Ч.5. Глава пятая

Я стала проводить время в полном внешнем бездействии. Не плавала. Не рисовала и не писала. Не читала. Не слушала и не смотрела ничего. Почти ничего не ела. Я думала. Итак, я - пленница. Всё, в чём меня пытался убедить этот альфа - обман. Возможно, меня и похитил кто-то другой, возможно, сосед деревенский, этот Герберт или Херберт. Но точно об этом знал альфа. Он меня похитил у похитителя. Или выкупил. Он готовился к моему приезду. Он знал, кто я. Имел мои фотографии. Возможно, что-то ещё знал и знает обо мне и моей семье. Он знаком с папой! В доме подозрительно пахнет бабушкой. Кто он, этот альфа?.. Я знаю только его имя - Илья. Ни его фамилии, ни его профессии, ничего о нём я не знаю. Каждое утро рабочего дня он уезжает. Иногда уезжает и в выходные дни. Возвращается обычно к обеду или к позднему обеду. Все эти месяцы он проводил ночи в этом доме. Я не знаю, какая у него машина, окна, выходящие на улицу, закрыты затемнителем и виден только свет - солнца, фар, но не детали, не знаю номеров его машины. Раньше я думала, что это всё ради моей безопасности. Теперь думаю, что ради того, чтобы никто не знал - кто живёт в этом доме. Чтобы никто не знал про меня. Если мне удастся вырваться, сбежать из дома, поможет ли мне кто-нибудь? Я начала обследовать окружающий меня мир, поняв, что теперь это не временное моё убежище, а… не хотелось это даже мысленно произносить… но это станет моей тюрьмой на неопределённо долгое время. И во многом от меня зависит, насколько долгое это будет время. Итак, дом стоит особняком, но видны крыши соседних домов, стоящих достаточно далеко. Вокруг дома высокий забор, по периметру всего заднего двора. К забору вплотную не подойти - обсажен высоким и колючим кустарником. Задний двор от дома и почти до торцового забора - с крепко-накрепко глухими закрытыми воротами - занимает на треть этого двора бассейн, в который я заходила из холла в гостиной. Остальное пространство двора кое-как засажено деревьями и кустами, проложены узкие дорожки и стоят садовые скамейки. В этом так называемом саду я стала гулять недавно, придумывая план побега. Кто мне может помочь в этом? Зоя мне потом шёпотом оправдалась, что по всему дому камеры и она не могла не отдать хозяину письмо, он бы всё равно у неё его забрал да ещё и её бы увалил. Даже если это так, я больше с Зоей не разговариваю. Я не разговариваю теперь ни с кем. Не хочу. Я очень зла. Меня обманули. Я так ждала своего возвращения домой! Так ждала встречи с семьёй и с друзьями! Зачем он меня обманул? Если у него в планах было изнасиловать меня, то почему он сначала втёрся в доверие, а потом всё равно это сделал? Он сделал это во время моей первой течки. Это и ещё кое-что. Метка. Что это вообще такое? Значит, он ждал всего лишь наступления моего полного омежьего созревания? Для этого? Кстати, он не перестал в общении со мной быть любезным, вежливым и внимательным. Всегда спрашивает о моём настроении, самочувствии, о том, что ела, если ела без него, чем занималась в его отсутствие. Я молчу, не отвечаю ничего. А у него в разговорах с молчащей мной добавились ещё какие-то незначительные, но отвратительные по своему подтексту фразочки, явно намекающие на сексуальное содержание. Как в тот день по поводу предстоящей физической нагрузки! Я запомнила! “О, да ты рассеянная сегодня после прошлой нашей ночи!” “Приятно видеть, что я удовлетворяю свою омегу.” “Хороший альфа - всё, что нужно для омеги.” Что бы он ни говорил мне, я молчу. Я молчала и злобно сопела, когда он не разрешил мне спать в другой комнате. Я молчу на все его вопросы. Даже не разыгрываю пантомиму или язык глухонемых. Я слышу тебя, альфа! Если я молчу, то потому что не хочу с тобой говорить. И ты должен это знать. Так и не поняв ничего, например - откуда он меня знает, не придумав как мне отсюда выбраться, я встретила через две недели после случившегося врача Тамару Васильеву - я теперь с этого момента буду мысленно всегда повторять информацию о том, кого или что узнала. Она приехала после обеда с альфой, но на своей машине - я слышала, что подъехало две машины, одна спустилась в подземный гараж, а вторая припарковалась у дома. Я теперь внимательно вслушиваюсь в звуки вокруг дома. Я ждала в гостиной, альфа предупредил меня утром, что будет врач. Я чаще всего время провожу в гостиной. Не хочу в спальне. Другую комнату закрыли от меня. Кабинет закрыт. Третий этаж закрыт. Подвал закрыт. Входная дверь на улицу закрыта. Я сижу в гостиной или на балконе второго этажа, выходящем на задний двор, смотрю вперёд: там видно поле за забором и лес вдалеке. Дом везде оборудован камерами слежения, я прошлась и нашла их даже в ванной! Он или кто-то, кого он посадил перед мониторами, смотрят на то, как я писаю, как меняю прокладки, как моюсь, как я плачу! Больше не плакать. Не сомневаюсь, что на всех заборах тоже стоят камеры слежения. Если я начну перелезать через забор, если я решу что-то сделать с собой, если я погружусь на дно бассейна и не вынырну через минуту… Кто будет препятствовать моим действиям и как скоро здесь окажется альфа? Гоняя эти мысли по кругу, я не реагирую на приход и приветствия врача. Альфа садится в кресло недалеко от меня, чтобы всё видеть. Тамара Васильева надевает тонкие силиконовые перчатки, начинает осматривать укус. Альфа после того, как изнасиловал меня и укусил, купал меня в ванне и обработал сделанную им рану перекисью водорода. Из-за того, что я тогда рванула от боли, укус в одном месте немного рваный. Он срастается, рана рубцуется, но очень зудит и чешется. Тамара Васильева берёт у меня из вены кровь. Потом берёт кровь у закатавшего рукав альфы. На этом осмотр заканчивается. В какой-то момент, когда она брала у меня кровь, я посмотрела ей в глаза. Долго и пристально. “Ты знаешь, что я пленница. - думала я. - Ты знаешь, что я беззащитная омега, несовершеннолетняя девочка, похищенная против воли из дома. Я вижу, что ты знаешь это или, по крайней мере, догадываешься! Навряд ли, ты завела на меня медицинскую карту. Скорее всего, ты соучастница этого преступления. Ты скрываешь ото всех информацию обо мне. С твоего молчаливого разрешения я подверглась сексуальному насилию, меня лишают возможности свободно передвигаться и общаться с другими людьми, меня присвоил себе чужой, незнакомый мне взрослый человек. Тебе не стыдно? Как ты живёшь с этим? Посмотри на меня!” Но она так и не взглянула мне в глаза. Она при мне, говоря обо мне в третьем лице, как при несмышленом ребёнке или умалишённом, что-то обсуждает с альфой. Говорят о моём здоровье. По её мнению я здорова. Молода и готова к… репродуктивной деятельности! Что?! Начинаю вслушиваться в их разговор. Тамара Васильева спрашивает у альфы, были ли у нас с ним половые контакты после моей течки - нет!.. спрашивает, когда у него самого будет гон, получает ответ, что-то рассчитывает в своём блокноте и сообщает ему, что наши циклы синхронизируются уже очень скоро. И тогда произойдет зачатие. Что всё это значит?!. Я жила в мире, где главное в человеке это был талант, ум, социальность. Где главное в человеке было то, что он человек! А теперь я попала куда-то, где на первое место поставлен подвид, потом - пол, потом - фертильность! Это что за средневековье!? Я в бешенстве и смятении. Не отвечаю на прощание. Не отвечаю на вопросы альфы, когда, проводив врача, он возвращается в гостиную. Невежливо встаю с кресла прямо посреди его речи, показывая что мне неинтересно всё то, что он мне теперь говорит. Выхожу в сад, брожу по тропинкам. Что мне делать? Как мне вырваться отсюда? Какое зачатие в неполных шестнадцать лет? Я так устала. Я очень скучаю по родным. Я очень боюсь за себя тут. Я ненавижу этого альфу! Через неделю альфа мне показал результаты анализов на совместимость, на истинность. 97%. Вторая моя течка пришла ровно через месяц. И меня снова ждал секс без пауз. Если без течки я сопротивляюсь и альфа не принуждает меня, довольствуется только тем, что весь вечер в постели лапает меня и трогает везде, где ему хочется - всегда через моё упрямство, то во время течки правила игры меняются. – Ты же сама этого хочешь, – убеждает меня альфа, трогая, целуя, входя в меня и прыгая на мне. – Тебе самой это надо, просто признай это и всё будет хорошо, тебе будет приятно. Но я ничего, кроме жара, озноба, сильного волнения, слабости и обильно выделяющейся влаги между ног - липкой, неприятной, сильно пахнущей чем-то непонятным, сладко-острым - ничего больше не чувствую. Как-то, как в первый раз, я ощутила сильный запах альфы, от чего закружилась голова и потемнело в глазах. Но это больше вызывало тошноту и растерянность, чем желание броситься в его объятия. Я так мало раньше интересовалась всеми этими вопросами, всей этой сексуальностью альф и омег, что с трудом припомнила, что то, что он делает, называется воздействие феромонами. Я точно знаю, что там, откуда я родом, это разрешено делать исключительно с супругами и только по обоюдному согласию. Но здесь всё иначе. Он каждый раз утомительно долго занимается со мной сексом. Каждый раз делает это со мной в разных позах. Каждый раз добивается моего оргазма. Каждый раз хвалит меня за это, лезет нежничать. Видимо, я так ненавижу его, что не воспринимаю это всё как удовольствие. И даже расползающаяся после оргазма по телу истома и следующая за ней сладкая дремота, не соединяются в моей голове как что-то, идущее от него, от этого альфы. После того, как через день - на этот раз течка была очень короткой - все закончилось, а альфа, обнюхав меня и облизав, как какое-то отвратительное животное, уехал, я снова стала сидеть в кресле с утра до вечера или бродить по дорожкам заднего двора. Я снова думала. Вокруг стояло не жаркое, но солнечное лето, а у меня, даже когда я целыми днями торчала на улице, было ощущение, что я взаперти. Я думала, думала и думала! Эти бесконечные мысли, кружащие на одном месте, как мухи, попавшие в комнату кружат под люстрой, ни к чему не приводили. Я как будто упиралась во что-то. У меня не хватало информации для понимания: почему именно я и как он вообще узнал обо мне? В какой-то момент я пришла к выводу: альфа знаком с моим отцом, но они не друзья, он видел меня когда-то в детстве и понял, что я его истинная; если бы он дружил с отцом, то ему бы ничего не мешало приезжать к нам в гости и видеться со мной. Будь это так, приезжай он к нам, участвуй он в нашей жизни, в наших разговорах, в наших домашних концертах, поездках, выступлениях родителей, обедах и походах по всем самым интересным местам в мире, как бы я тогда смотрела на него? И тут на меня снизошло озарение: да я бы была влюблена в него с раннего детства!!! У меня бы у самой был иконостас с его фотографиями! Он очень красив. Как американский актёр времён Золотого века Голливуда! Он альфа. Он невероятно мужественно, даже брутально выглядит. Я бы ждала его приезда и сидела бы у него на коленях, пользуясь тем, что всё ещё ребенок! Он без труда бы уговорил родителей выдать меня за него замуж, как только я стану совершеннолетней! Да я сама бы его попросила жениться на мне, призналась ему в любви и плакала бы, боясь, что он ответит мне отказом и орала бы от счастья, если бы он признался в чувствах ко мне в ответ! Почему же он пошёл таким преступным и сложным путем? Ответ один: он не только не друг моего отца и моей семьи. Он наш враг. Как и в первый раз после течки он прислал мне огромный букет розовых и белых цветов. С курьером. Почему не дарит сам? Что это значит? Почему он готов рисковать, ведь я могу выбежать? Могу ли? Лето шло уже к концу. Наступил день моего рождения. Мне не хотелось вставать с постели. Если бы я спала отдельно, то точно бы весь день провалялась и прорыдала, жалея себя. Мне исполнилось шестнадцать. Как бы меня поздравляли дома! Задарили бы подарками! Мы бы устроили у бабушки в деревне пикник, я бы пригласила всех друзей, кто не уехал на лето или уже вернулся домой с отдыха! Устроили бы шумную вечеринку с дискотекой во дворе, везде бы были шары и флажки на верёвочках, горели бы гирлянды, а в воздухе бы летели мыльные пузыри из специальной машины! Почему меня лишили моей любимой жизни? Я живу тут, как в мультике “Красавица и чудовище”. Только вот у Белль до жизни в замке чудовища, была очень плохая жизнь, где никто, кроме старого отца, не ценил её и все видели в ней чудачку и самку. У меня же всё было и есть наоборот: до этого чудовища в моей жизни у меня было всё, а главное - были люди, которые меня любили и ценили, у меня было будущее, какое я бы захотела!.. я чувствовала себя человеком!.. сейчас же я всего лишь самка, омега, этому чудовищу нет дела, что я не получаю образования, что мне скучно, что я лишена свободы передвижения, что я тоскую по родным!.. На день рождения чудовище подарило мне нереально гигантский букет красных роз, полную энциклопедию истории его страны в каком-то подарочном, глянцевом издании и алмазные сережки-висюльки в красной бархатной коробочке. Вкус у этого чудовища отвратительный. Третья течка. И, как я догадалась уже впоследствии, она совпала с осенним гоном альфы. Чем отличался секс на этот раз от предыдущих? Альфа был сам не свой. Я поняла - это альфы теряют рассудок, если у них гон. И особенно они впадают в безумие, если этот гон совпадает с течкой омеги. Занимался он со мной сексом, утратив какой-либо человеческий облик. Он не видел меня, он был не со мной, он был как под наркотой. И был ненасытен. Если бы не моя течка, если бы не обильная смазка, льющаяся водопадом, всё это было бы травматично для меня. Он кончал и почти тут же начинал снова. Его на этот раз не интересовали мои оргазмы - они и были, и не были. Для него это перестало иметь значение. Я сама уже потерялась в ощущениях и хотела только одного: пусть это всё закончится! Несколько раз я то ли засыпала, то ли теряла сознание. Отключалась от переизбытка напряжения. От боли. От усталости. Это не останавливало его: он продолжал меня насиловать. Это уже нельзя было назвать “занятие сексом” или “половой акт”. Он был животным, нелюдем, которое насиловало человека. Несколько раз - я тогда не посчитала - он уже кончив, долго оставался во мне. Один раз даже уснул на мне, я лежала на животе, а он сзади, чуть не раздавил меня. Одним словом, это было как какое-то тяжёлое безумие. А потом я проснулась. Видимо, уже после долгого, никем не потревоженного сна. Как очнулась. С болящим везде телом. Пересохшими губами. Опухшим лицом. Между ног саднило и всё ещё было мокро. Помню: альфа уже помылся и стоял передо мной, одевался в свой очередной костюм. На прикроватной тумбочке с моей стороны стоит чашечка кофе на блюдечке. Я сижу в кровати. Не смотрю на него. Жду, когда же он уйдет. Мне грустно. Через три недели, когда стало ясно, что так и не наступили положенные месячные, альфа принёс купленный в аптеке тест. И попросил меня сделать его. Тест был положительный. Беременна.