Глава десятая. Начало конца.

      В любом уголке планеты и в любое время люди испытывали трепет перед неизведанным и загадочным. Всё, что не укладывалось в рамки рационального понимания, мгновенно обретало магический ореол. Попытки найти научное обоснование этих явлений встречали сопротивление, и не каждый мог убедить окружающих в своей правоте, даже имея на руках все доказательства. Многие люди предпочитали питать доверие к сверхъестественному, нежели к науке. Эта вера порождала страхи и зло.       Но те, кто верил, не замечали происходящего. И те, кто не верил, тоже не видели. Однако всё это существовало. То, что когда-то было лишь фантазией, стало реальностью, но не там, где в неё веровали.       Пока были те, кто с недоверием относился к субъективному мышлению, мир сохранял баланс, и вымышленное не становилось частью их жизни. Но в мире Астрала оно становилось явью. Все ужасы, всё зло, всё порочное зарождалось именно там, и оно стало настолько могущественным, что превратилось во второй Астрал. Тёмный.       Они как верх и низ, тьма и свет, где-то лишь добро, а где-то — сплошное зло. Именно по этой причине в духовном мире появились стражи.       Стражи являются воплощением животных с индивидуальными чертами характера, которые присущи лишь им. Им дана сила, с которой никто не может сравниться, но их всё равно ставят ниже жрецов-мудрецов.       Жрецы и стражи — это совершенно разные сущности. Жрецы — это люди, а стражи — это нечто большее, чем просто животные. Однако жрецы не замечают стражей, считая их незначительными. Но это не так.       Стражи были самыми последними, но всегда оставались первыми с конца. Они питали ненависть ко всем существам, что считались выше их, ведь те видели в стражах лишь воинов и охранников. Но на деле всё было гораздо сложнее и одновременно очень просто.       Жрецы являются посредниками между мирами и душами, они знают всё обо всём, а стражи следили за равновесием на границе миров, воплощённой другими. Они не давали злу подняться, а добру — опуститься. Они были мудры, как друиды, и обладали знаниями и нюансами духовного мира гораздо в большем объёме, ведь сталкивались со всем этим ежедневно.       Пока очередной друидноподобный жрец направлял одну из душ, страж следил, чтобы она не попала не туда. Это случалось нечасто, обычно духовный мир не ошибался, но если невинная и чистая душа оказывалась не там, где ей место, страж без колебаний приходил за ней и оберегал, пока она не оказывалась там, где должна была быть.       Зверей-стражей было много, но они никогда не пересекались друг с другом. Они всегда скрывались ото всех и даже если помогали, то редко позволяли увидеть себя. В частности, это связано с их внешним видом, ведь не каждый будет доверять, например, лисе, основываясь лишь на знаниях о её хитрости и ловкости. Но лиса — это не просто обманщица. Она умна, эмоциональна и верна. Именно из-за привычных стереотипов о разных животных души могут быть недоверчивы к своим защитникам и бояться их, поэтому стражи скрываются.       — Вендиго? — Шэдоу задумчиво приложил руку к губам и опустил глаза.       Два Ежа уже давно покинули поле и, как обычно, шли куда глаза глядят, а следом за ними шёл и снегопад. Белые пушистые снежинки падали на их спины и таяли, но ежи не чувствовали холода. Хотя Синий Ёж был немного обеспокоен, ведь он проснулся от пронизывающего холода, который вскоре исчез. Ещё одна закономерность, как и та, что им не нужна еда.       В данный момент они расположились на двух упавших деревьях, отдыхая после долгого пути. Их иглы, как и вся шерсть, были мокрыми от таявшего снега.       — Да. Ты что-то знаешь?       Тень поднял взгляд на сидящего напротив и кивнул.       — Это дух-людоед в одной из многих людских мифологий.       Соник закрывает глаза, воскрешая в памяти образ чудовища, которое, кажется, совсем недавно хотело его съесть. В его памяти всплывает образ козлиного черепа с глубокими трещинами, длинных и острых рогов, на которые, вероятно, тот насаживал жертв, и невероятно длинных когтей и клыков. Эти воспоминания не самые приятные, и герой открывает глаза, чтобы не видеть их снова.       Он встречается взглядом с Шэдоу, и на его лице появляется неловкая улыбка.       — Что ты вообще забыл в том лесу?       Синий Ёж заглянул в янтарно-красные глаза, думая, стоит ли рассказывать собрату о своём новом друге, который его и выручил от неминуемой гибели.       В их ситуации, казалось бы, нет смысла что-либо скрывать, но, с другой стороны, хотел бы сам Филеас, чтобы кто-то ещё знал о нём?       Молчание затянулось, и брови Шэдоу сошлись на переносице, и Соник это заметил. Он тяжело вздохнул, перебирая идеи, как можно выкрутиться из положения, но ничего не мог придумать.       — Нас спасли.       Лицо напротив выражало недоумение, и Соник принялся рассказывать всё по порядку. Почему-то врать Тени после их сближения вовсе не хотелось, но и рассказывая, он чувствовал, словно предаёт часть себя. Ту часть, что любит секретничать и наслаждаться тайнами.       Он говорил непривычно медленно и подробно описывал всё, но некоторые детали старался не упоминать.       По мере того как рассказ подходил к встрече с Лисом, у Соника начало покалывать руку, и он замолчал. Синий Ёж прижал конечность к животу и огляделся, что не скрылась от внимательных глаз напротив.       — Что-то случилось?       — Нет! — герой осознал, что ответил слишком резко, и, помявшись, повторил: — Нет. Всё хорошо.       Он начал поглаживать предплечье и вновь заговорил, но, когда понял, что забыл упомянуть голос в голове, вновь замолчал. Он осознал, что весь его рассказ, который он уже успел изложить, включал в себя лишь побег от монстра и странные следы. Но не было никакой части с Лисом.       Соник говорил о Тёмном астрале, метках на теле, о представленной для них опасности, но так и не рассказал Шэдоу, что всю эту информацию он получил от белоснежного Лиса с кровавыми глазами. И что он дал ему имя.       Синий Ёж не мог понять, как он умудрялся «танцевать» вокруг этой темы, не касаясь её главного героя, и зачем он это делал. Он же решил, что не будет держать это в секрете, но язык словно перестал ему подчиняться, и Соник не мог его контролировать. Слова избегали Лиса, говоря о нём в манере «голоса из ниоткуда» и не больше.       — И ты веришь во всё то, что сказал тебе голос?       Герой посмотрел на свою руку, на которой должен был быть укус Филеаса, и кивнул.       — Да. Он спас и тебя, и меня. Почему бы мне не верить ему?       — Потому что ты не знаешь, кто это был.       Шэдоу говорил с заметной настороженностью, и Соник мысленно усмехнулся, услышав его слова.       — Он спас нас, разве этого недостаточно?       — Нет. Возможно, это было ещё одно существо, заприметившее нас. Оно могло специально убрать конкурента.       Тень говорил истину, в которую Синий Ёж поверил бы безоговорочно, если бы не увидел собственными глазами Лиса с вечной ухмылкой на мордочке.       — Твой Ёж такой недоверчивый, аж тоска берёт. Мне это напоминает, почему я каждый раз скрываюсь от душ.       Неожиданно раздавшийся голос Филеаса в голове заставил вздрогнуть. Соник вновь завертел головой по сторонам и услышал, как зверь засмеялся.       — Не найдёшь, не беспокойся. Как и он.       Речь явно шла о Шэдоу, и герой уставился на него, надеясь, что Тень действительно ничего не слышал.       — Да что с тобой такое?       Голос Чёрного Ежа приземлял и резонно отличался от голоса Лиса. Один словно говорил внутри, а другой — извне его разума.       — Просто переживаю, что вендиго может быть где-то рядом.       Соник сказал неправду, но в его словах была доля истины, ведь он действительно размышлял об этом. В прошлый раз монстр не смог их найти из-за защитного барьера, но теперь его не было, и Ежи могли снова стать добычей духа-людоеда.       Слова Синего Ежа оказали влияние на Шэдоу, и он проследил за взглядом Тени, который переместился на лес за спиной Соника.       — Скорее всего, так и есть. Нужно оставаться на стороже.       — Вендиго ушёл далеко и надолго, так что можете расслабиться, мистер недоверчивый Ёж.       Голос Филеаса звучал лениво и саркастично, словно тот разговаривал с Шэдоу, и Соник не сдержал короткого смешка в кулак, чем и привлёк чужое внимание.       — Ты в своём репертуаре, Шэдс. — И снова послышался короткий смех.       Однако, к удивлению Соника, Тень не стал привычно язвить, а лишь продолжал смотреть куда-то позади него. Синий Ёж почувствовал беспокойство от такого внимания и хотел было обернуться и посмотреть, что же привлекло внимание его собрата, но его остановил неожиданно спокойный голос.       Чёрный Ёж поднялся с поваленного дерева и, обойдя Соника, остановился за его спиной. Некоторое время герой чувствовал на себе чужой изучающий взгляд, а потом тепло чужой ладони, что начала оглаживать его спину.       — Тебя ранили?       Сидящий сначала не понял, причём тут спина и раны, а потом вспомнил, как налетел спиной на дерево и что, возможно, на спине остались следы.       — Нет. Я ударился о ствол дерева, когда убегал.       — Тогда это объясняет, почему раны открылись. Повезло, что не сильно.       Соник чувствовал, как его спину бережно гладят руки в перчатках, словно создавая узор и обходя раны. Когда одна из рук коснулась его иголок, он невольно выдохнул. Он не ожидал, что это будет так приятно. Более сильное тепло разливается в груди от осознания, что к нему прикасается не кто-то, а сам Шэдоу. Тот, с кем он связал себя узами соперничества и с кем разделил первый поцелуй. Воспоминания о вчерашнем забеге, который стал чем-то большим, отозвались приятным трепетом внутри, и Соник улыбнулся, прикрыв глаза.       Шэдоу почувствовал, как тело под его руками стало более спокойным, и продолжил свои действия. Было непривычно прикасаться к Синему Ежу в отсутствие схватки, но он чувствовал, что это правильно.       — Какие же вы...       Лис попытался издать звуки рвотных позывов, тем самым показывая, насколько ему это противно, от чего Соник уже в который раз не сдержал смех. Его плечи содрогались, а тело немного наклонилось вперёд, чтобы подавить эту забаву, но не выходило. Стоявший сзади Чёрный Ёж в недоумении наклонил голову набок, а руки его так и замерли в воздухе. На лице появилась лёгкая улыбка, ведь он так давно не слышал смеха Соника.       — Почему ты смеёшься?       Соник поднялся с насиженного места и в один прыжок перепрыгнул дерево и нос к носу оказался с Шэдоу. Руки Чёрного Ежа, которые до этого застыли в воздухе, легли на чужую талию.       — Просто понял, что ты милый.       Обладатель янтарно-красных глаз даже не удивился такому заявлению и, усмехаясь, выдохнул:       — Идиот.       — Ты повторяешься.       Герой не переставал улыбаться. Он обхватил лицо собеседника ладонями и придвинулся к нему настолько близко, насколько это было возможно.       — И ты вчера поцеловал этого идиота. — прошептал прямо в губы.       Шэдоу улыбнулся и внезапно, стараясь не причинить боли, потянул Соника за иглы и запрокинул его голову назад, нависая лицом сверху.       — И готов это сделать ещё раз.       От неожиданности кончики ушей Синего Ежа приобрели слегка пунцовый оттенок, от чего Тень не сдержал улыбки.              Нависавший сверху словно нарочно сокращал расстояние ужасно медленно, и прежде чем их губы соприкоснулись, тихий голос Филеаса пробормотал:       — Вы тут не одни.       Губы слились в желанном поцелуе. Нежное соединение не только губ, но и сердец, быстро бьющихся в районе груди.       Шэдоу продолжал крепко держать собрата за талию, не давая ему упасть назад. Он нависал над ним, как скала. Соник, в свою очередь, не отпускал лицо Шэдоу, притягивая его к себе с такой силой, будто хотел не просто поцеловать его, а слиться с ним воедино. Он слегка повёл большим пальцем вдоль линии скул и на мгновение открыл глаза, и этого было достаточно, чтобы увидеть огромный силуэт, который блуждал в тени деревьев, скрытый падающим снегом.       Синий Ёж переместил свои руки на чужую шею и, потянув как следует, смог повалить Шэдоу вместе с собой. Спина вновь отозвалась болью уже не просто от соприкосновения с твёрдой поверхностью, но и чужим весом поверх.       — Что ты тво...       Соник прикрыл ладонью рот Чёрного Ёжа и приставил указательный палец к своим устам, заставляя замолчать. Шэдоу, услышав шорох за спиной, понял всё без лишних слов, и рука с его рта исчезла.       Тень, стараясь не создавать шума, слез с Соника, и они оба подползли к поваленному дереву, укрываясь за ним и следя за силуэтом. Из-за снежного покрова на земле их шерсть на животе намокла ещё сильнее, заставляя ту противно липнуть. Синий Ёж поморщился, когда осознал, что все его бинты были насквозь сырыми и уже никуда не годились.       Тем временем казавший раньше тёмным пятном силуэт шагнул ближе к их месту, и растущие густо деревья повалились, а земля задрожала. Здоровые деревья, упав, создали густую завесу, за которой не было видно существа, но каждое дрожание земли говорило о его приближении.       — А я говорил.       Соник нахмурился от слов подавшего вновь голос Филеаса.       — Нужно говорить нормально, я думал, ты про себя! — шёпотом воскликнул герой, и на него уставился удивлённый взгляд с очередным дрожанием земли.       Янтарно-красные глаза внимательно оглядели нахмурившегося Синего Ежа, и в груди Тени засело неприятное чувство.       — Ты можешь общаться со мной мысленно. Это к слову, а сейчас перейдём к сути. Этот великан — всего лишь тролль.       Всего лишь!?       — А ты быстро учишься!       Соник почувствовал эту лукавую ухмылку на лисьей морде.       Не переводи тему!       — Даже не пытался. — Лис закатил глаза, но тут же стал серьёзным: — Они не так опасны, как вендиго. Тролли глупы и медлительны, что сыграет Вам на руку. Следует просто убежать от них как можно дальше и не попасть под его дубину.       Как только речь зашла об оружии, в этот самый момент тролль предстал перед взором двух прячущихся Ежей. Это было огромное как в длину, так и в ширину существо с грубой на вид кожей, которая была покрыта в некоторых местах мхом. К его лицу привлекал внимание огромный и уродливый нос, который был скорее похож на мешок картошки, нежели на нос. Его волосы имели зеленоватый оттенок и были в некоторых местах заплетены в косички. На теле же красовалась одна набедренная повязка, а в руках было тяжёлое и не менее огромное оружие, которое, казалось, умещало в себя несколько здоровых деревьев.       Тролль остановился недалеко от того места, где стояли Ежи, и, слегка приподняв голову, начал принюхиваться, после чего на его широком лице растянулся самый настоящий хищный оскал.       — А ещё он вас чувствует.       Соник раскрыл рот то ли от ужаса, то ли от желания крикнуть что-нибудь Лису, но ни того, ни другого он не сделал и лишь уставился на рядом лежащего и не шевелящегося Шэдоу, на что получил очередной недоумевающий взгляд.       — Это тролль. — шёпотом сказал герой.       Слова Синего Ежа заставили Тень вновь обратить внимание на существо, которое начало озираться по сторонам, явно пытаясь их обнаружить. Чёрный Ёж кивнул, но его взгляд был красноречивее слов. Однако Сонику было не до этого.       — Они неповоротливы, у нас есть возможность скрыться от них.       Сейчас нужно было как можно скорее уходить отсюда, и Синий Ёж позже объяснит Шэдоу, откуда он это знает.       Соник начал обдумывать, как можно было бы избежать сценария, в которой их увидит отвратительное существо, но не успел он и подумать об этом, как земля снова задрожала. Вот только великан перед ними стоял и не двигался.       Ежи синхронно повернули головы назад и заметили ещё одного тролля, стоявшего позади. Он выглядел как и первый, только оружие в его огромных руках отличалось.       Они оказались в ловушке между двумя великанами. И, судя по тому, как пристально смотрел на них новопришедший, он их заметил.