Часть 14

*** Кто-то поскрёбся в дверь кабинета. Майор Хвостов буркнул: - Войдите! Вот зараза, кого принесло? Кроме него в управлении – младший следователь, которого доктор заботливо уложил на койку в арестантской, и сам доктор, колдующий что-то над спиной этого следователя. Даже дежурного пришлось отправить в больницу, за каким-то снадобьем: доктор уверял, что оно больному необходимо срочно. И то, парень ведь от боли уже сознание терять начал… Дверь открылась, внутрь шагнул долговязый, нескладный юноша. Даже скорей уже молодой человек. Стянул кепку, под которой обнаружились растрёпанные рыжие патлы, промямлил: - Ой, а Антон Андреича тоже нету? Там у вас почему-то совсем никого… Хвостов тяжело вздохнул: - Ну я-то тут. Излагай, что у тебя стряслось? - Я Вас не знаю… - растерянно пробормотал юноша, - а с самого начала объяснять – долго будет… - Так давай с конца. - Ну с конца так с конца, - юноша пожал плечами, - понимаете, ко мне сегодня пытался пробиться один дух… Она ко мне часто приходит, но мне весь день не до неё было, я отгораживался. Понимаете, у отца сейчас большой заказ, а я в мастерской у него на подхвате... Вот сейчас перед сном пустил, ну, раз она так упорно – значит, что-то важное. И правда, получается, важное. Мне бы кого-нибудь из полиции, чтобы проводить. Только лучше экипаж взять, она говорит – пешком далеко будет… *** Штольман как-то дотащил Коробейникова, побледневшего и тихо подвывающего от боли, до избушки. Сколько крови… Срочно перетянуть повыше раны, может, спасёт… Княжна доковыляла за ними следом, тяжело осела на пол у маленькой железной печки. Тряхнула головой, с усилием поднялась обратно на ноги, пробормотала что-то. Подошла, тяжело опираясь левой рукой об стенку, к неприметной двери в углу – то ли в подпол, то ли в пристройку. Отодвинула громоздкий засов, подёргала ручку: - Не открывается… Помогите же! Штольман отмахнулся: - Сейчас! Тут кровь остановить… - чем же перемотать-то? Скинул с себя пальто, сюртук, рванул рукав с рубашки. Чёрт, перед глазами плывёт, как бы сейчас самому рядом не грохнуться… - Вы не бойтесь, его хранитель держит! – девушка чуть улыбнулась бескровными, посиневшими губами, - Я же вижу, он рядом, рану зажал, смотрите, кровь больше не хлещет. Надо же, к нему бабушкин хранитель пришёл, Сильвестр Игнатьевич. Он при Алексее Михайловиче жил. А у меня кто – я даже имени не знаю, кто-то из совсем давнишних… Он посмотрел на окровавленную штанину, непослушными пальцами дёрнул, разрывая мокрую ткань от проделанной пулей дыры. Кровь, действительно, уже остановилась. Коробейников лежит бледный, но, кажется, в сознании. Смотрит удивлённо и как-то… восхищённо, что ли? куда-то через его, Штольмана, плечо. Он обернулся. Никого. Ничего. Мелькнул вроде бы какой-то расплывчатый силуэт… Да ну, нету никого, это у него перед глазами плывёт. - Да помогите же! Он меня сюда вёл! Сюда! Штольман с трудом поднялся на ноги. Ну да, конечно, надеялся вывезти - значит, держал при себе. Рванулся к двери, охнул, постоял с минуту, ожидая, когда наконец перед глазами перестанут расплываться цветные круги. Второй засов наверху, княжна его не заметила. Сдёрнуть засов, рвануть дверь – и вправду тугая, зараза… И тут он всё-таки совершенно позорно упал в обморок. Успев только на короткую секунду встретить недоверчивый, удивлённо-радостный взгляд Анны. *** - Иду! Иду! Да кому в такую рань неймётся! – Пётр Миронов, поплотней запахнувшись в халат, прошаркал к двери. Глянул на часы – половина шестого утра. Не удивительно, что Домна не слышит, спит, небось, ещё. Виктор с Машей точно спят, да и окно их спальни выходит на другую сторону. И лауданума, небось, на ночь приняли, Маша – так уж точно. Это он засиделся до утра в библиотеке за книжкой, бесплодными попытками призвать дух племянницы и хересом, только собрался уже ложиться – и вот… У двери обнаружился худощавый, нескладный молодой человек. Одет прилично - то ли из мастеровых, то ли приказчик, хотя пальто мокрое и чем-то заляпанное. Смутно знакомый, наверное, в городе где-то видел. Молодой человек нерешительно переступил с ноги на ногу. - Вы – господин Миронов? - Ну. Чего надо? - Тут это… - юноша почесал нос, - Анна Викторовна послала передать, что она в больнице. С ней всё хорошо, - он яростно замотал головой, - только просит ей туда какую-нибудь одежду. И чтобы платок обязательно, а то у неё на голове такое, что совсем ужас… А сама домой она сейчас никак не может, доктор её уж и так, и эдак, а она - ни в какую. Говорит, пока господин следователь в горячке - ей никак нельзя отойти...