Часть 2

- Встать! – кувшин ледяной воды был безжалостно вылит на голову жертвы. Затхлый, спертый воздух, пустые бутылки, развалившийся прямо в одежде поверх несвежей постели хозяин комнаты… - Пшёл на х… - Встать! – полковник Трегубов распахнул окно, в комнату ворвался морозный зимний воздух. - Пшёл на х… - Встать! Это приказ! - Я не ваш подчиненный… - Встать, кому говорю! – рявкнул Трегубов. И уже почти нормальным голосом добавил, - Подчиненный, не подчиненный… Беда у нас тут. Совсем беда. Не разгребу я сам. Помогай, Яков Платоныч. Штольман дёрнул мокрой головой, охнул, сжал руками виски. Медленно, осторожно поднял мутный взгляд на полицмейстера. - У меня тоже… Совсем беда… - Бомбисты подорвали поезд. Два десятка трупов, пострадавших два по столько. Брось, Яков Платоныч. Ты ж понимаешь, что следствие нужно начинать срочно, пока есть шанс какие-то следы… В Петербург я телеграфировал, конечно, но пока кого пришлют, да еще Бог знает, дельных ли людей… И Коробейников с Евграшиным там всю ночь раненных вытаскивали, пару дней не работники. А один я… Сам знаешь, не справлюсь. *** Холод… Сырой, пронизывающий до костей холод. Атласное платье за… сколько она уже здесь, дюжину дней, или больше? превратилось в измятую, вонючую тряпку. Пара тонких шерстяных одеял, сырая солома… И темнота. Какая-то еда появляется на полу этой… комнаты? кельи? камеры? только когда она спит. Тогда же опорожняется ведро с нечистотами. Или просто её тюремщик гипнотизирует её и она не замечает, как он приходит? не помнит? Одни вопросы… Да чего этот человек от неё хочет? Ну уж явно не прелестей её жаждет, м-да… И не услуг врача… Первое легко можно получить, введя её в гипнотический транс, чему, как Анна сама отлично осознавала, противиться она не сумеет. Второе… Да, она читала о случаях, когда преступники похищали врачей, чтобы те лечили их подельников, но ведь она здесь уже долго, а ни одного потенциального пациента рядом не наблюдается. Или – и эта мысль была страшней всего, - она уже что-то делает для своего похитителя, просто под гипнозом, и ничего об этом не помнит? Сначала она кричала. Потом принялась обстукивать стены и пол. Ничего. Судя по всему, кругом – земля. Она в погребе? Теперь Анна просто сидела на куче сырой, подпревающей соломы, кутаясь в куцые одеяла, которые не давали ни тепла, ни уюта. Помощь не пришла. Яков… Папа, мама… О Господи, как мама такое перенесла… Дядя… Что с дядей? Ей привиделось, или её похититель огрел дядю чем-то по голове? Только бы привиделось, только бы просто привиделось… Неужели Яков опустит руки, смирится с её потерей? Нет же, нет, не такой он человек! После всего, через что они прошли… И Коробейников… Добрый, верный друг, Антон Андреевич, ну пожалуйста, пожалуйста, Вы же и вправду отличный сыщик… И если у Якова не хватит сил – Вы же его поддержите, поможете, правда? Как я поддерживала Вас, когда Полина… Ох, Полина… Так. Если принять, что нынешний её похититель – Крутин… На кого ещё думать? Значит, Полина не была Крутиным… Добровольной сообщницей? Или действовала под гипнозом? Если второе - есть шанс всё узнать, дух должен быть свободен от подобного влияния… В любом случае… - Дух Полины Аникеевой, приди! Дух Полины Аникеевой, приди! Тишина… Ах да, точно… - Дух Пелагеи Аникеевой, приди! Тишина… Ни холодка по коже – хотя как его заметишь, если и так холодно? - ни ощущения чужого присутствия… - Дух Пелагеи Аникеевой, приди! Силуэт Полины соткался из воздуха прямо перед Анной. Тонкая, гибкая фигура, волна тёмных волос, лёгкий наклон головы… - Полина, ты можешь мне помочь? Призрачная Полина медленно качнула головой, развела руками – мол, увы, и хотела бы, но… - Полина, меня тут держит Крутин? Пауза, медленный кивок. - Ты знаешь, чего ему от меня надо? Призрачная Полина вновь кивнула. - Полина, можешь показать мне Крутина? Настоящего Крутина? Ты ведь лгала, что видела его только в маске? Мир вокруг померк, будто выключили электрическую лампочку. Какая-то комната, мужчина сидит на стуле, спиной к смотрящему. Медленно поворачивает голову…