Глава 18-3. Зов Крови
31 декабря 2025, 14:40Минуты, как часы, не хочу я умирать во второй раз.
Минуты, как часы, не могу смотреть на календари.
Минуты, как часы, сладок каждый пролетевший миг.
Смерти не боюсь, но бессмысленная смерть — пугает.
Пожалуйста, одумайся, пока есть время, Экзектор.
Оно того стоит — уснуть, чтобы никогда не проснуться?
Не хочу я умирать… во второй раз.
Джинна
— Мне уже надоели эти ваши медицинские учёты. Что за дискриминация к аномалиям! Я нормальный! — А тебя за что посадили в камеру два на два? Аж с металлическими стенами? — спросила Салли-Реквием. Небо над городом сияло холодным светом, будто вид на океан, но со дна. Купол переливался сиренью и зеленью, и отражал неоновые вывески, что плавали в воздухе, как неторопливые медузы. — Да блин, я просто по приколу поорал на Макабра. Он это не оценил и активировал какой-то протокол… или это было позже? Наверно, ему просто не понравилось, что я свой ошейник-ингибитор начал грызть. — Правильно, нахуй. С тобой серьёзные дяди работают, ты не в цирк пришёл. Ну хоть на три часа посадили в обезьянник, а не на три месяца — сидеть доказывать, что ты не монстр, а долбоёб. По дорогам неслись машины — и на колёсах, и летающие. Иногда бибикали. — Да я не из-за этого расстроился, — махнул рукой колючий парень. — Ко мне потом в камеру Модеус припёрся — и теперь мне грустно с самого утра. — Орал на тебя? Дразнил? Или чё? — уточнил Тейлз-Палач. — И это тоже. Я предпочту не рассказывать о беседах с этим пидором. Воздух вибрировал от энергии: над улицами шли антигравитационные платформы, по стенам зданий — живые голограммы. Пейзаж казался и футуристичным, и тревожным одновременно. — Вы же говорили, у вас тут постапокалипсис, — Соник-Эхо замедлил шаг. Тёмно-синего ежа слегка мутило — слишком контрастным казался блестящий город под куполом и серый, мёртвый мир за его границами. И чтобы не смотреть по сторонам, он крутил в руках коммуникатор — личный, который на днях ему притащил Тейлз-Палач. — Только в дикой зоне, — ответила Салли-Реквием. — Города под защитой живут нормально. — И вы живёте на окраине, получается? — Типа того. У нашей базы тоже есть барьер, — сказала мобианка. Мимо прошёл бесшумный транспорт без водителя. В полупрозрачной кабине сидели двое существ, похожих на людей, но с яркой кожей и цветными рогами — колючий парень предположил, что это зети. — У вас же сумасшедшие технологии. Почему это до сих пор не исправили? — вампир махнул рукой в сторону горизонта, где за барьером клубился смог. — Говно от Лорда Икса не уберешь, — сутулясь, глухо заговорил Тейлз-Палач. — Он же Владыка Порчи, ебать. Планету испортил так, что её теперь хуй терраформируешь. — Но наш мир всё равно в составе Альянса, — Акорн уверенно шла впереди парней. — Даже так приносит пользу и помогает бороться с Тьмой. Соник-Эхо кивнул и посмотрел на высотную башню в центре города — она пронзала купол энергетическими антеннами. — И почему ты не часть мирового правительства? Или ты…? — Я сама ушла. Мне надоело нести ответственность за всё, что только можно, — пожала плечами Салли-Реквием. — Королевство Акорн уничтожили первым: в моей деревне архидемон открыл портал. Потом пали остальные. Выжили лишь я с Тейлзом… и пара сотен других. — Что-то не похоже на пару сотен, — окинул окрестность рукой Соник-Эхо. Вокруг ходили люди, мобианцы, сидрианцы и множество других рас. — Пришельцы из других миров, — сказала Акорн. — Вон, глянь туда: четыре Руж и два Наклза в одном кафе. Прикольно, да? Кто-то прилетел в гости, кто-то путешествует, кто-то остался жить. — Понял. Получается, у вас все миры… вот такие? — протянул ёж. — Нет. Большинство Вселенные, ставшие частью Альянса, ничем не отличаются от нейтральных измерений. Местные, как правило, даже не подозревают, что попали под крыло охотников на демонов. Ну, кроме, разве что, правительства и спецслужб, — пояснил Тейлз-Палач. Он наклонился и поправил резиновые шнурки на кроссовках. — Но наш мир разрушен полностью — поэтому города переделывали под новые условия. И не только эта планета сдохла — весь космос мёртв. Пока лис говорил, он неспешно жестикулировал. Соник-Эхо заметил у него новые протезы рук: с тёмными узорами, похожими на татуировки, — куда приятнее серых домашних с мягкой обшивкой. — Ты где такой чёрный свитер купил? — вдруг спросил колючий парень. — Это не совсем свитер. Это платье, — Тейлз-Палач смахнул грязь с рукава. — В смысле? — Это моё платье, но я надевала его только дважды. Его потом по глупости тётя Рассвет закинула в стирку на температуру девяносто градусов вместо тридцати. Теперь это свитер моего брата, — объяснила Салли-Реквием. — Уже сколько?.. Два года носит. Мобианцы свернули за угол. Перед ними вырос огромный многослойный гипермаркет — смесь барокко и модерна, похожая на башню. У входа стояла позолоченная статуя человека в королевских одеждах… и с пакетами в руках. По фасаду бежали объявления о скидках. — Вообще, наш мир — перевалочный пункт, — продолжил бесхвостый лис. — Удобно расположен в Мультивселенной, и к нам постоянно кто-то заходит: мотыльки, паладины, рожи повстанцев тоже теперь можно увидеть. — А чё мы курьера не вызвали? — спросил вампир. — Пройтись хочется, а то скоро жиром заплывём. Особенно я этого боюсь, — сказал Тейлз-Палач. — А ещё тряпки новые примерить, тебя приодеть. Внутри гипермаркет напоминал вокзал или торговый узел: летающие тележки, эскалаторы, уходящие вбок, вспышки света. Недалеко золотой Меха-Соник пытался задержать мобианского дракона, который хотел незаметно унести стиральный порошок в пасти. — Так, я за продуктами, а ты за мылом и шампунями, — распорядилась Салли-Реквием и взяла корзину. — Соник, выбирай, с кем пойдёшь. Только далеко не отходи — махом заблудишься. И действительно: среди лабиринтов полок, движущихся секций и хаотичных покупателей можно было потеряться даже суперскоростному ежу. Колючий парень, между прочим, привык скользить по запутанным дорожкам в лабиринтах лабораторий доктора Роботника, но даже его это напугало. — Я и не собираюсь. Не хочу снова проверки проходить и светить попкой, как на входе в этот… как его… ваш городок, типа. Ёж посмотрел на Салли-Реквием, затем на Тейлза-Палача, а после — вверх, туда, где огромный омочао с вкрученным в пузо экраном зависал над головами покупателей и тараторил о скидках на гиперборейские обереги. — Едрить-копать, выбор сложный. Разрешите с вами пойти, Ваше Высочество? Бывшая принцесса кивнула. Киборг вздохнул и скрылся в противоположном секторе — он был рад, что ему не досталась роль экскурсовода. Из-за тяжёлой походки и огромного роста лис напоминал танк. Или аккуратного, но всё же слона, что каким-то чудом маневрировал между стеллажами. — Продукты у нас на втором ярусе. Идти через гигиену и корма для виспов — справа от входа. Запоминай, будешь потом гонять мне за пивом и пиццей, — повела за собой вампира Салли-Реквием. — Ишь, какая деловая. Уже всё распланировала. — Не хочешь шататься по магазину — попроси персонал собрать корзину за тебя. Мы этим не пользуемся — и платно, и собирают как попало. Пол под ногами мерцал мягким жёлтым светом, он прокладывал ребятам маршрут среди тропических растений в горшках, усыпанных стразами. Мимо пронеслась антигравитационная тележка, за которой нёсся — судя по рёву — кто-то огромный, зелёный и очень несчастный. Соник-Эхо быстро узнал крокодила Вектора, и в тележке, безуспешно пытаясь выбраться, сидел пчелёнок Чарми — его лапы застряли между решётками. — Терпеть не могу эти умные тачки, — заметила элитная охотница. — На бумаге должны сами привозить, что нужно. На деле — характер с прибабахом. Обидчивые, хуже только наш Сворди. — Как это — «обидчивые»? — Братец как-то накричал на тележку. Она ему потом притаранила квашеную капусту, детскую присыпку и крем от зуда… в интимных местах. — А они остроумные, — безрадостно буркнул Соник-Эхо. — Обожаю «Маноа», эти магазы есть в любом измерении Альянса. Так, Эхо, давай ты побудешь штурманом корзины. Она на колёсиках — удивительно, что не на антиграве. Платформа мягко подняла их на второй уровень. Вывеска «Гастрономическая Галактика!» сияла так ярко, что у тёмно-синего ежа закружилась голова. Кондиционеры были такими мощными, что выдували арктический холод. — Так, что у нас. Хлеб, чай, немного овощей, — Салли листала список на дисплее в перчатке. — Остальное по желанию. А желаний у меня много. — Это чё за антивампирские йогурты? — показал на одну из секций ёж. — О, поставки из Эггмоперии, — бывшая принцесса смахнула чёлку. — Их прикол в том, что когда их ешь — они молитвы тебе поют. Мне так «Роза Ветров» говорила. Сама не пробовала, да и как-то не тянет. Спустя долгие блуждания Салли-Реквием и Соника-Эхо добрались до касс. Подоспел Тейлз-Палач — недовольный и мрачный — и выгрузил добычу. И вот, теперь корзина выглядела так, будто прожила трудную жизнь: пакеты вспухли, тряслись, а её колёсики скрипели предсмертно. — Ты что за фигню набрал? — бурундучиха из интереса достала одну из коробок с порошком. — Почему тут написаны кракозябры? — Чтобы твои белые вещи точно отстирывались, а не выглядели, словно их насквозь проссали. Забей на иероглифы. Очередь двигалась медленно, автоматы самообслуживания были отключены. Соник-Эхо наступил в белую лужу — она текла из их корзинки. — Блядская пизда, ебать её в сраку, — Тейлз-Палач быстро нашёл источник лужи — дырявый пакет молока. — Ну какого хуя опять? — Как думаешь, молоко на полу считается бесплатным? Его можно слизать? Бесхвостый лис скривился от отвращения и злобно глянул на ежа. Потом он оторвал с рулона пакет, обернул протекающую упаковку и пошёл прочь. Ёж и бурундучиха остались вдвоём. Соник-Эхо, скучая, стал вращать головой… а затем провернул её по всей оси. Хруст был неприятный, но колючему парню понравилось. Он сделал это ещё раз. И ещё. — Соник, перестань, — шёпотом потребовала Салли-Реквием. — Я не знал, что так умею. Обалдеть, я сова, хи-хи! — Ты окружающих пугаешь, — Салли-Реквием бросила взгляд по сторонам и ткнула пальцем в вампира: — Так, дружок, я быстро. Постой на шухере. Теперь колючий парень остался один — тревожно и очень не вовремя. Как на зло, очередь вдруг ускорилась: все полуслепые бабули и крепкие тётки впереди закупились так, будто собирались кормить целый батальон, и теперь один за другим проталкивали тележки к выходу. А высокий кудрявый парень — человек с единственной сливой в руках — что держал очередь, потому что кассир никак не мог пробить фрукт, уже убежал, так как опасался возможных пинков. Соник-Эхо нервничал. Перед ним остался лишь один покупатель: темноволосый, смуглый мужчина в малиновом пиджаке. А когда взгляд ежа упал на его покупки — огромный баклажан, презервативы и подсолнечное масло, — в горле тут же встал ком. Его уши дёрнулись, а пальцы судорожно сжали край корзины: крайне неприятное сочетание товаров. — Солнце моё, почему я не могу заплатить криптой? — ласковым бархатным голосом проворковал «малиновый пиджак», упираясь руками в стойку. — Пункт оплаты криптовалютой временно отключён. Приносим извинения, — робот-кассир говорил на ломаном английском, возможно, из-за трещины на корпусе головы. — Мы можем предоставить вам скидку. — Это так неудо-о-обно! — мужчина отпрянул и элегантно расправил пальцы веером, где сверкали массивные перстни. — Я прям расстроился. Соник-Эхо, пытаясь отвлечься от мыслей о своих пустых карманах, внимательнее присмотрелся к незнакомцу впереди… и узнал Стоуна. В его Вселенной такого прислужника Эггмана не было. Однако его голова сразу заработала, и мысли зажужжали. — Могу предложить оплату наличными или по карте, — добавил андроид. — Эх… ладно. Давай наличкой. Так уж и быть. — Эй, Стоун! У тебя рожа знакомая! — вдруг щёлкнуло в голове ежа. Человек даже не вздрогнул от внезапного выкрика Соника-Эхо, зато половина покупателей подпрыгнула. Стоун медленно повернулся и опустил тёмный, внимательный взгляд на мобианца. В воздухе резко пахнуло кофе. — О как, — он нахмурился и странно ухмыльнулся. — Видимо, мы с тобой из одной категории Вселенных. Возле брюнета, прямо посреди дороги, ненадолго остановился здоровенный мобианский козёл в очках — он, изо всех сил напрягая глаза, читал чек. Ракурс сошёлся таким образом, что его рога будто росли из головы Стоуна. — Да ты же этот… как его там… Чистожоп? А, нет, Чистотел! Во! Человек громко и показательно вздохнул, а потом грубо выдернул со стойки пачку сигарет и шлёпнул ею перед роботом. Где-то за окнами громыхнуло — будто гроза подошла вплотную. Сонику-Эху стало аж неуютно. — Закрой варежку. Ты бы ещё через рупор протявкал мою погремуху. Вдруг Стоун-Чистотел резко наклонился к ежу, да так близко, что вампир почувствовал горячее дыхание. Чёрный взгляд с розовыми искрами упёрся в колючего парня, он почти не мигал и по-змеиному застыл. — И вообще, откуда ты меня знаешь, мальчишка? Соник-Эхо в ответ только глупо выкатил глаза и надул губы. — А-а, постой-ка… Эхо? Это ты, что ли? — Стоун-Чистотел отстранился, но в его голосе слышался не испуг, а игривое удивление. Он элегантно прикрыл рот ладонью, будто сдерживал смешок. — Ну надо же. Улыбнись, милашка. Прежде чем вампир успел понять, к чему это, мужчина извлёк смартфон — в синем чехле с красными сердечками, — вскинул его и щёлкнул вспышкой прямо перед носом мобианца. Белое пятно зажглось перед глазами ежа. — Нахуя ты меня сфоткал? — раздражённо потёр веки Соник-Эхо. Стоун-Чистотел замер. Он вглядывался в экран с выражением ненормальной сосредоточенности… и облизнулся. — Думаю, шеф меня похвалит, — брюнет оторвал взгляд от телефона. — Вообще, одет ты прилично. Радостный, чистенький… хе-хе, румяный мальчик. Значит, Салли и Тейлз с тобой хорошо обращаются, — мужчина убрал смартфон и подбоченился. — Знаешь, я не должен здесь торчать… но кому-то же надо выполнять охуеть какую важную миссию. — Да ладно? Серьёзно? — с наигранным удивлением протянул ёж. Стоун-Чистотел бросил взгляд на кассира. — А ты помалкивай. Не зли хозяйку, — сказал брюнет неожиданно жёстко. Робот кивнул и сделал какой-то знак лапками-клешнями. — Эхо, ты не представляешь, насколько всё серьёзно… — мужчина продолжил тише, с прищуром. — Остальным-то похуй, сосиски деловые, будто у меня тоже нет завала на работе, — он злобно фыркнул. — Лучше самому всё по красоте сделать, чем потом вытаскивать из передряги своих дебилов и отчитываться перед твоим злющим папашей. — Чего-о? У меня есть папаша? — теперь уже искренне обалдел вампир. Стоун-Чистотел не дал ответ. Он будто бы не услышал — или специально проигнорировал. Голова мужчины слегка покачивалась из стороны в сторону в такт невидимой музыки. От его движений, а ещё от его острого парфюма вперемешку с кофейным ароматом, ежа бросало в нездоровую дрожь. — Что ты тут ищешь? Вряд ли же меня выслеживал. И вряд ли ты… ну… — Ты проницательный. Если бы я за тобой следил — ты бы меня не увидел. Голова Соника-Эха пошла кругом. Его память снова начала проясняться. — А что я сейчас делаю, тебя ебать не должно. Хотя в будущем всё может измениться... — кинул взгляд по сторонам брюнет. — Просто держи ушки на макушке, если решишь вступить в армию Альянса. — О чём ты, генерал фембоев? — шмыгнул носом колючий парень. Стоун-Чистотел вытянулся в струнку и начал куда-то вглядываться: — Кстати, Палач и Реквием далеко? Соник-Эхо развёл руки по сторонам и помотал мордочкой. — Мне просто запрещено к ним приближаться, — мужчина тщательно протёр перстень о пиджак. — Короче, ты типа меня не видел. Ясненько? — А чего у вас из восемнадцати касс работает только три? — вдруг кто-то нетерпеливо выкрикнул из очереди. — Извините, а почему вы у меня спрашиваете? Идите к управляющему, — заявил робот-кассир и помахал лапками-клешнями. — А управляющий где? — На обеде, — невозмутимо пожал плечами андроид. — Так, не буду дальше очередь задерживать. Сдача не нужна, — Стоун-Чистотел громко долбанул зелёными купюрами по подставке, не сводя глаз с тёмно-синего мобианца. — Заболтал ты меня, красавчик… заболта-ал, хе-хе. — Может, ответишь всё-таки, кто мой папаша? Хотя бы намекни. Однако мужчина снова не удостоил вампира ответом. Брюнет поспешно сгрёб пакет… а потом рванул к выходу. Он будто не побежал, а поскакал, словно попрыгал через лужи. А кассир безразлично пробил чек. — Долг зовёт. Ещё увидимся! — Чистожоп, блять, погоди! — поднял руку Соник-Эхо. Но Стоун-Чистотел почти буквально выпрыгнул за двери. Вампир озадаченно почесал голову — ему показалось, что мужчина то ли смеялся, то ли рычал. — Чек бы взял, — андроид повернулся. — Здравствуйте! Пакетик нужен? — Бля… мистер кассирша, может, не надо гнать коней? Иди, вон, чай-кофе попей. Не надо лишний раз хобатиться, — Соник-Эхо сцепил пальцы. Робот озадаченно склонил голову набок и почесал клешнёй голову. — Чё, обосрался уже, да? — в последнюю секунду вернулся Тейлз-Палач. — Я даже не знаю, в каком контексте ты спрашиваешь, — тёмно-синий мобианец опустил плечи. — Не бросайте меня так больше, пожалуйста. Большой ёж застыл в замешательстве после встречи со Стоуном-Чистотелом. У колючего парня на сердце скреблись кошки, но он не мог объяснить себе, почему. Возможно, из-за неожиданной встречи. — Никто тебя не бросал и не бросит. Я-то точно — наконец-то нашёл друга. — Что? — тут же вышел из размышлений Соник-Эхо. — Что? Парни некоторое время недоумённо и неловко смотрели друг на друга. Когда робот пробил почти все продукты, к парням пришла Салли-Реквием. Она подсунула розовую коробку в форме сердечка, постучав пальцами по ней. — Тебе нахрена? — опустил уши Тейлз-Палач. — Ещё и… коньячные? — Подарить кое-кому хочу. Не против, братишка? — Я тоже такие хочу, — заявил Соник-Эхо и надул губы. — Обойдёшься, — Акорн мягко щёлкнула ежу по лбу.***
Границы клана «Судного Дня» и Эггмоперии. Сеть пограничных измерений под названием «Пятки Эггменатора». Мёртвые шли нескончаемым потоком. На склонах виднелись труповозки, которые выплёвывали в бой заражённые, начинённые взрывчаткой тела. Скелеты-артиллеристы молча работали на баллистах — их средневековые машины, усиленные Тёмной Магией, сносили истребители и взрывали танки с пугающей точностью. Атака нежити была безжалостной: слуги Владыки Смерти давили демонических киборгов числом и фанатичной стойкостью. Каждого сбитого скелета почти сразу заменял вновь сложенный из костей воин; лучники-мертвецы засыпали войска Эггменатора плотным, как дождь, градом тёмных стрел, от которых отлетали даже крупные верзилы и тяжёлые машины. — Не могу поверить… как можно быть таким тупым? — Рэдианс сиял золотыми украшениями, но его роскошный облик едва скрывал усталость. Скелетам помогали живучие, как тараканы, демоны-зомби. Они рвали пехоту когтями и зубами, лезли в машины и сдирали с них обшивку. Проклятые солдаты швыряли их пачками, как тряпичных кукол, но те всё равно поднимались. Казалось, этот кошмар будет вечным — но внезапно мертвецы начали откатываться назад, чтобы перегруппироваться. Повстанцы в экзоскелетах только и успевали считать потери. — Ты хоть иногда думаешь? Или твоей башкой можно только орехи колоть? — Лети в пизду, куропатка-ГМО, и там кудахтай! — рявкнул Экзекл. Фиолетовые и голубые плазменные залпы рвали мертвецов на куски, забрызгивая землю чёрной кровью. Но это не особо помогало. — Почему ты науськал Эггменатора? — всё ещё негодовал Рэдианс. — Ты ведь понимаешь, насколько силён Оверлордус, Владыка Смерти. Наивысший взмахнул рукой — и воздух вспыхнул сотнями символов, которые разлетелись во все стороны и прожгли врагов белым пламенем. Там, где руны проходили сквозь плоть, оставались только прах. — Экзектору всё равно бы помогли труполюбы! Экзекл тоже вмешался в сражение. Его клоны, мелькавшие по полю боя, перехватили контроль над нежитью. В рядах мертвецов вспыхнул бардак: зомби и скелеты набрасывались на своих же, пока их не утихомирили. — Ты дебил, Экзекл? Нет, даже не так. Ты дебил, Экзекл! — сощурил глаза ангел. — Ты мог отговорить Эггменатора, а ты его наоборот подтолкнул! — Что ты из меня крайнего делаешь, инфузория пучеглазая?! Повторяю, мы и так планировали напасть на Экзектора! Оверлордус бы его всё равно защитил! И раз к нам явилась его жена, то мы уже были обречены… — Я даже не хочу обсуждать этот клинический случай с клиническим идиотом, — тяжело вздохнул трёхглазый ёж. Экзекл в ответ взревел так, что земля завибрировала. Его глазницы вспыхнули красным и сразу же погасли. Он вскинул руку — и бес, подброшенный взрывом, угодил прямо в его ладонь. Кровавый Барон натянул бедолагу за хвост, как резинку, и отправил его на летящую горгулью. Шакал, хохоча, выпустил из тела бензопилы, выдернул гранаты — и… БАМ! — Сука, я тысячи лет служил демиличу! Я знаю, о чём говорю, чучело хохлатое! — замахал кулаками высший демон. В небе взорвался фонтан из камней и плоти. Только голова беса-повстанца, отрастив перепончатые крылья, плавно скользила вниз, радостно гогоча. — Знаешь — и всё равно толкнул Его Величество в могилу, — огрызнулся Рэдианс и указал рукой. — Посмотри на буревестников. Даже они не справляются. А нежить — вообще-то их профиль, они вампиров гоняют. — Чё, правда? — покосился ехидна. — Кто из нас без глаз — я или ты? Воздух разорвали крики — визжали некроманты, мертвецы… и даже повстанцы. С небес обрушился десант великанов в тёмно-синих доспехах. На спрятавшихся демонов-Экзе накатила техника, покрытая шипами и рунами: чудовища на колёсах мчались, сметая всё на пути, как живые бульдозеры. Вскоре некоторые эггмоперцы присоединились к антипаладинам — они залезли на кузова и рубили по тёмным силам. — Руби дохлятину! Свэ-э-эг! — восклицали бесы Эггменатора. Буревестники пытались их скинуть — бесполезно. Пришлось смириться. — Зырь, чё я придумала! — воскликнула мобианская зелёная тенрек, одна из версий Сёрдж. — Надо только чёртика поймать. — Я в этом не хочу участвовать, сразу говорю, — буркнул синий фенек, Кит. Этих двух мобианцев-буревестников выбросило из броневика прямо в толпу нежити — его взорвали орды зомби, — но рыцари не отчаивались. Отбиваясь электрическим клевцом, Сёрдж схватила маленького проклятого лиса за ноги и начала им размахивать. — Глянь, как далеко достаёт! И своё оружие не портишь! Поначалу повстанец орал, как резанный. Но потом до него дошло, и он включил лазерную бензопилу — солдат Эггменатора радостно захохотал. С рокотом и громовыми раскатами зомби и скелеты стали разлетаться вокруг их дуэта. Киту понравилась идея подруги, и он поймал другого повстанца — и теперь посреди вакханалии крутились уже две смертоносные карусели. Правда, до тех пор, пока сверху не упала огромная бомба. — Это тут ещё спокойно, — покачал головой Рэдианс. — На других участках всё разваливается. Буревестники бегут, а наши бойцы, которые страха не знают лишь потому, что мозгами обделены, гибнут в окружении мертвечины. — Не прикрывай обмоченные трусы чужой слабостью, — Экзекл зарычал: — Нам нужно собрать всех генералов штрафбата Альянса! И в ближайшие дни я хочу видеть Рыцаря Преисподней с его сворой на коврике у Его Пиздатости! — Ишь ты губу раскатал. Может, ещё «Разящий Рассвет» поставить тебе в почётный эскорт? Или Экзорциста заставить разносить пиццу? А ещё лучше — позвать сидрианского лорда Мелхиседека тамадой на нашу свадьбу? — Какая свадьба? У кого?.. — приоткрыл пасть в злом замешательстве высший демон. — Мне послышалось, или ты, блять, сказал на «нашу»?! Трёхглазый ёж хлопнул себя по лицу и застонал: — О Хаос, какой ты тугой… Я о том, что Альянс скоро откажется с нами работать — опухнут от вопиющей наглости. — У них всё равно нет выбора. Всем осталось жить не больше полугода. — Ты серьёзно веришь в эту шизотеорию? — упёр руки в бока Наивысший. — Клоака ты немытая, об этом даже Прометей в предсмертной записке начиркал! — из ноздрей ехидны пошёл дым. — Скоро сам всё увидишь! Экзекл эффектно взмахнул волосами, будто снимался в рекламе шампуня, презрительно отвернулся и уверенно пошёл к пылающему лесу. — Помни, петух-тираннозавр, нам потребуется крышесносная удача и невероятное чудо… так что молись. И надейся! За ехидной возникли полупрозрачные духи черноглазых мобианцев. Их морды тоже кривились от злости. Они подняли над Экзеклом пышный зонт — скоро должен был хлынуть дождь из трупов и бомб. — Даже если это не вымысел, то тогда мы просто отсрочиваем свою смерть. — Сдаваться нельзя, Рэдик… даже Зеро-Фейл, Король Погребель, не смог. И труполюб Оверлордус тоже зубы обломает. У Мультивселенной не может быть хозяина, и она всегда об этом напомнит. Так что пошёл в жопу, доктор чмо! — Экзекл исчез в кровоточащем пространственном разломе. Рэдианс некоторое время глядел на оставшийся после ехидны алый дымок. Затем он с досадой потёр переносицу пальцами и тяжело выдохнул. — Господин, разрешите обратиться! — приземлился недалеко от ангела демонический Эггман. — Они снова к нам прут бесконечным потоком! — Нам в любом случае скоро придётся отступать. Но пока рано. Ангел сложил руки за спину и отвернулся от офицера. — Каков ваш приказ? — осторожно спросил солдат. — Держать это измерение, пока Его Величество не решит иначе. — То есть, всё по старой схеме? — Да… и не теряйте надежду. Ладно? Усатый киборг поклонился, включил двигатели и взмыл в воздух. Рэдианс же снова замкнулся в себе. Он поднял вокруг себя дрожащий щит — по нему раз за разом стучали куски камней, твёрдой плоти и тёмная дрянь. — Странно, — произнёс ангел вслух. — Враг не использует сильнейшую нежить. Пока он просто пытается задавить массой костей и гнилья. Наивысший поднял взгляд к небу. Пепельный снег падал хлопьями, мрак сгущался. Небо почернело, а из-за дыма пробивался красный, враждебный свет. Солнце пряталось в неестественном затмении, красным прожектором освещая пустынные равнины. Деревья тянули к нему иссохшие когтистые ветви, и кора с них сыпалась прахом. — Удивительно, что мы вообще можем им противостоять. — пробормотал ёж. — Оверлордус обычно не медлит и не цацкается. Что-то здесь не так…***
Дом Салли-Реквием и Тейлза-Палача. На кухне царил уютный беспорядок и сладкий запах. На столе валялась милая цветастая коробка, но внутри всё выглядело серьёзно: всякие разные пакетики, сахарная смесь, пластиковая форма и даже термощуп. Коробку открыли безобразно — её разгрызли зубами. Над плитой склонился Тейлз-Палач — в розовом фартуке, скреплённым шпильками, — и помешивал лопаткой густую массу в маленькой кастрюле. Его короткие хвосты нервно подёргивались всякий раз, когда он промахивался с температурой или куда-то капал. — Я так и думала, что ты у меня заберёшь набор, — Салли-Реквием закончила заправлять салат и теперь с угрюмым видом глядела на горы грязной посуды. — В принципе, я не против. — У меня получше с точностью — один-два градуса мимо, — и шоколад станет говном, — коричневый лис работал так внимательно, будто занимался великим ремеслом, а не готовил десерт из коробки. — И обязательно проверять порошки под микроскопом? — Как будто ты Барсука нашего не знаешь, — киборг снял кастрюлю с плиты. — Братишка, набор покупной, магазинский. Да и зачем ему это делать? — И чё? Может он из Даркнета заказал. Лучше перебздеть. Тем временем в гостиной сидел Соник-Эхо… и нагло влез в компьютер Тейлза-Палача. Он уже не впервые совершал проникновение (особенно по ночам), и преследовал одну цель: найти информацию, в том числе и про свой родной мир. Его память стремительно прояснилась, и воспоминания подталкивали к некрасивым поступкам — рыскать в личных файлах… но они не были интересны ежу. — Где они прячут про меня инфу? И про Тёмный Соблазн? И то, что интересовало вампира — как правило, защищено паролем. И хаотичная долбёжка по клавиатуре в стиле бешеного орангутанга не решала проблему. Но некоторые сведения тёмно-синему мобианцу удавалось доставать — и скачивать на свой новый коммуникатор. — Надо глянуть, чё у сеструхи. Может, там что-нить достану, — шептал себе под нос Соник-Эхо. — Я не верю… я не верю, что это всё правда… — Соник! — окликнула Салли-Реквием. — Жрать иди! Колючий парень, что держался настороже, дёрнулся. А потом аккуратно закрыл ноутбук Тейлза-Палача. Поправив новые джинсы — светло-коричневого цвета и с тугим кожаным ремнём, — он отправился на кухню. — Кстати, хорошо, что уговорили меня взять эти штаны, — Соник-Эхо сел на табурет и с хрустом откусил свежий бутерброд. Он умело скрывал стыд. — Да уж, долго ты колебался у стойки, — Тейлз-Палач аккуратно убирал пузырьки воздуха из шоколада. — Заебать успел там всех. — А вообще… спасибо. Правда спасибо, — вполголоса произнёс колючий парень. — Я запомню всё, что вы для меня делаете. — Деньги потом отдашь, — бросил бесхвостый лис. — Ась? — округлил глаза Соник-Эхо. — И сколько я уже должен? — Пока не сколько, — усмехнулась Салли-Реквием и уселась за стол. — Это ты чё себе купила? Ёж заметил в руках бурундучихи странный аппарат, похожий на пистолет. — Короче, эта штука, которая может завить кудри и косички, где угодно. Честно, лучше бы плойку купила, — девушка звучала чутка расстроенной. — Даже между ног, да-а? — попытался смутить её Соник-Эхо. Но у него ничего не вышло. Бывшая принцесса хохотнула и многозначительно подёргала бровями. — Конечно, Соник. И сделаю себе там взъерошенную попку Купидона. Ещё стразики туда добавить — и будет, как ромашка на ювелирной выставке. Правда, я не поняла, как этой штукой пользоваться, — Салли-Реквием нажала на кнопку, и аппарат начал вращаться в три секции. — Типа, выбирай, обвить тебе пупок или накрутить колосок. Хочешь попробовать? Вампир чуть не подавился, но остался держаться серьёзно. — Нет, спасибо. Вообще, это похоже на самодельный прибор для прерывания… кхем-кхем. Она случайно не называется «крутышка»? — Давайте вы не здесь эту хрень будете проверять? — не выдержал киборг. Тейлз-Палач отправил шоколад в холодильник. Лис спрятал руки в карман фартука и повернулся к мобианцам. — Соник, от тебя ничего правда не требуется взамен. Охотник не тот, кто хорошо рыбачит, а тот, кто спасает тонущих. — Тебе дед такое сказал? — Дед. Мы тебе помогаем, потому что ты в этом нуждаешься, — Тейлзу-Палачу будто самому было неловко со своих слов и отвернул мордочку в сторону. — А ещё ты… классный. Очень хочу с тобой дружить. Соник-Эхо почувствовал лёгкое жжение в щеках, чуть не подавившись едой. — Взаимно, приятель, — ёж громко проглотил. — Ты так говоришь, будто у тебя нет друзей, и поэтому тебе всё равно, что я придурок. — Ты прав, у меня нет друзей. И ты не прав, ты не придурок, Соник. Тёмно-синий мобианец поднял брови. — Меня считают странным. Можно сказать, я вернулся к жизни до Рока и знакомства с родным Соником, — ответил на его немой вопрос лис. — Только теперь проблема не из-за хвостов. У меня же их нет, лол. — Тут, скорее, проблема с нашим окружением, — бывшая принцесса включила посудомойку и села напротив вампира. — А что не так с твоим окружением? Да и ты… нормальный парень? — Ого, спасибо, — киборг стянул с себя фартук. — Вообще, мой дедушка — Бог Хаоса, сильнейший охотник на демонов. Соник-Эхо аж подавился, а потом закашлялся: — Ты шутишь? Мы точно говорим про Бига?.. — ёж постучал себя по груди. — То есть, какой-то божок принял его облик и теперь шатается среди нас? — Нет, это Биг. Раньше он был смертным, но теперь живёт уже больше тысячи лет, — дополнила Акорн. — Он даже застал Раскол. Вампир выкатил от изумления глаза. Он пытался переварить информацию. — Я тоже тогда охуел и не выхуел, — пожал плечами бесхвостый мобианец. — Но далеко не всем нравится, что дед взял под опеку меня с Салли. К сестре ещё нормальное отношение… но не ко мне. Меня не считают достойным. — Так, кто тебе сказал? — Салли-Реквием сложила руки замком и положила их на стол. — Шед? Не слушай ты этого дядьку — он всех ненавидит. Тейлз-Палач вздохнул и покачал головой: — Но проблемы не только с дедушкой. «Разящий Рассвет» — наша вторая мама, — и она состоит в Синклите. А Синклит — управляющий орган АРМ, — а значит, якобы, отмазывает от наказаний. Может, доля правда в этом есть — я удивлён, что мне «простили» такие жёсткие косяки. Как, например, с ОКиЛ. Соник-Эхо закивал головой. Он сам был удивлён не меньше охотников. — А ещё в моём близком окружении есть бывший бандос. Как бы я не пытался это скрыть — всё равно говно всплывает. И потом пальцем тычут… говорят, что я буду таким же, как мой «типа батя». — А-ха-ха, блять! — вдруг зычно расхохотался колючий парень, заплевав весь стол. — Так моя шутка, что ты сын мафиози — не шутка вовсе? — Еблан синий, что тут смешного? Он с дробашом ходил и полдвора в страхе держал! И не солью, причём, стрелял, а боевой дробью! — взмахнул кулаками Тейлз-Палач. — А потом меня с ним сравнивают, когда я косячу! — Правда? Понятно, у кого наш Терминатор стрелять научился, хи-хи. — Нифига себе у тебя фантазия. Что ты сочиняешь? — ещё сильнее нахмурилась Салли-Реквием. — Джеффри никогда по детям не стрелял. — Конечно по детям он никогда не стрелял. Он по их родителям пулял! — Тейлз-Палач повесил фартук на крючок. — Я сам мог за себя постоять. Правда, как только я сверстникам разбивал носы, они бегали жаловаться. Ну а затем приходил Барсук… и приезжали копы. — Мокруха? — облокотился щекой об руку Соник-Эхо. — Благо, без мокрухи. Скунс спецом мимо стрелял, — киборг тоже присел. — Он вообще в небо палил, — тяжело вздохнула мобианка. — И его боялись только ворьё с хулиганами. Зато мы гуляли с тобой спокойно даже вечером. — Ну и чё ты тогда воняешь? Хотя яблоко от яблони… — доел остатки бутерброда вампир. — Меня бы кто так защищал, когда был пиздюком. — Кстати, насчёт Основы Контроля. Шед сказал что-то про катаклизмы в мире «классиков». Ё-маё, братик… ты в любой момент можешь стать буревестником, — Салли-Реквием резко сгорбилась и прикрыла рот рукой. Вдруг Соник-Эхо бахнул кулаками по столу: — В смысле?! Но это же я разбил ОКиЛ, а не ты! — Никому только это не ляпни, — набычился Тейлз-Палач, глядя исподлобья. У тёмно-синего мобианца нервно дёрнулся глаз. — Да какого хрена?! Ты же… — Заткнись! — киборг рявкнул так громко, что зазвенели стёкла, и ребята поморщились. — Я не уследил за тобой. Виноват тут я. Соник-Эхо снова стукнул по столу: — Я уже убедился, что в Альянсе грязь творится. Сука… — затем ёж долбанул ещё раз. И ещё раз. И ещё раз. — Но я сомневаюсь, что даже в вашем блядском цирке криво выносят приговоры! — Поэтому я и взял вину на себя! Я не хочу, чтобы ты стал жертвой блядского цирка! — опять повысил голос Тейлз-Палач и тоже стукнул по столу. — Ты аномалия, это хуже демона! К тебе не проявят снисходительность! — Так-так-так! Мальчики, не ссорьтесь! — воскликнула Салли-Реквием. — А то пойдёте новый стол покупать! — Иди нахуй, а то я ща твой стол в окно выкину! — Соник-Эхо в очередной раз заставил посуду подпрыгнуть. — Будь я хоть трижды монстром, меня должны судить, как вас! На кой хер ты жопу ради меня ставишь?! — Ты чё, со мной поедешь в буры? — скрестил руки на груди киборг и облокотился на спинку стула. — Совсем дебил, да? — И поеду! Если я там был — значит, есть, за что! — колючий парень рухнул локтями на стол и чуть приподнялся. — И мне плевать на ваше мнение… Наступила неожиданная гнетущая тишина. Она длилась так долго, что вампир почувствовал себя неловко и, наконец, сел обратно. — Тейлз, это неправильно, — уже спокойней сказал Соник-Эхо. — Хотя бы нас обоих должны наказать, а не только тебя. — Слушай, я, так-то, согласна с тобой. Я потом поговорю с братишкой об этом. Один на один, — в завершение сказала бывшая принцесса. Тейлз-Палач уколол бурундучиху взглядом, но промолчал и нахохлился. — Хотя братца я тоже могу понять. Он пытается тебя защитить… от безумцев во главе Альянса. За Тейлза есть, кому вступиться… а за тебя, Соник, нет. Соник-Эхо отвёл уши назад и сжал кулаки. Ему так хотелось затеять спор с Салли-Реквием, но у него не осталось ни сил, ни аргументов. — Но зачем, Терминатор? — вампир задрал голову и расплылся по стулу. — Я хочу быть хорошим другом, — сразу дал ответ Тейлз-Палач. — Это, конечно, трогательно, но вдруг я мудак? — Я от тебя ничего не жду взамен, — постучал пальцами по своему локтю бесхвостый лис. — И ты не мудак. Это видно. Однако ты дурак. Тоже видно. Глаза у тёмно-синего ежа странно сверкнули, и он уставился на Тейлза-Палача. Он очень долго на него пялился. — С интуицией у тебя и правда порядок, — потёрла лоб Акорн. — Но не стоит доверять только ей. — Тяжело быть рациональным, когда живёшь в безумии, — сказал киборг. В этот момент на запястье Тейлза-Палача пискнул коммуникатор. Лис машинально взглянул на экран — и тут из устройства вырвалась резкая вспышка света. Он инстинктивно отдёрнул руку, и прибор со стуком упал на стол. Троица вскочила и отпрянула к стене. Из искрящегося коммуникатора вырвался… огромный банан. Вернее, Эггман в костюме банана: угловатый, низкополигональный и вращающийся под нелепую мелодию. Мобианцы с ошарашенными мордами переглянулись. — Это чё за прикол? — Да хуй его знает, — как завороженный смотрел на банан лис. Музыка оборвалась; голограмма дёрнулась, искривилась — и из ряби вырисовался мерцающий силуэт человекоподобной девушки. Она беззаботно уселась на стол, будто появляться посреди кухни было для неё обычным делом. Ребятам предстала Кодек Зари, и её внезапное явление настолько нарушило привычный порядок, что даже часы со стены рухнули. — Приветствую вас, граждане Альянса Разбитых Миров! — словно выступая перед огромной толпой, провозгласила Кодек Зари и раскинула руки. Одета она была пёстро и ярко, почти как попугай: красное худи с полосами на рукавах, жёлтая юбка-гармошка, длинные синие гольфы и серые кроссовки. В этот раз её длинная чёлка закрывала один глаз, скручиваясь в характерный для Сейдж бублик, а образ завершал чёрный макияж. — Ого, это что за тёлка? — первым очнулся Соник-Эхо и присвистнул. — Сам ты тёлка! — ощетинился Тейлз-Палач. — Тогда уж телок, — невозмутимо поправил ёж. — Это принцесса Эггмоперии, чудила… — прошипел элитный охотник. — Как вы сюда попали, Ваше Высочество? — спросила у Кодек бурундучиха. — Через коммуникатор Палача. Его «айпи» Мультик мне слил. Вот и всё. — Здравствуйте, Ваше Величество? — запоздало поздоровался Тейлз-Палач. Эггмоперская принцесса закатила глаза и скрестила руки на груди. — Мне Блейд весь процессор выел, а заниматься я этим не хочу. Банхаммер занят, Админ вообще на свидание собрался. Так что я сама решила взыскать с вас долг перед Эггмоперией, — Кодек небрежно сложила ногу на ногу. Повисла короткая пауза. Даже гул приборов вдруг стал оглушительным. — Какой, блять, долг?.. — выпучил глаза Тейлз-Палач. — Помните, вы во дворце танцевали хентай-постановку? — проекция эггмоперской принцессы дрогнула лёгкой рябью. — Так это было из хентая?! — Салли-Реквием схватилась за голову. — Верно! Не хотите стать позорным мемом — придётся отработать. — Очком отработать? — приподнял бровь Соник-Эхо. Кодек улыбнулась, мило, но недобро: — Да не нужен мне твой бампер. Но ты тоже не останешься в стороне. Эггмоперская принцесса подняла тот самый договор, который ёж подписал во время приключения в Эггмоперии. Теперь на нём красовалась пурпурная печать с усатой мордочкой Эггменатора. — Соник подписал военный антидемонический контракт с Эггмоперией. Теперь его, как наёмника, мы можем призывать против высших демонов. Девушка убрала документ, вытащила смартфон и начала что-то там печатать. — Мы любим веселье, но такого отношения к себе не потерпим. Мы серьёзный сервер, а не цирк. Иначе бы нас Экзектор не боялся. Глаза у Тейлза-Палача и Салли-Реквием сделались по пять копеек. Они уставились на ежа, который неловко переминался с ноги на ногу. — Ты ебанат, сука?! — взвыл киборг и вцепился в ежа. Кодек Зари тихо хихикнула в ладонь и подмигнула Салли-Реквием — бурундучиха моментально побагровела. — Я, так-то, планировал жить сам. Я ведь не думал, что вы меня приютите, — как ни в чём не бывало оправдался Соник-Эхо. — Ты дохуя в себя поверил, что ли?! — прорычал коричневый лис. — А у меня не было выбора. Отцепись. Колючий парень отпихнул Тейлза-Палача, а потом обтряхнул плечо. — Принцу и принцессе Альянса повезло — их потом дёргать не будут. А вот их дружок… — Кодек сверилась с договором. — Их дружок подписал контракт на четыре года. Но если он захочет гражданство Эггмоперии — получит массу привилегий. И срочного армейского призыва после контракта не будет… нужно только выжить, — она подмигнула. — Ближе к делу, — твёрдо сказала Акорн. — Что вам нужно, Ваша Лютость? — Выдаю вам квест на босса. Верните в наш плен высшего вампира. Убьёте — тоже неплохо, но платить буду меньше. Плачу только Эху, а вы, Реквием и Палач, — отмоете свою честь. Думаю, вы понимаете, что будет, если администрация вашего сервера узнает, что за спектакль вы устроили мне с папой, — разъяснила голограмма с притворно задумчивым видом. — Но ты же сама нас заставила наряжаться и плясать! — Ёжик, это наказание, — эггмоперская принцесса оторвалась от смартфона и с издёвкой хихикнула. — Зато папуля порадовался. Кодек приложила палец к подбородку, ехидно наблюдая за мобианцами. — К тому же, охотники, у вас есть другая мотивация выполнить мой квест — кровная месть, — её голос внезапно посуровел. — Не знаю, как у вас в Альянсе, но у нас месть за родных и названных братьев-сестёр — одна из первых заповедей. Отомстите обидчику — и заслужите обратно высокие очки моего мнения. — Чего-о? Мы варвары, что ли, очко за очко выдирать? — Вообще-то, око за око, Соник, — поправил Тейлз-Палач. — Про какого высшего вампира речь, Ваше Высочество? — спросила Салли-Реквием, стараясь выглядеть спокойно и уверенно. — Из нашей тюрьмы сбежал очень… неприятный босс, — Кодек выдержала паузу. — Граф Эбола Фебрис. Он знает тайные планы Оверлордуса. Имя графа резануло по ушам Соника-Эха. В груди поднялась холодная тревога — ощущение мерзкого дежавю. — И Эбола не врал, за ним действительно пришли, — эггмоперская принцесса сложила руки замочком. — Знакомы с таким демоном-Экзе? Тейлз-Палач заглянул в коммуникатор: — Вроде бы знаем… ебать, это же Снивли. Его голос стал хриплым, когда он вывел на экран дополнительные данные. — Зловещий Сеньор, Первый Уровень Угрозы… прекрасно. — Чё за Свинли? — Соник-Эхо заглянул через плечо. — О, это же Плакса. И по спине колючего парня уже побежали холодные мурашки. Глаза Эболы не были привычно кровавыми, чёрными, как у большинства демонических созданий — они были вполне человеческими, белыми, но с узкими красными радужками. Крысиная мордочка Снивли была почти такой, какой ёж помнил по собственной Вселенной: большой нос, нелепые черты, редкие волосы на лысой голове. Однако, чем дольше Соник-Эхо смотрел, тем хуже ему становилось. Глаза у высшего демона дрожали, как будто фотография ожила. На лице демона-Экзе проступали едва заметные швы, синюшность, странные изломы черепа. В голове у тёмно-синего мобианца поднялся звон… — Да, всё верно, — Кодек Зари кивнула. — Это проклятый Джулиан. Или его тут зовут Колин? Впрочем, мне до лампочки, он уже не человек. Салли-Реквием неспешно сложила руки за спиной. — А за что нам мстить Эболе? — мобианка тщательно задавливала ярость. Соник-Эхо отстранился от лиса и опустился на стул, тяжело выдохнув. — Вы не в курсе? — удивилась Кодек, будто разговаривала с детьми. — Вообще нет, Ваше Величество, — покачал головой Тейлз-Палач. Ёж подтвердил кивком. — У-у-у… — эггмоперская принцесса поцокала языком. — Иногда хоть интересуйтесь вашими близкими. Так вы принимаете мой квест? Это не был вопрос. Это был приказ. — А у нас есть выбор? — обречённо выдохнула Салли-Реквием. В тот же миг голограмма Кодек дрогнула: её лицо исказили пурпурные и алые помехи. Через секунду её глаза вспыхнули ослепительным белым светом — зрачки исчезли, а рот растянулся в широкой неоновой улыбке. — А-ха-ха-ха! Конечно нет! Иначе я бы сюда не приходила! Улыбка — точная копия скалящейся эмблемы Империи Эггмана, символа стальной диктатуры и контроля. — Эй, сучка кучерявая, а мы чё, одни попрём на Снивли? — Соник-Эхо резко поднялся из-за стола. Принцесса Эггмоперии на мгновение опешила от столь наглого обращения — аж неон погас, — но затем медленно ухмыльнулась… и даже облизнулась. — Я уже передала ваши контакты «Розе Ветров». Скоро с вами свяжутся. Салли-Реквием чуть покраснела при имени смотрительницы. — И не жалуйтесь руководству Альянса. У душнил нет причин задавать вопросы вашему ёжику — он сам всё подписал. Хо-хо-хо! — злорадный смех Эггмана, только женским голосом, прокатился по комнате. — А для вас двоих всё ясно без слов. У вас хотя бы есть выбор… ну, иллюзия выбора. — Я хочу тебе кое-что сказать, — Соник-Эхо ткнул пальцем почти ей в глаз. — Соник, твою ж… — Тейлз-Палач едва не ударил его. — Не усугубляй! Но вампир даже не отреагировал. Перед тем как обрушиться новой тирадой, ёж пшикнул «Сангвистатин» в обе ноздри — и ледяная свежесть мгновенно прочистила голову, она надолго унесла голод кровопийцы. — Передай своему папаше, что я никогда не стану его слугой! И ты тоже иди в жопу, кукушка в завитушках! Нарядилась, как курица на бал, и думает, что может мной… эм, нами командовать! У бурундучихи и лиса чуть челюсти не упали. До них только сейчас дошло: у вампира действительно отсутствует понятие «границы». Но, к их счастью, абсурдная дерзость вампира позабавила Кодек — она в голос рассмеялась. — Какой смелый! И такой наивный! Так все добрячки-герои говорят… — неформалка хищно сузила глаза. — Лучше тебе не знать, что будет, если ты не выполнишь контракт. Он скреплён магией. — Соник, замолчи уже, — даже Салли-Реквием зашипела на ежа, когда он снова открыл рот. — Зашибу! — Ждите звонка. Отказ или игнор — и через день Мультик получит новый контент. Прощайте, охотники. Голограмма распалась на всполохи. Повисла тяжёлая тишина. Акорн шумно выдохнула, рухнула на стул, и уронила мордочку в ладони. Она нервно гладила себя по шерсти и волосам, а её камень тихо стрекотал и выпускал белые снежинки магии. — Вообще, вы можете не идти со мной, — Соник-Эхо говорил вполголоса, чувствуя сильное напряжение. — Я сам на это подписался. Буквально. — Мы не можем не идти с тобой, придурок, — процедил бесхвостый лис. — Чуваки, я думаю, Кодек вас байтит, — заявил тёмно-синий мобианец. — Я тоже могу придумать поводы пойти на чужие разборки. — А если она говорит правду? — снова вздохнула Салли-Реквием. — Кодек нет смысла нам врать. — Нет смысла? Он есть: чтобы вы бесплатно впряглись, — вампир скрестил руки на груди. — А так бы пришлось и с вами расплачиваться. — Она нас снимала на видео, — напомнил Тейлз-Палач. — Да бля, ваши боссы должны разобраться с наглостью «усатой» принцессы! — Это бы имело смысл, если бы ты был частью Альянса. Но здесь тупо не доебаться, — киборг тоже плюхнулся на стул. — Я не понимаю, почему руководство с тобой тянет, Соник. — Да плевать на видео, — Салли-Реквием выпрямилась. — Как этот Эбола с нами связан? Кодек тут точно врать не станет. Для повстанцев семья — святое. Их не просто так называют «воронами». — Они пиздят толпой, если обидят одного? — уточнил Соник-Эхо. — Да. Обычно повстанцы закрывают такие конфликты денежным откупом, но если Кодек говорит о вендетте через смерть… — Тейлз-Палач медленно оглядел собеседников, — Значит, дело серьёзное. — Или кто-то погиб… о, Хаос! — всполошилась Салли-Реквием и заметалась по комнате. — Пойду звонить! Вдруг у нас кто-то умер, а мы ничего не знаем! — Салли, да никто не умер, успокойся, нахуй, — приподнял руки лис. — Дед утром прислал мне открытку. Шед в обед снова назвал меня «поганым щенком». Потом прибежал дядя Модеус и показал, как надо отвечать на оскорбления от эджлордов; в этот раз менты из «Виджил» не приехали. — Модеус… — недовольно протянул Соник-Эхо. — Зачем напомнил. — Точно, дедушка мне тоже отправлял. А Барсука и тётю Рассвет ты видел? Тейлз-Палач задумчиво закатил глаза: — Их я не видел сегодня. — Ну вот. Они и умерли. — Иди в жопу, Соник, — в один голос сказали охотники на демонов. — Пойду тогда позвоню им, — Акорн бодро застучала босыми ногами по полу. — Кодек сказала, на чей номер звонить будут? — Я в восторге… сколько у вас, кхем, родственников? Есть ли кровные? — Кровных нет, — сухо ответил Тейлз-Палач. — Кровные погибли. Соник-Эхо после слов киборга сильно помрачнел. Они очень задели его.***
Одно из эггмоперских измерений. Измерение категории S0-0N-1C-X типологии M0-D3-RN №13666 Выли волки. Но волки эти выли не из леса, а будто из небес, затянутых густой вуалью из дыма и чёрной тьмы. Летучие мыши огромными стаями проносились по улицам. Полупрозрачные костлявые сущности летали вокруг вместе с криками тех, кого они терзали в лапах. Гремели багровые молнии. Повсюду были начертаны круги, но круги эти были нарисованы не чернилами или мелом, а жжёной костью. Воздух дрожал от слов, которые не слышал никто, кроме него — того, кого славили жаждущие крови существа, отринувшие всё мирское и нравственное. И пентаграммы эти иногда вспыхивали огнём, раскалывая тёмной силой землю. На задымлённый перекрёсток опустилась туча жужжащих насекомых. Из неё вышел низкорослый человек с яркими красными глазами. Потирая руки, он торопливо направился к груде мусора, служившей троном для сияющего, до абсурда прекрасного существа. — О, ты очень быстр, мой скользкий гадик, — оно встало с трона. Это была почти обнажённая женщина в короне. Алый прозрачный шёлк и тяжёлое золото едва скрывали изящное тело. Она уверенно ступала босыми ногами по стеклу, оставляя за собой чёрно-кровавые следы, которые тут же вылизывали сгнившие трупы. — Быстр, как ветер, — Эбола встал на одно колен перед Тёмным Соблазном. Архидемоница жестом заставила своего слугу подняться. Чудовища, чьи алые глаза и белые клыки блестели в темноте, внимательно наблюдали за ними. Они даже прекратили ублажать друг друга и насиловать жертв. — Скоро тебя повысят, — промурлыкала Владычица Декаданса. — Сама тебя вознесу, мой сахарный пирожочек… если справишься. Она манила к себе взгляды всех, кто был поблизости — в том числе и безмозглую мертвечину. Словно богиня, что вышла из самых прекрасных миров, Тёмный Соблазн явилась, будто ласковая дрёма в тяжелой лихорадке, а её голос разливался нежной музыкой. — В этот раз Кукловод не солгал, его видение правдиво насчёт Принцессы Проклятых. Моя подружка принесла весточку — твоя провокация возымела эффект. Наш план захлопнется капканом… Её волосы элегантной глубокой чернотой развевались по воздуху, а её тонкая кожа, белая, как снег, источала соблазнительное тепло. Княгиня шла к Эболе, источая ванильный, трупный и тревожно-манящий аромат. Мир вокруг неё темнел, искривлялся, будто растворялся в её болезненном великолепии. — Итак, держи вот это. Ты знаешь, что с ними делать. «Регина» раскрыла ладонь и что-то дала своему слуге. Но что же это могло быть? — Подождите, Ваше Темнейшество! Но ведь… Владычица Декаданса улыбнулась, и по ветру разнёсся хор: он мрачно воспевал величие и могущество демоницы-Экзе. Проклятый человек задрожал в мучительном треморе, не в силах это слушать. — Выполни — и приблизишься к мечте. Ты ещё увидишься с Региной. Архидемоница наклонилась ещё ниже и мягко прикоснулась пухлыми красными губами ко лбу высшего вампира. Пока Зловещий Сеньор пучил глаза, Владычица Декаданса всунула ему «сюрприз». — Жди здесь. И шалить не прекращай, — прошептала она. Граф Фебрис отпрянул от Владычицы Декаданса. Он некоторое время задумчиво разглядывал пузырьки с жуткой жижей. — Как мои разработки повлияют на планы вашего супруга? — Никак, солнце, — подмигнула Тёмный Соблазн. — Но нам же потом нужно как-то разобраться с разбойниками. Я немного улучшила твои рабо-о-оты… Эбола очень нервно оскалился. — Хе-хе, но я… но я… но я хочу сам отвернуть им головы! — его голос в снизился до мощного баса: — Я хочу ощутить горячий пепел и холодную кровь на своих кулаках. На своих! Лично вырвать их последние крики. — Вырвешь, булочка. Вы-ырвешь… — Экзешница облизнулась и выпрямилась. — Сделай всё правильно, и они сами к тебе придут. Архидемоница сложила ладони сердечком, подогнула ногу и улыбнулась. Город содрогнулся — обрушился метеоритный дождь. Попадали высотки. — Просто жди, пупсик. Жди-и-и…Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!