Глава 6

      Когда приехали дети, приглядывая за которыми им предстояло провести следующую смену, Лора уже не так сильно впечатлилась их количеством. Новые ребята были такими е, как и предыдущие: шумные, весёлые, полные бурлящей в них энергии. Но, несмотря на это, успокоить детей удалось быстрее, чем в прошлый раз. Вот что значит опыт.       В эту смену Максу достался отряд постарше, и он был одновременно и рад, и расстроен. Рад потому что его новый отряд был куда разумнее и послушнее, а расстроен — потому что ему очень понравилось возиться с малышами.       — Понимаешь, маленькие они искренние и, хотя с ними и было больше хлопот, но мои предложения они воспринимали с большим энтузиазмом, — признался Макс.       — Уверена, ты и к этим ребятам найдёшь подход. Вспомни, как ты волновался в самом начале и какая классная смена вышла в итоге, — улыбнулась Лора, запирая дверь своего кабинета на ключ.       — Да я и не волнуюсь, — непринуждённо пожал плечами Макс. Лора с трудом сдержала чуть насмешливую улыбку, так и рвущуюся наружу. — Так, делюсь впечатлениями. А у тебя как день прошёл?       — На удивление тихо и мирно, — хмыкнула Лора. — Только Эмма один раз забегала, просила таблетку от головной боли.       — Тогда, раз уж мы оба не слишком устали, и у нас есть немного свободного времени, предлагаю, — Макс понизил голос до шёпота, всё-таки съездить на то место, где всё началось.       — В лес, где я слышала каргу Хэккетс Куори? — так же тихо уточнила девушка, и парень в ответ отрывисто кивнул. Лора на мгновение задумалась, а потом тряхнула головой, прогоняя сомнения. — Сейчас сбегаю за фонариком, и поедем.       Так они и оказались посреди ночи в мрачном жутковатом лесу. Именно там, куда они так стремились попасть, надеясь найти ответы на свои вопросы. Правда, выйдя из машины и взглянув в тёмную глубину леса, услышав завывание ветра, оба как-то засомневались в том, что это была хорошая идея.       — Может, поедем назад? — неуверенно предложил Макс, кажется, неуверенный в том, воспользуется ли его любимая этим, несомненно, логичным предложением.       — Нет, — упрямо поджала губы Лора и первой шагнула в темноту.       Макс тяжело вздохнул, уже жалея о том, что вообще напомнил об их желании приехать сюда, но двинулся следом. Не оставлять же её одну. А то ведь опять влипнет в историю.       Честно говоря, фонарик помогал слабо, лишь слегка разгоняя царившую вокруг темноту. Пару раз Лора поскользнулась и чуть не упала, но Макс успел вовремя подхватить её под локоть. После этого парень предпочёл идти рядом, поддерживая любимую за руку. Не хватало ещё, чтобы она упала. Ладно перепачкается, хотя это и вызовет кучу вопросов в лагере и её собственное неудовольствие, но ведь и удариться может.       Несмотря на темноту, Макс отлично видел и без фонарика. Волчье зрение отлично действовало, и парню было даже немного жаль, что, в конце концов, ему придётся расстаться с этими своими «сверхспособностями». Ощущать себя сильнее, быстрее, круче других, несомненно, было приятно.       — Ч-черт, — Лора запнулась о какой-то корень, не заметив его у себя под ногами. Да, без его способностей и с её тягой к приключениям они вряд ли выживут.       — Ну, как? Никаких шепотков не слышишь? — на всякий случай уточнил Макс. Лора только поморщилась и отрицательно покачала головой. — Может всё-таки…       Договорить Макс не успел, потому что вдруг увидел чей-то силуэт, промелькнувший в кустах. У него аж сердце на мгновение замерло, он крепче сжал руку любимой в своей.       — Что? — встревожилась Лора, в это мгновение больше всего жалея, что у них нет с собой никакого оружия.       Да, конечно, та карга — всего лишь призрак и не сможет причинить им вреда, а вервольфы вне полнолуния неопасны, потому что становятся практически самыми обыкновенными людьми лишь с некоторыми преимуществами. Но это всё ведь не отменяет того факта, что в лесу водятся ещё и дикие звери. А если на них бросится самый обычный волк? Что они тогда будут делать?       — Пахнет оборотнем, — настороженно заметил Макс. — Давай-ка ты вернёшься в машину, а я сам пойду и всё проверю?       Но Лора и тут не сдалась, продолжая упрямо идти вперёд, словно и не слыша слов парня. Макс досадливо скривился и решительно задвинул девушку себе за спину, не выпуская её руки из своей.       — Макс! — шёпотом попыталась возразить Лора, но быстро передумала, когда он строго зыркнул на неё вдруг засветившимися в темноте глазами.       — Тише, — как-то даже нежно шикнул Макс. — Ругать меня потом будешь.       Лора даже против воли улыбнулась краешками губ, несмотря на то, что ситуация совершенно к этому не располагала. Вот в этом весь он: одна фраза и страх тут же как-то поулёгся.       Подойдя ближе к тому месту, где была замечена тень, они осторожно выглянули из-за кустов, да так и замерли, совершенно ошарашенные увиденным. В большой ржавой клетке, укутавшись в старую грязную тряпку, сидел худенький мальчишка. И волосы, и кожа у него были абсолютно белыми, а глаза… даже не жёлтыми, а скорее янтарными. Совершенно завораживающее зрелище.       — Ребёнок? — удивилась Лора. — Что он тут делает один? Ещё и в клетке.       — Сейчас и узнаем, — и Макс решительно выбрался из кустов. — Привет.       Мальчишка вздрогнул и испуганно посмотрел на них. Он был ещё подростком. Лет пятнадцать, вряд ли старше. И сердце Лоры буквально разрывалось от жалости. Его худоба, испуганный взгляд, совсем юный возраст. Что же с ним случилось?       — Вы кто? — опасливо уточнил мальчишка, а потом настороженно принюхался. — От вас не пахнет ни серебром, ни порохом, как от тех людей, которые пытаются меня найти. Вы меня убьёте?       В его глазах блеснули слёзы. Лора мысленно сопоставляла факты. По всему выходило, что на мальчика охотятся. Причём, учитывая, что всё про вервольфов стараются держать в тайне, вполне может быть, что охотятся сами же Хэккеты. Но зачем им это? Или тут есть другие охотники, поэтому они так стараются соблюдать секретность? Пока вопросов было больше, чем ответов, но одно Лора знала точно: этого мальчика они тут не оставят и в обиду не дадут.       — Нет, конечно. Мы вообще не ожидали тебя тут встретить, — Лора постаралась успокаивающе улыбнуться. — Я — Лора, это — Макс. Он — вервольф, как и ты. Мы тебя не обидим.       — Обычно на меня охотятся родственники таких же, как я, — пробормотал мальчик. — Тех, кого я укусил.       — Мы ничего об этом не знаем. Ты об этом расскажешь поподробнее? Только сначала скажи, как тебя зовут? — Лора села на корточки перед ним.       — Сайлас, — мальчик хлюпнул носом, и Лора вздрогнула от неожиданности.       Вспомнился загробный, замогильный голос, звавший этого мальчика по имени. Сайлас посмотрел на неё подозрительно, Макс — вопросительно. Лора немного нервно улыбнулась.       — А… Ты не встречал никогда призрак женщины, зовущей тебя по имени? — на всякий случай уточнила Лора.       — Вы тоже её видели, да? — Сайлас поёжился. — Это Элайза Ворес. Она была моим официальным опекуном и держала меня в этой клетке, заставляла участвовать в представлениях. И даже после смерти чего-то от меня хочет. Никак не оставит в покое, карга старая.       Лора заметила, что мальчик дрожит не то от страха, не то от холода. Вечер и правда выдался прохладным, а Сайлас был не одет и кутался в какую-то жуткого вида тряпку. Лора повернулась к Максу, пытаясь параллельно припомнить, не найдётся ли в машине чего-нибудь полезного.       — У нас, вроде, был плед. Я принесу, — легко догадался о ходе её мыслей Макс, и Лора благодарно ему кивнула, а потом снова повернулась к Сайласу.       — И давно ты здесь?       — С тех пор, как цирк сгорел, — пожал плечами Сайлас. — Наверное, года два. Не знаю точно. Мне здесь скучно и страшно, но идти мне некуда. Клетка — всё, что у меня осталось.       — Поверь мне, это изменится. Мы с Максом позаботимся о тебе, я обещаю, — Лора поддалась порыву и ободряюще сжала его плечо. Сайлас слабо улыбнулся.       — Вы не похожи на злых людей, — заметил он. — Ты милая.       — Спасибо, — рассмеялась Лора. — Я попытаюсь придумать как поступить, а ты пока расскажи, почему на тебя охотятся.       — В день, когда цирк подожгли, меня пытались освободить. Девушка и парень открыли клетку, но я тогда был не в себе и укусил их. Они стали вервольфами, но им это почему-то не очень понравилось, — Сайлас, кажется, смутился.       Лора вспомнила огромного оборотня, волчью морду с немаленькими клыками и с трудом подавила так и рвущееся наружу: «Не удивительно». Особенно учитывая, что Хэккеты не научились контролировать себя в волчьем обличии… Хэккеты. А не были ли это Калеб и Кейли?       — Есть какое-то там пророчество о том, что если убить того, кто укусил тебя, то ты, вроде как, снова станешь человеком. Я подслушал это в их разговорах. Они по этому лесу ходят кругами каждый месяц, разыскивая меня, — Сайлас поёжился.       Лора нахмурилась. Плохо. Очень плохо. Потому что, похоже, их ключ к спасению — это смерть Сайласа, ни в чём не повинного, по сути, мальчика, успевшего настрадаться за свою короткую жизнь. И, глядя в большие янтарные глаза, Лора поняла, что этого не будет. Никогда. Ни за что. Даже если это идиотское пророчество — правда, она с гораздо большей вероятностью застрелит Криса Хэккета.       — А тебя кто укусил? — просто так поинтересовалась Лора, думая больше о своём.       — Никто. Я таким родился. Волчонком, — признался Сайлас.       — Вот плед, — довольно быстро вернулся назад Макс и накинул плед прямо поверх грязной тряпки, которой укрывался мальчишка, ласково, как-то по-отечески потрепал Сайласа по голове и повернулся к Лоре. — Ну? Есть идеи о том, что будем делать?       — Оставлять его в лесу нельзя. Это просто бесчеловечно, оставлять его в таких условиях, — Лора задумчиво закусила губу. — Но и тащить его прямо в лапы к Хэккетам — верх идиотизма. Они охотятся на него и, если догадаются, что это тот, кого они ищут, а рано или поздно они догадаются, то сделают всё, чтобы убить Сайласа.       — Оставим его в мотеле? Там хотя бы кровать есть, — предложил Макс.       — На две смены? У тебя есть столько денег? А когда он обернётся, ты представляешь, что произойдёт? — Лора раздражённо дёрнула плечом. Решение никак не желало находиться.       — Слушай, ты ведь сказала «рано или поздно», говоря о Хэккетах, — уцепился за её слова Макс. — Давай приведём его в лагерь. Обмануть нюх Криса не получится, так что сразу скажем, что он — оборотень. Просто соврём, что его укусили. Будем присматривать за Сайласом и, когда правда вскроется, прикроем от полоумной семейки.       — А когда смены закончатся? — уже почти согласившись на этот совершенно безумный план, уточнила Лора.       — Я… я могу попросить маму оформить опеку. Я всё равно у неё один и уже подрабатываю, так что это не проблема. Уверен, она согласится. Она ведь такая же добрая, как и ты, — невинно улыбнулся Макс.       — Но ты понимаешь, что тебе придётся всю жизнь провести вервольфом? Оборачиваться каждое полнолуние и все дела? Не пожалеешь о своём решении? — это был последний рубеж её обороны.       — Вообще-то, быть оборотнем круто. Я сильнее, быстрее, на мне всё заживает как на собаке, — Макс хихикнул. — Нет, правда. Меня это не сильно беспокоит. Уж принудительный оборот раз в месяц я как-нибудь переживу.       — Итак, — Лора повернулась к внимательно слушавшему их Сайласу и подвела итоги. — Мы забираем тебя с собой. Кормим, поим, одеваем и заботимся. Ты — наслаждаешься жизнью и просто веришь в то, что два твоих новых сумасшедших друга смогут тебя защитить от страшных злых дядек, вооружённых серебряными пулями. Как тебе идея?       — А у вас сосиски есть? Я люблю сосиски, — робко признался Сайлас.       — Есть, — рассмеялась Лора, ласково погладила его по голове. — Всё у нас есть. Так что? Поедешь с нами?       Сайлас опасливо огляделся, словно боясь, что кто-то вдруг появится из кустов и всё испортит, а потом поспешно и интенсивно закивал. Кажется, он был очень голоден и из-за одного только этого был готов поехать с ними куда угодно.       — Отлично, солнышко, — Лора сама не заметила, что копирует мамины интонации. — Тогда вставай и пойдём. Сначала нужно дойти до машины. Теперь всё будет хорошо, я тебе обещаю.       Пока они шли обратно через тёмный лес, Макс всё гадал, что именно оказало наибольшее влияние на Лору: её любовь к детям или её любовь к животным? Ведь Сайлас-то, по идее, волк. Белый волк.