43. Всё сначала (Гарри/Дафна)

      Их губы разъединились, но он всё равно не отпустил её. Её глаза были широко раскрыты и сияли, словно что-то ища в его собственных, а её волосы, ох её волосы пахли божественно. Она пахла Дамаском, Ханданом, Флоресом — сотней разных мест, которые хранились только в ней. Улица вокруг них, шум, люди — всё это исчезло. Только ощутимый вес её тела, прижатого к нему, был важен в тот момент.       — Который раз уже пошёл? — спросила Дафна, запыхавшись, глаза по-прежнему глядели куда-то вдаль, глубоко задумавшиеся.       — Двадцать второй, кажется. — Ему также было тяжело дышать. Его сердце бешено колотилось. Мозг плавился в черепной коробке, и он чувствовал, что может упасть в любой момент. — Позволь мне просто сказать, Даф, ты становишься всё красивее с каждым разом.       Она рассмеялась — даже её смех стал красивее — и наконец отвернулась.       — Старше. Я становлюсь старше с каждым разом. Хотя в этом нет никакого смысла.       На этот раз они были в Антверпене. В последний раз они были на восточном фронте, на несколько столетий впереди. Гарри всё ещё не мог свыкнуться со всей этой чепухой. Он давно перестал пытаться. Пока он мог найти Дафну, ему было всё равно. Каждые семь дней новое тело для его души. Каждые семь дней их снова разделяют.       — С каждым разом у тебя получается всё лучше, — улыбнулась она, и её почти беззвучный шёпот сотворил чудеса с его кожей.       Гарри улыбнулся и игриво чмокнул её.       — Ты про поцелуи или то, что я нашёл тебя?       На этот раз она не была блондинкой. Её тёмные локоны, вьющиеся вокруг лица, мягко падали на плечи с тем же обычным изяществом. Её глаза были уже не голубыми, а обычными карими; они смотрели на него с ошеломляющим напряжением. Гарри помнил пухлые губы и румяные щёки, надменный взгляд, добрые глаза, морщинистую улыбку, всевозможные виды челюсти, дюжину оттенков кожи, изящные ноги, мускулистые руки; он помнил, как она возвышалась над ним; он помнил, какой она была миниатюрной. Но каждый раз у него перехватывало дыхание; каждый первый взгляд был захватывающим зрелищем; каждый поцелуй был таким же, как их первый. Каждая секунда пробуждения не приносила ничего, кроме слишком знакомой боли.       И каждый раз он находил её, с самого начала зная, куда идти, где искать, где быть. Это было Волшебство. Таков был порядок вещей.       Она с силой поцеловала его, как делала всегда, когда хотела отругать, но не могла оторваться от него.       — Мы говорили об этом уже полдюжины раз.       И они снова будут вместе. Он будет шутить, целовать её, ласкать и любить, а через семь дней они проснутся порознь, и через семь дней он начнёт путешествие заново. У них снова будут долгие разговоры о том, что всё это несправедливо, что Вселенная вообще не имеет смысла, что она, похоже, ненавидит их и желает сделать несчастными на всю вечность. И всё это время Гарри будет любить Дафну до смерти.       На этот раз пять дней вместе. До перезагрузки осталось пять дней.