Вернутся к фанфику
Гроза
12 июля 2025, 10:28 Прошло ещё две недели. Госпожа Шэнь их не беспокоила. Сама она Вэю не звонила. На его звонки отвечала, но разговаривала коротко и сухо, как с чужим. Она ни о чем не спрашивала сына, ничем не интересовалась. Вэй переживал. Он пытался, как раньше, рассказывать матери свои новости, но та сразу его прерывала, всем видом показывая, что это её не интересует, и заканчивала разговор. Юньлань как мог утешал любимого, но Вэю было плохо. Он почти не ел, осунулся и с каждым днём всё больше погружался в депрессию. Казалось бы, всё прекрасно: ты молод, на дворе весна, рядом любимый человек, но Вэя это не радовало. Он пытался делать вид, что всё нормально, но Юньлань же не слепой.
- Вэй-Вэй, давай я попробую поговорить с твоей мамой. Я бываю очень убедителен. Может она сменит свой гнев на милость?
Шэнь Вэй слабо улыбался, обнимал Юньланя.
- Подождём ещё. Прошло так мало времени.
- Ну тогда не изводись! Она жива-здорова, слава святой Гуаньинь. Не одна. Чего переживать? Ты - взрослый человек, и имеешь право на свою жизнь.
- Я понимаю. Прости. Это пройдёт. Мне... тоже нужно время.
- Да, брось! Чего ты извиняешься, словно перед начальством стоишь.
Юньлань крепко прижимал Вэя к себе, баюкал, как маленького, и тот на какое-то время оттаивал. В выходной они даже сгоняли на байке в горы. Бросив мотоцикл на маленькой стоянке, бродили по едва заметным тропинкам, любовались водопадами и горными вершинами, а потом долго целовались, лёжа на нагретых солнцем камнях. В этот момент обоим казалось, что всё будет хорошо, и они справятся со всеми проблемами. Но наступал новый день, и ничего не менялось.
А тут, ещё ко всему, по городу о них поползли слухи. Собственно, это было неудивительно, потому что они теперь, не скрываясь, постоянно были вместе. Юньлань каждый день встречал Вэя после работы, они гуляли в парке, взявшись за руки, сидели в кафе, глядя друг на друга влюблёнными глазами.
Как-то, заехав в прокуратуру, Юньлань столкнулся в коридоре с Чжу Хун. Она была, как всегда, ослепительно красива: чёрное коротенькое платье подчёркивало все достоинства её фигуры, а модная стрижка и яркий макияж не давали собеседнику отвести взгляда от лица. Сердце мужчины почему-то пропустило удар.
- О! Какие люди, - мурлыкала прокурорша, ослепительно улыбаясь. - Как живёшь, шеф Чжао?
- Регулярно и с охотой, - скривился Юньлань.
Он разозлился на себя за то, что его тело отреагировало на эту красотку. Шагнув в сторону, сыщик попытался обойти женщину, но та задержала его, взяв за рукав.
- Неужели это правда, и ты сменил меня на этого риелтора?
- А что? Тебя это так задевает?
- Разве что, самую малость. Обиднее было бы, если бы ты предпочёл мне какую-то курицу. А так... Просто, в голове не укладывается: ты и вдруг - гей. Это всё из-за меня?
- Не обольщайтесь, госпожа Чжу, дело совсем не в вас. Просто я, наконец-то, встретил СВОЕГО человека. Того, с кем мне по-настоящему тепло, и с кем я хочу провести остаток жизни.
- Ну-ну...- хмыкнула Чжу Хун. - А не боишься?
- Чего?
Юньлань посмотрел женщине прямо в глаза, а потом, не дав ей ответить, продолжил:
- Знаешь, нет! Не боюсь. Я готов умереть за него.
- Даже так? Впечатляет. Ну, удачи тебе, Чжао Юньлань... Живи! И пусть тебе не придётся ни за кого умирать...
Они разошлись. Как ни странно, но эта встреча не оставила в душе неприятного осадка. До сих пор Юньланю казалось, что он ненавидит эту женщину, но нет. Теперь она напоминала ему прочитанную книгу, которую он наконец-то закрыл и просто отложил в сторону. Без грусти и сожаления.
Последний месяц весны в Лунчэне всегда был жарким. Островерхие хребты Драконовых гор надёжно защищали город от холодных северных ветров. Днём солнце так нагревало дома и офисы, что не спасали никакие кондиционеры. А по ночам от липкой жары не хотелось даже шевелиться, не то, что думать о сексе.
Юньлань с Вэем теперь, хоть и спали в одной постели, но уже не в обнимку. Жара выжигала все желания. А может быть, дело было не в этом? Может их чувства друг к другу уже затухают? Эти мысли пугали Юньланя. Да нет же! Этого не может быть! У них всё хорошо. Просто они не кролики, чтобы трахаться по нескольку раз в день. И всё же...
Когда в среду вечером Шэнь Вэй пришёл домой, то с удивлением обнаружил любимого, который расхаживал по квартире в коротких, обтягивающих зад, шортах и полупрозрачной майке. Он на пару минут завис у дверей. Но, даже не это заставило мужчину замереть у порога. На Юньлань был фартук, и в доме пахло едой.
- А-а-а, Вэй- Вэй, проходи быстрее. Переодевайся, мой руки. Я приготовил ужин.
- Ты?! О, прости! - смутился Вэй. - Я не имел ввиду ничего такого.
В том, что Юньлань не умеет готовить от слова совсем, он убедился в первые же дни их совместной жизни. Сыщик умудрялся испортить даже такое блюдо, как лапшу быстрого приготовления, поэтому, как-то само собой, вся готовка легла на плечи Вэя. Он не протестовал. Научившись поварскому искусству от матери, мужчина с удовольствием взял на себя эту обязанность, а вот посуду мыл Юньлань.
Что же произошло сегодня? Почему Юньлань взялся за стряпню? Вэй пропустил какую-то дату?
- Да, ладно! Не парься, - засмеялся Юньлань, глядя на застывшего у порога мужчину, - всё это вполне съедобно. Я заказал доставку и только кое-что разогрел. Зато на стол накрыл сам.
Сыщик гордо кивнул на кухонный стол в центре которого стояла бутылка, из-под выпитого им на днях вина, с алой розой.
Вэй незаметно выдохнул.
- Красиво. А в честь чего праздник?
- Просто так. Захотел порадовать тебя.
- Спасибо. Ужин - в тему, потому что пообедать я сегодня не успел.
- Почему?
- Инструктировал Хайкуаня. Он уезжал с отчетом в Пекин, в главный офис. Вообще-то должен был ехать я, но пришлось соврать, что плохо себя чувствую. Не готов я сейчас к встрече с руководством. Сам понимаешь.
Юньлань кивнул.
- Давай, налетай. Вот цзяоцзы с грибами, чоу мейн, курочка гунбао. Всё ещё горячее. Выпить не хочешь? Наверное, нет. А вот я, с твоего позволения, выпью.
Сыщик налил себе не вина, как обычно, а байцзю. Единым махом осушил чашку. Поморщился.
- У тебя всё в порядке? - спросил встревоженно Вэй, откладывая палочки.
- Всё замечательно, - улыбнулся Юньлань. - Ты ешь-ешь.
Он заботливо положил пару кусочков курицы на тарелку мужчине.
- С родителями встречался?
- Нет.
- Проблемы на работе?
- Опять не угадал. Да, брось! У меня всё хорошо.
Мужчина наклонился к Вэю, игриво подмигнул ему.
- Я ещё выпью?
- Ты решил напиться? По-моему, для этого тебе не нужно моё разрешение.
Юньлань поднял указательный палец.
- Я чуть-чуть, для храбрости, так сказать.
- Для храбрости? Лань-Лань, ты меня пугаешь. Что происходит?
- О-о-о! Ничего особенного.
Сыщик плеснул себе в чашку ещё водки. Выпил, закусив кусочком курочки. Другой отправил в рот Вэю, а потом выложил на стол упаковку презервативов и тюбик со смазкой.
- Вот. Я хочу, чтобы сегодня ты лишил меня, так сказать, девственности.
- Чего-чего?
От неожиданности Шэнь Вэй чуть не подавился курицей.
- Ну, это... - Юньлань покраснел. - Трахни меня по-настоящему.
- Это как?
- Да, бля-ять... Мне обязательно тебе это объяснять? Сам не догадаешься? А может ты... не хочешь?
Не хочет? Вэй решительно отложил палочки. Ещё как хочет! Мечтает, но до жути боится. Говорят, по-началу, это больно. Но от одной мысли, о крепкой заднице сыщика его член тяжелел, а низ живота скручивало судорогой желания.
- Хочу! - выдохнул Шэнь Вэй, хватая Юньланя за руку. - А это зачем?
Он повертел в руках презервативы.
- Ну... Я думал... Не хочу, чтобы тебе было неприятно. Мало ли. Я, конечно, подготовился заранее, но кто его знает.
Юньлань торопливо плеснул ещё водки в чашку, но Вэй перехватил его руку.
- Не надо. Не пей. Мы попробуем. Если что-то пойдёт не так, отложим до лучших времён. Согласен?
Юньлань облизнул губы и кивнул. Вэй поднялся.
- Я - сейчас. Подожди.
Когда он вошёл в комнату, Юньлань стоял у окна, опершись ладонями на подоконник. Было темно и тихо. Так тихо, что Вэю казалось, будто его сердце бухает гулко, как барабан. Он подошёл сзади к Юньланю, осторожно обнял за плечи. Почувствовал, как напряжён его любимый, поэтому, скользнул ладонями под майку, медленно провёл руками по груди, животу, поцеловал в шею, затылок, чувствуя, как откликается на ласку тело мужчины. Зашептал, намеренно касаясь горячими губами уха:
- Какой ты у меня замечательный, красивый, умный, ласковый, талантливый, добрый...
- Ладно-ладно, я не барышня, поэтому прелюдию можешь пропустить, - хмыкнул сыщик.
- Дурачок, - выдохнул Вэй. - Как можно пропустить такое?
- Хорошо. Тогда работай руками, а не языком.
- А чем тебя мой язык не устраивает? Хочешь сказать, он ничего не умеет?
Вэй провёл кончиком языка по краю уха, прикусил мочку. Юньлань вздрогнул и быстро задышал. Это был безотказный приём. Уши сыщика были его эрогенной зоной. Стоило прикоснуться к ним губами, и Юньлань начинал таять от наслаждения. Вэй обнаружил это случайно, ещё во время их первой близости, и теперь периодически использовал этот приём, чтобы настроить любимого на романтический лад.
Нежно, лаская уши, целуя шею, Вэй стащил с Юньланя шорты. Он гладил его живот, бёдра, намеренно касался члена. А Юньлань так и стоял, прижимаясь лбом к оконному стеклу, негромко постанывая и намертво вцепившись в подоконник.
- Может быть отойдем от окна? А то вдруг кто-то нас увидит? - тяжело дыша сзади, предложил Вэй.
- Нет, - выдохнул Юньлань. - Плевать. Пусть завидуют!
Но Вэя сейчас больше заботило другое, как войти, не причинив боль любимому человеку. Раньше он пересмотрел кучу видео, прочитал сотню советов, но теория есть теория, а на практике всё не так. Взяв на ощупь тюбик со смазкой, выдавил немного себе на пальцы, скользнул ладонью между ягодицами, прошептал:
- Если будет очень больно, сразу скажи. Не терпи. Договорились?
Юньлань что-то невнятное промычал в ответ.
Вэй осторожно нагнул Юньланя, заставляя того теперь упираться в подоконник локтями. Попытался войти, но не смог. Было очень туго.
- Расслабься, - прошептал Вэй.
- Думаешь это легко? Я стараюсь, но не могу, - криво усмехнулся Юньлань. - Давай уже сам справляйся. Поднажми! Чего тянешь?
И Вэй поднажал... Сначала двигаться было трудно. Он пытался делать это медленно, но Юньлань колотил ладонью по подоконнику и стонал:
- Ну же! Быстрей! Давай!
И Вэй задвигался быстрее. Это были сильные, ни с чем не сравнимые, ощущения. Ему казалось, что он стремительно летит вверх, в небо. Страх и восторг! И вот он - пик наслаждения! Всего несколько секунд за которые не жалко и жизнь отдать. Тело тряхнуло разрядкой. Он выгнулся назад, судорожно схватившись за талию Юньланя, почувствовал, как толчками изливается сперма.
Потом Вэй навалился на едва стоящего на ногах Юньланя, выдохнул со всхлипом:
- Я люблю тебя!
Сыщик поëрзал под ним. Произнёс глухо:
- Теперь ты не уйдёшь от меня?
- Нет.
- Никогда?
- Никогда.
Юньлань с трудом разогнулся, натянул шорты, повернулся к Вэю.
- Клянешься?
Шэнь Вэй взял Юньланя за плечи, заглянул в глаза.
- Поклясться своей жизнью? Я могу. Перед солнцеликой Гуаньинь я клянусь, что никогда не изменю тебе, Чжао Юньлань. Ты - мой первый и единственный мужчина. Хочешь, пойдём в храм Солнца и сделаем три поклона?
Сыщик взъерошил его волосы:
- Мне достаточно твоего слова. Пойдём в кровать, а то меня ноги не держат.
...Счастливый Вэй уютно устроился у него на плече и почти сразу засопел. А Юньланю не спалось. Он прислушивался к звукам, ночного города. Слушал, как шелестит молодая листва на деревьях, и скрипят качели во дворе. Вот подъехал автомобиль, хлопнула дверца, и он сразу же уехал. Наверное, такси. За стеной заплакал ребёнок. Это - у Ван Сюаня. У него недавно родился сын. Глухо гавкнул пёс, а в ответ маленькая собачонка зашлась лаем. Город жил своей жизнью, не подозревая о том, что сегодня случилось в жизни Чжао Юньланя.
Неверное, кто-то скажет: "А что, собственно, было? Ну, трахнулись мужики. И что? Надо же, какое событие!" Да. Раньше так и было. Переспав с очередной девчонкой, он ни на секунду не задумывался о таких вещах. Получил удовольствие и забыл, как имя той, с кем он трахался этой ночью. Сегодня всё было по-другому. Эта близость... Когда он позволил кому-то войти в себя, стала, своего рода, обетом верности. До этого момента Юньлань знал, что всё ещё можно отмотать назад. Теперь это было невозможно. Он дал эту клятву, прежде всего самому себе: любить этого мужчину до конца жизни. Три поклона? Это пустяк по сравнению с тем, на что он решился сегодня. Нещадно болела задница. Хорошо, что он купил смазку с пантенолом. Быстрее заживёт. Юньлань осторожно пошевелился, прислушиваясь к своим ощущениям. Болит. И почему-то тянет поясницу. Но, черт возьми, это было круто. Нельзя сказать, что ему безумно понравилось. Поначалу, ему было только больно и стыдно. А потом... Он просто отключил мозги, сосредоточившись на своих ощущениях. Когда Вэй входил глубоко, он касался особо чувствительного места, вызывая волну удовольствия. Юньлань не кончил, хотя был "на грани", но это его ни капли не расстроило. Он кончил эмоционально, почувствовав оргазм Вэя. Его любимого мужчины. Юньлань потерся щекой о макушку Шэнь Вэя, сладко сопящего на его плече. Улыбнулся. Он нашёл своё счастье. Свой смысл жизни.
А утром разразилась гроза...
- Это правда?!
По раздраженному виду отца и взволнованному лицу матери Юньлань понял, что задавать вопрос: "О чём это ты?" не имеет смысла. Он ответил коротко:
- Да.
Отец отодвинул его, по-хозяйски вошёл в квартиру. Следом бочком зашла мать. И если Чжао Синцы без стеснения сразу прошагал в комнату, она в нерешительности остановилась в прихожей.
- Ну, и где он?!
Юньлань поблагодарил Небеса за то, что не далее, как четверть часа назад он проводил Вэя на работу. Зная, ранимую натуру своего мужчины, сыщик был рад, что Вэй и родители разминулись по пути.
- Отец, - Чжао-младший старался говорить максимально спокойно, хотя в душе уже поднималась волна раздражения, - если ты ищешь того мужчину... с которым я живу... то хочу тебя огорчить: вы не встретитесь сегодня.
- Это почему?
- Во-первых, потому что он ушёл на работу, а во-вторых, потому, что на эмоциях этот разговор не должен состояться. Сейчас ты не способен мыслить адекватно и...
- Я?! - взвился Чжао-старший. - Это ты не способен адекватно мыслить, потому что растерял остатки мозгов! Что ты творишь, идиот? Ты хоть знаешь, чем это грозит и тебе, и мне, и матери?
- Вот уж точно не знаю, каким боком это касается вас. Я - взрослый человек и имею полное право жить, как хочу.
- Ты! Ты, пока ещё, мой сын. Я старался не вмешиваться в твою жизнь и давал тебе определённую свободу. Хочешь служить в полиции вместо учёбы в университете - хорошо. Хочешь быть байкером - пожалуйста! Захотел научиться играть на гитаре - купил гитару. Я даже не возмущался, когда ты днями и ночами рубился в свою Доту. Но, сын, всему есть предел!
- Отец, я благодарен вам с мамой за эту самую свободу. Надеюсь, что вы и дальше будете уважать мой выбор.
- Выбор?! Ты вообще о чем? Выбирать ты можешь женщин, но не мужиков. И да, когда вместо порядочных девушек ты приводил в дом шлюх, я возмущался, но мог это понять. А что сейчас?! Ты же был нормальным. Что произошло?
- Я и сейчас нормальный, папа. Просто... я полюбил.
- Мужика?!
- Ну, да. А что в этом такого?
- Да, блядь?! Ты на самом деле - тупой или прикидываешься? Это же болезнь. Тебе и твоему этому... заднеприводному... лечиться надо.
- А ты что? Скорая помощь? - ощетинился Юньлань. До сих пор он пытался говорить с отцом спокойно, но последняя фраза вывела его из равновесия. - Какого хрена ты лезешь в мою жизнь?
- Твою?! Эгоист! А о нас с матерью ты подумал? Как мы на улицу выйдем, когда все вокруг будут тыкать в нас пальцами: ваш сын - гей.
- С гордо поднятой головой, папа. С гордо поднятой головой.
- Чем я должен гордиться? Что воспитал морального урода?
Тут Юньлань не удержался, чтобы не вставить шпильку:
- Так всё же это не болезнь, а дело в воспитании?
- Не цепляйся к словам. Короче! Чтобы завтра его здесь не было. Нет. Не завтра, а сегодня же.
- Да что ты?! - жёстко сощурился Юньлань. - Ты всерьёз считаешь, что я расстанусь с человеком, которого люблю только из-за твоих предрассудков?!
- Ты должен...
- Я никому и ничего не должен! Просто оставьте меня в покое. Если тебе за меня стыдно, можешь не общаться со мной.
- Совсем? Ты готов ради этого своего... отказаться от семьи? От родителей? Неблагодарная скотина! Ублюдок! Никогда не думал, что мой сын вырастет таким... Вот моё последнее слово: если ты не расстанешься с этим... ты мне больше не сын! Ты всё понял?!
- Я давно всё понял, отец. Ещё тогда, когда ты сказал Вэнь Жоханю: "Стреляй!"
Отец побледнел, как полотно, сжал кулаки. На скулах заиграли желваки. Почему он не ударил сына? Может потому, что, растерялся или понял, что Юньлань может ответить? А может испугался, что перешагнув последнюю черту, обратно будет уже не вернуться. Он только скривился, будто щеку свело судорогой.
- Вот ты как заговорил... Ну-ну.
Потом круто развернулся и, не говоря больше ни слова вышел из квартиры, так саданув на прощание дверью, что она едва не слетела с петель.
Стало тихо. Так тихо, что Юньланю казалось будто он слышит, как тикают на кухне старинные часы, что достались ему от деда. Скрипнул пол. Мама? Она не ушла с отцом?
Женщина приблизилась к сыну, с коротким вздохом обняла его. А Юньлань, почувствовав родной запах и мамино тепло, уткнулся лицом ей в шею и разрыдался. Они не говорили друг другу ни слова, но эта мамина ласка словно прорвала плотину из гнева и обиды, что затопили сердце мужчины. Госпожа Чжао, как маленького, баюкала сына и гладила по голове, пока не закончились слезы, и не утихли рыдания, а когда, вытирая глаза, он отстранился, женщина осторожно взяла его руку в свои ладони и сказала:
- Сынок, успокойся и... пожалуйста, прости отца. Ты же знаешь, как он эмоционален. Для него эта новость была просто шоком. Я пыталась удержать его сегодня от этого визита, но он и слушать меня не захотел.
Женщина вздохнула:
- Ты же знаешь, что он не очень-то прислушивается к моему мнению.
- Мама...
- Подожди, Лань-Лань. Я не хочу на тебя давить... Просто, прежде, чем принять окончательное решение, хорошо подумай. Отец не отступит от своего.
- Я тоже, - негромко, но твёрдо произнёс Юньлань.
Мать опять вздохнула и повторила:
- И всё же подумай.
Она погладила Юньланя по щеке и, не сказав больше ни слова, вышла из дома. Когда за ней закрылась дверь, мужчина в изнеможении рухнул на диван. Было ощущение, что из него разом выкачали все силы. Он лежал, смотре невидящим взглядом в потолок, а в голове билась только одна мысль: "Это - конец!" Он знал, что выхода из этого тупика нет. Отец не отменит своего требования, а Юньлань никогда не пойдёт на разрыв с Вэем.
Конечно, нельзя сказать, что он был так же привязан к родителям, как Шэнь Вэй к своей матери, но разорвать с ними все отношения он не был готов.
В кармане завибрировал телефон.
"Только бы не Вэй!"
Чжао Юньлань прекрасно понимал, что не сможет скрыть своё состояние, но он абсолютно не хотел заставлять переживать любимого.
Но звонил старик Чу.
- Эй, ты где?
Он никогда не здоровался по телефону, а сразу переходил к делу.
- Дома.
- А какого демона? Ты на часы смотрел?
- Прости. Прикрой меня. Я через полчаса буду.
Чжао старался говорить спокойно, но старик Чу сразу почувствовал его состояние:
- Что-то случилось?
- Отец приходил.
Чу Шучжи только присвистнул. Он был знаком с Чжао Синцы и прекрасно знал его натуру, а значит, не мог не понимать, чем обернётся откровенный разговор отца и сына.
- Ладно. Давай, отходи. Жду.
И опять стало тихо. Юньлань подошёл к окну. Взялся руками за подоконник. Вспомнил всё, что случилось с ним этой ночью... Ну, что ж... Он сделал свой выбор, а дальше, пусть будет так, как распорядится Судьба.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!