Глава 36: День лжи

Остальная часть спуска проходит куда медленнее, чем подъём, хотя что тогда, что сейчас ты не перестаёшь размышлять. Разве что теперь поток мыслей стал куда спокойнее. После того как ты чуть не разбилась насмерть, перспектива втюриться в скелет пугает гораздо меньше. А значит, можно подумать, что делать дальше. …не то чтобы причины не говорить всё сразу развеялись сами собой. Но, по крайней мере, чувства не будут так сильно тебя душить. Ты уже успела наметить план действий до того, как поняла, что заблудилась, — а именно попытаться выяснить, заинтересован ли Санс в отношениях вообще. Не сможешь выведать сама — спросишь у кого-нибудь. А в остальном будешь вести себя как обычно и позволять всему идти своим чередом. Твоя работа требует деликатности, так что надо вести себя сдержанно. Хочется верить, что обретённое спокойствие позволит тебе выключить режим влюблённой дурочки в присутствии Санса, иначе он точно поймёт, что что-то не так. Если уже не понял. И вот на горизонте наконец-то появляется сторожка. Ты быстро оглядываешь себя. Руки всё ещё красные из-за того, что ты хваталась за лианы (да и они до сих пор побаливают), а на рубашке и джинсах остались заметные пятна. Вероятно, сзади картина ничуть не лучше — на траве ты тоже успела посидеть. Обувь тоже испачкалась в паре мест… В принципе сойдёт отмаза, что ты просто споткнулась. Если повезёт, расспрашивать не будут. Всё будет норм. Но не успеваешь ты сделать и двух шагов к сторожке у ворот, как тебя останавливает тот же солдат. — Что случилось? — Просто споткнулась, ничего страшного, — пытаешься успокоить ты. Солдат хватает тебя за руки и переворачивает ладонями вверх. Он касается покрасневшей кожи — и ты морщишься от боли. — Ничего, ага, — протяжно вздыхает он, кивая в сторону своего кабинета. — Кажется, это больно. Давайте я там посмотрю. Может, отказаться?.. Хотя нет, не стоит. Это правда больно, а он хочет эту боль унять. Поэтому ты идёшь за ним в кабинет, который оказывается очень чистым. Тем временем солдат закрывает дверь и указывает на стул за столом, где лежат лишь пара ручек и одна папка. Вдоль задней стены находятся книжные шкафы, где таких папок очень много, а сбоку расположился низкий сейф. Именно оттуда он и достаёт аптечку. Затем он садится напротив и обрабатывает тебе руки. — И когда вы сошли с тропы? — буднично спрашивает он, проводя влажной салфеткой по твоей коже. Мысли не идут — кожу жжёт. И ты можешь выдать только: — Я… Я не… — Если бы вы споткнулись на тропинке, то упали бы на гравий, — спокойно и терпеливо поясняет солдат. — На вашей одежде остались бы пыль и серые разводы, а на ладонях — мелкие камни или следы от них. А у вас тут руки в соке, а одежда — в пятнах от травы. Ты даже не знаешь, что сказать в ответ на его наблюдения, и просто моргаешь, глядя на него. — Я… я глубоко задумалась и совсем не смотрела, куда иду, — наконец признаёшься ты, вздыхая. — Кое-где из-за веток на земле кажется, что там есть тропинка, а на самом деле её нет… Тот тихо хмыкает. — Спасибо, что дали знать. Я расскажу кому-нибудь из своих, чтобы мы могли всё расчистить и таких ситуаций больше не возникало, — он ненадолго замолкает. — Должно быть, это были очень глубокие мысли. Ты тихо смеёшься. Он даже не представляет, насколько он прав. — Ага… Солдат смотрит на тебя ещё немного, а потом снова опускает взгляд. — Послушайте… Я понимаю, что вы человек занятой и вам надо отдохнуть. Но если с вами в Эботте что-нибудь случится, пока мы с монстрами обязаны обеспечивать вашу безопасность… думаю, не нужно объяснять, чем это обернётся для всех нас. Будьте осторожнее. Откуда-то изнутри поднимается чувство вины вместе с лёгкой тенью раздражения. Да, он не желает зла, но… в глубине сознания вспыхивает горькое воспоминание о том, как тебя уже пытались «предупредить». Стали бы оба этих солдата вообще связываться с тобой, будь ты парнем? Ты только за, если о тебе будут беспокоиться, тем более в такой ситуации, но это не значит, что нужно запираться дома, лишь бы оставаться без царапин. Но, очевидно, солдата злить не стоит, поэтому ты оставляешь своё раздражение при себе. — Я просто упала. Такое бывает. Я понимаю, что вы хотите сказать, но я не могу просто взять и запереться у себя. — Я просто говорю. Может, здесь вообще не стоит гулять. …с этим трудно поспорить. Но тебе ПРИДЁТСЯ вернуться, так что лучше об этом не думать. — Я могу побыть в одиночестве только там. И, скорее всего, я пойду снова, — настаиваешь ты. Тот явно не в восторге. — Я не могу вам запрещать. Вы не обязаны оставаться в Эботте. Но моя работа обязывает следить за вашей безопасностью. — Я понимаю. И я ценю вашу заботу, но… Мне просто нужно время от времени отдыхать. Обещаю быть осторожнее. — Значит, вы не будете делать вид, что не заблудились? — смотрит он тебе в глаза. — Я… да. Простите. Мне было немного стыдно, что я не следила за дорогой, даже когда вы меня предупреждали… Он кивает и переводит взгляд на твои ладони. После обработки на них отчётливо виднеются царапины, и солдат обрабатывает их ватным диском со средством. Ты слегка вздрагиваешь от жжения. — Есть ли ещё царапины? — Нет. Я упала на пару веток, но мне сейчас нигде не больно. Он бросает на тебя взгляд украдкой, а затем выбрасывает диск. — Хорошо. Если вдруг где-то заболит или появятся синяки, возвращайтесь и попросите врача. Или можете обратиться к королеве, чтобы она вылечила вас. — Спасибо, эм… — Шон. Шон Уотсон. И да, я уверен, что меня зовут не Джон, и нет, я не знаю никого по имени Шерлок Холмс, — добавляет он с натянутой улыбкой. — Буду знать, — ухмыляешься ты. — Спасибо, Шон. Он снова кивает и собирает аптечку. — Могу ли я кое-что спросить? — закрывает он крышку. Ты уже была готова встать, но осталась сидеть. О чём ещё можно спрашивать? Разве ты уже не сказала достаточно? Впрочем, не то чтобы можно отмахнуться. — Да, конечно. В чём дело? — Как бы сказать… — он замолкает, подбирая слова. — Вы редко появляетесь в сторожке — а если и появляетесь, то только чтобы сопроводить монстров или гражданских. Есть ли у этого причина? …а вот этого ты не ожидала. Но что правда, то правда. Что угрюмый водитель, который привёз тебя сюда, что солдафон, который намекал на… что-то между тобой и монстрами, фу… Не помогает ситуации и то, что они пытались подключиться к вашему соединению и прослушивать. Не самые приятные впечатления, мягко говоря. Ты стараешься избегать конфликтов, вот и держишься от них в стороне. И, похоже, это не осталось незамеченным. О том, чтобы всё рассказать (в том числе и о том, как Альфис помешала их шпионажу), не может быть и речи. Значит, нужно говорить полуправду. — Ну, если честно… Ты ёрзаешь на стуле. Он кажется разумным человеком, но говорить наверняка трудно. Как он отреагирует на то, что ты будешь жаловаться на его… коллег? Подчинённых?.. Ты не знаешь его звания или должности. — Пока я была тут, пара солдат вели себя со мной грубо, — наконец говоришь ты. — В каком смысле грубо? — всё так же нейтрально спрашивает Шон. — Поначалу ничего такого, — настаиваешь ты. — Просто со мной были не очень вежливы, разговаривать не хотели и всё такое. Тогда монстры только вышли, я подумала, все были на взводе… Но потом, когда дела стали спокойнее, появился один парень, который… намекал на кое-что. В отношении меня и монстров. Типа это неправильно, что такая девушка, как я, живёт с такими существами… Я была не в восторге, сами понимаете. Шон медленно кивает. — Как его звали? — Не помню. Я просто была с него в шоке, а потом слишком разозлилась, — качаешь ты головой. Он вздыхает и хлопает ладонью по крышке аптечки. Первый раз, когда он позволяет себе показать, что нервничает. — Позвольте мне извиниться за него. Ему не следовало этого говорить. Я… — короткая пауза. — Я видел, что люди пишут о вас в интернете. Это неправильно. — Да, спасибо. К сожалению, такое часто случается. Ты рада, что он тебя поддерживает. — Мы тоже задумывались над тем, не возникнет ли проблем со взаимоотношениями людей и монстров с течением времени, — теребит Шон ткань своих брюк, стараясь не смотреть тебе в глаза. Не то чтобы тебе тоже было комфортно от происходящего. Лучше бы вы ещё поговорили о том, как неудобно гулять в этих горах. — Сейчас люди в основном наблюдают за монстрами издалека — в интернете. До взаимодействия доходит редко, но если общение и завязывается, то оказывается очень тесным. Рано или поздно цель полной интеграции будет достигнута в любом случае, но… даже межрасовые союзы у людей сталкиваются с большим неодобрением. Ожидаемо, межвидовые отношения тоже могут вызвать протесты у некоторых людей. — …наверное, так и будет, да. К чему он клонит? — …надеюсь, я не говорю лишнего… но я бы хотел сказать, что не верю тому, что там пишут. А если это правда, это касается только вас. Не надо осуждать людей за их чувства, вот и всё. Завершив этот монолог, он похлопывает по аптечке (кажется, у него к ней очень тёплые чувства) и кивает тебе. — Простите, что задержал вас. Ты открываешь рот и тут же закрываешь, так и не найдя нужных слов. Ты бы предпочла, чтобы посторонние не думали о твоих чувствах, но… это было очень мило с его стороны, пусть даже и неловко. — …спасибо, — только и говоришь ты. — И за поддержку, и за то, что помогли мне. Тоже не буду вас задерживать. Тот кивает, и ты выходишь из комнаты, пока он возится с сейфом. Одно препятствие позади. Ты справилась лучше, чем предполагала. Хочется верить, что тебе даже удалось убедить Шона не слишком волноваться, хотя его переживания более чем понятны. Может, если следующая прогулка пройдёт лучше, ты окончательно его убедишь. Там действительно было очень красиво и спокойно… пусть даже ты и чуть не разбилась насмерть. Что касается его поддержки… ты рада, но смущена. Почему эту тему просто не могут закрыть? Ты бы спокойно разобралась в своих чувствах и без этого. Но самое главное — тебе удалось не выдать себя. Осталось только встретиться с остальными домочадцами. В частности — с Сансом. И что ты ему скажешь?.. Он умеет читать лица. Надо сказать столько правды, сколько можно, и сохранить в секрете самое главное. Например, Флауи. Свои чувства. Или то, что у тебя были о нём фантазии… О господи. Так. Дыши. Ты справишься. Просто игнорируй их. И свои чувства. Веди себя так, будто ничего не случилось. Ты взрослый человек и компетентный профессионал. Ты справишься. От этих мыслей и правда становится лучше. Тем временем ты покидаешь площадь и направляешься к дому — точнее, к гаражу. Лучше не откладывать самое главное на потом и поговорить с Сансом уже сейчас… Да и телефон надо забрать. Ты подходишь к двери и поднимаешь руку, чтобы постучать. Санс говорил, что не нужно, но… так просто будет правильно. Перестраховаться никогда не будет лишним. Да, он не будет заниматься ничем непристойным средь бела дня… Хотя погоди-ка. Разве Андайн не говорила, что у монстров нет гениталий вот вообще и для них секс с ними — это что-то за гранью восприятия? Значит, беспокоиться об этом не стоит?.. Или у них есть аналог в виде, э… мастурбации души? Кто бы мог подумать, что однажды ты в принципе станешь задаваться таким вопросом… Наверное, оно и к лучшему, что ты этого не знаешь, — нет повода для воображения. Ты вздыхаешь и наконец стучишься. *заходи, — доносится совершенно спокойный голос Санса. Оказывается, он лежит на диване, скрестив ноги, с телефоном в руках. Он так и не снял свой лабораторный халат. И он всё ещё ему идёт… *твой телеф на столе, — кивает он в сторону вместо приветствия. — Спасибо… Ты берёшь телефон и аккуратно кладёшь его в карман. — Прости, что убежала, — наконец выдавливаешь ты. — Мне правда нужно было отвлечься. *…выглядишь так, будто в грязи увязла, — нейтрально смотрит он из-за экрана. — Я поднялась на гору Эботт, заблудилась по глупости и споткнулась там о ветку… — вздыхаешь ты. — Но в целом со мной всё в порядке, меня осмотрели у сторожки. *…неужели надо было идти именно в горы? — Мне казалось, что только там я могу побыть одна. Везде либо монстры, либо люди, либо все вместе… А так в городе никогда не знаешь, когда кто-нибудь окажется рядом. А там ты просто… один. Это было здорово. Зелёные деревья, птицы, тишина и покой… Думаю, я ещё когда-нибудь туда пойду. *хм. береги себя. И с этими словами он возвращается к экрану. Ты неловко переступаешь с ноги на ногу. Ты извинилась, что убежала, он не ответил. Ты нервничаешь. Не то чтобы он был грубым, скорее… резким. — Ты злишься? — наконец спрашиваешь ты, решив не ходить вокруг да около. Он убирает телефон. *не-а… но вот мне кажется, что ты — да, — выпрямляется он. — Я не… *послушай. даже если злишься, всё ок. я понимаю. я ляпнул очень неприятную фразу, и это нелегко забыть. может быть, тебе не стоит делать вид, что оно тебя не задело, ведь это явно не так. — Дело не в этом. *ты продолжаешь убегать от меня и прятаться. и ты больше не шутишь, как раньше, — он говорит спокойно, без злости, просто констатируя факт. На его лице так и осталась улыбка. Но его плечи напряжены, а рука сжимает телефон куда крепче, чем прежде. Ты чувствуешь себя дерьмово. — Санс, я клянусь всем, чем только можно, что это не так. Я сказала, что прощаю, и я действительно простила, — настаиваешь ты, присаживаясь рядом. В кои-то веки тебе всё равно, хочет он, чтобы ты была близко, или нет. Ты просто хочешь прояснить ситуацию и навсегда покончить с этим недопониманием. Ты ненавидишь, когда такое происходит. — И мне правда, правда жаль, если из-за моего поведения могло показаться, что это не так. Я знаю, что в последние несколько дней вела себя немного странно, но это не потому, что я злюсь на тебя или больше не хочу проводить с тобой время. Я не шучу, когда говорю, что мне нужно было побыть одной, понимаешь? Причина вообще в другом. Я даже не заметила, что перестала шутить… Тогда меня волновало кое-что другое. Очень личное, что мешает мне. Я хотела разобраться с этим наедине, вот и ушла туда, где могу побыть в одиночестве. Вот и всё. Санс постукивает костяшками пальцев по задней панели своего телефона. *ладно, — наконец говорит он. Его лицо не меняется, но он явно расслабляется. — личное, да? — Просто личное, — настаиваешь ты. — Не в смысле «о нет, я узнала кое-что о Фриск, что может нас всех погубить», а просто… личное. Он слегка фыркает в ответ, и тебе впервые удаётся улыбнуться. — Санс, ты можешь мне кое-что пообещать? — спрашиваешь ты его, когда смех стихает. И тут точки в его глазницах уменьшаются. Ты пока не знаешь, как их можно точно соотнести с человеческими зрачками, но сейчас ты наверняка можешь сказать, что это верный знак, что Санс напряжён. *я не люблю давать обещания. — …Хорошо, — говоришь ты, опешив. — Тогда не мог бы ты кое-что для меня сделать? *что, например? — …пожалуйста, не думай, что у меня есть какие-то плохие намерения, когда я веду себя так неловко. Потому что я наверняка могу гарантировать, что их нет. Я понимаю, со стороны может показаться, что я обижаюсь, но я стараюсь ко всем относиться вежливо и уважительно. И мне… не очень приятно, когда тот, кого я считаю другом, предполагает худшее обо мне. Понимаю, мне нужно многое исправить. Могу ли я рассчитывать на это и с твоей стороны? *…да. конечно. можешь. прости. — Значит… теперь всё хорошо? — осторожно спрашиваешь ты. *да. конечно. я рад, что ты не… ну, не злишься, — с этими словами он обращает взгляд на тебя, и на его лице наконец-то появляется настоящая, а не натянутая улыбка. — Эй, без тебя я бы совсем закостенела!.. Звучит слишком слабо даже для твоего скудного репертуара, но он верно подметил — ты слишком глубоко ушла в себя. Даже грустно, а ведь тебе нравилось, как вы перекидывались каламбурами. Не только с ним, конечно, но в основном с ним, да. Ожидаемо, Санс смеётся даже над этой шуткой. *по правде говоря, у меня бы тоже кости заломило, — подмигивает он. Вроде бы ничего не происходит, но… внутри что-то ёкает. Он подмигнул, он сказал, что тоже скучал бы!.. Это как… как если бы ты переела магической еды. Вот настолько внутри всё трепещет… Ты изо всех сил сдерживаешь смущённый смешок, молясь, чтобы он не заметил. …за этим следует небольшая неловкая пауза. …как-то многовато знаков вселенной стало в последнее время. *…я тут телескоп заказал, хочешь глянуть? — почёсывает Санс затылок. — Конечно! — говоришь ты, радуясь возможности сменить тему. Хватит уже обсуждать тот случай. Может, хоть сейчас ты сможешь взять себя в руки. Тем временем он водит по экрану костяшками пальцев, просматривая историю посещений. Из уважения к его границам ты стараешься смотреть не на экран, а скорее на то, как он двигает пальцами. Как он это делает? Может, это не просто телефон, а специальная конструкция — например, сенсорный экран, реагирующий на движение? Хотя… он ведь мог пользоваться твоим самым обычным телефоном, пока вы искали адрес матери Фриск. — Ты можешь пользоваться сенсорными экранами благодаря магии? — с любопытством спрашиваешь ты. Он переводит на тебя взгляд, явно не ожидая этого вопроса. *ну… да. у меня же не материальные кости, а магические. и, видимо, светящиеся. не знаю, как экраны это воспринимают. альф получше разбирается в мобилах и их экранах. Он протягивает тебе телефон, и ты берёшь его в свои руки, глядя на сайт на экране. Телефон кажется реально тяжёлым… неудивительно, что он такой объёмный и прочный. Но вскоре твоё внимание переключается на цену. О. Хре. Неть. Он РЕАЛЬНО потратился. Это явно не для новичков… Тем временем Санс взволнованно рассказывает: *судя по описанию, у него действительно хорошая апертура. с ним можно увидеть планеты, звёзды, которые невооружённым глазом не заметны, и даже туманности и галактики. он компьютеризирован и имеет функцию интеллектуального обнаружения объектов, так что легко понять, где что искать… стабилизатор тоже присутствует. отдельно я купил штатив и несколько окуляров, чтобы лучше сфокусировать изображение. судя по тому, что я читал, это действительно может улучшить качество. прежде чем спросишь, зачем так заморачиваться, — я очень долго ждал и хочу всё рассмотреть как следует. а эта штука может обеспечить хороший обзор даже с большим световым загрязнением. что уж говорить, если его не будет? да и отзывы все положительные. Он рассказывает так увлечённо, что чем дольше он говорит, тем шире ты улыбаешься. — Настоящий выбор звёзд. Теперь уже он улыбается. *давай посириуснее. — Прости, продолжай, — и улыбка не сходит с его лица. Санс был прав, тебе действительно не хватало этих шуток. *я читал, что в конце этого месяца марс будет ближе всего к земле за последние годы. надеюсь, телескоп прибудет вовремя. я бы хотел на него взглянуть, хех. не хочешь присоединиться? Ты и не думала, что твоя улыбка может стать ещё шире, но теперь это так. — Я бы с удовольствием! — говоришь ты с огромным энтузиазмом. Кажется, этот парень тебе реально нравится! Уж не свидание ли это? Наверное, нет, но это всё равно головокружительно. Ты вспоминаешь, как вы впервые смотрели на звёзды вместе. Тогда вам посчастливилось увидеть целый Млечный Путь!.. И это даже невооружённым взглядом. До этого ты даже Луну через телескоп не видела, что уж про планеты говорить… Этот опыт будет действительно незабываемым. Он улыбается в ответ с тем же восторгом и заметным блеском в глазницах. *круто. я думал на тридцатое число. конечно, вечером. — Принято! Я прослежу, чтобы у меня больше не было планов на этот день, — обещаешь ты, возвращая телефон. В то же время на своём ты ставишь уведомление на эту дату в приложении. *что ж. теперь, когда всё улажено, лучше вернуться к работе, — встаёт Санс с дивана. — Я так понимаю, это знак, что мне пора переодеться, — вздыхаешь ты. — Эти пятна выглядят не очень. Тогда увидимся позже? *ага. наверное, буду здесь до ужина. — Хорошо. Ты выходишь из гаража и, как только дверь закрывается, позволяешь себе чуть выдохнуть от облегчения. Всё прошло гораздо лучше, чем ты думала. Отношения не испорчены. Более того — вы всё утрясли, и он позвал тебя смотреть на звёзды… Ты улыбаешься. Ты можешь это сделать.