Вернутся к фанфику

Косой переулок

6 марта 2026, 08:07
Это лето проходит совсем не так, как прошлое. Тогда Том был так не уверен во всем — его отношения с Гарри только начинались. Теперь же они вместе обустроили дом. Раз в неделю они ходят за продуктами в деревенский магазин. Гарри учит Тома готовить, и они перенимают рецепты у миссис Поттер и миссис Уизли. Гарри настаивает на том, чтобы платить за все, но Том отказывается позволять ему оплачивать их еду. Он хочет вносить свой вклад в их жизнь. Даже если, технически, Риддл-старший, по сути, финансирует жизнь своего сына с Гарри, пока Том не закончит учебу и не найдет работу. Деньги Гарри, вероятно, поступают из унаследованного состояния Блэков, но они не обсуждают этот вопрос. Что случилось с домом на площади Гриммо? С домовым эльфом Регулуса? Что чувствует оставшийся в живых брат Блэк, зная, что Гарри владеет семейным богатством? Эти вопросы роятся на периферии разума Тома. Они не говорили о Сириусе с той ночи в ванной. Но он так не хочет пока нарушать царящее в коттедже блаженство — почти подобное медовому месяцу. В конце июля приходят результаты ЖАБА Гарри, а также ежегодное письмо Тома и значок, объявляющий его старостой школы. Хотя Риддл-старший известил Тома о предстоящем событии во время каникул, и хотя сам Том и до этого не сомневался, что станет старостой школы, это все равно невероятно волнующее событие. — Я горжусь тобой, — говорит Гарри, целуя его в висок. Том в ответ улыбается. — Твоя очередь. С настороженным вздохом Гарри кивает и берет конверт с результатами экзаменов. Том заглядывает через его плечо, жаждая увидеть его успехи. — Гарри! Три «П», две «В» — это чудесно! Гарри крепко целует Тома в губы, на его лице читается яростная гордость. Затем он берет последнее письмо — конверт с витиеватым почерком и сургучной печатью Хогвартса. Дамблдор. — Я получил должность, — с легким недоверием в голосе говорит Гарри мгновение спустя. Том выхватывает у него письмо, его взгляд скользит по пергаменту, пока он впитывает бессвязные рассуждения Дамблдора. Этот чудаковатый старик тратит целую страницу на ностальгические разглагольствования о том, каким замечательным человеком стал Гарри, прежде чем перейти к самому предложению работы. — Ты получил должность! — радостно повторяет Том, страстно целуя Поттера в губы. — Я так рад за тебя, дорогой. За нас, — он непристойно шевелит бровью. — Мы должны отпраздновать. Глаза Гарри темнеют. — О, да? Тогда иди сюда, — бормочет он. Они проводят остаток утра, занимаясь сексом у стола, на диване, в коридоре, и наконец в своей кровати. После этого Том слушает их тяжелое дыхание и бешено бьющиеся сердца, их ноги переплетены, а кожа влажная от пота. Не существует места, где бы он предпочел быть больше, чем здесь и сейчас, со своей любовью — своей душой.

***

В течение третьего месяца лета они гораздо чаще встречаются с друзьями и семьей Гарри. Первые хотят видеться с Гарри как можно больше, прежде чем начнут свою работу или продолжат образование. Что касается вторых, то по воскресеньям парни через камин отправляются в дом Поттеров и ужинают с ними. Джеймс ведет себя более-менее прилично, и вечера проходят без особых жалоб. Кажется, он смирился с помолвкой Гарри и Тома и возможной работой в школе (о чем Гарри еще не сообщил ему). В последнюю неделю августа они отправляются в Косой переулок. — Я могу пойти один, — уверяет Том Гарри. — Ты что, с ума сошел? Это твоя последняя поездка за принадлежностями для Хогвартса, — Гарри изображает, как вытирает слезу с уголка глаза. — Как я могу это пропустить? Том закатывает глаза, но усмехается. — Ты — засранец. — Засранец, которого ты любишь, — напоминает ему Гарри и притягивает Тома для поцелуя. Час спустя они прибывают в Косой переулок, сияя и ухмыляясь, и идут рука об руку в Гринготтс. Гарри, должно быть, преисполнен нежности, потому что на полпути он обнимает Тома и прижимается к его уху, так что становится почти невозможно идти. — Гарри, — смеется Том, но не отталкивает своего жениха. В Гринготтсе многолюдно, учитывая, что Том — не единственный, кто сегодня в последний момент делает покупки для Хогвартса. К счастью, им не придется задерживаться надолго. После многих лет учебы у Тома есть почти все необходимое. Осталось лишь купить новые учебники и пополнить запасы ингредиентов для зелий. Хотя поход в совятню за лакомствами также не помешает. Поездка на тележке к хранилищу Тома вызывает острые ощущения, когда вокруг них сгущается полумрак. Гарри крепко держит его за руку, в то время как их проводник-гоблин напевает себе под нос — бессмысленная мелодия жутко отскакивает от стен огромных пещер. В его хранилище хранится значительная сумма волшебных денег. Благодаря договоренности между его отцом и Гринготтсом, его магловские деньги ежемесячно конвертируются в волшебные через отдел в его магловском банке, который тайно занимается волшебными делами. Он наполняет свой кошелек четным количеством галлеонов, сиклей и кнатов на предстоящий год и фантазирует, что однажды, когда он станет Министром магии, его хранилище будет еще полнее. Не богатство Малфоев — кресло политика не может сравниться с родовым состоянием, — но все же богатство. Как только они возвращаются на поверхность — к солнцу и облакам, — они направляются в книжный магазин «Флориш и Блоттс». Том зачаровывает свои новые учебники, чтобы они следовали за ним по пути к прилавку. Он хочет задержаться — изучить и сравнить книги здесь с теми, что он обнаружил в «Фолиантах и свитках», — но ему не терпится уйти от стольких людей. Для него нехарактерно откладывать дела на последний момент. Эта подготовка к школе хорошее напоминание о том, почему он воздерживается от подобной привычки. Он уменьшает свои покупки, и жар омывает его лицо, когда они выходят из книжного магазина, как вдруг раздается теплый голос: — Сохатик! Они как один замирают и поднимают взгляд. Сердце Гарри колотится под ребрами Тома, и Том сопротивляется порыву ступить перед ним — как он делал это с Джеймсом. — Я тебя целую вечность не видел! — кричит мужчина — должно быть, это Сириус Блэк. Выше своего брата и более классически красивый, с темными волосами до плеч и излучающий оживленность. Можно было бы даже сказать, что он харизматичен: если не знать то, что известно Тому. Блэк приветственно хлопает Гарри по плечам и крепко сжимает их. Тома охватывает головокружительное чувство ярости, и его тревожит усилие, которое приходиться приложить, чтобы остаться на месте и не оторвать руки этого человека от Гарри. Это ощущение не исчезает, сковывая его чувства, шепча, что им следует уйти, прежде чем Том причинит вред крестному отцу Гарри за преступление фамильярного приветствия своего крестника. Гарри отталкивает руки Сириуса. — Что ты здесь делаешь? В серых глазах мелькает замешательство. — Я здесь с твоим отцом. Мы только что совершили набег в Лютный переулок, и теперь нам больше нечего делать до полудня. — И ты пришел сюда, в книжный магазин? — не без раздражения спрашивает Гарри. Блэк моргает. — Гарри? Что случилось? — Ничего, — отвечает тот несколько неубедительно. — Нам нужно идти. Гарри берет Тома за запястье и проходит мимо Блэка, и Том слишком удивлен, чтобы сопротивляться его хватке. Большая часть Тома наслаждается грубым обращением, да и разве он сам этого не планировал? Утащить Гарри от Блэка? Другая же часть, более темная, нашептывает в глубине его разума ядовитые речи — как это время от времени бывает с тех пор, как он узнал правду о том, что заставило Гарри плакать в объятиях своего бывшего наставника.

***

Шлюха.

— Ты в порядке? Том поднимает взгляд от флаконов с зельями, на которые он смотрел последние неизвестно сколько минут. Тот момент, когда Блэк обхватил Гарри за плечи — когда он говорил с такой теплотой, без бремени определенных воспоминаний… Это мгновение вновь и вновь прокручивается в его разуме, подпитывая ядовитый голос, уроборос разрушения. — Это я должен спросить тебя, — говорит Том. Гарри качает головой. Его губы изгибаются в кривой, мрачной ухмылке, но в глазах мелькает беспокойство. — Что случилось? Ты же знаешь, я чувствую, когда что-то не так.

Ты просто раздвинул ноги и позволил ему обладать тобой. Ты такой доступный.

— Том? У него сжимается горло. Как он объяснит Гарри, что случилось, не выглядя при этом совершенно безумным? И все же, беспокойство его жениха не утихает. Том целует его. — Я волнуюсь за тебя. Не хочу сказать что-то не то и переступить черту. Хотя Гарри фыркает, на его губах наконец появляется настоящая улыбка, пусть и слабая. — Это совсем на тебя не похоже. Том высокомерно вскидывает бровь. — Мы не можем попытаться улучшить свое поведение? — Конечно, можем, — тихо соглашается Поттер. — Но я думаю, ты все же что-то от меня скрываешь. Я тебе доверился. А ты доверишься мне? Гарри его подловил. Том отводит взгляд. Он не может смотреть в глаза своему партнеру — не когда выдавливает из себя слова и делает их реальными. — Я ревную к Сириусу Блэку. Гарри заправляет за ухо Тома выбившуюся прядь. — Почему? — его голос становится еще тише, чем прежде. — Не здесь, — говорит Том, слишком остро осознавая их присутствие посреди лавки зелий. Неподалеку стоит пожилая пара, обсуждающая с владельцем повышение цен на травы. Гарри оглядывается, затем ступает к Тому настолько близко, насколько это прилично на публике, и опускает голову, чтобы прошептать ему на ухо: — Я никогда никого не желал так, как тебя. Если бы ты знал, о чем я фантазирую… как я себя сдерживаю… Жар в голосе Гарри вызывает дрожь в теле Тома. Гарри нежно касается его уха — едва заметное прикосновение, — и ресницы Тома трепещут, глаза закрываются, с каждой секундой его самообладание рушится. — О чем бы ты ни думал, мы можем обсудить это позже, — шепчет Гарри. — Все, что ты захочешь. Если в моих силах дать тебе это — оно твое. Том поворачивает голову, его нос касается носа Гарри — их губы встречаются в целомудренном поцелуе. В глазах Гарри замирает жар, вопрос. Он попал в цель? — Да, — шепчет Том. Его Гарри так хорошо его знает. — Пойдем, — говорит его жених. — Давай найдем то, что тебе нужно, — он переплетает их пальцы и сжимает их. Признание Гарри помогает ревности отступить. Том не уверен, что она когда-нибудь исчезнет полностью. Хотя то, что произошло с Сириусом, было порождено наркотиками, гневом и горем, и ничем более, — Блэк был важной частью жизни Гарри. Они даже подумывали о том, чтобы жить вместе. Не говоря уже о том, что Гарри все еще очень обижен из-за этого. Хотя логически Том это понимает, та его эгоистичная — не такая уж и маленькая, — часть желает, чтобы Блэк для Гарри был мертв. Впервые за несколько месяцев Том всерьез задумывается о том, как еще более неразрывно связать их с Гарри.

***

Когда они заканчивают покупки, уже приближается время обеда. — «Дырявый котел»? — спрашивает Гарри. К сожалению, у всех остальных была та же мысль. Они заходят в паб на границе Косого переулка и обнаруживают, что он битком набит посетителями. Они создают настоящий шум, сопровождаемый клубами звездного дыма, поднимающийся от джентльмена за стойкой. Дым витает по всему залу, его аромат мускусный, но сладкий. Семьи сидят в тесноте, обсуждая школьные покупки, а еще несколько человек расположились по всему залу, погруженные в книги или отдыхающие с друзьями. — Ненавижу приходить в Косой переулок за неделю до 1 сентября, — ворчит один из посетителей мужчине, сидящему рядом с ним за столиком у стены рядом с Томом. Не могу не согласиться, сэр. — Может, пойдем? — бормочет Гарри ему на ухо. — Мы можем отправиться куда-нибудь, где менее… — Гарри! Том! Они оборачиваются и видят машущего им рукой Джеймса Поттера, приподнявшегося на своем месте в дальнем углу. Рядом с ним сидит Блэк — на его лице явно читается беспокойство, и Тома охватывает чувство удовлетворения. Хорошо. Этот отвратительный человек должен волноваться. — Нам не обязательно идти туда, — говорит Том напрягшемуся Гарри. Они имеют полное право уйти, даже если это расстроит двух авроров. Психическое благополучие Гарри гораздо важнее. — Знаю, — бормочет Гарри. Он целует Тома в щеку. — Все в порядке. Если мы этого не сделаем, мне придется выслушать упреки в воскресенье. Я лучше буду делать вид, что ничего не случилось. Никогда еще Том не был настолько не согласен с Гарри, но он снова позволяет потянуть себя вперед. Они пробираются сквозь толпу, где за столиком Джеймса осталось два пустых места. Как им это удалось в такой толпе? Возможно, Блэк сказал Джеймсу, что они с Гарри здесь, и Джеймс придержал для них стулья на случай, если они зайдут? Гарри садится за стол, и Том устраивается рядом с ним. Почти мгновенно появляется официант, готовый принять заказ, тем самым подтверждая теорию Тома. Делает ли это двух мужчин предсказуемыми? Или голодными? После обмена приветствиями воцаряется гробовая тишина, пока не приносят тушеное мясо. Тяжелая еда для столь жаркого дня. Том макает крошечные кусочки хлеба в наваристый бульон, пока за столом разносится тихий гул разговора. — Я слышал, ты стал старостой школы, — говорит Блэк Тому. — Лили очень гордится тобой. Том лишь согласно кивает головой, хотя в глубине души он рад это слышать. Он привязался к матери Гарри. Блэк пытается добиться от него еще нескольких ответов, но Том отказывается вступать в разговор, ограничиваясь лишь кивками или хмыканьем. Он видит, что это явно смущает Сириуса, и его это едва ли волнует. После того, что он сказал Гарри, у Тома нет желания относиться к нему любезно — независимо от того, помнит ли Блэк этот инцидент или нет. — Гарри, — наконец говорит Джеймс, и, протягивая руку через стол, хватает Гарри за предплечье. — Макгонагалл сказала мне, что тебя официально приняли на работу профессором. Признаюсь, я был… удивлен, услышав, что Дамблдор это одобрил. Ты же едва окончил школу. — Ну, папа, спасибо за поддержку, — бормочет Гарри. Джеймс закрывает глаза и склоняет голову. Он отпускает сына, скрещивая руки на груди. — Это не… это прозвучало неправильно. Я волнуюсь за тебя. Вот и все. Дамблдор не совсем в своем уме, не так ли? Он старый. Я просто… я хочу, чтобы ты это обдумал. Глаза Гарри вспыхивают ядовито-зеленым, и Том чувствует, что момент их ухода не за горами. — Вот почему я никогда тебе ничего не рассказываю, — резко говорит Гарри. — Ты всегда слишком остро реагируешь. Ничего не можешь с собой поделать, правда? Знаешь, я был бы очень признателен, если бы ты хоть раз не совал свой нос в мои дела, но, полагаю, просить об этом было бы слишком, верно? — Гарри… — Просто держись подальше от моей жизни, папа! — предупреждает Гарри. Он бросает быстрый взгляд на Тома, тот кивает, и они встают, скрипя стульями по полу. Гарри оставляет на столе деньги за их часть еды. Затем они уходят, игнорируя крик Джеймса, призывающего Гарри вернуться.

***

Коттедж недостаточно велик, чтобы вместить гнев Гарри. Он слишком взвинчен, расхаживает взад-вперед по комнатам, окна дребезжат от безобидных вспышек его магии. Его сердце так колотится от прилива подпитываемого яростью адреналина, что Тому с трудом удается сохранять спокойствие. — Он же не может просто порадоваться за меня, правда? — неоднократно резко восклицает Гарри. К середине дня Том теряет терпение обходить гнев Гарри стороной. Устав от его угрюмого настроения, он опускается на колени перед своим женихом и резко распахивает мантию Гарри, спуская штаны. Член Гарри мягкий, но быстро заполняет рот Тома, когда тот обхватывает его губами и начинает сосать, энергично двигая головой, как только тот полностью возбуждается. — Блядь… Том… Пальцы грубо сжимают его кудри. Гарри шипит, прежде чем притянуть Тома ближе. Он настолько отвлечен, что на то, чтобы довести его до оргазма, уходит почти час, но Том упорствует, принимая вызов и он только рад, что его рот полон члена Поттера. У него ноет челюсть — и эта боль стоит того, если ему удастся довести своего жениха до грани. А затем, наконец, знакомый, любимый вкус спермы Гарри касается его языка, заливает рот, и Гарри над ним стонет, запрокинув голову и покачиваясь на ногах. В конце концов, наступает поздний вечер, и им нужно принять душ и подготовиться к вечеру с Грейнджер, Уизли и несколькими другими гриффиндорцами с курса Гарри. Несомненно, это будет утомительное мероприятие, но Том с удовольствием пойдет на него, если друзья Гарри смогут отвлечь его способами, не связанными с сексом, который до сих пор был единственным, что срабатывало. Поэтому естественно, что они возвращаются домой пьяные и опирающиеся друг на друга. Трезвая Гермиона аппарирует их (почему Том так жесток, что ведет себя с ней и ее рыжеволосым парнем-троллем так неформально?), проверяет, чтобы у каждого был стакан воды, а затем с треском возвращается в последний паб, через который они проползли, чтобы забрать Рона. Том уверен, что утром он снова их возненавидит, но пока они ничего так. Алкоголь делает их гораздо более терпимыми.

***

Дождь барабанит по окну их спальни. Они находятся достаточно далеко от самой деревни, поэтому коттедж погружен во тьму. Они лежат в постели, обнявшись, Том прижался к груди Гарри, уткнувшись ему под подбородок, а пальцы Гарри снова запутались в его кудрях. Антипохмельное зелье, которое они приняли полчаса назад, подействовало мгновенно, но ни один из них почти не говорил, просто наслаждаясь присутствием друг друга, слишком измученные за день. — Иногда я думаю о том, чтобы убить его, — шепчет Гарри, и Том резко моргает, вырываясь из состояния полусна. Сердцебиение его жениха, и в груди Тома, и под ухом, неизменно совершенно расслабляет его. В голове Тома мелькают некоторые записи из дневника Гарри. Страницы об отце Гарри — глубинные фантазии о том, как бы он его убил. Они намного превзошли остальные пункты в том, что Том называет внутренним списком убийств Гарри. Его ненависть к Джеймсу очень сильна. — Я знаю, что стоит поговорить с ним, — говорит Гарри. — Этого хочет мама. Но я не знаю, Том. Я не знаю, что делать. Я не могу с ним говорить, это невозможно. Каждый раз, когда я пытаюсь, я так злюсь, и он тоже. Он меня не понимает. Он не хочет понимать. — Так вычеркни его из своей жизни, — предлагает Том. — Я бы так и сделал. Грудь Гарри дрожит под Томом, когда тот смеется. Том поднимает голову. — Я серьезно, дорогой. Он не будет уважать твои границы, пока ты не покажешь ему, что за их нарушение есть последствия, — он хмурится и добавляет, откидывая челку с глаз Гарри: — Поддерживай связь с матерью. Оставь ее. Гарри целует его. Шепчет: — Мне нужно, чтобы ты понял, что если бы мы были единственными двумя людьми, оставшимися в этом мире, я был бы более чем счастлив. — Я тоже тебя люблю, — говорит Том с легкой ухмылкой, но не может скрыть, как сильно его перехватило дыхание от этого заявления. Вскоре после этого Гарри засыпает, но Том бодрствует, прислушиваясь к дождю и сердцебиению Гарри, и строит планы на будущее. Как только начнется семестр, он будет искать информацию в Запретной секции библиотеки, и если ничего там не найдет, расширит свои поиски. Пришло время всерьез задуматься о том, чтобы провести вместе вечность.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!