XIV. Ещё один бессонный псовый

Ник Уайлд невольно улыбнулся своей загадочной улыбкой №3 при мысли о том, как сейчас он напоминает сам себе того нервного мужика из мема, машущего лапами перед доской с уликами. Лис в который раз попытался устроиться поудобней в его любимом кресле, но кожезаменитель отозвался крайне немордоприятно. Даже со всем нутром ночного хищника ему сейчас до жути хотелось сомкнуть глаза и не открывать их следующие пару недель. Но спать было нельзя. Доска с уликами сегодня была на нём, как и все текущие расследования. Вот теперь и жалуйся на затишье… Доска для улик перед Уайлдом пестрела пробелами. По всей видимости, окончание дела горностая Эвальда Стоута было преждевременным. Да если бы, дело только продолжало набирать обороты, в особенности после того, как тот гангстер-однодневка дал дуба в спец-колонии «Глухомань». И надо было отдать должное Финнику, тот был тайным осведомителем от неба. Данные, которые регулярно поставлялись феньком, ясно указывали, что операции по фальшивомонетчеству, которые якобы возглавлял Эвальд Стоут, начались аж за два года до появления Эвальда Стоута в самом Зверополисе. Кто-бы ни был его деловым партнёром (и почти наверняка партнёрство было далеко неравным и не в пользу того горностая), тот явно был профессионалом, в отличие от практически любительской деятельности Стоута. Выявить эту теневую персону или персон было сложно. Архисложно. Ещё немного и дело может уехать наверх, к федералам, Буйволсон ну просто придёт в восторг, а как-же. Поддельные зверобаксы торчали отовсюду в этом деле. И как только нарисовался сам горностай, дела у того полетели по известному адресу. Синдикат Стоута, так говорят говорящие головы? Нет, явно тут что-то не то. Синдикат-то есть, но лепить на него имя грошового бандита явно рановато. Полиция накрыла нескольких пешек и самого Стоута на бывшей фабрике мороженого. Но единственное чего законники достигли, лишь краску на этом «синдикате» оцарапали, и только. Рыбак рыбака видит издалека, так лис ощущал своей шкурой уличного проходимца, должен в схеме быть вписан ещё один, но калибра крупней… Уайлд помял спину ещё немного в его кресле, которое предназначалось специально для того, чтоб сидящему было в нем удобно, а не в обычном офисном сидении на службе, сделанном так, чтоб никто в нем надолго не задерживался. У ПДЗ даже не было элементарного имени или даже псевдонима старшего «делового партнёра» Стоута, будь то один зверь или целая группировка. Как не было и причин у той таинственной персоны или персон, опускаться до того, чтоб связываться с таким фигаро каким при жизни был столь внезапно скончавшийся Эвальд Стоут. Но дело пошло в гору с тех пор, как Джуди хотя бы завязала с этим её гештальтом в виде четырёхглазого куска шерсти на ножках, с Барашкис, после стычки в той забегаловке Жук-Бургер. Нику и правда не хватало привычной энергии и энтузиазма Джуди, столь неуместно растрачиваемых ей на вышедшую в тираж Ту Самую. И теперь крольчиха и лис ныне корпели над маленькой зацепкой, что таки смог надыбать Финник. - «Лаборатории АД»… - в миллионный раз повторил себе под нос Ник. – Да уж, звучит многообещающе. Пальцы Уайлда привычно барабанили какой-то навязчивый мотивчик по банке с анти-лисьим спреем. На доске перед Ником висел помятый бланк для заказов со следами от пролитого кофе. Джуди пометила красным карандашом схожие упоминания и на других документах Стоута. От силы тех было с пару-другую о данном «предприятии» и более не обслуживаемый номер телефона. Но то был хоть какой-то прогресс. Уайлда спустя лишь секунду аж кринжануло при мысли об этом «прогрессе», словно за открытой дверью вместо новой зацепки предсказуемо оказалась кирпичная стена, или хуже, заело сам замок – привет Тихому Холму, ниппонской игрушке для Pawstation 1, броди там до посинения среди заевших дверей. Лишь недавно Ник прознал про то, что на великий и ужасный уровень с больницей всё же была карта и он (да и не только он, чего греха таить) преспокойненько прошляпил ту, висящую на самом видном месте. Примерно также ощущалось и это дело. «Лаборатории АД» просто не существовало. Предприятие с таким названием никогда не регистрировалось, в сети было с гулькин нос упоминаний о таком. Лис терялся в догадках, может ли это быть псевдоним или тайный код, или позывной, стоит ли за именованием один зверь или целая организация. Хоппс тоже делила один на пару с Ником этот тупичок. Ох, как-бы она хотела придавить хвост Стоуту в беседе в допросной с глазу на глаз, стоило ей с лисом разжиться зацепкой о «Лабораториях АД». Но Стоут решил, что будет строить из себя крутого и загремел в островную тюрьму «Глухомань», а оттуда выходят лишь в виде пепла из трубы крематория или только по очень странному стечению обстоятельств окончания срока до того как остановятся ваши биологические часы. Ник и Джуди не раз подавали прошение на проведение допроса уже там, но всякий раз в самый последний момент допрос горностая или переносился с подачи тюремного персонала или отменялся из-за непредвиденных обстоятельств. А причин было раздражающе много, от травли блох до беспорядков в стенах колонии и попадания горностая в лазарет из-за несвоевременного участия в драке в тюремном дворе. Последнее оправдание Ник счёл более сомнительным чем остальные. Эвальд Стоут был хлипким, изнеженным, хрупким на вид трусом и коротышкой. Когда отряд T.U.S.K. высаживал двери и окна на фабрике мороженого, где печатались фальшивки, Стоут был самым первым кто принял упор лёжа и начал вопить о своей невиновности. Но Ник тогда лишь отмёл это обстоятельство как незначительное… Дело неприятно засмердело гнильцой уже тогда, когда Уайлд и Хоппс получили прямой приказ начальству колонии устроить бравым напарникам аудиенцию с Эвальдом Стоутом, подписанный самим мэром Сноу, их бычарой-начальником полиции и окружным прокурором Суинтон, последняя слишком уж долго снисходила до её закорючки на том клочке бумаги. Буйволсон вызвал Джуди и Ника к себе на ковёр. Ник было уже решил, что быкан вновь совершит половой акт с его мозгом в особо извращённой форме, а потом такая же участь постигнет и мыслительный центр Джуди. Но тот лишь сообщил, что Эвальд Стоут мёртв и уже успел вылететь в трубу в виде дымка. И что капитан буквально им лапами развёл, что он сам не въезжает как им дальше расследовать данный глухарь.       Ник тогда был в терзаниях, повезло ли ему или всё же нет. Заключённый горностай умер ночью в своей камере-одиночке, крайне куцый отчёт о вскрытии сообщил об острой сердечной недостаточности как о причине смерти. Посмертное фото всё же прилагалось, отвертеться от того у патологоанатомов «Глухомани» здесь не вышло. Морда у мёртвого горностая была перекошена от злобы. Нет, с такой рожей концы просто так не отдают, кто-то явно убрал Стоута. Заткнул того с концами прежде, чем до того доберутся следователи из ПДЗ.              Напарники долго спорили, как именно убрали Стоута, был ли это засланный неведомым игроком казачок в тюремную охрану или то был добравшийся до того особо злобный заключённый. Спор продолжался и по пути домой из участка и даже вечером в домашнем кабинете, в котором уже заканчивалось место куда можно было бы складывать пустые стакашки из-под заказанного кофе. Ник опрокинул внутрь остывшие остатки и стакашка аккуратно опустилась на пригорок из безвременно почивших собратьев, лис не собирался шуметь. Последние несколько часов он и крольчиха снова и снова шерстили пришпиленные к центральной белой доске улики и упоминания зацепок, в тщетной попытке наткнуться на камень что они ещё не успели перевернуть. Что-то лис и крольчишка всё же упустили из виду. А смерть Стоута ещё и оставила их блуждать во внезапно сгустившейся темноте, снова приветик Тихому Холму.       Лис не смог удержаться от того, чтобы бросить взгляд на «места для поцелуев» позади, так он окрестил старый диван, который приволокли из его старой квартирки, и с которого до него теперь доносилось тихое посапывание. На мятых подушках лежала любимая крольчишка Ника, и, в свойственной ей так называемой позе трупа, что хоть мелком обводи. Левая лапка Джуди свешивалась с дивана. С приоткрытого нагленького ротика капала слюнка. Чего только стоило удержаться хмыкнувшему от этой милой картины Уайлду от того, чтобы взять смартфон и запечатлеть для грядущих поколений данную картину. Но в таком случае сам лис точно не дотянул бы и до следующей недели, не то, чтоб до следующего поколения. Морковка всегда умела распластываться стоило ей отрубиться сном праведницы, в особенности, когда они расследовали очередное дело. Нику всегда эта очередная супер-способность Морковки напоминала детенышскую, какую-бы замысловатую позицию для сна хоть он сам ни принимал в детстве, при взгляде на снимки с ним из фотоальбома мамы становилось аж завидно. Дрыхнет и в ус не дует, и ещё как удобно устроился, свернувшись в рогалик или в морской узел. Лису так захотелось сейчас пристроиться рядом, обнять крольчишку своими лапами и поцеловать в макушку, прямо меж её длинных ушек. Ник помотал головой, во мнимой попытке отогнать наваждение. Мысль о том чтобы понежиться была приятной, но над лисом сейчас нависало столько хвостов что кицунэ из ниппонских мультиков обзавидуются. Нужна сейчас незамутненная голова, чтоб в который раз обмусолить улики… Ник перевел взгляд на доску сбоку от срединной и взялся за фломастер. Надо отвлечься… может быть, принесет свежий взгляд с другого угла…       Уайлд потянулся и встал со своего кресла, чтобы начертить широкую надпись на пустующем доселе боковом крыле доски: ПОДЖОГ НА ХАТЕ У ТОЙ САМОЙ. И вправду, что-то дело о поджоге квартиры Доун Барашкис подзалежалось в его с Джуди долгом ящике. Ник не ненавидел эту овцу. И даже не презирал, лишь забил на дело. Когда-нибудь рассмотрим и всё такое. У лиса была также причина не поминать это дело при Джуди, а то мало ли. Снова приключится синдром Барашкисоподозрительности и потом сиди у Той Самой под окнами ещё две недели. Уайлда недобро улыбнуло – кролики порой бывают такими эмоциональными. В какой-той момент Джуди вряд ли бы смогла отделить эмоции от состава преступления или жертвы. Того и гляди, что крольчишку в какой-то момент может переклинить и тогда точно туши свет. Ник очень хотел, чтобы Джуди не пострадала… кстати, о ней… позади всхрапнули так, что по меньшей мере можно было бы ожидать что сзади без задних лап дрыхнет по меньшей мере медведь. Лис поморщился, прикрывая собой боковую доску, и снова кинул взгляд через плечо, тихо постукивая фломастером по доске. Крольчишка уже перевернулась на другой бок, синяя спина майки Джуди мерно опускалась и поднималась в такт мерному посапыванию. Вопреки стремлению сосредоточиться на работе, глаза Ника продолжали обводить гибкую, точёную множеством физических упражнений кроличью фигурку. Та, к слову, будто бы намеренно выставляла на его, лиса, обозрение выглядывавшие из-под растянутой майки с гербом Академии ПДЗ Джудин очаровательный пушистый хвостик, и, самое важное, упругую попку, обтянутую трусиками с рисунком из морковок. Нику многого стоило выйти из сковавшего его оцепенения – потребовалась одна большая оплеуха по собственной морде чтоб лишь отвести взгляд. Но лис таки одержал верх над собой и вернулся к скучной действительности на боковой доске перед ним. Лис при том покачал головой, от невесёлого понимания, что он только что променял попу Джуди на самую обыкновенную жопищу и было почувствовал себя предателем, но отступаться было поздно. Улики и общие сведения по делу были на редкость скудны, по крайней мере те, что не развеяло по ветру: Какие-то стеклянные осколки, видимо керосин для коктейля Мяулотова налили в бутылку из-под шампанского или что-то в этом духе, пара смазанных отпечатков копыт, да обгоревшие клочки шерсти. Определить хотя бы что за бутылка и кто её произвел тоже было не с лапы, видно её просто позаимствовали из близлежайшей помойки. С отпечатками и с шерстью было ещё сложней. По сравнению с другими зверьми с мехом, шерсть и отпечатки копытных были той ещё головной болью для определения, кому что принадлежит, с тем же успехом загадочные отпечатки и шерсть могли принадлежать Той Самой. А учитывая ещё и как всё обгорело в огне, единственное с чем могли бы сравнить ту шерсть, так это на консистенцию и длину, но это будет уликой с ценностью ниже, чем долговая расписка под авторством от старины Дюка Хорьковица. Тест ДНК? Как-бы можно, но будет долго и почти наверняка без толку, ввиду обгорелости. Ник уже ожидал через месяц-другой получить извещение о том, что та овца просто-напросто зацепилась ляжкой за дверь перед тем отчалить в её дакмак. Лис от нечего делать ещё раз прошёлся по списку подозреваемых. Маловероятно, что жилплощадь подпалила сама овца, так как ничего бы ей не обломилось, в случае с квартиродателем – та же история. Ник снова ненадолго задержался на самом многообещающем варианте, на Верноне Хантере. Но нет, тот чист как ангелочек. Работает в Жук-Бургере, давно, ценим коллегами и его боссом, Ник аж хмыкнул, везет же некоторым. Учится в Университете Зверополиса. В общем и целом, ни рыба, ни мясо, разве что этот волк встревал во всякие школьные истории с потасовками и мордобоем до поры, пока не взялся за ум и с тех пор его акции лишь росли вверх как на просе, а с ним и окурки взойдут. Из интересного, почти вся семья так или иначе связана с охраной правопорядка. С пару дней назад Ник даже пересекался с братом Вернона в Тундратаунском отделении, и офицер Уэйд Хантер выдал в кофейне на другой стороне улицы исчерпывающую биографию на персонажа. Цена инсайду всего-то была пара намёков, как надо давать комплименты самочкам так, чтоб те не набили вам морду. А то Уэйд Хантер буквально пожирал глазами баристу-жирафиху за стойкой и вполголоса проклинал своего мозгоправа, наивно полагая что Уайлд и слепой, и глухой. Что поделать, Ник Уайлд понимал, как варит котелок у других зверей, даже если не всегда мог расшифровать свой собственный. А Верну Хантеру свезло так свезло. Щенок для всей семьи и Щеночек для Той Самой. Дальше в список подозреваемых можно было помещать хоть всё остальное население города. И долю Уайлда не облегчали пестрящие сообщения от надзирающего офицера Барашкис – от Дона Поляровского. И дня не проходило если бы он не отписался в PawsUp, допытываясь как продвигается дело о поджоге. Ник в какой-то момент даже решил навестить справки, а не пытается ли белый мишка перевести стрелки на кого ещё, но нет. Уайлд разбирался в трындеже как никто, ещё бы, он мог бы детальное руководство по нему написать. Но как выяснилось, у медведя было крепкое алиби, и, по всей видимости, тот и правда пекся о благополучии Той Самой, возможно даже незаслуженно с её стороны. Уайлд побарабанил пальцами по доске. Что-то он и Джуди всё-ж проморгали, как пить дать… -…мммх… Ник… Лису за воротник словно вывалили целое ведерко эксклюзивного льда высшей пробы из личной проруби мистера Бига. Ник медленно повернулся к дивану, чтобы снова посмотреть на попу на его крольчишку.       Джуди всё ещё спала сном праведницы, но Ник точно был уверен, что она произнесла его имя.       - Морковка?... – прошептал лис одними губами. Ответа не последовало. Лис всё ждал и ждал незнамо чего в тиши, пока далёкий гул Зверополиса вновь понемногу стал просачиваться в помещение. Потом он едва пожал плечами, притворившись будто ему почудилось, и решил попритворяться ещё немного, в этот раз сделать вид будто он занят чем-то полезным. По этому виду искусства лис тоже мог бы выдать объёмный труд, немедленно бы завоевавший несколько престижных премий и признание публики. Ник вернулся за свой стол и выкатил ящик. Внутри его ожидал конверт с содержащимися в нём образцами улик по делу. Пакетики с шерстью и с осколками аккуратно легли на стол, рядом с фотоснимками отпечатков. Теперь осталось лишь буравить их взглядом ещё с пару часов, пока не надоест… - Да, угораздило же нас… - …поцелуй меня, Ник… целуй… Знаменитые брови лиса подскочили до макушки. Лисьи уши тоже встопорщились. Ладно, вот это он точно слышал. Тому, как именно повернул его собственную голову Ник, могла бы позавидовать и сова. Джуди всё ещё лежала спиной к лису, смотря уже десятый сон. - …м…ммм… хитрая зайка… се… сексуальный лис… - проворковала сквозь сон крольчиха. Глаза Ника расширились, по лбу пробежала большая капля пота. …ладно, говорить, что то был сон праведницы, явно было несколько преждевременно. Ник сглотнул немалый ком в горле. До сих пор он никогда не слышал томных ноток в пробивном голоске крольчихи от слова «совсем». Те глухо отозвались в его узле, да, снова именно в том узле. -Джу… Джуд? – кое-как выдавил Ник. Крольчиха лишь вздохнула и будто пожала плечами, в попытке расслабить мышцы. Лис встал из-за стола и медленно приблизился к дивану, на котором спала Джуди, лапы у Ника дрожали… и тут крольчишка повернулась к нему мордой, всё ещё продолжая спать. Ещё не сняли тот фильм ужасов, который заставил Ника Уайлда хотя бы подпрыгнуть в кресле, но одно лишь это внезапное переворачивание Джуди с бока на бок заставило лиса кубарем вывалиться из комнаты. Теперь Ник подпирал стенку в коридоре, держась за сердце и пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха. “Неужели…” – пронеслась в равной степени паническая, так и столь долгожданная мысль в напряжённом донельзя мозгу Уайлда. – “…неужели Джуди… желает меня?” Ник без сомнений понимал, что Джуди просто спала, но сны-то бывают разные. К примеру, сам Уайлд даже под пытками не признается, что в давнишней подростковой поре ему приснился интимный момент с лисицей, полностью сделанной из голубики. Что было наглядным доказательством того, если что и приснилось, то далеко не факт, что вы обрадуетесь воплощению вашего сновиденья в реальность. Оставалось лишь три варианта действий – разбудить Джуди сейчас, чтоб получить в табло немедленно, спросить у неё позже за жизнь, чтоб получить в табло опосля или просто оставить всё как есть и получить в табло уже в неопределённом будущем. Лис бросил быстрый взгляд на налапные часы. Четыре часа, двадцать три минуты по утру, время Зверополисское. Сейчас ему мог помочь лишь один зверь, и этот зверь с него спустит не то, что три шкуры, а все восемь. Ник было заколебался, глядя на время, но им овладела мрачная решимость. - Ай, да пошло всё на гон… - Ник Уайлд взялся за свой смартфон, просмотрел список контактов и нажал на интересующее его имя, - Важнее сейчас нет ничего. После нас хоть потоп… Лис поднёс смартфон к уху, пошли гудки. Первый, второй, третий… на самом огрызке четвертого гудка на звонок ответили. - Ник… - прогудел заспанный бас Финника. – Ты, как я погляжу, совсем страх растерял. Время-то видел? В твоих-же интересах, чтоб это оказалось важным. - Здаров, Финн, братюнь!... – сразу выдал лис своё уверенно-самодовольное приветствие №5, отлично подходящее для того, чтоб скрывать собственное смятение. Тишина в трубке показалась особенно угрожающей, но Ник счёл, что если помирать – то с музыкой. - …слушай… я хотел бы… гм… - снова Нику пришлось сглотнуть большой ком, в попытке поймать за хвост ускользающие слова. – Мне нужно у тебя испросить совета… - Так, я кладу трубку. – буркнул Финник. - Нет, постой, погоди! – умоляюще заголосил Ник. Хоть лис и не хотел, чтоб его волнение вылезло наружу столь очевидно, но видимо Финн всё же заинтересовался, судя по тому, как не бросили трубку. – Слухай, Финн, твоему папке реально нужна твоя помощь! - Ну а мне, Уайлд, реально хочется послать тебя на три буквы, ровно на три, можешь сосчитать. – холодно донеслось до Ника. - Я звоню насчёт Морковки. - Опять снова-здорово... - Я серьёзно, Финн, только выручи меня, а потом я пёхом сам дойду до того места куда ты меня захочешь сплавить и принесу ещё тебе оттуда магнитик на холодильник. Ник держался за смартфон обеими лапами, в отчаянии смотря на аватарку фенька в очках-авиаторах и отсчитывавшееся время разговора. Но ответом ему была лишь тишина, за которой последовало приглушенные фразы на фоне. - …ах, он так расстроен… помоги ему, Mi Pequeño Amor. – расслышал Ник чувственный женский голос. - Э… Финн, ты там не один? – выдал Уайлд самый дурошлёпский вопрос на всём белом свете и мигом прикусил язык, уже заранее ожидая отмашки от фенька в пешее эротическое путешествие. - Угу, Ник. Не один. – мрачно ответил фенёк. - Ай… ну, извиняй… - Ник подёргал себя за воротник сорочки, чувствуя себя крайне неуютно ввиду публики. – Скажи ей что мне очень неудобно… я не знал… - Всё в порядке, не переживай. – ответила обладательница женственного голоса, видимо заслышавшая лиса. - Я пока-что отлучусь, чтобы вы, muchachos, поговорили. Акцент говорившей показался лису смутно знакомым, вот только он не мог его куда-то толком пристроить, а Уайлд знал чуть ли не весь город. Последовал шорох ткани и ещё одно короткое перешёптывание. - Adios, Ник. – услышал лис перед тем в трубке снова зазвучал Финник. - Ну-с, я встал и весь во внимание. Если можно, то давай покороче. Ник обеспокоенно глянул на открытую дверь домашнего кабинета, откуда все раздавалось милое похрапывание, а потом снова на смартфон. Фенёк-то может его и слушает, а вот язык у самого лиса опять невовремя в морские узлы заплетается. Налёт самоуверенности уже крошился напропалую и фенёк, знавший Ника как облупленного, догадывался об этом как нечего делать. - Я… ну… - Не нукай, не запряг. Мне вообще-то на смену через пару часов, ты там не мог бы поторопиться? – проворчали на другом конце города. - Ладно… в общем Морковка сейчас спит и… - Угу. Везёт же ей. – фыркнул Финник. - и… это… ей… - ещё один ком прошёл вниз по глотке Уайлда чтобы разбиться вдребезги где-то в районе пяток. - …короче, ей, кажись, приснился сон со мной. Возникла пауза. - О-о’кей… - протянул фенёк. – Насчёт того, что «везёт ей», беру свои слова обратно. Уайлду ясно представилась как морда Финника ухмыляется, но Ник проигнорировал этот выпад. - Она говорила со мной. В смысле, во сне. Со мной, который во сне. - Да понял я. С тобой из сна, как пить дать без пивного пузика, но с кубиками, знамо дело. И? - И из того, что она говорила во сне, я думаю, что… гм… - Ник замялся. – Кажется ей снилось, что… - Что она загоняла тебя как мартовская зайчиха в течке. Ника несколько кринжануло от фирменной прямоты фенька, но в общем с ним здесь не поспоришь. - Не в бровь, а в глаз, Финн. Скажи теперь, что мне делать. – голос лиса предательски выдал пару лишних умоляющих ноток. Из динамика раздался усталый вздох, фёнек почти наверняка теребил переносицу. - Слушай сюда, Ник. Даже не знаю толком, что тебе и сказать. И, вообще-то мы с тобой уже эту тему обсуждали. По крайней мере голос фенька смягчился. Уже хорошо, по крайней мере, Ник точно завладел его вниманием. - Да, Финн, я знаю. Знаю я. – упавшим голосом пробормотал Ник. - Тогда скажи-ка мне сам, помнишь-то, что я тебе тогда ещё сказал? И говорил тебе это и в позапрошлый раз? И в поза-позапрошлый раз? - Просто скажи ей о своих чувствах, рыжий дебил. – глухо процитировал лис Финника, слово в слово. - Прекрасно помню. - У тебя с Джуди крепкая химия, мужик, в разы крепче чем у нас с тобой, а я-то, горе мне, горе, знаю тебя с детства. - Ага. - И ты-б хотел быть с ней с тех самых пор, когда случился тот её… памятный инцидент? - Д-да. – кивнул лис, уже забывший что фенёк его слышит, но не видит. С голоса Ника будто-бы слили весь цвет и жизнь. - Будь я в твоей скуфидонской шкуре, то я-б давно уже ей всё сказал и стало-б всё загонись. Но мы-то оба знаем, что не всем дано быть альфа-гигачадами вроде меня. С последующим смешком от болтливого фенька, его предполагаемая ухмылка на морде лишь стала ещё шире, но Ник снова прикусил язык. Ему до зарезу был необходим совет от Финника, одного из самых тёртых жизнью зверей во всем городе, и то, что тот с него, Ника, сейчас угорает – цена ничтожная за не имеющую цены консультацию. Наконец, ржание фенька устаканилось и тот прочистил горло, прежде чем продолжить. - Смотри сюда. – продолжил фенёк. – Слыхал о жопном чувстве? Кто-то его ещё «шестым» называет. Так вот, и те и другие – кретины. Думать надо башкой и сидеть на заднице, но почему-то большая часть зверей, такие как ты, например, почему-то делают наоборот. Ник невольно хохотнул, меньший циник оценил мудрость большего. - Но… Но… Большое но… - продолжал Финн. – Уши мои большие и умудренные мне подсказывают, что если дела твои будут идти также как щас, то долго ты, мужик, не протянешь, если будешь и дальше заместо дела продолжать страдать фигней. Ну, разве что ноги. - Я в курсе, поэтому и поднял тебя с твоей супружеской постельки в четыре утра. – проскрежетал Уайлд. - Так какие проблемы. Тебе просто надо было чтоб кто-б тебя завёл для великих дел. Флаг в лапы, барабан на шею и вперед, и с песней. Вот только одна закавыка, в самый решающий момент ты посыпишься. Опять. Прям как в прошлый раз. И в позапрошлый. - О, ну спасибо за столь жизненно необходимое повышение моей самооценки, Финн. Нет, ну правда! – сарказмом с голоса Уайлда можно было сейчас подмётки с прохожих срезать на лету, но истина в словах Финна была неоспоримой. - …и в поза-позапрошлый раз. Я говорю тебе как есть. – обычным тоном, сказал Финник, безо всякой поддевки. А это было горше всего. Констатация факта, как она есть… - Да, твоя правда… - едва слышно пробубнил лис. - Ага, вот ещё тебе порция правды, получи и распишись. Ты ей нравишься не меньше, чем она тебе. Я не слепой, я-ж вижу, что порой Джуд взглядом с тебя портки аж спускает, и как вы оба близки. Вы, ребятки, не разлей вода, буквально. Это что угодно, но не простая дружба. Да хоть щас, спорю на что угодно, у вас там в квартире Хоппс может шляться в одной майке с торчащими из-под той трусами. Уайлд побагровел при этих словах без сомнения ухмыляющегося фенька, но понимал, что тот прав, как и всегда. Только ни в жисть нельзя ему говорить, что и с последним пунктом тот снова не прогадал. А то его хохот можно будет услышать и без телефона прямо отсюда. Но ведь эти четыре года и так были хороши. Стоит ли рисковать тем что уже есть ради неизвестности?... - Но что если… что если даже Джуди примет меня… как больше чем друга… и ничего у нас не выгорит… При одной лишь мысли внутри у лиса появилась бездна, в которую так легко сорваться. — Значит, тогда не выгорит, ну и гон с этим. – вовремя вернул Ника из бездны голос фенька. – Лучше попробовать впотьмах зажечь спичку чтоб нашарить выключатель и обжечься, чем загнуться в темноте ничего не делая. Хотя бы ты будешь знать, что попытался. Это-ж тебе не франшиза «Лобзик», алё, к тебе не подъедет на велике злобная кукла, которая захочет с тобой поиграть. - Но ведь Джуди – травоядная, а я… - А ты – идиота кусок. И хуле, что она травоядная. – рявкнул порядком подзадолбавшийся Финник. – Делай что должен, если хочешь урвать своё счастливое место под солнцем. А я те’ говорю, мужик, вы вдвоем будете счастливы. Отрасти уже пару шаров. Ник было хотел что-то вставить, но его опередил не закончивший свою гневную отповедь Финн. - И даже не думай мне заливать про службу. Да, в уставе муть мутная насчёт свиданок на рабочем месте, но если надо – переведёшься в другой участок или вообще пойдешь на вольные хлеба частным детективом, если вконец припрет. Вот она правда, мужик. Придется тебе жить так, как поётся в той давнишней песне Гэбби. - Что за Гэбби ещё… - пробормотал вконец смятённый Ник и почесал морду. Финник как-то замялся и кашлянул пару раз. - В смысле, Газелле. Ну, ты в курсе, «Try Everything» и все дела. - Да понял я… - снова сглотнул Ник, думая о совсем другом и вытирая пот со лба. - …прав ты, Финн. Я скажу ей. Всё ей скажу, без утайки. - Ну, ок. – ответил фенёк. – Только, после того как ты снова сольёшься, будь так добр предупреждать заранее о том, как тебе опять надо будет выплакаться кому-то, то бишь снова мне, в жилетку. Ник рассмеялся, но уже искренней. - О’кей, о‘кей, если не сработает и в этот раз, то я буду оплачивать пиццу все следующие шесть вечеров подряд как мы будем резаться в покер. Идёт? - Идёт. - Ладно, спасибо, что мозги мне прочистил, Финн. Ценю. Пошёл я дальше корпеть по некстати разбухшему делу Стоута. Покой нам только снится. – сказал Ник. - Ёлы-палы, Ник, завязывал бы ты приносить работу на дом. Будто ты женат на службе. Осторожней, а то вдруг правая лапа ещё прознает. Последовало ещё одно характерное хихиканье фенька. - Эй, мы вообще-то стараемся не приносить сор в избу чаще одного раза в неделю, клянусь. – и снова Ник стоически выдержал удар по своему обширному ЧСВ. – В каком-то очень загонутом смысле, даже бодрит. - Ага, ага… - пробормотал фенек. – А, пока ты не утёк, Ник, у меня есть кой-кая свежая инфа по делу Стоута. Глаза у Ника сразу загорелись. Сейчас он алкал хоть какой-то крупицы информации по делу, - Я слушаю. – с плохо скрываемым интересом сказал лис. - Так, ты ведь уже в курсах, что камеры городской системы видеонаблюдения у нас хоть и бдят, да через пятую точку? То, что Большой Брат у нас наснимал, хранится около полугода, а потом стирается чтоб уступить новым записям, помнишь? - Да, помню, говори уже. - Мы тут в тундратаунском отделении наковыряли запись как отгружают последний груз для картеля Стоута, ещё до того, как этот хрен с горы всплыл пузом кверху, потом с утреца перешлю по внутренней почте. – продолжал фенёк. – А вот сами грузовики затерялись в городе, видно ведущий водила в конвое имел хорошее представление, где у нашей сети находится слепая зона. Но ты сам увидишь потом как они разгружаются сперва в сухом доке. - Что же они привезли, ещё фальшивки? Станки? – лис шкурой чуял что вот эта новость реально имеет важность для дела, что он на стоит от ценной улики на расстоянии протянутой лапы. - А хы зы. Совести у тех бакланов не хватило написать на ящиках, что они там везут. И по самим бакланам, их опознать не удалось, ни вид, ни морды. – Ник живо представил как фенёк разводит лапами. - Это как? - А тут начинается самое интересное, на бакланах были костюмы химзащиты. - Им-то зачем? Чернила бывают едкими, но не настолько чтоб лезть в противогаз… - задался вопросом вслух Ник, думая над тем, что бывают более простые способы скрыть внешность и вид, коль рожей не вышел. - Опять же, я сам не в курсах зачем. А, и вот что ещё, посудина на которой они перевозили груз была плавучим рефрижератором, а это значит, что барахло, которое они сымопортировали в обход таможни, может статься скоропортящимся. Ника опять придавило. Улика бессомненно важнейшая. Но с неё поди выжми хоть что-то полезное. Что это такое подозреваемые ввезли в город, что им понадобилась огромная баржа-холодильник и химзащита? Но как-бы то ни было, улика есть улика. Пойдет в общую кучу… - Ну, надеюсь, это хоть что-то, Ник. Может быть найдешь что-то с чем можно будет работать. - А-ага, будем танцевать от этого, Финн. – ответил лис, расчёсывая шерсть на подбородке, и обсасывая в уме новую информацию словно кость. – Ну, ладно, не буду тебя отвлекать. Моему малышу нужно хорошенько выспаться, чтобы тот вырос крепким и сильным, прямо как его папка. Ник всё же не смог устоять перед необходимостью ответного залпа на прощание, да и надо было закругляться со звонком – морду лиса осветила классическая ухмылка №1. - Тебя давно часом не пинали в лодыжку? – рыкнул фенёк. – Могу организовать! - Да, с тебя станется… ладно, бывай, ложу трубу. – хмыкнул Ник. - Эй, погодь, погодь! – услышал лис резкий рык, за миллисекунду до того, как тот успел нажать на кнопку окончания звонка. - Да, чего еще? – спросил Ник. – Я уже собираюсь идти на гон, я в курсе. - Это… как соберешься пересечься с Джуди… - протянул Финник, видимо тоже как и Ник в начале их разговора по душам не знавший как продолжить. – Скажи ей, что те фотки из-за которых твоя Морковка впала в бешенство, они моей девушки, понятно? Мы просто… ну ты понял, скажем так, баловались. Не сталкерю я никого, разве что по работе. И я знаю, что обо мне всякие истории ходят, но я-то не изврат какой-то как ты, понял меня?! Ник чисто по привычке состроил поражённую морду. - И ты, о, Финн? Ты встречаешься с той копытной? Каков конфуз… ну, нашему полку траволюбов прибыло, нечего сказать. - Да чтоб теб… - фенёк издал долгое шипение, напоминавшее о чайнике, и, излив ярость, лишь глубоко вздохнул. – Слушай сюда. Эта девушка для меня важна. Я в самом деле хочу, чтоб у нас срослось. И она бывает очень замкнута, ценит уединение. Последнее, что ей нужно, так это чтоб твоя ушастая инквизиторша нам мозги полоскала. - Обожди, что ты имеешь ввиду? – недоуменно спросил Ник, дёрнув увечным ухом. - Пойди мне навстречу, избавься от тех фоток, будь другом хоть разок! – разжевал специально фенёк для особо одарённых. Ник едва услышал на фоне как подруга Финника напевает какой-то мотивчик, довольно мелодично. Наверное, что-то от Фредди Муркьюри. - Ладно, я посмотрю, что можно сделать. Честное, блин, следокопытское. – ответил Ник и выбросил из головы какие-либо размышления о старой(?)/новой(?) подружке фенька. - Эх… ну, ночки. – сказал на прощание Финник. - С добрым утром, Финн. – с этим Ник отключил связь. Лис убрал телефон в нагрудный карман сорочки и прокрался обратно в общий кабинет. Джуди так и осталась лежать в той же позе, как и была, продолжая миленько пускать слюнки в подушку и столь же миленько похрапывать на всю комнату. Лис подобрал оброненный им во время бегства фломастер с пола, и к большой удаче, тот еще не успел вконец подсохнуть. На центральной доске с делом Стоута добавились новые сведения, но всё равно надо будет пересмотреть запись с утра, как только её пришлет Финник по внутренней почте. С первого взгляда, казалось, будто новые сведения лишь ещё больше запутывали расследование, но чутьё Ника голосило о том, что здесь и зарыта собака, причем не одна. А как только придёт копия с видеозаписей, то или он сам, или Джуди, найдут там ещё какую-нибудь подсказку, от которой можно будет танцевать дальше… Ник едва успел начертать последние штрихи на доске и закрыл колпачок на фломастере, как смартфон в его нагрудном кармане вновь загудел. Лис выудил девайс, ожидая увидеть в новых сообщениях очередную аляповатую угрозу капсом или, может быть, фотку среднего пальца от Финника, последнее меньше всего могло напрячь по сравнению с остальным. К большому удивлению Ника, на его PawsUp пришло сообщение от Дона Поляровского. - Что за хрень… А ему-то что надо? Пол-пятого поутру… - было забурчал Уайлд прежде чем хмыкнуть. Нет, не один такой смурной на весь город. В сообщении же говорилось всего два слова. И капс там тоже был. ПМГРИ ДО)Н Лис уставился на эти два слова. Что-то было не так. Этот капс насторожил Ника, в отличии от прочих бесчисленных пустышек. Наиболее вероятно, медведь или накропал «Помоги Доун» или «Помоги, Доун». Казнить нельзя помиловать… Пользователь был онлайн ещё с пару секунд перед тем, как отрубиться. Ник, разумеется, немедленно вышел в коридор и попробовал перезвонить офицеру Поляровскому с несколько раз, но было глухо. Когда в четвертый раз ему ответил робот-автоответчик с классически-бесящим «абонент вне зоны действия сети» было одновременно и подгорающе, как водится, и очень неуютно. В сообщении кричала даже не безграмотность - столь аляповато пишут только в отчаянии, лишь бы набрать хоть что-то читаемое и отправить адресату в зыбкой надежде, что тот его прочтёт. А подозрительная краткость и полное отсутствие связи показалось лису даже не сколько подозрительным, сколько зловещим. - Неужто эта овца принялась за старое… - было проворчал лис, но осёкся. Тыкать в кого-то пальцем и обвинять во всех смертных грехах, пожалуй, пока рановато. Тем более, Ник даже не был уверен, что было совершено какое-то новое преступление, хоть его рассудок по привычке и начал крошить батон на Барашкис. К счастью, у него был способ хотя бы удостовериться хоть в чём-то сравнительно быстро, пусть не без шероховатостей. Ник снова прошмыгнул в общий кабинет и осмотрелся на предмет Джудиного смартфона. Лис помнил, что прежде, чем переодеться из своей патрульной формы в что-то более обыденное, Морковка оставила тот неподалёку. Почти сразу тот нашёлся на стойке подле головы Джуди, безмятежно спавшей на потёртом диване Ника. Лис бесшумно подкрался к «местам для поцелуев» и затаив добро умыкнул телефончик крольчихи, стараясь изо всех сил чтобы не потревожить её сон, и уже в следующий момент ушмыгнул прочь из кабинета. В гостиной он пролистал список контактов Джуди, вот как, наверное, чувствуют себя сталкеры. К его удивлению, Барашкис значилась там не «Той Самой» или как-то ещё, а просто по имени. Может, у овцы и были корыстные намерения, когда она передала свой номер его крольчишке, а у той, судя потому как та тот приняла, или были виды на то чтобы продолжать слежку или даже… попробовать опять навести мосты, что-ли?       Ник не видел тот клочок бумажки с номером, что всучила его крольчишке Та Самая, ещё с той стычки в дакмаке. Но нет, такое бумаге не доверяют, даже если у той не сядет батарейка. Лис самодовольно хмыкнул своей оправдавшей ожидания догадке и почти сразу ухмылка скисла, при мысли о том, что Джуди могла сидеть над списком контактов и всё пытаться набраться смелости под видом наглости чтобы позвонить по номеру Доун.        - Да уж, Морковка, - хмыкнул Ник, накрапывая в свой телефон цифры с Джудиного, - Не уберег я тебя от этой овцы…        Лис первым делом накропал сообщение для Той Самой в PawsUp, без каких-либо сомнений, какие могла бы испытывать Джуди. Но судя по тому, как никто не ответил, видно у овцы был отсыпной, который она решила провести вне её дакмака. Пришлось звонить. Нику всего лишь надо было удостовериться, что овца была дома, где-б тот не находился, если не относительно здорова, то хотя бы жива, как хотел бы удостовериться сам офицер Поляровский, а потом, без лишних слов, просто бросить трубку. Впрочем, лиса застал врасплох голос самца, ответившего на звонок. - Это ещё кто? – резко спросил тот, с нотками некоей растерянности. - Мне нужно поговорить с Доун Барашкис. – сразу сказал Ник, заранее беспокоясь о том, что номер мог оказаться левый или он, или Морковка как-то накосячили с цифрами. - Эй, друг, ты на часы-то смотрел? Четыре утра вообще-то. – ворчливо ответили лису. - Ещё раз спрашиваю, кто это такой, блин, у вас инициативный. Голос был вновь чем-то знаком Нику. - Это детектив Николас Уайлд из ПДЗ. Я звоню… - О, это ты, рыжий. Замечательно. Ты и твоя напарница, видимо, аж кушать не можете, только бы не оставить в покое эту бедную овцу. Усталый мозг лиса наконец подбросил ему под лапу нужное дело с профилем. - Погодь, это что-ль ты у аппарата, Щеночек? – Ника передёрнуло от себя самого, когда он въехал, что его язык ответил первее отстававшего с недосыпа серого вещества. М-да, может есть что-то в том, что звери нередко хотят его чуток придушить. - Я же сказал тебе не называть меня так! – прорычал Вернон Хантер. - Да, виноват, прощу прощения, мистер Хантер… Ник поморщился ещё раз, надо было срочно разрядить обстановку. И глупая шутка явно тут не поможет. Тем не менее Ника чуть улыбнуло, когда он представил себе здоровенного волчищу, вылезавшего из кровати в одних семейниках чтоб ответить на звонок. Почему-то воображение нарисовало для лиса ещё и пускающую пузыри Ту Самую, спавшей в той же постели откуда вылезал волк. Интересная мысль, надо будет её обдумать позднее. - Знаешь что, я-то думал что все копы как мои родичи, не лезут в душу зверям, что уже расплатились перед обществом за их прошлые проступки, но неееет… - рявкнул волк. - Да, я знаком с вашими родственниками, мистер Ханте… - Ух ты, мы ещё и знаем мою семью, рыжий? Да вы, звери, как там, не опухли ещё от повёрнутости на Доун? – Хантер уже практически рычал, эта перепалка уже начинала бесить и самого лиса. - Это важно, Хантер! – рыкнул Ник в ответ. – Просто скажите мне, рядом ли мисс Б или нет. Последовала короткая пауза. - И какого лешего я вашей синемундирной братии должен что-то докладывать? Ник издал утомлённый вздох, в котором читалась усталость целого мира. - Мистер Хантер… вы заботитесь о мисс Б, это видно. Я понимаю вас. Но ради её собственной безопасности вы должны мне сообщить, находится ли она с вами, и не отлучалась ли никуда в течении прошлых нескольких часов. Даже Хантер услышал напряжённые нотки в голосе Ника, судя потому как тот откашлялся и ответил уже более спокойным тоном. - Ну… ну ладно. Мы были дома весь день. У нас сегодня… нет, стоп… вчера, да, был выходной. - Вы живете вместе? – не удержался вновь Ник от удивления, и да, он заранее смирился с тем, что, наверное, звери и правда в очередь выстраиваются чтоб дать ему по башке. - Вам в ПДЗ должно быть лучше знать. – раздражённо донеслось до лиса. – И Доун живёт у меня, а не со мной. Есть разница. - Я не знал… сэр. – ответил Ник, понимая с горечью последнее как никто. – Просто… гм… присматривайте за Доун, хорошо? Это очень важно… - Я и так присматриваю за ней, потому что это важно для меня, детектив Уайлд. А вот зачем это важно вам, я что-то никак не возьму в толк. – буркнул Хантер. Ник хотел было срочно придумать отговорку, но удивился сам себе, ведь даже врать в этот раз почти не придется. - Мы с напарницей всё ещё расследуем дело о поджоге в доме, где жила мисс Б. Судя по тому, как примолк Вернон Хантер, то может и прокатило. - Вот как… - как-то растерянно сказал волк, типичная реакция посторонних и свидетелей во время расследования. - Именно так. – ответил Ник, бесшовно входя в роль профессионального полицейского. – Извините за столь поздний звонок, мистер Хантер, необходимость в расследовании. Доброй вам ночи. - А… ага… бывайте. Ник окончил звонок и издал усталый стон. Маска копа сползла с него также быстро, как и налезла. Вернувшись в кабинет, он аккуратно положил смартфон Джуди на стойку рядом с ней, словно и не брал его. Утомлённый лисий взгляд снова вперился на доску с делами, на дело о поджоге сбоку. Через минуту на ней появилось странное сообщение от офицера Поляровского, подчёркнутое несколько раз. А под черно-белой распечаткой фотографии Вернона Хантера появилась надпись «Алиби» с вопросительным знаком в конце и крупными буквами. Лис даже обвёл её. - Ник… - фломастер снова выпал из усталой лапы Ника Уайлда при этом вздохе с дивана. Лис сразу обернулся к крольчихе. Джуди не проснулась. Но её мордочку исказила гримаска боли. Крольчишка содрогалась словно в агонии, поднеся лапки к её шее. Прямо как тогда. - …холодно… Ник… мне так… холодно… - всё бормотала Джуди. Знакомое чувство бездны внутри вновь вернулось к лису, его сердце в неё соскользнуло. Это были те самые слова что сорвались с её губ в тот день, когда ей разодрали горло. В глазах Ника потемнело, будто в зале кинотеатра перед сеансом, и сеанс в самом деле был. Ник вновь сидел на карачках подле лежавшей рядом крольчихи. Чуть дальше в луже крови валяется сломанная в двух местах ночная палка Ника. Одеревеневшие лисьи лапы, кажется впустую, прижимались к разодранной шее Морковки, в попытке остановить кровотечение. Промеж пальцев всё текла кровь. Столько крови. Ему казалось, что он её душит. И промеж его пальцев вытекает сама крольчишкина жизнь. Страшнее раны было выражение морды крольчихи, такое же наверняка было и у него. Джуди знала, что умирает. - …Ник… - пробулькала крольчиха, со стекавшими ей на грудь алыми потоками. Лапы умирающей полицейской вцепились в заляпанную её кровью форму Ника, словно Джуди таким образом пыталась цепляться за саму жизнь. - Ты выкарабкаешься, Морковка… только держись. - тупо бормотал Уайлд, не веря самому себе. Потому что кровь. Столько крови. Звери обычно не живут, если так много из них вылилось. - …холодно… Ник… мне так… холодно… Эти слова Ник запомнит до своей гробовой доски. Джуди едва смогла прошептать их. Но он всё равно её услышал сквозь вой приближавшихся сирен и стук адреналина в ушах.       - …не уходи… Джуди… только не уходи. - всё скулил лис, горькие слёзы стекали у него с морды прямо на начинавшие стекленеть глаза Морковки.               - …о-останься со мной… Крольчиха произнесла эти слова уже одними немеющими губами. - Я рядом, Джуди. Всегда. – выдавил Ник надтреснутым голосом… …и вновь нашёл себя в их общем кабинете. Разве что, сковывавший холод остался. Ник снова бросил взгляд со своих лап на дрожавшую на его старом диване крольчишку. Она содрогалась почти в конвульсиях, вновь переживая овладевший ею кошмар. Всё на свете разом утратило какое-либо значение в глазах Ника Уайлда. Расследования, переживания, страхи, мириад проблем и забот… всё это стало неважным. Осталась лишь его Морковка. Лис подошёл к его старому дивану и лёг на него, прямо позади Джуди. Изящные лапы обняли кроличью фигурку и притянули ту к их владельцу. Голова крольчихи была прямо под мордой хищника. - Я с тобой, Джуд. Я здесь. – прошептал Ник Уайлд, вспоминая о том как совсем недавно он хотел вот точно также прилечь рядом и поцеловать Джуди. Но не посмеет. Лапы лиса прижали к нему сильнее дрожащее тельце крольчишки. Её лапки обвились вокруг его собственных. Джуди вжалась в рыжий мех Ника. И её дрожь стала стихать. -… останься со мной… - устало пробормотала его Морковка сквозь сон. - Я рядом, Джуди. Всегда.