Вернутся к фанфику

Часть 2

15 апреля 2025, 14:14
Вместе с уходом дементоров Гарри приготовился провести четвертый курс в одиночестве и скуке. Компанию ему составляли периодические мечты о Темном Лорде, и из-за них он лишь сильнее скучал по нему. К удивлению Гарри, Волдеморт отправил ему друга. Как-то новый профессор Защиты попросил Гарри остаться после урока. Старый седой мужчина был аврором. Ходили слухи о том, как сильно профессор Грюм ненавидел темных волшебников. Они проникали даже в антисоциальный пузырь Гарри. Он был готов уделять этому человеку ровно столько же внимания, сколько и другим своим профессорам, то есть гораздо меньше, чем тем хотелось бы, но передумал в тот момент, когда почувствовал запах его магии. Гарри направился прямиком в переднюю часть класса и сел за парту прямо перед тем местом, где стоял профессор. Гарри с любопытством уставился на Грюма. Профессор смотрел в ответ. Из глубины класса донесся глухой удар тяжелой сумки с книгами о стол, заставивший их отвлечься, и мужчина сердито посмотрел на собравшихся студентов. На его изуродованном шрамами лице появилось привычное хмурое выражение. Гарри провел всю лекцию, подталкивая магию Грюма. Это было исключительно грубое поведение, но Гарри не мог остановиться. Какая занятная противоречивость. Аластор Грюм был известным противником темной магии, а от его ауры исходили маленькие завитки тьмы, похожие на мягкие перышки. Профессор задержал его после урока. — Приходи ко мне в кабинет сегодня вечером в 8, — грубо потребовал мужчина. Гарри был известен тем, что иногда забывал о своих отработках, но это была единственная, на которую Гарри не забыл явиться.

***

— Вы Темный волшебник, — сразу сказал Гарри, легко усаживаясь на неудобный стул перед столом Грюма. Брови старого волшебника почти полностью отсутствовали и были неразличимы на фоне шрамов на его лице, но, тем не менее, он приподнял их. Профессор не стал отрицать заявления Гарри. — Ты можешь это ощущать? — Я могу пробовать магию, — сказал Гарри, — ваша на вкус очень хороша. Муди смерил его долгим взглядом, прежде чем заговорить. — Мой Лорд сказал мне, что ты на такое способен. Гарри, ахнув, выпрямился. — Волдеморт?! — Он передает тебе привет, — на лице профессора появился оскал, который, вероятнее всего, должен был быть улыбкой. Гарри почувствовал слабость. — Я здесь по его приказу. В Хогвартсе будет проходить Турнир Трех Волшебников, и я должен позаботиться о том, чтобы ты участвовал в нем. — Он отправил вас сюда только ради меня? Столько усилий ради старины Гарри? Вся его душа наполнилась счастьем. — Ну, нет, — сказал Барти. Душа Гарри вернулась на землю. — Я здесь, чтобы собрать информацию об иностранных представителях. Школа будет кишеть чиновниками министерств из Великобритании, Франции и стран Балтики. Гарри мужественно удержался от того, чтобы не надуться. — Что ж, я полагаю, с его стороны все равно было мило вспомнить обо мне. Профессор одарил его непроницаемым взглядом. — Мило. Верно. — А что это за история с моим участием в соревнованиях? — Темный Лорд решил оказать услугу в благодарность за твою помощь. От его имени я позабочусь о том, чтобы тебя выбрали Чемпионом. — О, это очень заботливо, правда, я вам очень признателен, но я, пожалуй, откажусь. Мужчина выглядел озадаченным. — Я… не думаю, что так можно? — Прошу прощения? — Темный лорд решил, что ты будешь участвовать в Турнире. Значит, ты будешь участвовать. Гарри вздохнул. — Ну, я на такое не соглашался. Он даже не спросил меня, и, если честно, Турнир звучит выматывающе. Мне придется отложить все мои проекты, а этого никак нельзя допустить! И не только потому, что Турнир забрал бы все его свободное время, но и потому, что он станет центром внимания как один из участников. А проекты Гарри не очень-то законны. Сейчас он пытался перенаправлять магию. Гарри легко удавалось поглощать жизненную силу, но передавать эту энергию из одного источника в другой, используя себя в качестве проводника, было сложнее, чем казалось. Пытаясь, он убил птиц, грызунов и мелких зверьков больше, чем мог сосчитать. На прошлой неделе он пытался высушить одну сову, а ее энергию поместить в другую, и обе они просто взорвались. Было грязновато. Совиная кровь отвратительна на вкус. Гарри рассказал об этом всем Грюму, но тот ни на какие уговоры поддаваться не хотел. — Темный Лорд подразумевает это как поощрение. Как дар. Ты не можешь просто отказаться. — То, что Волдеморт думал обо мне, уже поощрение для меня. Мне большего не надо. Гарри подумал, что даже на Вальбургу произвела бы впечатление такая вежливость. Профессор долго смотрел на мальчика, прежде чем решил сменить тему. — Темный Лорд ожидает, что ты выиграешь. А затем, в качестве награды у вас состоится встреча. Сердце Гарри затрепетало. — Что же вы раньше не сказали! Жду соревнований с нетерпением! — Да, держу пари, так и есть, — фыркнул Грюм. — Скажите, а Волдеморт больше ничего обо мне не говорил? — спросил Гарри со всей непринужденностью, на которую был способен. Скучал ли Волдеморт по Гарри так же сильно, как Гарри по нему? Точно нет. Он очень важный и занятой Темный Лорд. У него есть и другие дела, кроме мыслей о маленьком мальчике Гарри. Но он организовал его участие в Турнире, так что, возможно, если Гарри очень удачлив- Вдруг кожа Грюма покрылась рябью, а магия запульсировала. С глухим стуком деревянная нога упала на пол и — цок — глаз отскочил от стола. Грозный Глаз Грюм на глазах у Гарри превращался в гораздо более молодого мужчину, бледного, с соломенно-светлыми волосами и без единого шрама, хотя всего несколько мгновений назад они были на нем. Гарри вежливо захлопал. Какая захватывающая трансформация. — Вот черт, — сказал мужчина. — Забыл принять зелье. — …Могу ли я спросить? Мужчина лающе засмеялся. — Барти Крауч к вашим услугам. Гарри прищурился. — Так вы не Грозный Глаз Грюм? — Только когда пью это зелье, — сказал Крауч, покачивая фляжку, прежде чем сделать глоток. Мужчина опять зарябил и трансформировался. Он вставил обратно свою деревянную ногу, потер стеклянный глаз о пальто, толкнул его в пустую глазницу и улыбнулся мальчику. — Полагаю, это объясняет темную ауру, — сказал Гарри, хотя это больше ничего не проясняло.

***

Гарри и Барти Крауч–младший — к середине ноября просто Барти — прекрасно ладили. Гарри впервые в жизни почувствовал, что у него действительно появился друг. Барти был веселым и умным. У него было потрясающее чувство юмора, которое Гарри очень любил. Он учил Гарри множеству восхитительных заклинаний и темных ритуалов, а его магия была очень, очень приятной. Кроме того, тот рассказал ему больше о Волдеморте и лишь слегка поддразнивал за чрезмерную увлеченность. Именно за это он и нравился Гарри. В день третьего задания Барти помог отутюжить его самую красивую дуэльную мантию, так как Гарри действительно был не очень силен в бытовых чарах, и заплести длинные волосы. Пару лет назад Гарри понял, что волосы — это буквально омертвевшие клетки, и с тех пор носил их длинными, наслаждаясь мыслью о том, что смерть касается его шеи, плеч и рук. — Я хорошо выгляжу? — спросил Гарри, нервно разглядывая себя в зеркале. С бледной кожей, яркими глазами и опрятной мантией он выглядел на свой возраст, о чем Гарри сильно жалел. Он не знал, сколько лет Волдеморту, но тот должен быть стар. Возможно, ему сотни лет. Конечно, не меньше пятидесяти, так как в семидесятые Темный Лорд уже был силен. Он, вероятно, счел бы Гарри намного привлекательнее с морщинами и седыми волосами, и Поттер на мгновение задумался о том, чтобы использовать заклинание старения, но быстро отмел эту мысль. Он, без сомнений, облажается. Возможно, Гарри мог бы использовать Дар, чтобы истощить себя до полусмерти? Он никогда раньше не пытался лишить себя жизненной силы, и эта идея открыла перед ним интригующие возможности. — Не думаю, что Темного Лорда заботит то, как ты выглядишь, — ответил Барти. Крауч хотел, чтобы это звучало обнадеживающе, но Гарри, наоборот только расстроился. Он так хотел, чтобы Волдеморту было до него дело. Гарри вздохнул и старался не позволить мыслям отвлекать его, когда шагнул в лабиринт. Он быстро продвигался по нему, накладывая заклинания на существ и препятствия и используя свой Дар, чтобы сносить живые изгороди всякий раз, как попадал в тупик. Волдеморт ожидал, что он победит, и Гарри не собирался его подводить. Гарри без особых проблем добрался до центра лабиринта, довольный тем, что оказался там первым. Он без колебаний схватил чашу, но тут же почувствовал, как что-то резко дернулось у него за спиной. Его внезапно закрутило и он приземлился на темном кладбище. Оно было прекрасным, насквозь пропитанным Смертью и разложением. Еще прекраснее было увидеть высокого бледного мужчину, стоявшего в центре круга последователей в плащах и капюшонах. Это был не кто иной, как Лорд Волдеморт, облаченный в великолепную черную мантию и окруженный аурой тьмы и смерти. Гарри словно в трансе двинулся к Волдеморту, тяжело дыша. Украденная душа в груди дернулась, словно пыталась вырваться, и Гарри, наконец, понял почему. Магия Смерти, которую он поглотил из дневника, идеально подходила Темному Лорду. Все это время в нем была частичка Волдеморта, а он и не подозревал об этом! Гарри был настолько рад, что почувствовал слабость. — Гарри Поттер-Блэк, — сказал Волдеморт высоким, холодным и красивым голосом. Его последователи расступились, пропуская мальчика в круг. Тот ничего не замечал, так как был сосредоточен только на мужчине. — Лорд Волдеморт, — мечтательно произнес Гарри. — У меня есть подарок для вас. Мальчик подходил все ближе и ближе, шаги были такими легкими, что казалось он парит, с неземной бледной кожей и горящими глазами. Пожиратели были в восторге от вида молодого некроманта, приближающегося к их Лорду. Волдеморт ничего не ответил, безмятежное выражение его лица сменилось интересом, по мере того как Гарри подходил все ближе и ближе. Когда мальчик был всего в футе от него, гораздо ближе, чем кто–либо осмеливался подойти к Волдеморту за многие годы, Лорд попытался оттолкнуть его, возможно, даже наказать за своевольность, но затем Волдеморт почувствовал это. Его магия — его душа? — пыталась покинуть Гарри и вернуться к хозяину. Мужчина замер. Что происходит? Сам Гарри был как в бреду, полностью очарованный магией, движущейся внутри него, и аурой Темного Лорда. Он должен был подойти ближе. Должен был слиться с ним и позволить душе внутри него идти туда, куда она хотела. Гарри поцеловал бы Темного лорда, позволил бы душе перетечь из груди через губы, достигая своего хозяина. Это был бы его первый поцелуй. Гарри никогда не смел думать о поцелуе с Волдемортом, но сейчас, когда эта мысль все же пробралась в его сознание, он почувствовал предвкушение. Гарри был готов. Он вернет душу Темного Лорда, позволит ему сбить себя с ног, почувствует, как губы Темного Лорда овладевают его собственными… Он бесстрашно шагнул к Волдеморту, подчиняясь магии, которая была старше, чем кто-либо из них, и встал на цыпочки, прижавшись своими пухлыми розовыми губами к тонким бледным Волдеморта. Они стояли, застыв на долгое мгновение, пока душа Волдеморта перетекала из Гарри в мужчину. Вдруг Волдеморт отшатнулся, прижимая руку к груди и тяжело дыша. Гарри опустил ноги на землю. И это было все? Его захлестнула волна сокрушительного разочарования, такого сильного, что он мог задохнуться. Волдеморт даже не поцеловал его в ответ. Все поцелуи были такими? Это было ужасно. Неужели Лорд не хотел его целовать? Гарри был так поглощен своими страданиями, что даже не обратил внимания на то, как Волдеморт выпрямился, глядя на свои руки так, словно они были чужими. Пожиратели смерти вокруг начали перешептываться. — Ты… — начал Волдеморт, и его голос заставил Гарри снова сосредоточиться на нем. Теперь он выглядел по-другому. Несколько минут назад Лорд был нечеловечески бледен, как скелет. Теперь он был просто мертвецки бледен, и, хотя его черты напоминали змеиные, он более или менее походил на человека. Во всяком случае, у Волдеморта снова были брови и волосы, хотя нос с узкими ноздрями был слишком плоским, а некоторые участки бледной кожи напоминали чешуйки. В нем все еще было что–то потустороннее, может быть, из-за красных глаз? Из-за ауры смерти? Но он выглядел почти как человек. Мужчина, похожий на змею. Очень красивый мужчина, похожий на змею. Разглядывая Лорда, Гарри покраснел. За спиной мальчика раздался женский крик. — Милорд, с вами все в порядке? Что этот щенок с вами сделал? — Молчать! — приказал Волдеморт. Шепот зрителей прекратился, но к нему присоединился новый голос. Большая змея подползла к Волдеморту и обвилась вокруг его ног. — Что случилось? — спросила она. — Мальчик вернул мне мою Душу, — ответил Волдеморт, не отрывая взгляда от Гарри. Гарри покраснел и опустил глаза. — О, на самом деле, это было не так уж и сложно. Волдеморт напрягся и наклонился к Гарри. — Ты говоришь на парселтанге? — спросил он настойчиво. — Эм… нет? — Тогда как ты понимаешь то, что говорит Нагайна? — потребовал ответа Волдеморт. — Боюсь, я не понимаю, о чем идет речь, — смущенно сказал Гарри. Называется попытался произвести хорошее впечатление. Волдеморт едва взглянул на нарядную мантию и даже не поцеловал в ответ, а теперь Гарри выставляет себя идиотом! — Ждите нашего возвращения, — сказал Волдеморт своим последователям, прежде чем схватить мальчика за плечо и перенести их в тускло освещенный кабинет. Гарри знал об аппарировании, но никогда раньше с ним не сталкивался. И ему оно определенно не понравилось. Волдеморт резко отпустил его руку, и мальчик пошатнулся, но смог удержаться и дотянуться до плюшевого кресла, чтобы рухнуть в него. Лорд стоял там же, где они приземлились, не сводя с Гарри пристального взгляда. Он был таким высоким. И красивым. Мальчик пожалел, что не сел рядом с ним. — А ты полон сюрпризов, Гарри Поттер-Блэк. Гарри вежливо возразил, перекидывая прядь через плечо, что, как он надеялся, выглядело привлекательно. — Сначала расскажи мне, как у тебя оказалась часть моей души. — Какая именно? Волдеморт казался слишком сдержанным, чтобы отшатнуться в удивлении, но его узкие ноздри раздулись, а глаза расширились, и Гарри понял, что тот потрясен. Он попытался объяснить все так быстро, насколько мог, начав с дневника и закончив тем, как обнаружил маленькую частичку души, которую носил в себе. Именно ту, которую он сохранил, несмотря на то, что вернул Волдеморту душу из дневника. Другая частичка была вплетена в душу Гарри, и, хотя мальчик был уверен, что сможет отделить ее, приложив немного усилий, он отчаянно не хотел этого делать и надеялся, что Волдеморт не попросит. По мере рассказа Лорд становился отдаленнее, обдумывая все. В какой-то момент он грациозно опустился на кресло рядом с Гарри. Мальчик старался не думать о близости. Он бесстыдно разглядывал Лорда, готовый смотреть на него весь вечер. Сидя настолько близко, Гарри мог видеть магию Волдеморта. Пульсирующая и переливающаяся, та дразняще тянулась к нему. Это казалось настолько гипнотизирующим, что Гарри оцепенел. Волдеморт был действительно красив. Его волосы выглядели такими мягкими, а глаза такими красными. Гарри хотелось коснуться острых скул и укусить острую челюсть. Лорд выглядел так, что никакие слова не смогли бы его описать. Он был как могущественное существо, покинувшее зловещую долину. Гарри ненароком выпустил мечтательный вздох, и звук привлек Волдеморта. Лорд перенаправил свой немигающий взгляд на мальчика, и тот выпрямился в кресле, стараясь выглядеть не так похотливо. — Ты перенес один из моих крестражей и стал другим. Ничего из этого не должно быть возможным. Гарри нравилась манера Волдеморта говорить. Он придавал такой вес словам и казался властным, пленительным и могущественным. — Что такое крестраж? — вежливо поинтересовался мальчик, хотя ему очень хотелось задать другой вопрос: «Можно вас лизнуть?» Лорд начал объяснять, и Гарри выпустил еще один мечтательный вздох. Магия душ. Какая прелесть. — Вероятнее всего, именно наличие моей души в тебе дает возможность говорить на парселтанге, — увидев непонимающий взгляд Гарри, он уточнил. — Языке змей. — Боюсь, я не знаю этого языка, — сказал Гарри, смущенный тем, что приходилось говорить о том, что ему что-то неизвестно. — Я знаю только английский. — Уверяю тебя, это не так, — произнес Волдеморт, его красивые губы растянулись в усмешке. — Ты говоришь на парселтанге прямо сейчас. «Конечно, нет», подумал Гарри, пытаясь убедить свой мозг сосредоточится на чем-то еще помимо длинной и бледной шеи Волдеморта и… о, это что, чешуя на его сонной артерии? Мальчику стало интересно, как она будет ощущаться, если прижаться языком к этому маленькому пятнышку и… — Волдеморт вдруг засмеялся. Его смех был такой приятный, и холодный, и резкий, и идеальный. — Ты, должно быть, подарок от самой Морганы, — сказал он, глаза заблестели одобрением, пока Лорд оглядывал Гарри. Мальчик с трудом удержался от того, чтобы не сделать что-нибудь глупое, например, броситься на землю и прижаться к ноге Волдеморта. — Вставай, сегодня ночью я собираюсь представить тебя Пожирателям. Надеюсь, у тебя больше нет никаких сюрпризов? — Нет, — сказал Гарри, затаив дыхание. То, как Лорд сказал «сюрпризы», будто Гарри по-настоящему удивил его, было достаточно, чтобы у мальчика закружилась голова. Он был почти уверен, что сказал правду о том, что у него не осталось никаких сюрпризов, но, может быть, кое-что все еще было. Гарри не был уверен, что сможет удержаться от того, чтобы не броситься в руки Волдеморта и не попытаться поцеловать того снова. Это, несомненно, стало бы сюрпризом, и, судя по вялой реакции Волдеморта на их первый поцелуй, нежеланным. Эта мысль заставила Гарри взять себя в руки. Темный Лорд аппарировал их обратно на кладбище, где Пожиратели терпеливо ждали. Гарри сосредоточенно слушал, как Волдеморт представлял его. — В течение двух лет вы задавались вопросом, как я обрел эту телесную форму. В результате симметричного действия, дарованного Матушкой Магией в качестве благословения, Гарри Поттер-Блэк был тем, кто помог мне воскреснуть. Это было противоположное и не менее мощное действие, уравновешивающее его предыдущее разрушение моего тела. Несколько Пожирателей смерти ахнули от удивления, а Волдеморт продолжил свою многословную речь о будущем, которое он построит и как с Гарри — предпологаемым лидером Света, но на деле погрязшим во тьме мальчиком — на их стороне он возвысит магию до ранее неизведанных высот. — Естественно, твоим приоритетом на следующие три года будет образование, — сказал Волдеморт, обращаясь непосредственно к Гарри. Гарри поймал себя на том, что кивает в знак согласия, хотя учеба его совершенно не заботила. Вдруг Лорд посмотрел прямо в глаза мальчика из-за чего его тело задрожало. — Опираясь на наследие Мальчика-который-выжил, ты проделал хорошую работу, выиграв Турнир. К тому времени, как ты выпустишься, у тебя будет та известность, которую ты достиг сам. Когда станешь совершеннолетним, я буду рад обсудить твое присоединение к нашему делу. — Хорошо, — выдохнул Гарри. Он очень хотел присоединиться к Волдемо — к их делу, — и, если бы Лорд спросил, он бы объявил о своем согласии прямо сейчас. Гарри понимал, что одурманенно смотрел на мужчину, но не мог контролировать выражение лица. Жесткая линия рта Волдеморта смягчилась. Гарри решил истолковать это как улыбку. — Возвращайся в Хогвартс. Портключ доставит тебя к воротам замка. Скажешь, что тебя перенесло на окраину Хогсмида и что ты потратил час на то, чтобы вернуться в Хогвартс пешком. Ты проделал отличную работу, Гарри. На лице Поттера сейчас определенно было что-то глупое, но никто не мог винить его за это. Волдеморт произнес его имя! Сказал, что он проделал отличную работу. Не просто хорошую, а отличную. — Хорошо, — повторил мальчик. Призвав чашу, он помахал рукой и глупо сказал: — Пока. И портключ со свистом унес его прочь.

***

Гарри провел большую часть лета в оцепенении. Кричер, чувствуя, что Гарри подавлен, нянчился с ним больше, чем когда-либо. Даже портрет Вальбурги, обычно требовательной наставницы, обучающей этикету, хотел того Гарри или нет, снисходительно относился к нему, что было верным признаком того, что мальчик выглядел так же жалко, как и чувствовал себя. Он скучал по частичке души, которую вернул Волдеморту. Гарри было одиноко без нее, и чувство изоляции усугублялось незнанием того, когда он увидит Волдеморта в следующий раз. Придется ли дожидаться окончания школы? Он не знал, сможет ли ждать целых три года теперь, когда узнал каков Волдеморт, когда полон сил. Теперь, когда узнал, как он выглядит, пахнет и как звучит его голос. Гарри и Крауч регулярно обменивались письмами, болтая обо всем, и Барти иногда заходил на чай. Гарри сидел в гостиной на площади Гриммо, перечитывая последнее послание Барти и скучая по Темному Лорду, когда его осенила блестящая идея. Даже если он не сможет увидеть Волдеморта в ближайшее время, он мог написать ему. В конце концов, было бы просто вежливо поблагодарить Лорда за то, что он позволил Гарри принять участие на недавнем собрании. После того, как мальчик побывал на кладбище, ему пару раз снился Волдеморт, и, хотя Гарри был рад получить подтверждение того, что с этим человеком все в порядке, он беспокоился, что Лорд совсем забудет о нем. Гарри потратил несколько дней, составляя идеальное письмо. ______________________________________ Дорогой Лорд Волдеморт, Спасибо вам за предоставленную возможность участвовать в недавнем собрании. Было очень мило с вашей стороны рассказать вашим последователям о том скромном вкладе, который я внес в ваше возрождение. Я также ценю возможность участия в Турнире Трех Волшебников и особенно благодарен за знакомство с Барти, так как теперь он стал для меня очень хорошим другом и проделал отличную работу, выполняя ваш приказ. Во сне на прошлой неделе я видел, как вы добрались до нескольких кланов вампиров в Европе и надеюсь, что переговоры о сотрудничестве идут успешно. Искренне, Гарри Поттер-Блэк ______________________________________ Этот восьмой черновик, был самым лучшим из всех. Гарри думал, что звучит очень по-взрослому, а не как влюбленный подросток. Он решил не извиняться за поцелуй — если Волдеморт собирался проигнорировать этот момент, то и Гарри будет делать то же самое. Единственное, о чем он действительно жалел, так это о том, что Волдеморт не поцеловал его в ответ! Он закончил тем, что похвалил Барти. Гарри был не так смел, чтобы задавать вопросы, поскольку это бы подразумевало написание ответа, а мальчик никогда бы не осмелился командовать Темным Лордом. Но он все еще надеялся, что завуалированный вопрос о вампирах получит ответ. Прежде чем отправить письмо Волдеморту, Гарри нашел в саду самую красивую розу и иссушил ее. Он залился краской от собственной дерзости, но прикрепил засохший цветок к ноге совы и очень надеялся, что Волдеморту это понравится. Гарри провел несколько дней в напряжении, ожидая ответа, безуспешно пытаясь подавить предвкушение. Прошла неделя, и мальчик потерял уже всякую надежду, когда прилетела незнакомая сова с небольшим свертком. Животное пронзительно ухало, пока Гарри торопливо освобождал его от ноши. Там было письмо и тонкая книга. Гарри был так взволнован, читая письмо, что у него тряслись руки, но всякий бы смог его понять — ему написал Волдеморт! ______________________________________ Гарри Поттер-Блэк, Лорд Волдеморт щедр к тем, кто хорошо ему служит, а ты оказал мне огромную услугу, помогая в похищении Камня. При нашей первой встрече я пообещал тебе даровать столько смерти, сколько пожелаешь. Обещание не забыто и будет выполнено в свое время. Переговоры с вампирами идут очень хорошо, но я должен спросить: ты сказал, что видел переговоры во сне. Ты также обладаешь Даром Предвидения, Дитя Смерти? Искренне, Лорд Волдеморт ______________________________________ Гарри мечтательно вздохнул, поднес письмо к лицу и глубоко вдохнул. Он едва уловимо ощутил исходящую от Волдеморта ауру Смерти. Это было так прекрасно, что Гарри случайно потерял контроль над собой, и диван под ним сморщился и обтрепался, шелковые нити состарились за несколько мгновений. Мальчик не обратил внимания на разрушения — Кричер починит его позже, или они купят новый. Гарри перевел взгляд на книгу. Увидев тонкий томик о магии души, он взволнованно пролистал его. Книга была старой и, должно быть, очень редкой, учитывая, насколько незаконным было ее содержание. Он легкомысленно рассмеялся. Волдеморт отправил ему подарок! Было ли это в обмен на розу, которую прислал Гарри? Мальчик едва ли смел на это надеяться.

***

Гарри прочел книгу взахлеб за один вечер и дважды перечитал ее, пока писал ответ. Теперь, когда он знал, что Волдеморт готов переписываться, Гарри должен был убедиться, что его письма идеальны, и Лорд ответит еще раз. В письме Гарри объяснил, что он не провидец, но иногда у него случаются видения о Волдеморте, когда он находится во сне, и предположил, что это было результатом магической связи, образовавшейся из-за шрама Гарри (он не осмелился написать слово «крестраж» в чем-то столь небезопасном как письмо). Затем мальчик поблагодарил за книгу и высказал несколько своих мыслей по поводу ее содержания, даже осмелившись спросить мнение Волдеморта по теоретическому вопросу. Гарри иссушил еще один цветок и отправил его вместе со своим письмом. Затаив дыхание, он ждал ответа. Ждал. И ждал. Шли недели, и приближался конец лета, а Гарри впадал в уныние. Было так глупо ожидать, что Темному лорду будет интересно переписываться с простым мальчишкой. Он поделился с Барти своим разочарованием, и тот заверил его, что Лорд сейчас действительно очень занят и Гарри не стоит принимать это на свой счет. Барти был очень мил, говоря с ним насчет этого, что в обычное время представлялось невозможным. Чтобы отвлечься, Гарри принялся копаться в недрах площади Гриммо в поисках новых сокровищ. Конечно, ради собственного любопытства, а не в надежде, что у него найдется интересный подарок для отправки Темному Лорду, если тот соблаговолит ответить на последнее письмо, поскольку цветы явно больше не были подходящим вариантом. Это было его второе лето, проведенное на площади Гриммо, и там все еще были целые комнаты, в которые он никогда не заходил. Гарри нашел много хлама, от которого велел Кричеру избавиться, и несколько предметов, достаточно интересных, чтобы побудить продолжать поиски. Настойчивость Гарри была вознаграждена сверх его самых смелых ожиданий в тот день, когда он разобрался с кучей в неиспользуемой гостиной и нашел еще один крестраж Волдеморта. Как только он открыл стеклянные дверцы шкафа, частичка души воззвала к нему. Гарри тяжело дышал, его неудержимо тянуло к крестражу. Это был громоздкий и старинный медальон, который казался невероятно красивым из-за вкуса Смерти, исходившего от него. Гарри поднес медальон к лицу, потерся о него гладкой щекой и глубоко задышал, приоткрыв рот, стараясь приблизиться к темной магии как можно ближе. Гарри потерялся в этом ощущении на несколько пьянящих минут, а когда его разум немного прояснился, он осознал, что лежит на спине, медальон прижат к чувствительной коже шеи, а наполовину твердый член оттягивает его мантию. Как неловко. Он надел цепочку на шею и попытался собраться с мыслями. Как и почему часть души Волдеморта оказалась вместе с глупыми безделушками в доме Блэков? Конечно, если бы Волдеморт доверил частичку души покойным Блэкам, они бы поместили ее в хорошо охраняемое место. Означало ли это, что они получили медальон, не зная, чем он является? Был только один способ выяснить. Гарри написал еще одно письмо Темному Лорду. ______________________________________ Дорогой Лорд Волдеморт, Прошу прощения за беспокойство, но, похоже, я наткнулся на еще одну вашу вещь, такого же типа, который я вернул во время последней встречи. Это медальон, украшенный фамильными знаками рода Слизерин. Я нашел его незащищенным в моем доме, поместье Блэков в Лондоне. Если ценность должна находиться здесь, пожалуйста, сообщите, и я обеспечу ей надлежащую защиту. При другом раскладе, пожалуйста, дайте знать, как я могу безопасно вернуть ее вам. Искренне, Гарри Поттер-Блэк ______________________________________ Гарри долго колебался, стоит ли добавлять цветок, но в конце концов решил этого не делать. Он сложил письмо и написал на обратной стороне «СРОЧНО», надеясь, что Волдеморт не будет раздражен тем, что Гарри написал ему второе письмо, хотя он даже не ответил на последнее, и не откажется его читать. Теперь, когда Гарри исполнилось пятнадцать и он стал опытнее в том, что касается удовольствий, он отправился в постель, решив провести с медальоном как можно больше времени, так как был совершенно уверен, что Волдеморт немедленно захочет его вернуть. Гарри сбросил мантию, легкую шелковую вещь темно-синего цвета, позволив ткани растечься по полу, и направился к кровати легкими шагами, исполненными нетерпеливого предвкушения. Медальон тепло пульсировал у него на груди. К тому времени, как он устроился на подушках, его член почти полностью затвердел. Левой рукой он сжал медальон и поднес его к губам. Другой рукой он провел вниз по груди, чтобы обхватить член, поглаживая и поддразнивая кончик, уделяя основное внимание ощущению крестража Волдеморта на своей коже. Гарри лениво набрал полный кулак смазки — как и многие подростки, он поднаторел в этом заклинании и ввиду своей магической силы больше не нуждался для него в волшебной палочке — и намазал ею член. Гарри был вне себя от удовольствия. Он трогал и дразнил себя, облизывал медальон и покрывал его поцелуями, приоткрыв рот. Он извивался на кровати, его магия мерцала и тянулась к Волдеморту, все тело наполнилось удовольствием. Он хотел большего, больше этого пьянящего ощущения, больше магии Волдеморта, больше удовольствия. Гарри не просто хотел попробовать ее на вкус, он хотел поглотить это целиком и быть поглощенным в ответ. Он хотел сделать то, что делал раньше, принять душу внутрь себя, только… только не так, потому что, как только она осядет внутри, удовольствие уменьшится. Но он хотел, о, как он хотел. Его лихорадило, бледная кожа порозовела, пот покрыл стройную фигуру. Если Гарри не мог поглотить душу, как в прошлый раз, возможно, он мог бы принять ее внутрь себя другим способом. Он открыл рот, проталкивая медальон внутрь, но тот был слишком велик. Он не мог раскрыть челюсть как следует и жалобно застонал от лишения этой близости. Но ведь был и другой способ, которым он мог бы взять медальон в себя, не так ли? Рука на его члене замерла, прежде чем опуститься ниже, ощупывая девственную дырочку. Он еще никогда… но он мог, не так ли? Люди постоянно делают такие вещи, по крайней мере, Гарри так слышал. Он наколдовал еще смазки и ввел один палец, с которого капала жидкость, в себя. Это было… странное ощущение. Наполненность. Гарри надавил сильнее и, когда ничего не изменилось, добавил еще один палец, задыхаясь от боли при растяжении. Он снова поднес медальон к своему открытому рту, успокаивая исследующие пальцы и вдыхая магию, пока у него снова не закружилась голова. Внезапно Гарри почувствовал, как, на самом деле, приятно это растяжение. Он начал двигать пальцами, сначала легкими надавливаниями, а затем более плавными толчками, и не успел опомниться, как тяжело дышал и извивался. Он хотел, чтобы медальон был внутри него. Но Гарри не мог этого сделать, не так ли? Одной мысли о том, чтобы засунуть медальон в свою девственную задницу, было достаточно, чтобы он сжался вокруг пальцев, а член дернулся. Фантазии об этом, гладком металле, растягивающем его, и ощущении магии Волдеморта глубоко внутри было достаточно, чтобы Гарри приподнялся на кровати, расставив ноги, а сперма хлынула ему на грудь. Гарри лежал несколько долгих минут, тяжело дыша, пока его запястье не начало болеть из-за неудобного положения. Он осторожно разжал пальцы и попытался унять головокружение. Гарри был слишком измотан удовольствием, чтобы по-настоящему огорчиться, но в глубине души был благодарен, что все так обернулось. Мальчик представил, как возвращал бы крестраж Волдеморту, зная, где тот побывал. Эта мысль была настолько невероятной, что он даже не мог предположить, как отреагировал бы Волдеморт. Вероятно, тот был бы в ярости и, определенно, в отвращении. Возможно, он даже захотел бы забрать крестраж, который был в Гарри с детства. Мальчик не мог поверить, что настолько потерял контроль над собой, и поклялся больше не относиться к душе Волдеморта как к сексуальному объекту. Он будет вести себя прилично и будет снимать медальон перед мастурбацией, как подобает настоящему, уважающему себя волшебнику.

***

Гарри сдерживал обещание целых два часа. Могло быть и хуже, но он старался не запихивать в себя ничего из медальона, в том числе и в рот. Несомненно, это был прогресс. Где-то между третьим и четвертым оргазмом Гарри осознал, что парит в нескольких дюймах от кровати. Он терся о медальон, а его бедный член уже стал раздраженным от трения о богато украшенную накладку медальона. Погруженный в фантазии о том, как он ласкает бедро Волдеморта, в то время как красные глаза Темного лорда устремлены на него, а его руки находятся в волосах Гарри, как он называет его умницей, Гарри вдруг заметил, что на особенно сильном толчке его бедра отклонились назад достаточно далеко, чтобы задеть постельное белье. Прикосновение мягкой ткани к разгоряченной коже потрясло его. Раньше он не осознавал, что парит в воздухе и что каждый дюйм его тела потерял связь с кроватью. Гарри на мгновение замер, крепко сжимая медальон и свой член, и подумал: «Ха, это что-то новенькое. Интересно, впечатлило бы это Волдеморта?» Это вызвало новый виток фантазий, которые не давали Гарри покоя до самого ужина. Он перестал парить в воздухе после того, как кончил — в четвертый раз — и больше не думал об этом.

***

В ту ночь Гарри наслаждался чашечкой травяного чая, развалившись на диване в своей любимой гостиной. У него слегка побаливали чувствительные места после того, как он энергично дрочил большую часть дня и вечера. Он наслаждался теплом потрескивающего камина, согревавшего голые ноги, и лениво поигрывал тушкой докси, а медальон, тяжелый и теплый, лежал у него на груди. Вдруг в комнате с громким хлопком появился Кричер. — Молодой хозяин приказал Кричеру доставлять ему все письма, как только те прибудут, даже если время, когда волшебники могут писать, уже прошло, — сказал тот, протягивая Гарри толстый конверт медленным движением с явным неодобрением. Мальчик выхватил пергамент из рук Кричера и разорвал его, стараясь не задеть лежащее в конверте гусиное перо, предполагая, что это портключ. Он нетерпеливо пробежал глазами по письму, которое было очень коротким. Немедленно принеси мне медальон. И Гарри, не задумываясь о приличиях, поспешил сделать, как ему было сказано. Он вытащил перо из конверта и его перенесло к Волдеморту. Так как Гарри сидел, когда активировал портключ, он плюхнулся на задницу, сильно ударившись. Потребовалось некоторое время, чтобы дезориентация прошла, и к тому времени, когда комната перестала вращаться, Волдеморт уже возвышался над ним, выглядя выше, чем когда-либо, с того места, где Гарри сидел на полу. — Гарри Поттер-Блэк, — сказал Темный лорд. Магия Волдеморта была теплым, пульсирующим противовесом прохладе комнаты. Волосы на ногах Гарри встали дыбом от удовольствия от контрастных ощущений, и именно тогда он осознал, что на нем нет ничего, кроме короткой шелковой ночной рубашки, которую он позаимствовал из сундука со старой одеждой на чердаке. Возможно, когда-то это была женская одежда, но Гарри было все равно. Ему нравилось чувствовать эту ткань на своей коже. Рукава были длинными и пышными, а глубокий вырез доходил до середины груди. Самым скандальным, пожалуй, был короткий подол, ставший еще короче из-за того, что Гарри растянулся на полу. Его нежные бедра были выставлены на показ, и, если бы мальчик приподнялся еще немного, Волдеморту открылся бы прекрасный вид на другие, более скандальные места. Гарри покраснел и вскочил на ноги. — Лорд Волдеморт! — поспешил сказать он, тупо стоя перед Темным Лордом какое-то мгновение, прежде чем понял, чего тот ждет. Гарри снял с шеи медальон и с некоторой неохотой передал его Волдеморту. Тот быстро схватил цепочку, снова и снова вертя крестраж в руках и изучая его. Гарри молча наблюдал. — Говоришь он был в лондонском поместье Блэков? — спросил Лорд спустя несколько долгих минут. — Да, и даже не был чем-то защищен. Вот я и подумал, что он, наверное, не должен был быть там? — осмелился спросить мальчик. — Нет, — сказал Волдеморт, сжимая медальон в кулаке и отрывая от него взгляд, чтобы посмотреть на Гарри. — Ты правильно поступил, вернув его мне, хотя то, что ты вообще смог его там найти, не говорит ни о чем хорошем. Похоже, мои крестражи не в такой безопасности, как я думал. Гарри не был уверен, что на это ответить, но про себя согласился. То, что он уже наткнулся на двух — трех, если считать себя — даже не прикладывая особых усилий, казалось дурным знаком. — Вы поглотите его или снова спрячете? — Я еще не решил, впрочем, поглотить его будет очень трудно, — Волдеморт сделал паузу, и его пристальный взгляд переместился на Гарри, и, казалось, стал еще более пристальным. — Хотя ты справился с этим без особого труда. — Я был бы рад помочь вернуть его вам, если это то, чего вы желаете, — сказал Гарри. И ох, конечно, он был бы рад, потому что в таком случае ему нужно будет впустить частичку в себя и потом поцеловать Лорда, чтобы переместить ее! Гарри был благодарен тому, что его член был уже слишком истощен, чтобы возбудиться, иначе он бы поставил себя в неловкую ситуацию перед Волдемортом. Не то чтобы Лорд заметил это. Он даже не взглянул на неприлично обнаженную грудь или ноги Гарри! Отсутствие сексуального интереса было достаточно, чтобы заставить Гарри хотеть рыдать, но, по крайней мере, Темный лорд понимал, насколько полезным он может быть в другом направлении, с его Даром. — Спасибо, Дитя, — сказал Волдеморт, отворачиваясь от Гарри и направляясь к своему столу. Мальчик впервые обратил внимание на комнату, в которой они находились. Это был большой кабинет, богато отделанный темным деревом, с замысловатыми панелями на стенах, не заставленных книгами. — Похоже, ты уже собирался ложиться спать, а я и так задержал тебя допоздна. Он судил ночную одежду Гарри? Как унизительно. — Да, ну, тогда я просто отправлюсь домой по каминной сети? Волдеморт вынул палочку и проделал что-то сложное с рунами, предположительно, настраивая защиту, чтобы Гарри мог уйти. Он провел мальчика через всю комнату к полыхающему камину, взял с каминной полки богато украшенный горшочек с магическим порошком и передал его Гарри. Как раз в тот момент, когда Поттер собирался схватить горсть, Лорд заговорил: — В конце месяца будет собрание для всех Пожирателей смерти. Ты бы хотел присутствовать? У Гарри перехватило дыхание. — Да, больше всего на свете Волдеморт кивнул. — Я поручу Барти сопровождать тебя. Тебе нужно будет замаскировать свое лицо, так как еще некоторое время твоя лояльность будет храниться в секрете от всех, кроме самых преданных мне людей. — Хорошо, — сказал Гарри, не утруждая себя сдерживанием сияющей улыбки. Он в последний раз глубоко вдохнул, наслаждаясь восхитительным вкусом магии Волдеморта. Прежде чем шагнуть в огонь, Гарри неловко попрощался, и пламя перенесло его на площадь Гриммо. Как бы сильно он ни скучал по медальону, теперь у него было еще кое-что, чего он ждал с нетерпением. Его пригласили на собрание! Он сможет увидеть Волдеморта еще раз до конца года! Кричер засуетился, обеспокоенный внезапным исчезновением Гарри. — Хозяину не следует выходить из дома в столь поздний час, особенно в такой одежде. Это в высшей степени неприлично. Хозяйке было бы стыдно узнать, что ее наследник разгуливает где-то как бродяга. С этим он проводил Гарри в постель. Мальчик послушно подчинился, и ему снились сладкие сны о смерти и магии.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!