Глава 112: День Нового года

— То есть мы решим, как разделить власть, а затем предложим этот план населению, когда будем голосовать за него? — спрашиваешь ты, пытаясь прояснить ситуацию. — Именно, — соглашается Ториэль. — Во время обучения вы, скорее всего, обнаружите у себя способности к той или иной области. Тогда вам будет проще выбрать специализацию. — А если у нас нет способностей? — хочет знать Фриск. — Тогда вы сможете сделать выбор, исходя из того, что, по вашему мнению, необходимо для наилучшего будущего королевства, — утверждает она. — Или принять решение, исходя из других факторов, например личных предпочтений, поскольку предпочтения также могут указывать на то, что определённая задача может оказаться для вас более простой. За последние несколько дней после Гифждества ты, и Фриск постепенно сближались с ней и Азгором, и в конце концов сегодня, когда Азгору пришлось уйти, чтобы проследить за подготовкой к новогоднему фестивалю, вы остались наедине. Утро и день ты провела с мамой и остальными жителями Эботта, показывая ей новую лабораторию и здание университета, строительство которого близится к завершению. Санс тоже воспользовался коротким путём, чтобы показать ей гору Эботт и вход в Подземье. Азгор сказал, что, возможно, ты могла бы показать ей часть Подземелья, теперь, когда оно стало безопаснее. Но это на будущее. Твоя мама сейчас отдыхает в отеле после прогулки, так что сейчас самое время удовлетворить ваше с Фриск любопытство. Ториэль занята приготовлением последних закусок для вашей семьи, которые они возьмут с собой на празднование Нового года, и вы с Фриск предложили помочь, потому что это отличная возможность задать ей несколько вопросов. Азриэль и Чара уже приняли предложение и носят значки в знак согласия. Они уже проходили через все это, когда Чара впервые попала в Подземелье, и, учитывая все, что с ними произошло, ты знаешь, что они по-прежнему чувствуют большую ответственность за всех монстров. Поэтому ты не удивлена, что они быстро приняли решение. Но у тебя с Фриск все еще много вопросов по этому поводу. Они спросили у тебя совета, как поступить, и ты честно ответила, что тебе тоже было непросто свыкнуться с этой мыслью. Вы предложили друг другу узнать об этом как можно больше, потому что так, возможно, будет проще, и вот вы здесь. — Например, когда мы с Азгором стали правителями монстров, мы решили, что я возьму на себя интеллектуальные обязанности и планирование, а он будет использовать свою харизму и доброту для объявлений и других официальных функций, — продолжает Ториэль. — С другой стороны, ни у одного из нас изначально не было склонности к организации, ведению документации и бумажной работе, поэтому мы разделили эти обязанности поровну. Так мы хорошо дополняли друг друга, и наши планы по управлению были одобрены населением. — Но в итоге вы стали выполнять обязанности друг друга, не так ли? — спрашиваешь ты. — Конечно. В конце концов, мы два разных монстра, — усмехается Ториэль. — Даже когда мы были очень близки, мы не могли действовать как единое целое. Это не наша цель. Разделение обязанностей призвано лишь повысить качество управления и гарантировать, что один монарх не будет перегружен работой. — Но Азгор какое-то время делал это сам, не так ли? — спрашивает Фриск. — Да, но он также расширил свои министерства и муниципалитеты в разных частях Подземья, чтобы разгрузить себя, — объясняет Ториэль. — Не настолько, насколько следовало бы, особенно в научных отделах… но и я должна взять на себя часть ответственности, поскольку у него не было опыта в этой сфере, а я не давала ему никаких указаний и не оказывала поддержки. Действительно заметно, как изменилась Ториэль с тех пор, как они с Азгором стали больше общаться. Хотя нельзя сказать, что они стали близкими друзьями, такие высказывания, как-то, что она только что сделала, показывают, что они, по крайней мере, преодолели большую часть своей неприязни и смогли занять более разумную и дружелюбную позицию по отношению друг к другу. Нельзя не заметить, что Ториэль в целом выглядит намного счастливее и здоровее. Но, конечно, большая часть причин, по которым она горевала из-за прошлого, исчезла, когда к ней вернулись дети, и ей стало намного легче двигаться дальше. — Есть ли у Чары и Азриэля места, которые они хотят занять? — с любопытством спрашиваешь ты Фриск. Дети иногда разговаривают друг с другом больше, чем со взрослыми, и не только из-за разницы в возрасте, но и из-за того, что у них есть общий опыт. Поэтому ты думаешь, что Фриск наверняка знает. — Думаю, Азриэль действительно хочет быть похожим на своих родителей, прислушиваться к людям и принимать решения, — говорит Фриск. — А Чару интересуют юридические процедуры и арбитраж, потому что им нравятся дискуссии и тому подобное. — Хм. — Это кажется правдоподобным, судя по тому, что ты о них знаешь. Ты лично понятия не имеешь, какую часть монархии тебе пришлось бы возглавить, если бы ты согласилась. Ты занимаешься интернет-маркетингом, но когда речь заходит о маркетинге в сфере управления, тебе почему-то вспоминается пропаганда. Ты не уверена, что тебе нравится эта идея, даже если разница, скорее всего, будет не такой уж большой. — Я тоже не знаю, чем бы хотела заниматься, кроме как продолжать быть послом, — говорит Фриск, явно догадавшись, о чем ты думаешь. — Вам пока не нужно это знать, — уверяет вас обоих Ториэль, по-доброму глядя на вас. — Вам ещё предстоит пройти обучение, и вы никогда не узнаете, какие изменения происходят с вами, когда ты узнаетё что-то новое. Кроме того, Фриск, ты ещё физически молода, и у тебя ещё есть время развиваться по мере взросления. — Я знаю, — вздыхают они. — Хотел бы я знать. Жизнь проще, когда ты знаешь, что делаешь. — Да, — соглашаешься ты, тоже вздыхая. — Я бы тоже не отказалась уже во всём разобраться. — Ждать может быть тяжело, но процесс самопознания тоже может быть прекрасным, — заявляет Ториэль, явно пытаясь подбодрить вас обоих. Фриск, будучи хорошим ребёнком, решает не продолжать жаловаться и вместо этого пытается заглянуть в духовку через стеклянную дверцу. — Закуски уже готовы? — спрашивает он. Несмотря на то, что попытка сменить тему очевидна, Ториэль с лёгкостью соглашается. — Думаю, им нужно ещё минутка-другая, чтобы как следует затвердеть, — заявляет она, заглянув в духовку. Закуски представляют собой круглое печенье в форме шариков и овалов, а также печенье других форм, напоминающих пули монстров. Большинство из них будут покрыты сахарной пудрой и белым кремом, но некоторые будут окрашены в фиолетовый, зелёный, синий и оранжевый цвета — наиболее распространённые цвета атак. По-видимому, это связано с тем, что монстры уже давно используют атаки в виде пуль на Новый год. Тебе рассказывали, что в Подземье Новый год был печальным праздником, напоминавшим монстрам о том, сколько времени прошло с тех пор, как они оказались в заточении. Чтобы заглушить печаль по поводу своей судьбы, они собирались толпами и стреляли в Барьер в знак неповиновения. Хотя Барьер от этого не разрушался, так монстры могли выплеснуть свои чувства. Теперь они впервые будут праздновать на свободе. Они по-прежнему хотят пострелять, потому что за тысячу лет это стало ещё одной традицией, но вместо того, чтобы стрелять по Барьеру, они будут стрелять в небо, имитируя фейерверк людей, который будет запущен одновременно. Они уже делали это пару раз, когда было что праздновать, но сегодня это будет особенно трогательно. Вместо того чтобы сражаться с чем-то человеческим, монстры и люди будут вместе сверкать в небе, символизируя надежды на новую эру свободы и сотрудничества. Ты считаешь, что это красивый жест, и уже опубликовала короткий пост об этом в своих личных аккаунтах в социальных сетях, намереваясь сделать официальные публикации, как только закончатся праздники. Тебе не хочется тратить драгоценное свободное время на размышления о работе, но это прекрасная возможность вызвать у людей положительные эмоции, напомнив им, что монстры миролюбивы и хотят работать вместе. Звук открывающейся двери вырывает тебя из задумчивости. Похоже, Азгор вернулся после проверки приготовлений. Быстро он. Хотя празднование Нового года не требует такой тщательной подготовки, как Рождество, так что, возможно, это не так уж и удивительно. — Можно нам войти? — спрашивает Азриэль, первым входя в гостиную. Они с Чарой сопровождали Азгора, поскольку уже смирились со своим статусом наследников. Теперь они должны были посещать всё больше мероприятий и участвовать во всё большем количестве приготовлений в рамках своего обучения. — Или вам ещё нужно что-то сказать? — Думаю, на сегодня мы закончили, — уверяешь ты его, бросив взгляд на Фриск, чтобы узнать, согласна ли она. Семья оставила вас с Фриск и Ториэль наедине, чтобы вы могли спокойно поговорить, но ты не хочешь, чтобы остальные оставались в гостиной дольше, чем необходимо. — Круто, потому что у нас для тебя сюрприз! — кричит Чара, быстро следуя за братом. — Сюрприз? — удивляешься ты. — Надеюсь, ты не против, — говорит Азгор, широко улыбаясь тебе и вводя твою мать в комнату. Она с любопытством оглядывается, изучая обстановку. — М… мама?! — Ты в шоке. Посетителям-людям вход в Эботт запрещён. Только главная площадь, магазины и отели открыты для всех, кто здесь не живёт. Дальше могут пройти только те, кто здесь живёт, — ты, Фриск, Долорес — и военные. И даже военные стараются не ходить, куда им вздумается. Центральная часть города Эботт — это территория монстров, находящаяся под защитой королевской семьи монстров и королевской стражи. Со временем ситуация должна измениться, поскольку монстры и люди всё больше взаимодействуют друг с другом, но на данный момент многие люди по-прежнему предвзято относятся к монстрам, а монстры как вид уязвимы перед человеческой агрессией, поэтому имеет смысл сохранить большую часть города как безопасное место для монстров, оставив лишь несколько зон для взаимодействия двух видов. — Я кое-что предпринял, и министерства согласились пропустить ее через площадь и другие места, открытые для посетителей, — объясняет Азгор. — Ей нельзя выходить за пределы этого дома, и она не должна гулять одна, но она хотя бы сможет посмотреть, как мы живем, и отпраздновать с семьей, пока мы все не переберемся на площадь на фейерверк. — Это потрясающе! — тут же выпаливаешь ты. Ты так привыкла совмещать время, проведенное дома, с временем, которое ты проводишь на площади с мамой, что очень рада, что она сейчас здесь. — Это действительно красивый дом, — говорит твоя мама. — Я, конечно, видела фотографии, но вживую он кажется таким уютным. — Мы все вместе его украшали, — взволнованно говоришь ты. Потом вспоминаешь, что она уже знает об этом, потому что ты написала об этом в своих аккаунтах. Но тебе все равно хочется показать ей все вокруг. — Мебель из Подземья, верно? Она в таком хорошем состоянии, что я бы никогда не подумала, что она подержанная, — говорит она, с любопытством разглядывая большой стол в центре комнаты. — У них есть множество передовых технологий и методов переработки и восстановления вещей, — объясняешь ты. — Этому учат в университете, — робко добавляет Фриск. Они тоже улыбаются твоей маме, явно радуясь, что она здесь, и от этого твоя мама выглядит совсем растроганной. Она очень привязана к своему приемному внуку, потому что он такой добрый и послушный, а она нечасто его видит. — У НАС СЕМЕЙНОЕ ТОРЖЕСТВО? Дверь в комнату Папируса, Санса и Гастера открылась, и все трое выглянули, чтобы посмотреть, что за шум. Вам с Сансом приходится отвести взгляд друг от друга. За последние два или три дня, с тех пор как вы провели вместе ночь в доме, вы часто краснеете в присутствии друг друга. Это было так здорово — снова открыть для себя своё тело вместе с ним и то, как он взял всё в свои руки, чтобы позаботиться о тебе после. Но твоя мама не знает о ваших отношениях, и ты пока не решила, стоит ли ей рассказывать. То, что ты всё ещё хочешь сделать, хотя и не уверена, как она отреагирует. — Да, Азгор привёл мою маму, чтобы она могла посмотреть дом! — подтверждаешь ты с широкой улыбкой, изо всех сил стараясь вести себя как обычно. — КАК ИНТРИГУЮЩЕ! — восклицает Папирус и тут же выходит из комнаты в гостиную. Санс и Гастер следуют за ним более медленным шагом. — ЧЕЛОВЕК, ТЫ УЖЕ УВИДЕЛА МОЙ РИСУНОК КОСТЕЙ? Конечно, это очень красивый рисунок, — соглашается мама. — Тебе тоже стоит посмотреть картины Азриэля и Чары, — предлагает Фриск. Остальные двое слегка смущаются от этой идеи, но не настолько, чтобы возразить. — Они действительно хороши! — Если они хотят мне что-то показать, я не против! Фриск и двое других тут же устремляются в свою общую комнату. Поначалу Чара и Азриэль немного настороженно относятся к твоей матери, но они проникаются к ней симпатией, когда она выражает восхищение их навыками рисования, не зная, что у детей были субъективные годы на тренировки. — Но ведь комната маленькая, правда? — спрашивает мама, налюбовавшись двухъярусными кроватями, единственным шкафом и книжным стеллажом в комнате. — Да, сейчас с этим туговато, — пожимает плечами Чара. — Мы планировали возвести стены в галерее, чтобы превратить ее в дополнительную комнату, но потом закрутились и поняли, что она слишком мала, чтобы просто поставить там гипсокартон и дверь, как мы изначально планировали. Чтобы превратить ее в полноценную комнату, нам пришлось бы открыть крышу, а сейчас для этого слишком холодно. — Конечно, мы пересмотрим эти планы, когда снова потеплеет, — тут же добавляет Ториэль, заглядывая в комнату из коридора. Она немного нервничает, пытаясь убедиться, что твоя мама хорошо относится к условиям, в которых живёт Фриск. На самом деле ее нельзя за это винить, учитывая, сколько проблем люди уже доставили ей и Фриск, хотя ты и считаешь, что после того, как твоя мама помогла с усыновлением, Ториэль должна знать, что твоя мама не сделает ничего, из-за чего Фриск снова могут забрать. — Но я не хочу спать одна, — тихо жалуется Фриск, слегка надув губы. — Тебе не придется, — обещаешь ты. — Это просто чтобы показать, что мы серьезно относимся к требованиям, но никто не может и не будет заставлять тебя сидеть там в одиночестве, если ты не хочешь. Если хочешь, можешь использовать эту комнату как игровую или для выполнения домашних заданий вместе с остальными. — Ладно, — соглашается Фриск, явно смягчившись. — Они довольно строгие, да? — спрашивает твоя мама. — Здесь много правил, — вздыхает Ториэль. — Не хочу сказать, что они такие суровые специально из-за того, что мы монстры, но… — Так и есть, — ворчишь ты. Тебя не было на первом осмотре, когда приходила Дебора, но ты вдоволь насмотрелась из Пустоты. Без позитивного влияния ваших с Фриск близких отношений эта женщина была гораздо жестче и критичнее, чем когда-либо, придиралась к мельчайшим деталям. Она не добилась своего только потому, что Долорес заранее изучила некоторые законы и не поддалась на ее уловки. Ты очень благодарна ей, ведь ей, должно быть, было непросто взять на себя роль матери, учитывая ее нейтральное отношение к детям. Она никогда не соглашалась на эту роль, не зная, что случилось с тобой, с той, кто изначально должна была быть рядом. — Хочешь посмотреть остальную часть дома? — предлагает Чара, пока настроение не стало слишком мрачным. — Конечно, мне нужно посмотреть, как здесь живет моя дочь, — говорит твоя мать, и по ее тону ясно, что на самом деле она не беспокоится о том, хорошо ли тебе здесь. Ты приводишь ее в свою комнату и видишь, как она сдерживает улыбку при виде декора. — Ух ты, интересно, какая часть комнаты твоя, — замечает она. — Трудно сказать, не правда ли? — усмехаешься ты, глядя на разницу между однотонными простынями Долорес и ее музыкальными памятными вещами и твоими яркими и сравнительно более мягкими декоративными элементами. — Мне нравится, — говорит она уже более искренне, и в ее голосе явно слышится радость. — Здесь уютно. С обеих сторон. В этом доме столько индивидуальности. — Спасибо, мам. Тебе бы хотелось показать ей дом в Подземье, с любовью обустроенное пространство, которое создала для тебя твоя семья монстров, и все те мелочи, которые ты со временем добавила сама, — маленькие безделушки, которые ты в итоге забрала с собой. Но ты не говорила с Сансом о том, чтобы полностью открыться перед своей мамой, и не хочешь принимать это решение в одиночку. В конце концов, это касается не только тебя. Твоя мама также осматривает дом, в том числе все спальни, несмотря на то, что настаивает на том, что монстры имеют право на личное пространство. Но они, похоже, рады, что у них появился еще один любопытный человек, которого можно показать по дому, тем более что она стала частью семьи после того, как ты удочерила Фриск. Ториэль также настаивает на том, чтобы она попробовала закуски, которые ты приготовила. Маме они очень нравятся, и она хвалит Ториэль за её кулинарные способности, а потом и вас с Фриск, когда узнаёт, что вы помогали. В середине экскурсии к нам присоединяются Альфис, Андайн и Долорес. Первые две сразу же настаивают на том, чтобы их дом включили в экскурсию, так что мама проходит и там, и ее ждет длинная лекция обо всех декоративных видах оружия Андайн и ее пианино, на котором она тоже ненадолго играет. Понятно, что последнее понравилось маме гораздо больше, чем первое. Так время пролетает незаметно, и вскоре уже пора идти на площадь смотреть фейерверк. Вскоре ваша семья находит место в толпе и с нетерпением смотрит на ночное небо. Толпа молчит, никто не считает вслух и не подбадривает друг друга. Для них это всегда было печальным событием, но ты подозреваешь, что, когда начнется фейерверк и они впервые смогут отпраздновать на улице, они обрадуются. Небо темное, но, к счастью, по большей части ясное, и лишь несколько рассеянных облаков портят вид. На эту ночь в Эботте погасили почти все огни, оставив гореть лишь несколько аварийных ламп, чтобы уменьшить световое загрязнение и обеспечить максимально хороший обзор. Это напоминает тебе о том дне, когда вы вместе со всеми запускали фейерверки, о том дне, когда ты не могла оторвать взгляд от разноцветных бликов на черепе Санса, о том дне, когда ты впервые осознала свои чувства к нему. В этот момент до тебя доносится первый жужжащий звук фейерверка, за которым следует оглушительный взрыв и россыпь искр. Как ты и предполагала, толпа внезапно начинает ликовать и хлопать в ладоши, относительное спокойствие в одно мгновение сменяется радостным весельем. В небе вспыхивают новые фейерверки, к ним присоединяются пули, создавая захватывающее зрелище. Санс, Папирус и Гастер стреляют из своих бластеров, к ним присоединяется Азриэль, чья радужная магия выделяется даже на фоне этого великолепия. Хочется, чтобы и у тебя были пули, но ты не можешь, потому что еще не рассказала маме о своем гибридном происхождении. Она с благоговением наблюдает за происходящим, явно наслаждаясь сложностью разворачивающегося в небе представления. Ты рассказывала ей о траекториях пуль и о том, как монстры празднуют Новый год, но, конечно, одно дело — слушать, и совсем другое — видеть. Ты смотришь на фейерверк и вдруг ощущаешь прилив эмоций. Новый год. С тех пор как ты приехала в Эботт, не прошло и года, но это все равно знаменательное событие. За те девять месяцев, что ты провела в Эботте, произошло столько всего — и хорошего, и плохого. Ты нашла новую семью и друзей, а также потеряла часть своей старой семьи и круга общения. Ты потеряла часть своей человечности и обрела новую жизнь, которая, скорее всего, продлится дольше, чем ты можешь себе представить. Твоё будущее пошло совсем по другому пути. Ты повидала столько невероятных, фантастических вещей, помогла стольким людям, выросла как личность. Ты нашла любовь. Несмотря на все надежды и ожидания, которые у тебя были, когда ты сюда приехала, ты и представить себе не могла, что это будет так волнительно, сложно, чудесно, душераздирающе и прекрасно. Ты многого не ожидала, но ни о чем не жалеешь. Ты знаешь, что сделала бы все так же, если бы тебе пришлось начинать сначала. Пережитое здесь полностью изменило твою жизнь, но ты бы сказала, что, несмотря на все трудности, оно того стоило. Ни разу в жизни ты не чувствовала себя такой живой, такой реализованной и такой целеустремлённой, как сейчас, с тех пор как ты пришла сюда. Несмотря на то, что ты мало что помнишь о своей прежней жизни, ты помнишь, как хотела большего, чувствовала себя нереализованной и искала, чем бы себя занять. Когда ты приехала сюда, ты думала, что сможешь использовать свои навыки, чтобы помогать людям, и ты была права. Ты многое сделала для монстров и гордишься этим. Прямо сейчас ты обещаешь себе, что в качестве цели на следующий год будешь продолжать делать именно это. Восстановишь отношения между людьми и монстрами, которые пострадали из-за твоего отсутствия в Пустоте, и поможете обоим видам ценить друг друга. Продолжишь работать над достижением конечной цели — интеграцией монстров в общество людей. Примешь ли ты предложение Ториэль и Азгора, ты пока не знаешь. Честно говоря, это не имеет значения, ты будешь помогать независимо от того, какую должность займешь. Ты сама разберешься. И хотя ты понимаешь, что физически больше не можешь этого делать, кажется, что эта мысль придаёт тебе решимости.