Часть 1

      Материализовавшись, Йо согнулся пополам, пытаясь сдержать позыв тошноты. И вот так каждый раз. Стоило бы уже привыкнуть к трансгрессии за столько лет, но постоянное чувство перевернувшихся органов внутри напоминало ему о том, как он не любил этот вид перемещений. Уж лучше бы полёт на ком или на чём угодно.       — Слабак, — фыркнул рядом стоящий Хао.       — Как же я ненавижу трансгрессировать… — сдавленно проговорил Йо и сделал глубокий вдох.       — А было бы лучше как первокурсники лететь на буревестниках сюда? Не дай бог, — старший поморщился и, больше не пожелав находиться рядом с братом ни секундой дольше, отправился к входу в замок, таща за собой чемодан и переноску. У него было слишком много времени на каникулах, чтобы лицезреть этого придурка дома.       Йо был даже рад, что брат ушёл и оставил его одного. Потребовалось несколько минут, чтобы унять чувство тошноты и отдышаться. Вдыхая полной грудью, он наконец услышал знакомый запах родной альма-матер и даже слабо улыбнулся. Перед глазами предстал белый нефритовый дворец японской школы магии Махотокоро.       Находившаяся на вершине острова Минами Иводзима недалеко от побережья Японии школа Махотокоро была скрыта от глаз маглов, которые считали этот остров необитаемым. Величественный дворец, казалось, возвышался над всем миром, откуда было видно бескрайнее море и высокие облака. Сама школа состояла из главной башни замка — тэнсю, где проходили основные занятия, и нескольких небольших, в которых находились общежития и дополнительные помещения. А между башнями каким-то образом расположилось даже поле для квиддича. По всей территории круглогодично цвели сакуры, постоянно осыпая студентов и преподавателей своими лепестками, а эльфов заставляя вечно убираться на тротуарах.       Йо любил этот запах: сакуры, моря и свежего воздуха, которого здесь всегда было в избытке. Солёный ветер быстро привёл его в чувство, и поёжившись от внезапного порыва, он схватил свои вещи и направился к входу во дворец. С утра пораньше уже наблюдалось немало студентов, которые прибывали всевозможными способами на учёбу. Дворец стал наполняться людьми, младший Асакура привычным маршрутом прошёлся по коридорам, чтобы выйти к нужной башне, которая стояла отдельно от основного здания, но соединялась переходом. Это была башня его факультета. Внешне она ничем не отличалась от других: многоярусная пагода с множеством загнутых вверх карнизов, но внутри полностью декорирована цветами факультета. Чтобы попасть внутрь, Йо приложил руку к впадине на белом нефритовом камне, которая образовалась после стольких касаний к этому месту, и призвал стихийную магию. Тяжёлая каменная дверь поддалась и отъехала в сторону, впуская студента последнего курса внутрь.       А тут ничего не изменилось. Всё так же чисто и свежо, впрочем, здесь так было всегда, ибо домовые эльфы замка следили за порядком в общежитиях. Йо прошёл в свою комнату, которую делил ещё с четырьмя однокурсниками, но сейчас она оказалась пуста, и рухнул на свою кровать. День только начался, а он уже устал. Может быть, вздремнуть до ужина? Но шум в башне от прибывающих учеников не дал ему этого сделать, поэтому он достал из кармана палочку и лениво ею взмахнул. Невербально произнеся заклинание, Йо открыл чемодан и оттуда полетели все вещи на полки в шкаф. Филин, клетка которого всё ещё стояла на тумбе, недовольно крикнул.       — Да-да, Боб, сейчас выпущу, — Асакура тяжело вздохнул и поднялся с кровати, понимая, что отдохнуть ему никто не даст, и дела сами себя не переделают.       Да, Йо с детства любил магловскую музыку, хотя родители запрещали такое слушать, якобы в чистокровных магических семьях слушают только музыку из их мира. Но он всё равно украдкой это делал, и любимым певцом с ранних лет являлся Боб Марли. Неудивительно, что когда пришло время выбирать кличку новому питомцу, он не раздумывая выбрал имя своего кумира.       Асакура приоткрыл окно на их этаже башни и выпустил с руки своего филина, который почувствовал свободу и захлопал крыльями, наконец-то их разминая. Йо проследил за ним взглядом, смотря как он улетает куда-то вниз за территорию школы, но не беспокоился о нём. Он знал, что в скором времени филин вернётся в башню для сов и других птиц, кого бы студенты не завели себе, и точно найдёт там еду.       — Йо-доно, вы уже здесь!       Асакура вздрогнул от неожиданности и быстро повернулся к двери, хотя уже по голосу стало ясно, кто вошёл в спальню. Рю Умемия — старинный друг и товарищ, настолько старинный, что вот уже пятый год он продолжает обучение в школе после официального выпуска. Рю являлся маглорождённым, именно поэтому так тянулся к знаниям магического мира, но Йо был без предрассудков, в отличие от своего брата, и с радостью общался с ним. Этот бородатый мужик уже вымахал на голову-две в росте по сравнению с другими студентами, а его мантии, давайте будем честны, и расти уже некуда.       Парни обнялись и похлопали друг друга по плечам, так как не виделись целое лето, но активно переписывались. За все эти годы Рю был, наверно, единственным на его факультете, с кем Йо действительно сдружился и всегда мог на него положиться. Конечно, были и другие ребята в школе, с которыми он тесно общался, но Умемия являлся тем, с кем весело проводить время в гостиной башни или портовой деревушке на окраине острова.       Разбирая вещи и переговариваясь о последних новостях, парни встречали других однокурсников, которые постепенно наполняли башню шумом и смехом. И время постепенно приближалось к ужину.       Накинув школьную форму, нижняя часть которой похожа на обычное чёрное кимоно, а верхняя — на длинную мантию с широкими рукавами, Асакура вместе с Рю выдвинулись в сторону Большого зала.       Йо на ходу рассказывал Умемии о его приключениях с цветом мантии: как он ночью пытался ей вернуть прежний цвет и у него чудом это получилось, а друг цокал языком и неустанно качал головой, приговаривая что-то о выходке его близнеца. На самом деле это привычная история, сколько таких гадостей он повидал в стенах школы и представить трудно. Эта вечная вражда между братьями Асакура давно известна всей школе, но причин конфликта из-за давности лет уже никто и не знал, а может быть знал, но не помнил. Даже преподаватели осведомлены о ней и каждый раз удивлялись этому, ведь как могли себя так вести наследники такой великой и древней чистокровной семьи. Уму непостижимо!       Студенты стекались в зал через большие двери словно вода меж двух камней. Йо вновь окинул взглядом большое помещение: пять рядов длинных столов, над которыми стояли флагштоки с цветами их факультетов.       Красный — факультет Огня.       Синий — факультет Дождя.       Зелёный — факультет Земли.       Жёлтый — факультет Грома.       Голубой — факультет Ветра.       В этом году стол их факультета снова поменяли в порядке, теперь он находится прямо посередине — ну, блеск! Парни сели с края стола как старшекурсники, другой же оставался свободен для первокурсников, которых распределяли на факультеты с одиннадцати лет. На входе они замечали всех своих друзей, с которыми обязательно обнимались и жали руки.       Так вовремя успел добраться из Китая один из его лучших друзей Рен Тао с факультета Грома. Хорокей Усуи вместе со своей младшей сестрой с факультета Дождя приехал с самой северной и холодной части Японии — Хоккайдо. Темнокожий Чоко Макдениел с факультета Ветра прибыл из далёкой Америки, чтобы научиться японскому искусству магии и основам их жёсткой игры в квиддич.       Йо был всех рад снова видеть и знать, что этот год они точно доучатся вместе. А как в прошлом году говорил Чоко: «Мы сделаем его таким, чтобы нас все запомнили!» и Асакура на это лишь посмеялся. Что же должно такого случиться в этом учебном году, чтобы они отпечатались в памяти всей школы?       Младший боковым зрением заметил, а до этого только почувствовал, как брат со своей привычной свитой входит в зал, даже не обращая на него внимания. Если честно, Йо и не ждал этого, просто по наитию чувствовал приближение Хао и цеплял взглядом длинный хвост волос. От него вечно пахло костром и сандалом, и это было даже неудивительно. Он не спеша прошёл за стол с красными флагштоками, а его свита тут же опустилась по бокам от него. Хао привычным движением руки откинул волосы с плеча за спину и чинно пальцами провёл по краям безупречной золотой мантии. А его обожатели чуть ли не в рот ему заглядывали, ловя каждое действие. Йо лишь фыркнул на это и отвёл взгляд на другой конец своего стола. Старший брат нисколечко не стоил его внимания, раз сам Йо не удостоился от него даже взгляда. Тем более начинается церемония распределения для первокурсников.       За президиумом в Большом зале сидело множество преподавателей Махотокоро, которые обучали их с самого первого курса. Йо их всех знал, не замечая никого нового в преподавательском составе. Во главе стола сидел старик Голдва и непринуждённо осматривал студентов. Создавалось ощущение, что ему чего-то не хватает в руке. Все знали, что директор любил подымить из трубки в свободное время, но сейчас он этого сделать не мог, поэтому не знал, куда деть руки в ожидании.       Когда спустя несколько минут все расселись по своим местам, Голдва вышел к трибуне и начал вещать своим скрипучим голосом поздравительную речь для новеньких. Йо прикрыл рот рукой, зевая. Наконец-то эту утомительную церемонию они видят в последний раз и больше не придётся слушать нудный голос старика и ожидать распределения на факультеты. От скуки он вновь мазнул взглядом по столу огненных и нашёл своего брата. Тот также скучающе почему-то смотрел на него, но когда их взгляды пересеклись, в нём что-то изменилось. Привычное уже пламя ненависти загорелось в абсолютной тьме глаз, но Йо на это никак не отреагировал. Он даже усмехнулся, когда Хао провёл пальцем по своему горлу, не отрывая взгляда от близнеца. Ничего, пусть побесится, ему полезно лишний яд выплеснуть.       — И напоследок, — проговорил Голдва, когда церемония распределения окончилась, а в животах студентов урчало от голода на весь Большой зал, — хочу сказать новоприбывшим и напомнить остальным студентам, что хотя мы и разделили вас на пять разных факультетов, но школа магии Махотокоро всегда была и остаётся единой! Каждый волшебник нашей школы — не отдельная его часть, а единое целое, помните об этом!       После такой речи из одного конца зала послышались жидкие аплодисменты, но следом волной подхватили остальные, и студенты таким образом поблагодарили директора за выступление. Он взмахнул рукой, и столы моментально наполнились разнообразной едой, вызывая восторг у учеников Махотокоро.       Повис общий гам: звон посуды, весёлые переговоры детей и громкий смех — всё смешалось в одно. Йо улавливал разговоры однокурсников по бокам и вдруг неожиданно застыл.       — Что за вечеринка, о которой все говорят? — поинтересовался он у Рю. Умемия же со скоростью света поглощал различные блюда и с полным ртом ответить не мог.       — Ты разве не знал? — после того, как всё проглотил, друг ему ответил. — Выпускники каждый год устраивают вечеринку в честь начала и окончания учебного года. Это уже традиция.       — И кто же её организует?       — Да кто хочет, тот и занимается этим. Я слышал в этом году большая часть с факультета Грома озадачилась, — Рю поглощал уже третью порцию окономияки.       — Да? Мне Рен об этом и не говорил, хотя мы переписывались летом, — даже как-то с грустью протянул Йо, потому что лучший друг ему о таком не рассказал.       — Тао? — засмеялся Умемия. — Ты как себе это представляешь? Чтобы он развешивал ленточки на стенах и в фартучке готовил всем закуски? Этим могла его сестра Джун заниматься, но ты же знаешь, она уже давно выпустилась.       — Да, что-то я не подумал об этом, — неловко посмеялся Йо, почесав затылок.       — А ещё там будет поставка большой партии алкоголя, — подмигнул Рю, приложив руку ко рту, чтобы остальные не услышали. — Это неофициальное мероприятие.       — И где же его будут проводить? — Асакура уже ничему не удивлялся.       — Ну ты даёшь, в Нефритовой комнате, конечно же, — Умемия издал смешок на выдохе, как будто это само самой разумеющееся.       Ну да, Йо почему-то сразу и не подумал. Это же идеальное место для таких посиделок. На секунду в голову закралась мысль: а знает ли Хао об этом? Но, кинув в его сторону взгляд, она тут же отпала. Конечно же, его свита уже обо всём ему доложила, Ханагуми те ещё сплетницы. Девочки, что сидели по бокам от старшего Асакуры, тихо переговаривались с ним, ещё в разговоре участвовал Аширу, который сидел спиной к Йо, и он не мог видеть его лица. И совсем недалеко от их компании сидел Лайсерг Дител, скромно посматривая в сторону Хао и Ханагуми.       Насколько младший Асакура знал, Лайсерг неровно дышал к его брату, но активных действий никогда не предпринимал. Дитела ему даже было жаль временами, но это не его дело, поэтому особого значения чужой любовной драме не придавал. Йо вообще не лез и не интересовался делами близнеца — что творилось у него на факультете и в особенности в его компашке младшему Асакуре было по барабану. Но слухи доходили о Хао и Аширу, хотя… Ему на это плевать. Должно быть плевать.       Йо с силой отвёл взгляд от стола факультета Огня и попытался вникнуть в разговор однокурсников, которые только и щебетали о предстоящей вечеринке. Похоже там соберётся весь последний курс.       — Мы обязаны там быть! Будет весело, — продолжал говорить Рю, палочками подхватывая еду с общих тарелок.       — Ладно, уговорил, — улыбнулся ему Йо.       В любом случае там будут ещё его друзья, а Асакуре так хотелось с ними пообщаться, узнать последние новости, да и просто повеселиться.       После плотного ужина парни забежали в свою башню переодеться: снять школьную форму, которая им ещё успеет надоесть за учебный год, и надеть обычную удобную одежду. Йо натянул любимую футболку с рисунком конопли и джинсы, но подумав о том, куда они идут, добавил к ней толстовку, так как в Нефритовой комнате точно будет прохладно.       Вечеринка начиналась после отбоя и, чтобы не попасться учителям, по дворцу приходилось передвигаться на цыпочках. Студенты-выпускники стекались к входу в подземелье с разных сторон замка, ведь именно там находилась потайная дверь в самую загадочную комнату Махотокоро.       «Стоит лишь только пожелать…»       Однокурсники сосредоточились на мысли о Нефритовой комнате, стоя перед пустой стеной из белого камня, и постепенно на ней стали появляться очертания резной двери, такой же белоснежной, как и всё вокруг. Переглянувшись с Умемией, Йо и несколько других знакомых из башни Земли прошли внутрь и сразу подняли удивлённые глаза вверх.       Большая светлая комната преобразилась до неузнаваемости. По стенам и потолку метались разноцветные блики от зачарованных кристаллов, расставленных по всему периметру. Они светились цветами пяти факультетов Махотокоро, создавая потрясающую атмосферу в всегда белой комнате. В центре помещения оказалось расставлено несколько кожаных диванов, а между ними посередине стояли небольшие столики с какими-то закусками и кучей выпивки. Рю, заметив это, даже присвистнул:       — Мне всё больше и больше начинает нравиться этот учебный год!       Заколдованные бутылки летали над столами и услужливо наливали высокоградусную жидкость в подставляемые студентами бокалы и стаканы. Лишь Йо собственноручно налил себе апельсиновый сок из графина, так как напиваться перед учебным днём, да и после бессонной ночи совсем не хотелось.       — Асакура, что за отклонение от принятых стандартов? — над ухом будто гром прокатился строгий голос китайца, отчего Йо подскочил на месте и пугливо обернулся, словно его застали за кражей.       — Ну-ну, — положив ему руку на плечо, укоризненно зацокал Усуи, — это невероятное расточительство апельсинового сока, для Отвёртки не хватит!       Через секунду осознав, что его ни в чём не обвиняют, Йо широко улыбнулся и приобнял своих лучших друзей, с которыми не виделся всё лето.       — Рен, Хоро! Как прошли каникулы?       — Всё было прекрасно до того момента, как Усуи, вероятно от безделья, стал написывать мне письма с желанием узнать, как у меня дела. В моей совятне уже места не осталось для его ощипанных куриц! — Тао как обычно в недовольстве сложил руки на груди.       — Ой, кто бы жаловался, твоя совятня размером как мой дом, — ехидно ответил Хорокей, — просто признай, что тебе очень льстили мои письма.       Усуи быстро потрепал его по щеке, отчего Рен резким движением отдёрнул руку от своего лица, сдерживая порыв достать палочку и проучить его. Йо тихо засмеялся от привычной перепалки друзей и оглянулся вокруг.       — А где Чоко?       — Шляется где-то тут, ищет организаторов вечеринки, чтобы впихнуть в программу свой очередной стендап номер, — Рен поёжился, представляя, что снова придётся слушать его «Ветер смеха».       — Чем бы дитя не тешилось… — Хоро задумчиво выбирал из предложенных напитков, что бы взять для разгона. Бутылки с алкоголем летали в воздухе, так и маня попробовать их все.       Асакура осматривал наполняющуюся студентами комнату и зацепил взглядом своего брата, который сидел в окружении огненных на одном из диванчиков. Хао тоже оделся в обычную одежду, но как всегда во всё чёрное: тёмные брюки и в тон рубашка создавали иллюзию чёрной дыры, которая притягивала к себе всех без исключения. Старший Асакура как будто бы получал удовольствие от всеобщего внимания, но виду как всегда не подавал. Он лениво потягивал из бокала янтарную жидкость, скорее всего огневиски, в одно ухо слушая разговоры однокурсников. И старался совершенно не замечать своего близнеца в другом углу комнаты. Это даже к лучшему, Йо совсем не хотелось с ним пересекаться, он ведь пришёл сюда не за этим. Просто хорошо провести время в компании своих друзей, не более.       — Так, вроде все собрались, — обратила на себя внимание присутствующих девушка Мисаки, кажется, с того же факультета Грома. — Кто-то хочет произнести тост в честь начала последнего учебного года?       — Разве нужно много лишних слов? — обратил на себя внимание Макдениел. — Берём в руки бокалы и пьём! Кампай!       Все с недоумением переглянулись между собой, но кто-то один поднял выпивку вверх и остальные подтянулись, чокаясь бокалами с рядом стоящими студентами. И правда, нужны ли были тут слова, когда и так всё понятно: пили за удачный последний год, после которого каждого из присутствующих ждала взрослая жизнь.       — Между первой и второй… — что-то бубнил Чоко, вновь наполняя свой стакан.       — Ты только не нажрись как в прошлом году, — нахмурившись, напомнил ему Рен.       — Ты что, Тао? — американец притворно приложил ладонь к груди, будто его в чём-то обвинили. — Ни в коем случае! Я нажрусь ещё сильнее, так как это мой последний год в Японии.       Макдениел снова спровоцировал тост и многие выпили за это. Хорокей закатил глаза:       — Смотри, чтобы он не стал предпоследним. Оставят же на второй год или ещё хуже — выгонят из школы.       В памяти у многих старшекурсников осталась та ночь, когда пьяный и полностью голый Чоко на спор бежал по аллее Махотокоро меж деревьев сакуры, а за ним мчался Силва, угрожая исключить из школы одним днём без суда и следствия. Да, и досталось же ему тогда жуткой отработкой: Макдениел неделю вручную чистил башню для птиц и загоны для животных. Некоторых девушек передёрнуло от воспоминания голого однокурсника.       — И пока ты не начал свой пьяный стендап, мы готовы предложить другое развлечение, — Мисаки достала из-под столов таинственную коробку, на которую все обернулись.       Йо вытянул шею, чтобы увидеть одним из первых, что же им приготовили организаторы, а Хао скучающе наблюдал за их действиями. Что бы там ни было, всё будет похоже больше на детский сад, чем на взрослое развлечение. Он бы лучше сыграл в пьяный пинг понг, например, но в данный момент этим никто не озаботился. Старшему Асакуре было лень со всем этим разбираться из-за недосыпа предыдущей ночью.       Он откинул длинные волосы назад и осмотрел присутствующих, ненароком замечая брата у противоположных диванчиков в обществе идиота-переростка, наглого китайца и деревенщины-полукровки. Ну и любит же он находиться в компании сирых и убогих, жалеет их, что ли? Хао хмыкнул на это и стихийной магией притянул к себе бокал со столика. Аширу над ухом что-то бурчал о новых уроках, но именно сейчас слушать об этом совсем не хотелось.       — Играем в «Выпей и закуси»! — девушка взмахнула палочкой и большая коробка вылетела на центр зала.       В комнате послышался возбуждённый галдёж. Из короба появились два небольших котелка, в которых обычно готовят зелья, и повисли в воздухе над столиками между диванами и столпившимися студентами вокруг.       — О, это мне уже нравится, — воодушевлённо проговорил Рю и упал на свободное место рядом с девушками. Те скромно засмеялись.       — Напоминаю правила: в одном котле задания — из чего выпить алкоголь, в другом — как или чем закусить. Рекомендую всем наполнить бокалы, — улыбнулась Мисаки и вновь сделала движение палочкой, чтобы парящие над столами бутылки разлетелись по сторонам и разлили алкоголь.       Пока Йо наблюдал за мельтешащими однокурсниками по комнате, одна из бутылок щедро подлила ему какую-то высокоградусную жидкость в стакан апельсинового сока. Он совершенно не планировал сегодня пить, но понадеялся, что до него очередь не дойдёт. Зато мог понаблюдать за смешным выполнением заданий других студентов.       — Итак, начинаем! — девушка заколдовала котелки, чтобы они в случайном порядке выплёвывали из себя по бумажке в руки какому-либо человеку.       Первая устремилась в сторону факультета Огня и зависла над рыжеволосой Матильдой, которая сидела на подлокотнике дивана справа от Хао. Асакура на секунду оживился, не ожидая, что первое действие произойдёт рядом с ним.       — Выпей алкоголь из пупка человека справа от тебя, — прочитала Матисс и удивлённо подняла глаза от бумажки. Компания возбуждённо заулюлюкала, предвкушая зрелище.       Девушка перевела взгляд вправо на свою подругу Канну, которая стояла рядом со стаканом бренди и закатила глаза. Бисмарк любила оголять живот и носить короткие топики во внеурочное время, поэтому неожиданностью это ни для кого не стало. Хао даже как-то расслабленно выдохнул: он находился совсем близко к такому нелепому позору.       — Закуси арахисом в васаби, — прочитала Мати, когда из второго котла вылетела следующая записка.       Парни даже освободили один из диванчиков, услужливо предлагая Канне прилечь, и столпились вокруг него, чтобы ни в коем случае не пропустить ничего интересного. Девушки тоже не отказались от такого, поэтому резко в одном углу комнаты стало не протолкнуться. Матильда, пожав плечами и как-то виновато посмотрев на подругу, взяла стакан и наполнила пупок девушки, тут же втягивая из него жидкость. Толпа заверещала. Кто-то принёс со стола закуску из смеси орехов, и Матисс выбрала оттуда арахис в васаби, немного поморщившись от остроты. Хао закатил глаза и отпил из своего бокала. Зрелище для полоумных. Делать ему нечего, как наблюдать за развлечениями Ханагуми.       Йо же с другого конца комнаты не видел как Матильда исполнила задания, но Рю, стоя ногами на диване, с высоты своего роста видел всё и даже больше. За ним повторял и Хоро, выкрикивая вместе с остальными: «Пей! Пей! Пей!». Рен же сбоку переговаривался со своим однокурсником и возможно даже не слышал условий.       Магические котлы засчитали выполнение задания и удалили использованные бумажки. Когда все расселись по своим местам, из котелков снова вылетела записка и направилась в другую сторону, где сидела большая часть студентов из факультета Ветра.       — О-о-о сейчас что-то будет, — издал смешок Усуи, наблюдая за тем, как бумажка опускается в руки скромной девушке по имени Тамао.       Тамамура сидела рядом с Анной Киоямой, за которой всегда ходила хвостиком с первого курса. Та была её единственной лучшей подругой, как она сама считала, и знала её с детства. Анна же всегда выглядела холодной и закрытой: вечная маска на лице, которая не выдавала ни одной эмоции, выдержанная осанка, идеальные манеры. Чистокровная аристократка с известной фамилией. Асакуры её, конечно же, знали, но в общих чертах. Виделись на многочисленных приёмах с семьями чистокровных волшебников, учились в одной школе, иногда совпадали пары с их факультетами, однако большего о ней не знали ни они, ни другие. Только Тамао находилась всегда с ней рядом, но влезать в их круг общения никому и не хотелось.       Девушка, которая, наверно, ни разу не пила спиртные напитки, трясущимися от волнения пальцами развернула записку и прочитала:       — Выпить алкоголь из крышки от бутылки с локтя.       В компании студентов разразился смех, предвкушая наблюдение за попытками скромной Тамао это делать. Следующая бумажка устремилась к ней.       — И закуси, не трогая пищу руками.       От бурных оваций Тамамура раскраснелась, сливаясь с красными магическими кристаллами огненного факультета за спиной, а Анна даже не отреагировала на это, продолжая держать спину ровной и надменным взглядом смотреть на окружающих.       Кто-то из рядом сидящих принёс девушке крышку от бутылки виски и налил туда самого крепкого алкоголя: раз порция будет маленькой, значит повышать её надо градусом. Тамао под крики студентов согнула руку в локте и поставила на неё дрожащими пальцами крышечку, боясь расплескать содержимое. Йо с нескрываемой улыбкой наблюдал за ней, ведь это действительно весело. И жаль, конечно, что нарушить задание нельзя, так как котлы обязуют исполнение магического контракта, хоть и кратковременного. А иначе другие не смогут продолжить играть пока предыдущий человек не исполнит написанное. Тамамура бы точно захотела отказаться.       Попытавшись наклонить локоть и поймать губами крышку, Тамао опрокинула на себя алкоголь. Одна половина наблюдавших разочарованно выдохнула, другая же засмеялась.       — Сколько же будет попыток, — послышалось из толпы.       Тамамура виновато осмотрела однокурсников и перевела взгляд на подругу, у которой в глазах читалось: «Не позорь меня, сделай это достойно». Она попробовала повторить своё действие, но снова потерпела неудачу. Уже растерявшись от такого внимания, Тамао через минуту собралась и с третьего раза поймала крышку с локтя губами и опрокинула в себя её содержимое, следом поморщившись от крепкости. Компания буйно зааплодировала, ожидая выполнения второй части задания.       Она подошла к столам и взглядом нашла то, что можно взять без рук — моти, выложенные высокой пирамидкой на большом подносе. Котелки также засчитали задание, а студенты подбодрили залившуюся краской Тамамуру.       Следом шёл один из студентов факультета Грома, которому досталось выпить из рюмки, не касаясь её губами, и закусить кусочком яблока, поймав его с кончика ножа. Хорокею досталось задание испить напиток с ладошки соседа, а следом занюхать волосами девушки, отчего многие из них разбежались от Усуи в разные стороны, скромно хихикая. Пришлось просить помочь для завершения длинноволосую Канну, которой оказалось, как все уже поняли, всё равно на выполнение задания, каким бы оно ни было.       Как в замедленной съёмке наблюдая за вылетающими бумажками из котелков, Йо не сразу сообразил, что они направились именно к нему и зависли в воздухе перед глазами. Ребята вокруг стола притихли, не желая пропустить очередное загаданное желание. Младший Асакура неловко оглядел соседей и взял в руку первую записку.       — Выпей алкоголь из кожуры апельсина.       Кто-то даже разочарованно вздохнул, ведь это не так интересно как, например, предыдущие задания. Йо развернул вторую записку:       — И закуси едой из губ человека напротив.       Парень поднял взгляд и посмотрел на своего брата, который сидел прямо напротив него с другого конца стола на кожаном диване. У Хао на секунду в глазах промелькнуло удивление, но он быстро вернул себе самообладание. А у Йо неожиданно задрожали руки.       — Э-э-э, может быть тут имеется в виду любого человека напротив? Там же трое человек сидят на диване, — как-то попытался найти лазейку он, совершенно не горя желанием делать это с братом.       Кто-то из студентов воспринял задание с восторгом, а кто-то притих, зная как братья ненавидят друг друга чуть ли не с первого курса. Сидящая в углу Тамао ойкнула, прикрыв рот рукой. В комнате значительно стало теплее, Хао от злости стал плавить вокруг себя воздух стихийной магией, так как понимал, что избежать задания не даст магия котелков. Это понимал он, и это понимали все остальные.       — Нет, Асакура, нужно исполнить всё так, как написано, — беспрекословно сказала ему Мисаки и услужливо протянула взятый со стола апельсин, который лежал в большой чаше с фруктами.       А Йо не отрывал взгляда от бесившегося Хао, вокруг которого замельтешили Аширу и девочки, что-то причитая на глупые задания. Он движением руки приказал им замолкнуть.       — Давай, братец, только ты всё будешь делать сам, — в его глазах скользнула насмешка.       Младший Асакура негнущимися пальцами стал чистить фрукт, стараясь не порвать кожуру, чтобы из неё можно было выпить. После налил туда из своего стакана какой-то крепкий алкоголь с апельсиновым соком и залпом опрокинул. Напиток обжёг горло, но Йо сдержал кашель и подошёл к столу, чтобы выбрать закуску, которую будет удобно перехватить. Однокурсники замерли в ожидании, слышался только шёпот девочек в дальнем углу.       Йо выбрал из глубокого блюда самую большую чипсину, надеясь минимизировать контакт, и встал напротив сидящего на диване близнеца.       — Всё сделать сам, помнишь? — Хао усмехнулся. Помогать ему побыстрее выполнить задание он даже не собирался, надо заставить братца достаточно поволновался.       Младший судорожно вздохнул и закрепил чипсину губами. Все присутствующие сорвались со своих мест и переместились поближе к факультету Огня, чтобы ничего интересного не пропустить. На своих местах остались только Анна с Тамао и друзья Йо. Рен покачал головой: котелки над ним будто бы издевались, ведь это задание могло достаться кому угодно, но нет, они выбрали именно близнецов.       Йо поставил колено между ног брата и склонился, одной рукой опираясь на спинку дивана. Откуда-то слева раздалось шипение Аширу, но кровь, шумевшая в ушах, не давала этого расслышать. И вообще в комнате стало тихо, эта звенящая тишина давила на нервы. Хао смотрел на брата с издёвкой, хотя в этом не было ничего удивительного. Ему как будто бы нравилось наблюдать за тем, как Йо ломает себя изнутри и пытается перебороть это чувство страха и неловкости. Как загнанный в угол кролик.       Йо медленно приблизился к лицу брата. В нос ударил яркий аромат крепкого алкоголя и сандала, вроде бы такой родной, но в то же время отталкивающий, наверное, в силу привычки. Хао приоткрыл рот и обхватил чипсину губами. Младший Асакура хотел сомкнуть зубы, чтобы откусить её и наконец-таки уйти отсюда, но закуска предательски размякла и стала рассыпаться. Интуитивно Йо хотел поймать её и коснулся своими губами губ Хао. Это было мимолётное касание, но его хватило, чтобы резко отпрянуть от него под громкие улюлюкания и аплодисменты студентов, которые неотрывно за всем этим наблюдали.       Йо моментально бросило в жар и щёки предательски запылали. Во взгляде брата он увидел какую-то надменность, которая быстро сменилась раздражением, когда увидел крошки от чипсов на своей рубашке.       — Ну ты, мелюзга, и свинья. Когда уже есть аккуратно научишься! — Хао достал палочку и магией очистил одежду.       Младший Асакура уходил на своё место под громкий смех его свиты, но уже было плевать на это с высокой башни. Хоро и Рю проводили его сочувствующим взглядом, наблюдая за тем, как Йо залпом осушил свой стакан и даже не поморщился от крепкого алкоголя. Ему нужно срочно потушить пожар внутри себя, не имеет значения чем.       Какая бы не шла война между ними всю их сознательную жизнь, Йо бы никогда не смог ненавидеть брата так, как это делал он. И, что удивительно, в момент приближения к его лицу, в тёмных глазах Хао он не увидел ни капли ненависти.       Впервые за столько-то лет.