Часть 13

      Йо лежал с закрытыми глазами в магловских наушниках и пытался абстрагироваться от мира, проблем и мыслей. Он надеялся, что музыка поможет ему забыться, потому что в последнее время слишком много задач навалилось на его истощённый организм. Домашние задания, тренировки по квиддичу, подготовка к Чемпионату по зельям, выпускные экзамены… Над ними будто вся Вселенная издевалась, проверяла на прочность, испытывала их терпение — а вдруг кто-то из близнецов не выдержит и сдастся?       Наверное, Хао хотел бы этого, чтобы младший брат отступил и не принимал участие хотя бы в турнире. Но Йо не собирался так просто сдаваться, и эта черта непоколебимой упрямости его бесила. Старший Асакура, наоборот, делал всё возможное, чтобы впихнуть в свою голову как можно больше информации о зельях из занятий и книг матери. Конечно, всё вышеперечисленное выматывало не меньше, чем его близнеца, но Хао дал себе слово всё выдержать и стерпеть. Ради них обоих.       Совсем недавно ему пришла гениальная мысль: а почему бы не совместить приятное с полезным? Асакурам в последние недели не предоставлялось возможности побыть вдвоём, а ещё кроме библиотеки, где всё равно сновало много шумных учеников, позаниматься в тишине не находилось места. Поэтому Хао заново открыл для братьев прелесть Нефритовой комнаты в подземелье, которую, кроме как для вечеринок, никто больше не использовал — просто не было необходимости.       Полагаясь только на своё воображение, старший Асакура превратил помещение в уютную комнату, где находилось всё, что им нужно: стол для занятий, книжные полки для фолиантов матери, большой камин, который согревал зимой в холодном подземелье, пара котелков для отработки приготовления зелий, диван и даже кровать.       Когда Йо впервые увидел комнату, сотворённую братом, то сначала подумал, что это плохая идея. Но вспомнив, как устроены подобные магические артефакты, сразу расслабился: если какой-то ученик захочет посетить Нефритовую комнату, то он не попадёт в их помещение, а пожелает своё собственное. Поэтому чуть ли не каждый день после уроков они скрывались здесь, занимаясь тем, чем желали на данный момент.       Сегодня в выходной день близнецы пытались перевести дух от ежедневной рутины. Йо лежал на коленях у брата и задумчиво накручивал на палец прядь его волос, пребывая в своих мыслях и как-то отдалённо слыша музыку в наушниках. Хао же читал одну из собранных для них книг матери, но доносившиеся басы из магловского орудия пыток сбивали его. Он старался сосредоточиться на одной строчке, но смысл никак не хотел отпечатываться в сознании: голова уже оказалась перегружена сотнями рецептов.       Старший Асакура захлопнул книгу и потёр глаза, а Йо от этого резкого движения вынырнул из своих мыслей и с удивлением обнаружил, что он крутил в пальцах. Брат этого даже не заметил.       — Который час? — Йо встрепенулся и сел на диване, где они отдыхали уже продолжительное время. Он стянул наушники на плечи и оглянулся.       — Около трёх, а что? — устало отозвался Хао.       — Я же на тренировку опаздываю!       Младший Асакура кинулся к двери, но остановился, будто забыв что-то сделать. Он вернулся обратно и наклонился, чтобы мимолётно коснуться губ брата. Хао, не ожидавший такой быстрой смены обстановки, не успел ответить, и с удивлением посмотрел в спину близнецу, который молниеносно скрылся в коридоре подземелья. Нет, всё же надо устраивать себе передышки, иначе он сам не потянет даже квиддич, и плакала мечта факультета попасть в финал Чемпионата школы.       Йо же бежал вверх по лестнице, чтобы успеть заскочить в башню общежития, переодеться для тренировки и не попасть под горячую руку их капитана, который, должно быть, уже заждался его на поле для квиддича. Но этому плану не суждено было сбыться, так как у двери башни Земли ждали его друзья. Асакура затормозил, удивлённо осматривая парней. Что они здесь делают все вместе?       — Ты где пропадаешь? Мы тебя уже обыскались, — Рен недовольно сложил руки на груди.       — Э-э-э, в библиотеке? — Йо попытался быстро сообразить, но ответ получился с вопросительной интонацией.       — Мы только что оттуда, и тебя там не было, — в голосе Хорокея слышалось волнение.       — Наверно, меня за стопками книг оказалось сложно заметить, — Асакура попытался превратить всё в шутку, но друзья ему не поверили. Он это понял по их глазам.       — Йо, что происходит? Ты вечно где-то пропадаешь, мы тебя совсем не видим, даже не помним, когда последний раз вместе выбирались в Иводзиму, — даже как-то обидчиво проговорил Макдениел.       — Ты же помнишь, что мы предлагали тебе помощь? Не отказывайся, — Тао подошёл к другу чуть ближе.       Йо судорожно соображал, что мог ответить парням. Он переводил взгляд на каждого, но в мыслях лишь одно перекати-поле: он совсем упустил из виду факт того, что друзья будут вновь переживать за него. Но секунды тикали, а младший Асакура молчал, чем ещё сильнее насторожил ожидавших его у общежития друзей.       — Да всё нормально, я справляюсь, правда, — проведя рукой по волосам, ответил Йо, — я сильно опаздываю на тренировку, давайте поговорим чуть позже?       — Когда? После ты опять исчезнешь из нашего поля зрения, а завтра уже будут объявлять о Чемпионате, — Хоро попытался встать между другом и входом в башню.       Как же это всё давило. Нервы и так были ни к чёрту из-за навалившихся проблем, теперь ещё и это. Йо обогнул Усуи и попятился спиной к двери.       — Обещаю, завтра до ужина мы посидим в каком-нибудь идзакая, но мне правда уже пора, — Асакура попытался улыбнуться друзьям. Он поспешно скрылся в гостиной, а парни между собой переглянулись.       — Вот зуб даю! Здесь точно замешан Хао, — уверенно произнёс Чоко.       Рен, нахмурившись, смерил американца вдумчивым взглядом. Возможно, он прав. Но как это можно узнать наверняка? Оставалось только ждать подходящего момента.

***

      Вечером того же дня, когда Йо возвращался после изнурительной тренировки, где из него всю душу выбил капитан команды за опоздание, его выловил в коридоре преподаватель зельеварения. Младший Асакура чуть не дёрнулся в сторону от него, но успел сдержаться. Когда Мастер зелий вот так просто подходит к ученикам, то не жди ничего хорошего.       — Асакура, — позвал его Марко, и Йо уже не мог отвертеться. Сделать вид, что он его не увидел, было бы большой глупостью. — Вас вызывает к себе директор.       — Что? Меня? — младший уже успел испугаться, что он такого натворил, что сам Голдва ждал его у себя.       — Да, вам будет интересно послушать. И прихватите с собой своего брата. Думаю, его это тоже касается, — холодным тоном оповестил его Лассо. — Жду вас в кабинете директора через полчаса.       Не дождавшись ответа, профессор ровным шагом стал удаляться от Асакуры по коридору, который вёл к учебным классам. Йо судорожно стал соображать, зачем они понадобились Голдве — уставший мозг совершенно не хотел думать. Но затем он вспомнил. Лайсерг, зелье, анализ! Всё-таки Марко сумел распознать то, что находилось в чёрной склянке в тот день, когда Дител хотел что-то подмешать его брату.       Быстро закинув вещи и переодевшись в спальне, Йо забил на душ и побежал в сторону подземелья, только сейчас ругая себя за то, что до сих пор не научился вызывать телесный патронус. Было бы намного проще оповестить Хао об этом, нежели искать его сейчас по всей школе. Просто Йо надеялся, что он всё ещё находился в Нефритовой комнате, даже чувствовал это, наверное, сердцем.       Стараясь успокоить свои мысли, он остановился у белой стены посреди коридора и подумал о нужном ему помещении. В нефритовом камне стали появляться очертания резной двери, и когда она материализовалась полностью, младший Асакура поспешил толкнуть её.       Хао сидел за столом и изучал книги, но оторвался от чтения, когда одна из створок открылась и шумно ударилась о стену. На пороге он увидел близнеца, который, запыхавшись от бега, пытался ему что-то сказать.       — Старик… вызывает… кабинет…       — Что? — не понял старший Асакура и встал со стула, чтобы подойти ближе.       — Голдва ждёт нас у себя, — Йо старался восстановить дыхание.       — Зачем?       — Это насчёт Дитела и его зелья.       Хао поднял брови вверх от озарения. Наконец-то Марко сподобился распознать зелье, которое ему пытался подмешать этот придурок. До сих пор не было вестей по этой ситуации, а Хао так жаждал узнать, когда же Лайсерга выгонят из школы.       — Когда?       — Сейчас, — Йо, не дождавшись, пулей вылетел обратно в коридор. Им ещё нужно успеть добежать до пятого этажа, где находился кабинет директора.       Хао вышел следом и лишь на мгновение остановился в подземелье, чтобы мысленно запечатать комнату. Однако брат его подождал наверху, чтобы вместе зайти к Голдве. Йо сделал глубокий вдох и медленный выдох, чтобы успокоить пульс. Вроде бы они ничего не натворили, но волнение всё равно присутствовало.       Когда он отворил сёдзи, то увидел старика с трубкой в руке, восседающего за своим столом, который стоял на возвышении, и рядом с ним Мастера зелий. Он молчаливо окинул взглядом вошедших Асакур, которые, поздоровавшись, присели на стулья перед директорским столом.       — Я позвал вас сюда, чтобы обсудить итог вашей стычки с Лайсергом Дителом, — хрипло проговорил Голдва, когда близнецы обратились в слух. Директор умел громко разговаривать только тогда, когда это было нужно. Но обычно его голос ничем не отличался от голоса старика.       Братья переглянулись между собой.       — Профессор Лассо, — он махнул рукой, предоставляя слово преподавателю зельеварения. Он лучше директора смог бы всё объяснить.       — Я изучил зелье, которое было у Дитела в тот день, — ровно отозвался Марко, а Асакуры, затаив дыхание, слушали его.       Хао надеялся, что там находилась какая-то отрава, и Дитела за это как минимум выгонят из школы. А как максимум, он прибьёт парня самолично.       — Это был некий… — профессор явно подбирал слова, — тонизирующий напиток. Ничего опасного в нём не обнаружено.       — Да, поэтому Дител получил строгий выговор и… — перехватил слово Голдва, но вскочивший со стула Йо с округлёнными от удивления глазами перебил его.       — Что? Всего лишь выговор?       — Асакура, сядьте, — строго приказал Лассо, заставив младшего снова опуститься на место.       — Строгий выговор и наказание, соответствующее его проступку, — с нажимом договорил директор, надеясь, что это успокоит братьев. Но Хао этого оказалось мало.       — Тонизирующий напиток? — он усмехнулся, смотря прямо на Марко. Мужчина на это никак не отреагировал. Ясно, значит, они знают, что это было любовное зелье, но скрыли ото всех. — И за это он получил только наказание?       — Скажите «спасибо», Асакура, что мы не применили эти дисциплинарные меры к вам, — по голосу стало понятно, что Лассо не отказался бы от наказания для младшего из братьев, особенно после того, как Йо угрожал Лайсергу палочкой на глазах у всей школы.       — Вот уж спасибо, — огрызнулся Хао, но оскорбления пресёк директор, который наблюдал за перепалкой.       — Надеюсь, что конфликт можно считать исчерпанным. Вы свободны.       После этой фразы Асакуры нехотя встали со своих мест и прошли к выходу. Хао штормило от раздражения, которое поднялось бурей внутри. Ему хотелось прямо сейчас найти Дитела и, пусть без применения палочки, старым дедовским способом отмудохать его так, что Фаусту потребуется месяц, чтобы собрать Лайсерга по частям.       — Но это последнее предупреждение. Не рискуйте своей репутацией, иначе вас ждут непоправимые последствия.       Близнецы обернулись на слова директора. Хоть внешне он был и спокоен, но они знали, что терпение у старика не бесконечно. Который раз они попадали в поле зрения главы школы и преподавателей? Не счесть. Но всё же оставались учениками Махотокоро до последнего года обучения, и они осознавали, что держало их здесь.       Асакуры, не сказав ни слова, вышли из кабинета. Голдва вздохнул, будто расслабляясь от напряжённого разговора.       — Но вы же их не исключите, — утвердительно сказал Лассо.       — И это не вопрос, Марко?       Преподаватель зельеварения не ответил. Директор школы, подумав несколько секунд, кивнул. Конечно же, нет.

***

      На следующее воскресное утро погода радовала солнцем, но бледные лучи нисколько не грели. Сильный ветер, нёсший с моря соль и влагу, заставлял сильнее укутываться в шарфы, иначе можно не дойти до Иводзимы, не отморозив себе при этом нос. Йо сдержал обещание вырваться с друзьями на отдых, тем более ему самому нужно прочистить мозги перед важным объявлением директора. Иначе потом на развлечения совсем не останется времени.       В начале их времяпрепровождения атмосфера за столом была накалённой, воздух, казалось, можно резать ножом. Но младший Асакура как будто специально не затрагивал вопросы Чемпионата, и вскоре парни разговорились на отвлечённые темы. Сливочное пиво помогало раскрепоститься в беседе, и уже через час они смеялись над тупыми высказываниями Макдениела.       Йо старался продлить этот момент, но в голове то и дело всплывали мысли о турнире, а ещё о Хао, который нехотя отпустил брата из их комнаты. Младшему не хотелось оставлять его одного, но они прекрасно понимали, что вызывать подозрения сейчас было бы слишком опасно. Братья и так чуть не попались, и теперь им нужно быть аккуратнее вдвойне.       Но время быстро приближалось к вечеру, и друзьям необходимо собираться в замок. Переодевшись в школьную форму после прогулки по Иводзиме, студенты стекались в Большой зал, взволнованно переговариваясь о предстоящем событии. Хао уже сидел за столом огненных, когда Йо в своей компании зашёл в просторное помещение и по привычке кинул на брата взгляд. Они без слов поняли друг друга: вот он — тот момент, когда близнецы наконец-то узнают чуть больше о Чемпионате, за участие в котором им ещё предстоит побороться.       Старший Асакура все эти недели отговаривал близнеца от подачи заявки, но тот не хотел его слушать и каждый раз закрывал уши наушниками, выкручивая в плеере громкость музыки на полную. Хао чувствовал в этот момент дежавю. Всё повторялось как тогда, пару месяцев назад, когда Йо бегал от него по всей школе, не желая вступать с ним в недосказанный разговор.       — Добрый вечер, — поприветствовал всех собравшихся Голдва, когда ученики расселись по своим местам. За его спиной на пьедестале стоял предмет, накрытый чёрной тканью. И угадать, что там находилось, не представлялось возможным.       Йо снова взволнованно посмотрел на брата через стол от него. Хао с привычной маской на лице смотрел на предмет, выстраивая в голове догадки.       — Как вы все знаете, сегодня настало время объявить об отборе на Чемпионат по зельям среди старшекурсников. За моей спиной, — директор отошёл в сторону, — находится то, что поможет нам с принятием решения. Профессор Лассо, — он повёл рукой, приглашая преподавателя пройти к пьедесталу.       Марко неторопливо спустился с президиума и, выдержав секундную паузу, сдёрнул ткань с предмета. Многие студенты встали со своих мест, чтобы получше разглядеть то, что скрывалось от их глаз. На возвышении стоял обычный чёрный котел, из которого клубился дым. Вокруг него в воздухе мерцала магия, переливаясь еле заметными бликами в свете фонарей в зале. Студенты удивлённо ахнули, и перешёптывания заполонили зал.       Йо сглотнул, соображая: кандидатов отбирать будет точно не комиссия из преподавателей или каких-нибудь министерских работников. Всё оказалось намного серьёзнее. А Хао сжал ладонь в кулак. Нет. Нет, нет, нет! Только за одно мгновение он понял, что человеческий фактор не будет играть никакой роли при выборе чемпиона от Махотокоро, а значит, что повлиять на кого-либо у него не осталось ни шанса.       — Этот магический котёл — артефакт, который поможет выявить достойного волшебника для участия в Чемпионате. В течение двух недель он будет стоять здесь, в этом зале, и каждый совершеннолетний студент сможет кинуть в него своё имя. Но хочу предупредить, — Голдва намеренно сделал паузу, чтобы ученики обратили внимание, — тех из вас, кто отважится это сделать, ждут очень серьёзные испытания. В конце учебного года Чемпионат будет проводиться в Японии, в окрестностях горы Осорезан. На две недели вы останетесь одни в зачарованном лесу, населённом магическими тварями. Вам необходимо использовать все свои знания, отвагу и решимость, чтобы побороться за титул чемпиона, поэтому подумайте хорошенько над тем, готовы ли вы.       В Большом зале повисла гнетущая тишина. Каждый студент осмысливал слова директора, особенно старшекурсники. До этого момента многие хотели попробовать испытать себя в таком турнире, но кто знает, как теперь изменится их мнение. Йо вновь посмотрел на брата. Хао перевёл на него взволнованный взгляд, мысленно пытаясь сказать, чтобы он не смел даже и думать об участии. Но именно в этот момент младший Асакура принял для себя решение: он точно не намерен отступать. Это их самопожертвование доводило близнецов до тупика в бесполезных разговорах. Теперь всё решит за них магический котёл, никак не люди, на которых близнецы поначалу думали. Йо не хотел, чтобы брат пострадал в этом чёртовом лесу, ровно как и Хао, и его было не переубедить.       Отойдя от впечатляющей речи директора школы, студенты вновь посмотрели на Асакур, но братья замечали в многолюдном зале только друг друга. Хорокей с Реном со страхом в глазах глядели на друга, осознав, что теперь ситуация стала серьёзней некуда. Рю, который молча смотрел на Йо, поджав губы, не решался отвлечь его от размышлений пустым разговором. Что бы ни сказали ему друзья, младший Асакура их не станет слушать. Отговаривать упёртого друга бесполезная затея. Особенно находящегося под давлением родителей Йо.       — Дальнейшие указания будут известны лишь выбранному чемпиону школы Махотокоро, — добавил Голдва, когда зал немного оживился. — А теперь перейдём к трапезе.       Появившаяся еда на факультетских столах, которая уже не вызывала такого восторга, как раньше, даже не заставила Йо притронуться к ней. В его голове вертелись мысли как бы незаметно кинуть своё имя в котел, да так, чтобы Хао об этом не знал. Ведь после этого объявления он будет следить за ним более пристально, а ещё: теперь две недели ему не удастся избежать нотаций старшего брата. Хоть бы нашлись силы это выдержать.

***

      — Ты можешь меня хотя бы раз послушать?       — Я тебе уже всё сказал, Хао.       — Нет, ты просто невыносим!       Опять. Опять этот бестолковый разговор, заводящий в тупик близнецов каждый раз, когда тема затрагивала турнир.       Йо осёкся, осознавая, что брат повысил на него голос. Хотя он мог себе это позволить, в Нефритовой комнате их точно никто не услышал бы. Младшего Асакуру слишком утомили их перепалки, стена непонимания выросла перед ними так незаметно, из-за чего они изо дня в день, казалось, отдаляются друг от друга. Между близнецами всё это время было столько недосказанности, что это даже бесило. Хао настолько пытался уберечь его от всего в этом мире, но ни капли не думал о самом себе. И это казалось таким неправильным. Но как донести эту мысль до его головы, когда он даже не хотел слушать об этом? Нервы были оголены уже которые сутки, Йо боялся, что больше этого не выдержит.       Он страшился последствий. Хоть Хао и не проявлял по отношению к нему агрессии, их перепалки уже давно приобрели негативный оттенок. А Йо не хотел этого, не хотел ощущать то, что происходило между ними несколько месяцев назад, а до этого — всю их сознательную жизнь.       Старший Асакура, увидев подавленность в глазах брата, быстро преодолел расстояние между ними и заключил его в крепкие объятия. Он выдохнул, когда Йо обмяк в его руках и обнял в ответ. Хао не хотел этой ссоры, он вообще не желал причинить близнецу хоть какую-то боль, особенно душевную. Но Йо не понимал, как сильно он хотел защитить его, Хао сделал бы что угодно, лишь бы близнец не оказался у котла и не бросал туда своё имя. Это так сложно понять?       — Прости меня, — еле слышно проговорил старший, склоняя голову набок, чтобы вдохнуть апельсиновый запах с волос брата. Он магическим образом успокаивал его.       — Давай хотя бы сейчас не будем это обсуждать, — намекнул Йо, не желая ссориться перед грядущим праздником.       — О, так ты любишь все эти розовые сопли? Не ожидал, — усмехнулся Хао, обдавая горячим шёпотом его шею. Тело сразу отозвалось на это, и по коже пробежали мурашки.       — Не то чтобы, но… — младший не успел договорить, прикрыв глаза. Губы брата нежно коснулись шеи, заставив его отклонить голову в сторону.       Вот так всегда. Хао сам начинал ссору, а потом заканчивал её так, что Йо становилось сложно сопротивляться. Сандаловый запах заполонил его лёгкие, будто опьяняя и освобождая разум от гнетущих мыслей. Тело становилось более податливым на ласки близнеца, чьи руки забрались под толстовку и заставили кожу гореть от прикосновения.       Йо положил руки на плечи брата и притянул к себе, находя его губы для поцелуя. Что Хао умел лучше всего, так это прочищать мозги своими поцелуями, невольно заставляя забывать обо всех проблемах в их сумасшедшей жизни. Хотелось раствориться хотя бы на одно мгновение в его руках, ощутить долгожданное удовольствие, которое бы их расслабило. От напряжения уже не выдерживало тело, и Хао знал, как с этим справиться.       Поздно вечером, когда старший Асакура заснул в созданной им кровати в Нефритовой комнате, Йо еле слышно оделся и выскользнул в коридор подземелья. Он обдал своей прохладой после жаркого помещения, где в камине горел неугасаемый огонь, и будто стало легче дышать. Остудив голову в коридоре, Йо после отбоя направился в сторону Большого зала, стараясь остаться незамеченным перед дежурными и преподавателями, которые иногда патрулировали коридоры школы.       Сейчас отсутствие близнецов в спальнях общежитий, где остальные студенты могли заметить пустую кровать соседа и переполошиться, его волновало меньше всего. Проблемы надо решать по мере их поступления, как говорил Хао. Главной же задачей на данный момент являлось беспрепятственное проникновение в зал к котлу, который даже ночью клубился дымом и источал магию.       Йо тихо прикрыл за собой высокую створку двери и нашёл в кармане толстовки заранее приготовленную бумажку с написанным именем. В огромном помещении он оказался один, поэтому широкими шагами младший Асакура преодолел расстояние до пьедестала и занёс руку над котлом. Всего одна секунда отделяла его от неизбежного - после того, как Йо бросит своё имя в котёл, переиграть всё обратно возможности не будет. Но как долго и упорно он к этому шёл, поэтому сомнений не должно быть никаких.       Бумажка скрылась в белой дымке, что быстро поменяла цвет на красный, как бы оповещая, что заявка от студента принята. Йо выдохнул с облегчением и слабо улыбнулся. Теперь обратной дороги точно нет.