Глава 7 Часть 1

      

****

      Хрустальные люстры, некогда сверкавшие золотом и бриллиантовой россыпью, теперь качались под потолком, словно повешенные. Их свет дрожал, окрашивая зал в багровые тона — не от дорогих витражей, а от крови, что струилась по стенам, медленно сползая вниз узорами кошмарного кружева.       Живые гости сидели за длинным столом, уставленным изысканными яствами и хрустальными бокалами. Их роскошные наряды — бархат, шёлк, кружева — были теперь испачканы, порваны, пропитаны потом и страхом. Привязанные к стульям верёвками, сплетёнными из человеческих волос, они молчали, лишь дрожали, глядя на своих «хозяев».       Максим Морозов поднял бокал с тёмно-алой жидкостью.       — Пейте, друзья! — его голос звучал сладко, как мёд, капающий с лезвия. —  Это… последний ужин.       Он сделал глоток, и алая струйка потекла по его подбородку.       — Ну же, не стесняйтесь! — он улыбнулся, обнажив клыки. —  Мы же не звери.       Даша Старкова кружилась в центре зала, её корсет из человеческой кожи блестел при свете свечей. В руках она держала тонкий серебряный нож, которым выводила в воздухе замысловатые узоры.       — Кто хочет стать бессмертным? — её смех звенел, как разбитое стекло.       Она подошла к первой «гостье» — молодой девушке в разодранном бальном платье.       — Ты дрожишь, — прошептала Даша, проводя лезвием по её щеке. —  Не бойся… Это будет… красиво.       Лезвие скользнуло вниз, разрезая ткань, кожу, плоть. Кровь хлынула, смешиваясь с дорогим вином на скатерти. Оркестр играл. Но это были не скрипки и не виолончели. Кости — вот что пело сегодня.       Черепа, натянутые струнами из сухожилий, стонали под ударами пальцев музыкантов — таких же пленников, но уже сломленных, с выколотыми глазами и вырванными языками.       Гости начали умирать. Но не сразу. Не все. Некоторые просто сходили с ума, глядя, как их соседей раздевают не для танца, а для чего-то более… интимного.       Макс наклонялся к ним, шепча:       — Вы станете частью вечности.       И вечность приходила — в виде зубов, впивающихся в горло, в виде ножа, вскрывающего грудную клетку, в виде аплодисментов, когда кто-то из «гостей» наконец терял сознание.       К утру зал утих. На полу остались лишь куклы — пустые, бледные, с широко открытыми ртами.       А Макс и Даша уходили, держась за руки, оставляя за собой кровавый след.       — Надо будет повторить, — вздохнула Даша, облизывая лезвие.       Макс улыбнулся.       — Обязательно.              

****

      Галина Васильевна стояла за стойкой раздачи, поправляя свои очки с видом человека, который вот-вот объявит о начале ядерной зимы. Её каре лежало настолько идеально, что казалось — она только что вышла из салона, где мастер работал не ножницами, а лазерным уровнем.       — О, прекрасно! — её голос прозвучал слаще, чем кровь первой группы с сахарным диабетом. — Бардак уровня 'после нашего выпускного 1682 года'. — Даша, дорогая, — она повернулась к вампирше, с ножа которой сочились алые капли — ты специально тренируешься, чтобы попасть в Книгу рекордов как 'Самая неряшливая убийца года'?"       Даша, не отрываясь от своего ножа:       — Может, хватит уже со своими дурацкими папками?       Галина Васильевна открыла свою папку с театральным вздохом:       — О, простите, я и не знала, что бухгалтерия мешает вашему творческому процессу! Может, вам ещё кисточки выдать? Или вот гениальная идея — давайте просто будем убивать людей на улицах, как какие-то бездомные коты? Ой, подождите... — она сделала паузу, — это же ваш план на вечер?       Макс в этот момент тянулся к графину с кровью.       — Ах, Морозов! — воскликнула она. — Наш чемпион по 'пей всё, что плохо лежит'! Вчера 400 мл, сегодня опять? У вас что, печень как у голубого кита? Хотя стоп... — она прищурилась, — у вас же её вообще нет, если я правильно помню ваше медицинское дело...       Макс попытался что-то сказать, но Галина Васильевна уже достала калькулятор:       — Давайте посчитаем: три ковра, пять паркетов, семь трупов 'для антуража'... — её пальцы лихорадочно стучали по кнопкам, — итого: либо 3.5 литра крови, либо месяц уборки. Веником. Без использования ваших 'магических способностей', если, конечно, — она язвительно улыбнулась, — вы вообще что-то умеете кроме как размахивать этим своим... чем вы там размахиваете?       Новичок-вампир в углу начал тихо рыдать. Галина Васильевна обернулась к нему:       — Не переживай, милый, — голос её внезапно стал сладким, как прогорклый мёд, — я тебя пока в списки не вносила. Пока.       И, захлопнув папку с довольным видом, закончила:       — Так, кто там следующий? И да — если у кого-то есть идея 'немножко похулиганить' — сразу предупреждаю: у меня есть отдельная папочка 'Креативные способы наказания'. С цветными вкладками.