О танцах и встречах

— Шарлотта? Что ты тут делаешь? До шоу еще оставалось шесть дней, и Сирша почему-то думала, что Шарлотта не станет ходить на работу. Но она стояла у Дома, смотря на него таким взглядом, будто их прошлый разговор как-то повлиял на нее… Интересно, сдаст ли она Розетту? — Я решила не отдавать полиции документы, — Шарлотта вздохнула, посмотрев на Дейрдре, и вдруг, уткнулась носом в ее плечо. — Мы с… Розеттой поговорили. Салливан удивленно моргнула и пожала плечами. Хорошо, конечно, что все так обернулось, но неужели одна их беседа так просто заставила Шарлотту передумать и выслушать Розетту? Это выглядело очень уж неправдоподобно. Может, мадам предложила ей денег? Долю в бизнесе? У Шарлотты должна была быть еще хоть какая-то мотивация, кроме жалости к другим сотрудникам Дома. — Почему ты передумала? — Сирша задумчиво выгнула бровь и отстранилась. — Я рада, конечно, но все же… — Расскажу после шоу, хорошо? Пока что это секрет. Блять. Сирша ненавидела секреты — у нее самой их было слишком много. Но она не могла просто взять и настоять… ну, или начать угрожать, как она делала большую часть своей жизни. Поэтому, быстро попрощавшись, Салливан зашла в Дом. Сегодня у нее был выходной, но она очень хотела увидеть Блейна: он же обещал, что поведет ее танцевать. А вдруг он сможет сегодня? Дверь в мастерскую приоткрылась, и Блейн, увидев Дейрдре, тут же оторвался от работы. Он широко улыбнулся ей, покраснел и встал, чтобы взять ее за руку и покружить вокруг себя. О’Флаэрти вдруг посмотрела на него так, как не мог никто другой — Блейн тут же поцеловал ее в щеку и прижал к себе. — Привет. — Привет, милая. У тебя разве не выходной? Сирша покачала головой; как она и обещала, она надела то, что Блейн подарил ей в последнюю их встречу. Раз уж он знал о ее татуировке, ей не было смысла ее замазывать: кроме него (и мадам) здесь больше никто не знал английский язык. Правда, несмотря на то, что Рэйберн принял ее татуировку, она все равно не могла быть рядом с ним настоящей: смотря на нее, Сиршу Салливан, он всегда будет видеть Дейрдре О’Флаэрти. А что, если она так никогда и не сможет признаться ему, кем она была на самом деле? Черт. Выбора у нее все равно не было. — Да. Но ты обещал сводить меня на танцы. Все в силе? Блейн усмехнулся — Дейрдре всегда переходила сразу к делу. Но почему бы и нет? Он и сам не был разговорчивым человеком; даже просто молча, но рядом с ней, Рэйберн чувствовал себя лучше. Блейн подмигнул Дейрдре и погладил ее по волосам, широко улыбаясь — наконец найдя слова, он сказал: — Ага. Хорошо, что в этот раз мне не пришлось шить новые наряды: я до сих пор не восстановился после прошлого шоу. А то, что я взял на заказ, я вполне могу сделать вечером. Салливан улыбнулась Блейну и взяла его за руку; как же ей повезло, что ей не пришлось ждать до вечера! Рэйберн почти всегда был занят, и дни, в которые они могли провести время вместе, были скорее редкостью — особенно если они встречались где-то вне работы. — Надеюсь, там не будет официантов, которым срочно нужно будет уволиться, — пошутила Сирша. — Пойдем? Блейн рассмеялся, вспоминая тот случай в кафе, и сново обнял Дейрдре так крепко, словно пытался ее защитить. Он все еще злился на того подростка за то, что он сделал… даже если его дед, владелец заведения, разорился на им же предложенных бесплатных угощениях. Социофобия Блейна потихоньку начала исчезать, но у него все же остался один-единственный, но очень темный и сильный страх, который иногда отзывался в его груди вопросом… Что, если его новой девушке тоже кто-то навредит? — Все будет хорошо. — Блейн пытался убедить себя больше, чем ее. — Подожди здесь, я переоденусь, и мы пойдем. Сирша усмехнулась; Блейн, как всегда, был одет в свою любимую красную жилетку поверх белой рубашки и черные брюки. Ей очень нравился этот его наряд, и Салливан хотела увидеть, как он танцует… именно в нем. — Зачем? — подмигнула Сирша. — Тебе и так хорошо. Блейн пожал плечами, густо покраснев, и подмигнул Дейрдре в ответ. Все же, не говоря ни слова, он закрылся в своей комнате, а через пять минут, вышел к ней в светло-голубой рубашке и белых джинсах; скорее всего, он сшил их сам — таких в магазинах Сирша еще не видела. Черт, в этом он выглядел даже лучше, чем обычно. — Бля, это… mo chuisle, пойдем. Сирша покраснела, не зная, что и говорить, и взяла Блейна за руку. Рэйберн усмехнулся — он явно был доволен собой и тем, что делал с ней одним своим видом. Салливан повела его наружу, Блейн тут же отвел ее в один очень большой клуб неподалеку. В Форрамо было много таких мест, и Блейн раньше не был ни в одном из них, но теперь… а почему бы и нет? Рядом с Дейрдре ему просто не могло быть страшно. На улице был день; Сирша пришла в Дом около двенадцати. Но в клубе уже играла музыка, и на танцполе расслабленно танцевали местные жители — ночью и вечером здесь было слишком много туристов, а те вели себя слишком уж шумно; возможно, даже Салливан бы не понравилось. По залу клуба разносились звуки вальса. Блейн взял Дейрдре за руку, повел на танцпол, пытаясь казаться уверенным, и другую свою ладонь аккуратно положил ей на талию. Сирша попыталась сделать то же самое, но Рэйберн, усмехнувшись, положил ее руку к себе на спину. — Ты умеешь танцевать? — Не-а. Сирша рассмеялась, смотря Блейну прямо в глаза, и нагнулась, чтобы поцеловать его в губы, но кажется, Рэйберн уж слишком хотел ее научить — он хитро улыбнулся, покачал головой и шагнул вперед, попутно объясняя ей, как танцевать вальс: — Смотри, когда я шагаю вперед, ты шагаешь назад. И наоборот. Сирша кивнула и продолжила танцевать с Блейном. Музыка ее совсем не волновала — все, что в этот момент имело хоть какое-то для нее значение, стояло напротив нее и носило имя Блейн Рэйберн. Он вел ее в такт мелодии, и у Салливан, кажется, начало получаться. Даже если она наступала ему на ноги и не умела танцевать то, что могли все (особенно в ее-то времена), он не осуждал ее, и Сирша чувствовала себя так хорошо рядом с ним, что когда он заставил ее прогнуться через его руку, она притянула его ближе, и ее губы вонзились в его. — Черт, — Блейн пробормотал между поцелуями, держась за Дейрдре. — Я люблю тебя. — И я тебя, chuisle. Блейн поцеловал Дейрдре снова: ему самому уже было плевать на то, что их могли видеть другие, а музыка, которая звучала так близко к ним, будто стала тише, отодвинулась далеко от них. Рэйберн держал ее, заставляя ее нагнуться к себе, и Сирша, улыбаясь, крепко взяла его за бедра. Их тела столкнулись, прижались к друг другу… Салливан почувствовала его тяжелое дыхание и то, как быстро билось его сердце. — И вам не стыдно? Устроили тут. Какая-то пожилая женщина, до этого танцевавшая рядом с ними, неодобрительно посмотрела на Сиршу и Блейна; ее муж, такой же седой и покрытый морщинами (наверное, ровесник Салливан?), предпочел не ввязываться в конфликт. И Блейн в этом был с ним солидарен — он уже хотел извиниться и отойти от них подальше… Но Салливан решила иначе. Она демонстративно поцеловала Блейна в шею, оставляя на ней пятно от помады, и подмигнула пожилой женщине; ее руки все еще крепко прижимали бедра Блейна к ее телу. Рэйберн резко выдохнул, покраснел, и эта женщина смущенно отвернулась, пренебрежительно фыркнув. А Салливан, довольная эффектом, облизнулась и подмигнула ей: — Вы просто нам завидуете. Как давно ваш муж стал импотентом? И Блейн, и тот несчастный дедушка обменялись шокированными взглядами. Пожилая пара мигом выскочила из клуба, и Сирша обняла Блейна за плечи, громко смеясь. Да уж, ей было семьдесят, а юмор так и остался где-то на уровне средней школы. — Ну и в чем я не права? — Сирша перестала смеяться, смотря старой паре вслед, и поцеловала Блейна в щеку. Рэйберн густо покраснел, все еще не зная, как на это реагировать. Он обнял Дейрдре за талию, прижал ее ближе к себе, и они снова начали танцевать, только на этот раз это ощущалось совсем по-другому. Их бедра то и дело касались друг друга, он чувствовал, как она тяжело дышит совсем рядом с ним… — Жалко старого, конечно, но в целом… Сирша подмигнула Блейну; мелодия сменилась другой, более тягучей и пленительной. Руки Салливан вдруг опустились на низ его спины, и Рэйберн нервно сглотнул, смотря Дейрдре в глаза и снова краснея. Вдруг, словно осмелев, Блейн погладил ее талию и свободной рукой схватил О’Флаэрти за руку и поцеловал костяшки ее пальцев. — Ты слишком красивая, Дейрдре, я… — Все только начинается, Блейн. Но Сирша уже и сама не могла думать о танцах. Блейн был слишком близко, держал ее слишком крепко, заставлял ее колени дрожать слишком сильно… Как тут оставаться на публике? Кажется, их свидание могло закончиться быстрее, чем она думала. Правда, как к этому подойти? Блейн явно не был из тех, с кем можно было быстро повеселиться в кабинке туалета, а потом вернуться на танцпол. Сирша сама уже давно не соглашалась на такие эксперименты… последний такой раз был еще задолго до Йоке. — Вернемся? — тут же выпалила Сирша. — В Доме слишком много людей, придется ждать ночи. Блейн покраснел, тяжело дыша, и поцеловал Дейрдре в плечо, смотря вверх, прямо в ее глаза. Она дернулась, что-то промямлила, глупо улыбаясь, и уже через секунду, они тоже вышли из клуба, растерянно смотря вдаль. — Тогда ко мне. Сирша взяла Блейна за руку, подмигнула ему, чтобы убедиться, что он и впрямь этого хотел… тут же, Рэйберн крепко сжал ее талию, и Салливан уже не требовалось никаких пояснений. Обнимаясь, они дошли до ее маленькой квартиры; пахло сигаретным дымом. Блейн потянулся, чтобы взять Дейрдре за руку и положить на кровать, но тут, она хитренько покачала головой, прямо как он во время их первого вальса, и прижала его к стене, аккуратно целуя в шею. Рядом с пятном от прошлого поцелуя на коже Блейна появился засос — он шикнул, смотря на нее, и несильно сжал ее ягодицу через ткань им же сшитых шорт. — Дейрдре, ты… потрясающая. — И ты, mo chuisle. Сирша на секунду остановилась, посмотрела ему в глаза — он удивленно наклонил голову и прекратил развязывать узел, державший ее оранжевый топ со спины. Неужели она передумала? Блейн не знал, но в любом случае, должен был спросить — они бы могли просто посмотреть кино или выпить чаю, если она сомневалась. — Тебе некомфортно? Сирша покачала головой и улыбнулась; нет, все было очень даже хорошо. Просто… черт, последний раз это было так давно, а с мужчиной — вообще где-то в тысяча девятьсот двенадцатом. Салливан даже чувствовала себя немного потерянной, но при этом, такой нужной и желанной, что ей не хотелось останавливаться. — Все хорошо. Я просто очень давно уже ни с кем не была. Сирша отпустила Блейна, и они сели на кровать. Она все же сняла с себя этот топ, обнажая перед ним свою грудь, и потянулась, чтобы снять с него брюки — свою рубашку Рэйберн тоже давно потерял. Черт, он ведь даже не представлял, сколько времени прошло с ее последнего раза на самом деле. Наверное, он думал о двух-трех годах (или сколько там лет назад по ее легенде ей исполнилось восемнадцать?), а не о чем-то, что произошло так задолго до его рождения — сам Блейн родился только в тысяча девятьсот двадцать четвертом. — Понимаю. — Блейн ласково улыбнулся и нежно поцеловал Сиршу в лоб, чтобы успокоить ее. — У меня самого никого после Эйлин не было. Сирша подмигнула Блейну и разделась полностью; Рэйберн сделал то же самое, и они легли на кровать вместе, он обнял ее сзади… Вздох, и Салливан почувствовала, как его бедра прижимаются к ее. Ее зрение будто бы помутилось, и она ничего уже не видела, только слышала, как он тянется за презервативом из кармана и открывает его. «Черт, в мое время такого не было!» Сирша закрыла глаза, чуть краснея, и вдруг, Блейн начал аккуратно двигаться. Она прижалась спиной к его широкой груди, снова что-то промямлила, простонала… Рэйберн поцеловал ее в шею, легонько сжал ее грудь в ладони, убедился, что не делает ей больно, и замедлился, чтобы продлить их удовольствие. Они двигались вместе, как один человек, дышали в такт и прижимались друг к другу так отчаянно и любовно, будто нуждались друг в друге, как в воздухе. Сирша не помнила, когда в последний момент чувствовала себя такой любимой — Блейн тоже, но все это было так прекрасно, что долго они оба не продержались. Сирша и Блейн упали на матрас совсем рядом, расслабленно улыбаясь, и она потянулась, чтобы обнять его за талию и прижаться лицом к его волосатой груди; Рэйберн погладил Дейрдре по волосам и поцеловал ее в горбинку ее носа. Ему не хотелось вставать и уходить, но кажется, ему и не пришлось бы — О’Флаэрти смотрела на него так, как будто хотела остаться с ним навечно. — А на следующее наше свидание… знаешь, хочу сводить тебя на пляж. Он далеко, но мы сможем доехать на такси. — Конечно, милый… — Сирша могла только молиться, что Джулиан (или Джон в его обличье) не придет за ней, и что это свидание состоится. — С тобой — куда угодно. Так они и лежали, разговаривая о будущем, которого у них, возможно, и не было, пока не настала ночь. Блейн решил пойти к себе домой — Сирша проводила его до двери, поцеловала в щеку и сама пошла спать. «Блять, как же хочется курить.» Все магазины рядом уже были закрыты — Италия, все-таки. Но к счастью, рядом с домом Сирши была площадь, где собиралось множество туристов. Так почему бы не попробовать добыть сигареты там? Люди бы могли поделиться с ней. Довольная, Салливан прикурила толстую кубинскую сигару, которую ей любезно одолжил какой-то очень пьяный дедушка, и снова пошла домой. На ее улице было очень темно (не то, что на аллее, ведущей к той площади), и рядом с ней не было никого… Или был? Хоть Сирша уже давно была не при делах, навыки из молодости никуда не делись. Она почувствовала, как кто-то смотрит ей в спину, а затем, услышала за собой какие-то неестественно легкие шаги. Черт, кто бы это мог быть? Салливан тут же обернулась, чувствуя, как уже знакомая ей энергия потихоньку вырывается наружу, и увидела низкого мужчину лет тридцати пяти — он был одет в дорогой костюм и держал в руках трость. Черт, Сирша могла поклясться, что видела эту трость раньше! — Добрый вечер, мисс Салливан.