Вернутся к фанфику
Глава 7
6 сентября 2025, 10:48Драко Малфой шагал по знакомым коридорам вечернего Мэнора.
Коридоры поместья тонули в сумраке: огни на стенах дрожали, вытягивая тени в длинные ломаные фигуры. Драко шёл уверенной, но чуть замедленной походкой, позволяя звуку собственных шагов мягко разноситься по каменному полу.
Он свернул к высокой двери с коваными ручками, распахнул её и вышел на задний двор. Воздух пах свежестью и едва уловимым дымом факелов. Перед ним раскинулась сцена, похожая на театральную постановку: роскошные шатры из белого и золотого шёлка колыхались под лёгким ветром, огни парили в воздухе рядами, подсвечивая дорожки. Фонтаны били тонкими струями, вода переливалась светом заклятий, будто жидкое серебро.
Среди шатров, на специально выстроенных площадках, двигались фигуры — живые, заколдованные иллюзии в сияющем золоте. Факиры играли с огнём, бросали вверх горящие шары, складывали их в замысловатые узоры. Один из них поднял руки, и пламя превратилось в крылатого змея, который, извиваясь, проплыл над гостями и исчез в темноте.
Гости в белоснежных шатрах смеялись, поднимали бокалы, переговаривались.
Драко на миг замер на пороге, вдыхая запах жареного мяса, вина и ночных цветов. Всё это он знал наизусть — каждый год одни и те же голоса, одни и те же пьяные шутки, одни и те же улыбки в сторону Люциуса Малфоя. Но сегодня внутри вибрировало иначе. В этом году он больше не мальчик в тени отца. В этом году он собирался выйти из сумрака.
Здесь найдутся те, кто станут судить не по возрасту, а по тому, как он держит палочку, как смотрит в глаза, как говорит. Драко сжал пальцы на лацкане и сделал шаг в толпу, позволяя шуму и свету накрыть себя с головой.
У длинного стола в тени шатра смеялась привычная компания. Обе Гринграсс заливисто хохотали, глядя на Теодора: Астория в лёгком алом платье с тёмным камнем на тонкой шее, а Дафна — в строгом сером бархате. Рядом, лениво откинувшись на спинку стула, скучал Забини. Его чёрный костюм с изумрудным жилетом сиял в свете факелов. Слишком доволен собой. Как и всегда.
Нотт, в сером, слегка покраснел и отпил из бокала под взглядами девушек. На миг Драко почувствовал расслабленность. Островок покоя.
— Драко! — Астория радостно помахала ему рукой, вставая с места. — Отлично выглядишь.
Конечно.
Конечно, он выглядел безупречно после получаса приготовлений и разглядывания своей физиономии в зеркале. И стакана огневиски.
Может, двух.
Драко нервно провёл пальцами по уложенным локонам светлых волос и оскалился в одной из своих фирменных улыбок: той самой, которая так нравилась Астории и немного — Пэнси. Он знал это, потому что младшая Гринграсс прижалась в нему в приветственном объятии немного дольше, чем следовало. А потом уставилась в его лицо с таким выражением, будто он чёртов приз на пьедестале. И от этой мысли внутри что-то неприятно ощетинилось: ей следовало бы перестать быть такой глупо-наивной.
Или хотя бы просто держаться от него подальше.
— Твоя мама, как всегда, превзошла саму себя, — Нотт огляделся вокруг, кивая по сторонам.
— Даже слегка перестаралась, как по мне. В этом году здесь слишком людно, — Забини взял бокал игристого с подноса одного из слуг. — Яксли со своими пешками портит всё веселье.
Он кивнул подбородком в сторону дальнего шатра, где выделялась группа мужчин в тёмных мантиях. Один из них, с густыми бровями и жёстким лицом, разговаривал, размахивая бокалом, так, будто провозглашал речь для прессы.
— Странно, что его самого не видно, — Дафна огляделась вокруг.
— Министр Магии на такие сборища не ходит. Особенно сейчас, — уточнил Нотт, скривившись. — Отец говорит, он в последнее время рвёт и мечет: мы не продвигаемся в поисках Поттера.
— Мы? Тео, ты ничего дальше своих бумажек в кабинете третьего уровня за эти два года не видел, — Драко взял себе бокал у того же слуги и опустошил его одним глотком.
Поймал задумчивый взгляд мулата. Отстань. Драко со звоном поставил бокал на поднос и взял следующий.
— Ну, я образно говорю… — Нотт пожал плечами, оглядываясь на шатёр снова. — Это правда, что он поручил тебе допросить Грейнджер?
За столом повисла тишина. Драко сделал глоток — и шампанское обожгло горло тысячей пузырьков. Он ненавидел этот напиток, но сегодня это было неважно: он делал то, что должен был. Улыбался. Нарядился в чёртов костюм. Приветливо кивнул нескольким министерским прихвостням.
— Допустим, а что? — Малфой перевёл взгляд на парня.
— Ничего. Думал, поделишься новостями, — Нотт растерянно блуждал взглядом по шатру за спиной Малфоя. — Касаемо Поттера или… — он вдруг замолчал.
Драко обернулся одновременно с тем, как Забини поднялся с места рядом.
— Мистер Малфой, какой роскошный приём, — хриплый вкрадчивый голос заставил Драко сжать челюсти.
В нескольких шагах от их стола стоял Антонин Долохов с полупустым бокалом эля. Конечно, уж он-то шампанским доволен не будет. Драко сдержанно кивнул в ответ на блуждающую по лицам друзей полуулыбку мужчины. Длинный тёмный плащ спускался до самых подошв его туфель, волочась по траве. Тёмные волосы были неаккуратно зализаны назад, и Драко видел мокрый блеск прядей в огнях факелов.
— Нарцисса постаралась на славу, я просто в восторге.
Голос мужчины почти шептал, обращаясь ко всем и ни к кому одновременно. Это напрягало, но не больше, чем то, что это был первый раз, когда Долохов обращался к Драко напрямую. Не считая той стычки в поместье Гринграссов парой недель ранее. Это казалось… неестественным.
— Я передам ваши слова матери, господин Долохов, — Драко сжал бокал в пальцах слегка сильнее положенного.
— Благодарю, — мужчина снова выдержал долгую паузу. — До скорой встречи, господа.
Он снова оглядел стол и неспешно зашагал прочь в неестественной тишине. Забини рядом медленно сел обратно на свой стул, потирая переносицу.
— Что это, чёрт подери, сейчас было? — Блейз откинулся на спинку.
— Ну он и странный, — Дафна сложила руки на груди, всё ещё глядя вслед Антонину. — У меня аж мурашки по коже.
— Он не последний человек при Совете, — тихо заметил Драко. — Но не думал, что мать снизойдёт до того, чтобы позвать его сегодня.
— Чего он вообще хотел? — Дафна теперь сверлила Драко взглядом.
— Ничего, не берите в голову. Мы поцапались на последнем заседании… Из-за его раздутого самомнения, — Драко вдруг улыбнулся.
Почему-то обеспокоенные взгляды друзей заставили тугой узел в груди на мгновение разжаться. Всего один толчок спокойствия — и в памяти всплыл большой зал Хогвартса и слизеринский стол вечером пятницы. Декабрь. Запах корицы и свежего снега.
— Ты с ним поосторожней, — Тео поджал губы. — Отец много всего рассказывал.
— Боишься за меня? Моё сердце тает, Теодор, — Малфой уже не просто улыбался: из горла вырвался искренний смешок, заражая всех вокруг.
Дафна улыбалась, а Блейз рядом даже прикрыл губы ладонью, сдерживая смех.
— Да чего вы, я же из самых добрых побуждений, — Теодор махнул рукой, присаживаясь на кресло рядом. — Да ну вас.
Драко почувствовал, как плеча легко коснулась знакомая рука, а потом ухо защекотали мягкие волосы.
— Привет всем, — Пэнси обошла его, наклоняясь к столу. — Я знаю, вы ждали меня. Да будет праздник! — послышался звон стекла, и на столе оказалась новая бутылка огневиски.
Конечно, куда же без этого.
Драко огляделся по сторонам, пока Блейз уверенным движением откупоривал бутылку, а Нотт выливал содержимое бокалов под стол. Чуть в стороне от их стола мелькали и другие знакомые фигуры: Монтэгю, красный от вина, громко смеялся собственной шутке, а Гойл-младший тащил за собой тарелку с мясом, едва удерживая равновесие. Их чистая кровь открывала двери даже туда, где здравый смысл подсказывал бы их не пускать. В следующий раз он пересмотрит список приглашённых вместе с Нарциссой. Обязательно.
Темноватая жидкость разлилась по бокалам из-под шампанского.
— За прекрасный вечер! — Забини ударил своим бокалом о бокал Астории.
— За нас! — девушка обернулась к Драко, смущённо улыбаясь.
Алкоголь обжёг горло уже, наверное, в пятый раз за сегодня. Драко чувствовал, как тепло разливалось по венам — он стремительно пьянел хотя бы потому, что не ел ничего, кажется, с обеда. Смех друзей становился громче, движение вокруг шатров — всё резче, будто кто-то слегка подкрутил скорость.
— Ещё по одной? — предложил Блейз, но бокал в его руке остался полупустым: Пэнси вырвала бутылку и отставила её в сторону.
— Ещё успеем. Пошли внутрь, там интереснее, — она ткнула пальцем в грудь Драко.
— Веселее? — переспросил он, прищурившись.
— Я заметила там кучу народу, пока искала эту чёртову бутылку. Там интереснее, — усмехнулась она, — и меньше сентиментальностей.
Блейз лениво поднялся, бросил на стол салфетку и хлопнул Драко по плечу.
— Пошли, я заинтригован.
Астория поджала губы, а Дафна покачала головой, поглядывая на Теодора.
Малфой допил остатки из бокала и нехотя поднялся следом за уверенно шагающими Паркинсон и Блейзом. Ночь будто качнулась вокруг, и сад с его светильниками и фальшивыми улыбками отступил в сторону. Они втроём направились к дверям поместья. Тёплый воздух изнутри ударил в лицо, сразу смешав запах вина, табака и чего-то сладкого, густого, от чего кружилась голова.
Внутри дома царила иная жизнь. Гулкий, пахнущий табаком и вином воздух. Тяжёлые шторы на окнах и мягкий свет ламп. В одной из гостиных стоял шум — азартные выкрики, звон монет.
— Пойдёмте сыграем, — Пэнси склонилась к Драко.
За овальным столом главной гостиной слышался шум. Пятеро волшебников сидели в толпе зрителей и дыме сигар. Драко обошёл нескольких гостей, заглядывая за столпившиеся спины: на столе среди груды золотых монет лежали карты. Пятеро волшебников выглядели сосредоточенными и абсолютно спокойными. Драко знал эту игру. Инферна была чем-то схожа с Изрывающимися картами, в которые он играл в школе, но, в отличие от детской забавы, среди друзей отца в эту игру можно было просадить немало денег.
Драко прошёлся вдоль стены следом за Пэнси, вглядываясь в лица игравших. Огоньки света слегка пошатывались в полутьме, а воздух казался слишком жарким.
Один из сидевших за столом взмахнул рукой, бросая на стол карту, — и одна из лежавших перед ним карт загорелась. От неожиданности несколько зрителей отпрянули. Трое сидевших к нему спиной были из низших чинов Министерства, а ещё двое… Драко сделал шаг к стене — в полумрак, но опоздал.
— Мистер Малфой, присоединитесь к нашей компании? — чёртов Долохов с его полустеклянным взглядом даже не поднял глаз от стола. — Если не сомневаетесь в своих силах, конечно.
Его длинные пальцы двигались резко, почти нервно, а на лице застыло выражение самоуверенной злости. Драко почувствовал, как по правой скуле скользит внимательный взгляд Блейза. Плохой расклад.
Драко был пьян, а заинтересованные взгляды со всех сторон не придавали уверенности. Да, он играл несколько раз, но азартные игры никогда не привлекали его. Только в политических целях.
— Сыграй с нами, сын, — Драко поджал губы от звука ледяного голоса Люциуса Малфоя.
Отец сидел спиной к нему: ровная спина под копной идеально уложенных волос казалась расслабленной. Теперь отказаться было нельзя.
— Конечно. Какие ставки? — Драко постарался придать голосу непринуждённость, подзывая к себе один из пустых стульев. — Золото?
Несколько человек у стола усмехнулись, когда он присел напротив Долохова. Взгляд скользнул по картам: судя по количеству монет посреди стола, игра длилась уже долго.
Люциус смотрел на сына без тени каких-либо эмоций. Драко знал этот взгляд — отец лучше остальных умел держать лицо в любой ситуации. И сейчас под этой маской безразличия виднелось предупреждение.
Драко выпрямился и взял из колоды несколько карт.
— Золото… — Антонин оглядел пальцы парня и сжал ладони в замок. — Это скучно. Сыграем на услугу.
Маска Люциуса Малфоя на секунду дёрнулась: Драко заметил, как отец едва уловимо сжал зубы. Всего один миг — и налёт расслабленной усталости от алкоголя растворился в пропахшем дымом воздухе.
— Услугу? — Драко изо всех сил старался звучать расслабленно.
Два десятка глаз, включая настороженных Блейза и Пэнси, обратились к нему.
— Если проиграете, мистер Малфой, — мужчина, будто насмехаясь, протянул его имя, — вы выполните одну мою просьбу.
— Такого не было в правилах, Антонин, — Люциус покачал головой.
— В случае моего проигрыша Драко может попросить меня о любой услуге. Я готов сдержать слово.
Чёрные глаза опасно блеснули в свете свечей. Слова мужчины не были предложением: Драко чувствовал, как они тяжёлыми камнями осыпаются в сознании. Он ставил условие: всё или ничего. А приз для таких скользких типов, как он, был лишь вопросом времени. Отчего-то казалось, что этот мужчина возьмёт своё, даже если проиграет в волшебные карты.
Намерение.
Предупреждение.
Он угрожал, и это было очевидно, потому что челюсти Люциуса снова на мгновение сжались сильнее обычного.
— Я не думаю, что это хорошая идея, — один из мужчин за столом сложил карты на стол. — Начальная ставка была иной. Я пас.
— Пас.
— Пас.
Послышался шелест карт и скрип ножек по деревянному полу. Они не отказывались играть — они отказывались проигрывать Антонину Долохову. Быть должниками у самой тьмы.
— Пас, — ледяной голос Люциуса заставил Драко оторвать взгляд от карт в собственных пальцах.
Отец поднялся с места, сверля его взглядом. Поднимайся. Делай, как я сказал. Немедленно.
— По рукам, — Драко и сам испугался звука своего голоса. Холодный и резкий, он разрезал тишину комнаты, и лицо Пожирателя расплылось в улыбке.
За спиной послышался чересчур тяжёлый вздох Блейза. Позёр.
Прости, друг. Но это было личным. Больше, чем личным, — это была возможность наконец выйти из тени отца, и сейчас нависающей над столом в полном молчании. Люциус отошёл от пустого стула в полумрак комнаты, но не отрывал взгляда от стола.
— По рукам, — Долохов бросил карты на стол, заставляя колоду завертеться над горкой золотых монет. — До трёх побед?
На стол перед ними легли по пять зачарованных карт, и толпа вокруг затихла. Драко поднял свои. Изображения пяти магических существ показались лишь на мгновение и исчезли с карт, скрываясь от посторонних глаз.
— До первой, — Драко отложил карты, стараясь выровнять дыхание.
Да, он ввязался в чёртову авантюру, но отступать было поздно. Брови Долохова удивлённо поднялись, но улыбка не сошла с лица.
— Как скажете, мистер Малфой, — он внимательно смотрел на карты в ладонях соперника.
Всё было предельно просто: побеждал тот, чья карта оказывалась сильнее. Волшебные карты сами собой вспыхивали, исчезали и возрождались, словно живые существа.
Долохов нахмурился и резко махнул рукой, бросая на стол зелёную карту. Драко аккуратно положил сверху свою — и карта взорвалась ярко-синими искрами, разлетевшимися по столу и заставившими монеты слегка подпрыгнуть. Соперник еле успел прикрыть ладонями лицо от горячей вспышки. Обе карты исчезли. Ничья.
Следующая карта, брошенная Драко, вспыхнула маленьким красным вихрем, вращающимся вокруг золотых монет. Долохов ответил похожим красным фениксом — и пламя с треском съело обе карты, оставляя на столе грудку пепла. Ещё одна.
Нога Драко нервно дёрнулась под столом, когда третья карта тихо легла на стол. Мужчина замер, вглядываясь в оставшиеся три карты в руках Драко — зелёный акромантул накрыл карту Долохова, выпустив облако густого дыма.
Когда дым рассеялся, карта Драко лежала на столе, а Долохов сдержанно сжал зубы. Первый проигрыш.
Драко наклонился к столу, выбрасывая изображение зелёной змеи. Ну же. Ещё одна победа. Всего одна. Красный гигантский краб опустился сверху, тут же взрываясь пламенем. За спиной послышался вздох Паркинсон. Слишком испуганный для чёртовой карточной игры. Проиграл. Под пеплом виднелась красная клешня.
Долохов усмехнулся, сжимая в ладони оставшуюся карту. Всего один шанс: либо победить, либо быть должным. В теле забурлила кровь. Драко чувствовал на затылке три молчаливых взгляда друзей и отца. Тишину в комнате нарушал лишь треск свечей.
На стол перед ним легла карта Мантикоры.
Внутри что-то оборвалось. Улыбка Долохова превратилась в напряжённый оскал, когда Драко снова посмотрел на карту в своих руках — феникс. Чёртов феникс на красной карте сейчас как нельзя точнее описывал его ненависть по всему, связанному с этим цветом. Чёртовы неудачники гриффиндорцы. Чёртов шрамированный вожак Ордена. Чёртова грязнокровка.
Феникс лёг на Мантикору, погружая стол в дым. Карта подпрыгнула и взорвалась, заставляя обоих противников отпрянуть.
Спина упёрлась в костяшки пальцев: Забини так крепко вцепился в спинку его стула, что не сразу успел убрать руки. Драко нервно поправил несколько выбившихся из причёски прядей. Хотелось исчезнуть — взгляды присутствующих, которых, казалось, стало намного больше за время их игры, устремились в центр стола.
— Драко! — Пэнси вдруг вскрикнула, тут же зажимая рот ладонью.
Малфой опёрся на локти, натыкаясь на лицо Долохова в лёгкой дымке. Улыбка исчезла с лица Пожирателя, и теперь он сверлил Драко совершенно другим взглядом. На скулах играли желваки.
На груде пепла лежала опалённая по краям карта алого феникса. Выиграл.
— Поздравляю, мистер Малфой, — слова давались мужчине с трудом. — Впечатляющие навыки игры.
— Новичкам везёт, — Драко протянул ладонь над столом.
Долохов откинулся на спинку стула. Ладонь повисла в воздухе под взглядом мужчины, когда он резко встал и вышел из комнаты. Шёпот и голоса накрыли Драко со всех сторон. Ладонь бессильно опустилась на стол, а спина покрылась ледяным потом. Он победил. Заставил крысу Долохова сбежать, поджав хвост. Вышел из тени.
От этой мысли захотелось рассмеяться.
— Надеюсь, ты доволен собой, — тихий, но резкий голос отца прозвучал совсем рядом.
Драко поднялся, возвышаясь над Люциусом на пару сантиметров. Глаза отца горели яростью. Хотелось увидеть в них гордость или хотя бы поддержку, но Драко лишь пожал плечами.
— Поздравляю с первым врагом в Совете, сын, — Люциус поднял трость над полом и покачал головой. — Продолжай в том же духе, и совсем скоро Яксли перестанет закрывать глаза на твоё ребячество.
— Прекрати, отец, я ничего такого не сделал.
— А мог бы, наконец, подумать головой и сделать хоть что-то, что я не должен буду исправлять за тобой. Хотя другого я от тебя не ожидал.
Люциус двинулся к выходу из гостиной: гости расступались перед ним, глядя вслед. Рука Блейза привычно легла на плечо ровно тогда, когда острые слова осели на языке.
— Пойдём на воздух.
Драко посмотрел на друга, улавливая тот же укоризненный взгляд. Только упрёков от друзей ему сейчас не хватало.
— Вы идите, а я пройдусь немного, — Драко махнул рукой, сбрасывая ладонь Забини.
Чёрта с два он признает, что неправ. Он был прав. Он победил.
Но внутри осела странная горечь.
Драко прошёл вслед за отцом, под взглядами толпы: гости точно так же пропустили его к выходу из гостиной. Казалось, весь дом пропах гарью и дымом. Бабочка давила. Чёртов костюм сжимал его, словно в тисках. Драко свернул за угол, прошёлся по узкой тёмной лестнице — и шум утих.
В крыле для прислуги было тихо: все они сновали по кухне или саду, ублажая министерских гостей Нарциссы. Драко ослабил воротник, отбрасывая бабочку в сторону. Довольно с него этой показательной чопорности.
Он пытался изо всех сил, но и этого было недостаточно.
Дверь перед ним распахнулась, выпуская в прохладу сада. Где-то совсем рядом звучала музыка и звенели бокалы: он вышел из поместья немного сбоку от заднего двора, скрытый несколькими сладко пахнущими кустами и полумраком.
В саду было легче дышать. Драко выглянул из-за угла, подмечая вдалеке знакомую макушку Нотта: он уже кружил Дафну в танце. Забини стоял у стола, переговариваясь с Паркинсон, — эти двое уже явно обсуждали план по спасению несчастного глупого Драко.
Он поморщился, опираясь спиной на холодный камень стены Мэнора. Еще немного покоя. Собраться с мыслями и снова улыбаться направо и налево.
— Вот ты где, — алый шёлк платья мелькнул в темноте ночи. — А тебя все потеряли, — Астория выглянула из-за одного из кустов совсем рядом. — Я не помешаю?
Ты уже мешаешь.
— Конечно, нет, — Драко засунул руки в карманы, когда девушка медленно подошла и облокотилась на стену рядом.
— Что-то случилось?
Случилось то, что и всегда, — он снова доказал, что не достоин имени Малфоев. Что он заносчив, глуп, самонадеян.
— Пустяки. Ничего серьёзного, — Драко смотрел, как Нотт кружит старшую Гринграсс в танце, когда тёплая ладонь протиснулась между его боком и предплечьем, обвивая правую руку.
— Потанцуем? — Астория прижалась к его плечу виском, так же глядя на кружащихся у столика друзей.
— Прости, — он извинялся ни за что и за всё вместе взятое. — Пойдём ко всем?
Она едва ощутимо пошевелила головой у его плеча, кивая. Просто и без расспросов. Молча оттолкнулась от холодной стены и зашагала следом. Взяла его за руку, и он позволил — не потому что хотел, а потому что сопротивление показалось лишним. Это было единственным, что он мог предложить.
Они вышли в свет шатров: несколько крайних столов пустовали, а за ними одна из позолоченных фигур держала поднос с напитками и десертами. Несколько женщин в возрасте были увлечены беседой, когда Драко проскользнул мимо, хватая со стола два бокала и протягивая один девушке.
Астория улыбнулась. Вглядывалась в его лицо с каким-то немым вопросом. Озабоченно.
Что-то случилось?
Драко отпил из бокала и обернулся по сторонам.
— Смотри! — девушка указывала на стол поодаль.
Вдали сада под шатром стоял стол, покрытый бархатной скатертью. Ни одного бокала или пустой посуды: за столом сидела пожилая ведьма в тёмном одеянии. Её плащ напоминал плащи Пожирателей, но отливал изумрудным цветом. Женщина задумчиво молчала, тасуя в руках колоду карт.
Снова чёртовы карты.
— Это же провидица, — Астория оживилась. — Пойдём!
— Не смеши, — Драко нахмурился. — Я не в настроении.
— Брось, Драко. Тебе не нужно настроение. Нужно просто сесть, — её голос стал упрямым, и она почти силой потащила Малфоя за собой. — Ты просто постоишь рядом.
Женщина подняла на них глаза. Седые кудри открыли морщинистое светлое лицо. Серые, почти прозрачные, зрачки внимательно изучали Асторию, которая отодвинула один из стульев рядом и села за стол.
Драко остановился за её спиной и отпил из своего бокала.
— Добрый вечер.
Ведьма молча протянула сухую узловатую руку, не отрывая взгляда от девушки.
— Я хотела бы знать, что ждёт…
— Нет, — старуха оборвала младшую Гринграсс на полуслове, выпуская ладонь из рук через мгновение.
— Но я не договорила, — в тоне девушки слышалась обида.
— Ответ на твой вопрос нет, девочка. Ни при каких обстоятельствах этому не бывать. Больше мне сказать нечего.
Ведьма убрала руки, заново перемешивая колоду карт.
— Она даже не дослушала. Шарлатанка, — под смешливым взглядом Драко Астория поднялась с места и зашагала обратно. — Пойдём отсюда.
Вид насупившейся Астории почему-то веселил. Высокие каблуки впивались в газон, когда она забавно быстро старалась отойти от стола.
— Ты, — голос старухи донёсся до ушей сквозь шум шатра, когда они снова оказались у фигуры с напитками.
Драко обернулся. Ведьма всё так же сидела за столом, глядя на него в упор. Голос был отчётливым и звучал совсем рядом, хоть уже отсюда Драко было сложно разглядеть шевеление её губ.
Воздух сада ударил прохладой. Музыка, смех и звон бокалов затихли. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, пряча раздражение в тени рукавов.
— То, что ты ищешь, уже твоё, — голос будто звучал внутри головы. — То, что тебе нужно, стоит слишком дорого. И только тебе решать, сможешь ли ты заплатить такую цену, Драко Малфой.
— Драко! Драко, приём, — Астория протягивала ему пирожное.
Голос стих, а звуки вокруг снова стали громче. Парень отмахнулся от кремовой шапочки на песочном тесте.
— Нет, спасибо. — Драко обернулся к столу ведьмы, но он пустовал. — Куда она подевалась?
— Не знаю, но лучше бы её там вообще не было. Только настроение испортила. Профессор Трелони хоть и была слегка «того», но даже её предсказания были поинтереснее.
Драко снова обвёл взглядом бархатную скатерть и двинулся к столику друзей. Сел рядом с Блейзом и машинально потянулся к бокалу.
— Ну, и что это было? — Забини качнул головой. — Что на тебя нашло?
— Ничего, — снова покосился на пустующий столик провидицы.
— Он так смотрел… Там, за столом. Ты будь осторожнее, — взгляд мулата задержался дольше, чем обычно. — С чего ему вообще приспичило менять правила?
Малфой покачал головой, а внутри что-то неприятно шевельнулось. Заседание Совета. Этот болезненный блеск чёрных глаз. То, с каким наслаждением Долохов смаковал каждое слово.
— Грязнокровка, Мерлин её дери, — Драко откинулся на спинку стула. — Он хотел допросить её сам, услужить старикашке Яксли.
— Грейнджер? — голос Дафны донёсся сбоку. Она подсела рядом, игнорируя предупредительный взгляд Забини. — А где она, кстати? Я думала, ты уже сдал грязнокровку Министру.
Она улыбнулась, будто сказала пустяк, но Драко почувствовал, как что-то внутри резко сжалось. Он медленно повернул голову, скользя взглядом по шатрам. Гостей, несмотря на далеко за полночь, было много, мелькали знакомые лица, играла музыка, но одного лица нигде не было видно.
Тишина внутри накатила почти физически, перекрывая шум праздника.
Ему не нужна была услуга. Кто вообще в своём уме решит, что Пожирателю вроде Антонина Долохова будет нужно его или чьё-либо ещё разрешение.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!