Вернутся к фанфику
Серия вторая. В городе новый шериф
19 июня 2024, 10:56 Центр Лихолесова встретил Моргота стандартной площадью с нестандартным памятником супруге вождя пролетариата, многочисленными магазинами на первых этажах жилых домов и собакой, рывшейся в клумбе, где устраивала костям то ли погребение до голодных времен, то ли вела работы по поиску ранее закопанных мослов.
Мелькор вышел с вещами из машины и кинул в окно водителю купюру в пятьсот рублей:
– Сдачи не надо.
– Эй, блин, че за нафиг?! – завопил волосатик. – Мы на тыщу договаривались!
– Верещалку захлопни, а то посажу на пятнадцать суток.
– За что?! – возмутился таксист.
– Найду за что, – сказал Мелькор сурово. На ком-то же надо тренироваться в изображении строгого мента, вдобавок инспектора и начальника здешнего УМВД.
Пробубнив что-то про полицейский произвол, таксист вырулил с площади. Не оборачиваясь, Моргот показал через плечо средний палец, ибо водила стопроцентно проделал то же самое.
– Еще раз здравствуйте, Манвэ Эрувич! – к нему подскочила красивая фигуристая рыжеволосая женщина средних лет в полицейской форме и протянула руку.
Мелькор узнал Йаванну по приятному бархатистому голосу и пожал ее ладонь с зеленым маникюром.
– Здравствуйте. Только я Мелькор Эрувич Бауглиров. Майор, инспектор, начальник – видимо, ваш.
– А где?.. – заозиралась Йаванна.
– Манвэ не смог приехать и поручил мне заняться его обязанностями. В общем, я за него.
– Он не заболел, надеюсь?
– Нет. Его за заслуги перед отечеством отправили в отпуск, и он совершает прогулки по полям как синий трактор.
– Это полезно, да. Что ж, все понятно, товарищ майор. А вы с Манвэ Эрувичем родственники, да?
– Увы.
Йаванна непонимающе захлопала идеально накрашенными наращенными длинными ресницами и затем расхохоталась:
– Вы потрясающе шутите с серьезным лицом! Надеюсь, мы сработаемся – я в отделе кадров тружусь. А вон и наше УМВД, – она указала на отдельно стоявшее здание с развевающимися флагами страны и города, чья вывеска «ПОЛИЦИЯ» будто бы заорала на Мелькора, отчего он инстинктивно вжал плечи. Но быстро справился с некогда пугающим наименованием и выпрямился.
– И я надеюсь, – Моргот галантно поцеловал Йаванне руку, отчего она улыбнулась, но как-то натянуто. Обычно когда он выказывал симпатию девушкам джентльменским обращением, те отвечали взаимностью и трепетали от комплиментов и касаний.
«Ладно, крепкий орешек, попробую тебя раскусить», – азартно подумал Мелькор.
– Ой, а лекарства-то где? – спохватилась Йаванна.
– Эти? – Моргот, в такси обшаривший вещи Манвэ, на роль лекарств определил бумажный сверток, перевязанный толстой ниткой, коий и вручил кадровичке.
– Да-да, спасибо! Дедушка всю пенсию отдал, чтобы лекарства купить, очень их ждет!
– А они так и должны вонять старым сеном?
– Хм, наверно, – Йаванна вдохнула воздух рядом со свертком, чихнула и засунула его в принесенный с собой пакет.
Они все торчали на опротивевшей Морготу площади двумя тополями, как к ним подошел третий – тоже полицейский, худой невысокий парень с золотистыми волосами, волнами вылезавшими из-под фуражки.
– Здравия желаю! – звонко воскликнул он. – Добро пожаловать в Лихолесово! Чувствуйте себя как дома!
– Здрасьте, – ответил Мелькор и про себя добавил: «Я бы с радостью почувствовал, если бы это был Ангбанд, а не ваше Балбесово».
– Мелькор Эрувич, познакомьтесь. Это наш участковый Саурон Гортхауров, так сказать, всевидящее городское око, – гордо представила парня Йаванна. – Очень хорошо следит за порядком. Очень. Такой ответственный молодой человек.
– Ну надо же, – равнодушно отозвался Моргот, ощутивший дикую усталость от этих двух живчиков. Если все отделение набито подобными энтузиастами, то он от них в первый рабочий день сойдет с ума.
– А вон у дверей отделения стоит…
– У вас принято знакомиться на улице?
– Ой, нет, конечно. А вы сегодня на работу не выходите, – с чего-то разрешила Йаванна, будто она была среди них начальником. Хотя кадровички зачастую так себя и позиционируют. Руководители меняются, а отдел кадров, как правило, вечен сродни бухгалтерии. – У вас вид ну прямо не полицейский.
– В смысле? – внутри у Мелькора все похолодело. Не он раскусил Йаванну, а она его…
– Да вы замученный какой-то, как обычный человек после долгой поездки. Вы сегодня отдыхайте, отсыпайтесь, а с утра встанете огурчиком и станете выглядеть как настоящий инспектор. Держите ключи от служебной квартиры («Супер! Отдельная хата!» – обрадовался Моргот), Саурон вас до нее проводит.
– Для меня это огромная честь! – снова воскликнул участковый, с обожанием таращась на Мелькора как на божество в погонах.
– А может, лучше вы? – глянул Моргот на Йаванну.
– Да у меня дел полно, вы уж простите! Сау, покажи товарищу Бауглирову дорогу. И не болтай много, не докучай ему, – понапутствовала парня Йаванна и убежала в отделение.
– Идемте, товарищ майор, – сказал Гортхауров.
– Далеко?
– Минут десять пешком.
– Я хотел узнать в метрах-километрах вообще-то. Ну время тоже сойдет.
– Давайте я помогу вам с вещами!
– Сам довезу и донесу, – Мелькор не доверил бы сильмариллы даже родной матери.
– А знаете, чем я занимаюсь кроме службы?
– Откуда? Я тебя впервые вижу.
– Папа научил меня ковать…
– Так, стоп, – прервал намечавшуюся болтовню Моргот. – Мне эта информация пригодится в будущем?
– Ну… Не знаю… Может, и нет.
– Тогда оставь ее при себе. И незнакомым людям про себя сразу не трепись. Иначе треп могут обратить против тебя.
– Понял! Спасибо за ценный совет, Мелькор Эрувич!
– Пожалуйста. Вот этот дом с моей квартирой? А номер ее какой? Ага, ну все, до завтра.
Моргот шустро шмыгнул в подъезд, не дав Саурону еще раскрыть рта, иначе он при его любви к словоблудию будет прощаться еще минут двадцать.
***
Исследовав просторную двухкомнатную квартиру на признаки других жильцов вроде тараканов, муравьев и клопов и не обнаружив оных, Мелькор помимо замка закрыл входную дверь на цепочку и поставил около нее стул с пустой кастрюлей. Если кто вздумает сюда вломиться, то точно разбудит нового начальника лихолесовского УМВД сильным грохотом. Правильнее было бы первой ночью в незнакомом помещении подежурить, но от привычки так делать в тюрьме Моргот старался отделаться – он на свободе, пора меняться. К тому же ему сильно хотелось спать, а не бдеть с заточкой как вооруженная сова. Приняв душ, Мелькор всмотрелся в глубины зеркала, где узрел свою действительно уставшую рожу без малейших намеков на ее криминальную сущность. – Ну, Моргот, что мы имеем? Я инспектор Бауглиров – аж самому не верится. А еще начальник и знаю уже двух подчиненных ментов… Упс, полицейских. Надо говорить как полагается и пытаться изображать настоящего мусора – тьфу, блин, полицейского! Такие роли Мелькору играть еще не приходилось, как, впрочем, и любые другие. Мда, хочешь жить – умей вертеться ужом на сковородке. Спрятав чемодан с сильмариллами под кровать, Мелькор положил «Гронд» под подушку. Та была рыхлой, отчего пистолет ощущался как через тетрадный лист, однако Моргот это не почувствовал, потому что отрубился, едва принял горизонтальное положение.***
Изваянная неизвестным скульптором Надежда Константиновна Крупская с тоской смотрела куда-то вдаль. Мелькор, шедший утром в отделение, остановился и проследил за ее взглядом. Крупская, видимо, тоже не позавтракала, ибо жаждала посетить кафе «Дагестанский дворик» с летней верандой. «В кабинете поищу, что бы попить и сожрать», – подумал голодный Моргот. Ведь всегда в учреждениях есть халявные кофе и чай, а уж печенюшки или бутерброды обязательно принесут сердобольные женщины, стоит только жалобно попросить. Не успел Мелькор изучить содержимое закрытых полок в кабинете, как в него нестройной толпой ввалилось с десяток полицейских, включая Йаванну и Саурона. – Не понял… – на самом деле не понял Моргот, застуканный у распахнутого шкафа. – Здра-жла, т-врищ Б-гл-ров! – отвратительно несинхронно и невнятно грянули подчиненные. – Чего-чего? Вы себя слышите хоть? Почему все звуки не проговариваете? У вас что, каша во рту? На пятый раз полицейские поздоровались более-менее четко и в унисон, отчего Мелькор одобрительно кивнул и чинно прошествовал к столу. – Ну вот, уже лучше. А сейчас займемся вашим внешним обликом. Полицейские недоуменно пожали плечами. – Вы чего как расхлебаи?! – рявкнул Моргот и треснул кулаком по столешнице, отчего подскочил компьютер, подставка с канцелярией и подчиненные. – Рубашки застегнуты криво, фуражки надеты набок, хари мятые! Пузо быстро подобрали и встали смирно! Что у вас тут за порядки были до меня? Распустил вас прошлый начальник! Не полицейские, а гопота с района! Пять секунд на приведение себя в надлежащий вид! Отчаянно спешившие полицейские провозились с минуту, к счастью, сообразив, что можно помогать друг другу за неимением зеркала. – Продолжим, – Мелькор сел в кресло и грозно сдвинул брови, вводя подчиненных в трепет. – Договоримся на берегу, и второй раз не повторяю даже для тупых. Поскольку я инспектор, то буду вас проверять и гонять по всей вашей… нашей службе. Могу сказать не то нарочно, например, назову неверный термин, или стану убеждать, что преступника надо повесить, хотя этого делать нельзя, даже если очень хочется. В общем, буду постоянно сбивать вас с толку, чтобы вы выполняли свои обязанности не на отвали, объясняя мне, что к чему и почему. Уголовный Кодекс советую повторять перед сном как таблицу умножения. Всем ясно? – Так точно, товарищ майор, – уже стройнее и грустнее отозвались полицейские. Идею специально ошибавшегося инспектора Моргот тщательно обдумал, едва проснулся, и иного способа, как выказать себя профессионалом, он пока что не знал. С юриспруденцией у него было туго, кроме знания нескольких статей УК, касавшихся его непосредственно. – Все свободны, – сухо проговорил Мелькор и для создания сильной занятости подвинул к себе стопку бумаг. – Ну, что застыли-то? Преступления сами себя не раскроют. – Товарищ Бауглиров, – тихонько позвала Йаванна. – Что? – специально для нее помягче отозвался Моргот. – А мы ваш приезд когда будем отмечать? – Да-да! – поддержали кадровичку остальные. – Мы прям так вас ждали! – Бухнуть вы ждали! Причем на рабочем месте! – попенял Мелькор. – Вы ж, блин, менты! То есть полицейские! Все мы полицейские! – У нас традиция такая, – пояснила расстроенная Йаванна. – Новый человек в УМВД проставляется… – Ладно, – смилостивился «инспектор». – Отметим сейчас. Сбор через пять минут в «Дагестанском дворике». – А все идут? – Все, кроме дежурного. – Ну во-от… – обиженно протянул один из полицейских. – Мы раньше отделение закрывали и все уходили… – Кошмар… А теперь кыш отсюда, – указал на дверь Моргот и услышал шепотки выходивших подчиненных: – Строгий какой… – Инспектор же, а не салага. – Прям отругал, так отругал. – И правильно сделал, – согласилась с новой метлой Йаванна. – А и то правда разгильдяйски себя ведем. Ох, мне ж завтра надо на ногти у него отпроситься… А в четверг на педикюр. Ну ладно, потом с ним поговорю: скажу, что к врачу нужно.***
Рассевшиеся на летней веранде полицейские мигом полезли в винную карту и оживленно стали обсуждать, что бы выпить: коньяк, виски или водку. – Никакого алкоголя. Пить будем только чай и кофе, – сказал Мелькор. – Какао и сок тоже можно. – Да е-мое… – подчиненные убрали дразнившую винную карту с глаз долой. – Это мы в отделении и дома попить можем. А к чаю десертики хоть разрешены, товарищ майор? – Разрешены, но много не брать. Бюджет в полиции не бездонный. – А прошлые начальники из своего кармана платили… – Разговорчики! Забыли про прошлых и работаем с настоящим, то есть со мной! – Здравствуйте. Что будете заказывать? – вклинилась в воспитательную беседу официантка, в которой Моргот опознал пассажирку из поезда, обожавшую черный цвет. Сейчас она была тоже в черном платье, но с кипенно-белым воротничком, манжетами и передником, а на ее бэйджике Мелькор прочел имя «Тхурингветиль». – Блин… – пробормотал Моргот, ибо официантка стояла около него, а значит, свалить или пересесть незамеченным не получится. – О, какая встреча! – обратила на него внимание Тхурингветиль. – Алко… Мелькор красноречиво кашлянул, и девица смекнула, что он среди подчиненных, и не договорила «…навт». – Тхури, вы знакомы? – удивленно и ревниво спросил Саурон. – Да вместе ехали сюда на поезде. Но в Лихолесово, – официантка покосилась на погоны Моргота, – товарищ майор не вышел. – Он случайно до Мглистогорска проехал, – объяснила Йаванна. – Ну еще бы! Столько вылакать накануне… – в сторону произнесла Тхури, и Моргот на нее угрожающе шикнул. – Вам того же, вчерашнего? – с сарказмом поинтересовалась она, ничуть не испугавшись шиканья. – Нет, – хмуро ответил Мелькор. – Мне кофе с молоком, остальные сами скажут. Йаванна ушла помогать Тхурингветиль, полицейские о чем-то болтали, а Гортхауров не нашел лучшего собеседника, чем начальник. – Тхури милая, да? – Милая?! Ты что, больной? – изумился Моргот. – Наверно. От любви к ней… – участковый мечтательно прикрыл глаза, а Мелькор сплюнул. – Вот Йаванна именно милая. А еще красивая, женственная, аппетитная, не то что та летучая мышь. – Ага. Моя мама – настоящая красавица. – Она твоя мать?! – опешил Моргот, чуть не ляпнувший, что у Йаванны внушительный бюст явно не силиконовый. – Приемная. Она и папа меня усыновили. Мы так хорошо ладим! Они замечательные родители… – А вот и напитки! – заглушил дифирамбы Саурона Мелькор, давший себе зарок контактировать с ним по минимуму и садиться при общем столе подальше. – Ой, я забыла совсем, товарищ майор! – воскликнула Йаванна. – Ну что еще? – буркнул Моргот, едва пригубивший довольно вкусный кофе. – Я вас оформить должна. У вас все документы с собой? – Завтра принесу, лады? – Конечно! Вчера Мелькор настолько вымотался, что забыл пошаманить над документами Манвэ. Вечерком нужно обязательно заняться. – Это чего-то менты чаи распивают? – сказала местная пожилая жительница другой, когда они шли мимо веранды. – Вон чайник стоит, а Тхури кофе подливает. Обычно водяру глушат как не в себя. – Чудеса-а… Закодировались, видать, – авторитетно заявила вторая бабка. – Я слыхала, что у них начальник новый. Наверно, трезвенник и язвенник. Он на них и повлиял. Молодец какой.***
В кабинете-бункере, скрытом от посторонних глаз и ушей, Феанор нервно грыз паркеровскую позолоченную ручку. – В поезде его нет, – с ненавистью проговорил он. – Где-то сошел и затихарился, поганец! У, ворюга! Два присутствовавших средних сына закивали. Феанор хотел послать за Мелькором старших, но Маэдрос не мог отлипнуть от телефона, где сутками сидел в соцсетях – блогер, чтоб его варги драли! – а Маглор, певец-попсовик, укатил на гастроли. Из остальных сыновей на поиски Моргота Феанор выбрал Келегорма и Куруфина как наиболее беспощадных к противникам. Жаль, что умом оба не блистали, однако порой грубая сила и бестолковость бывают полезнее. – Найдем, па, – жуя жвачку, заверил Келегорм. – Не парься, – добавил Куруфин, крутя на пальце ключи от джипа.***
Очнувшийся (а может, проснувшийся) в канаве Манвэ распахнул глаза и уставился под стать Андрею Болконскому в темнеющее перед ночью небо. Вокруг нежно стрекотали цикады и приятно пела какая-то птичка. А сидевшая на груди Манвэ лягушка кокетливо квакнула ему в лицо.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!