхватил Лэнса за талию и сказал: - Лэнс, ты очень крутой! Папа никогда не собирал со мной ничего… - Мне не сложно, Сэм. Когда любишь, и не на такое пойдёшь, подумал он про себя. Пирог был восхитительным. Лэнс и Сэм расхваливали Дина, из-за чего тот краснел и бурчал, но выглядел очень довольным собой. После ужина Лэнс действительно пришёл в комнату к Сэму и просидел с ним почти два часа, закручивая какие-то гайки и соединяя провода. Он никогда не думал, что будет учиться у шестиклассника робототехнике, но это оказалось настолько увлекательным, что Лэнсу удалось забыть и о новом заковыристом деле, и об отчётах по старым преступлениям, которые висели на нём уже месяц и всё никак не хотели исчезать. Когда Сэму пришло время спать, Лэнс помог ему убраться и пожелал мальчику спокойной ночи. Тот уснул почти мгновенно с улыбкой на лице. Лэнс поправил его чёлку, залезшую на глаза, и тихонько вышел, затворив за собой дверь. Дин сидел в гостиной, смотря на город. На его коленях покоился ноутбук с открытой почтой. Он выглядел задумчивым и каким-то чересчур серьёзным. Лэнс аккуратно присел рядом, чтобы не напугать, и деликатно поинтересовался: - У тебя всё в порядке? - А что, так заметно, что со мной что-то не так? - Я твой… Опекун. Это моя работа - всё замечать. Вздохнув, Дин повернул к Лэнсу экран ноутбука. Письмо, присланное Дину, было от жюри конкурса прозы: «Мистер Винчестер, спешим уведомить Вас о прохождении в финальный тур конкурса. Он будет проходить очно в Джорджтаунской публичной библиотеке уже в следующий четверг в два часа дня. Просим Вас заполнить регистрационную форму участника и прислать её не позже субботы. С порядком проведения очного тура можно ознакомиться на официальном сайте или по ссылке ниже. С нетерпением ждём Вас!» - Дин, это же замечательно! Я тебя поздравляю! - Не с чем пока поздравлять. - Ты дошёл до финала, это уже хороший результат. - Да, но… Что если я не выиграю? Я читал про очный тур. Лэнс, я буду сидеть вместе с остальными участниками в общем зале. Нам дадут тему, и у меня будет всего три часа, чтобы придумать и написать небольшой рассказ на десять страниц. А ещё проверить орфографию и пунктуацию - а они у меня вечно хромают. А вдруг я просто не смогу ничего придумать? Или буду отвлекаться на других? А если от нервов просто забуду про какую-то тупую запятую? И я смотрел состав жюри - сам Ричард Касл будет там сидеть! Понимаешь, не просто какие-то мужики из университета, а сам Касл и ещё парочку авторов бестселлеров. Дин нечасто делился с ним переживаниями, и Лэнс мысленно отметил этот вечер, как победу. Отложил ноутбук и постарался как можно спокойнее, не забывая выпустить диффузин, ответить: - Ты прав, может произойти что угодно, и ты не выиграешь. Ты можешь перенервничать или твой текст просто не понравится судьям, но… Дин, ничего криминального в твоем проигрыше не будет. Я, Шарлота, Сэм - мы не будем разочарованы в тебе, не будем смотреть или относиться как-то иначе. - Но разве это не будет означать, что мне не стоит заниматься писательством? Что мне лучше прекратить, если не получается? - А вот это точно лишнее. Дин, одна неудача не должна останавливать тебя. Да и кто вообще может решать, стоит ли тебе чем-то заниматься или не стоит? Тебе не нужно доказывать людям, что твоя работа важна. Достаточно того, что это важно для тебя самого. Не выиграешь, ну и фиг с ним. Да будет обидно, но не смертельно. Поёжившись, Дин глухо сказал: - Я глупый. - Совсем нет. Просто слегка напуганный. Но это нормально. Рука Лэнса будто сама двинулась, и он положил её на макушку Дина, слегка потрепав его отросший ёжик. Раньше его так трепал Макс, и для Лэнса это был привычный жест заботы. Но для Дина… Тот удивлённо посмотрел на Лэнса и замер, словно дикий зверь, впервые получивший не кнут, а пряник. - Что-то не так, Дин? - Нет, просто… Необычно. Лэнс вздохнул. Сказал: - Я так забочусь, понятно? - Мгм. Некоторое время они сидели в тишине. Лэнс уже думал закончить эту неловкую сцену и отправить Дина спать, но тот неожиданно прошептал: - Спасибо. - За что? - За всё. За то, что забрал. За то, что устроил в нормальную школу. За новую одежду. За ноутбук. За тёплую квартиру. За то, что решаешь со мной математику и собираешь роботов с Сэмми. Это… Я всю жизнь мечтал, чтобы отец был таким. И ужасно завидовал другим детям. Но сейчас… Сара мне сказала, что у меня крутой отец. Я не думал, что кто-то когда-то скажет мне такие слова, потому что… Никакого крутого отца у меня не было. А теперь есть. И это ты, а не Джон. Дин смотрел на него, и этот взрослый серьёзный взгляд заставил Лэнса слегка вздрогнуть. Он чувствовал, что сейчас произошло что-то очень важное. Это был какой-то древний, давно забытый обряд признания, словно ему позволили стать частью стаи. Он вспомнил цитату из книги Киплинга, которая ему очень нравилась в детстве: «Мы с тобой одной крови. Ты и я.» Лэнс почувствовал, что внутри него заворочалось давно спрятанное косматое чудовище, которое почуяло ласку от другого существа. Почуяло зверька, которого срочно нужно было забрать к себе в берлогу, согреть своим пушистым хвостом и как следует накормить только что пойманным зайцем. Но вместо всех этих глупых обрядов, Лэнс также серьёзно ответил: - Я буду стараться быть крутым и дальше. - Необязательно быть крутым. Просто… Не бросай нас, ладно? И от этой наивной детской просьбы, скрывавшей так много боли, Лэнс не выдержал и сгрёб Дина в охапку. Тот тут же запричитал: - Лэнс, задушишь, прекрати! - А вот и не прекращу, доводишь тут моё старое сердце до слёз, кто тебя вообще научил так говорить? - Это всё Марта со своими дурацкими заданиями, я тут не при чём! - Эй, чего это вы тут шумите? Сэм стоял, прислонившись к косяку, и тёр заспанные глаза. Лэнс улыбнулся и ответил: - Прости, Сэм. Мы тебя разбудили? - Я вышел попить… Так что происходит? - Дин прошёл в финальный тур конкурса. Сэм тут же оживился и, забыв про воду, подсел к ним на диван и с интересом уставился на экран ноутбука. - Круто, Дин. Поздравляю. - Ага, спасибо… - Может, по этому поводу сходим завтра в кафе? Ну, там где вафли вкусные. Сэм и Дин с надеждой уставились на Лэнса. Тот побеждено кивнул. Он не мог отказать этим детям. Да он и сам любил вафли, чего скрывать. За окном пошёл дождь. Но Лэнсу совсем не было грустно. Кажется, эта осень обещала стать одной из самых счастливых на его памяти.

***

Интерлюдия. Шарлота Кёртис. Закончив заполнять журнал посещения лекций второго курса, Шарлота потянулась и посмотрела в окно. На улице была отличная погода, и она, недолго думая, решила уйти с работы чуть раньше. Вряд ли бы кто-то стал её осуждать - все старались ловить последние тёплые деньки, а не засиживаться допоздна в прохладных стенах колледжа. Тем более, сегодня она планировала устроить уборку в квартире и перевести часть своих книг в дом родителей - их огромная библиотека вполне могла вместить ещё с сотню книжек, если не больше. А самое удивительное, что в этом ей вызвался помочь Сэм. Лэнс сегодня работал допоздна, Дин пропадал в театральном кружке - помогал красить новые декорации к осенней постановке. Сэмми же, услышав, что Шарлоте не помешала бы подмога, тут же согласился. Конечно, Шарлота не сомневалась в том, что он добрый и отзывчивый мальчик, просто она всегда чувствовала между ними некую неловкость. Она не была уверена, с чем именно это связанно, но надеялась, что сегодняшний день мог что-то изменить. Когда она подъехала к дому, Сэм уже сидел на лавочке, что-то увлечённо читая в учебнике. - Ну, что, Сэм, готов как следует поработать? - М, конечно. Он выглядел довольно решительно, но, стоило ему увидеть огромную крепость из книг на полу, приоткрыл рот от шока. Шарлота усмехнулась и только покачала головой. Она ведь и не говорила ему, что будет легко. Тем не менее, уборка шла быстрым ходом. Сэм прекрасно знал, что и как надо делать - наверняка заслуга Дина. Он только спрашивал, можно ли ему взять что-то или переставить. Он не вздыхал и не жаловался, просто молча, шаг за шагом, протирал очередную полку, таскал мешки на мусорку, менял воду в ведре и распределял книги по коробкам. Шарлота заметила: - У тебя очень хорошая концентрация. Не все дети могут так долго сидеть на одном месте. Сэм только смущённо пожал плечами. Спустя некоторое время Шарлота почувствовала, как сама начала уставать. Хлопнув в ладоши, произнесла: - Всё, мне нужен перерыв. Как насчёт кофе-брейка? - Дин запрещает кофе. Говорит, мне пока рано. - Значит тебе сварю какао. Идёт? - Идёт. Они пили в тишине. Шарлота наблюдала за молчаливым Сэмом и думала о том, как бы его растормошить. - Лэнс сказал, что вы вместе собирали робота. - Да, R2D2. Правда, Лэнс постоянно путал провода, но ничего страшного. Он сказал, что ему понравилось. Я хочу принести домой ещё один свой макет, правда это будет робот-мухоловка. Шарлота улыбнулась. Она знала, что Сэм был готов часами говорить о своих изобретениях - кажется, это был самый верный ключ к его сердцу. - Покажешь мне как-нибудь свои механизмы? - А вам это будет интересно? - Конечно, интересно. Правда, я ничегошеньки в этом не понимаю, так что тебе придётся провести мне целую лекцию. - Ну, если вы хотите… Его щёки покраснели, и весь Сэм стал выглядеть младше и наивнее. Шарлота мягко спросила: - Ты меня стесняешься? Почему? Поймав Сэма с поличным, она не без удовольствия наблюдала за борьбой на его лице. Словно он не решил, стоит ли ей что-то рассказывать или лучше просто замолчать или убежать. - Не то что бы стесняюсь… - Но выглядит это именно так. - Ну, я не уверен… Просто я не привык. - Ко мне? - Нет-нет, не к Вам, точнее… Ну, дело в том, что я не помню маму. А у папы никогда не было девушки или чего-то такого. И Дин тоже никогда не общался с девчонками. Ну, и я… Я просто не очень понимаю, как должен общаться с Вами. На лице Сэма появилось несвойственное ему выражение настоящей муки. И Шарлота наконец поняла. Сэм не боялся её и не стеснялся, просто у него никогда не было примера взрослой омеги, с которой он мог бы чувствовать себя спокойно и уверенно. У этого мальчика не было матери или старшей сестры, в его мире вообще долгое время не существовало никаких женщин - только отец и Дин. Дин, хоть и был омегой, тщательно это скрывал, так что ни о каком положительном примере для Сэма и речи не шло. - Слушай, Сэм, ничего страшного в этом нет. Ты ведь дружишь девочками в школе? - Ну, да. Но Вы же уже не девочка. - Справедливо. Но по сути никаких различий нет. Я не какое-то сверхъестественное существо с другой планеты, у меня нет третьего глаза или второго сердца. Да, я омега, но, поверь, в первую очередь хочу, что бы во мне видели просто человека. Сэм кивнул, словно обрабатывая только что полученную информацию. Спросил: - А если я сделаю что-то не так? - По отношению ко мне? Поверь, ничего страшного не случится. Любые отношения - это большая работа. - Просто… Вы встречаетесь с Лэнсом. Наверное, он сделает Вам предложение. И тогда мы будем жить вместе. Я не понимаю, как это - вместе. Сердце Шарлоты было готово разорваться, но она сдержалась и ответила: - О, Сэм, поверь, я сама слабо представляю, как это. Но мы научимся. Притрёмся друг к другу. - А если я буду с Вами ругаться или злиться? - Значит, будем ругаться, а потом мириться. - Дин говорит, что я зануда. - Он шутит. - Я не хочу вырасти в зануду. Не хочу быть противным. Не хочу доставлять проблем. Но я знаю, что проблемы от меня точно будут. Сэм будто хотел убедить её в том, что он нехороший. Будто хотел отвадить её от себя, закрыться от неё, и Шарлота, даже не будучи психологом, понимала на каком-то глубинном уровне - мальчик просто хочет защититься от возможной боли, которую она может ему принести, при этом отчаянно желая найти в ней ту самую маму, которой у него никогда не было. Она не стала его обнимать, только сказала: - Лэнс как-то сказал мне одну мудрую вещь: «У меня от тебя сплошные приятности». Думаю, я могу сказать также. Пойми, Сэм, я не пытаюсь быть твоей мамой - даже если ты её не знал, Дин наверняка много рассказывал тебе о ней. Ты имеешь право на то, что бы считать своей мамой ту, что тебя родила. Я просто хочу быть рядом. Рядом с Лэнсом и вами. Просто хочу заботиться и любить вас, потому что вы мне дороги. И даже если у нас будут ссоры и неурядицы, я уверена, что мы сможем во всём разобраться. Ты хороший, умный и добрый мальчик. И моё мнение в этом вопросе не поменяется. Шарлоте показалось, что Сэм вздохнул с явным облегчением. Вся его напряжённая фигура вмиг обмякла, стала до боли маленькой и трогательной. Ей захотелось затискать его до полусмерти, но женщина сдержалась и спросила: - Может, ещё какао? Расскажешь мне про твоего робота-мухолова. - А уборка? - А уборка подождёт. Я, на самом деле, ненавижу убираться. Только бы и делала целыми днями, что разводила беспорядок. Сэм улыбнулся краешком губ и ответил: - Тогда я не против какао. - Мудрое решение. Очень мудрое. В этот день они так и не закончили с книгами, но зато между ними стало зарождаться что-то новое и очень тёплое. Прямо как осенний свитер, связанный с любовью.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!