Без тормозов

      Когда Кадзи переступил порог класса, тут уже стоял гам. Множество мужских голосов разного тембра, громкости и наполненные разным лексиконом смешались, превращая маленький класс в жужжащий улей. Парни сидели кто как хотел, используя парту как стул, подставку для ног, кровать, кто-то вообще собирался с нее прыгать и показывать сальто. В конце класса группа особо спортивных решила устроить соревнования по армрестлингу и, под громкие ободряющие крики наблюдателей, двое парней усиленно пытались опустить на стол руку оппонента. Вошел староста, на секунду в классе возникла тишина. Рен, не снимая наушников, отсалютировал всем присутствующим и, кинув рюкзак на свое место, направился к Эномото и Кацуми, которые были увлечены игрой в сеги. Играл Эномото, но Кацуми то и дело лез к нему, пытаясь давать советы, ужасно раздражая последнего. — Кацуми! Припаркуй свою жопу на стул и не мешай думать! Я тут вообще-то на купоны играю! — не стерпел парень и силой попытался усадить друга. Увидев краем глаза Рена, который молча наблюдал за игрой, парень едва не подпрыгнул, — твою ж мать, Кадзи! Какого хера так тихо?! Хоть бы покашлял… — Ты сейчас продуешь, — пожав руку всем рядом сидящим констатировал Кадзи, смотря на доску, — на купоны, говоришь, играете? Считай, что ты можешь с ними попрощаться. — Нашелся гений, — чертыхнулся зам, делая ход. Хоть он и сам видел, что продул, но партию решил доиграть, — чет ты поздно сегодня, тебя Цубакино-сан искал. — А че это ему надо было? — Редко когда к нему обращался кто-то из старших, не считая Хиираги. Эномото пожал плечами, делая еще один бессмысленный ход. — Да хрен знает. Может, на обход со своими мелкими отправить хотел. Староста второгодок «Джикоку» руку сломал в заварушке на окраине города, так что пасти их некому. — Я в няньки не нанимался, — тут же отрезал Кадзи, доставая изо рта палочку от леденца, — да и ты сегодня занят после школы. А без вас я туда не сунусь. — При виде тебя они и так под себя ходят, — усмехнулся Эномото, обреченно протягивая однокласснику проигранные купоны в игровой магазин. Услышав на задних рядах громкий крик, вся тройка тут же обернулась туда, — эй! А ну динамики тише, сейчас препод придет! Кстати, Рен, дай пластырь. — Нету. — Ты ж вчера буквально пачку покупал! — Не буду же я их с собой каждый день носить. У меня карманы мелочью забиты, а не этой фигней. — Тц, жаль. Объяснить почему Эномото не успел. В класс вошел учитель, по виду не сильно довольный, что вообще тут находится, и парни дружно заняли свои места. Кадзи громко приземлился на скрипучий стул у окна, закинув ногу на ногу, уставился в окно. Рен не любил учиться. Ему не нравился ни один из предметов, самостоятельные он умело списывал у друзей, тесты решал наугад, а у доски предпочитал стойко молчать и если делать задание, то без комментариев. Кацуми и Эномото постоянно шутят, что когда Рен выходит к доске, то преподаватель всеми силами делает вид, что ему очень интересен пейзаж за окном. А все потому, что после любого замечания в его сторону Кадзи безжалостно ломал мелок. В итоге в классе всегда дефицит мела. Сейчас был английский. Его парень знал неплохо, но лишь из-за того, что часто слушает иностранную музыку. Пока все читали текст, он листал ленту в телефоне, коротая время. Все-таки ему было любопытно, что это Цубакино от него надо? С ним из всей четверки он общался меньше всех, их максимум был кивок и пару фраз о какой-нибудь драчке. «Да и ладно, надо так надо», — думал Рен, выключая телефон и буквально ложась на парту. Урок по английскому он проспал. Буквально лег на парту и уснул под бормотание одноклассников и чириканье птиц за окном. Разлепил парень глаза только тогда, когда за преподавателем закрылась дверь. «Мля, еще несколько часов это терпеть», — перспектива пасти первогодок уже не казалась такой мерзкой. Рен разблокировал телефон и, достав чупа-чупс, начал активно листать новостную ленту вперемешку с видео. Делал он это до момента, пока на телефон не пришло сообщение от Хиираги. — Эй, Кацуми! — Паренек подошел к нему, смахивая с носа пряди непослушной челки, — мне после матеши надо заглянуть к Цубакино, просил и вас с Эномото прихватить. Скорее всего реально идем с мелкими на обход. Кацуми кивнул, показывая, что все понял и мигом принялся печатать что-то в телефоне. Всем в классе пришло уведомление, что староста с замами уходят после третьего урока, и все в унисон страдальчески заныли.

***

— Я тебе что, курьер?! Никуда я не попрусь, у самого руки не отвалятся. — Я бы с удовольствием посетил Миву-тян и сам, но видишь ли, — Цубаки глубоко вздохнул, поправляя волосы за ухо, — Шизука очень просила моей помощи на ее сегодняшнем выступлении, так что я просто не успею к ней зайти до окончания рабочего дня. А мои замы на выходные уезжают за город. Поэтому нужно и обход провести и деньги отнести, — он увидел, что его слова никак не изменили маску недовольства на лице блондина и с непониманием уточнил: — вы с Мивой-тян что, поругались? — А? С чего бы это? Мы ж едва знаем друг друга, — Рена сильно смутила реакция Цубаки, потому что после его слов тот в недоумении начал гипнотизировать его, словно Кадзи сказал несусветную глупость, — да че не так то?! — Едва знаете? Странно получается, — Цубакино задумался, отрывая взгляд от уже побледневшего в поступающей волне гнева Кадзи, — вот так новость… — Что за новость?! — Мне сказали, что вы с Мивой встречаетесь. Поэтому и решил попросить тебя отнести ей предоплату за пирожные. Если бы Рен умел рычать, подобно тигру или льву, то его рев услышала бы вся школа. Глаза наливались кровью каждую секунду осознания, что молотом вбивалась в его голову и крошила барьер здравомыслия, пуская трещины на и так хрупкой плотине. Леденец жалобно треснул, прежде чем разломаться на десятки кусочков, некоторые из которых даже упали на землю. Рокот донесся до ушей Цубакино, когда кулаки Рена уже сжались до белых костяшек, а зрачки опасно сузились. «Твою мать», — подумал парень, представляя, как будут болеть его уши, стоит Кадзи открыть рот. Но на его удивление все еще было тихо. Рен шипел, как гадюка, едва не пуская слюну от ярости, а потом почти могильным тоном спросил: — Кто? — Акира, — тут же понял его глава, — он второгодка. Сказал, что узнал от своей девушки. — Давно? — Ну…день точно. — Выблядок, — едва сдерживался, чтобы не орать Рен. Если он тут устроит погром, потом придется объясняться перед Умэмией, а видеть его веселую рожу, когда он буквально готов вцепиться во всех и вся, было последнее, чего он хотел. Да и Хиираги не хотелось жизнь портить. Уж лучше он сохранит кулаки для того, чтобы снести калитку этому треплу, — где он? — Сейчас он не тут. Пошел забирать девушку из школы, отпрашивался у старосты. — Где девушка учится? — Кадзи, думаю… — Отвечай! Я ему язык отрежу и в жопу засуну! Сучий потрох! — кровь бурлила как гейзер, стоило только представить, как ломается нос этого говноеда от его кулака. Рен готов был выбивать ответ из Цубакино силой, но и этого делать не пришлось. Тот протянул ему конверт с деньгами и назвал уже знакомую Кадзи школу. — Надеюсь, мне не придется звонить Хиираги, — почти приказным тоном сказал Цубакино Рену, на что тот фыркнул и, надев наушники, тут же скрылся за поворотом коридора. Последнее, что услышал парень, был шквал матов и проклятий. Как только силуэт Рена исчез с поля его зрения, Цубакино тут же нашел в телефоне контакты Хиираги и позвонил ему, — прости, друг. Но с этим…товарищем совладаешь только ты.

***

Мива и Дзюнко стояли у ворот школы, и лишь ветер разбавлял ту могильную тишину, что встала между ними. Дзюнко под действием успокоительных уже не тряслась и не орала, только нервно теребила на шее тонкую цепочку, предпочитая общению разглядывание растений у асфальта. Мива же, уставшая слушать стук своего сердца, мысленно считала до десяти каждый раз, когда тишина давила на нее. То есть постоянно. Еще и единственная встреча, что могла скрасить этот день, отменилась, ведь у Цубакино-сана опять были дела. «Хорошо, что хоть предупредил. А то у меня бы вообще из головы вылетело все». — Ну и чего ты тут стоишь? — Уши резал этот сочившийся из каждого слога сарказм, Дзюнко раздражало, что Уэно стоит с ней непонятно зачем, — тебя же отпустили. — Вот поэтому и стою. Парня твоего жду. — И зачем? Что, Рену уже сообщила? — Миве и это пришлось проглотить не только ради спокойствия нервной системы, но и из-за личных убеждений. Она потушила закипающий внутри костер глубоким вдохом и так же буднично ответила: — У меня даже номера его нету, некому сообщать. А так жду, чтобы он тебя забрал и я спокойно пошла по своим делам. — Небось в лицо запомнить хочешь… — а сама слегка опустила плечи, не зная как ответить менее колко. У Дзюн явно не было сил и желания сейчас соревноваться в широте лексикона, ее пришлось успокаивать таблетками, ведь теплый сладкий чай оказался просто омерзителен на вкус. Как потом она узнала Мива все это время прождала ее на коридоре. Потом молча плелась за ней, словно приведение, неотрывно буравя ее спину цепким взглядом, а сейчас стоит и ждет, пока за ней придет Акира, чтобы убедиться, что та уйдет без проишествий. И все это после их-то «диалога»? — У меня плохая память на лица. Да и зачем мне засматриваться на занятых парней, — ей ужасно хотелось потренироваться в остороумии, особенно после того, как на ее голову буквально вылили ушат с говном. Но Мива сдерживалась, ведь Дзюнко и так сегодня услышала достаточно, чтобы хватило на месяц сплетней, — как голова? — Не отвалилась. — Было бы печально. — Хватит, — теперь в ее голосе сквозил металл, — что тебе нужно? Не думай, что твоя напускная доброта меня очарует. — Твоя вот странная «забота» меня сразила наповал, — Дзюнко поморщилась, становясь похожей на изюм, — я стою тут и жду не ради того, чтобы ты меня по головке погладила, а чтобы если плохо станет, то ты не расшиблась об асфальт. Рассмотри помимо моих отношений еще и мое воспитание. — Если ты тут стоишь чисто из вежливости, то не надо. Иди. — Не посылай меня. — Обидишься? — Нет. Но запомню. Вдалеке девушки заметили мужской фигуру в форме Фуурин, и Мива сразу поняла, что это тот самый Акира. Уэно не разглядела в нем, как в парне, ничего особенного, кроме высокого роста. Даже после того как тот подошел и Мива набралась наглости рассмотреть его поближе, то ее единственным вердиктом было: «Ни рыба, ни мясо. Как сказала бы мама, таким только в массовку. Явно в отношениях у Дзюнко роль ведущего. Зыркает только недобро сильно, неужели тоже в слухи верит?» — Ладно, пошла я тогда, — Уэно точно знала, что знакомиться с ним у нее нет смысла и как только появилась свободная секунда, развернулась и пошла в сторону дома, — поправляйся, Дзюнко. — Эй! «Это…мне?» — Эй! Кадзи привет передавай! — и пара ушла, держась за руки. Дзюнко тут же начала пересказывать все парню, яростно жестикулируя, а Мива смотрела на них и еле сдерживалась, чтобы не кинуть в голову Акире какую-нибудь бутылку. — «Эй» своим друзьям кричать будешь, хам, — фыркнула себе под нос Уэно, поворачиваясь на каблуках и с завидной скоростью уходя в сторону магазина одежды. Ей срочно нужно было расслабиться. Мамины методы «дыши и не думай об этом» не работали. Ее буквально унизили! Наорали, а ей приходилось оправдываться?! За что?! А главное в чем обвинили?! Не зря мама после каждого интервью запиралась в комнате с бутылкой вина и не вылазила оттуда, пока содержимое бутылки не опустеет. Тогда папа говорил, что это слабость под влиянием чужого мнения и его нужно побороть и отстоять свою позицию. Но Мива не смогла, да и как отстоять себя в ситуации, над которой ты не властен? Что она вообще знает про этого Кадзи?! Он живет недалеко от нее…класс! Прямо лучшие друзья, хоть записывай в секретный блокнотик с замочком! Что он грубиян? Да весь Фуурин это буквально сборище драчунов и задир, у них что ни слово, то повод уши отрезать. Что он чувствительный к словам? Грубый? Импульсивный? Прямолинейный? У Мивы крутилось много эпитетов в голове, но ни один не подходил к слову «животное»… «Да и как судить, если я его не знаю? А верить только Дзюнко значит опуститься до ее уровня обработки информации, — перед глазами всплыл образ захлебывающейся в истерике девушки, и Уэно заколебалась, — хотя ее шквал эмоций не казался…пустым местом. Неужели не приукрасила даже? Так то звучит так, словно он и правда монстр». Магазин одежды встретил ее полной тишиной. Она была единственным клиентом, не считая женщины в отделе ремней, которую Мива заметила не сразу. Окидывая заведение наметанным глазом, Уэно уловила полное отсутствие того уровня комфорта, которым ее одаривали брендовые магазины Токио. Блеклые цвета, малое количество полок, унылые фасоны на манекенах, холодный свет, из-за чего цвет всей одежды казался темнее, узкое пространство между рядами и, наконец, примерочные…коих было лишь три. При этом отдел с аксессуарами вообще больше был похож на мелкий уголок, настолько неприметным показалось девушке количество вещей. Мива стояла во главе всего этого, пропуская удар за ударом и смахивая скупую слезу ностальгии по торговым центрам Гинзы. — И как мне тут гардероб обновлять? — Хороший вопрос, учитывая, что менять одежду нужно каждый сезон, а Мива приехала в уже ношеном пальто. Хотя, можно было дать себе поблажку и оставить его, ведь в Макоти Тобу ее еще никто не видел в этом пальто. Да и пройдясь между полок с верхней одеждой Уэно решила, что будет заказывать вещи в интернет магазине. Или просить подругу присылать вещи из Токио по почте. — Вам что-нибудь подсказать? — Улыбчивый консультант мигом приметил недовольную гримасу девушки и тут же поспешил спасать ситуацию, — Вас интересуют куртки? Или, может, хотите посмотреть новые ветровки? — Топ, — консультант слегка удивился, ведь на улице уже давно не жарко, — желательно кружевной и чтобы лямки не сильно тонкие были. С размером я разберусь на примерке. — Пойдем. Мужчина повел девушку в отдел с футболками и топами, на всякий случай указывая и на отдел с нижним бельем. Мива поблагодарила консультанта и, поправив сумку, принялась копаться в вещах. По детству Уэно обожала игры, где нужно одевать персонажей. Игра была еще лучше, если там была возможность самому создать свой дизайн и образ, делая куклу непохожей на все остальные. Тут был тот же принцип, только вместо куклы выступаешь ты сам и времени на это уходит раза в два больше. С головой окунувшись в анализ представленных товаров, подбором палитры и расчету размеров, Уэно наматывала круг за кругом, как заведенная игрушка. Руки работали быстрее головы, тянулись ко всему, что на первый взгляд могло зацепить ее. Набрав себе полные руки вещей, Мива подметила, что среди них так и не было топа. — Ну вот я опять… — зато там были платье-футболка, джинсы, два удлиненных пиджака, костюм с шортами, кофта-сетка и все в разных цветах, — надеюсь, тут нету ограничения по количеству вещей в примерочной… Пока девушка топала к примерочной, не оставляя надежды урвать что-нибудь еще, она едва не сбила женщину, которая за все время миграции Мивы по магазины даже звука не издала. — Ох, простите пожалуйста! — Мива едва поклонилась, как вся куча вещей в ее руках чуть не упала на пол. Если бы не помощь той женщины, Уэно бы уже ползала на четвереньках, — спасибо Вам. Я задела Вас… — Ничего страшного, — такой тихий голос, она словно говорила шепотом, — давайте я Вам помогу. — Не стоит, Вы ведь заняты, — блондинка увидела в руках девушки пару брюк и ремень. Сейчас они стояли у отдела с рубашками, — костюм выбираете? — Да, вот думаю какую рубашку подобрать, — видимо, она уже порядком утомилась в выборе, ведь вешалки были распиханы по углам, а руки женщины все еще были пусты. Мива выглянула через плечо женщины, рассматривая представленный ассортимент, — Вам надо выбрать? Проходите, я все равно еще не определилась. — Возьмите вот эту, — Уэно кивнула в сторону нежно-зеленой рубашки в полоску. Она висела в самом углу и женщина, скорее всего, отодвинула ее самой первой, — мне кажется она отлично сочетается с этими брюками. «Она не сильно высокого роста, а полоска визуально удлиняет. И цвет не яркий, как у подростка, но и не сильно тяжелый. На вид не сказать, что сильно старая, не хочется портить ее образ мрачным цветом. Да и брюки не выглядят как офисные, значит, образ свободный. Можно добавить пару деталей.» — Вот, — Мива достала из своей кучи пиджак, а к нему пояс-цепочку, — я брала оверсайз, Вам может быть как раз, — женщина хлопала глазами, лишь послушно подставляя руки, — если захотите, сюда может подойти клатч или небольшой рюкзачок. — Но это же Ваш пиджак… И только сейчас до Мивы дошло, что она делает. Она буквально влезла в чужое личное пространство с непрошеным советом, отвлекла женщину, так еще и навязывает ей свое никому не нужное мнение. А та стоит и лишь молча переводит взгляд с рубашки на пиджак, пока Мива краснеет от стыда. Только она хотела извиниться и оставить женщину, как та потянулась к указанной ею рубашке и, оттянув рукава, начала ее рассматривать. В ее глазах было любопытство. — А…эм…я тогда пойду, — боясь отвернуться пятилась Мива, — приятных покупок. А сама скрылась за шторкой примерочной, где едва не повырывала себе волосы. Каково же было ее удивление, когда выйдя из примерочной Уэно не заметила среди рубашек ту самую, на которую она указала, а одна из полок с сумками была пуста.

***

— Да, пап, все хорошо, я же сказала. — Тогда почему ты не в школе? — Живот заболел, переела вчера, — соврала Мива. Разве скажет она ему правду? — ну, как поездка? — Спину ломит, кресла просто ужасные, — на заднем фоне раздался легкий женский смешок, из-за чего Мива уронила пару монет на пол. Под добротную ругань в голове она собирала деньги, цепляя те ногтями. Невольно она подумала, что ей следует обновить маникюр. И пластыри, — как там бабушка? — Бегает, как Соник. На спину не жалуется. Тишина. Отец явно уловил в тоне дочери раздражение. Женский смех на фоне тут же притих и Мива поняла, что отец попросил невесту быть потише. Это взбесило еще больше. Почему она вообще слушает их диалог? — Кира тебе привет передавала. Спрашивает, что бы ты хотела из подарков из Йокогамы? «Да какой мне от тебя подарок? Все равно, чтобы я не сказала, покупать будет папа, потому что у этой девки своих денег нету». — Никакой, у меня все есть. Ты мне и так недавно деньги переводил, я сходила в магазин и купила себе пару вещей, — она знала, что Кира ее слышит, поэтому решила слегка поизводить ее, — джинсов две пары, три пиджака, два платья, новую сумку, ботфорты и шапку. Хочу еще записаться на маникюр и полировку, ресницы надо сделать, на пилинг сходить. И, если тут есть, записаться на йогу и массаж. Ну это так, по мелочи пока что. И на отбеливание зубов записаться надо, а то кофе начала много пить. Реакция папы, что будничным тоном лишь попросил не оставлять бабушку подолгу одну из-за бесконечных походов куда-то Миву вообще не интересовала. Больше всего ее фантазию тешила мысль о лице Киры, которая, услышав все это явно переливалась всеми оттенками зеленого и красного. И Уэно было глубоко плевать, на какой уровень неловкости она только что опустила невесту отца, но точно была уверена, что сейчас та заламывает пальцы и виновато смотрит на отца исподлобья. «Что, теперь приятно слушать наш разговор? Или твоя скромность и сдержанность во всем на это не распространяется?» — Тебе мама звонила? — неудивительно, что услышав в перечислениях дочки мамины мотивы отец невольно ее вспомнил. — Писала на днях, фото со школы просила. Мы договорились созвониться по видеосвязи, она обещала показать мне ее новую съемочную площадку. — Так значит она все таки добилась этой роли. — А ты сомневался в ней? — Ни капли, — и это было правдой. Уж в чем, а в «живучести» своей бывшей жены Такаши не сомневался ни капли. «Я не безупречна. Просто знаю все, чтобы такой казаться», — и неужели это работает? Мива могла бы с уверенностью сказать что да. Отец-что раз на раз не приходиться. Мама-что это устав ее жизни. Мнение Киры же не спрашивали. А бабушка лишь угрюмо надулась, как рыба фугу и сказала, что вечная актерская игра до добра не доведет. Но разве ей их понять? — Тогда жди ее на экранах кино. И Киру-сан позвать можешь! — После этого на фоне их диалога бесконечно что-то шуршало, слышался шепот, а потом отец был вынужден повесить трубку. Мива слегка расстроилась, что папа так быстро пошел утирать той девке сопли, но предложила списаться вечером. — Тогда пришлю тебе фото необычных блюд с мероприятия. Пока, солнышко! — И тебе хорошо доехать! Звонок завершился, и только тогда Мива поняла, что ее все это время ожидали. Смотря на Кадзи, будучи на корточках, Уэно поняла, что так его и без того хмурое лицо кажется еще мрачнее. Парень как обычно засунул руки в карманы узких джинсов, наушники лежали у его на плечах, но в них не играла музыка. — И давно тут стоишь? — Было бы дикостью, если Кадзи все это время слушал ее разговор с отцом. А коленки все-таки затряслись, нечеткий образ плачущей Отомо то и дело мелькал перед глазами, вызывая в животе болезненное урчание. — Нет, сначала стоял на улице. Потом ты присела и не вставала, я решил войти. — Испугался, что мне плохо? — Съехидничала девушка, протягивая Рену руку. Тот непонимающе на нее уставился, — встать не поможешь? Молча, но не скрывая цоканья, парень помог Миве подняться. Она держалась настороженно, это выдавала ее странная улыбка и постоянная дистанция, которую она умело пыталась прятать за рабочим этикетом. Но Кадзи этим уже не проведешь, уж больно часто с ним держали дистанцию. Или Мива тоже знает про эти слухи? — Вот, — Кадзи протянул Миве конверт Цубакино. Девушка кивнула и уверенно забрала его. Она побежала к кассе, что-то быстро записала в блокнотик, — ну, я пошел. — Стой, — крикнула Мива и показала ладонью на свободный столик, — присядь и подожди пожалуйста. Я отсыплю Цубакино-сану присыпки и шоколадной крошки. — Ну вот ему в руки и передашь. Я не курьерская служба. Мива, во избежание бессмысленного спора, согласилась и просто спросила, может, парень хочет что-нибудь купить. Бабушка говорила, что сладкое любят почти все, и чем дольше люди на него смотрят, тем сильнее хотят купить. Поэтому было бы неплохо задержать тут Рена на подольше. Но на подкорке сознания ее нещадно скребли мысли о потенциальной угрозе. Да и вообще, знает ли Рен, что про него говорят? А про их псевдоотношения? «Нет, сама я ему точно не скажу. А то разозлиться и будет мне на голову проблем…» — Три моти с персиком, — Мива кивнула и под изучающим взглядом Рена наложила ему в пакетик три белоснежных шарика, — и чай улун. С собой. — Сколько? — Вон тот пакет готовый. Пока девушка искала нужный пакетик чая, Кадзи гадал, стоит ли говорить Миве про этот нелепый слух. Ведь эта девица явно дорожит своей репутацией и из кожи вон лезет лишь бы быть идеальной во всем. А новость об отношениях с каким-то драчуном без башни ей явно популярности не сделает. Ну и если ко всему этому прибавиться информация про его…агрессию, то от приветливого поведения не останется и следа. — Держи, — Рен медленно отсчитывал купюры, в это время в кондитерскую заглянул новый посетитель, — здравствуйте… Акира-кун? Рен едва не смял купюру в кулаке, когда знакомое имя резануло уши. Он застыл, смотря на Миву, что также не особо была рада видеть гостя. Закусив щеку изнутри девушка вынужденно перевела взгляд с Рена на Акиру, натягивая улыбку. Кадзи почувствовал на своей спине тяжелый взгляд, и перед глазами у него начало белеть. — Мива-тян, привет. Дзюнко меня уже представила? — Этот высокий брюнет так и излучал пассивную агрессию, отравляя маленькое заведение своим присутствием. Грудь Мивы сжалась будто в вакууме, когда он, положив руку на плечо Рену, попросил того отойти, — Вы уже купили? — Что, силы пиздеть закончились? Подкрепиться пришел? — Его зрачки сузились как у кошки, и Миве казалось, что Рен вырвет ему кадык. Акира нагло усмехнулся, сжимая плечо блондина до складок на пиджаке, а Уэно знатно испугалась предстоящего действия, — руку убрал, или тебе ее вместе с языком оторвать? — А ну не смейте тут драться! — Миве было ужасно страшно вмешиваться, но если эти двое сцепятся в стенах ее кондитерской, то случится катастрофа, и бабушка сляжет в больницу с обмороком, — хотите выяснять отношения, так идите на улицу! — Странно ты парня своего защищаешь, — шипел еще больше раздраженный Акира, — как перед Дзюнко, так лексикон позволяет до слез довести, а тут даже поболеть не хочешь за него… — Ты на девушку-то не пизди, а со мной разговаривай, — Рен зарычал, как загнанный зверь и с разворота ударил кулаком прямо Акире в лицо. Парень покачнулся, скуля от боли и прикрывая окровавленный нос, — че она тебе сделала?! — Кадзи! Ты что делаешь?! — Уэно выбежала из-за прилавка и хотела подбежать к Акире, но ее схватил за руку блондин, — пусти! — Да ты реально конченый, — откашлялся Акира и сплюнул окровавленную слюну прямо на чистый пол. Мива от такого скривилась, а лицо Рена стало еще на тон белее, — и какого хрена тебя за героя считают? Еще и девку обманываешь, козлина. В следующую секунду Миве буквально пришлось вжаться в угол. Рен зарычал, едва не брызгая слюной бросился на Акиру и повалил на пол. Брюнет хотел ударить того в живот, но Кадзи ударил его по колену и добавил к удару по носу удар в челюсть. Акира взвыл от боли, схватил оппонента за края пиджака и, со всей силы сжав, притянул к себе, чтобы ограничить движения и скинуть с себя. Но он не успел, потому что женские руки обвились вокруг торса Рена и начали буквально оттаскивать его от лежачего Акиры. — А ну прекратите! Идиоты! Я сейчас милицию вызову! Хватит! — Сил у блондинки не хватило даже на то, чтобы сдвинуть Рена с места. Акира махал ногами и задел Миву, та болезненно пискнула и отпустила торс Рена, по инерции хватаясь за наушники. Она хотела ухватиться за капюшон, но гарнитура оказалась более доступной, и Уэно вместе с наушниками упала где-то за Кадзи. Ей было ужасно страшно. Наушники выскользнули из рук и отлетели в угол под стол. Она едва не плакала, — Кадзи, хватит! — Кадзи, твою мать! — В кондитерскую влетел, едва не падая на дерущихся Хиираги. Он запыхался, видимо, услышал издалека крики девушки, — какого хера?! Рен ничего не ответил, только вцепился руками в кисти Акиры и давил на него что есть мощи, капая слюной, словно бешеный пес. Без каких-либо церемоний Хиираги схватил того за шиворот и поднял, встречаясь взглядом с глазами Кадзи, где будто ядовитый сгусток переливалась ярость. Акира с облегчением закашлялся, дыша полной грудью и пуская кровавые пузыри. Не на это он рассчитывал, приходя к Миве Уэно пояснить за Рена Кадзи. А сам Кадзи под тяжелым взглядом Хиираги поутих. Он все еще дышал часто и громко, жадно хватая воздух и щурясь. Пальцы, сжатые в кулаки, были в крови. Он рефлекторно потянулся к наушникам, но не нашел их на своей шее. Сердце пропустило удар, злость Кадзи тут же переключилась на волнение и он, ворочая головой, нашел свои наушники сломанными под столом. А рядом, сжимая дрожащими руками поднос, сидела Мива и молча наблюдала за происходящим, боясь даже моргать.