Красавец и бандит

Тихая звёздная ночь накрывала Делулу Таун. Где-то лаяли собаки, где-то ухала сова, где-то Бэмбэм уже в третий раз за вечер открывал окно и орал на прохожих, чтобы перестали шататься под его уважаемым борделем и пугать клиентов. А у офиса шерифа всё было спокойно, даже слишком. Никто из жителей и не подозревал, что один из самых опасных людей уже выехал навстречу своим сердечным приключениям.  Хосок, сидя верхом на своём вороном коне, уже нарушил покой нескольких ничего не подозревающих ковбоев по пути, да чуть не переехал пару гусиных шей. Он немного перебрал с текилой ещё на подступах к городу и теперь был охвачен совершенно неприличным настроением. Романтичным. — Вот ведь дурень, — хмыкнул он сам себе, глядя на темнеющий фасад шерифского здания. — И как мне было не влюбиться в помощника шерифа? Да ещё и в самого красивого, что я только видел… На секунду в его голове промелькнула трезвая мысль о том, что, может, не стоило вот так резво и очевидно врываться в спокойствие ночного города, и даже  подумал развернуться, но вдруг заметил знакомый силуэт. Второй этаж, открытое окно, свеча догорает, а прямо над стопкой листовок «разыскивается» лежит голова Тэхёна. Спит! Подперев щёку кулаком, с непокорными волосами, упавшими на глаза, словно сам воздух устал выносить такую красоту. — Ох, Тэхён, убьёшь ты меня раньше всех законников, — пробормотал Хосок и подогнал коня ближе к окну. Он глянул по сторонам — ни души. Только цикады и луна. Тогда он ухватил из-за пояса револьвер, прижал его к концу длинной палки, которую прихватил с собой, и, приподнявшись в стременах, осторожно протянул эту конструкцию в окно. — Подъём, красавец, — шепнул он, стукнув рукоятью по столу. Тэхён дёрнулся, распахнул глаза, и первое, что увидел — это револьвер, протянутый в окно. Он машинально схватил его, вскинул голову, пытаясь понять что происходит, заодно прийти в себя ото сна и проморгаться и… наткнулся на лукавую улыбку Хосока. — С ума сошёл?! — прошипел он, вскакивая. — Тебя ж повесят, если увидят здесь! — А я уже повешен, — нагло заявил Хосок. — На твоей шее. Тэхён закатил глаза, но уголки губ предательски дрогнули. Он откинул револьвер на стол, подошёл к окну и наклонился, немного перевешиваясь на прохладную улицу. — Откуда у тебя вообще эта палка? — спросил он, скользнув взглядом на длинную жердь, которой Хосок ловко орудовал, как фокусник в кабаре. — И что ты вообще делаешь посреди ночи у офиса шерифа? Хосок улыбнулся так, что луна спряталась от этого света.  — Палка? Я её в городе нашёл… специально для тебя. Чтобы протянуть что-нибудь важное. Например, своё сердце. — Ты что, пьян? — прищурился Тэхён. — Я пьян твоими глазами, — без малейшего стеснения ответил Хосок и положил ладонь на грудь. — Господи, ну почему ты такой красивый, это нечестно… Как жить-то с этой пыткой? Тэхён попытался сохранить суровое выражение лица, но получилось плохо. Он облокотился на подоконник и чуть свесился вниз, ближе к Хосоку. Их взгляды пересеклись, а в следующее мгновение всё стало слишком неизбежно. Их губы встретились, медленно, сдержанно, словно они оба не хотели спугнуть это хрупкое мгновение. Вкус соли и сладости, тёплого воздуха и пряного шёпота смешался с лёгкой горечью текилы, ещё ощутимой на губах Хосока. Он осторожно подался ближе насколько мог, рукой уперевшись в каменную стену, а Тэхён, всё ещё наполовину свешенный из окна, позволил себе забыть обо всём. Поцелуй вышел тягучим, неспешным, как расплавленный мёд. Они целовались, будто всё время мира принадлежало им двоим. Хосок чуть прикусил его нижнюю губу, и Тэхён  едва слышно выдохнул. Звук, от которого у Хосока едва не закружилась голова. — Поехали со мной, — шепнул Хосок, едва оторвавшись. Его голос был низким, охрипшим, и дыхание касалось кожи. — Укромное место, только ты и я. Никто нас не найдёт. Ну и не будить же арестантов снизу, пусть спят, они нам сейчас точно не компания. Тэхён закрыл глаза и нежно провёл пальцами по его щеке, будто запоминал каждую черту, каждый изгиб его лица. В этот момент весь мир сжался до тёплой кожи под его ладонью и мягкого поцелуя, которым ещё пахло в воздухе. Но тишину внезапно нарушил странный звук, словно кто-то внизу споткнулся, потом недовольное бурчание и протяжное: — …ну что за жизнь… где мой фонарь… — Это ещё что за привидение? — Хосок вскинул брови. — Да ё-моё… — выдохнул Тэхён сквозь зубы. — Намджун. Как всегда очень вовремя. Хосок беззвучно рассмеялся, плечи его затряслись от сдержанного хохота. Он поднял глаза на Тэхёна и с заговорщицким блеском в глазах подмигнул: — Тогда давай… запрыгивай. Он слегка подался вбок и хлопнул ладонью по седлу позади себя, освобождая место. Тэхён посмотрел вниз, на блестящие от луны глаза Хосока, и тихо после секундного раздумья кивнул.  — Ладно. И в следующее мгновение, с лёгким толчком и грацией, от которой цирковые акробаты заплакали бы от зависти, он спрыгнул из окна прямо за спину Хосока, приземлившись идеально чётко, будто всю жизнь тренировался именно этому. — О-о-о… — только и смог выдохнуть Хосок, искренне восхищённый. — Господи, ну почему ты всё время такой… ах!  Он ухмыльнулся и, чувствуя горячее дыхание Тэхёна у себя за плечом, тронул поводья. Конь фыркнул и рванул прочь из Делулу Тауна, оставляя за собой только звёздную пыль и обиженный бубнёж Намджуна, который так и не понял, что сейчас кто-то украл его напарника прямо из окна.