Вернутся к фанфику

Глава 3

19 июля 2025, 16:20
Раздражение заполняло до краев. Драко крутил в пальцах волшебную палочку, сидя в кресле зала совещаний. Они уже битый час гоняли по кругу одно и то же. Снова и снова упирались в отсутствие каких-либо новых разведданных об операциях Ордена. Широкий мраморный зал фамильного поместья Гринграссов освещала массивная хрустальная люстра. После гибели Темного Лорда Гринграсс Холл стал одной из доверенных штаб-квартир Пожирателей. Это немного радовало — теперь командование Пожирателей встречалось в различных чистокровных домах, и Драко наконец начал ощущать себя хоть немного спокойнее в своем же доме. Мэнор будто стал теплее, когда за светлыми колоннами и в коридорах подземелий перестали шнырять крысы Яксли. Хотя теперь он и сам входил в их число. А вот это уже бесило. Под хрустальной люстрой в центре зала расположился овальный стол. Более двадцати фигур в темных плащах и костюмах склонились над своими записями и докладами. Молчание прерывали лишь стук часов и монотонный, словно лекция профессора Слизнорта, голос Квиринуса Гантрея. Хотя этот бубнеж над докладом о прошедшей вылазке больше напоминал заевшую пластинку: подробности неизвестны, ключевые фигуры не обнаружены, потерь нет. Драко бросил палочку на стол, откидываясь на спинку кресла. И поймал на себе многозначительный взгляд Люциуса. На лице отца читалось такое же бесконечное уныние. Это продолжалось уже несколько месяцев: никто из сидящих здесь не хотел признавать — они сдавали позиции. Орден залег на дно по непонятной причине еще в мае. Все их нападения казались хаотичными и разрозненными, но больше напрягало то, что ни на одной из вылазок Драко на глаза не попадались ни Золотой Мальчишка, ни приближенные Кингсли. Ни, на худой конец, хотя бы рыжие макушки Уизли. Их след терялся, словно мокрая полоса от слизняка под палящим солнцем. Драко одолевала тупая жгучая злость на бездействие всех вокруг, включая Яксли с его новыми порядками и налетом величия. — Подытожив, добавлю, что целесообразным считал бы… — голос Гантрея умолк, пока мужчина не спеша переворачивал пергамент. — Разработать новые методы сбора, обработки и применения информации о местонахождении… Что это, черт возьми, должно было значить? Драко поправил несколько непослушных отросших прядей и с вызовом взглянул на отца. Люциус лишь поджал губы и кивнул, будто бы негласно разрешая. Поддерживая. — Прошу прощения, господин Гантрей, но как это поможет нам найти Поттера? — голос прозвучал жестче обычного в тишине зала. Теперь все скучающие лица смотрели в его сторону. Драко выровнял спину и спрятал палочку в карман темного пиджака. Мужчина удивленно округлил глаза под линзами тонких очков, но звучал все так же занудно. — Наша работа не заключается исключительно в поимке ключевых личностей восстания, мистер Малфой, — мужчина поджал губы, уставившись снова в свой пергамент. — Существуют проблемы более насущные, и после трагической гибели Темного Лорда… — Вы просто не знаете, где его искать, не так ли? — Драко чувствовал, как ярость разливается по венам, с каждой секундой всё быстрее заражая каждую клетку тела. Он не знал. Но что бесило больше — никто из присутствующих не собирался возразить ему или предложить идеи. Без Риддла Пожиратели словно превратились в тени самих себя. Утратили любую волю к борьбе с Орденом, который за прошедшие полтора года лишь нарастил подпольную сеть шпионов и достиг даже Болгарии, где политическая верхушка давно подчинилась палочкам Люциуса и Беллы. Трусы. — Если вы располагаете какой-то важной информацией, мистер Малфой, будьте любезны её озвучить, — Гантрей поджал губы, и Драко заметил искру раздражения во взгляде. — До нас дошли слухи, что Малфой Мэнор приютил одну важную гостью, — тихий, словно убаюкивающий, голос Долохова заставил Драко сжать челюсти. — Гермиона Грейнджер уже поведала вам что-то интересное? Так ведь, Люциус? — под напускным безразличием прослеживалось плохо скрытое любопытство. — Это правда, мистер Малфой? — взгляд Гантрея переместился на каменное лицо Люциуса. Словно Драко здесь больше не было. Словно шалость была забыта и прощена. Словно ему все еще шестнадцать лет и отец взял его с собой из вежливости. Пустое место. Они все считали его просто преемником отца, обычной пешкой в руках родителей. Драко едва заметно сжал руки в кулаки и постарался мысленно сосчитать до десяти. Склока с секретарем Совета не была чем-то неожиданным — старикашка бесил Драко на каждом чертовом собрании: он ни разу не был на битвах, операциях, не видел никого из Ордена вживую. Не делал ничего, кроме этих пресных отчетов и своего прилизанного седого хвостика на затылке. Интересно, сколько бы взяла одна из шлюх Косого Переулка за ночь с ним. По его личному опыту, девочки там ломались побольше самых целомудренных слизеринок. А таких было немало. Малфой сделал еще более глубокий вдох, представляя полные отвращения глаза проституток при виде щуплого старикашки, разглагольствующего о своих заслугах перед Волдемортом. Ничтожество. Квиринус Гантрей теперь занимал одну из самых высоких должностей Министерства Яксли при том, что был обычной бездарностью и при желании не был способен осилить даже самую простую боевую дуэль. — Да, Гермиона Грейнджер была поймана нашими дозорными в нескольких сотнях километров от поместья. — Люциус звучал так, словно сообщал итог скучнейшего квиддичного матча. — И была доставлена в Мэнор под протекцию моего сына. Последние слова прозвучали жестко. Будто Люциус отказывался от дальнейших комментариев. Взгляды снова устремились в сторону Малфоя-младшего. — Так подружка Поттера теперь принадлежит Драко? — интерес в глазах Антонина Долохова в этот момент был неподдельным. — Я надеюсь, мы все, включая Командующего, не будем лишены возможности пообщаться с такой важной гостьей, — казалось, будто еще немного, и яд из слов польется по губам мужчины. В глазах всех присутствующих читалась жажда: дозорные во главе с Монтегю хоть и не отличались расторопностью, но в этот раз сработали слаженно. Драко оперся локтями на стол, почти физически ощущая свое превосходство, — единственная добыча за месяцы лета оказалась его личной собственностью. Что могло быть лучше для взлета в глазах всех этих… крыс. Они не получат её, пока он не скажет «можно». Включая даже агрессивного хитрого Долохова, который теперь откровенно пялился на Драко с вызовом. — Командующий уже оповещен. Я ожидаю личного распоряжения Яксли на этот счет, — Драко приложил все силы, чтобы не поморщиться, возвращая ледяной взгляд обратно секретарю Совета. — Но что касается этого совещания… Я считаю, мы никуда не движемся без дополнительной информации и большего количества разведопераций. — Эта дополнительная информация вполне могла бы поступить к нам от вас, мистер Малфой, если бы вы выполняли свои прямые обязанности и допросили Грейнджер, — Квиринтус злился. Драко видел это по смятому под пальцами пергаменту никчемного доклада. — Эта информация не поможет мне заставить всех за этим столом шевелиться, — Драко фыркнул, поднимаясь с места. — Если бы мне понадобились советы по составлению никому не нужных отчетов о не проделанной работе, я бы обратился к любому из здесь присутствующих. Но в вопросах реальной работы я, пожалуй, оставлю за собой право принимать решения. — Драко… — тихий голос Люциуса утонул в шепоте Совета Двадцати. — Мистер Малфой, я бы просил вас впредь следить за своими выражениями. Ресурсы, которыми мы располагаем, в данный момент ограничены, и за неимением более четких распоряжений… Драко казалось, будто он говорил с магической счетной машинкой: треск голоса Гантрея утонул в шуме за столом. Плащи зашелестели, и Драко поймал на себе несколько внимательных взглядов, включая все тот же ледяной — от отца. По-другому было нельзя. Драко поднялся с места, скрипнув ножками кресла. — Даже допрос толпы грязнокровных подружек Поттера не поможет нам завершить дело Темного Лорда: победить и наконец занять положенные нам места в магическом мире. Я говорю не только лишь про Министерство, которое, похоже, всем здесь снится ночами, — парень сдернул со спинки черную мантию и накинул на плечи. — Нам нужно еще, как минимум, одно подразделение разведки, которое по-настоящему будет делать свою работу. Нужно найти их всех: каждого чертового члена Ордена Феникса. Я хочу видеть их в подземельях для допроса. Живыми. Всех до единого, — под усилившийся гул голосов Драко вышел из-за стола и направился к двери. — Если никто больше не решится, я предлагаю свою кандидатуру первой в это подразделение. И, мистер Гантрей, мое требование будет предъявлено Командующему напрямую. Конечно же, в письменном виде. Драко вышел за дверь, оставляя за спиной гомон Пожирателей и молчаливый взгляд отца. Потом. Они все скажут ему спасибо, когда хоть что-то в этой чертовой системе заработает. Когда война, растянувшаяся на годы холодного вялого противостояния, наконец приблизится к своему концу. Когда он наконец вновь сможет почувствовать себя живым. Не оружием в руках Реддла или Яксли. Не тенью собственного отца. Просто собой. Что бы это ни значило после стольких лет бесцельного следования приказам. — Драко? — знакомый голос отразился от стен коридора Гринграсс Холла. — Уже закончили? Астория выглядывала из гостиной перед ним. Темные локоны прямых волос спадали на худые плечи девушки, прикрывая темные бретели довольно открытого вечернего платья. Черный шелк струился по телу до самого пола. Наряд должен был быть сдержанным, но младшая Гринграсс сделала шаг к нему, открывая взгляду стройную ногу в неприлично длинном разрезе юбки. — Нет, это только я закончил, — Драко грустно выдохнул, оборачиваясь на закрытые двери зала заседаний. — Куда-то собираешься? — он коснулся губами подставленной белоснежной щеки. — Собираюсь, но только если ты составишь мне компанию, — Астория сжала ладонь Драко своей и потянула за собой в просторную гостиную. — Привет, Малфой, — в кресле у окна сидела Дафна в похожем платье, — ты сегодня рано. — Они еще не закончили, — Астория провела парня за собой и присела на диван, приглашая. — Выпьешь что-то? — Только если это тот отпадный виски твоего отца, — Драко присел на диван рядом под задумчивым взглядом Дафны. — Так куда идете? — Нотт нашел очередную пассию, и мы приглашены в качестве моральной поддержки. Забини обещался быть, а вот до тебя не достучаться в последнее время. Какие-то осложнения? — Дафна отложила журнал, который до этого листала без особого интереса. — Кроме тех, что остались в зале заседаний? Никаких трудностей, Даф. Все зашибись, — Драко заметил, как девушка отвела взгляд. Черт. Он становился невыносимым из-за работы. Это добавлялось в общую копилку злости на самого себя. — Прости, у меня уже опускаются руки, — Драко принял от Астории ледяной стакан с виски и сделал глоток. Прохлада обожгла горло, и впервые за день тело словно по щелчку пальцев расслабилось. — Да ничего, я все понимаю. Это из-за Поттера, да? Отец говорит, его нигде не видно. — Все будто под землю провалились, а Яксли просто закрывает на это глаза. Я боюсь, что-то готовится, и мы можем упустить момент, — Драко сделал еще один глоток под взволнованными взглядами сестер Гринграсс. — А еще отец сказал, Грейнджер поймали… — серые глаза Астории смотрели в его собственные с неприкрытой теплотой. Он нравился ей еще со школы. Об этом гудел весь шестой курс, а Забини множество раз советовал Драко присмотреться к младшей Гринграсс, которая отказалась уже от, кажется, пятого чистокровного ухажера за прошедший год без объяснения причин. — Поймали, — Драко смотрел в свой стакан, словно собирался проделать в нем дыру взглядом. Грейнджер. Грязнокровка, казалось, стала вмиг нужна всему волшебному миру, кроме чертова Поттера. — Она в Мэноре? — Астория будто невзначай коснулась носком туфли его ноги, поправляя платье. — Ага. Это уже не было секретной информацией. Сначала Драко не хотелось держать ее в доме, но сейчас это казалось самым приемлемым вариантом — отследить каждый вздох Грейнджер под круглосуточным надзором эльфов и Нарциссы. И наконец заставить Орден суетиться. Но за неделю её нахождения в поместье ни один из дозорных не заметил странной активности шпионов Ордена или хотя бы чего-то необычного. — Надеюсь, твои эльфы обходятся с ней подобающе… — Дафна налила себе виски следом за сестрой, — как положено с подстилкой Поттера. О да, не переживай, Дафф. Драко поджал губы, кивая. Грейнджер сейчас, наверное, рыскала по Менору в поисках секретной информации для своего дружка. Или сраной библиотеки. Совала веснушчатый нос в каждую приоткрытую дверь. Он мысленно пожелал Гермионе наткнуться на личную спальню тети Лестрейндж. Просто для забавы. Чтобы указать на ее настоящее место, а не на то, которое отвела ей Нарцисса. Гостевая комната одной из башен поместья была совершенно не тем, что положено пленницам. Новая одежда. Личный эльф. Чертова Грейнджер будто приехала на чертов курорт и расслаблялась вместо допросов под зельем правды и легилименции. Мерлин. Драко непроизвольно сжал ледяной стакан сильнее нужного, мысленно записывая в планы на будущее поговорить с матерью или самостоятельно заняться гриффиндоркой. Она расскажет ему все до последнего слова. Выдаст под одним из забористых зелий от Забини или выплюнет с кровью от его собственной палочки. Хотя не хватало еще и об это марать руки. Грейнджер будет необязательно даже открывать свой поганый рот. Он просто увидит все сам. Проникнет в ее сознание, стараясь не запачкаться о липкие мысли про горячо любимого Поттера, мир и розовых пони. Или о чем там она всё еще мечтает, прячась в библиотеке вместе с Нарциссой вечерами. — Драко? — Астория легко коснулась его предплечья пальцами. — Давайте сменим тему, — блондин поставил пустой стакан на стол и потер глаза под внимательным взглядом Дафны. — Она бесит меня одним своим существованием. Я был бы счастлив, если б её заперли где-то в подземельях Министерства и Яксли разбирался с ней сам. А то все словно с ума посходили с этой гриффиндорской дурой. — Она ведь не обычная гриффиндорская дура, — Дафна отпила из стакана, не отводя взгляда. — Нам пора. Асти. — Ты же пойдешь с нами? Пожалуйста, Драко-о-о, — Астория не убрала ладони с его предплечья и сжала ткань мантии сильнее. — Все будут. — Ладно. Малфой поднялся следом, мысленно ругая себя за проигнорированный жест Астории. Рука девушки исчезла так же невесомо, как и появилась. Он не был сволочью, просто… Просто не хотел разбивать ей сердце. Снова. Драко Малфой не был создан для отношений, любви или откровенности. Иногда ему самому было страшно от пустоты внутри, которая, казалось, была с ним всю его сознательную жизнь: семейные традиции переросли в наследственную серебристо-зеленую гостиную, престижный спорт, которым мог бы похвастаться отец, фамильную метку Пожирателя, а теперь и кресло в Совете. Ничего из этого он не выбрал сам. Но, может, это и хорошо. Будь у него возможность выбора, он бы выбирал ничего. Исчез с радаров всех осточертелых заносчивых знакомых и сбежал на необитаемый остров где-нибудь в Океании. Хотелось напиться, пока Астория становилась в камин с горстью пепла. Темные волосы заблестели в огне, и девушка смущенно улыбнулась ему сквозь дым, исчезая. Он не был создан ни для чего настоящего. И все вокруг, кроме неё, понимали это. Дафна обернулась к нему, молча заглядывая в глаза. Камин за ней опустел, и пепел осел на до блеска отполированный паркет рядом. Девушка вдруг поднялась на носочки, касаясь губами его губ. Быстро и напряженно. Пухлые губы старшей Гринграсс коснулись его собственных так быстро, что парень не успел отпрянуть. Её губы были… обычные. Такие же, как и всегда, — в темных закоулках Хогвартса или в его спальне в Мэноре, когда им обоим было одиноко. Но это ничего не значило. Дафна всегда серьезно кивала, подтверждая, что ничего между ними нет и никогда не будет. Всё просто. — Даф, давай не сейчас, — Драко сделал шаг назад. — Опоздаем. — Как скажешь, — девушка пожала плечами и загребла горсть пороха. Когда языки пламени забрали темное шелковое платье, унося в шумные стены лондонского бара, Драко вытер губы тыльной стороной ладони и встал в камин. Внутри не шевельнулся ни один нерв. Ни-че-го. Пламя камина выбросило его в комнату с громкой музыкой и приглушенным светом. Несмотря на ранний вечер, знакомый бар был забит под завязку: столики шумели смехом и разговорами. Черный плащ Пожирателя был здесь не редкостью, но Драко поймал на себе несколько заинтересованных взглядов, когда волшебный пепел осел на пол. В толпе очень кстати мелькнуло знакомое лицо Забини. Мулат заливисто смеялся, глядя на смущенного Нотта в компании обеих Гринграсс, Паркинсон и еще одной не менее смущенной невысокой ведьмы. Её Малфой видел впервые. — Драко! Осчастливил нас своим присутствием! — Блейз похлопал друга по плечу. — Это Мелани, она… — Ну хватит, Блейз, девушка и так смущена, — Пэнси коснулась щеки Драко своей. — Мы вот пытаемся узнать, где она нашла нашего Теодора, а Забини никак не придержит язык за зубами. Миниатюрная брюнетка рядом с Тео была чем-то похожа на Пэнси: острый нос, белоснежная кожа и дерзкий взгляд. На ней была застегнутая на все пуговицы светлая рубашка с закатанными до локтей рукавами — ткань опасно натянулась на груди, и каждое движение, казалось, готово было открыть её прелести на всеобщее обозрение. Девушка смотрела в упор, улыбаясь. Пэнси делала точно так же, когда поздно, после очередных посиделок с огневиски, они оставались одни в гостиной Слизерина. Знала, что это сработает с ним. Каждый чертов раз. Это было так давно. В какие-то из тех раз Малфою даже казалось, будто он чувствует что-то к Паркинсон. Что-то странно извивающееся змеей внутри, когда она смотрела на него распахнутыми глазами, абсолютно голая на диване той же гостиной или в туалете между лекциями. Что-то отдаленно похожее на влюбленность. Доверие. Что-то инородное. Но это было так давно. А сейчас эта наглая Мелани продолжала смотреть на него из-под опущенных ресниц, пока компания перебрасывалась шутками через стол. — Я тоже заинтригован, — Драко присел на свободный стул между Пэнси и Дафной, подавая знак бармену. Виски почти выветрился, и тело снова сжималось в напряжении от неприятного разговора на совете. — Нигде она меня не нашла, мы столкнулись на работе. Мелани работает в комитете лояльности. — Ладно тебе, Тео. Я просто брошюрки печатаю. — Печатаешь под началом Амбридж. Это уже само за тебя говорит. Сильная духом, — Нотт покачал головой, отпивая сливочного пива. — Она принесла отчет к нам в Департамент правопорядка, и я чуть на совещание не опоздал, так с ней заболтался. — Отцу Тео пришлось применить Сонорус, чтобы докричаться до него из своего кабинета. Боже, я думала, нас обоих уволят, — Мелани засмеялась, прикрывая рот рукой. — Он еще полдня чертыхался, но потом забыл, — Теодор тоже смеялся, поглядывая на девушку. Этот взгляд. Драко не раз замечал, как с каждой новой пассией Нотт превращался в размякшего недоумка: краснеющие щеки, слишком долгие касания, неловкость — он будто становился другим человеком. Вряд ли Мелани хватит надолго. Когда перед Драко на стол опустился поднос с семью стопками и шейкером, друзья загудели. — Вот это я понимаю вечер, — Забини кивнул другу с противоположной стороны стола и разлил темную жидкость по стаканам. — Кто-то собрался напиться, — Пэнси подмигнула ему. — Спасибо, Драко. Девочки, хором: «Спасибо, Драко!» — Нотт, поднял стопку над столом. — Спасибо, Драко! — сквозь шум до его уха донесся тихий голос миниатюрной брюнетки. Жгучая жидкость обожгла пустой желудок, и Драко снова махнул бармену. Он не собирался останавливаться, пока полумрак бара не закружится в глазах, унося в мир легкости, смеха и похабных шуточек Забини. После нескольких кругов шотов он наконец хотя бы отдаленно уловил то самое чувство. — Как там Совет? — рядом присел Блейз. — Даф сказала, ты был расстроен. — Даф, как всегда, очень наблюдательна, — съязвил Малфой. Нотт утащил Мелани танцевать рядом со сценой и каким-то не очень талантливым бендом. Вокруг них кружились Паркинсон с Асторией, а Дафна смотрела на них с диванчика рядом. — Чтобы это заметить, не надо особых навыков. Ты искришься злостью, Малфой. Даже, вон, подружка Нотта косится на тебя полвечера. Что-то явно случилось. — У подружки Нотта на такое должен быть иммунитет. Она с Амбридж работает. Ненормальная, — Драко обернулся к сцене, наблюдая за кружащимися в танце парами. Длинные волосы Астории блестели в полумраке, отливая золотом. Ладони Пэнси лежали на её спине, кружа девушку в танце рядом с Ноттом и Мелани. — Мерлин с ней. Колись, — Блейз подвинул к нему стакан и отпил из своего. — Всё по-старому: Яксли не хочет замечать очевидного и мы проигрываем войну хотя бы только потому, что стоим на месте. Отец снова собрался в Болгарию, а мать решила, что она участвует в конкурсе гостеприимства для грязнокровок… — Драко отпил виски под непонимающим взглядом друга. — Она дала Грейнджер гостевую комнату и читает с ней в библиотеке. — Ты серьезно? — Забини оглянулся по сторонам. — С ней? — Серьезнее не бывает. Никакие уговоры не работают, она использовала какую-то древнюю магию, и теперь чертова грязнокровка неприкосновенна. Я живу в дурдоме. — Я хочу это увидеть. Пригласишь на ужин? — Да хоть сейчас. Заглядывай на неделе, когда вылезешь из своих баночек с зельями и рецептами. — То, что я решил не бегать по континенту в поисках отчаянных фанатов Дамблдора, еще не значит, что работа с зельями не нужна, — Блейз пнул Драко в плечо. — Я шучу, друг. Все просто так запуталось: Яксли как будто вообще на все плевать. Я начинаю сомневаться, что он был верным выбором Командующего… — Драко оборвал себя на полуслове, когда мулат одними глазами приказал ему замолчать. На плечи легли две ладони. — Потанцуем? — губы Астории склонились к уху, обжигая горячим дыханием. — Не сегодня, — Малфой поднялся с места. — Я отойду. Он завернул в знакомый лабиринт бара: уборная скрывалась за тяжелой дверью слева от барной стойки. Звуки музыки стихли. Драко склонился над раковиной, включая воду. Он абсолютно точно был пьян: отражение в зеркале расплывалось перед глазами. Обычно это чувство приносило с собой подобие эйфории, но сегодня оно разбилось об обеспокоенный взгляд Блейза. Драко одновременно любил и ненавидел друга за эту способность — вгрызться в его душу зубами и не отпускать, пока не вырвет переживания с корнем. И теперь вместо эйфории в нем кипела злость. На отстраненность отца. На глупость матери. На собственную беспомощность за овальным столом. На эту чертову Грейнджер с её молчаливым страдальческим лицом. Дверь уборной скрипнула, впуская музыку и гул голосов. — Привет. Драко обернулся, опираясь спиной на угол раковины и складывая руки на груди. Неудивительно. Мелани стояла в мужском туалете с таким видом, будто это он ворвался к ней и должен был как-то оправдаться. — Потеряла друга? — Драко сложил руки на груди, отмечая её раскрасневшиеся от танца щеки и горящие пьяные глаза. Девушка достала из кармана коротких шорт палочку и бросила запирающее на дверь за своей спиной. Малфой даже не дернулся, разглядывая ее скорее с интересом, чем с опаской. — Что-то вроде того. Секретарши Амбридж не было в списке его страхов. И еще в одном более интимном списке тоже. — Теодор расстроится, что тебя нет так долго. — Тео.. он милый, да, — Мелани заправила за ухо прядь коротких волос. — Ты ему нравишься, — Драко едва сдержал улыбку, когда девушка спрятала палочку и двинулась к нему. — А тебе? Ткань её блузки коснулась его сомкнутых на груди рук, обжигая. А потом она буквально вжалась в него, бесцеремонно положив ладони на его живот. Прошлась пальцами по пуговицам пиджака. Темные глаза смотрели снизу-вверх из-под густой челки. — А мне все равно, — Драко опустил руки на раковину позади себя, позволяя девушке прижаться к нему еще плотнее. Позволяя показать себя. Брюнетка обвила ладонями его шею, притягивая к себе. Второй поцелуй за день оказался таким же, как и предыдущий. Влажным и настойчивым. Мелани впилась языком в его рот, вылизывая изнутри. Пальцы автоматом сомкнулись на мягкой талии, сминая ткань рубашки. Скользя вверх. Останавливаясь на упругой груди. Он не хотел, но она уже была здесь. Сверлила взглядом весь вечер и облизывала его имя так, словно собиралась сделать это прямо там, на столе. На глазах у влюбленного дурака-Нотта. У Астории, которая так же весь вечер смотрела на него с непонятной грустью в глазах. Малфой поднял ладонь, хватая девушку за горло. Сжимая до боли. До красноватого отпечатка пальцев на белой шее. Хер с ним. Мелани открыла глаза, впиваясь в него пьяным взглядом. И улыбнулась. Больная. Незнакомые пальцы коснулись ремня брюк, рванув на себя. Она хотела его. Драко буквально чувствовал, как сердце девушки отстукивало бешенный ритм под кожей нежной шеи. Она снова коснулась его губами, а потом исчезла из виду. Ловкие пальцы расстегнули ширинку брюк и звякнули пряжкой ремня. Она явно не была новичком. И явно не подходила Теодору. Драко горько усмехнулся, откидывая голову назад, когда возбужденного члена коснулись теплые пальцы и сразу за ними — горячие губы. Она была хороша. Малфой мысленно отметил это, когда дыхание привычно участилось, а возбуждение пульсировало уже в мокром рту брюнетки. Ладонь по привычке опустилась на затылок, зарываясь в густые волосы девушки. Быстрее. Пальцы сжались, надавливая на её затылок сильнее. Насаживая на себя. Еще немного. Другая рука впилась в мрамор раковины позади. Мерлин, она еще и стонать успевала — горячее горло сжималось вокруг него, заставляя потянуть за волосы еще сильнее. Тело сжало спазмом удовольствия. — Ч-ч-черт, — Драко одним движением вышел из нее, прикрывая глаза. Мелани села на пол и хватала ртом воздух, пока Драко застегивал брюки, вглядываясь в подтеки туши на ее лице. Улыбалась. Она, черт возьми, улыбалась ему, вставая с колен грязного туалета бара. Нотт точно должен ему благодарность — эта девушка была ненормальной. — Неплохо, — Малфой осмотрел себя в зеркале, расправляя ткань пиджака. — Мне понравилось, — брюнетка достала палочку, и подтеки туши исчезли вместе с покраснением губ. — Если вдруг захочешь повторить, ты знаешь, где меня найти. Драко лишь хмыкнул, отпирая дверь. Этого уж точно никогда не произойдет. Он зашагал по коридору обратно к барной стойке, когда из-за поворота вышла Астория: — А я тебя потеряла. Тео хочет в другой бар, ты с нами? Я думала, мы могли бы… — она запнулась, выглядывая из-за плеча Малфоя. За его спиной из мужского туалета вышла Мелани: без следов помятости на рубашке или взъерошенных на затылке волос. Она приветливо помахала Астории и прошла мимо, скрываясь за поворотом. Драко даже не обернулся в её сторону, разглядывая озадаченное лицо Гринграсс. — Так что ты говорила? — Нет, ничего. Просто, там все тебя заждались, — Астория сделала несколько шагов в сторону уборных. — Я скоро вернусь. Драко молча смотрел, как она исчезла за дверью. Она будто хотела выставить его подонком, бессердечным, заставить задуматься и измениться. Мучить этими полными грусти глазами. И когда он поступал точно так же паршиво, как и во все прошлые разы, Астория словно видела его впервые. Драко Малфой пытался почувствовать горечь или сожаление, вглядываясь в закрытую дверь уборной, но не мог. Внутри не было абсолютно, мать его, ничего.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!