11. Эррор, Инк и скука.

      Инк недовольно поморщился, оглядываясь вокруг. Он гулял по дому, заглядывая по всяким тумбочкам, шкафам. Дошло даже до того, что он начал лезть под ковры, под диван, даже пытался что-то двигать, но каждый из предметов уже через некоторое время с лёгкой рябью возвращался на своё законное место. Подавляющее большинство мебели было лишь скриптом, декорацией. Понимаемо, у Инка в доме было нечто похожее, но этот факт ни разу не помогал ему с поисками.       Художник резко взялся за дверную ручку и открыл ее, заглядывая в комнату. Спальная: весь пол обложен матрасами, чтобы можно было завалиться буквально в любом уголке комнаты. Куча подушек, целая армия вязаных, мягких игрушек абсолютно разных размеров, в углу у окна лежал гигантский белый осьминог, что был Инку чуть ниже бочины. Единственное, что выделялось из сонной идиллии — это деревянный сундук, запертый на замок, но и это не то, что искал Инк. Он вышел из комнаты и подошел к комоду в коридоре, распахивая ящики. Носки, трусы, футболки, куча крючков, спиц, ножниц. Не то. Здесь было бесполезно искать.       Инк быстро вышел в коридор и зашёл в еще одну комнату, что была точно у входной двери. Потолок в этой комнате был стеклянным и точно пропускал бы свет, если бы в антипустоте он был, но, несмотря на это, тут всегда было светло. В антипустоте вообще самым странным образом работал чертов свет, вроде тьма кромешная, но вместо того, чтобы мешать зрению что-то увидеть в темноте, наоборот, все предметы вместо теней отбрасывали свет. Это до сих пор ломало художнику голову и вызывало ряд экзистенциальных вопросов. Он оглядел комнату, полную горшков с разными растениями: вот огромный горшок с алоэ, а вот, кажется, свои листья раскинуло долларовое дерево. Растения тут были везде, но это не важно, он не их искал. Он прошел в комнату и сразу подошёл к небольшому рабочему столу, открывая выдвижной ящик. Ручки, ножницы, новые, почти нетронутые простые карандаши, блокнот. Блокнот? Он открыл его, быстро листая страницы, бегая взглядом по кривому тексту. Кажется, это было что-то вроде руководителя по антипустоте ручной работы. Авторства, очевидно, Эррора. Весь текст был кривым, резким, эмоциональным, часто перечеркнутые предложения, изрисованные целые страницы, на последней на весь лист был изрисован одной короткой фразой «ПРАВИЛ НЕТ». Инк хихикнул и положил блокнот на место. Как бы там ни было, это не то, что ему нужно было. Он усмехнулся своим мыслям и вышел из кабинета, тут же встречая взглядом Эррора, что сидел на кресле. На его коленях лежал Хлор, а рядом с ним отложенные спицы, с которых вилось вязанное полотно. Сам же мужчина увлеченно заливал свой кофе с молоком и сахаром горой взбитых сливок. Гребаный сахарный наркоман. Блондин скучающе двинулся к нему навстречу и деловито уперся ладонями в подлокотники кресла, нависая над брюнетом, пошире открывая рот. Эррор взглянул на него, показательно вскинул бровь и, взболтав баллончик, сунул его прямо в чужую пасть, наполняя холодными сливками с горкой. Инк довольно улыбнулся, закрывая рот только, наверное, с третьей попытки, после чего с разворота запрыгнул на диван, опрокидывая голову с подлокотника, рассыпая свою длиннющую гриву. — Че искал? — поинтересовался Эррор, отпивая свой сладкий кофе и сразу утирая нос от сливок. — У тебя во всем доме закончилась бумага. Даже туалетная. — Ты че, все изрисовал? Уже? — Мнгм. Тут скучно треш. — Хочешь, научу вязать? — Нет. Ни за что. Даже не предлагай. Не представляю, как тебе хватает выдержки на это. — Ну, как хочешь. — Эррор… — М? — Эр-р-р-р-рор. — М-м? — Эр-р-р-р-ро-о-о-ор-р-р… — ДА ЧТО ТЕБЕ НУЖНО? — Эр-р-рор-р. — Я тебя щас за дверь выставлю. — Принесешь мне скетчбук? — И откуда я должен тебе его достать, осмелюсь спросить? — Ну, не знаю. Может, поищешь где-нибудь по ау? Только чтоб побольше. И с хорошей бумагой. О, и чтоб с рельефом. — Бля-я. Может, тебе ещё из страусиного пера найти скетчбук? С матовым покрытием? Или из лопуха, раз всю туалетку ты изрисовал? — тот тяжело вздохнул, — Ладно. — он оставил стакан с кофе спокойно себе левитировать в воздухе. Поднимая спицы, он начал ими щелкать друг об друга, — Ща, пару рядов отвяжу и схожу. — Как ты это сделал? — Что? — Оставил кружку в воздухе. — Я уже говорил, что тут ни хуя не работает, гравитация в том числе, — он повел плечом и указал пальцем в потолок. Инк с интересом поднял взгляд, уже приоткрывая рот в немом вопросе, но тут же захлопнул его, увидев на потолке в углу матрас. — Что за… Как ты его… Кажется, на этом моменте сюжета я должен был привыкнуть к этому, но… Ладно, хорошо, допустим. Так зачем он тебе? — Валяюсь там, когда хочется сменить обстановку, — хихикнул брюнет, на огромной скорости набирая петли на спицы. Инк замолк, поднимая ноги к верху и глупо разглядывая потолок. Чудесное место эта анти пустота. Это просто один большой мир всех возможных ошибок вселенной. Он хмыкнул, глянув на увлеченного своим хобби Эррора, а после вспомнил, что он и сам тут находится. Здорово. Так хорошо и спокойно. И почему он был так рад этому факту?       Тихое цоканье спиц вдруг прекратилось, и Эррор без лишних слов растворился в глюках, заставляя вязанного динозавра свалиться на диван и в полном непонимании оглядеться вокруг.       Инк же звонко хихикнул и, вытягивая свои длинные конечности и ловко подхватил животное на руки, усаживая на свою грудь. — Вот мы и остались один на один с тобой, Хлор… — соблазняюще прикусывая губу и вскидывая бровь, промурчал художник.

***

      После ухода Эррора прошло всего минут 30 по ощущениям. Или все 45? Почему в этом доме нет часов? Хотя наверняка они работали бы тоже через одно место, наверное, оттого их тут и нет. Инк протяжно зевнул в ладонь. Хлор давно ускакал куда-то заниматься своими делами, а художник остался лежать на диване, преданно ожидая своего спасителя. Когда он уже придет? Что можно так долго делать-то? Хотя, наверное, его нет не так уж и много для этого места? Голова начинала кипеть от всего того непонятного, что тут происходило.       Тихое жужжание прервало тишину и пыхтение шестеренок в чужой голове. Блондин обернулся, разглядывая Эррора, что тут же свалился на кресло, с интересом разглядывая скетчбук. На сердце стало нехорошо, его отсутствие души точно выло от того, как это всё нехорошо выглядит. Инк медленно поднялся с места, вопросительно глядя на брюнета. — Ну нихуя себе, сказала я себе. Вот это я красавчик. — мечтающе вздохнул Эррор, и Инк тут же сорвался с места. — Ты что, взял его из моего дома?! — Ну а где мне еще надо было искать подобные штуки, как не в доме художника всея мультау? — хихикнул Эррор и тут же вытянул блокнот над головой, второй рукой зажимая блондина, прижимая к себе. — А ну ОТДАЙ! — начал брыкаться художник, вытягивая руку и пытаясь дотянуться до заветного скетчбука, но его сжали лишь сильнее. — НЕ-А! ДАВАЙ ОБЪЯСНЯЙ, КАКОГО ЧЕРТА У ТЕБЯ СТОЛЬКО ЛИСТОВ ИЗРИСОВАНЫ МОИМ ЛИЦОМ?! — Я не буду это объяснять, особенно тебе. ОТДАЙ! А то я тебя… — он осекся, не зная, чем можно пригрозить глючному, но мысль быстро достигла его, — …За СИСЬКУ УКУШУ! — ЧТО?! — в ту же секунду громко загоготал Эррор, но тут же заглох, сорвавшись на прерывающийся на глюки крик, когда чужие зубы впились ему в мягкую кожу. — АЙ, БЛЯТЬ! СУКИН ТЫ СЫН! — завопил он, непроизвольно отпуская блондина из своих рук, что тут же выбрался и выхватил из его рук свое заветное сокровище. Инк неуклюже свалился на диван, подбирая свои конечности, после чего уселся так далеко от Эррора, как только смог. Художник ловко вытащил из недр волос карандаш, открыл чистую страницу и принялся что-то вырисовывать.       Эррор, шипя, недовольно потирал пострадавшее место. Лаги крупным табуном прошли через его тело, но после тот лишь шмыгнул и, складывая ногу на ногу, подпер щеку кулаком, разглядывая чужую спину под огромным облаком пушистой шевелюры. М-да, когда в его доме стало настолько весело и небезопасно?       Он поджал губы и все-таки не смог справится с интересом, что сейчас буквально разрывал его. Он максимально тихо поднялся с места, подкрадываясь к художнику со спины. — Что рисуешь? Мою милую мордаху? — через зубы зашипел тот весело. Если честно, ему было безумно интересно с какого перепугу он стал звездой всех этих зарисовок. — Ну конечно! — хмыкнул Инк и, поднимая скетчбук, показал тому быстро нарисованное причинное место, заставляя Эррора, что уже любопытным котом вытянул морду, звонко цокнуть и показательно закатить глаза. — Не зазнавайся, скажи спасибо своему оригинальному дизайну. А я ведь даже не принимал участия в его создании! Грех было не нарисовать. Ну, возможно. Чисто гипотетически, я слегка увлекся, — почесывая пальцами колючий подбородок, задумался Инк. Он неловко вспоминал моменты, когда бесстыдно наблюдал за Эррором в те редкие моменты, когда тот все-таки покидал свое укрытие, что сейчас, как оказалось, было его домом. А блондин все ломал голову: почему этого чернокожего невозможно было найти. Что ж, ответ впечатлил. — Тебе нравится мой дизайн? — искренне удивился Эррор и взглянул на свои руки. Ему и самому нравилось то, как он выглядит, но обычно другие говорили, что он уродлив. — Конечно! Я никогда не видел никого, у кого была хотя бы немного похожая внешность! Чего стоят твои валенки! Ты в принципе очень красивый. — О? Значит, это у всех остальных глаза на жопе, раз не видят моей красоты? — Ну, да? Разве это не очевидно? Только слепой не оценит твой дизайн. Я это… как там говорилось? «Я бы такому дал»??? — «Я бы вдул»? Ну нихуя себе. Ты прозвучал как дед, но я польщен. Будет странно, если я скажу, что ты круто рисуешь? В смысле, конечно, это твоя единственная задача, но все же. — Оу, как мило, — прищуриваясь, с противным показным сарказмом промурлыкал Инк и обернулся на Эррора, что уже навалился локтем на спинку дивана, подпирая щеку и заглядывая ему в скетчбук через плечо. — Погоди, «как дед»? Ты хотя бы знаешь, сколько мне лет? — вскинул бровь Инк и на секунду задумался. — Даже я не знаю. Короче, завались. — О? Я задел тебя? Инки злится? — Ой, ну на такую мордашку я злиться не могу. — продолжал он соблазнительно плеваться ядом и протянув руку, развернулся к нему всем телом, нагло, смачно хватаясь ладонью за чужую ягодицу, заставляя брюнета дрогнуть. — Воу, это было как-то по-гейски. — шикнул он с отторжением, но плавно качнулся макушкой ближе к чужому лицу, — Мне нравится. Засосемся? — заулыбался он, показывая два ряда слегка пожелтевших зубов. — А давай, — без капли сомнения Инк двинулся к нему на встречу, упираясь ладонями в обивку дивана, но Эррор дал заднюю, немного качнувшись назад. — Погоди, что? Ты серьёзно? — А ты что, зассал? — длинные пальцы художника скользнули по его подбородку с аккуратно притягивая к себе, поддразнивая. — …Да нихуя подобного. — он снова двинулся вперед, смело прижимаясь своими губами к чужим, резво целуя. Он громко причмокнул и наклонил голову на бок, умело подхватывая парня под затылок, легко проникая языком в приоткрытый рот, прилизываясь к чужому, неловко подвинувшемуся языку. Эррор резко разорвал поцелуй, облизываясь, и хитро взглянул на художника, тыльной стороной ладони утирая губы. — Ну как? Я давно так ни с кем не целовался… Хотя я, кажется, пизжу. — вскинул он бровь и, почесывая подбородок, задумался. А куда он дел Ласта? — Никогда ни с кем так не целовался в принципе, — неловкой японской школьницей признался Инк. — Ну, я видел и читал невероятное количество творчества с подробнейшими описаниями, но попробовать самому куда интереснее. Давай еще раз? — Ну нет, с тебя хватит. Сиди, рисуй, художник, — он хлопнул его ладонью по макушке и лихо спрыгнул с дивана, как ни в чем не бывало. — Пойду поработаю, что ли, — повел он плечом. — Приду - проверю, че ты тут накалякал, — с какой-то шуточной угрозой хмыкнул он, глянул на блондина. — Блин. Ну и вали, — пожал плечами тот, недовольно кусая морду. — Мне тут с Хлорчиком повеселее будет. — Ага, развлекайся, — подмигнул он художнику и испарился в глюках.

***

      От его гнева, кажется, даже воздух вокруг сотрясался, стоило ему вернуться домой. Вязанный динозавр тут же весело прибежал к хозяину, но, увидев его, замер, кажется, чувствуя, насколько тот был зол, но, увидев питомца, Эррор лишь вздохнул и подобрал его на руки, даря пару поцелуев в его вязанную морду, а тот лишь весело начал махать хвостом. Наступая на свои пятки, Эррор разулся, проходя в дом. Он уже хотел что-то сказать, но слова застряли в горле, когда тот увидел Инка, что, казалось, просто уже прирос к дивану, приобретая совершенно необычный вид. Казалось, его лицо покрылось плесенью, пока он тупо залипал в экран. — И что за пиздец произошел с твоим дизайном? — вскинул он бровь, присаживаясь на диван рядом с художником. — Аа…? — блондин глупо огляделся, еле как подбирая свою челюсть и лениво поднимая руку, прикоснулся к своему лицу, где, кажется, что-то изменилось. Ах да, точно. Он покрылся бородой. — А… не знаю. Он просто в один момент сменился. — сухо пожал он плечами, возвращаясь в позу, в которой уже не чувствовал своего тела. — Выглядишь хуевенько, как будто у меня в доме бомж, — цокнул языком Эррор, но вдруг напрягся, — так стоп. Твой дизайн сам резко изменился? Это значит…? — Ага. — Ага… Так значит, они знают? — Ну… Я не знаю. Либо они все решили дать мне отдохнуть, либо одни авторы укрывают меня от других. Второе более вероятно, потому что я чувствую, что во мне нуждаются. — И ты ничего не будешь с этим делать? — Ну… раз я все еще тут - значит, нет. Учитывая, что мне даже дизайн для этого сменили. Наверное, это чей-то сюжет. — Ясно, — вздохнул брюнет, приглаживая питомца по спине, — Нам никогда не выйти из череды сюжетов, да? — Похоже на то. — Ну и похуй. — Согласен, — зевнул в сторону Инк и все-таки отлип спиной от спинки дивана, немного вытягиваясь, кряхтя от хруста своей спины. Он оглядел свое тело. Черт, даже одежду сменили. Теперь он сидел в широчайшей футболке и цветастых домашних широких штанах из приятной ткани вместо привычного комбинезона, футболки и майки. Кайф. Инк даже подумывал о том, чтобы сделать этот дизайн основным. — Мда, в прошлом дизайне ты выглядел презентабельнее. Когда ты его, кстати, получил? — О чем ты? — Ну, до того, как ты решил уничтожить всю мультау, ты гонял в том дебильном меховом шарфе и босой, а тут и шарф нормальный, и сапоги появились, и шевелюру отрастил львиную. — А, м, э-э… — Очень информативно. — Завались. М… Да не так давно, буквально до того, как я решил всё тут кокнуть. Я даже тогда не сразу заметил, а потом как-то плевать стало. Но волосы шикарные, мне нравятся, в них хорошо хранить карандаши, — хихикнул он. — Мм, понял. — кивнул он и отпустил динозавра на пол, расплываясь на диване. — Ты, кажется, должен был что-то там сделать с Икс Гастером. — Что? — нахмурился блондин и вдруг подорвался с места. — О ЧЕРТ, Я СОВЕРШЕННО ЗАБЫЛ! — Ага, а вот он искал тебя и вытрахал мне все мозги со своими «я создатель, я автор» бла-бла-бла. — Бли-и-и-ина… Черт… Ну ладно. — вздохнул он. — Че говорил-то хотя бы? — Да хуйню всякую заливал. Попросил, кстати, тебя вернуть ему душу или типа того. — пожал он плечами, и Инк тут же оглядел свои бедра, с облегчением находя на них голубую сумку со звездами, став в ней рыться. — У тебя что там, реально чья-то душа? — Да-да, он попросил меня придержать ее. — Тц, что-то ты ему много позволяешь, знаешь. — Да мне как-то не до него было, как закинул в сумку, так и забыл. Мм, сможешь открыть портал к нему? Я просто заброшу ему это и всё, — он достал из сумки небольшую колбу с половиной фиолетовой души. Эррор оглядел ее и без лишних слов одними пальцами открыл небольшой портал, куда Инк аккуратно попытался вложить колбу, но та все ровно шлепнулась вниз, звонко звеня о пол. — Ой, — тихо шепнул он, когда портал закрылся, и пожал плечами. — Ну и ладно. Он не рассказывал, что там опять задумал? — Не, — лениво качнул головой Эррор, оглядывая свой потолок, — Не хочешь размяться? — В смысле? В антипустоте? Ну нет, спасибо, я еще с прошлого раза не отошел. — Нет, мне надо что-нибудь сломать. Можно прогуляться в какую-нибудь ау, которую мне надо уничтожить. Конечно, если ты хочешь, — повел он плечом. — То есть… выйти отсюда, пойти в какое-то ау… И уничтожить ее? — Я планировал прежде уничтожить всё внутри нее. Ну типа, дома, монстров, людей, моральные принципы, ну и всех, кто попадется под руку? Тсс… Это будет слишком для тебя? — Ты что, серьёзно? — округлились глаза у художника. — Ты зовёшь меня уничтожить ау? Я же только то и делал, что защищал их от тебя. — Ну… Я просто подумал, что… Блять, иди нахуй, не хочешь идти, не иди. — КОНЕЧНО Я ХОЧУ ПОЙТИ! — почти пропищал блондин, вскакивая с места. — В смысле, ну, раз тебе все равно нужно ее уничтожить и она никому не нужна, почему бы и нет? Эррор удивленно оглядел блондина. — Черт, ты точно тот же Инк, который надирал мне зад за каждое «злодейство»? — Я устал тут сидеть, — шмыгнул носом Инк. — Да и если ты так соскучился по нашим дракам, то я и так могу тебя побить, без причины. — ехидно хихикнул тот и уже показательно поднял кулак. — Ну-ну-ну, попридержи свои фетиши при себе. Пошли, — Эррор поднялся, и их обоих растворило в глюках.       Локация сменилась в одно мгновение, вместо уютного дома они оказались посреди улицы города, на поверхности. Вокруг было тихо. Закат расцветал на глазах, бутонами роз растягиваясь по всему небу, окрашивая всё видимое глазу в тёплые жёлто-красные оттенки. Инк огляделся вокруг, прищуриваясь. — Так, узнаю эти пустые локации. Дай угадаю… ммм, Гличтейл? — Мимо. — кратко отрезал Эррор, — Аушка по АндерСвапу. — О как, ну и хорошо, я уж испугался, что Глич решили удалить. — Да ну не, Глич ничего такой, будет грустно его удалять. — Вот и я уже расстроился, хах, — почесывая затылок, проникая ладонью под свои густые волосы, хмыкнул Инк. — Так, э-э, и в чем суть? — Не знаю, ты должен это знать. — пожал плечами Эррор, начиная вальяжно расхаживать то туда, то сюда, сложив руки по карманам. — Я не могу помнить все. А! Вон, вижу Свапа! — весело улыбнулся блондин и помахал рукой, что не осталось незамеченным, блондин в синем шарфе тут же ринулся с места, быстро подбегая к художнику. — Инк! Давно не виделись! — счастливо заулыбался тот, тут же заключая друга в крепкие объятья, даже немного приподнимая над землей. — Как ты? Как дела? Это кто с тобой? — Да так, — не слишком разговорчиво кинул художник и отпрянул от друга, намереваясь прекратить объятья. Свап же, почувствовав чужое нежелание, отпустил того, немного отходя. — Вау, у тебя что-то случилось? Ты выглядишь очень… — Не очень, ага, — хмыкнул Инк и, протягивая к тому руку, призывая чужую душу, без каких-либо колебаний сжал ее в руке, разбивая. Парень не успел никак среагировать, кроме того, что растерянно схватился за грудную клетку, поднимая ошарашенный взгляд на друга, а после лишь упал замертво, пока его душа осыпалась прахом, которую художник просто стряхнул с руки. — Что? — поинтересовался тот, замечая чужое лицо, выражающее удивление во всех его красках, искренняя эмоция шока читалась на лице глючного. — Вот так просто? Даже… даже плакать не будешь? — проморгался Эррор, неловко отводя взгляд в сторону. — Я тебя умоляю, я же знаю, что это не мой Свап, он даже тебя не узнал. — Резонно. Но тебе правда его не жаль? Даже чуть-чуть? — Ты хотя бы представляешь, сколько раз я видел его альтернативные версии? Где он русалка, птица, вампир, где маленький, большой, и каждая такая версия в хоррорсвап, сторишифтсвап, свапсторишифт, феллсвап, свапфелл, кендисвап. О вселенные, я сейчас даже, блин, всего и не вспомню! Как думаешь, сколько раз я видел, как кто-то из этого бесконечного количества Свапов умирал? И прикинь, что было бы, не стало бы мне насрать? — Ну да, справедливо, — лишь понимающе усмехнулся брюнет. — Так че, с чего хочешь начать? — А с чего можно? Какой у нас план? — План? Ну… Мы много чего можем сделать, в тупую всё тут разрушить, сжечь, заразить всё глюками, хотя это скучно, хотя! Можно вникнуть в доверие к персонажам, а потом устроить тут какой-нибудь апокалипсис, покрыв всё глюками, и в ужасе разводить руками, мол «да я ваще не понимаю, что происходит», о! Я еще пару раз притворялся богом, что пришел покарать их за грехи, вот это было весело. Или можно настроить монстрбоссов друг против друга, тоже ниче так. Можно еще через код пустить какую-нибудь заразу и устроить зомби-апокалипсис или- — НЕЕЕТ! — увлеченно рассказывающего все варианты развития Эррора и Инка, что с огромным интересом его слушал, кивая, прервал громкий женский голос. — Ну еп- — удручённо вздохнул Эррор и оглянулся на девушку-монстра, что бежала к ним, от человека её отличали только драконий хвост, крылья, рога и непростительно большой объём бюстгальтера. — О, я помню эту ОС. — тихо шепнул Инк, не сдерживая улыбки, бегая взглядом по девушке, что подняла на руки тело Свапа, осматривая. — Нет! Что вы сделали с моим мужем?! Блу! Блуберри! — кричала та, клацая острыми зубами, от чего глючный и художник в один момент прыснули. Инк прикрыл рот, не давая себе волю в хохоте, а вот Эррор себе не отказывал, громко засмеявшись. — Почему вы смеётесь?! — зарычала та и с хлопком раскрыла кожаные крылья. — ДА Я ОТ ВАС И ЖИВОГО МЕСТА НЕ ОСТАВЛЮ! — вопила девушка, в момент обращаясь в огромного дракона, заполоняя собой всё возможное пространство, хвостом сбивая пару машин. Эррор тут же отскочил в сторону, подхватывая себя нитями, а Инк замер, опрокидывая голову, восторженно разглядывая чужие размеры. Осознав опасность, он двинулся в сторону в попытке достать Бруми, но тут же обломался, ибо Бруми под рукой не нашел, а чужая тень всё больше начала его накрывать.       Эррор поглядел на него со стороны, ловя себя на забавной мысли: «Кляксу сейчас превратят в буквально кляксу на асфальте», — хмыкнул он в мыслях, но тут же охнул, наматывая нити на руки. Нити в последний момент успели подхватить художника, плотно обматывая под руки и тело, поднимая выше, не давая огромной лапе его раздавить. Он поднял художника повыше, на крышу, в моменте решая, что это достаточно безопасное место, не то чтобы его сильно волновала чужая жизнь, но если его перезапустят, ему вернут кисть, а Эррор еще не был уверен в том, что мультау ничего не угрожает.       Момент, и глюки съели его, собирая обратно в воздухе, точно за шеей голубого дракона. Незамеченным он не остался, тварь начала вертеться и наполнять пасть огнем, в полете Эррор не растерялся и нитями схватил чужую морду, образуя плотный намордник, а сам по инерции от чужих движений на нитях обмотал животному и шею, упираясь пятками в плотную, твердую чешую, с силой натягивая нити, пытаясь обезвредить монстра, но чужая пасть, на удивление, оказалась сильнее, разрывая нити на челюстях. Из-за постоянных движений и поднимающегося ветра от хлопающих крыльев Эррор не сразу заметил чужого освобождения, но краем глаза увидев чужую пылающую огнём пасть, тут же заставил нити с другого конца вытянуться и, уничтожая старые, намотал на руках новые, с силой затягивая. Нити стали активно появляться из земли, и Эррор постарался вслепую связать дракона, по лапы, крылья, туловище, но чужая сила превосходила прочность синих нитей, заставляя их просто лопаться. Он не мог обезвредить это существо, его нити не брали даже шею! Что не так с силой и броней этого ОСа?! Гребаные Мери Сью. Вокруг замелькали огоньки, но он не обращал на них внимания, пока прям над головой не загорелся ярко голубой луч, что бил точно в лицо дракону. Что за дела? Санса этой ау убили. Он выглянул из-за шеи дракона и не поверил своим глазам: голубой луч сменился красным, теперь уже огнём, полыхая и оглушая гиганта, и тут же цвет сменился на зеленый, распространяя яд, что вдохнуло чудище сразу после горячих потоков. О да, он точно узнает этот Гастер-бластер. Белый, покрытый черными полосками череп захлопнул свою пасть, а с крыши вниз выглянул художник. Эррор довольно хмыкнул. — Инк! — крикнул он, привлекая внимание, и натянул пару-тройку нитей между зданий. Не задумываясь ни на секунду, художник схватился двумя руками за нити и сиганул вниз, кажется, даже что-то весело крича в полете. Глючный не стал медлить или мелочиться, призвал сразу около сотни нитей, что тут же появились из земли и, намотавшись на шею дракона, в землю же и ушли. Этого хватило ненадолго, но на пару секунд ему удалось заставить ОСа опрокинуть голову назад, открывая доступ к грудной клетке. Инк с силой, плечом врезался в твердую грудь, но в секунду призвал чужую странную бирюзово-зеленую душу одной рукой и с размаху ударил по ней пяткой, заставляя треснуть и врезаться в асфальт. Он отпустил нити и тут же с громким «уф» свалился на землю спиной, окончательно разбивая душу. Художник замер, с благоговением наблюдая за тем, как огромный монстр рассыпается прахом, как будто внезапно посреди теплой погоды начался снегопад. Красивое зрелище. Инк вдруг почувствовал себя таким свободным, опустошенным. Пустым. Это все не было плохо, напротив, он словно… заново родился? В бок пришелся удар чужой мягкой обувью. — Чего разлегся? — хмыкнул Эррор, и Инк тут же схватил его за ногу, дергая на себя, заставляя свалиться сверху. — Инк, блять! — гаркнул глючный, тут же покрываясь лагами, пока блондин лишь весело загоготал, ощущая на себе вес чужих ног. — Не блядь, а честная давалка. Смотри, как прах красиво осыпается! — Ты придурок конченный, — зарычал Эррор и попытался встать, но художник играюче взял того за воротник, притягивая к себе, заставляя того только громче взвыть. — Клякса, блять! — заворчал мужчина. — А где твои валенки? — удивился блондин, разглядывая цветные носки на темной коже. — Что? — Санс! Королева! — в ужасе раздался мужской голос, и оба тут же подскочили, цепляясь взглядом за Свап Папируса, а уже потом за обезображенное тело Ториэль, на которую, кажется, просто наступили, так вот что это были за огоньки. Эррор, ощутив что-то горячее и мокрое на затылке, притронулся к своей колючей голове и поднес руку к лицу, замечая кровь, он оглянулся на Инка и заметил, что тот поступил так же и глядел на свои окровавленные пальцы, а после заулыбался, глянув на глюка. Эррор цокнул и, не раздумывая, чиркнул пальцами по чужому лицу, тут же вскакивая с места, не давая тому сделать то же самое с собой. — Эй! — весело гаркнул блондин и подорвался с места, еле успевая пригнуться от луча оранжевого бластера, подпаливая себе кончики волос. Он схватился за горящие локоны и встряхнул их, туша огонь, хлопая по волосам. Он резко оглянулся, замечая Эррора. — КТО ПОСЛЕДНИЙ, ТОТ ПИДОР! — громко угрожал брюнет, в беге ловко уворачиваясь от костей. Инк хохотнул и подскочил, призывая бластер, приземляясь ему на лоб, и тот на скорости двинулся вперед, с грозным рёвом выплёвывая ядом на кости, что загораживали ему путь. — ГОТОВЬСЯ К ПОРАЖЕНИЮ! — захохотал по-злодейски художник, громко охая, когда бластер под ним резко остановился, путаясь в нитях, блондин тут же свалился на землю, проезжая на спине некоторое расстояние, но его резко швырнули в сторону нити, схватившие его за руку, не давая оранжевому лучу подпалить ему зад. Инк быстро собрался в кучу, еле успевая подпрыгнуть от появляющихся из-под земли костей. Снова приземляясь на землю, Инк огляделся, замечая не так далеко труп Санса. Он шикнул и схватил его за ногу, с разворота швыряя его в глючного, попадая точно в цель, сбивая его с ног, впечатывая в стену и покрывая кровью, которой лопалось тело. — НЕТ! САНС! — в истерике завопил мужчина в оранжевом и резко схватил воздух рукой, чем заставил художника лишь захохотать. — Отсоси, у меня нет души! — ТАК НЕЧЕСТНО, МУДИЛА, ДРУЗЬЯМИ ТАК НЕ РАЗБРАСЫВАЮТСЯ! — закричал Эррор, оттирая лицо от крови. — ПОШЕЛ НАХУЙ! — весело крикнул Инк и снова отпрыгнул от костей, но на этот раз оттолкнулся от них, подлетая выше и руками хватаясь за зубы бластера, что снова на скоростях двигался в сторону Папируса. Эррор что-то прикрикнул, но Инк не разобрал от ветра, что бил ему в уши. Глючный намотал нитей на здания и рывком оторвался от земли, поднимая себя на нитях и оттолкнувшись ногами от стены, бросил себя в открытый полет.       Он вдруг вспомнил, когда впервые ему пришлось в пылу сражения оказаться в открытом падении, он так растерялся, что не смог ни телепортироваться, ни призвать нитей и просто умер, ударяясь о землю. Сердце тогда схватило и сжало под адреналином и сильнейшим страхом. Во второй раз то же самое, он лишь помнил, как было больно приземляться и как он потом снова просыпался в другом, безопасном месте. Но каждый бой, каждый новый бой, каждый новый прыжок в пустоту, когда он хотел просто сбежать, выжить, не умереть от чужих рук, отбивал ему это чувство страха, руки двигались всё быстрее, мозг больше не застывал в страхе, ни перед смертью, ни перед угрозой. Смерть как таковая его больше не пугала, это было лишь что-то вроде проигрыша, после которого можно было встать и продолжить, вернуться в бой или сбежать.       Он приземлился ногами на чужой Гастер-бластер и схватился за его глазницы руками, на мгновенье опускаясь вниз. Лишь для того, чтобы показать язык художнику и отскочить от черепа, хватаясь нитями за выступы на зданиях. Папирус успел увернуться от его руки, но не от туши, от чего Эррор просто влетел в него, сам теряясь в пространстве. Глючный поднялся на руках, оглядывая тело под собой, и резко схватил чужую душу, смотал ее нитями и затянул, заставляя ту лопнуть. — Нет! Почему он, а не я?! — в расстроенных чувствах взвыл Инк, скользя по асфальту на подошве. — ХА-ХА! ВЫКУСИ, ПИДРИЛА! — захохотал брюнет, поднимаясь на ноги, отряхиваясь от крови. — ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО?! — раздался теперь уже женский голос жёлтой ящерицы.

***

— Ахах! А потом она! О Вселенные, ты бы видел ее лицо! — весело хохотал художник на фоне разрушенного города. — Я видел, — хмыкнул Эррор, разглядывая вид звезд, которые было так хорошо видно с крыши здания, на котором они сидели. — Забавно, что они все выходили друг за другом, словно ждали очереди умереть, — заметил Инк, утирая лицо от крови. — Да они всегда так делают. — устало вздохнул брюнет, чувствуя, как всё тело ныло от перегрузки. — Да… Вот теперь я чувствую себя хорошо, — прикрыл он глаза, улыбаясь, чувствуя прохладный, свежий воздух поверхности. — Ага… — успокоившись, кивнул Инк, разглядывая небо. Они замолчали на некоторое время, позволяя телу и мозгу немного отдохнуть от насыщенных битв. Где-то сзади раздался грохот, очередное здание обрушилось, и оставшиеся снизу выжившие завопили, прощаясь со своими крохотными жизнями. Так спокойно, так хорошо. — Черт, я стал таким агрессивным… — Мм? — вопросительно промычал глючный. — С тобой я стал намного агрессивнее: раньше я бы не позволил себе материться или говорить что-то плохое открыто, сначала я чувствовал себя странно, ужасно, хотелось тебя придушить, но… Вместе с этим я стал счастливее? У меня появилось больше сил и желаний, я наконец вспомнил, что такое эмоции, узнал, что такое понимание, и… Это треш. Но прикольно. Но треш. — Ты убил только что кучу людей и монстров, даже без своей кисти. — Ага. Треш, да? Мне совсем не стыдно. — Ты ужасен. — Как и ты. — В точку, — хохотнул Эррор. — Знаешь, мне всё кажется, что ты мне врёшь. — Что? В смысле? — Ну знаешь, словно это твой какой-то дебильный план по тому, как вторгнуться мне в доверие и совершить какую-то подлость. — Оу, у кого-то проблемы с доверием, а? — И чья же это вина? — Да ладно тебе, что я вообще могу тебе сделать? — Ну не знаю, столкнуть с крыши? — Ты же просто перезагрузишься. — Я знаю. Знаю, что я сам тебя сюда притащил и в свой дом я тоже тебя сам затащил, но всё как-то… мм… Слишком хорошо, не находишь? Типа раньше ты мне казался тупой картонкой, вечно улыбающимся подсосником авторов, который изредка творил какую-то херню и мешал мне жить, а теперь… Кажется, ты вообще не такой? Какой-то многогранный, интересный? — Так вон оно что, понял. Ты вообще раньше был просто болванчиком, буквально, помнишь это? А потом жестко наврал всем, мистер «Делит». — Ой, даже не напоминай, мне стыдно за эту херню. — Ты был милашкой, — промурчал он. — Ага, точно. — хмыкнул брюнет, закатывая глаза, — Слушай. — Мм? — Ты не злишься на меня? Не ненавидишь? Ну, в смысле, раньше мы лаялись только так. — Да не, забей. — Реально? — Ощущение, как будто всего того и не было? Или было слишком давно. — М-м. И в правду. — Эррор… — Мм? — Сейчас очень романтичный момент, не находишь? — Не начинай. — Да ладно тебе, звание пидора официально мое. — Ты его не заслуживаешь, ссаный девственник. — Так исправь это, — он потянулся к глючному, вставая на четвереньки, и слегка покачал бедрами, играя бровями. Он открыто хихикал и не скрывал открытых поддразниваний. — Тсс, придурок. — хохотнул тот, — Не на крыше же. — Почему? — оскалился тот в улыбке, показывая свои кривые зубы, оказываясь совсем рядом. Эррор шикнул и пальцами схватил его за бороду, притягивая к себе, уводя в поцелуй. Инк довольно замычал и переместился телом ближе, вжимаясь в мягкие губы, расставляя руки по обе стороны чужих бедер, упираясь на холодный бетон. Чужие руки плавно оказались на его шее, грубо сжимая в теплых объятьях. Они не спеша опустились ниже, и Эррор расслабленно улегся на ровную поверхность, жадно причмокивая, пожевывая губами чужие губы, замечая активную отдачу, достаточно уверенную для второго в жизни поцелуя. — ММ! — Эррор резко отпрянул, разрывая поцелуй, — Ты куда руки тянешь?! — гаркнул он, ощущая чужую мужскую ладонь на своем паху. — Я никогда никого там не трогал, — глупо улыбаясь, признавался он. — С чего ты взял, что меня можно?! — клацнул он зубами. — Ну ты всё ещё не пнул меня по яйцам, хороший аргумент? Эррор затих. — Да, вполне. — повел он плечом и отпуская чужую шею, оставил ладони на его плечах. — Да! — весело облизнулся Инк, легко справляясь с чужим бельем под резинкой. — Ох… Да, вот так, мрр…