Глава 18: Смех

      После плотного обеда и немного-слишком неловкой поездки на “Ночном Рыцаре” — Гарри пришлось сидеть рядом с Роном из-за нехватки мест в практически болезненно тягостном молчании — они, наконец, добрались до Хогсмида.       Гарри почувствовал облегчение, убравшись подальше от назойливых взглядов пассажиров, и едва смог подавить улыбку, завидев башни Хогвартса вдали. Дорога по заснеженной дорожке, казалось, заняла годы, поскольку они шли медленно из-за того, что пришлось тащить сундуки.       Ребята прибыли как раз после студентов, приехавших на поезде, и как только они оказались в Большом зале, Гарри быстро распрощался с остальными и направился к слизеринскому столу.       — Вот ты где! — воскликнула Панси, подпрыгивая с места, чтобы обнять его. — Тебя не было в поезде.       — Мы уже начали волноваться, что тебя снова исключили, — пошутил Блейз. — Так что я… ауч! — воскликнул он, когда Гарри ударил его по руке. — За что?       — Если бы меня исключили, это была бы целиком и полностью твоя вина, — яростно прошептал Гарри. — Чем ты думал, посылая мне эту книгу? Повезло, что я открыл её, когда никого не было рядом.       Глаза Блейза расширились.       — Учитывая, что ты почти наверняка снова был под Фиделиусом, я не ожидал, что ты получишь его до возвращения в школу, — попытался оправдаться он, выглядя слегка смущённым.       — Кое-кто передал мне подарки, — выдохнул Гарри. — Предупреждай в следующий раз, хорошо?       — Если ты получил подарки, почему твоя голова всё ещё выглядит как линялый гиппогриф? — требовательно спросила Панси.       — Потому что ты должна показать мне, как пользоваться этими зельями для волос, — со смехом отбился Гарри.       — О, да ладно, Поттер, — Драко драматично закатил глаза. — Разве ты не прочёл инструкцию?       — Не-а, — усмехнулся Гарри. — У меня для этого есть вы.       — Оно у тебя с собой? — поинтересовалась Панси. — Или ты оставил его в сундуке?       Гарри вздохнул и полез в сумку, гордясь тем, что так легко смог предугадать действия девушки. Блейз заглянул ему через плечо, и его глаза расширились от шока.       — Ты пронёс книги по тёмным искусствам сюда? — тихо зашипел он. — В блядский Большой зал?       Гарри пихнул его локтём, быстро закрывая сумку.       — Я подумал, что меня будут обыскивать с меньшей вероятностью, чем мой сундук, — прошептал он в ответ, передавая зелье Панси.       Блейз ущипнул себя за переносицу и вздохнул.       — Полагаю, ты прав.       Тем временем Панси, не теряя ни минуты, открутила крышечку от флакона с зельем.       — Давай сюда свою голову, — потребовала она.       — А это не может подождать, пока мы не закончим ужинать? — спросил Гарри, хотя чутьё подсказывало ему, что он уже знает, каким будет ответ.       — Блейз, принеси мне голову Гарри.       Блейз с кривой усмешкой протащил Гарри вокруг стола, усадив его на место между Панси и Драко. Девушка нанесла холодную жидкость на волосы Гарри, попутно массируя кожу головы.       — Драко был прав, — признал Гарри, прикрывая глаза, — ты делаешь отличные массажи головы.       Внезапно под его подбородком оказалась чья-то рука, чтобы повернуть голову, и Гарри распахнул глаза, чтобы увидеть Драко, изучающего его.       — Уже лучше, — ухмыльнулся он. Панси рассмеялась, и Гарри стало интересно, на что теперь похожи его волосы.       Зрелище, похоже, развлекало окружавших их слизеринцев, и Гарри наконец заметил, что несколько старшекурсников не сводят с него оценивающих глаз.       Учитывая, что именно эти ученики так же смотрели на него несколькими неделями ранее во время Солнцестояния, Гарри не думал, что их пристальное внимание к его скромной персоне было вызвано его новой модной причёской.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      После ужина Гарри шёл позади остальных членов факультета, поправляя лямки сумки и стараясь нести её так, чтобы книги не были видны. Блейз повернулся, чтобы подождать его, и Гарри поспешил за ним.       — Прости, что послал тебе ту книгу, — виновато опустил голову Блейз, когда Гарри подошёл к нему. — Я действительно не думал, что она попадёт к тебе, пока мы не вернёмся в школу.       — Всё в порядке, — вздохнул Гарри. — Никто её не видел.       — Ты уже опробовал что-нибудь оттуда? — тут же деловито поинтересовался Блейз. — Я взял её для тебя, потому что в ней есть очень интересная историческая часть — например, некоторые заклинания, использующиеся для нападения в наши дни, берут своё начало в тёмном целительстве.       — Просто пролистал, — смущённо ответил Гарри. — Я…       Не давая ни малейшего предупреждения, Блейз резко повалил его на землю, и Гарри зарычал, больно ударяясь локтем об пол. Проклятье пролетело над их головами и ударилось в стену. Глаза Гарри расширились, в то время как Блейз поднял голову и оглянулся.       — Эй! — окликнул он. Гарри увидел, как остальные остановились, чтобы посмотреть, что случилось, а Драко уже бежал к ним.       — Вниз! — прошипел он, и Гарри вновь пригнул голову, думая, что в его сторону летит ещё одно проклятье. Но вместо этого Драко перепрыгнул через его голову и помчался дальше по коридору. Блейз одним движением вскочил на ноги и бросился за ним.       Адреналин забурлил в венах Гарри, и он тоже, молниеносно оказавшись на ногах, побежал за ними по коридору.       Но когда они свернули за угол, там было пусто.       — Тупой трус! — крикнул Драко, его обычно бледное лицо слегка покраснело. — Ты на своей собственной шкуре узнаешь, почему эта школа боится нашего факультета!       — Почему, во имя Мерлина, Вы кричите, мистер Малфой? — позади них появилась профессор Стебль, выглядевшая более взволнованной, чем обычно.       — Кто-то пытался проклясть Гарри, снова, — огрызнулся Блейз. — И это должен был быть один из Ваших хаффлпаффцев.       — Что? — поражённо воскликнула Стебль. — Что произошло? — она оглянулась на Гарри. — Вы в порядке, Поттер?       — Да, — махнул рукой тот. — Он промахнулся, — но несмотря на это, она продолжала внимательно изучать его с ног до головы.       Блейз протянул руку к Гарри, и тот в замешательстве посмотрел на него. Мулат на это закатил глаза и снял с плеча друга сумку, чтобы Спраут могла тщательно его осмотреть. Осознание прошило его, и он кивнул Блейзу в знак благодарности. Он сомневался, что она могла заметить его книги, но не хотел рисковать.       — Полагаю, Вам не нужно в Больничное крыло, — заключила Стебль, довольная, что Гарри был цел и невредим. Она повернулась к Блейзу. — Что заставило Вас думать на кого-то из моих студентов, мистер Забини?       — В начале года мы решили, что тот, кто напал на Гарри, должен быть гриффиндорцем или хаффлпаффцем, — начал объяснять Блейз. — А учитывая, что гриффиндорцы и рейвенкловцы живут в башнях…       Стебль нахмурилась.       — Вы уверены, что это не мог быть другой слизеринец? — спросила она. — Или что кто-то из других факультетов мог последовать за вами сюда?       — Разумеется, Вы нам не верите, — злобно выплюнул Драко.       — Следите за своим тоном, мистер Малфой, — недовольно одёрнула его профессор. — Я верю, что кто-то пытался проклясть мистера Поттера, но мне нужно больше, чем косвенные улики, чтобы выяснить, кто это сделал, — она вздохнула. — Будьте уверены, я сообщу об этом, и дело будет расследовано. А теперь идите в свою гостиную, — она аккуратно оттеснила их в сторону.       — Ну, по крайней мере, она не отмахнулась от нас, — пробормотал Блейз. — Но не похоже, что они что-то нашли во время предполагаемого "расследования".       — Кто-то всё ещё охотится за твоей головой, Гарри, — процедил Драко с разъярённым выражением лица. — Когда мы узнаем, кто именно, им придётся несладко.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      Драко затащил Гарри в спальню, как только они вернулись в гостиную. Открыв сундук, он залез в один из верхних карманов и достал оттуда чёрную свечу-столбик, точно такую же, какую подарил Сириус.       — Надеюсь, Блэк объяснил, для чего это? — уточнил Драко, передавая свечу Гарри.       Тот кивнул.       — Он ещё дал мне книгу с ритуалами, — Гарри кинул сумку на кровать и достал из неё тонкую старую книгу.       Драко слегка скривил губы.       — Удивлён, что он сохранил её.       — Он сказал, что я могу просто проигнорировать или изменить всю ту чепуху, что касается чистоты крови, — Гарри широко ухмыльнулся. — Полагаю, ты следовал ей до мелочей?       — Конечно, следовал, — поморщился Драко. — Это священные ритуалы моей семьи.       — Ну, надеюсь, я не обижу тебя решением не клясться, что буду следить за чистотой крови семьи, — сардонически заметил Гарри.       К его удивлению, Драко рассмеялся.       — Большая часть этих слов — витиеватая чушь, — сказал он. — Сам ритуал гораздо важнее слов.       — Я почти всё выучил наизусть, — кивнул Гарри. — Я постараюсь провести первый ритуал на этой или следующей неделе.       — Ты намерен завершить своё провозглашение на Белтейн? — уточнил Драко. — Матушка интересуется.       Несмотря на тревогу, вызванную напоминанием о том, как Нарцисса интересовалась Гарри, он рассмеялся.       — Да. Знаю, обычно людям требуется больше времени, но я не хочу ждать до следующего года.       — Хорошо, — хмыкнул Драко с ноткой удовлетворения в голосе. — Я тоже этого не хочу. Ритуалы и обряды, которые откроются перед тобой, когда ты провозгласишь…       Гарри кивнул.       — Я читал об одном, позволяющем контролировать сны, — сказал он, — Может, он поможет с моими… видениями.       Драко приподнял бровь.       — Ты… получил мой подарок на Йоль вместе с остальными, верно?       — Да, — улыбнулся Гарри. — Спасибо, кстати. Он мне очень понравился, — он полез в карман и вытащил маленькую фигурку.       — Она сделана из лепидолита, — поведал Драко. — Когда я заказывал её, я думал о том, что ты, возможно, решишь всё же провозгласить Тьму, этот камень вроде как помогает с разного рода переходами и… странствиями, — он усмехнулся. — Но он также должен помогать сохранять равновесие и ясность ума. Думаю, я сделал хороший выбор.       Гарри рассмеялся.       — Снейп как раз хотел, чтобы я поработал над ясностью ума.       Драко моргнул.       — Зачем?       — Окклюменция, — пожал плечами Гарри. — Он будет учить меня ей.       — Почему… именно он будет учить тебя ей? — слегка подозрительно уточнил Драко.       Гарри сделал паузу, внезапно почувствовав себя немного виноватым: Снейп просил его никому не давать знать о тренировках. Казалось естественным рассказать Драко, но он уже знал, что Снейп не обрадуется этому.       — Очевидно, Дамблдор попросил его об этом, — медленно произнёс Гарри, — но Снейп, видимо, также заинтересован в том, чтобы старик не узнал обо… мне.       — О том, что ты выбрал путь Тьмы?       Гарри кивнул.       — Пожалуйста, не говори никому. Даже слизеринцам.       Драко наклонил голову, задумчиво сузив глаза.       — Это сложная магия, но я согласен, будет полезно ей обучиться.       — Значит, ты знаешь, что это?       — Это искусство ограждать своё сознание от чужого вторжения, — ответил Драко. — Примерно такого, как в конце прошлого семестра.       Гарри кивнул.       — Снейп сказал примерно то же самое, но я до сих пор не до конца понимаю, что он имеет в виду под “очищением разума”.       Драко нахмурился.       — На каникулах ты был в том же месте, что и летом?       — Да.       — И ты не поискал в библиотеке книги, связанные с Окллюменцией?       Гарри моргнул, а затем смущённо улыбнулся.       — Я даже не подумал об этом, — он пожал плечами. — Но та библиотека, в основном, по тёмным искусствам, а я не думаю, что Окклюменция является…       — Нет, она нейтральна, — Драко закатил глаза. — Но тёмные волшебники, как правило, изучают её, поскольку нам обычно есть что скрывать. В тёмной библиотеке почти наверняка было бы что-нибудь по Окклюменции, — он покачал головой. — Ради Мерлина, Гарри… ты безнадёжен.       Гарри рассмеялся.       — Иногда.       — Ты явно утащил оттуда как минимум одну книгу по тёмным искусствам, но тебе не пришло в голову… — Драко замялся, а потом вздохнул. — Когда начнётся обучение?       — Завтра, — ответил Гарри. — Дважды в неделю.       Драко нахмурился.       — Что такое? — слегка склонил голову в бок Гарри.       — Это… — он умолк, скрещивая руки на груди и прислоняясь к спинке кровати. — Тебе нужно быть осторожным со Снейпом, — тихо сказал он.       — Почему?       — Профессор может быть нашим деканом, — медленно произнёс Драко, — но он ещё и Пожиратель Смерти.       Глаза Гарри расширились от шока, и Драко, должно быть, неправильно понял причину этого.       — Это правда, — сказал Драко настойчивым тоном. — И я знаю, что ему удалось сбежать из Азкабана в первую войну, потому что Дамблдор сказал, что он стал шпионом, но он снова вернулся к Тёмному Лорду. Мой отец говорил об этом на каникулах… — Драко нахмурился, переводя взгляд на пол.       Гарри продолжал удивлённо смотреть на него. Он знал, что они с Драко стали ближе, но всё равно был удивлён, что Драко действительно предал Снейпа. Гарри ненадолго задумался о том, чтобы рассказать Драко правду о преданности Снейпа, но что-то в этом было неправильным: в конце концов, это был не его секрет, чтобы его раскрывать. И, несмотря на то, что парни стали близки, Драко по-прежнему оставался сыном Люциуса.       Гарри заметил, каким удручённым выглядит Драко.       — Ты в порядке? — тихо спросил он.       Драко сглотнул, отводя глаза.       — На каникулах, мой отец… — он сделал глубокий вдох, и Гарри обнаружил, что нервничает всё сильнее и сильнее.       — Что случилось?       — Мой отец обронил пару намёков, что он… думаю, он хочет, чтобы я принял метку, — признался Драко, — этим летом, — холодок пробежал по спине Гарри, и Драко продолжил. — Когда Тёмный Лорд только вернулся, отец намекнул, что он разрешит мне сделать это не раньше, чем мне исполнится семнадцать, но теперь…       — Драко, — Гарри потянулся вперёд и положил ладонь ему на плечо, — ты не обязан.       — У меня может не быть выбора! — отрезал Драко. — Если мой отец хочет, чтобы я стал Пожирателем Смерти, то я…       — Твой отец не должен принимать решения за тебя, — яростно заявил Гарри.       — Всё не так просто! — огрызнулся Драко.       Гарри поморщился и сделал несколько выдохов, пытаясь успокоиться.       — Я знаю, что нет, — сказал он мягче, однако гнев всё ещё отчётливо слышался в его голосе. — Но если ты не хочешь…       — Не хочу, — перебил Драко, сбрасывая с себя руку Гарри и проходя мимо него. Он остановился посреди комнаты, вздохнул и устремил взгляд в потолок. — Тёмный Лорд явно… не в себе, — на мгновение он замолчал, а затем издал звук разочарования, — и он грёбанный лицемер.       Гарри замер, нахмурившись.       — Что… что ты имеешь в виду? — медленно уточнил он, чувствуя, как внутри него начинает шевелиться что-то тревожное.       Драко какое-то время молчал, а затем повернулся и взглянул на Гарри.       — Он… пользуется убеждениями людей, — сказал он. — Он проповедует ценность волшебной крови и сохранение её чистоты, но он…       — Полукровка? — недоверчиво выплюнул Гарри. — Ты не хочешь быть Пожирателем Смерти, потому что Волан-де-Морт ёбанный полукровка? Ты это имеешь в виду? — Гарри даже не был уверен, почему он удивлён.       Глаза Драко расширились.       — Нет, — быстро сказал он, помотав головой. — То есть… не только.       — Тогда о чём ты? — потребовал Гарри, повышая голос. Его желудок неприятно скрутило. Он чувствовал, что этот спор должен был рано или поздно возникнуть между ним и Драко, но, несмотря на согласие обсудить его, они в основном избегали его. — Я знаю, что ты сторонник идеи чистоты крови…       — Я не знаю, так ли это! — вспылил Драко, а затем сделал глубокий вдох и слегка трясущейся рукой зарылся в волосы. — Я не знаю, Гарри…       — О, дай-ка мне ёбаный перерыв, — нахмурившись, выплюнул Гарри. — Ты годами преследовал Гермиону за то, что она маглорождённая. Единственная причина, по которой ты остановился, — это то, что ты не хотел злить меня!       — Я в курсе! — огрызнулся Драко. — Поначалу, да — я не поднимал эту тему, потому что пытался сохранить мир, но…       — То, что ты сейчас держишь свой рот закрытым, не значит, что твои убеждения — нормальны!       — Может, ты позволишь мне закончить предложение, пожалуйста? — Драко оскалился, его глаза вспыхнули.       Гарри скрестил руки на груди.       — Ладно. Продолжай.       — Это довольно сложный вопрос, Гарри…       Гарри издал горький смешок.       — Не особо.       — Ты сказал, что дашь мне договорить, — устало произнёс Драко.       Гарри, нахмурившись, закрыл рот, жестом показывая Драко, что тот может продолжать. Драко, казалось, застыл на месте, и было похоже, что он с трудом подбирает нужные слова.       — В последнее время выяснились некоторые… некоторые вещи, — наконец сказал он. — Вещи, которые заставляют меня сомневаться в том, что мои родители говорят о волшебной крови, — он сглотнул. — Например, они всегда говорили, что только чистокровные могут иметь дар к любому виду магии — светлой или тёмной.       Глаза Гарри распахнулись от удивления.       — Никто… никто раньше не говорил мне об этом.       — Блейз и Тео всегда сомневались в этом, — махнул рукой Драко. — Но я был убеждён, что именно поэтому Трейси не имеет ни капли тёмного дара, хотя её мать — тёмная ведьма. И хотя я никогда не встречал её, я знаю, что моя кузина не может быть тёмной.       — Тонкс? — переспросил Гарри. — Нет.       Драко кивнул.       — По правде говоря, Гарри, я не встречал ни одной ведьмы или волшебника с даром тьмы, которые не были бы чистокровными. По крайней мере, из тех, о ком я знаю, — он сделал паузу. — До тебя.       Гарри некоторое время молчал.       — Я рассказывал тебе о Волан-де-Морте…       — Да, — кивнул Драко. — И не только это, но… Тёмный Лорд — один из самых могущественных тёмных волшебников. А тут ещё и ты… — он коротко рассмеялся. — Ты тоже не обделён силой, знаешь ли.       Гарри неловко поёжился, и не только по этой причине. Ему никогда не нравилось, когда Драко говорил о потенциале его силы, но что-то ещё не давало ему покоя — не могли же они с Волан-де-Мортом быть единственными двумя тёмными полукровками, правда?       Драко вздохнул и продолжил.       — И это заставило меня задуматься о том, как моя мать не раз говорила, что "Тьме нужна новая кровь".       Гарри моргнул.       — Андромеда на каникулах сказала то же самое.       — Значит, это какая-то семейная поговорка, — хмыкнул Драко. — Я задавался вопросом, но… — он покачал головой. — Но я никогда не понимал, что это значит. Если только чистокровные могут быть тёмными, то как мы получаем новую кровь? Неужели мы просто ждём, пока в светлой семье не родится ребенок с даром тьмы?       Выражение лица Гарри отразило выражение лица Драко, когда до него дошёл смысл его слов.       — Так ты думаешь… речь идёт о людях… как… как я? Или… маглорождённых, так? — уточнил он. — Я имею в виду, что это не кажется вероятным, если девиз семьи Блэк…       — “Чистота крови навек”, — продекламировал Драко. — Кажется странным говорить что-то, что подразумевает введение новой крови — магловской крови — когда семья гордится своей чистотой.       — Интересно, слышал ли это Сириус… — размышлял Гарри.       — Спроси его, когда будет возможность, — посоветовал он.       Гарри кивнул. Драко преувеличенно вздохнул.       — В любом случае, — продолжил он, — всё это вызывает у меня некоторые сомнения. Но ещё больше меня расстраивает тот факт, что Тёмный Лорд — лицемер, — его взгляд стал ещё более хмурым.       Гарри почувствовал себя так, словно его ударили хлыстом.       — Если ты сомневаешься в… идеях о чистоте крови, то какое значение имеет то, что он полукровка?       — Я не думаю, что это имеет значение, — мотнул головой Драко, — по крайней мере, не в том смысле, в котором ты думаешь. Меня беспокоит то, что он лжёт о том, кто он такой, похоже, для того, чтобы заставить тёмных волшебников подчиниться ему.       — Я думаю, это связано с тем, что он стыдится этого, — сказал Гарри, пожав плечами. — Поэтому он скрывает это.       Драко бросил на него странный взгляд.       — Откуда ты это знаешь?       — Он… э-э… — Гарри кашлянул. — Он упоминал об этом. И я знаю, что он выбрал имя "Волан-де-Морт" потому, что не хотел сохранять имя своего отца-магла.       Драко побледнел.       — Иногда я забываю, что ты действительно с ним разговаривал.       — Значит, ты с ним никогда не встречался.       Драко покачал головой.       — Я видел его всего один раз. Из окна второго этажа, — он вздрогнул.       Гарри нахмурился.       — И твой отец хочет, чтобы ты стал солдатом человека, которого ты даже никогда не видел?       На лице Драко промелькнуло страдальческое выражение, и он отвернулся от Гарри.       — Да. И я не думаю, что у меня будет выбор.       Гарри внезапно охватила необузданная решимость. Он знал, что их разговор о чистоте крови далёк от завершения, но он не собирался позволить Драко оказаться в плену фанатизма Волан-де-Морта — особенно сейчас, когда казалось, что Драко только начинает понимать правду. Гарри немедленно метнулся к Драко и схватил его за запястье.       — Драко, — сказал он, — я сделаю всё, что в моих силах, чтобы у тебя был выбор.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      Занятия на следующий день прошли достаточно гладко, несмотря на то, что учителя завалили их домашней работой в два раза большей по объёму, чем в прошлом семестре. Чем ближе к С.О.В., тем становилось хуже.       Наступил вечер, и Гарри едва удавалось подавлять нервную дрожь, пока они с Драко и Тео шли до кабинета Снейпа. Он всю дорогу сосредоточенно молчал, пока его друзья вели неспешную беседу о прошедшем дне.       — Во сколько нам прийти за тобой? — спросил Драко, когда они дошли до двери кабинета.       — Снейп не сказал мне, насколько длительными будут… дополнительные занятия, — медленно произнёс Гарри. Драко знал, что именно он будет изучать, но Тео — нет. Несмотря на то, что Гарри уже начал изрядно уставать от хранения секретов от стольких людей, он пытался хотя бы чуть-чуть уважать желание Снейпа. — Всё в порядке, мы близко к подземельям, и я…       — Совершенно точно нет, — отрезал Драко.       — Кто-то напал на тебя снова только вчера, — добавил Тео.       — Ты не будешь бродить по этим коридорам в одиночку, — твёрдо заявил Драко. Дверь резко распахнулась и явила Снейпа, холодно взирающего на всех троих.       — Я провожу Поттера в подземелье после сегодняшнего дополнительного занятия, — сказал он. — В следующий раз мы установим время, в которое вы будете забирать его, — его взгляд метался между Драко и Тео. — Понятно?       — Да, сэр, — сказал Тео.       Снейп посторонился, и Гарри вздохнул.       — Увидимся позже, — махнул рукой он друзьям, прежде чем зайти в кабинет.       Дверь захлопнулась за ним прежде, чем у Драко и Тео появился шанс что-то ответить, и Гарри вздрогнул от этого резкого звука. Снейп жестом указал на стул перед своим столом, и Гарри присел, с тревогой глядя на профессора.       — Вы знаете, почему Вы здесь, — сказал Снейп, хмурясь.       — Да, сэр.       — Надеюсь, с Окклюменцией Вы справитесь лучше, чем с Зельями, ведь здесь не будет мистера Малфоя, чтобы буквально держать Вас за руку, — продолжил Снейп с усмешкой. — Это Вам не домашняя работа, Вам придётся рассчитывать только на себя и свой разум, — он сделал паузу. — Вы помните, что я рассказывал Вам об Окклюменции?       — Эм-м-м, — неуверенно промычал Гарри. — Вы сказали, это раздел магии, который позволяет защититься от ментальных атак.       — И?       — Ох, — Гарри судорожно искал в памяти точные слова, сказанные ему Снейпом пару недель назад.       Снейп закатил глаза.       — Таким образом Вы защищаетесь от вторжения и влияния на Ваш разум.       Гарри подумал, что именно так он только что и сказал, но спорить со Снейпом было себе дороже.       — Так Вы думаете, что Волан-де-Морт действительно…       — Не произносите имя Тёмного Лорда! — резко перебил его Снейп.       Гарри нахмурился.       — Дамблдор произносит.       — У Вас нет и толики той силы, что есть у профессора Дамблдора, — выплюнул Снейп.       Гарри взглянул на него, испытывая жгучее желание поспорить, но быстро решил, что этого не стоит делать — важнее было выяснить, почему они хотят, чтобы он изучал Окклюменцию.       — Так Вы и Дамблдор действительно думаете, что — он — проникает в мой разум?       — Очевидно, что это Вы проникаете в его разум, пусть и случайно, — сказал Снейп. — И Тёмный Лорд уже понял это.       Глаза Гарри расширились.       — Откуда Вы знаете?       Выражение лица Снейпа стало ещё более жёстким.       — Достаточно того, что мы знаем, Вы согласны? — Гарри нахмурился. — Тёмный Лорд в высшей степени искусен в Легилименции, а значит, в отличие от Ваших… случайных экскурсов в его разум, он, скорее всего, сможет получить доступ к Вашему разуму в любой момент по своему желанию.       Гарри сглотнул, ему совсем не нравилось, как всё это звучит, но кое-что в словах Снейпа привлекло его внимание.       — Легилименция? — переспросил он. — Я… слышал об этом.       Снейп изогнул бровь.       — Удивительно, Поттер, что Вы слышали о Легилименции, но совершенно ничего не знаете об Окклюменции.       Гарри покачал головой.       — Я не знаю, что такое Легилименция, я просто слышал, что… магия Солнцестояния защищает от неё.       Выражение лица Снейпа изменилось — он начал пристально изучать Гарри, как тогда, когда они встретились на Йоле. На пару минут он замолчал, прежде чем ответить.       — Это защита, предоставляемая Тьмой с определённой целью. Она защищает только знания о том, что происходит на самом Йоле, — медленно произнёс Снейп. — В данной ситуации это не поможет.       — Так что такое Легилименция?       — Это искусство извлечения эмоций и воспоминаний из чужого разума, — Снейп откинулся на спинку стула и скрестил пальцы. — Как я уже упоминал, Тёмный Лорд весьма преуспел в этом. Окклюменция — единственная защита от него.       Гарри пару мгновений внимательно вглядывался в лицо Снейпа, сомневаясь, задавать следующий вопрос или нет, но потом решил послать осторожность к чертям.       — А… Дамблдор тоже пользуется ей? — поинтересовался он. — Легилименцией, я имею в виду.       Глаза Снейпа почти незаметно расширились, а затем снова стали стальными.       — Именно так, — сказал он. Он встал с кресла и достал свою палочку. Гарри напрягся, настороженно глядя на неё. — Встаньте, Поттер, и достаньте свою палочку.       Гарри сделал, как велено, нервно сглатывая.       — Вы можете попытаться защитить себя с помощью обезоруживания или любых других средств, — сказал Снейп.       — Что Вы собираетесь делать? — нахмурился Гарри.       — Я попробую проникнуть в Ваш разум, — тихо произнёс профессор, — Вы попробуете сопротивляться, — он поднял палочку. — Приготовьтесь. Легилименс!       Гарри не был готов, не то чтобы он знал, как именно ему следует быть готовым — он понятия не имел, как сопротивляться вторжению Снейпа в свой разум. Прежде чем он успел что-то понять, кабинет Снейпа поплыл, будто бы погружаясь под воду, а затем просто исчез.       Вместо этого он оказался на заднем сидении машины Дурслей, слушая крики Вернона о том, что мотоциклы не могут летать. Потом он был в зоопарке, разговаривая со змеёй и понимая, сколько у них было общего. Змея исчезла, и вот он уже в поезде, отказывается пожать руку Драко Малфоя, волны негодования проходят сквозь него, и он понимает, насколько этот мальчик напоминает ему Дадли. А потом он слушал Распределяющую Шляпу, которая сказала, что Слизерин поможет ему на пути к величию…       — Ауч! — вскрикнул Гарри, когда кабинет Снейпа снова начал появляться в поле зрения, и почувствовал острую боль чуть ниже коленной чашечки. Очевидно, он налетел на стол Снейпа и упал на пол. Гарри потряс головой, чтобы прояснить взгляд, и посмотрел на Снейпа, который потирал запястье и выглядел невероятно раздражённым.       — Вы хотели наложить жалящее заклинание, Поттер? — процедил Снейп.       — Нет, — буркнул Гарри с обидой в голосе. Он даже не помнил, как сделал это. Он неуверенно поднялся на ноги и уставился на Снейпа.       — Мы попробуем ещё раз, — сказал профессор. — Постарайтесь на этот раз не терять времени на крик.       — Я даже не помню, как кричал… — вскинулся Гарри, но Снейп уже снова произнёс заклинание.       Гарри открывал дверь в библиотеку Блэков, факелы на стенах медленно разгорались, и он доставал книгу за книгой с пыльных полок. МакГонагалл оповещала его об исключении, а он понимал, что с огромной вероятностью попадёт в Слизерин, а не в Гриффиндор. Седрик лежал на земле прямо перед ним, неподвижный, с мёртвыми глазами…       — Убирайтесь! — закричал Гарри, снова обнаруживая себя на полу.       — Вы даже не пытаетесь, Поттер, — фыркнул Снейп. — Каждое воспоминание, которое я нахожу, — оружие, которое может быть использовано против Вас.       — Ну, Вы же мне не объясняете, как не впускать Вас! — огрызнулся Гарри, вскакивая на ноги.       — Следите за тоном, — ответил Снейп, неприятно скривив губы. — Вы должны очистить свой разум — избавиться от всех эмоций!       — Как, чёрт возьми, я должен это сделать? — вспылил Гарри. Он не думал, что эмоции в принципе можно контролировать, а особенно его.       Выражение лица Снейпа стало ещё более жёстким, если такое вообще возможно, а затем он ущипнул себя за переносицу.       — Как Вы контролируете себя рядом с Амбридж, Поттер?       — Я… — Гарри замер, нахмурившись.       — Вы сдерживаетесь на её занятиях, что довольно… удивительно, — продолжил Снейп. — Как Вам это удаётся?       — Я просто… Я притворяюсь, что чувствую ровно противоположное тому, как чувствую себя на самом деле, — сказал Гарри. — И иногда я… — он умолк.       — Иногда Вы что?       — Я выпускаю пар… после встречи с ней, — он не особо хотел рассказывать, как именно он это делает, вряд ли Снейп положительно воспримет его попытки продырявить стены замка.       Снейп, казалось, обдумывал слова Гарри, но вид у него по-прежнему был недовольный.       — Сомневаюсь, что "притворство" поможет в этом случае. В Окклюменции нельзя "притворяться", — он покачал головой и снова поднял палочку. — Приготовьтесь ещё раз.       Глаза Гарри расширились в тревоге. Снейп так и не объяснил, как "избавляться от эмоций".       — Подождите…       — Легилименс!       Гарри сидел в слизеринской спальне, задёрнув полог своей кровати, и читал очередную книгу по тёмным искусствам. Потом он увидел свой ритуал дара и вспомнил, насколько великолепной была тёмная магия, и то, какие чувства она заставила его испытывать. Потом он снова был в спальне и практиковал тёмные заклятия вместе с Драко, как вдруг ему пришло в голову, что его отец использовал тёмные искусства, и он задумался, не от Джеймса ли Поттера ему на самом деле достался дар тьмы…       На этот раз Снейп отменил заклинание до того, как Гарри свалился на пол. Он открыл глаза и увидел яростный взгляд Снейпа, направленный прямо на него. А потом он вдруг понял, почему, собственно, профессор вообще занялся этими уроками.       — Вы используете занятия как предлог, чтобы покопаться в моих воспоминаниях о тёмных искусствах, не так ли? — мрачно поинтересовался Гарри.       — Ваш отец использовал только одно заклинание тёмных искусств, и только потому, что ему нравилось причинять другим боль и заставлять их испытывать стыд, — прошипел Снейп, проигнорировав вопрос Гарри. — Чтобы проявить признаки истинного дара тьмы, требуется нечто большее, чем одно заклинание.       — Вы не объясняете мне, как защитить свой разум, потому что хотите увидеть мои воспоминания! — яростно повторил Гарри. — Почему бы Вам просто не спросить, вместо того, чтобы рыться в них?       — Потому что другие не будут спрашивать разрешения, прежде чем влезть в Вашу голову и отыскать нужную информацию, — отрезал Снейп.       — Я думал, Вы хотите, чтобы я научился этому! — возмутился Гарри. — Как я должен это понять, когда Вы…       — Я хочу, чтобы Вы научились этому, глупый Вы мальчишка! — взвился Снейп. — Вы должны быть в состоянии отразить атаку и Тёмного Лорда, и профессора Дамблдора. Тёмный Лорд, получивший доступ в Ваше сознание — угроза для всех нас.       — А профессор Дамблдор?       — Если Вы хотите преуспеть на тёмном пути, Дамблдор не должен узнать, что Вы делаете, — прорычал Снейп.       — Почему Вы так заинтересованы в моём успехе? — требовательно спросил Гарри. — Не то чтобы Вы когда-нибудь вообще хотели мне помочь!       Снейп устремил на него один из своих странных, жёстких взглядов. Он внимательно изучал Гарри, и тот начал приходить в ярость. Он понял, что предпочитает старого неприятного Снейпа его новообретенной версии со странным хобби — смотреть на Гарри, как на головоломку, которую он не может решить.       — Попробуем ещё раз, — резко вздохнул Снейп, вновь взмахнув палочкой. У Гарри даже не было времени запротестовать. — Легилименс!       Мистер Уизли вёл его по тёмному коридору, Гарри неотрывно пялился на дверь в конце него. Гарри хотел — ему было нужно — пройти через ту дверь, но мистер Уизли тянул его в другую сторону…       — Вот оно! — зашипел Гарри, и Снейп отпустил заклинание. Гарри снова обнаружил себя на полу его кабинета, шрам отчаянно ныл.       — В чём дело, Поттер? — спросил Снейп, прищурившись.       — Я вспомнил… — Гарри умолк, лихорадочно соображая.       — Вспомнили что? — потребовал Снейп.       Гарри не ответил. Этот сон снился ему с осени — он ходил по бесконечным коридорам, что-то искал, — но стоило ему проснуться, как он не мог вспомнить, что именно он искал. Он и не подозревал, что уже бывал в этих коридорах — мистер Уизли привёл его в Министерство на слушание с Фаджем.       То, что он искал, находилось за той дверью, а эта дверь, как помнил Гарри, вела в Отдел Тайн.       Ещё более показательным был тот факт, что это был тот самый зал, в котором стоял мистер Уизли, когда на него напала Нагайна.       Там что-то было, и Орден Феникса знал, что именно.       — Что находится в Отделе Тайн? — хмуро спросил Гарри, поднимая глаза, чтобы встретиться взглядом со Снейпом.       На лице Снейпа мелькнуло что-то похожее на тревогу, и Гарри почувствовал странное удовлетворение от этого, понимая, что он, должно быть, вмешивается во что-то важное.       — Почему Вы об этом спрашиваете? — тихо поинтересовался Снейп.       — Потому что он снился мне месяцами, — сказал Гарри, внимательно следя за его лицом. — И именно там напали на мистера Уизли, не так ли? — он прищурился. — Что он охранял?       — Это не Ваше дело, — отрезал Снейп ледяным голосом.       — Моё, если я вижу этот Отдел каждую ночь! — огрызнулся Гарри.       — В таком случае, возможно, Вам следует потрудиться, чтобы не видеть его, — ответил Снейп.       — Там что-то есть, — настаивал Гарри, — что-то, чего хочет Волан-де-Морт…       — Не произносите его имя! — прошипел Снейп.       Гарри сверлил профессора тяжёлым взглядом, шрам раскалывался от боли. Выражение лица Снейпа в точности повторяло выражение лица Гарри. Ненависть, казалось, сочилась из них обоих, губы Снейпа скривились в отвращении.       — На сегодня мы закончили, — процедил он.       Гарри поднялся на ноги и зарычал.       — Вы не ответили ни на один мой вопрос за весь вечер, — прошипел он. — Вы не…       — Поттер! — Снейп с силой выплюнул его имя. — Вы не должны желать тех же знаний, что и Тёмный Лорд!       Гарри замер, по его позвоночнику пробежал холодок, а глаза расширились в тревоге. Неужели Снейп имел в виду, что Гарри хотел узнать, что находится за этой дверью, потому что этого хотел Волан-де-Морт?       — Я отведу Вас обратно в Слизерин, — сказал Снейп. — Мы продолжим в среду.       Гарри ничего не ответил.       — Каждый вечер Вы должны очищать свой разум, — продолжил Снейп. — Перед сном Вы должны избавляться от всех эмоций.       — Ясно, — буркнул Гарри, хотя совершенно ничего не понимал. Он рассеянно потирал свой шрам, который всё ещё болезненно пульсировал.       До гостиной они шли молча.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      Гарри чувствовал себя так, словно его мозг пропустили через тёрку, и с каждым мгновением ему становилось всё хуже. Он не отрываясь смотрел на свою домашнюю работу, не понимая ни слова из текста.       — Гарри, ты в порядке? — обеспокоилась Панси.       Гарри кивнул, хотя его одновременно выворачивало наизнанку, знобило и кидало в жар. Он наклонился вперёд и попробовал сконцентрироваться, но так шрам заболел ещё сильнее. Он поднял руку и приложил ко лбу, пытаясь таким образом сдержать жгучую боль.       — Всё, — сказал Драко, поднимаясь. — Ты идёшь в Больничное крыло.       — Нет, — сказал Гарри, морщась от звука собственного голоса. — Мне просто надо прилечь, — он тоже встал, чувствуя, как дрожат ноги. — Я закончу с этим завтра.       Ещё один укол боли прошёлся по его шраму, и он попятился назад, зажмурив глаза, чьи-то руки вдруг потянулись к нему, чтобы поддержать. Гарри открыл глаза и увидел, что это Драко схватил его.       — Тео, можешь захватить вещи Гарри с собой, когда закончишь? — тихо попросил Драко.       — Конечно, — кивнул Тео.       Драко вёл Гарри к их комнате, не выпуская его руки из своей. Он открыл дверь, и Гарри увидел Блейза, стоящего в другом конце комнаты и смотрящего на него из-за стола. Гарри едва успел сделать два шага внутрь, как боль в его шраме усилилась в сотни раз, словно в череп вогнали нож. Он не видел перед собой ничего, не мог понять, где находится, и даже забыл собственное имя.       Он слышал маниакальный смех, восторженный и нескончаемый. Он не чувствовал себя настолько счастливым годами. Произошло что-то замечательное, что-то, что следовало отпраздновать…       — Гарри! — закричал кто-то. — Гарри!       Что-то словно ударило его по лицу. Ликующий смех сменился хрюканьем, а затем разразился снова. Счастье, которое он испытывал, начало рассеиваться, но смех продолжал раздаваться вокруг него.       Он открыл глаза и вдруг осознал, что безумный смех исходит из его собственного рта. Его шрам пульсировал в такт с собственным сердцебиением, быстро и сильно.       Он тут же перестал смеяться, и его зрение внезапно обрело чёткость. Он лежал спиной на полу, а Блейз и Драко нависали над ним, глядя на него сверху вниз. Блейз выглядел испуганным, а Драко был полон чистейшего беспокойства.       — Гарри? — тихо позвал мулат, будто бы не был совсем уверен, к кому именно обращается.       — Что произошло? — хмурился Драко.       — Он… очень счастлив, — еле выдавил Гарри, глотая воздух. Он заставил себя сесть, опираясь на локти, Драко помог ему подняться.       — Ты имеешь в виду… Тёмный Лорд счастлив? — уточнил Блейз трясущимся голосом.       — Что-то… произошло что-то хорошее, — Гарри медленно поднялся на ноги с помощью Драко. Ему казалось, что слова, вылетающие из его рта, принадлежат не ему, но он знал, что они правдивы. Каждый его мускул, казалось, неконтролируемо дрожал. — Он надеялся на это… — он замолчал и тут же повернулся к кровати, Драко отпустил его, и Гарри рухнул на подушки.       — Что-то хорошее для… — Блейз оборвал себя на полуслове, и Гарри посмотрел на ребят обеспокоенными глазами.       — Засыпай, Гарри, — мягко произнёс Драко.       Гарри крепко зажмурил глаза, в животе у него неприятно заурчало, когда он попытался вспомнить, что могло такого произойти, чтобы Волан-де-Морт почувствовал себя таким счастливым за последние десять лет.