Глава 22: Выгода

      Год, казалось, пролетал быстрее, чем все предыдущие.       Гарри решил, что это из-за предстоящих экзаменов, но Фрея объяснила ему, что это просто часть взросления, добавив, что её шестой год прошёл в два раза быстрее, чем пятый, несмотря на отсутствие экзаменов в конце года, и теперь — когда она учится на седьмом, она понятия не имеет, куда делось время.       Гарри нравилась Фрея. После Солнцестояния она всегда находила время, чтобы поговорить с ним хотя бы раз в неделю, а её циничный и сухой юмор был удивительно освежающим. Она также открыто говорила с Гарри о своём отце, Пожирателе Смерти, и чётко давала понять, что не разделяет идеалов Волан-де-Морта. В то же время лучшим другом Фрейи был Кассий Уоррингтон, и Фрейя подтвердила подозрения Гарри о том, что слизеринец — ярый сторонник Волан-де-Морта и надеется присоединиться к нему после окончания учебного года. Она потратила уйму времени, пытаясь убедить друга в обратном, но всё было без толку.       Гарри ценил время, проведённое с ней. Она относилась к ситуации в семье совсем иначе, чем Драко или Тео, часто отпускала грубые шутки о том, что её отец был всего лишь прихвостнем и любил целовать ноги Волан-де-Морту. Гарри вскоре понял, что она просто таким образом справляется с осознанием того, кем был её отец.       Гарри с удивлением обнаружил, что в Слизерине он способен заводить друзей не только на своём курсе. Он терпел своих товарищей по команде по квиддичу — в том числе и Уоррингтона, — но не мог представить, что станет с ними дружить. С Фреей всё было иначе.       Большую часть праздника Остары он провёл с Фреей. По традиции пятый, шестой и седьмой курсы собирались в один круг, но, в целом, это казалось не таким большим и важным событием, как Самайн или Солнцестояние. Два Равноденствия, как помнил Гарри, были циклическими днями, в которые должны были чествовать всю магию, но слизеринцы, похоже, не были так уж заинтересованы в праздновании света.       — Это ещё и потому, что сегодня Весеннее Равноденствие, — объяснила Фрея Гарри, когда они уселись на прохладную траву, — в это время тьма сменяется светом. Поэтому мы более активны осенью, на Мабон.       — Как ты думаешь, может, это ещё и потому, что многие традиции света утрачены? — полюбопытствовал Гарри.       Некоторое время Фрея обдумывала его вопрос.       — Возможно. Баланса больше нет, поэтому, когда речь заходит о чествовании всех видов магии, то кажется, что мы, тёмные ведьмы и волшебники, просто… бездумно выполняем действия ради галочки. Как будто мы просто соблюдаем традицию ради традиции.       Гарри нахмурился и открыл было рот, чтобы поинтересоваться, почему так происходит, но Фрея продолжила, прежде чем он успел спросить.       — Когда ты планируешь провести последний ритуал провозглашения? — спросила она. — Всё идёт гладко?       — На Белтейн, — ответил Гарри. — Всё в порядке. Я уже провёл два.       — Правда? — вдруг раздался голос Уоррингтона из-за спины. — Так ты действительно провозглашаешь Тьму?       Гарри обернулся через плечо.       Уоррингтон присел на траву рядом с Фреей и Гарри, изучая последнего странным взглядом.       — И что ты планируешь делать после провозглашения? — нагло протянул он.       — Касс, не надо, — процедила сквозь зубы девушка.       — Думаю, это справедливый вопрос, — возразил старшекурсник, не отрывая глаз от Гарри, — особенно если учесть кто ты, Поттер, — он усмехнулся. — Ты и вправду думаешь, что светлая сторона примет тёмного мага в свои ряды?       Фрея выпрямилась, вперив в Уоррингтона грозный взгляд.       — Касс…       — Я не собираюсь присоединяться к Волан-де-Морту, если ты об этом, — огрызнулся Гарри.       — Ты будешь тёмным волшебником, — произнёс Уоррингтон таким тоном, будто констатировал самый очевидный в мире факт, — а он Тёмный Лорд.       — Касс, прекрати немедленно.       — Ты, должно быть, шутишь. Волан-де-Морт убил моих родителей, — мрачно процедил Гарри. — И я ненавижу всё, за что он борется.       — Кроме права использовать тёмные искусства в открытую, — заметил Уоррингтон, вскинув бровь. — Он единственный, кто защитит нас, тёмных волшебников. Если бы вы двое смогли… оставить ваши разногласия в стороне…       — Скорее Ад замёрзнет, Уоррингтон, — Гарри покачал головой. — Не понимаю, почему ты вообще тратишь время на подобные вопросы.       — Так ты думаешь, что Дамблдор защитит тебя? — недоверчиво протянул старшекурсник. — Как ты думаешь, что случится, когда он узнает, что ты провозгласил Тьму?       — Я не ожидаю, что он защитит меня, — нахмурился Гарри. — И я не хочу, чтобы он это делал.       — Но…       — Касс, убирайся, или я прокляну тебя прямо сейчас, — прошипела Фрея.       Уоррингтон усмехнулся и поднялся на ноги.       — Просто подумай над этим, Поттер.       — О, всенепременно, — саркастично пообещал Гарри.       Фрея посмотрела вслед удаляющемуся Уоррингтону, а затем бросила на Гарри виноватый взгляд.       — Извини за него, — пробормотала она. — Я должна была ожидать, что рано или поздно это случится. Я люблю его, но временами он превращается в фанатика.       Гарри вздохнул.       — Если быть реалистом… наверняка это не последний раз, когда мне зададут этот вопрос.       — И если быть реалистом, то он кое в чём прав, — подхватила девушка. — Светлая сторона не примет тебя с распростёртыми объятиями, когда ты станешь тёмным волшебником.       — Я знаю.       — Может, тебе стоит принять нейтралитет? — предложила она и вдруг ухмыльнулась. — Присоединяйся к моему “пошло-всё-нахуй” клубу.       Гарри покачал головой.       — Это не вариант, — он издал горький смешок. — Даже если бы я хотел, это не вариант.       — Да, я так и поняла, — хмыкнула Фрея. — Но я надеюсь, что ты готов к тому, что произойдёт, когда волшебный мир тебя раскусит.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      — Где Драко и Панси? — поинтересовался Гарри, когда они с Блейзом заканчивали свои эссе по Трансфигурации. — Я думал, они собирались поработать над этим вместе с нами.       — У них есть сегодня дежурства? — вопросом на вопрос рассеянно ответил Блейз.       — Не думаю, — мотнул головой Гарри. — К тому же, они бы отправились патрулировать только после отбоя.       Они продолжили молча работать, и Гарри передал своё эссе Блейзу, когда тот закончил своё. Мулат послушно начал читать его, попутно делая пометки и вычёркивая целые строки. Казалось, он вносит гораздо больше правок, чем обычно, и чем больше он писал, тем сильнее Гарри впадал в уныние.       — Всё так плохо? — подавленно спросил Гарри.       — Честно? — Блейз вздохнул. — Да, — он взял в руки эссе Гарри и начал показывать на некоторые отрывки, используя кончик пера как указку. — Вот этот отрывок нужно полностью переписать. Ты неправильно понял закон Гампа.       — Угх! — Гарри издал досадливый вздох и с шумом захлопнул учебник, прежде чем подняться из-за стола и рухнуть на ближайший диван. — Ненавижу С.О.В.       — Ты уже говорил, — хмыкнул Блейз.       В этот момент дверь в гостиную неожиданно распахнулась, и Гарри оглянулся, чтобы увидеть Драко и Панси, торопливо переговаривающихся на повышенных тонах.       — Где это вы двое были? — полюбопытствовал Блейз. — Возможно, я мог бы поверить в дополнительные обязанности старост, но…       — Гонялись за гриффиндорцами вместе с Амбридж, — сказал Драко, подходя к ним. На его лице красовалась ядовитая усмешка.       — Что?! — воскликнул Гарри, тут же вскакивая с места.       К его удивлению, Драко неприязненно скривил губы и злобно взглянул на него.       — Я могу понять, что у тебя есть какие-то секреты от нас, но не лги нам, Поттер.       Гарри моргнул от такого тона.       — Что? — повторил он. — В чём я вам солгал?       — Ты заставил нас поверить в то, что ты больше не ручной зверёк Дамблдора.       — Так и есть, — растерянно ответил Гарри. — О чём вы, ребята?       Панси нахмурилась и скрестила руки на груди.       — Если ты не считаешь, что солгал… может быть, было что-то, о чём ты просто не посчитал нужным нам рассказать, Гарри? — спросила она. — Что-то, связанное с твоими старыми гриффиндорскими друзьями?       Гарри ломал голову в догадках, что бы он мог от них скрыть, но, кроме информации о существовании Ордена и о том, кто является его членом, ничего не было.       — Нет? — нерешительно пожал плечами он. — Во всяком случае, я так не думаю.       — Значит, ты ничего не знал о маленькой армии, которую организовала твоя подруга Грейнджер? — в голосе Драко звучало презрение, которое не было направлено на Гарри с тех пор, как его перевели в Слизерин, и слышать это было весьма неприятно.       — Армии? — растерянно переспросил он. — О чём ты вообще?       Усмешка Драко начала сходить на нет.       — Так ты и правда ничего не знал?       — Не знал чего? Какая армия? И какое отношение это имеет к… — он умолк, его глаза расширились. — Гермиона в порядке? — требовательно спросил он, практически подпрыгивая.       — Физически — да, — сухо ответила Панси.       Звучало не слишком утешительно.       — Что случилось? — сощурился Гарри.       — Грейнджер, очевидно, организовала армию студентов по поручению Дамблдора, — сказал Драко.       — Что?! — повысил голос Гарри. — Что, блять, ты имеешь в виду?       — А ещё кажется, что все гриффиндорцы, с которыми ты до сих пор дружишь, были частью этой армии, — с усмешкой подхватила Панси.       — Грейнджер, Лонгботтом, все Уизелы, — продолжил Драко.       — И мы думали, что вряд ли они не рассказали тебе, но… — Панси запнулась.       У Гарри закружилась голова. Его друзья собрали армию для Дамблдора?       — Как вы об этом узнали? — слабо выдохнул он.       — Амбридж подошла и спросила, не могли бы мы ей помочь, — лениво протянул Драко, сунув руки в карманы брюк. — В этой армии студенты со всех факультетов, но одна когтевранка рассказала о её существовании Амбридж.       — Со всех факультетов, кроме Слизерина, то есть. Какой сюрприз, — язвительно добавила Панси. Затем её лицо смягчилось. — Хотя немного удивительно, что тебя не пригласили.       — Значит ли это, что они тебе больше не доверяют? — вклинился Блейз. — Твои друзья, я имею в виду. Или это всё Дамблдор?       Для Гарри это звучало именно так. Было обидно от того, что его друзья ничего не сказали, хотя он не был уверен, что хотел бы стать частью армии, принадлежащей Дамблдору.       — Я… я не знаю, — честно признался Гарри.       — Они встречались в Выручай-комнате, — продолжил Драко. — И Амбридж хотела, чтобы мы помогли поймать их на месте преступления, — он ухмыльнулся, а затем, казалось, заставил себя стереть эту ухмылку с лица. — Я должен сообщить тебе, что… Я поймал Грейнджер.       — Что это значит? — нахмурился Гарри.       — Большинство из них разбежались, но Драко поставил Грейнджер подножку, и она попалась, — пояснила Панси. — Кроме того, неважно, что остальные убежали. По своей безграничной глупости они оставили в комнате список всех членов, — она сделала паузу. — Я передала его Амбридж.       Верхняя губа Гарри скривилась от отвращения.       — Вы действительно помогаете ей? — спросил он. — Я думал, мы её ненавидим.       — Да, так и есть, — кивнула Панси. — Но она — Генеральный инспектор Хогвартса, и она просила нас, старост, о помощи.       — И что мы должны были, по-твоему, сделать? — вскинул бровь Драко. — Отказаться?       — Я не знаю, — огрызнулся Гарри. — Возможно.       — Гарри, мы не гриффиндорцы, — насмешливо сказала Панси. — Мы не собираемся бросать ей вызов, если это ничего нам не даст.       — Панси, ш-ш-ш, — прервал девушку Драко, кладя свою ладонь ей на руку. — Амбридж забрала Грейнджер в кабинет Дамблдора, — продолжил он. — Фадж тоже был там, вместе с аврорами.       Глаза Гарри расширились.       — Авроры? Гермиона… что случилось с Гермионой? — практически выкрикнул он.       Панси и Драко переглянулись, прежде чем Панси заговорила.       — Со слов Амбридж, Дамблдор признался, что попросил Грейнджер собрать для него армию. Фадж приказал арестовать его, но затем Дамблдор вырубил авроров и сбежал.       Гарри сделал шаг вперед и положил руки на предплечья Панси.       — Что случилось с Гермионой, Панс? — прорычал он.       — С ней всё в порядке, Гарри, — сказал Драко, вставая между Гарри и Панси и мягко отталкивая его. — Она вернулась в гриффиндорское логово, целая и невредимая.       Гарри облегчённо вздохнул, а затем его глаза расширились от осознания.       — Дамблдор сбежал? — переспросил он недоверчиво.       Панси кивнула.       — Ты в итоге выяснил, почему именно Грейнджер стала тебя подозревать? — неожиданно спросил Блейз. — Насчёт твоего недавнего… хобби, я имею в виду.       Гарри покачал головой. Гермиона больше не спрашивала его о тёмных искусствах, не считая того единственного раза. Ему отчаянно хотелось узнать, что именно заставило девушку заподозрить его, но он не знал, как задать этот вопрос, не вызвав у неё новых подозрений.       Блейз приподнял бровь, услышав ответ Гарри.       — Ну что ж, — подытожил он. — Думаю, это и есть ответ на наш вопрос.       — Снейп сказал тебе, что Дамблдор почти наверняка начал подозревать тебя, — поддержал слизеринца Драко, кивая.       — Что ты… — Гарри умолк, чувствуя лёгкий ужас. — Ты думаешь… Дамблдор… ты думаешь, что Гермиона… — он замолчал и решительно покачал головой. — Нет.       — Взгляни на факты, Гарри, — неумолимо продолжал Блейз. — Грейнджер формирует армию от имени Дамблдора и не просит тебя стать её частью. На основании того, что, по твоим словам, сказал тебе Снейп, Дамблдор подозревал, что ты практикуешь тёмные искусства. И тут Грейнджер прямо спрашивает тебя, не связался ли ты с тёмными искусствами.       — Она следит за тобой для Дамблдора, — резюмировала Панси.       — Нет, не следит! — сердито огрызнулся Гарри.       — Гарри, — позвал Драко, положив ладонь ему на руку. Гарри дёрнул плечами и отошёл на несколько шагов, пытаясь успокоиться.       — Я просто… — он провёл рукой по волосам и покачал головой. — Что-то во всём этом не даёт мне… покоя, — Дамблдор не стал бы создавать армию из студентов. Чёрт, разве в начале года они не шутили, что именно этого опасается Фадж, и разве не сочли это нелепым предположением?       Но что, если Блейз был прав? Если бы Дамблдор действительно был обеспокоен деятельностью Гарри, Гермиона, вероятно, была бы тем человеком, к которому стоило бы обратиться.       — Я должен поговорить с ней, — решительно произнёс Гарри, без раздумий кидаясь в спальню. Он быстро достал из сундука мантию-невидимку и направился обратно в гостиную, но путь ему преградил Драко.       — Гарри…       — Не надо! — отрезал Гарри. — Я не хочу это слышать. Она моя лучшая подруга. Мне нужно… — он умолк.       Что ему было нужно? Убедиться, что с ней всё в порядке? Выяснить, не вызвал ли Дамблдор у неё подозрения насчёт Гарри? Спросить, почему она скрывала от него нечто столь важное?       Последний вопрос был немного лицемерным, учитывая то, чем Гарри занимался весь год. Он покачал головой, нахмурившись.       — Я скоро вернусь, — сказал Гарри и, обойдя Драко, накинул на плечи мантию, выходя из гостиной.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      Прогулка до гриффиндорской Башни показалась ему странной. Гарри не был тут с прошлого года, и путь вызывал двоякие чувства — до боли знакомо, но в то же время он знал, что ему больше здесь не место.       Дойдя до портрета Полной Дамы, он остановился, испытывая более сильное чувство ностальгии, чем ожидал. Он стряхнул его с себя и наконец стянул с головы мантию.       — Мистер Поттер! — удивлённо воскликнула Дама, когда Гарри неожиданно материализовался перед ней. — Да ещё и в цветах Слизерина, не иначе. Я слышала, но не до конца верила… — она замялась, издав звук, похожий на хихикание.       — Я знаю, что Вы не можете меня впустить, — сказал Гарри. — Но может быть, Вы могли бы попросить Гермиону Грейнджер выйти и поговорить со мной?       — Хмм, — Полная Дама нахмурилась и, казалось, изучала его какое-то мгновение, затем вздохнула. — Это очень необычно, но поскольку Вы когда-то были гриффиндорцем, я сделаю исключение, — она исчезла из рамы, чтобы через несколько мгновений появиться вновь. — Боюсь, её нет в гостиной. Должно быть, она уже ушла, а в женских спальнях нет ни одной картины.       Гарри сглотнул, но всё ещё был полон решимости выяснить, что же, чёрт возьми, произошло на самом деле.       — А как насчёт Невилла Лонгботтома? — спросил он.       — Боюсь, я его там тоже не видела.       Гарри начал испытывать тревогу. Что, если их действительно исключили?       — А Уизли? — в отчаянии спросил он. — Фред, Джордж, Джинни? — он сделал паузу, — Или Рон, хотя он, наверное, сам не захочет со мной разговаривать…       — Стойте смирно, мистер Поттер, — сказала она, прежде чем снова исчезнуть из рамы. На этот раз она отсутствовала дольше, что Гарри воспринял как хороший знак.       Однако прошло две минуты, в течение которых Гарри нервно расхаживал перед дверью, прежде чем проход наконец открылся и через него шагнула Джинни.       — Гарри? — нахмурилась она, не совсем уверенная, как реагировать на его появление.       — Ты в порядке? — он тут же набросился на неё с вопросами. — Гермиона в порядке?       Неуверенность Джинни сменилась удивлением.       — Я в порядке, Гарри. И Гермиона тоже. Она пошла спать. У неё был… тяжёлый вечер, — по мере того как она говорила, к ней возвращалось беспокойство, как будто она не была уверена, что именно ей следует ему сказать.       — Драко и Панси рассказали мне, что…       — О, да неужели? — Джинни прервала его, и в мгновение ока её нерешительность превратилась в презрение.       — Но я не думаю, что они знают всю историю, — нахмурился Гарри, надеясь, что не совершил ошибку, упомянув их. — Ты можешь рассказать мне, что произошло?       — Зачем? — выплюнула Джинни. — Твои друзья были там. Они, наверняка, уже всё тебе рассказали.       — Но то, что они рассказали, просто не имеет никакого смысла! — он покачал головой. — Они сказали, что вы все были членами какой-то армии Дамблдора, собранной Гермионой!       Гнев Джинни мгновенно улетучился, и она разразилась хохотом.       Гарри моргнул.       — Я… что-то упускаю?       Джинни кивнула.       — Да, — сказала она. — Это была не армия — во всяком случае, не совсем армия. Мы просто назвали её "Армией Дамблдора", чтобы насолить Фаджу. Не думаю, что Дамблдор вообще знал об этом.       — Что? — спросил Гарри, сбитый с толку. — Тогда почему… почему он сбежал из школы?       — Из-за Гермионы, — сказала Джинни. — Это она всё устроила, а Дамблдор взял вину на себя, — она сглотнула и нахмурилась, — Гермиона, понятно, очень расстроена. Она винит себя в том, что Дамблдора тут больше нет.       Глаза Гарри расширились. Дамблдор позволил выгнать себя из школы ради Гермионы. Это казалось невероятным, но в то же время это было настолько похоже на Дамблдора, что не вызывало особого удивления.       — Тогда… если это была не армия, то что же это было на самом деле?       Джинни пожала плечами.       — По сути, клуб Защиты, — сказала она. — Амбридж не обучала нас практическим навыкам, поэтому мы пытались обучать себя сами, — она вздохнула. — Мы просто хотели… хотели убедиться, что не окажемся лёгкой добычей, когда начнётся следующая война.       Гарри одновременно почувствовал облегчение от того, что они не сформировали настоящую армию, но в то же время ему стало обидно, что он даже не был в курсе об этом.       — Каждый старался привнести что-то своё, чтобы научить остальных, — продолжила Джинни. — Я научила всех Летучемышиному сглазу, а Гермиона решила сосредоточиться на щитовых чарах. Терри Бут очень хорошо владеет оглушающим заклинанием, и… — она запнулась. — Ну, мы все делали то, что могли. Думаю, нам всем удалось многому научиться.       Гарри кивнул и задумался над её словами, как вдруг в его голове промелькнуло воспоминание, и он хлопнул себя рукой по лбу.       — Ёбанный ты ж в рот, — пробормотал он, — Гермиона действительно спрашивала меня об этом! Она спрашивала, буду ли я учить других…       Джинни кивнула, а потом нахмурилась.       — Она сказала, что ты ответил "нет".       — Так и есть, — подтвердил Гарри.       Джинни, казалось, изучала его какое-то мгновение, прежде чем ответить.       — Могу я узнать, почему ты отказался? Гермиона мне так ничего и не сказала.       — Я… ну… — Гарри вздохнул и прислонился к стене, внезапно почувствовав, что ему совсем не хочется встречаться с ней взглядом. — Амбридж — её отправили сюда, чтобы держать Хогвартс под контролем Министерства. В частности, Дамблдора, но также… — он сделал паузу, покачав головой. — Я уверен, что она и Фадж были теми, кто пытался исключить меня из школы, и она определённо пыталась опровергнуть историю о возвращении Волан-де-Морта, — он раздражённо сузил глаза. — И она делала это, пытаясь раздавить меня.       — И это сработало, — сказала Джинни. Голос у неё был мягкий, но слова пронзили до глубины души.       Гарри в шоке поднял глаза.       — Что? — сказал он, а затем покачал головой. — Нет, я…       — Амбридж пыталась заставить тебя замолчать, потому что ты рассказал всем о том, что произошло прошлой весной, — перебила его Джинни, — и с тех пор ты продолжаешь молчать.       — Джин…       — Я знаю, что тебя перевели в Слизерин, Гарри, — сказала она, поворачиваясь к портрету Полной Дамы, — но я не думала, что это превратит тебя в труса.       Она прошептала пароль, видимо, не желая, чтобы Гарри его услышал, и скрылась в башне.       Гарри продолжал смотреть на Даму, слова Джинни повисли в воздухе.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      — Ты выглядишь расстроенным, — отметил Драко, как только Гарри вернулся. Гостиная к тому времени почти опустела, остались только он и Блейз.       — Значит, мы были правы, — предположил Блейз, — Грейнджер шпионила…       — Нет, она этого не делала, — Гарри покачал головой. — Это… — он вздохнул. Ему не хотелось обсуждать сказанное Джинни ни с кем из них. Они не были гриффиндорцами и уж точно не поняли бы, почему слова Джинни его расстроили.       Ещё в начале учебного года Дамблдор сказал всей школе, что прераспределение Гарри не означает, что он утратил храбрость, которая делала его гриффиндорцем.       Однако, судя по всему, так оно и было.       — Гарри? — позвал Драко. — Что случилось?       — Ты выяснил, почему твои друзья не завербовали тебя в эту разношёрстную армию Дамблдора, состоящую из одних только студентов? — ехидно поинтересовался Блейз.       Гарри насмешливо фыркнул.       — В том-то и дело, — сказал он. — Я был в курсе. Гермиона спрашивала меня несколько месяцев назад, буду ли я… — он снова вздохнул. — Я просто… забыл.       — Что? — вскинул бровь Драко, его голос был ровным. — Как, чёрт возьми, можно "забыть" о том, что тебя просили вступить в армию?       Гарри покачал головой.       — Это была вовсе не армия, — сказал он. — Они просто практиковали Защиту от Тёмных Искусств, поскольку наш бесполезный “профессор" отказывается преподавать её должным образом. Они назвали её “Армией Дамблдора" только для того, чтобы разозлить Фаджа.       Блейз рассмеялся.       — Это такой абсолютно гриффиндорский способ выбесить Фаджа и Амбридж, — сказал он.       Гарри не мог не вздрогнуть от его слов. Причина, по которой Гарри отказался вступить в этот клуб, заключалась в том, что это было слишком "по-гриффиндорски".       Джинни была права.       — Раз уж выяснилось, что тебя всё-таки пригласили, почему ты всё ещё расстроен? — спросил Драко.       Гарри вздохнул и рухнул на диван у камина.       — Я просто… — он замолчал и, нахмурившись, уставился на пламя.       — Ты собираешься закончить эту мысль? — поинтересовался мулат после нескольких долгих минут молчания.       Гарри закрыл глаза, и его хмурое выражение превратилось в полноценный оскал.       — Мои друзья успели подготовиться к С.О.В. и научились защищаться на случай, если весь мир покатится к чертям. А чего, собственно, добился я за этот год?       — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Драко. — Ты добился многого. Амбридж жаждала твоей крови в начале года, а теперь тебе удалось заполучить её расположение…       — Но какой от этого толк? — огрызнулся Гарри. — Всё, что из этого вышло, — это то, что я чувствую себя дерьмом!       — То, что ты не видишь результатов мгновенно и не знаешь, каким будет итог, не означает, что всё напрасно, — сказал Блейз.       — Но единственной причиной, по которой я начал заниматься этим, было желание избавить себя от проблем с ней, — возразил Гарри.       — И? — вскинул бровь Драко.       — И это делает меня трусом! — воскликнул Гарри.       — Что? — спросил Блейз. — Это не плохо. Это значит, что у тебя наконец-то появился инстинкт самосохранения…       — Блейз, хватит, — прервал его Драко. Он продолжил смотреть на Гарри, его лицо приобрело задумчивое выражение.       Гарри наклонился вперёд и зарылся руками в волосы.       — То, что меня называют трусом, ещё хуже, чем когда волшебный мир называл меня лжецом, — тихо сказал он. — На самом деле это правда, так что… — он запнулся и покачал головой. — Не думаю, что вы, ребята, поймёте.       — Ты чувствуешь, что теряешь то, что изначально делало тебя гриффиндорцем, — тихо сказал Драко. — Полагаю, я бы чувствовал себя странно, если бы думал, что теряю то, что делает меня слизеринцем.       Гарри начинал ненавидеть то, как хорошо Драко умеет его понимать.       — Амбридж терроризирует эту школу, а я ничего не делаю, — завершил свою мысль Гарри.       На мгновение все трое замолчали, пока Блейз не заговорил снова.       — Гарри, не пойми меня неправильно, но… что ты сможешь сделать, кроме как разозлить её?       — А если ты её разозлишь, то что ты из этого выиграешь? — добавил Драко.       Гарри вздохнул.       — Я не знаю.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      На следующее утро было объявлено, что Долорес Амбридж сменила Дамблдора на посту директора Хогвартса.       День выдался странным и каким-то приглушённым. Большинство учеников вели себя сдержанно — трусливо, как выразилась Панси, — но другие факультеты были особенно злы по отношению ко всем слизеринцам, когда им казалось, что это сойдёт им с рук. В коридорах не раз вспыхивали драки, а Дафна заработала себе отработку у профессора Стебль за то, что прокляла студента, пытавшегося загнать её младшую сестру в угол. Гарри каким-то образом удавалось оставаться вне линии огня. Он застал Гермиону за обедом, но не успел сделать ничего особенного, кроме как обнять её и договориться о встрече после ужина.       На Защите от Тёмных Искусств он старался держать язык за зубами, и к тому времени, как он вышел из класса, его руки болели от того, как сильно он сжимал кулаки. Амбридж, казалось, пребывала в ликующем настроении, и её благосклонность к Слизерину возросла до небывалых высот. Гарри был уверен, что она присудила только их классу около ста баллов, большинство из которых достались Драко и Панси.       Он изо всех сил старался избегать Амбридж весь оставшийся день, но она, к сожалению, подошла к слизеринскому столу в начале ужина.       — Мистер Малфой и мисс Паркинсон, — поздоровалась она, одаривая их жеманной улыбочкой. — Я хотела бы узнать, не могли бы вы присоединиться ко мне в моём кабинете после ужина.       Панси послушно кивнула.       — Конечно, профессор, — сказала она в непривычной для себя учтивой манере. — Я имею в виду… директриса.       Амбридж хихикнула, после чего пожелала всем приятного вечера и удалилась к главному столу.       — Жополизка, — прошипел Гарри в адрес Панси, которая быстро пнула его ногой под столом.       — Мы ничего не выиграем от отказа, Гарри, — сказал Драко.       Гарри с особой жестокостью вонзил вилку в картошку, жалея, что у него нет ничего получше, на чём он мог бы выместить своё раздражение.       — Я не понимаю, какой смысл использовать “любые средства", когда ты даже не знаешь, каковы будут “цели", — пробормотал он.       — Что? — спросила Панси.       Гарри вздохнул, закатив глаза.       — Неважно, — он повернулся к Дафне. — Когда у тебя отработка? — поинтересовался он.       Дафна вздохнула.       — Завтра, — сказала она. — Дежурство в теплице.       — Ты не могла бы пойти со мной в библиотеку после ужина? — попросил он. — Я встречаюсь с Гермионой и Невиллом, и я уверен, что ты единственная слизеринка, с которой они будут терпимо общаться, если принять во внимание все обстоятельства.       — Конечно.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      Невилл немного настороженно смотрел на Дафну, когда они с Гарри сели за стол, но, похоже, расслабился, когда Гермиона сердечно поприветствовала их, а затем сразу же повернулась к Гарри.       — Гарри, я ненавижу спрашивать об этом, но я должна, — заявила она.       Гарри не мог не напрячься: в последний раз Гермиона говорила что-то подобное, когда спрашивала его о тёмных искусствах. Тем не менее он кивнул ей.       — Давай.       Гермиона не стала терять ни минуты.       — Ты кому-нибудь говорил, что я попросила тебя преподавать Защиту прошлой осенью?       Гарри покачал головой.       — Если ты спрашиваешь, сказал ли я Драко и Панси, то нет. Они были там только потому, что Амбридж попросила их о помощи в качестве старост, — сказал он. — Я никому не говорил, — он криво улыбнулся. — Я даже признаю, что вчера вечером немного обиделся, что вы меня не пригласили. Я просто забыл, что ты это сделала.       — Джинни так и сказала, — кивнула Гермиона. — И мне жаль, что я не сказала тебе, что я сделала это. Мы решили связать друг друга клятвой…       — Вот почему Мариэтта Эджкомб ходит с надписью "предатель" на лице, не так ли? — спросила Дафна, ухмыляясь.       — Полагаю, я не должен удивляться, что ты всё равно пошла на это, — сказал Гарри, ласково улыбаясь Гермионе. — Как только у тебя появляется идея, ты уже не можешь от неё отказаться.       — Но ты был прав, Гарри, — поджала губы Гермиона. — Если бы ты сказал “да", тебя бы сейчас почти наверняка исключили.       — Ну что ж, мне так спокойнее, — сказала Дафна. — Я бы не хотела, чтобы Слизерин потерял Гарри так скоро после того, как мы его приобрели, — Гарри закатил глаза, а Дафна продолжила. — Но для протокола, Грейнджер, я думаю, что твоя идея была очень хороша.       Гермиона покачала головой.       — Нас поймали, и теперь Дамблдор… — она сглотнула. — Я только усугубила ситуацию.       — Вы сделали то, что Амбридж умышленно игнорирует, — возразила Дафна. — И вы постарались научиться защищать себя, а я думаю, все за этим столом согласятся, что это важнее, чем попасть в передрягу с директрисой.       При этих словах Дафны Гарри опустил взгляд в стол, внезапно почувствовав стыд.       — Кроме того, — продолжила Дафна, — есть несколько слизеринцев, которые с удовольствием приняли бы в этом участие.       — Например, кто?       Дафна улыбнулась.       — Я. И… — она сделала паузу, раздумывая. — Ну, скорее всего, только я. Но учитывая, как Блейз озабочен насчёт С.О.В., я уверена, что он бы с радостью взялся за практическую часть, если бы только смог преодолеть свою собственную глупость.       Невилл наконец заговорил.       — Ты кажешься достаточно милой, — сказал он Дафне, нервно озираясь. — Но мы провели голосование и единогласно решили не приглашать слизеринцев, особенно после… — его взгляд метнулся к Гарри, тот вздохнул.       — После того как я сказал “нет"? — закончил за него Гарри, и Невилл кивнул в ответ.       — И это было умно с твоей стороны — отказаться, Гарри, — твёрдо сказала Дафна, — Амбридж не спустила бы всё это тебе с рук, если бы ты тоже участвовал.       — Я согласна, Гарри, — кивнула Гермиона и, наклонившись вперёд, положила руку на предплечье Гарри. — Исключение не принесло бы тебе ничего хорошего.       Гарри пожал плечами. Он, конечно, не был с этим согласен, но ему не хотелось убеждать остальных в собственной трусости.       — Хотя было бы неплохо, если бы ты научил нас заклинанию Патронуса, — задумчиво продолжила Гермиона. — Мы многому научились, и я думаю, что мы многое почерпнули из того, чему учили друг друга, но никто не знал, как его вызвать.       Дафна решительно покачала головой.       — Это всё равно не стоило бы того, — сказала она.       Гарри слабо улыбнулся Гермионе.       — Может быть, я смогу научить тебя позже, — предложил он. — Правила ведь не запрещают собираться вдвоём, верно?

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      Они ещё около часа болтали, прежде чем решили разойтись. Стоя в дверях библиотеки, они наконец-то позволили себе громко посмеяться над неудачными попытками Амбридж войти в кабинет Дамблдора. Ходили слухи, что она простояла у горгульи почти весь день, требуя пустить внутрь, но статуя отказывалась сдвинуться с места.       — Гарри! — раздался знакомый голос из коридора, и, обернувшись, они увидели Драко и Блейза, спешащих к ним.       Гермиона сузила глаза.       — Кажется, нам пора, — нахмурилась она.       — Нам нужно срочно поговорить с тобой, — известил Драко, запыхавшись, подходя к ним четверым. Казалось, что они с Блейзом пробежали через весь замок. — Сейчас.       — Пока, Гарри, — Гермиона развернулась, чтобы уйти.       — Подожди, Грейнджер, — окликнул её Блейз.       Гермиона в шоке уставилась на него, и, к удивлению Гарри, Невилл внезапно шагнул к Гермионе, становясь между ней и Драко с Блейзом.       — Ты тоже должна это услышать, — сказал Драко Гермионе, не обращая внимания на Невилла.       Шок Гермионы вырос почти до комических размеров от того, что Драко Малфой обратился к ней напрямую, без оскорблений и колкостей.       — Но не здесь, — продолжил Драко, оглядываясь через плечо. — Нас не должны видеть.       Шок на лице Гермионы сменился отвращением.       — Ты имеешь в виду, что тебя не могут увидеть разговаривающим с маглорождённой? — съязвила она, скривившись.       — Скорее, я не могу рисковать тем, что Амбридж увидит, как я разговариваю с кем-то из "Армии Дамблдора", — усмехнулся Драко. — Я хотел сделать это в качестве одолжения Гарри, поскольку ты его друг, но если ты предпочитаешь…       — Пожалуйста, Грейнджер, — Блейзу явно было неловко. — Тебе действительно нужно это услышать. Это касается Амбридж.       Невилл и Гермиона обменялись взглядами, и Гермиона, наконец, вздохнула и кивнула.       — Ладно.       — За углом есть пустой класс, — вспомнила Дафна. — Пойдём.       Они быстро прошли по коридору и вошли в класс. Блейз закрыл дверь и быстро наложил на неё заклятие Недосягаемости, после чего встал рядом с Драко, оставив Невилла и Гермиону у двери.       Гарри поднял бровь, понимая, что Блейз сделал это намеренно — он не хотел, чтобы два гриффиндорца чувствовали себя загнанными в угол в заброшенном классе, полном слизеринцев. Гарри не мог не заметить, что Гермиона и Невилл засунули руки в карманы мантий, явно хватаясь за свои палочки. Он тихо вздохнул, полагая, что нисколько не винит ребят, особенно учитывая то, что произошло накануне вечером. Два гриффиндорца и четыре слизеринца в одной комнате — обычно это приводит к катастрофе, даже если одним из слизеринцев был Гарри.       — Что случилось? — Гарри сильно пожалел, что не знает способа снять напряжение, которое в этой комнате можно было буквально ложкой есть.       Блейз и Драко переглянулись.       — Кто должен начать первым? — спросил Блейз.       — Наверное, ты, — дал заднюю Драко.       Блейз закатил глаза.       — Это просто потому, что ты знаешь, что разозлишь Гарри.       — Ты тоже.       Дафна закатила глаза.       — Может, вы двое уже начнёте? — нетерпеливо произнесла она. — Ожидание просто убивает меня.       Блейз вздохнул и прислонился поясницей к старому, изношенному столу, устремив взгляд в пол.       — Сначала я просто выложу всё начистоту, — начал он. — Я одолжил твою мантию сегодня ночью, не спросив тебя, Гарри.       — Мою мантию-невидимку? — переспросил Гарри. — Зачем? — краем глаза он заметил, как Гермиона бросила на него встревоженный взгляд.       Блейз поднял бровь.       — Хм. Это не та реакция, которую я ожидал, — сказал он.       — Зачем она тебе понадобилась? — повторил Гарри.       Блейз сглотнул.       — Я подслушал, как Ли Джордан упомянул о “пытках", когда рассказывал об отработке у Амбридж, — сказал он. — Учитывая, насколько она благосклонна к нам, у меня возникло ощущение, что Амбридж проводит отработки для слизеринцев иначе, чем для всех остальных. Я хотел немного покопаться, выяснить, что она делает.       — Но… разве Панси и Драко не были в кабинете Амбридж? — вспомнил Гарри. — Ты же только что…       — Я ходил не в её кабинет, — Блейз покачал головой. — Я был в её личных покоях.       — О, а там тоже ужасная палитра всех оттенков розового? — тут же поинтересовалась Дафна, и Блейз издал короткий смешок.       — Да, — хмыкнул он, а затем его выражение лица стало необычайно серьёзным. — Но это не самое страшное, — он бросил взгляд на Гермиону, а затем снова опустил глаза в пол.       — В чём дело? — спросил Гарри.       — Я нашёл документы для законопроекта, над которым она работает, — огорошил Блейз.       — Законопроекта? — переспросил Гарри. — Типа очередного декрета об образовании? — Блейз покачал головой, но прежде чем он успел ответить, Гермиона заговорила.       — Ты имеешь в виду что-то, что она планирует ввести в Министерстве? — спросила Гермиона. — Новый закон?       Блейз кивнул.       — И это… — он умолк, снова нервно сглатывая. — Грейнджер, тебе это не понравится.       — Что именно?              Блейз открыл было рот и снова его захлопнул, будто бы не в силах подобрать слова.       — По всей видимости, это называется "Комиссией по Регистрации Маглорождённых", — тихо сказал Драко. Гермиона тут же раздражённо посмотрела на него, но потом его слова, казалось, дошли до неё.       — Маглорождённые… Регистрация… — она сделала паузу и вдруг насторожилась. — Что это значит?       Блейз наконец поднял глаза и встретился взглядом с Гермионой.       — Тебе это очень не понравится.       — Вы уже достаточно ясно дали понять, что нам не понравится ничего из того, что вы двое собираетесь сказать, — нетерпеливо произнёс Гарри. — Просто объясни нам, что это значит, Блейз.       Тот кивнул.       — Это… это подразумевает, что Министерство нашло доказательства того, что магия передаётся только через кровь, а значит, может быть только унаследована, — пояснил он. — Она пытается утверждать, что маглорождённые должны были украсть свою магию у “настоящей" ведьмы или волшебника.       — Это смешно! — огрызнулась Гермиона. — Я ничего не крала!       — Мы это знаем, — успокоил её Блейз. — Это утверждение явно ложное.       — Тогда… — Гермиона покачала головой. — Зачем ей выдумывать что-то подобное? Какова её цель? И что вы имеете в виду под “регистрацией"?       — Комиссия по Регистрации Маглорождённых предлагает, чтобы все маглорождённые были зарегистрированы как таковые в Министерстве, — сказал Блейз. — Зарегистрированные маглорождённые будут арестованы, их палочки конфискованы, а затем они предстанут перед судом, чтобы выяснить, каким образом магия была якобы украдена.       По мере того как Блейз говорил, выражение ужаса на лице Гермионы проявлялось всё ярче.       — Любой незарегистрированный маглорождённый также будет арестован, — продолжил Блейз. — Этот проект ясно даёт понять, что охота будет вестись на всех маглорождённых.       — Но это если законопроект пройдёт, верно? — нахмурившись, сказал Невилл. — Министерство, может, и запуталось, но такого никогда не случится, — он сделал паузу, внезапно выглядя немного встревоженным, как будто он не собирался присоединяться к разговору. — Верно? — добавил он тихо.       — Очень даже может, если будет достаточно поддержки и… денег, — ровным голосом ответил Драко. — А такой человек, как мой отец, почти наверняка его поддержит.       — А ты нет? — хмыкнула Гермиона, с усмешкой глядя на Драко. — Разве ты не мечтал об этом уже много лет?       Драко ничего не ответил, и Гарри сузил глаза.       — Драко? — сказал он, нахмурившись.       Драко сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, прежде чем заговорить.       — Признаюсь, я думал… — он сделал паузу, покачав головой. — Я думал, что это то, чего я хочу. Но на самом деле слышать это, представлять это… это неправильно, — он сглотнул и отвел взгляд.       — Я всё время думаю о Трейси и её отце, — добавил Блейз. — Она сказала, что в ужасе от того, что может случиться с ней и её семьей, и…       — Судя по тому, что рассказал Блейз, весь этот законопроект основан на откровенной лжи, — сказал Драко. — И кроме того, ни у одной ведьмы или волшебника нельзя отбирать палочки, — он скрестил руки, усмехаясь. — Неважно, маглорождённые они или нет.       Гермиона оскалилась, глядя на Драко.       — Неужели ты думаешь, что я поверю в то, что ты — из всех людей — изменил своё мнение о маглорождённых?       — Признаюсь, я не совсем уверен в своей позиции по отношению к маглорождённым, — усмехнулся Драко. — Но я точно знаю, что это неправильно.       Глаза Гермионы вспыхнули.       — То есть ты по-прежнему считаешь меня грязнокровкой, но не хочешь, чтобы меня арестовали? — язвительно поинтересовалась она.       — Ты не обязана мне верить, — отрезал Драко, бросив на Гермиону раздражённый взгляд. — Но ты должна верить, что то, что говорит Блейз, — правда.       — Я всё ещё не понимаю, как вы двое думаете, что что-то подобное может пройти, — заметил Гарри. — Я понимаю, Драко, что твой отец имеет там большое влияние, но я не могу представить, чтобы наши авроры действительно ходили и арестовывали маглорождённых.       — Я постоянно повторяю тебе, Гарри, — закатил глаза Драко, — что анти-маглорождённые настроения гораздо более распространены, чем ты думаешь.       — И в Министерстве достаточно сторонников анти-маглорождённого идеализма, чтобы он мог легко набрать обороты, — сказал Блейз. — Но даже если этого не произойдёт, это указывает на что-то другое, что может быть ещё хуже.       — Хуже, чем облава на маглорождённых? — огрызнулся Гарри.       — Ну, "хуже" в том смысле, что это, возможно, более непосредственная угроза, — хмыкнул Блейз.       — Что это? — спросила Гермиона.       — Фадж — идиот, но он не был замечен в анти-маглорождённых взглядах, — с ужасом начала Дафна. — Но…       Драко кивнул.       — Идеалы Амбридж, похоже, полностью совпадают с идеалами Тёмного Лорда, — он нервно сглотнул. — И чем больше я об этом думаю, тем сильнее всё сходится.       — Ты думаешь, Амбридж — Пожиратель смерти? — с сомнением произнёс Гарри.       — Нет, — ответил Драко, покачав головой. — Я не думаю, что у неё есть метка. Хотя, скорее всего, она агент Тёмного Лорда, — он вздохнул. — Это бы, конечно, объяснило почему… — он запнулся, внезапно бросив настороженный взгляд на Гермиону и Невилла.       — Объяснило что? — спросила Гермиона.       Драко нахмурился и захлопнул рот, а глаза Гарри и Блейза встретились. Гарри сразу же понял, почему Драко замялся — его отец знал о Амбридж и о том, почему её направили в Хогвартс. Объясняя, почему это указывает на Волан-де-Морта, Драко должен был напрямую признаться, что знает, что его собственный отец Пожиратель Смерти, а в этом Драко почти наверняка не хотел признаваться двум гриффиндорцам.       Гарри задумался, стоит ли говорить Драко, что Гермиона и Невилл уже подозревают его отца.       Блейз наклонился и начал что-то шептать Драко на ухо. Драко сглотнул и посмотрел на Гарри, а затем на Дафну. Он покачал головой, Дафна в ответ закатила глаза, а Гермиона и Невилл с лёгким недоумением смотрели на их молчаливое общение, прежде чем Драко наконец продолжил.       — Даже если она не является агентом Тёмного Лорда, вполне вероятно, что некоторые вещи были подстроены, чтобы поставить её на это место, — наконец сказал блондин. — То ли для того, чтобы распространить пропаганду о том, что Тёмный Лорд не вернулся, то ли для того, чтобы все были не готовы к тому, что слухи станут фактами…       — Мягко говоря, это нехорошо, — подхватил Блейз. — Всё, что она делает, помогает делу Тёмного Лорда, осознает она это или нет.       Гермиона, казалось, на мгновение задумалась над их словами, прежде чем покачать головой.       — Хотя мне уже легче поверить в то, что вы не сторонники Волан-де-Морта, мне всё равно трудно поверить, что вы оба вдруг осознали, что маглорождённые не…       — Верь во что хочешь, — перебила её Дафна. — Но я знаю этих двоих гораздо дольше тебя, и они точно не будут врать о таком, — она усмехнулась.       — Поверь мне, мы ничего не выигрываем от подобной лжи, — сухо заметил Блейз. — По правде говоря, это может подвергнуть опасности нас обоих, — он покачал головой. — Я всё ещё не… Я просто знаю, что Регистрационная Комиссия — это неправильно.       — Тогда что нам с этим делать? — вклинился Невилл. — Как нам остановить её?       Блейз вздохнул.       — Нет ничего противозаконного в том, чтобы предлагать законы в Министерстве, — сказал он. — И мы не знаем наверняка, получит ли он поддержку или нет, но есть все предпосылки к тому, что он… доставит немало хлопот маглорождённым.       — Достаточное количество людей поверит в ложь о том, что маглорождённые крадут магию, — сказал Драко. — Тех, кто не определился с точкой зрения, будет легко переубедить, — он скрестил руки и усмехнулся. — В основном потому, что большая часть волшебного мира очень глупа.       — Значит, мы должны остановить её до того, как она представит это, — догадался Гарри. — То есть, мы должны достать её каким-то другим способом.       — Именно, — ухмыльнулся Блейз.       — Ты нашёл что-нибудь еще в её покоях? — спросил Гарри. — Что-нибудь, указывающее на “пытки", о которых говорил Ли?       — Нет, — Блейз покачал головой. — У меня было больше отработок с ней, чем я могу сосчитать, но чаще всего она пытала меня своими дурацкими кошачьими тарелками, которые никак не могут заткнуться, — он вздрогнул. — Это, конечно, вполне себе пытка, но у меня возникло ощущение, что Джордан имел в виду нечто более буквальное.       — Кто-нибудь из вас слышал что-нибудь об этом от Ли? — спросил Гарри у Гермионы и Невилла.       — Нет, — ответила Гермиона, покачав головой. — Полагаю, я могу спросить у него.       — А пока, я думаю, нам нужно ударить её по больному месту, — сказал Блейз, бросив на Гарри острый взгляд, и глаза Гарри расширились.       — По её власти, — сказал он.       — О, так ты помнишь, — ухмыльнулся Блейз. Гарри закатил глаза.       — И как же нам это сделать? — спросил он. — Ты ничего не выяснил за время ваших с ней отработок, и…       — Мы делаем всё это, заставляя её думать, что у нее больше власти, чем есть на самом деле, — ответил Драко. — Вот почему она затащила нас с Панси в свой кабинет сегодня вечером.       — Теперь очередь Драко, — сказал Блейз. — И предупреждаю тебя, Гарри: тебе придётся сдерживать свой необычайно нестабильный характер.       Гарри в тревоге переводил взгляд с Блейза на Драко.       — Что она сделала? Что случилось?       Драко вздохнул.       — Это скорее… что должно случиться, — сказал он. — Амбридж формирует нечто под названием "Инспекционная дружина”.       — Что… что это? — нервно спросил Невилл.       — Официально она призвана помочь обеспечить “порядок" в школе, — объяснил Драко. — Члены Инспекционной дружины будут на ступень выше старост. У нас будет право начислять и снимать баллы со всех факультетов, как у профессоров.       Гарри нахмурился.       — “У нас”?       Драко кивнул.       — Она пригласила Панси и меня.       — И вы согласились, — усмехнулся Гарри.       — Конечно.       — Почему у меня такое чувство, что тебе понравится снимать баллы? — сказал Гарри, голос просто сочился сарказмом.       — О, так и будет, — ухмыльнулся Драко. — Особенно с таких студентов, как Уизел. Но дело в том, что мы можем использовать Инспекционную дружину, чтобы попытаться выяснить, что она делает, заставляя студентов говорить, что она их “пытает".       — Она что-то скрывает, — сказал Блейз. — Это очевидно. Она просто не подвергает слизеринцев тому, что делает с остальными, потому что благоволит к нам даже больше, чем Снейп.       Гермиона разразилась смехом, испугав Гарри.       — Никогда не думала, что услышу, как слизеринец признаётся в этом, — сказала Гермиона.       — Наша конечная цель — добиться её увольнения с должности в Министерстве, но, по крайней мере, мы хотели бы убрать её из этой школы, — продолжил Драко, проигнорировав её комментарий. — Учитывая, что она также хочет допросить всех членов Армии Дамблдора с помощью Инспекционной дружины, мы, возможно, сможем выяснить, чем она на самом деле занимается.       Глаза Гарри расширились в тревоге.       — Возможно, вы также сможете защитить их, — заметил он. — Ты мог бы вообще предотвратить это.       Драко не выглядел так, будто это его привлекало.       — Возможно, — сказал он. — Это будет зависеть от неё и от того, достаточно ли она уверена в себе, чтобы рассказать нам. Чем больше она уверена в себе, тем больше вероятность, что она даст нам знать, что она делает.       — Значит… вот что вы имеете в виду, когда говорите, что заставляете её думать, что у неё больше власти, чем есть на самом деле, — догадался Гарри.       — Но я не понимаю, как эта "Инспекционная дружина" должна это сделать, — нахмурилась Гермиона.       — Поэтому мы и должны были рассказать об этом именно вам, — ответил Драко, обращаясь к гриффиндорцам. — Как я уже сказал, официально Инспекционная дружина создаётся для обеспечения порядка. Однако неофициально она явно хочет, чтобы мы выбрали вас всех в качестве мишеней. Она хочет подавить бунтарский дух в каждом, кто был членом вашей очаровательной маленькой студенческой “армии", — он сделал паузу. — Я подумал, что должен сообщить тебе, что нам придётся нарушить “список Гарри".       Гермиона моргнула.       — Список? — переспросила она. — Какой список?       Драко поднял бровь и посмотрел на Гарри.       — Ты ничего так и не рассказал им? — спросил он.       Гарри переступил с ноги на ногу, внезапно почувствовав себя немного неловко.       — Ну… ты попросил меня не делать этого, — отбился он, и Драко широко ухмыльнулся в ответ.       — Какой список? — потребовала Гермиона.       Драко закатил глаза и снова перевёл взгляд на Гермиону.       — Учитывая нашу… историю, ты наверняка заметила, что за весь год до сегодняшнего вечера я не сказал тебе и двух слов? — он взглянул на Невилла. — Никому из вас?       — Да, я это заметила, — поджала губы Гермиона. — И я уверена, что это было сделано больше для Гарри, чем для чего-либо ещё.       — Ты абсолютно права, — согласился Драко, прежде чем снова повернуться к Гарри. — Каждый человек в твоём списке "неприкасаемых" — член этой… армии.       — А что, действительно был такой список? — спросила Гермиона.       — Был, — сказал Драко, с усмешкой глядя на Гермиону. — А теперь может не быть.       — Я не думаю, что когда-либо существовал физический список, — раздражённо произнесла Дафна. — Драко, ты ведёшь себя как маленький.       — В общем… Драко и Панси согласились оставить вас в покое в начале года, — неохотно объяснил Гарри. — Плюс Фреда, Джорджа и Джинни.       Гермиона нахмурилась.       — Но… не Рона?       Драко разразился задорным смехом.       — Вначале Уизел был в списке, но Гарри его исключил, — Гермиона бросила на Гарри полный ужаса взгляд.       — Может, не будем зацикливаться на этом дурацком списке? — спросила Дафна. — Уже близится отбой. Ты предупредил этих двоих, что тебе придётся снова устраивать им взбучки, но это будет сделано ради благого дела. Это всё, Драко?       — Не… не совсем, — сказал Драко, и его ухмылка исчезла. По мнению Гарри, Драко выглядел немного нервно.       — В чём дело? — спросил Гарри.       — Это та часть, которая тебя разозлит, — сказал Драко.       — Просто скажи мне, Драко.       Тот вздохнул.       — Амбридж также попросила меня и Панси порекомендовать студентов в Инспекционную дружину.       — Ладно, — сказал Гарри. — И? — затем он сделал паузу, его глаза расширились от ужаса. Он точно знал, что Драко собирается предложить. — Ты не сделал этого, — сказал он с ужасом. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не порекомендовал меня.       — Не рекомендовал, — подтвердил Драко. — Я рекомендовал Винса, Грега и Миллисент, — он умолк. — А потом она спросила именно о тебе.       Гарри показалось, что его внутренности делают кувырок.       — И что ты сказал?       — Что я думаю, что ничего страшного не случится, если я спрошу тебя, — сказал Драко. — Она собирается это сделать, и я думаю, тебе стоит согласиться.       — Нет! — отрезал Гарри, качая головой. — Ни в коем ёбанном случае.       — Гарри...       — Нет! — закричал он. — Я, блять, не буду этого делать.       — Я согласна, — сказала Гермиона, нахмурившись. — Я не понимаю, чего ты хочешь этим добиться, Малфой.       — Гарри, ты только что сетовал на то, что не можешь ничего сделать с Амбридж, — сказал Драко. — Это поставит тебя в положение, в котором ты сможешь.       — Как? — практически выплюнул Гарри. — Как то, что я стану одним из её… лакеев, может помочь хоть чему-нибудь?       — Нам нужно выяснить, что она делает, Гарри, — увещевал его Блейз. — У тебя будет доступ в её кабинет, ты будешь присутствовать на допросах…       — И чем больше власти, как она думает, у неё есть, тем больше власти она будет раздавать приближённым — это значит, что она с большей вероятностью раскроет остальным студентам то, что она на самом деле делает, — подхватил Драко. — И она будет думать, что у неё есть вся власть, если будет думать, что у неё есть ты, Гарри.       Гарри вздрогнул.       — Нет. Это… это…       — Если Гарри скажет "нет", она попросит кого-нибудь другого? — вдруг спросил Невилл у Драко.       — Почти наверняка да, — согласился тот, — Другого слизеринца. Может быть, Кассия Уоррингтона. И хотя большинство слизеринцев тоже не являются её поклонниками, они не сделают ничего, чтобы помешать ей мучить маленьких непокорных гриффиндорцев.       — А ты бы сделал? — съязвила Гермиона, скривившись.       Драко пожал плечами, но ничего не ответил.       — Значит, ты хочешь, чтобы Гарри шпионил за ней, пока ты не будешь делать ничего?       Драко сузил глаза, глядя на Гермиону.       — Я не гриффиндорец и никогда им не был. Если я ничего не выигрываю, я не вижу смысла предпринимать какие-либо действия, — он покачал головой, когда Гермиона открыла рот, чтобы ответить. — Я посмотрю, что смогу узнать, но не стану бросаться на меч, жертвуя собой.       — Но Гарри, я думаю, что большинство твоих бывших однокурсников только выиграют от того, что ты будешь осуществлять наказания, а не Уоррингтон, — сказал Блейз. — Даже если они не будут понимать, что выигрывают.       — Значит, я должен быть меньшим из двух зол, так что ли? — недовольно спросил Гарри.       — Гарри, тебе действительно стоит подумать об этом, — рассудительно заметила Дафна. — Амбридж представляет собой угрозу. Тебе предоставляется возможность уменьшить эту угрозу, а также, возможно, полностью остановить её.       Гарри покачал головой и отвернулся. Ему не нравилась каждая часть идеи Драко, но он понимал, почему она может быть полезной. Просто казалось, что она слишком сильно основана на гипотезах; в конце концов, что если того, что скрывала Амбридж, будет недостаточно, чтобы избавиться от неё?       — А что, если это вообще ничего не даст? — тихо спросил Гарри.       — Тогда мы придумаем что-нибудь другое, — ответил Драко. — А пока мы делаем это, мы добьёмся гораздо большего, чем то, чего ты добиваешься сейчас.       — Я думаю, ты должен это сделать, Гарри.       Глаза Гарри расширились, когда он повернулся к Невиллу.       — Что? — неверяще переспросил он.       — Гарри, — вздохнул Невилл. — Если меня будет допрашивать Амбридж, я предпочту, чтобы там был ты, а не… другой слизеринец. Остальные наши, наверняка, тоже.       — Только ты не можешь им сказать, — сказал Драко. — Чем больше людей об этом узнает, тем меньше шансов, что она поверит, что ты… у неё под каблуком.       — Ты говоришь так, будто я уже согласился на это, — раздражённо буркнул Гарри. Однако, даже произнеся это вслух, Гарри начал думать, что они, возможно, правы.       “Слизеринцы используют любые средства для достижения целей, даже если они им не нравятся”.       Как бы ему ни была ненавистна вся эта затея, он хотел, чтобы Амбридж исчезла, и не мог придумать ничего другого.       — Я сделаю это, — наконец сказал Гарри, закрывая глаза.       — Гарри! — воскликнула Гермиона. — Ты не обязан, и я думаю, что это рискует быть контрпродуктивным…       — Ты не согласна только потому, что знаешь, что Гарри придётся сделать, чтобы Амбридж ему поверила? — хмыкнула Дафна.       — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Невилл.       Гарри знал. Он не хотел этого говорить, но он знал.       — Если она надеется, что Инспекционная дружина собирается сокрушить дух любого, кто был членом "Армии Дамблдора", то его не смогут увидеть разговаривающим с кем-то из вас, — пояснила Дафна.       — Не совсем, — качнул головой Блейз. — Он может с вами разговаривать, но его точно не могут увидеть говорящим что-то хорошее.       — Ты сможешь это сделать, Гарри? — спросил Драко.       Гарри знал, о чём он спрашивает. По словам Драко, Гарри был очень хорошим слизеринцем, но для этого ему нужно было стать злым слизеринцем.       — Честно говоря, понятия не имею, — тихо признался он. — Полагаю, я могу… попытаться.       — Если ты действительно настаиваешь на том, чтобы попробовать, ты уверен, что мы не можем сообщить об этом кому-нибудь ещё? — спросила Гермиона. — Может, Фреду и Джорджу?       — И Джинни, — тут же добавил Гарри, бросив на Драко суровый взгляд. — Всему списку.       — Это слишком много, — Драко покачал головой. — Я не хотел, чтобы даже эти двое знали.       Он жестом указал на Невилла и Гермиону.       — Ты уверен, что хочешь подвергнуть себя риску мести со стороны близнецов Уизли? — спросила Дафна, ухмыляясь. — У меня такое чувство, что они могут быть очень злобными.       — Джинни тоже, — хмыкнул Невилл. — Она научила нас всех Летучемышиному сглазу, но её — всё равно самый худший.       Драко издал разочарованный звук и поднял руки вверх.       — Ладно.       — Гарри, ты уверен, что хочешь это сделать? — поджала губы Гермиона.       Гарри покачал головой.       — Нет, — сказал он. — Но сейчас это буквально единственная идея, которая у нас есть.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      На следующее утро Долорес Амбридж попросила Гарри встретиться в её кабинете перед первым уроком. Как и ожидалось, она предложила ему стать членом недавно сформированной Инспекционной дружины.       Гарри согласился.