Вернутся к фанфику
19. Серия 10. План
8 апреля 2025, 00:07МАГИЧЕСКИЙ КОНТРАКТ
о поставке драгоценных камней между Домом Малфой и Домом Беккет
Год заключения: декабрь 1980
Люциус Малфой — глава рода Малфой
Грегори Беккет — глава рода Беккет
1. Предмет соглашения
1.1. Дом Малфой обязуется ежегодно закупать драгоценные камни исключительно у Дома Беккет в установленном объёме.
1.2. Количество, стоимость и ассортимент камней определяются и распределяются исключительно Домом Беккет и не подлежат оспариванию.
1.3. Дом Малфой не вправе приобретать или использовать сырьё из иных источников, за исключением ювелирных изделий, ранее находившихся в собственности.
2. Срок действия договора
2.1. Контракт вступает в силу с момента подписания и остаётся в действии на протяжении 50 (пятидесяти) лет, независимо от любых внешних обстоятельств.
2.2. Контракт не может быть расторгнут в одностороннем порядке и требует взаимного согласия сторон для внесения изменений.
3. Передача обязательств
3.1. Контракт является наследуемым и привязывается к главе рода Малфой по крови.
3.2. В случае смерти действующего главы рода Малфой обязательства автоматически переходят к его прямому наследнику.
4. Санкции за невыполнение условий
4.1. В случае нарушения условий договора (отказ от закупки, попытка разрыва контракта, приобретение камней из иных источников) количество обязательных закупок автоматически увеличивается на 20% за каждый год невыполнения условий.
4.2. Указанное увеличение закупок не может быть оспорено или скорректировано, а магическое принуждение к исполнению условий активации не требует.
5. Контроль и исполнение
5.1. Договор фиксируется магической печатью, привязанной к крови подписантов.
5.2. Оригинал контракта хранится в собственности Дома Беккет и не может быть затребован Домом Малфой.
5.3. Фасадный экземпляр договора предоставляется Дому Малфой исключительно в ознакомительных целях.
5.4. Уничтожение или потеря бумажного экземпляра договора не аннулирует его действие, если магическая печать остаётся в силе.
Драко уже пять часов наблюдал за этой женщиной. Она ворвалась в его квартиру сразу после церемонии, уверенно заявив:
— У нас нет времени на раскачку. Сейчас вечер, камер нет.
А затем потащила его в Мэнор силой. Кто бы подумал, что Гермиона Грейнджер будет отчаянно желать попасть в дом ее кошмаров? И вот теперь Грейнджер сидела прямо на полу в самом сакральном месте Малфой-Мэнора, обложенная древними книгами по кровной магии, наследственности, семейному праву и прочей чушью, которую, по ее мнению, он сам не мог осилить.
На ней был мягкий флисовый свитер, широкий, явно слишком комфортный, чтобы его носили в обществе. Рукава свисали почти до кончиков пальцев, и когда она протягивала руку за очередным фолиантом, выглядела так, будто утопала в этом проклятом свитере, как ребенок в отцовской мантии.
Штаны… мягкие, уютные, преступно домашние. Она поджала ноги под себя, небрежно балансируя между грудами книг, и скользнула взглядом по очередной странице, сжав губы. Волосы были небрежно убраны вверх и заколоты её чертовой палочкой, словно какой-то канцелярской принадлежностью.
Но вот от чего Драко действительно не мог оторвать взгляд, так это от её тапок. Они выглядели так, будто их сшили из целого стада гиппогрифов, которых предварительно расчесали и надушили ванилью. Мягкие, пушистые, уродливые — но, черт возьми, вызывающе уютные. Длинный кремовый мех касался её лодыжек, почти сливаясь с брюками, и Драко было физически больно смотреть на это… на этот удар по эстетике.
— Скажи мне, Грейнджер, твой кот сдох, и это его шерсть?
Она так резко повернулась, что он почти услышал, как в воздухе свистнуло её раздражение.
— Малфой, — ледяным голосом сказала она. — Если ты ещё раз упомянешь Живоглота в таком ключе, я лично выцарапаю тебе глаза.
Драко чуть приподнял брови, раздумывая, стоит ли продолжать.
— Просто уточняю, — протянул он, задумчиво разглядывая её пушистые монстрообразные тапки. — Хотя, наверное это… кролики. Ты убиваешь милых кроликов по ночам?
В этот раз Гермиона не просто повернулась — она чуть не прыгнула на него, словно разъяренная кошка.
— Замолчи, Малфой!
Под угрозой немедленного проклятия Драко замолчал на несколько часов. За это время он скурил почти пачку сигарет под недовольное ворчание этой ведьмы.
Обычно он не курил в святая-святых Мэнора, но плюнул на это правило, ведь здесь происходило что-то более шокирующее для древних стен: в этом храме чистокровного знания, где каждый том стоил дороже, чем средний дом в Лондоне, где хранились редчайшие экземпляры, написанные руками предков, сидела магглорожденная и писала в маггловском блокноте на пружине чертовой маггловской шариковой ручкой.
Ему хотелось привести сюда всех своих почивших родственников и смеяться-смеяться-смеяться, пока он бы наблюдал, как Малфой-снобы бились бы в истерике и требовали ритуального очищения библиотеки.
— Сукины дети! — внезапно воскликнула Грейнджер, с шумом закрывая очередную книгу.
Драко лениво потянулся в кресле и скрестил руки на груди.
— О, ты только что это поняла? Добро пожаловать в мою жизнь.
Гермиона раздраженно отмахнулась.
— Они обошли все возможные лазейки! Этот договор… он даже не просто юридический. Он проклят, Драко.
— Внезапное откровение, — хмыкнул он.
— Ты уверен, что это оригинальный договор, который лежит у них?
— Он переписан мной по воспоминаниям из Омута памяти. Я же уже говорил, оригинал только у них — видел я его один раз, когда пришёл впервые послать их нахрен.
Гермиона с шумом закрыла книгу и откинулась назад.
— Чёрт…
Она начала нервно постукивать ногтем по корешку блокнота, обдумывая сказанное.
— Если бы у нас был оригинал, можно было бы попробовать разрушить магическую печать, но…
— Но оригинал только у них, — повторил Драко, устало наблюдая, как она рвёт свою нижнюю губу зубами.
— Ладно, — Гермиона откинулась назад, постукивая ручкой по краю блокнота. — В любом случае, исходя из того, что я выяснила, чтобы разорвать такого рода документ, нужно довольно сложное заклинание. Но что ещё сложнее: кровь обоих представителей домов.
Драко не перебивал, лишь чуть сильнее сжал подлокотник кресла.
— Есть два варианта. Первый: найти договор, добыть кровь любого Беккета, провести ритуал.
— Звучит почти романтично, — лениво отозвался он.
— Давай думать логически, — проигнорировала она его тон. — Если бы я была контролирующим, опасным, замешанным в нелегальной деятельности мудаком, где бы я прятала важные бумаги?..
Она подняла на него глаза и ухмыльнулась.
— О, чуть не забыла, передо мной прекрасный экземпляр, подходящий под описание.
Драко скрестил руки на груди и закатил глаза.
— Благодарю за комплимент.
— Не за что, — лукаво улыбнулась Гермиона.
— Очевидно, что самые надёжные места — дом, полный тайников, или Гринготс, — спокойно произнес Драко.
— Лучше бы дом, — пробормотала девушка.
Повисла тишина.
— А приём проходит в их поместье?
— Да.
— Недальновидно.
— Там столько оберегов, что у меня закружится голова ещё до входа в ворота.
— Ну, придётся тогда почитать ещё и про обереги, — пожала плечами Гермиона. — Ты помнишь, какие именно?
Драко посмотрел на неё с лёгким прищуром, словно не мог поверить в её настойчивость.
— Какие-то из них я чувствовал, какие-то видел, но очевидно, что снять их без шума невозможно.
— Не обязательно снимать, — усмехнулась Гермиона, покачав головой. — Иногда достаточно знать, как их обойти. У тебя вообще как с этим разделом магии?
Драко лениво откинулся на спинку кресла, будто вопрос его откровенно забавлял.
— Всё базовое сниму в два счёта. Темные… — он сделал паузу. — Короче, если ты рассчитываешь, что мне понадобится твоё экспертное мнение, боюсь, разочарую.
Гермиона закатила глаза.
— Ага, а если они решат, например, поставить что-то хитрее, чем ловушки для первого курса? — с явной издевкой протянула девушка, произнеся фразу медовым голосом.
— Если они решат, то мне остаётся только их поздравить с редким умственным прозрением, — закатил глаза Драко, сдержав улыбку.
— У меня давно не было практики, так что я возьму в твоей библиотеке несколько фолиантов. Нужно подготовиться.
— Это ты из вежливости спрашиваешь?
— Нет, я просто решила, что если ворую что-то у тебя, то хотя бы предупрежу.
Драко тихо усмехнулся.
— И как мы это провернём?
— Всё просто. Окажемся внутри, используем магию крови. Если договор там, он так или иначе откликнется на твой зов. У нас будет хотя бы вектор.
Драко застыл, а потом медленно сощурился.
— Я что-то не понял, Грейнджер. Кто это «мы» и где, позволь поинтересоваться, «мы» окажемся внутри?
— На приёме, — безмятежно ответила Гермиона.
— А как ты, позволь спросить, собираешься туда попасть?
— Я думала, ты пригласишь меня.
— Конечно, как свою «безнадёжную любовь»?
— Ну, раз ты сам предложил…
— Грейнджер, — Драко сцепил пальцы в замок. — Я могу пережить многое. Например, то, что ты сидишь в моей библиотеке в этих своих… — он смерил её взглядом, останавливаясь на пушистых тапках, — убийцах невинных кроликов. Но вот заставлять меня смотреть в глаза каждому упоротому комментатору, который решит, что мы теперь пара — это жестоко даже для тебя.
— Надо же, — лукаво улыбнулась Гермиона, — я даже не знала, что ты так боишься общественного мнения.
Драко с силой сжал переносицу, словно эта беседа доставляла ему физическую боль.
— Давай попробуем ещё раз. Мне нужна кандидатура, которая не вызовет подозрений.
— Драко, — с нажимом произнесла Гермиона, — ты всерьёз думаешь, что Беккеты поверят, что ты без ума от Пэнси?
— Она — логичный выбор.
— Она — человек, который в курсе только половины твоих проблем и не имеет ни малейшего понятия, куда ты её потащишь.
— И ты думаешь, что ты — лучшая кандидатура? — сжал челюсти парень.
— Очевидно. Я буду в курсе всего.
— О, конечно. Что может пойти не так, если я приведу на встречу с теневыми преступниками лучшую подругу Поттера, который по счастливой случайности является главным, мать его, аврором? — из последних сил сдерживал раздражение Малфой.
Она закатила глаза, проигнорировав его выпад.
— Да, я лучшая подруга главного аврора, — медленно кивнула Гермиона. — Но кто сказал, что такой самец как ты не придумал хитрый план, чтобы иметь рычаг влияния на грозного и опасного Поттера? Влюбил его подружку в себя, чтобы надавить с помощью своей безнадежно влюбленной невесты на Гарри при удобном случае. Ты такой умный, Малфой, тебе точно выдадут премию твои партнеры, — ехидно улыбнулась она.
Драко застыл.
— Грейнджер, ты серьёзно?
— Не говори, что ты об этом не думал.
— Я не думал, что ты об этом подумаешь.
— Почему?
— Потому что это слишком подозрительно, — медленно качнул головой Драко.
— Всё, что ты делаешь, для них подозрительно. Они и так тебе не доверяют.
— Нет, — Драко наклонился вперёд, его голос стал тише, но жёстче. — Ты — подозрительна. Ты не просто эффектная кукла, которая будет сидеть и мило улыбаться. Ты Гермиона Грейнджер — героиня войны, а не очередная содержанка, и они это понимают. Ты для них не только козырь, но и риск. Ты — прямая дорога к Азкабану, если увидишь слишком много.
Гермиона не отвела взгляда.
— Значит, мне просто нужно убедить их, что я ничего не увижу.
Он долго молчал, пристально глядя на неё, словно искал подвох, затем покачал головой и горько усмехнулся.
— Иногда мне кажется, что ты куда опаснее меня.
— Ты даже не представляешь.
— Это бред. Ты реально думаешь, что хоть кто-то поверит, что я выбрал в финале тебя?
Гермиона медленно подняла брови. В её глазах что-то мелькнуло — что-то колкое, почти опасное.
— О, ну разумеется, Малфой, — её голос был пропитан медовой язвительностью. — Куда уж мне до твоего идеала. Я же просто гриффиндорская мышь в пушистых тапках и с синдромом спасателя. Конечно, такой принц, как ты, не посмотрел бы в мою сторону, если бы я не была твоим единственным шансом вылезти из дерьма.
Драко приоткрыл рот, но слов не нашлось.
— А, или, может, проблема в другом? — продолжала Гермиона, её голос стал мягче, но именно это и делало его опаснее. — Может, я просто слишком хороша для тебя? Ведь со мной надо включать мозг, а не просто трахать через день и надеяться, что избранница не станет задавать неудобных вопросов.
— Я не… — попытался вставить слово Драко.
Но Гермиона уже не слушала.
— Ну да, логично. Ведь Беккетам нужна красотка с приличным происхождением, с которой ты будешь выглядеть убедительно. А я всего лишь чертов магглорожденный кошмар, который имеет наглость думать. Как же ты это переживёшь?
— Грейнджер… — в его голосе звучало что-то странное, почти сбитое с толку.
— Да что? — рявкнула она, резко вскинув голову.
Драко смотрел на неё, на пылающие глаза, на напряжённую линию губ, и в его голове промелькнула дикая мысль, что он никогда раньше не видел её такой.
— Знаешь что, Малфой, — ядовито выплюнула Гермиона, не давая ему вставить ни слова. — Не хочешь? Ладно. Проблем нет. Мне-то что? Это твоё дерьмо, ты и разгребай.
Она резко поднялась.
— Кстати. У тебя есть дети?
— Чего? — моргнул Драко.
— Дети, Малфой. Маленькие белокурые наследники, разбросанные по свету, — её голос был полон яда.
— Нет.
— Уверен?
— Нет у меня, блять, детей, — раздражённо отрезал он.
Гермиона фыркнула.
— Ну и славно, — её голос зазвенел сталью. — Значит, есть другой вариант. Даже искать контракт не надо: просто рвёшь свою связь с родом Малфоев — и всё.
Драко застыл.
— Что?
— Ты прекрасно слышал. Магия договора привязана к роду и крови. Нарцисса по крови — Блэк, ты — единственный потомок Люциуса. Если ты больше не Малфой, договор на тебе не держится. Раз и навсегда.
Она скрестила руки, ожидая реакции, но Драко молчал.
— Ах да, забыла, — усмехнулась Гермиона. — Конечно, как же ты откажешься от самого важного в своей жизни? От фамилии, от имени, от наследия, от всего того, что делает тебя таким, какой ты есть. Лучше сдохнуть, но остаться Малфоем, да?
Она вздёрнула подбородок, вызывающе глядя на него.
— Ну, как тебе, Драко? Это ведь куда проще, чем искать старый договор, ввязываться в сомнительные авантюры и заявить о своей симпатии к старой школьной врагине, которая достойна лишь пары поцелуев для камер за попытки помочь тебе. Так что просто отрекайся от рода, избавляйся от проклятия, и… вуаля — свободен.
— Ты, блять, серьёзно? — процедил Драко, не веря своим ушам.
Гермиона усмехнулась и склонила голову, как будто всерьёз обдумывала его вопрос.
— Хм… Давай подумаем. Конечно же, нет. Я просто решила потрепать языком и предложить тебе отречься от всего, ради чего ты живёшь, чисто чтобы позабавиться.
Драко стиснул зубы.
— Грейнджер…
Но она уже не слушала.
— Нет, Малфой, ты только представь! Какая драматичная судьба: либо изображать страстную влюблённость в поганую грязнокровку перед всей Британией, либо лишиться своей драгоценной фамилии. О, Мерлин, какой кошмар! — она театрально прижала руку к груди. — Какая вопиющая несправедливость! Вселенная, ты просто чудовище!
Драко сощурился.
— Ты закончила?
— О, я только начинаю, — мило улыбнулась она. — Давай, посиди тут, поплачь, пожалей себя. Может, ещё пару раз вздохни страдальчески — это же твоя любимая забава, не так ли? А я пока займусь чем-то полезным.
Она развернулась и начала собирать фолианты в стопку, бесцеремонно сгребая их в охапку.
— Ты что делаешь?
— Забираю эти книги, Малфой, — весело сообщила она, направляясь к выходу. — Пока ты тут будешь страдать, что мир такой жестокий и требует от тебя невозможного, я пойду дальше думать, как спасти твою драгоценную задницу.
Она даже не удостоила его взглядом, просто открыла дверь и, прежде чем выйти, небрежно бросила через плечо:
— Наслаждайся своими экзистенциальными муками. Не забудь сообщить, когда закончишь ныть.
И хлопнула дверью.
***
Гермиона злобно стиснула зубы, когда ложка с грохотом упала в чашку с овсянкой, расплескав молоко на скатерть. — Ах ты мерзкий, самодовольный, надменный, блядский Малфой! Живоглот, развалившийся на подоконнике, лениво приоткрыл один глаз, но, оценив уровень агрессии хозяйки, решил, что в это лучше не вмешиваться, и демонстративно отвернулся, уткнувшись носом в хвост. Гермиона раздражённо схватила чайник и чуть не расплескала кипяток, наливая себе чай. — О, конечно, как же это ужасно для его аристократичного чувства прекрасного — выбрать меня в финале! Бедняжка! Какие мучения! Ничего, что я просидела в его чёртовом доме до глубокой ночи, и мои глаза теперь красные от недосыпа, потому что кто-то, мать его, подписал контракт с дьяволом и не потрудился вовремя разобраться с последствиями?! Она резко открыла шкафчик и с шумом вытащила тарелку, чуть не разбив её о стол. Живоглот снова повёл ухом, но проявлять интерес не стал. — Он же, видите ли, эстет, — бурчала Гермиона, бросая в тарелку два ломтика хлеба. — Это же такое ужасное оскорбление — появиться с грязнокровкой на приёме! Прямо трагедия! Она зло намазала джем на тост, прижав его к столу так, что едва не сломала нож. — О, Малфой, ты не представляешь, какой я тебе устрою удар по чувству прекрасного! Живоглот зевнул и, наконец, спрыгнул со своего наблюдательного пункта, приземлившись прямо на столешницу напротив неё. — Даже ты меня понимаешь, да? — мрачно посмотрела на него Гермиона. Кот пододвинул лапой кусочек хлеба на её тарелке и лениво принялся его обнюхивать. — Не трогай! — сердито дёрнула она тарелку к себе. Живоглот укоризненно посмотрел на неё, затем зевнул и улёгся, растянувшись на всю длину стола. Гермиона тяжело вздохнула, чувствуя, как злость понемногу начинает испаряться, оставляя после себя только истощённость и лёгкую головную боль. Она взяла кружку с чаем, села за стол и с усилием откинулась назад, разминая затёкшие плечи. — Я же говорила, что этот ублюдок сведёт меня в могилу, — пробормотала она, уставившись в потолок. Драко уже минуту наблюдал за метаниями Грейнджер по кухне и получил краткое, но весьма ёмкое резюме о себе: «Ублюдок, засранец, эстет, чёртов аристократ» — да, звучит как он. Оскорбления проблемой не были, если честно, проблема заключалась в том, что сосредоточиться на её тираде было… трудно. Картина, которую он застал, была прямым ударом ниже пояса: Грейнджер стояла в своём идиотском домашнем облачении — огромная футболка болталась на ней слишком свободно, явно не её размер. Шея лодочкой, выцветший принт, слишком длинные рукава — возможно, даже мужская. Но ниже… Грейнджер надела что-то абсолютно неподобающее для бурчания на кухне в одиночестве. Трусики с узором из крошечных клубничек, присборенные по краям, с оборками и атласным бантиком сзади. «Мерлин, какое нелепое, но чертовски возбуждающее противоречие». Она ходила босиком по кухне, не обращая внимания на холодный пол, взъерошенные волосы были завязаны кое-как, пару прядей выбилось из небрежного узла. Чистый хаос. Соблазнительно неряшливая, злая, ещё с тёплой кожей после сна. Драко провёл ладонью по подбородку, пытаясь вернуть себе самообладание. Его взгляд снова невольно скользнул по её ногам. «Клубнички, мать их. Чёртовы маленькие грёбаные клубнички». Он уже хотел прочистить горло и дать о себе знать, но тут Живоглот, этот чертов пушистый предатель, резко встал и уставился прямо на него. — Ты тоже решил показать мне задницу? — проворчала Гермиона, бросая коту раздражённый взгляд. — Может, отдать тебя этому придурку? Драко ухмыльнулся. — Этот придурок стоит сзади тебя. Гермиона взвизгнула и, даже не оборачиваясь, взмахнула палочкой: — Инкарцеро! Верёвки метнулись в сторону Драко, но он отбил их одним ленивым взмахом. — Так ты всегда встречаешь гостей, Грейнджер? — насмешливо протянул он, отряхивая невидимую пыль с рукава. — Какого чёрта ты заявился в мой дом?! — прошипела она, сделав шаг вперёд. Драко не двигался. Только ухмылялся. — Я серьёзно, Малфой! — Гермиона ткнула в него палочкой. — У тебя проблемы с границами?! Я не звала тебя! — А я думал, это намёк, — он кивнул на тарелку с завтраком. — Ты готовишь еду на двоих? — Нет! — Жаль. Она прищурилась. — Тебе вообще всё равно, что ты вломился в мой дом?! — Беру пример с тебя, — улыбнулся он. — Ты! — Восхитителен? — предположил Драко. Гермиона тяжело выдохнула и скрестила руки на груди. — Нет, ты невыносим. — Ты не первая, кто мне это говорит, но, безусловно, самая очаровательная. Гермиона разжала губы, чтобы ответить, но тут он наклонил голову набок и, чуть прищурившись, добавил: — Хотя нет. Ты сегодня даже очаровательнее, чем обычно. — Что?! — Клубника, Гермиона, — Драко усмехнулся. — Это ведь моя любимая ягода. — Да мне плевать на твоё чёртово меню! Он хмыкнул, явно развлекаясь. — Милые трусики. На секунду её мозг просто отказался работать. Гермиона захлопнула рот, осознавая, о чём именно он говорит, и покраснела так стремительно, что, казалось, лицо вот-вот воспламенится. Она стиснула зубы, выпрямилась и сделала единственное, что могло спасти её от того, чтобы просто испариться от ярости — натянула футболку вниз, но было поздно. Драко уже облокотился на косяк двери и ухмылялся так, что хотелось зашвырнуть в него чем-то тяжелым. — Ты мерзкий. Драко хмыкнул, даже не делая вид, что отводит взгляд. — Возможно. Но я ценю эстетику. Гермиона была готова испепелить его взглядом. — Вон из моего дома. — Нет. Она заскрипела зубами. — Я вызову авроров. — Давай, — развёл руками Драко. — Расскажешь Поттеру, в чём ты была, когда напала на безоружного гостя? — Безоружного?! — Эмоционально, — подмигнул он. Гермиона взмахнула палочкой, и кухонные шкафы громко хлопнули, как будто у неё внутри что-то взорвалось. — Если ты ещё раз позволишь себе… — Что? Комплимент? О, Грейнджер, я даже не начинал. Она глубоко вдохнула. — Ты пришёл по делу или просто для того, чтобы вывести меня из себя? — А что, если оба варианта? — сделал шаг ближе Драко, вторгаясь в ее личное пространство. — Ни к чему не прикасайся в моём доме, — гневно бросила она напоследок и громко хлопнула дверью спальни, лишив Драко возможности любоваться самым приятным зрелищем за последнее время. Спустя пару минут Гермиона снова появилась в комнате — всё ещё раздражённая, но уже в шортах. Её взгляд сразу упал на Драко, который с явным недовольством снял с коленей её пушистого кота и осторожно опустил его на пол. — Это не питомец, а мелкий террорист, — пробормотал он, стряхивая с брюк остатки кошачьей шерсти. — Ещё раз скажешь что-то подобное о моём коте — дам ему команду «фас». — Если он снова нападёт, то я просто обречён, — сухо ответил Драко, окидывая её медленным взглядом сверху вниз. — Знаешь, прошлый образ мне нравился гораздо больше. — А мне больше нравится, когда в моём доме не ошиваются придурки, — парировала Гермиона, демонстративно придвигая к себе тарелку с едой. — Базовые нормы этикета знаешь? Гостям обычно хотя бы чай предлагают. — Ты не гость. Я тебя не приглашала, — резко ответила она. Драко закатил глаза, лениво поднялся и направился к кофеварке, спокойно наливая себе кофе. Гермиона сердито жевала кашу, следя за каждым его движением, пока он снова не уселся напротив неё. — Так чего тебе надо, Малфой? — повторила она, едва скрывая раздражение. — Для начала, чтобы ты перестала метать в меня молнии. — Я совершенно спокойна. — Ну конечно, — усмехнулся он и сделал глоток кофе. — Чего. Тебе. Надо? — по слогам повторила она, сверля его взглядом. — Слушай, — Драко медленно выдохнул, словно заставляя себя говорить через силу. — Ты права. Я действительно привык к людям, которые не задают лишних вопросов и просто кивают, когда я говорю. Но ты не такая, и это чертовски неудобно. Гермиона вопросительно подняла бровь, явно ожидая продолжения. — И в то же время, именно это в тебе и подкупает, — продолжил он неохотно, избегая смотреть ей прямо в глаза. — Я не просил тебя меня спасать, тем более с таким упорством. Тебе говорили, что ты раздражающе невыносима, когда решаешь кому-то помочь? Она скрестила руки на груди, глядя на него со смесью подозрения. — Ладно, признаю, — он чуть поморщился, — я ценю, что ты так настойчиво пытаешься причинить мне добро, даже несмотря на то, что я постоянно сопротивляюсь. Мало кто стал бы вытаскивать меня из того, что ты метко назвала «дерьмом». И уж точно никто другой не делал бы это так, будто от этого зависит судьба всей Британии. От твоего упрямства у меня голова идет кругом, Гермиона. Девушка молчала, явно оценивая искренность его слов. — В общем, да, я вёл себя как придурок. И я вряд ли перестану им быть завтра или через неделю, — он коротко, иронично усмехнулся, — но, по крайней мере, я это признаю. Он замолчал, уставившись в чашку с кофе и на мгновение задумавшись, стоит ли продолжать. — И если уж совсем начистоту, то… то, что ты делаешь — это важно. Даже если я скорее съем собственную мантию, чем повторю это ещё раз вслух. Парень резко замолчал, когда Живоглот потерся о его ногу. — Серьёзно, Грейнджер, если он ещё раз попытается меня пометить, я подам жалобу в Отдел по регулированию магических существ, — скривился Драко и дернул ногой. Она с трудом сдержала улыбку. — В общем, я подумал обо всём, что ты вчера наговорила, — продолжил Драко осторожно, избегая смотреть ей в глаза и словно преодолевая собственное нежелание. — Идея поискать оригинал договора прямо на приёме имеет смысл. Если он там, магия крови сработает идеально. Гермиона молчала, явно ожидая продолжения. — Что касается разрыва связи… — он едва заметно скривился, будто сама мысль была ему неприятна. — Это не тот вариант, который я хочу использовать в качестве плана А. И даже не Б, и не В. Скорее где-то ближе к Ю или Я, если честно. Я не стану тебе врать: фамилия Малфой для меня не пустой звук, — его голос приобрёл жёсткие нотки. — Я — Малфой. И лучше уж я лично отправлю каждого из Беккетов прямиком в ад и спокойно сяду в Азкабан, чем позволю им отобрать у меня моё имя. Она продолжала молчать, поражённая количеством слов, которые вдруг вырвались из него. Драко раздражённо провёл рукой по волосам и продолжил чуть тише: — Но если договора не окажется в доме, и мы не найдём никаких зацепок, тогда да, придётся пойти на крайности и оборвать родовую связь. Однако, это произойдёт только после того, как мы переберём абсолютно все варианты. Поэтому… — он на мгновение замолчал, разглядывая кружку с кофе, словно та могла дать ему совет. — Если ты всё ещё готова, я хотел бы, чтобы ты пошла со мной на этот чёртов приём. Он впервые за всё время посмотрел ей прямо в глаза и с лёгкой усмешкой добавил: — Только ради Салазара, Грейнджер, обойдись там без своего знаменитого гриффиндорского героизма. Ты должна оставить его за воротами того поместья. Мне и так проблем хватает — последнее, чего я хочу, это чтобы меня обвинили в смерти национальной героини. Гермиона всё так же не сводила с него изучающего взгляда. Не выдержав напряжения, Драко раздражённо бросил: — Ты там что, язык вместе с кашей проглотила, Грейнджер? Гермиона вздохнула и тихо заговорила: — Знаешь, Малфой, когда ты действительно пытаешься быть откровенным, это слегка сбивает с толку, — она отвела взгляд, рассматривая свои руки. — Я не собираюсь играть в героиню и тем более погибать ради твоей репутации. Она снова посмотрела ему прямо в глаза, её голос стал чуть жёстче: — Если мы пойдём на приём, я сделаю ровно то, о чём мы договорились — ни больше, ни меньше. Я помогу тебе найти договор, если он там, и мы вместе придумаем, что делать дальше. Но если ты вдруг решишь совершить какую-нибудь безумную малфоевскую глупость вроде атаки на Беккетов, я лично обездвижу тебя и выставлю на обозрение в Министерстве. Гермиона выдержала паузу, внимательно наблюдая за его реакцией, затем вздохнула и чуть тише продолжила: — И, если честно, я понимаю, почему ты так не хочешь разрывать связь с родом Малфой. Это вообще не было моим первоначальным планом — я просто… не удержалась. Ты тогда так меня взбесил, что я предложила этот план. Она на секунду замолчала и едва заметно улыбнулась: — Кстати, это было очень мило с твоей стороны — прийти сюда и принести мне извинения. Я даже удивлена. — НЕ называй меня милым! — немедленно возмутился Драко, скривившись от отвращения. Гермиона не смогла сдержать улыбку, с притворной задумчивостью постукивая пальцем по подбородку: — Ну, что поделать, если ты тут ведёшь себя так, будто твоё сердце внезапно оттаяло? — Милые твои трусики в клубнички, Грейнджер, — с вызовом бросил он. — А я не милый. Гермиона театрально закатила глаза и усмехнулась: — То есть ты готов признать на всю магическую Британию, что влюблён в девушку, предпочитающую хлопок кружевным стрингам? — Это всего лишь шоу, — сдержанно заметил Драко. — Это твоя репутация, — парировала она. — Вообще-то, если на то пошло, то и твоя тоже, — его голос стал серьёзнее, исчезла вся игривость. — Сомневаюсь, что золотая героиня магической Британии в восторге от публичного романа с бывшим Пожирателем Смерти. Гермиона замолчала, на мгновение задумавшись, а потом подняла голову и посмотрела прямо на него: — Знаешь, Малфой, за мою репутацию переживать не нужно. Я уже достаточно давно не та примерная отличница, о которой писали в газетах, и, если честно, чужое мнение волнует меня в последнюю очередь. К тому же, все и так думают, что я отдалась тебе на том чёртовом пляже, — закатила она глаза. — О, на пляже? — ухмыльнулся Драко, притворно заинтересованно подавшись вперёд. — Это новость даже для меня. Надеюсь, хотя бы тебе было хорошо. — Поверишь, не особо. Твоё эго занимает слишком много места, — язвительно парировала она. — К тому же, я не фанатка песка в неподобающих местах. — Не переживай, в следующий раз выберем что-то поудобнее, — лениво заметил Драко, отпивая кофе и наблюдая за её реакцией. — Следующего раза не будет. — Ты уверена? Ведьмы говорят, что со мной трудно остановиться на одном разе, — он чуть наклонил голову и с притворной серьёзностью добавил: — Но если честно, я ожидал большего от нашей первой ночи, Грейнджер. Могла бы и постараться. Гермиона смерила его убийственным взглядом: — Прости, что разочаровала твои фантазии, Малфой. Видимо, я слишком умна, чтобы оценить все твои скрытые таланты. Он усмехнулся, откинувшись на стуле: — Грейнджер, ты понятия не имеешь, какие у меня скрытые таланты. Но я с радостью проведу тебе демонстрацию. Она едва сдержала улыбку, снова закатив глаза: — Я бы предпочла демонстрацию твоих талантов по молчанию. Желательно прямо сейчас. В общем, на публике я буду самой очаровательной и преданной девушкой, какую ты только мог пожелать. Главное, сам не провались, изображая влюблённого. Драко закатил глаза. — Давай серьёзно, Малфой, — вздохнула Гермиона, возвращая разговор к делу. — Нам предстоит свидание на этой неделе: двадцать четыре часа на глазах у всей Британии. И зрители должны поверить, что ты действительно выбрал меня. — Значит, играем убедительно, — он слегка кивнул. — Твои пожелания? — Мне будет достаточно, если ты перестанешь быть слишком «любезным» с Пэнси и не выставишь меня полной дурой в финале. Он хитро улыбнулся, явно провоцируя её: — Уточни, пожалуйста, что именно ты подразумеваешь под словом «любезным»? — Просто держи язык при себе и не суй его никуда лишний раз, — раздражённо бросила она. — Язык, ладно, понятно. А что насчёт чего-то другого? — с притворной невинностью уточнил Драко. — Пальцы? Член? Гермиона театрально вздохнула и слегка покачала головой: — На твое усмотрение, конечно. Просто хочу предупредить, что когда через месяц после финала мы с тобой «неожиданно» расстанемся, я дам интервью и поделюсь с общественностью подробностями нашего легендарного пляжного свидания. Например, скажу, что у последнего наследника Малфоев не всё так радужно в постели. Либо я ничего не почувствовала, либо это было настолько грустно, что даже вспомнить нечего. Драко медленно прищурился, оценивая её угрозу, но улыбка не исчезла с его губ: — Ты жестока, Грейнджер. — Просто имей это в виду. Повисло молчание. — Ладно, мне пора, — сказал Драко, поднимаясь. — Пойду и буду «не слишком любезным» с Пэнси. Гермиона приподняла бровь, стараясь выглядеть равнодушно: — У вас сегодня свидание? — Да, — он бросил на неё быстрый взгляд. — Начинается через час и продлится до завтрашнего утра. Она едва заметно напряглась, но быстро взяла себя в руки и улыбнулась: — Кстати, на наши двадцать четыре часа я приготовила кое-что особенное. Ты же помнишь, что часть дня должна организовать девушка? Он остановился и медленно развернулся к ней, подозрительно прищурившись: — Мне стоит начать бояться? — Лучше тренируй улыбку, Малфой. — А ты влюблённый взгляд, — он самоуверенно усмехнулся, подходя к камину. — Хотя… рядом со мной это несложно. Гермиона закатила глаза, едва сдержав улыбку. Когда он уже приготовился шагнуть в камин, она внезапно произнесла: — Когда мне организовать вашу встречу с Гарри? Драко замер, рука с щепоткой летучего пороха застыла в воздухе. — После нашего свидания, — наконец ответил он тихо. — Передавай привет Пэнси, — бросила Гермиона с лёгкой улыбкой. Он ухмыльнулся ей в ответ и исчез в зелёном пламени.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!