VII. Вот ведь засада

      Нику Уайлду было скучно. Нет, не то. Ник Уайлд помирал со скуки. Уже прошли две недели как он и Джуди на беду прознали о том, что Та Самая Доун Барашкис вышла из тюрьмы и теперь вкалывает в местном дакмаке под вывеской Жук-Бургера. Ник, конечно-же, согласился с Хоппс чтобы вместе понаблюдать за овцой один, ну, может статься, с пару раз после ночного патрулирования. И как-то так витиевато сложилось, что он и Морковка таким образом напатрулировали с большую половину месяца. Час дозора под забором внезапно перетек в два часа, в три часа. И так очень даже заметно прошла вся неделя, что плавно перешла во вторую, в бесплодном наблюдении за Доун Барашкис. Морковка твёрдо вознамерилась уличить Ту Самую в… чём-бы она там не мутила.        Впрочем, Ник мог-бы допустить пару догадок. Например, Барашкис самым злодейским образом могла пережарить чипсы из цикады. Или даже перепутать напитки… или даже, о, небо, мухлевать со сдачей. Новость о том, что Барашкис выпустили из тюрьмы на поруки закона, ушла в народ незадолго после того, как Джуди и Ник узнали об этом от Финника. Задержалась она в общественном дискурсе очень ненадолго потому как буквально на следующий день весь Тундратаун, а вместе с ним и остальной город, встал на уши из-за крупной облавы на бывшей фабрике мороженого, где печатал свои грубые фальшивки горностай Эвальд Стоут, так и не состоявшийся главарём преступного мира. Казалось, самым большим, что могло теперь вызвать известие о выходе Той Самой из казённого дома, отдалось лишь вонью жалобщиков в сети, парой-тройкой нервных звонков в дежурную часть и несколько петиций от чересчур сознательных граждан, что предсказуемо где-то заглохли, не набрав и трети необходимых онлайн-подписей. Не было ни гражданских волнений, ни разбитых витрин, ни массовых беспорядков, ни тем более волочения этой овцы по улицам до самой Площади Саванны, чтоб под радостные крики толпы познакомить её там с ведром смолы, разорванной подушкой и петлёй. Внимание общественности, тем более в Зверополисе, никогда не отличалось особым постоянством. В особенности, когда только-только вышел новый альбом Газелле, а измочаленная ночными палками горностаева рожа Эвальда Стоута ещё и заполонила мемами каждый утюг и унитаз. Ник даже невольно оценил, что и от политиков бывает польза сродни тому как раз в год даже палка стреляет, с этим законом мэра Сноу о приватности для вышедших из заключения. Однако все надежды Ника Уайлда немного расслабиться после окончания дела Эвальда Стоута пошли прахом. Вместо того чтобы получить сокращение часов от капитана Буйволсона, ему и Хоппс влепили их ещё больше, и пара копов теперь действовали словно на автопилоте под кофеином. Вдобавок, в бумагах с увеличением их смен на запрос к капитану значился подозрительно знакомый крольчишкин почерк. И, судя по тому, как скоро печать начальника полиции оказалась на том злополучном запросе на дополнительные ночные смены, в их участке не у одного лишь Уайлда имелось чувство юмора. И вот лис сиднем сидел в патрульной машине и ждал сам не зная, чего именно, и таращился в бинокль на самый заурядный Жук-Бургер, торчавший грибом посреди пустынной парковки в без четверти два часа ночи. Навскидку им оставалось затекать тут ещё с полтора часа, прежде чем возобновить настоящее патрулирование, или пойти рискнуть здоровьем, в том случае если об этой их шабашке прознает шеф. Конечно же, в случае с лисом, у ночных смен были и свои преимущества. Лисы являются в большинстве своём ночными зверями и Ник мог оставаться свежим и настороже хоть всю ночь, пусть и столь бессмысленно упущенную как сейчас. А вот по утрам он едва мог разлепить глаза аж вплоть до полудня. Обратная ситуация была с его Морковкой: в данный конкретно момент Джуди кое-как могла сидеть за рулём прямо с её упавшими на спину ушами. А глаза крольчихи были сейчас похожи на две узкие щёлки, так она, вероятно, пребывала в своём энергосберегающем режиме. До того им нечасто выпадали ночные смены и даже в тех редких случаях для крольчихи они были ну просто загонись. Даже с её вялой реакцией и общей заторможенностью в тёмное время суток, Джуди настаивала на том, чтобы машину вела именно она. Как они так до сих пор не убились, для Ника Уайлда это оставалось загадкой, и что он не дотлевает сейчас в кювете лишь по какому-то необычному стечению обстоятельств. Стоить ли упоминать о том, что нарушений ПДД крольчиха клепала в таких случаях много больше, чем пара копов обычно те предотвращала. Впрочем, даже если Уайлд и был лапша лапшой с утра и как огурчик ночью, доселе он доверял распределение их общих смен Джуди. Некоторые могли бы это назвать «путём наименьшего сопротивления», но этим некоторым никогда не приходилось спорить с этой непреклонной зайкой. Но даже у Ника Уайлда был свой предел терпения, и сегодня был тот самый день, когда он, предел, был-таки преодолён. -Морковка… Ответом было какое-то невнятное сонное ворчание. -Джуди! Я, кажется, вижу… - с тревогой в голосе сказал лис. Офицер Хоппс немедленно встрепенулась. -А, что, я не сплю, просто даю глазам отдых! - сразу выпрямилась Морковка. -Я говорю, я что-то заметил там… - сказал Ник чуть громче. -Что там, где там? Джуди быстро проморгалась и немедленно взялась за её бинокль, собиравший пыль на торпеде. Ник чуть улыбнулся, гляди на то, как его Морковка теперь изо всех сил косплеила того маленького робота из уже почтенной Динговской полнометражки. -Где??? Ник, да что ты увидел!? Что Та Самая там делает!? – запинаясь затараторила крольчишка, отчаянно тыча биноклем во все стороны в попытке нашарить взглядом нечто, что Ник умудрился «заметить». -Я вижу… - со всё нарастающим волнением в голосе продолжил Уайлд. -… вижу… -НУ ЧТО??? – воскликнула Джуди. Нику на мгновение даже показалось, что ещё вот-вот и глаза Морковки выскочат на пружинках прямо из окуляров её бинокля, словно в ранних чёрно-белых мультиках. С этой мыслью лис перевёл свой бинокль на Джуди. -Я вижу одну самоуверенную крольчиху, что схомячила несколько часов моей жизни, и я требую их обратно. Крольчишкины уши, было встрепенувшиеся, упали обратно ей на затылок, по мере того как программа Джуди Хоппс.exe всё находилась в состоянии перезагрузки, но глазки немедленно вспыхнули, когда она отняла их от своего бинокля. А локоток крольчихи, немедленно вошедший Нику в живот, был, как всегда, точен и быстр. Впрочем, хохотавший сейчас Ник заранее знал на что шёл, возмездие было неизбежно в любом случае.       - Ник! Да что-ж такое с тобой, это важно! – фыркнула Морковка.       - Важно? – выдохнул Уайлд отсмеявшись и вытирая слезу. – Важнее чем заняться накладными бумагами Эвальда Стоута, которых наберётся на дюжину коробок? Ох, ну да, разумеется. У нас же здесь великая миссия наблюдать за работницей дакмака.       - НИК! – рыкнула в ответ крольчишка.       - Да ладно тебе, Джуд. Или ты можешь поверить, чтоб этот некогда обычный селюк из-под Лемминграда в одночасье заделался миллионером и теперь рассылает контейнеры по всему побережью? Клад у себя в огороде отковырял, видать? Можно теперь только на гуще гадать, кому он толкал свой хабар по всему городу, зачем и почему постольку…       - Ник, соберись. Это лишь макулатура с личной перепиской и черная бухгалтерия по фальшивкам что он печатал. Ты должен сосредоточиться на Той Самой, на её деле! – отрезала крольчиха, её носик подрагивал в раздражении. Ник косо глянул на Джуди, словно в неверии. - ЦУП вызывает Хоппс. Приём, как слышно? Буйволсон прав, Морковка. Нет тут никакого дела. Нас здесь абсолютно ничего не держит, поэтому давай-ка мы будем рвать отсюда когти, пока нас не замели. И сейчас лучше всего их надо рвать в сторону ближайшего «Snarlbucks», а то давненько я не пил хорошего кофейку, да и тебе он по виду не повредит. – проворчал рыжий. Ответом рыжему был исполненный холода буравящий в нем дыры взгляд с водительского сидения, но Уайлд сейчас был готов и к нему. - Да что там, не повредит. Тебе он жизненно необходим, Морковка! Да у тебя на морде написано, как ты хочешь сбежать отсюда на пару со мной. Только представь, как ты будешь наслаждаться свежим кремово-морковным амаретто… - было заворковал лис, но замолк на полуслове. На мордочке Хоппс растекалась зловещая улыбка. Блеск фиалковых глазок тоже не придавал лису уверенности. - А знаешь, что, рыжик… - почти игриво растянула Джуди, - Хвалю за инициативу. Правда, хвалю. Мне и в самом деле надо губы смочить чем-то освежающим… Как правило, с этого её тона для Ника Уайлда начинались всевозможные неприятности. - И я даже знаю где мы разживёмся этой животворящей амброзией… - проворковала Морковка в ответ, устремляя поблескивающие глазки на тихую забегаловку, расположившуюся впереди. Джуди Хоппс повернулась к лису, сидевшему с отсутствующей мордой. К ужасу и смятению Ника Уайлда, на недобро ухмыляющейся мордашке Хоппс он заметил то особое выражение, которое бывало у него самого перед тем, как он когда-то давно в те определённые моменты, когда он решал обзаводиться новыми знакомствами. И у всех его новых знакомых почему-то всегда становилось намного меньше денег чем до того, как они познакомились с Ником Уайлдом. - Морковка… нет. Даже не думай. Ты говорила, что… - Брось, Ник, давай так. Если мы что-нибудь там закажем и краем глаза посмотрим, что там творится, то я перестану нас тут мариновать, договорились? – обратилась крольчишка сахарным тоном к Нику, и с не менее сладкой улыбочкой. - Морковка… - глухо донеслось в ответ. – Ты мне обещала. Мы не будем там светиться. Сейчас ты заведёшь машину, мы развернёмся и уедем, чтоб духу нашего здесь больше не было. - Но… - С меня хватит, Джуд! – лис принялся размахивать лапами. – Ты вообще, как, ещё не двинулась на почве паранойи из-за этой овчатины на ножках? В этот раз Ник Уайлд был готов к секретному оружию Морковки. Стоило ей только попытаться сделать милые и грустные глазки, как из бардачка сразу появился заранее заготовленный на такой случай позавчерашний выпуск газеты «The Zookeeper», и накрыл её с ушами. Когда же вспыхнувшая крольчиха сумела продраться сквозь свободную печать, то её встретил строгий взгляд скрестившего лапы лиса. Джуди Хоппс осунулась, но уже через какой-то миг на её морде снова появилось выражение обиды и гнева. - Ник! Неужели тебе всё равно на то, что Барашкис устроила!? Или тебе плевать на то, как она с нами игралась!? Или как она пыталась заставить тебя убить меня!? - всплеснула лапами в свою очередь уже сама крольчишка. - Я помню. – глухо ответил Ник. В его голосе всё же проскользнула нотка горечи. - Как тогда ты можешь сейчас делать вид будто тебе всё пополам!? – крольчиха уже вскочила на сидении, встав на уровень лисьих глаз. - КОНЕЧНО ЖЕ МНЕ НЕ ПЛЕВАТЬ! – взорвался Ник. – ДУМАЕШЬ, Я ЭТОЙ ОВЦЕ ЛУЧШИЙ ДРУГ ВО ВСЁМ БЕЛОМ СВЕТЕ ИЛИ У МЕНЯ, ПО-ТВОЕМУ, ПАМЯТЬ ОТШИБЛО!? ТЫ, ЧТО, РЕХНУЛАСЬ В КОНЕЦ? Наигранности в том, как Морковка вжалась в сидение не было, и Ник сразу почувствовал укол вины. Он отвернулся от Джуди и от стыда понурил голову. - Та Самая хотела превратить меня в бездумную машину для убийств, Джуди. Ей, между прочим, почти удалось. – донеслось до Морковки и лис резко к ней обернулся. – И если-б ей хватило мозгов сперва проверить, была ли там сыворотка в её проклятой пукалке или нет, то… то я не смог бы себя простить. Лис опять отвернулся к боковому окну и подложил кулак под щеку, снова уставившись на то, как иногда моргает неоновая вывеска в виде большого жука на крыше забегаловки. Ник вздрогнул, когда до его левой лапы аккуратно дотронулась миниатюрная кроличья. Почти нехотя Ник повернулся, чтобы встретиться взглядом с погрустневшими, но всё такими же фиалковыми глазами Джуди. - Морковка, послушай… Я знаю, что тебе пришлось туго когда мы узнали, как легко Та Самая отделалась на суде. – лис устало улыбнулся. - Но ты пойми, зацикливаться так не стоит… я вот, после суда даже, грешным делом, стал подумывать, что… Ник умолк, в раздумье над ускользающими от него мыслями и словами. - Будто тот старый недобрый Ник Уайлд решил снова зайти на рюмку чая. – лис в нерешительности над тем, продолжать ли ему или нет, поскрёб лапой затылок. – Тот Ник, который ничто во грош не ставил. Тот Ник, который искренне считал, что всё и все в Зверополисе несправедливы. Лисья лапа осторожно легла на плечо Джуди. - Тот самый Ник, который не мог довериться ни единому зверю. Крольчиха тоже ответила усталой улыбкой Уайлду, но отвернулась чтобы снова посмотреть на мерцавший неоновой вывеской и казавшийся сейчас почти заброшенным ресторан. Ник снял свою лапу с плеча Хоппс и тоже отвернулся от крольчишки, с незаметным для Джуди вздохом. Вывеске Жук-Бургера он предпочел пробивавшиеся кое-где звёзды через отсвет автострад и небоскребов. - Мы лишь делаем свою работу, Морковка. Как там говорил наш бычара, будем верить в систему и наше в ней место… - вздохнул снова Уайлд. – Но если-б я был судьёй, а также присяжными и палачом в одной морде, то я-б точно упрятал Ту Самую за решётку пока копыта у той не отвалятся. – закончил он с мрачным смешком. Тем не менее, нелёгкое молчание всё равно снова вступило в свои права. Тишину в патрульной машине нарушал лишь далёкий гул автодвижения. - И ты тоже послушай меня, Ник. – вдруг нарушила тишину Морковка и лис сразу посмотрел на неё. Джуди Хоппс, словно каменная, продолжала зорко смотреть на здание забегаловки впереди. - Ну, слушаю внимательно. – проворчал Ник, в который раз невольно восхищаясь внутренним стержнем этой крольчихи. Джуди всё же перевела свой взгляд с ресторана что укрывал Ту Самую от них на Ника, и словно лишь сейчас увидела, как сильно лис измотан из-за её так называемого «дела». Крольчиха съежилась от накатившего внезапно стыда перед напарником и потупила взор. - Джуди, ну скажи же что-нибудь. – мягко надавил Уайлд, видя, что и его Морковке сложно объясниться самой. Джуди снова кинула взгляд на забегаловку, где сейчас находилась Барашкис. - Я верила ей, Ник. Верила. Когда она снова посмотрела на Ника, тот увидел в её глазах большую печаль, а не обычную решимость. - Мне казалось, что кроме Барашкис, никто не болел за меня, когда я наконец осуществила свою мечту: надела наконец форму. И пока я шла к ней, мною пренебрегали все… все кроме той овцы. Джуди слабо улыбнулась лису. - По крайней мере, так было до тех пор, пока мне на голову не свалился тонной кирпичей один рыжий нахал. Ник Уайлд, польщённый столь тёплым комплиментом, одарил Джуди своей очаровательной улыбкой №5 и приобнял крольчиху за плечо. Да, её рыжий нахал обошёлся ей в двадцать зверодолларов в тот день, но это тот самый товар, который прослужит ей всю жизнь. Не говоря уж о том, что возврату или обмену эта покупка не подлежит. - А потом… - продолжила Джуди, в то время как Ник сразу заприметил тревожную нотку. – Потом оказалось, что вся та её доброжелательность оказалась сплошным враньём. Хоппс драматично, но бессильно, всплеснула лапами. - Весь этот хаос, раскол, насилие… Она пыталась убить не только нас, Ник! – Джуди скрестила лапы на груди и носик дёрнулся в отвращении. Уайлд, резко посерьёзневший, снова внимательно следил за каждой чёрточкой на морде крольчихи, в ожидании продолжения. - У нас ведь так и не получилось пересечься с Той Самой после её ареста, верно? Да, в следствии мы оказались по большей части свидетелями обвинения, и не видели её с самого суда… Я понимаю, процедура наше всё, мы ведь на стороне закона… но… - Но? – подтолкнул снова Ник. Джуди набрала в грудь воздуха и посмотрела лису прямо в глаза. В её морде были неприкрытый гнев и обида. - Я хочу знать, Ник. Знать зачем ей надо было сеять раздор и разрушать город. И что ещё более важно… да, важно для меня, высказаться ей в её надменную шерстяную харю. С этим, крольчиха тяжело выдохнула и откинулась на водительское сиденье. Ник снова перевел взгляд на притихший неподалёку Жук-Бургер и поскрёб шерсть на подбородке, ловя момент чтобы подумать в воцарившейся снова тишине. - Так вот зачем мы здесь околачиваемся, Морковка? – хмыкнул лис. – Лишь потому, что ты хочешь набраться храбрости чтоб сурово глянуть Той Самой в её четыре глаза? - …да. – услышал Ник неуверенный ответ. Ник снова глянул на казавшуюся отсюда заброшенной забегаловку. - …опосля мы завязываем. – проворчал рыжий. - …ч-чего? – сморгнув переспросила Джуди. - А того, Морковка, что после того, как ты сейчас отведешь душу, ты снимешь с нас этот глупый зарок торчать здесь по ночам. Оставляем Барашкис за кормой. Ты поняла меня? Внезапно лис почуял как его талию быстро обхватили лапки его крольчишки. Джуди зарылась мордочкой в плотную ткань лисьего мундира. Ник, было опешивший и уже зардевшийся, чуть улыбнулся и притянул к себе его Морковку. - Да, Ник, я понимаю. Я обещаю тебе... - Ну полно тебе, Морковка. – протянул Ник, чей хвост так некстати выдавал радость его владельца. – И насчёт этих наших постоянных ночных бдений, Джуд, тебе точно надо будет как следует отоспаться, а то ты выглядишь как ходячая сцена из фильма ужасов. Не успел лис даже как следует просмеяться, когда его тут-же настигло возмездие в виде острого локотка крольчихи, нормально так пихнувшего его в бок. - Гадкая зайка. – полузастонал-полухохотнул Ник. - Грубый лис. – отпарировала Джуди, устраиваясь как следует в водительском кресле и берясь за ключи от машины. Массивный патрульный крузер ПДЗ включил фары и стал неторопливо подъезжать к наружному спикеру для водителей под большим стендом с меню. По мере того, как забегаловка становилась всё ближе, Ник всё больше чувствовал себя не в своей тарелке. Как пить дать их предстоящий им небольшой междусобойчик с Той Самой по меньшей мере грозил проблемами, к гадалке не ходи, но отступать было поздно. Напротив, как считал Ник, они ещё дёшево отделаются, если покончат с этим хвостом прямо сейчас. Лис сам не заметил, как его пальцы стали нервно барабанить по баночке с репеллентом у него на поясе. - Хотела бы я, чтоб ты прекратил таскать с собой эту штуку, рыжик. Ник словно очнулся. - Какую-такую штуку? – хмыкнул лис, барабанящие по банке пальцы теперь выстукивали какую-то навязчивую мелодию. - Эта дрянь у тебя в чехле на ремне… - тихо произнесла Джуди отводя взгляд. - Она напоминает мне о том… какой я была. Джуди снова одарили улыбкой полной самодовольного лисьего шарма. - Джуд, ты вспомни лучше каким был я. К тому же, годные сапоги – надо брать. Самое то, когда позарез надо прыснуть кому-нибудь в хоризму чтоб разнять поножовщину. - Ник… - Хорошо действует и на хищников, и на травоядов, видно, что работает на инстинктивном уровне даже спустя миллионы лет, если синтезировано из феромонов больших кошачьих… - Ага, Ник, ты ещё мне прочти состав мелким шрифтом на этикетке. Я серьёзно… - И я серьёзно. – снова загадочная лисья улыбка которая сможет с лёгкостью загадить кому-нибудь вечер. – Тебе самой стоило бы снова носить один такой при себе. - О’КЕЙ, ЗАБУДЬ! – рыкнула опять побеждённая Морковка, наконец подъезжая к спикеру под стендом и опуская боковое окно. Посмотрев на решетку динамика над спикером, пара копов неуверенно переглянулись между собой ещё раз, прежде чем Хоппс всё же потянулась к кнопке связи с кассиром. Ник услышал, как Морковка вдохнула воздуха для пущей уверенности, когда прибор ожил с характерным потрескиванием. - …тка, да ты меня просто убиваешь! – донёсся до лиса и крольчихи из динамика отзвук смешка. Ник и Джуди снова недоуменно обменялись взглядами, а потом кто-то там откашлялся. Затем из динамика раздался уверенный голос полного жизненных сил самца. – Добро пожаловать в Жук-Бургер, дом родной жук-бургеров, могу я принять ваш заказ? Когда крольчиха опять посмотрела на Ника и пожала плечами, тот сразу нашёлся: - Закажи что-нибудь, - шепнул лис в кроличье ухо, и Морковка повернулась обратно к спикеру. - Сейчас, дайте подумать. - Да пожалуйста, мэм. Если что, то я тут на всю ночь, обращайтесь! – голос будто заражал своей весёлостью даже через скрипучий динамик. Ник тем временем выглянул через крольчишкино плечо чтобы заценить меню на стенде и у него сразу, фигурально и не очень выражаясь, потекли слюнки при виде одного сильно заинтересовавшего его пункта. - А что ваша контора может сказать про фреш Голубиччино? – Морковка рядом сразу усмехнулась, услышав про голубику, но Ник лишь повилял ей своими бровями, на это он тоже был большой дока. Если и была у Ника Уайлда какая-то ещё слабость кроме его Морковки, то она распространялась лишь на голубику. - Извините, что отвечаю вопросом на вопрос… - донёсся из динамика всё тот-же живой голос. - …но какой ответ устроит вас больше, по корпоративной методичке или как есть? - Признаться, теперь я не против услышать оба. – хмыкнул Ник. Голос хохотнул пару раз. - Ну, корпоративная методичка говорит, что это распрекраснейший кофейный бленд, сдобренный специями и голубичной мякотью, одновременно насыщающий и доставляющий. А то, что мы теперь ещё и варим кофе, не означает что мы конкурируем ещё и с кофейной сетью «Snarlbucks», это всё ложь, клевета и провокация. Джуди с её верным лисом даже улыбнуло от столь редкой честности. - А вообще, я и моя коллега попробовали на днях сами и решили, что вещь ничего себе так. – заключил голос самца. Крольчиха и лис теперь тревожно обменялись взглядами при упоминании «коллеги». - Беру один с собой, размер для псовых. – сказал сразу Ник и перед тем, как податься на своё сиденье похлопал Джуди по плечу, чтоб та тоже не осталась без полагающегося ей напитка. - Тоже самое, только с морковной добавкой, если есть. – недолго думая кинула Джуди, - Также псовый размер. Из динамика донеслось щёлканье клавиш, видимо калькулятора, и невнятное бормотание под нос, связанное со сложными финансовыми расчётами. - О’кей, с вас будет пять зверобаксов и восемьдесят шесть центов, пожалуйста выберите подходящее вам по размеру окно. – ответил наконец голос и с этим динамик отрубился, оставляя двоих полицейских в тиши.        Вечно подмечавший детали Ник заметил, как Джуди пытается набраться уверенности чтобы сурово взглянуть в глаза Той Самой, и получалось это у неё не ахти. Но, вместо того чтобы быстро взять себя в лапы и подвести массивный чёрно-белый полицейский крузак к окошку для выдачи… несгибаемая крольчиха словно застыла, вцепившись в руль, будто памятник самой себе.        - Земля вызывает Джуди! – крольчишка чуть подпрыгнула в кресле, когда кашлянул Ник после нескольких долгих моментов этого ступора.               – Как-бы момент или сейчас, или уже никогда, Морковка. – снова мягко надавил Ник.        - Да, точно. – бросила Джуди, и машина подъехала к среднему окну.        Под полупрозрачным жалюзи почти сразу появились очертания знакомой маленькой фигурки.        - …я возьмусь, Вернон, не беспокойся. – услышали лис и крольчиха голос Доун Барашкис.              Жалюзи поднялось, и они увидели Ту Самую, возящуюся за кассовым аппаратом, пусть было видно в основном только её шапку работника франшизы, более походящую на шутовской колпак.        - Добрый ве-вечер, добро пожаловать в жу-Жук-Бургер! – затараторила овца из-за кассы, явно пока не замечая вновь прибывших. – Ух… Кассовый аппарат звякнул и его лоток с мелочью наконец выехал, позволяя Барашкис теперь встать во весь свой невесть какой, но рост. - С вас будет пять зверодолларов и восемьдеся… - только сейчас Та Самая увидела, кто именно сегодня соизволил заехать на огонёк.       Нику показалось, что цвет с морды овцы взяли и слили в несколько секунд. Глаза за роговыми очками расширились от ужаса. Да что там, казалось, овца вот-вот вывалится из окошка без чувств. Также, Ник мог лишь предполагать, какое именно выражение морды приберегла его Морковка для Той Самой. За себя-то он мог поручиться: загадочно-самодовольная лисья улыбка номер один, плюс классически приподнятая бровь.              Ник сразу заметил, как сильно изменилась овца с того момента как он видел её в зале суда четыре года назад: черты морды обострились, под глазами появились мешки словно от недосыпа. Кажется, в шерсти у неё что-то застряло, возможно, кусочки еды.       - …с… с-с… - выдавила Доун Барашкис.               Ник почувствовал себя неуютно, дескать это мелочно, радоваться её испугу, даже не взирая на её прошлое. Но Уайлд сразу отмел этот несвоевременный укол совести, ведь перед ним находилась Та Самая, Доун Барашкис.       - …с…       Вместо того чтобы убежать, трясущаяся от страха Барашкис застыла перед двумя полицейскими, уставясь на свои копытца. Только бы не смотреть на этих двоих.       - …с вас п... п… п-пять… пять, восемьдесят ше-шесть… - Джуди и Ник едва её расслышали.              Последовала липкая тишина. Не прерывая взгляда на Ту Самую, Джуди достала свой бумажник и положила деньги на подоконник. А не протянула их Барашкис, снова подметил Уайлд. Нервно метавшийся повсюду взгляд овцы кое-как сосредоточился на банкноте в десять зверобаксов, она едва смогла подцепить её копытцем и заняться сдачей. Главное теперь, только чтобы Барашкис не швырнула мелочь в морду Морковке, равно как и Морковка в свою очередь, не швырнула бы ту в морду овце. Далее последовала схожая манипуляция, овца положила сдачу на подоконник, не передала её Хоппс. Та так и осталась лежать, потому как Джуди продолжала сурово смотреть на съёжившуюся Ту Самую. Наконец, дрожащая овца зажмурилась, глубоко вздохнула и стиснула свои копытца в кулачки, видимо пытаясь набраться каких-то сил незнамо для чего. - …е-если… те-тебе есть ч-ч-что м-мне сказать, д-д-Джуди… то… с-с-скажи ка-как есть. – мягко сказала Доун. - … вы ведь… за этим сю-сюда при-пришли?... При этих словах Той Самой даже Ник удивился, а он многое видал. Джуди всё молчала, холодно смотря на овцу. Уайлду многого стоило удержаться от того, чтоб сморозить нечто вроде «да мы забежали на пять сек, только горло промочить». Но сейчас было важно чтобы высказалась именно его Морковка. - Ну… да-давай. Не… не сдерживайся. – продолжила Та Самая, всё зажмурившись. – Ч-что бы ты не-не скажешь сейчас… я… я… я заслужила в-всё. Овца отвернула морду от обоих копов, будто ожидала пощёчины, и сразу вжала голову в плечи, словно уже её получила. А Ник почувствовал, как напряглась рядом его Морковка. Крольчиха издала глубокий, усталый вздох. - Доун… При звуке собственного имени овечка съёжилась. – Ты мне солгала. Голос крольчихи сейчас был не сколько угрюм, сколько опустошён. - Ты предала меня. Лис услышал, как Джуди сглотнула большой ком в горле. -Ты пыталась убить меня и Ника. Овца вздрагивала при каждом обвинении, словно под ударами бича. - Ты пыталась разрушить Зверополис и причинила боль стольким зверям. – голос Джуди всё повышался. – Ради чего? Из-за власти? Из мести? Ник услышал тихое хныканье со стороны Доун. Наверное, и Джуди тоже. - Я видела улики на суде, все до одной. Я знаю о Даге, и об остальных. Но это не уменьшает твоей вины. Твоей ответственности за всё, что ты сделала. За всё зло, что ты принесла. Джуди уже перешла на рычание. - Я приехала в Зверополис со своими собственными демонами и предрассудками. – голос Джуди дрогнул. – Но я не позволила им поглотить меня, как ты своим. Ник украдкой глянул на Джуди. Та тоже дрожала, толи в гневе, толи ещё от чего. - И ты сделала даже меня частью твоих козней. Я была твоей послушной петрушкой на горе хищникам! И даже не знала об этом! Джуди снова тяжело выдохнула, прежде чем… - Я НИКОГДА НЕ ПРОЩУ ТЕБЯ! То был уже крик. Казалось, эхо звенело у всех в ушах уже вечность. Когда оно наконец стихло, то стало слышно, как тяжело дышит Джуди и… как тихо плачет Барашкис. Всё это время та, зажмурившись, продолжала стоять, вжав голову в плечи подобно детёнышу которого ругают за провинность. Из полутьмы, позади заливающейся слезами овечки, бесшумно появилась высокая оранжево-красная фигура в фартуке и с подносом, на котором стояли два высоких бумажных стакана. Большие когтистые лапы быстро поставили поднос на стойку рядом и осторожно легли овечке на плечи. Внимание вновь прибывшего было поглощено лишь овцой, а не изящными лисьими лапами, подцепившими две стакашки. - Доун, ты как? – прогудел высоченный детина, Ник узнал этот живой голос из динамика. Уже рыдающая овечка инстинктивно ухватилась за лапы зверя, резко обернулась и зарылась в фартук этого здоровяка. - А вы часом не… - уже и так рассерженный слезами Доун здоровенный волчара поднял глаза с плачущей овечки на двоих зверей в форме, явно узнавая в морду и Джуди, и Ника. Волчья морда оскалилась и лапы волка защищающе прикрыли Доун от полицейских. - Шёрстка, если хочешь, чтобы эти двое убрались отсюда, то лишь скажи и я… Овечка при этих словах резко отшатнулась от волка. - Нет, нетнетнетнетнет, - спешно затараторила та. – В-в-всё в по-порядке, ве-Вернон… Доун, с её раскрасневшейся зарёванной мордочкой, попыталась снизу вверх улыбнуться высокому волку. Волк снова посмотрел на Доун. На её зарёванную, раскрасневшуюся мордочку, пытающуюся выдавить для него улыбку. И его лапы сами собой сжались в кулаки. Тревожный колокольчик в голове у Ника сразу зазвонил, и лис стал спешно перебирать варианты действий. - По-пожалуйста, Щеночек, я… я… справлюсь… с-справлюсь сама. П-п-правда… Волк снова поднял глаза на двоих зверей в форме ПДЗ. Он смотрел на них долго и столь же холодно. - Не… не надо… - снова всхлипнула Доун. Нехотя, к большому облегчению Ника, кулачищи волка всё же разжались. - О’кей. Как скажешь, Шёрстка. Но если я вдруг понадоблюсь, то сразу зови. – медленно произнёс волк, не разрывая зрительный контакт с полицейскими. - Не раздумывай. Зови сразу. Волк, с этими словами, похлопал овечку по плечу и, столь же нехотя, боком отходя от окошка. -Офицеры. – выцедил обоим копам волк на прощание вместе с куцым кивком, при том оскалившись, перед тем как уйти из видимости. А Ник уже к тому времени был готов выдать с пылу, с жару, несколько острот. Особенно забористые были о тупых волках и шавках-наймитах. А уж это милое прозвище, «Щеночек», открывало лису просто непочатый край ценного материала. Но учитывая, что они едва не нарвались чтобы как следует пособачиться в сваре, лис дважды теперь подумает, прежде чем пускать их в ход. Кулаки у этого волка были и в самом деле велики. Очень может быть, что это был самый здоровенный волк, который когда-либо встречался Нику. И лезть в бутылку на пару с этим детинушкой сегодня для лиса не улыбалось.       - т… т-ты… ты п-права, Джуди. Доун, всё ещё уныло стоявшая к ним спиной, шмыгнула носом. - Вот это поворот. – не удержавшись выдал Ник. Джуди лишь наградила лиса раздражённым взглядом. - Я… я всё сказала ещё т-тогда. На суде. – продолжила Доун, вытирая глаза. – Но… но то были ли… лишь… лишь о-отговорки. Доун Барашкис повернулась обратно к Хоппс и Уайлду. Только сейчас Ник как следует рассмотрел Ту Самую. Дешёвая тушь на её морде потекла. Ну, конечно, сейчас она только такую и может себе позволить. Рот овцы походил на идеальный полукруг, повёрнутый углами вниз. Маленький подбородок дрожал. Овца снова громко шмыгнула носом. С него свисала длинная сосулька слизи. Вероятно, Барашкис проследила взгляд лиса, раз принялась яростно тереть нос и заплаканные, раскрасневшиеся глаза. - В… в какой-то момент… надо… надо взять на… на себя… и от… ответственность за твою со-собственную жи-жизнь и пе… перестать валить в-вину на д-других. Доун глубоко вздохнула. Двое полицейских внимательно смотрели на неё. - Я… я де-действительно совершила у-ужасные вещи. Да, э-это так. – тихо продолжала овца. – И-и я очень сожалею о… о каждой и-из них. Я з-знаю, что вы вряд ли по-поверите мне… но… Доун потупилась и уставилась снова на свои копытца. - Но м-мне в самом деле ж-жаль. - Правда твоя. Я тебе не верю. – для Ника в этот раз пришла очередь удивляться уже резкости Морковки. Овечка содрогнулась. Подбородок и губы Доун задрожали ещё сильнее. В уголках глаз за стёклами роговых очков снова набухли слёзы. - …я… по-понимаю. – Доун ещё раз шмыгнула носом. – П-под ко-конец… я и в самом де-деле… стала чу-чудовищем. Доун снова подняла полные слёз глаза на Джуди. - …н-но… е-если бы… ты т-тогда пострадала бы, Джуди… то… то я бы тоже себя н-не простила. – всхлипнула тихо овечка. На подоконник упала растёкшаяся у овцы по морде дешёвая тушь. А от Ника не ускользнуло, что соседнее окно для крупных зверей бесшумно открылось и из него показалась уже знакомая, оскалившаяся морда Щеночка, довольно недружелюбно сигнализировавшего о том, что пора бы им, Нику и Джуди, и честь знать. Лис даже заинтересовался, с какого бодуна этот волчара так вписывается за Ту Самую. Может, он просто не в курсах, или тоже попал на удочку шерстяной манипуляторши? Ник не смог удержаться от того, чтобы не осветить своей обаятельной улыбкой заодно и вечер Щеночка, тем более что внимание Морковки и Барашкис было приковано… недруг к недругу. Волчья морда оскалилась ещё раз, сверкнула глазами и исчезла. - Но… я… я правда пы-пытаюсь и-изменить с-свою жизнь к… к лу-лучшему. О-оставить ужасное прошлое позади. – овца утёрла локтем свисавшую соплю. - Я знаю… я вряд ли с-смогу когда-либо исправить всё, ч-что я со-совершила. Н-но… у… у меня хотя бы есть шанс попытаться, пра-правда ведь? Барашкис стянула с её шерстяного помпона шапку работницы забегаловки чтобы ей утереться. Джуди повернулась к её верному лису, тот, к своему удивлению, прочёл на её морде грусть. «Ещё немного и, что, заделается в адвокаты дьявола?» - пронеслось у него в мыслях. - Я всё сказала. – бросила Джуди, пытаясь скрыть собственное смятение, в первую очередь для самой себя. – Сказала всё, что надо было. - …и… и я тоже. – тихо ответила ей Доун. Хоппс завела двигатель и массивный патрульный автомобиль тронулся. Неожиданно, в боковом стекле Джуди увидела, как Доун высунулась из окна и машет им, но явно не на прощание. -По… подождите! Постойте! Машина остановилась. Доун с прерывающимся дыханием нервно ожидала, что полицейские сейчас возьмут и уедут. Но машина дала задний ход и снова встала у окна. Опять холодный взгляд крольчихи и хитрая, самодовольная морда лиса. Полицейские увидели, как овца быстро взяла откуда-то сбоку блокнот для записей заказов и что-то там начала шкрябать огрызком карандаша. Затем она вырвала листок с тем, что она нацарапала там одним трясущимся копытцем дабы протянуть его Джуди в другом. - Я… я знаю, что мы с т-тобой больше не друзья, Джуди… - Офицер Хоппс. – холодно прервала овцу крольчиха. - …д-да. Офицер Хоппс. Ко-конечно. Но… но, если теб… то есть, в-вам… вам понадобится с-связаться со мной… - дрожащая овечка сделала паузу для того, чтобы сглотнуть большой ком в горле. – Или… или вам надо будет вы-высказаться ещё… или даже присматривать за м-мной… Овечка снова потупилась в своём стыде. - То… э-это м-мой новый номер. Джуди продолжала холодно смотреть на Барашкис. Листок из блокнота в её протянутом к Джуди копытце дрогнул. Овечка снова всхлипнула. Никто не торопился брать эту бумажку. Но всё же кроличья лапа, пусть и нерешительно, но взяла листок с цифрами из задрожавшего было копытца. Джуди скользнула по номеру взглядом, сложила листок напополам и сунула в нагрудный карман. Лапки крольчихи снова легли на руль. - Доброй вам ночи, гражданка Барашкис. – решил попрощаться заместо Джуди Ник. - Д-доброй но-ночи, офицер у-Уайлд. Доброй ночи, Джу… офицер Хоппс. – едва расслышали отъезжающие копы как им промямлила вслед Доун Барашкис. В зеркале заднего вида Ник увидел как овца снова зарылась в фартук подошедшего к ней волка. Джуди гнала патрульный крузак от забегаловки аж целых три квартала, прежде чем остановиться под моргающим фонарём на обочине. Затем она издала бессильный выдох, выпустила руль и соскользнула на водительском сидении. - Надеюсь, тебе полегчало, Морковка? – тихо поинтересовался Ник. Крольчиха повернулась к лису и вяло улыбнулась. - Вроде да. – пробормотала та. Лис усмехнулся. - Только не говори, что тебя потом совесть будет грызть, Морковка. Вот в это я точно не поверю. Последовал шумный вдох. - Ну, уже можешь начинать. Морковка резко присела на кресле. - Ник… она… Та Самая… нет, Барашкис… Доун… она и раньше казалась на вид такой… такой забитой. Но сейчас… - Чего же ты хотела от той, кто только-только откинулся, Морковка. Там, на зоне, явно не променад для светских раутов. Да и ты хороша. И я тоже, ладно скроен, крепко сбит, умён не по годам, хорош собой… Ай! – кроличий локоть опять не подвёл.               - Ну… - нарушил нависшее было молчание Ник, растиравший многострадальный свой бок. – Мы с тобой разобрались с этим багажом Барашкис, или ещё нет?        - Да. Мы закончили. – после некоей заминки ответила ему Джуди. – Я получила что хотела. Они посидели в тишине ещё несколько мгновений, переваривая последние события. - Ох, мы же забыли напитки… - привстала Джуди. – Нет, возвращаться не будем. Иначе её новый знакомый точно попробует нам свернуть шеи. Ник, да где она только разжилась таким бугаём… видел, какой он здоровый? - Джуди, Джуди! Обижаешь, подруга. – усмехнулся лис, являя ей две стакашки с напитками. – Было бы обидно их не стянуть, особенно когда ты за них уже успела расплатиться. - Чтоб я без тебя делала, Ник. – устало, но вместе с этим и облегчённо-радостно пробормотала Морковка. - Штрафы бы лепила. Впервые за долгое время Ник наслаждался звонким, чистым смехом его Морковки. Но вот виляющий его пышный хвост, она, конечно же, не увидит. - Предложишь тост? – всё ещё улыбаясь произнесла Джуди. - А что, это можно. Ник, являя крольчишке загадочно-обаятельную улыбку номер восемь, приподнял свой Голубиччино. - За то, чтобы никогда вновь не вляпываться снова в козни той бешеной овцы с ночными горлодёрами. - Хороший тост. – хмыкнула Джуди, чокаясь своей стакашкой со стакашкой Ника. Затем оба полицейских принялись за свои напитки, каждый сделал по хорошему глотку. И Ник, и Джуди, даже причмокнули в унисон. - Эй, а Щеночек даже не приврал. – заметил лис. И Ник был вознаграждён ещё раз.