Глава 27: Знак

      — Кто бы из вас ни взял мой учебник по Чарам, он будет ослеплён, — прорычал Блейз, с шумом стряхивая на пол содержимое своего стола. — Клянусь, я наложу на тебя проклятие Вечного Сна, и ты навсегда окажешься запертым в ловушке своих самых ужасных кошмаров. Ты проведёшь остаток своего жалкого существования во сне, крича в агонии.       — Мерлина ради, ты же сам оставил его в гостиной прошлой ночью, — сонно проворчал Тео, закатив глаза.       — Опять, — в тон слизеринцу бурчит Гарри.       — Если уж ты так озабочен С.О.В., как ты говоришь, тебе бы следовало лучше следить за своими книгами, — назидательно заметил Драко, и ему пришлось пригнуться, когда мулат крутанулся на пятках и метнул в его сторону заклятье. Оно, не причинив никакого вреда, ударилось о стену, но Драко в мгновение ока выпрямился, его палочка была направлена прямо на Блейза.       — Ёб твою мать, Блейз, — огрызнулся Гарри. — Ты ещё хуже, чем вчера вечером. И если ты будешь таким в первое же утро С.О.В…       — Тогда мы заставим тебя сидеть с хаффлпаффцами, — сухо закончил Тео.       Блейз насмешливо посмотрел на слизеринца.       — Ты не сможешь, — ехидно сказал он. — Ты всё ещё нуждаешься в моём репетиторстве по Трансфигурации.       — Нет, не нуждаюсь. Завтра С.О.В. по Трансфигурации, — невозмутимо фыркнул Тео. — Если я не сделаю этого сейчас, то не сделаю и потом.       Ощутимый гнев Блейза почти мгновенно улетучился, и он уставился на Тео в полном ужасе.       — Ты просто собираешься… — его глаза расширились. — Но что, если ты прав? Что, если весь материал, который я ещё не изучил, есть в С.О.В., и, поскольку я не подготовлен, я просто с треском провалюсь?       — Блейз… — медленно произнёс Гарри, стараясь придать своему голосу как можно больше уверенного спокойствия. — Это только первый день С.О.В. Ты не можешь пока устраивать срыв.       — Но…       — Если ты не прекратишь эти дикие перепады настроения, Блейз, — усмехнулся Драко, — я сам тебя прокляну.       Гарри бросил на Драко неодобрительный взгляд, который, что неудивительно, был нагло проигнорирован. Он снова повернулся к Блейзу.       — У нас сейчас завтрак, а потом ещё пара часов до письменного экзамена по Чарам, — сказал он. — У тебя есть время найти свой учебник. У тебя есть время позаниматься ещё, если ты думаешь, что это поможет. Но я думаю, тебе стоит… — он замолчал, не зная, приведут ли его слова Блейза в очередное буйство.       — Мы думаем, тебе стоит отвлечься от этого на несколько часов, — прямо обрубил Тео, очевидно, не испытывая таких же колебаний.       Ужас Блейза быстро испарился, но он лишь бросил мрачный взгляд на ребят, после чего издал нечто, похожее на рык, и отвернулся от них, растирая лицо ладонью.       — Мне всё равно, разрешит моя мать или нет, — наконец заявляет он. — Я собираюсь напиться по-настоящему впервые после того, как закончатся С.О.В.       — Хороший план, — сардонически фыркает Тео.       На мгновение в комнате воцарилась неловкая, напряжённая тишина, и Гарри поймал себя на том, что рассеянно размышляет, справляется ли Гермиона с утренними С.О.В. лучше, чем Блейз. По крайней мере, она, скорее всего, не пыталась бы никого проклясть.       — Простите, — наконец буркает мулат, нарушая молчание, прозвучало это довольно грубо.       — Всё в порядке, — тихо сказал Гарри, — Может, уже пойдём завтракать?       — Да. Мы идём завтракать, — объявил Драко, придвигаясь к нему. — Мне всё равно, что делает этот псих, — Гарри пришлось подавить смех, чтобы снова не вывести Блейза из себя.       — Я пойду с вами, — буркнул Тео, испустив тяжкий вздох.       — Ты удивительно бодр, учитывая, что сейчас так рано, — заметил Гарри.       — Наверное, это моя вина, — неловко пожал плечами Блейз.       — Он решил проверить, нет ли на моём столе его книги, — раздражённо проворчал Тео. — И треснул меня по голове моим же учебником по Нумерологии.       — Это был несчастный случай, — отмахивается мулат, немного смущаясь. Затем он ухмыльнулся. — По большей части.       Тео вскинул руки вверх и издал стон разочарования.       — Ты идёшь? — вскидывает брови Драко, смотря на Блейза.       — Да. Но есть одно но, — нахмурился он. — Вы решили, в какой день будете отправлять… наши специальные посылки?       — В пятницу, — ответил Гарри. — Вы с Драко будете на Древних Рунах, а у нас с Панси свободный день.       — Ты закончил писать все письма, которые хотел? — уточнил Драко.       — По большей части, да, — кивнул Блейз, а затем вздохнул. — К тому времени, как мы выгоним Амбридж, учебный год уже почти закончится.       — Но она всё равно получит по заслугам, — заверил его Гарри, хотя в душе тоже почувствовал укол сожаления.       Но он утешал себя мыслью, что розовая жаба понесёт заслуженное наказание. За всё это время она причинила много вреда, но, он полагал, лучше поздно, чем никогда. По крайней мере, в следующем году она не вернётся.       — Если этим летом я получу результаты С.О.В. и не буду полностью ими удовлетворён, я отправлюсь за ней прямиком в Азкабан и…       — Дай угадаю, — перебил Гарри, устало возводя глаза к потолку. — Ты наложишь на Амбридж проклятие… вечного безумия?       — Такого проклятия на самом деле не существует, но да.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      С.О.В. были такими же чудовищными и изнурительными, какими их описывали все старшекурсники и профессора. По Чарам и Трансфигурации Гарри чувствовал себя гораздо увереннее на практической части, чем на письменной, а в среду он выполз с экзамена по Гербологии, чувствуя головокружение и неуверенность в том, что правильно ответил хотя бы на один вопрос.       Тем не менее, в четверг были С.О.В. по Защите, и это был первый экзамен, в котором Гарри был полностью уверен. Он достаточно поднатаскал своих слизеринских друзей, чтобы досконально запомнить материал, и даже нашёл письменную часть немного забавной. С практической частью он справился без особых усилий, и экзаменатор зааплодировал, когда он безупречно исполнил последнее заклинание.       — Я не должна говорить такие вещи, — заявила профессор О'Деорайн, — но поздравляю Вас, Поттер, — она ухмыльнулась и подмигнула ему, и Гарри ушёл, чувствуя уверенность в том, что он только что заработал "О" по Защите.       В пятницу за завтраком Блейз решил подготовиться к экзамену по Древним Рунам, непрерывно повторяя все известные ему руны и используя вилку, чтобы придать яйцам форму соответствующей руны.       — Ты вообще что-нибудь ел? — обеспокоенно спросила Панси, наблюдавшая за этими измывательствами.       — Наутиз, — ответил Блейз, размазывая яйца в то, что выглядело как перекошенный крест.       — О, да Мерлина ради! — раздражённо кривится слизеринка. Она схватила кусок тоста и ткнула им в лицо Блейзу. — Просто съешь что-нибудь, идиот.       Блейз сделал, как было велено: наклонился вперёд и откусил здоровенный кусок хлеба, не сводя глаз с тарелки. Гарри фыркнул, но затем ухмыльнулся, когда Панси бросила на него неприязненный взгляд.       — Кеназ, — между тем продолжал Блейз, складывая яйца в перевёрнутую набок букву "V".       — Если ты не съешь что-нибудь более существенное, мы с Гарри не будем сегодня выполнять твои поручения, — пригрозила девушка.       — Нет, будете, — обрубил мулат. — Ты хочешь получить результаты этих поручений так же сильно, как и все остальные. Совило, — он переложил многострадальные яйца в форму, хорошо знакомую Гарри.       Гарри изогнул бровь.       — Что это значит?       — Солнце, — Блейз по-прежнему не поднимал глаз.       — Как молния может означать солнце?       — И то, и другое — свет, они побеждают тьму, когда появляются, — флегматично пояснил мулат, словно озвучивал очевидные вещи, и Гарри нахмурился.       — Блейз слишком упрощает, — покачал головой Драко. — Свет освещает путь к цели. Также это символизирует победу, силу, неудержимую мощь и способность достигать поставленные цели, — он ухмыльнулся Гарри.       — Звучит, как воплощение всех слизеринских ценностей, собранных в одном знаке, — хмыкнула Панси.       Глаза Драко скользнули по шраму Гарри, прежде чем снова поймать его взгляд.       — Так и есть.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      После завтрака Гарри и Панси вернулись в гостиную. Немного посидев в ожидании экзаменов, они взяли небольшую посылку, собранную Блейзом, и два конверта, после чего отправились в совятню.       — Здесь действительно достаточно доказательств? — тихо спросил Гарри, пока они шли по коридорам. — Мы забрали у неё сыворотку правды и перо, так что вряд ли авроры найдут их у неё, и я слышал, что воспоминания можно подделать.       — Этого будет достаточно, чтобы арестовать её, — заверила девушка. — Достаточно, чтобы начать настоящее расследование, особенно с учётом… мер предосторожности Блейза, — она искоса взглянула на Гарри. — Тебе было бы спокойно жить и знать, что ты оставил эти предметы у неё, позволив ей продолжать ими пользоваться?       Гарри покачал головой.       — Нет.       Они достигли внешних стен замка, и Гарри пришлось прикрыть глаза от яркого солнечного света. День выдался великолепным, и несколько студентов медленно прогуливались по территории, наслаждаясь прекрасной погодой. Несколько человек заметили слизеринцев, спускающихся по ступенькам, и тут же изменили направление движения. Гарри вздохнул, поняв, что причиной этого было нежелание пересекаться с Инспекционной дружиной.       Когда они свернули за угол, толпа быстро поредела — они увидели только одного студента, сидящего на траве у тропинки с открытым учебником по Трансфигурации на коленях. Приглядевшись, Гарри узнал в нём Джинни.       Девушка подняла голову, услышав их приближение, и её взгляд немного неуверенно заметался между слизеринцами.       — Э-э, — неловко протянул Гарри. — Привет, Джинни.       — Ты ведь в курсе, что мы почти наверняка уверены, что это именно она насылает на нас эти Летучемышиные сглазы, верно? — зашипела Панси, и Гарри бросил на неё сердитый взгляд.       — “Неприкасаема”, Панс, — прошипел Гарри в ответ.       Джинни подняла бровь, наблюдая за их перепалкой.       — Разве у вас нет С.О.В.? — её голос звучал нерешительно.       Гарри покачал головой.       — У нас с Панси день перерыва, так что мы… — он замялся.       — Прогуливаемся, — договаривает за него Панси, и Гарри кивнул в знак согласия, хотя ему и не понравилось, как ехидно прозвучали её слова.       На лице гриффиндорки появилось нечитаемое выражение.       — Понятно, — в её тоне сквозило недоверие. Панси, стиснув зубы, презрительно хмыкнула, её лицо потемнело.       Несколько долгих неловких мгновений они втроём смотрели друг на друга, прежде чем Джинни снова заговорила.              — Я и не подозревала… — она сделала паузу, покачав головой и опустив взгляд в учебник. — Неважно.       — Нет, — резко выплюнула Панси. — Что ты собиралась сказать, Уизел?       — Уизли, — процедил Гарри.       — Э-э… — Джинни нахмурилась. — Полагаю, я не знала, что Паркинсон в твоём вкусе, Гарри.       Гарри поражённо уставился на девушку, а Панси звонко расхохоталась.       — Почему все продолжают считать, что мы встречаемся? — недоверчиво спросил Гарри. Он озадаченно повернулся к Панси, ожидая, что она разделит его недоумение.       Вместо этого Панси хихикнула, перекинула свою руку через руку Гарри, обхватив его локоть изящными наманикюренными пальчиками другой.       — Понятия не имею, но должна согласиться, что из нас бы вышла поразительно потрясающая пара, — ухмыльнулась она, прежде чем отпустить его и игриво щёлкнуть по его очкам. — При условии, что ты избавишься от этой отвратительной модной катастрофы.       Гарри закатил глаза, отталкивая её руку.       — Не могла бы ты отстать от моих очков?       — Нет, пока они не превратятся в пыль, — отбила Панси и снова повернулась к Джинни. — В ответ на твой комментарий, Уизли, я определённо не во вкусе Гарри, — её ухмылка стала ещё шире. — Думаю, он предпочитает… более светловолосых.       — Что? — Гарри в замешательстве смотрит на девушку.       Панси снова рассмеялась.       — Ничего, — сказала она, покачав головой с забавным выражением лица. — Но нам пора идти, — она одарила гриффиндорку несколько хищной улыбкой. — Приятного утра, Уизли.       Джинни кивнула, но на середине своего прощания заколебалась.       — Гарри… — тихо позвала она.       — Да?       — Мне жаль, что так получилось с летучей мышью.       Гарри улыбнулся, хотя и почувствовал, как Панси напряглась рядом с ним.       — Всё в порядке, — заверил он. — Это было неприятно, но всё в порядке, — и это была правда. Он испытывал настоящую гордость за то, что Джинни и остальные ребята находят всё более и более креативные способы борьбы с Амбридж — даже если они включали в себя наложение заклятий на её "приспешников", независимо от того, притворяются они или нет. К тому же, её сглаз не причинил никакого долговременного вреда.       Джинни кивнула с некоторым облегчением, и они с Панси снова зашагали по тропинке.       — Ты серьёзно? — зашипела слизеринка, как только они оказались вне пределов слышимости. — Она только что подтвердила, что это она насылает на нас сглазы, а ты просто собираешься оставить её в списке неприкасаемых?       — Да, — твёрдо сказал Гарри.       — Почему? — наседала девушка.       — Потому что тогда ты не остановишься ни перед чем, чтобы отомстить, — закатил глаза Гарри.       — Я уже говорила тебе, Гарри, — мрачно процедила Панси. — я не спускаю плохое обращение со слизеринцами…       — …что приводит к тому, что ты плохо обращаешься с остальными, — кивнул Гарри. — И так продолжается по кругу. Месть влечёт за собой ещё большую месть. Этому должен быть положен конец, — он вздохнул. — Кроме того, она всего лишь наслала на нас летучих мышей. Могло быть и хуже.       — Значит, раз она не применила к нам Круцио, мы должны просто забыть об этом? — недовольно скрестила руки Панси.       — Клянусь, ты иногда так же драматична, как Драко, — пробормотал Гарри, качая головой. — Она отомстила нам за то, что мы делали с Армией. Вы, ребята, использовали Армию, чтобы отомстить всей школе. Школа преследует вас из-за того, как вы с ними обращались. Просто… это должно где-то закончиться.       — И ты думаешь, что это должно закончиться на нас?       — Почему бы и нет? — Гарри украдкой взглянул на девушку, та напряжённо хмурилась, но когда она заговорила, голос её был мягким.       — Но они не остановятся, даже если мы перестанем. Они преследуют нас из-за нашей репутации, — сказала она. — А репутация у нас такая из-за нескольких тёмных волшебников, совершивших ужасные поступки, — она покачала головой. — Ты знаешь об этом. Я помню, как ты говорил об этом ещё до того, как мы узнали о твоём даре.       — И эта репутация не совсем незаслуженная, — резонно заметил Гарри.       Панси остановилась как вкопанная и вперила в Гарри злобный взгляд.       — Как ты смеешь? — прорычала она. — Ты был слизеринцем всего… сколько, восемь месяцев? Откуда тебе, Мерлин дери, знать, чего мы заслуживаем?       Гарри поднял руку, сглатывая.       — Могу я просто… — он вздохнул, взъерошив волосы. — Слушай, Волан-де-Морт был слизеринцем. Он был образцовым учеником — старостой, возможно, был самым умным в своём классе… по всем внешним признакам, он был блестящим примером идеального студента Слизерина, — он покачал головой. — А потом он взял и… сделал то, что сделал.       Панси нахмурилась.       — Я не совсем понимаю, к чему ты клонишь, Гарри, — буркнула она, скрещивая руки. — Признаю, он зашёл слишком далеко в вопросе превосходства чистокровных, но…       — Честно говоря, я думаю, что он воспользовался преимуществом превосходства чистокровных. И это глупо, потому что сам он полукровка, — прервал её Гарри.       Глаза Панси расширились.       — До меня доходили слухи, но…       — Да, — сказал он. — И я знаю, что он… стыдится этого, но он также использовал ненависть других слизеринцев к магловской крови, чтобы заручиться поддержкой.       — Откуда ты всё это знаешь?       — Что именно? — уточнил Гарри. — Он сказал мне, что он полукровка, вот откуда я это знаю. Я признаю, что всё остальное — то, что он воспользовался предрассудками слизеринцев, чтобы получить власть, — это просто… предположения. После того, как в этом году меня… распределили в его факультет, я размышлял об этом, и в этом есть смысл.       — В плане?       — Он был не просто полукровкой — он был совершенно неизвестным никому сиротой, — начал объяснять Гарри. — Люди, вероятно, решили, что он маглорождённый. Не могу представить, как с ним обращались, когда он впервые попал в Хогвартс и был распределён в Слизерин.       Панси скептически изогнула бровь.       — Ты хочешь сказать, тебе жаль Тёмного Лорда?       Гарри решительно покачал головой.       — Ни в коем случае! Просто… скорее всего, ему довелось испытать ненависть к маглорождённым на собственном опыте, и он увидел, насколько она сильна. И… он использовал её.       Панси на мгновение замолчала, прежде чем ответить.       — Я всё ещё не понимаю, какое отношение это имеет к репутации слизеринцев.       Гарри вздохнул, растирая лицо ладонью.       — Прости, — сказал он, понимая, что сбился с мысли. — У слизеринцев та же репутация, что и у тёмных волшебников, а это… отвратительно и несправедливо, — он сделал паузу. — Однако у слизеринцев также есть стойкие предубеждения против маглорождённых, и этот факт нельзя отрицать.       Панси, возмущённо всплеснув руками, открыла рот, чтобы возразить, но Гарри опередил её.       — Люди ненавидят слизеринцев по той же самой причине, по которой Волан-де-Морт смог обрести такую огромную силу и власть. Всё сводится к ненависти.       — Что ты имеешь в виду?       — Волшебный мир ненавидит тёмные искусства, поэтому тёмные волшебники присоединяются к Волан-де-Морту, — махнул рукой он. — А Волан-де-Морт питает ненависть к маглорождённым, поэтому те волшебники, что верят в превосходство крови, также следуют за ним, — он сделал паузу. — Ненависть и к тёмным искусствам, и к маглорождённым — это… полное дерьмо. Если бы нам удалось изменить эту ненависть — по-настоящему изменить, — Волан-де-Морт не имел бы такой силы, а репутация Слизерина начала бы улучшаться, — он нахмурился. — При условии, конечно, что некоторые люди перестанут издеваться над другими, — добавил он с укором.       Панси нахмурилась, обдумывая слова друга.       И вдруг её глаза округлились, а на губах появилась лукавая ухмылка.       — Ну что ж, Гарри, — промурлыкала она, одновременно удивлённая и довольная, — ты, дорогой, коварный, маленький слизеринец.       Гарри растерянно моргнул.       — Что?       — Ты планируешь отобрать силу Тёмного Лорда, — лукаво пояснила она, рассматривая маникюр и искоса поглядывая на Гарри. — Точно так же, как Блейз предлагал поступить с Амбридж.       — Я… ну… — Гарри сделал паузу, опуская взгляд в землю. — Это практически то, о чём все говорят, не так ли?       — Что знание о том, что ты тёмный, ослабит его, потому что другие тёмные волшебники увидят, что он не единственный возможный вариант? — уточнила Панси. — Да. Но теперь ты активно думаешь о том, как заставить его последователей перестать следовать за ним, — её ухмылка превратилась в коварную улыбку. — Ты хочешь разрушить убеждения о превосходстве крови; без предубеждения против тёмных и без ненависти к маглорождённым не останется причин, по которым кто-то мог бы следовать за ним.       Гарри нахмурился.       — Я хочу уничтожить фанатизм против маглорождённых, потому что это правильно.       Девушка рассмеялась.       — А если при этом ещё и Тёмный Лорд ослабнет…       — Не за всем есть скрытый мотив, Панс, — проворчал он, пряча руки в растянутых карманах мантии. — Ты… Драко, Блейз и многие другие слизеринцы — я знаю, что ты не собираешься просто… проснуться в один прекрасный день и понять, что маглорождённые не враги, но…       — Вы с Трейси, конечно, дали нам много поводов для размышлений в этом году, Гарри, — сказала Панси, прервав его. — И… то, что ты говорил, имеет смысл.       — Что именно?       Панси вздохнула.       — Ненависть к тёмным и ненависть к маглорождённым, вероятно, более схожа, чем нам хотелось бы признать, — она покачала головой. — Люди ненавидят тёмные искусства из-за нескольких неудачных, единичных случаев и потому, что не понимают их. Так что, я полагаю… — она пожала плечами. — Ты ведь понимаешь, о чём я говорю? Пожалуйста, не заставляй меня говорить это на самом деле.       Гарри рассмеялся.       — Ладно.       — Может быть, то, что ты сменил факультет, говорит о том, что нам тоже пора меняться, — задумчиво протянула она, смотря куда-то перед собой.       Гарри покраснел.       — Пожалуйста, не рассматривай… всё, что связано со мной, как знак.       Панси ухмыльнулась.       — Конечно, нет, — сказала она. — Пойдём отправим уже наконец эту посылку, хорошо?

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      После короткой передышки на выходных, в понедельник снова начались С.О.В. К большому беспокойству Гарри, первым на неделе был экзамен по Зельям. Однако, несмотря на своё волнение, Гарри чувствовал, что справился с заданием достаточно хорошо. По крайней мере, он сделал всё, на что был способен. Оставалось подождать и посмотреть, хватит ли его стараний, чтобы попасть в класс Ж.А.Б.А. Естественно, Драко злорадствовал над ним, что сам он почти наверняка получил "О".       От авроров ничего не было слышно, как и от получателей двух других писем.       Во вторник был Уход за магическими существами, и Гарри, в свою очередь, мог позлорадствовать, что справился лучше Драко — он стал свидетелем того, как блондину пришлось уворачиваться от нападений разъяренного нарла, результата обычной грубой манеры общения с магическими существами.       От авроров по-прежнему не было никаких вестей. Блейз отмахнулся от них, сказав, что это, скорее всего, из-за бюрократии Министерства, но ребята не могли не беспокоиться, что посылка так и не дошла до них.       Письменный экзамен по Астрономии был назначен на следующее утро, и тогда настала очередь Дафны злорадствовать над парнем. Дотошно изучив как магические, так и магловские учебники по астрономии во время подготовки, она выходила из кабинета с чувством собственного превосходства из-за безупречных ответов на все вопросы, в то время как Гарри был убеждён, что забыл про существование нескольких спутников Юпитера.       После Астрономии они разошлись, чтобы Гарри мог сдать экзамен по Прорицаниям, который оказался первым экзаменом, в результатах которого он был полностью уверен — он почти наверняка с блеском провалил его.       Когда он вышел из экзаменационной комнаты, испытывая лишь чувство облегчения от того, что наконец-то может бросить этот ужасный предмет, он с удивлением обнаружил, что за дверями его поджидала МакГонагалл.       — Профессор? — неуверенно поздоровался он.       — Я бы хотела, чтобы Вы прошли со мной в мой кабинет, Поттер, — бодро заявила она, повернувшись на каблуках и жестом приглашая его следовать за собой. — Немедленно.       Неужели он опять влип в неприятности? Пока Гарри шёл за своим бывшим деканом по коридорам, его опасения росли с каждым шагом по мере приближения к её кабинету.       Его беспокойство переросло в замешательство, когда МакГонагалл взмахнула палочкой в сторону двери после того, как они вошли.       — Заклятие Недосягаемости, — пояснила она, заметив его недоумённое выражение лица. — Это приватный разговор.       — Э-э… хорошо, — нерешительно кивнул Гарри.       Глаза МакГонагалл, казалось, были какое-то время прикованы к серебряной букве "И", приколотой к его мантии, прежде чем её взгляд вернулся к его лицу.       — Поттер, Вы пытались связаться с кем-нибудь из авроров в последнее время?       Глаза Гарри расширились. Неужели сообщения и посылка были перехвачены? Знала ли Амбридж?       Когда вопрос МакГонагалл был встречен молчанием, она задала другой:       — Имя Асклепий Вам о чём-нибудь говорит?       Безусловно. Хоть он и понятия не имел, что означает это имя, он знал, что это был псевдоним, который Блейз выбрал для своих писем.       Гарри по-прежнему хранил молчание, смотря куда-то себе под ноги.       — Поттер?       Он нервно сглотнул и напомнил себе, что дверь всё ещё закрыта.       — Почему Вы спрашиваете меня об этом? — тихо уточнил он.       Глаза МакГонагалл сузились, и она нахмурила лоб, похоже, обдумывая слова Гарри.       — Вы уже знаете, почему я спрашиваю Вас об этом?       Неожиданно Гарри захотелось рассмеяться. Очевидно, они оба знали о посылке, отправленной аврорам, но МакГонагалл не хотела признаваться в этом, пока не убедится, что Гарри тоже в курсе.       — Знаю, — признался Гарри. — Пара авроров недавно получила посылку, — он сделал паузу. — Надеюсь, что получила.       МакГонагалл облегчённо вздохнула, и напряжение, о котором Гарри и не подозревал, так сильно сковывавшее её всё это время, рассеялось волнами.       — Слава Мерлину, — пробормотала она, затем покачала головой и устремила на Гарри суровый взгляд. — Мы были очень обеспокоены Вашим недавним поведением, мистер Поттер.       — Мне очень жаль.       — Самый оптимистичный сценарий, который пришёл нам в голову, заключался в том, что это, предположительно, была уловка, — продолжила профессор. — Видеть, как Вы так бессердечно обращаетесь со своими друзьями и потакаете прихотям Амбридж, было достаточно тревожно, но слышать, как Вы называете Сами-Знаете-Кого Тёмным Лордом… — она замолчала, поджав губы.       — Я знаю, — кивнул он. — Но… Я должен был, — он сделал паузу, и его осенило. — Как Вы догадались спросить меня о посылке? — спросил он, отчасти любопытствуя, отчасти настораживаясь.       МакГонагалл нахмурилась.       — Я предположила, что выбранный Вами псевдоним — это знак.       — Что? — переспросил Гарри, сбитый с толку. Неужели Блейз намеренно выбрал имя, которое привело бы их прямиком к Гарри?       — Асклепий — мифический бог врачевания… — МакГонагалл сделала паузу. — Его самый известный символ — посох, вокруг которого обвивается змея.       — Я… не очень хорошо разбираюсь в мифах, — покаялся он, вдруг в его голове мелькнула догадка. — Вы подумали, что это означает, что это должен быть слизеринец.       — Именно так, — кивнула МакГонагалл. — Кто же ещё, кроме Вас, мог это сделать?       Гарри нахмурился из-за невысказанного намёка. Хагрид, Гермиона, МакГонагалл, бесчисленное множество других людей — все они, казалось, считали, что слизеринцам суждено совершать только ужасные поступки и что только Гарри способен на нечто большее.       — Но я не единственный слизеринец, — наконец сказал он. — И я ничего не знаю об Асклепии, — он покачал головой. — Я отправил посылку, профессор, и, возможно, помог раздобыть часть улик, но я не получил их все, и я не писал письмо.       Глаза МакГонагалл расширились, но она быстро совладела с эмоциями и вернула невозмутимое выражение лица, Гарри тихо хмыкнул в ответ.       — Вы думали, я единственный слизеринец, который… — он удручённо вздохнул. — Я не исключение из целого факультета, профессор.       — Что Вы имеете в виду?       Гарри сжал челюсть и посмотрел бывшему декану прямо в глаза.       — Они все способны на хорошие поступки.       — Я… приятно удивлена слышать это, мистер Поттер, — спустя паузу задумчиво сказала она. — И я прошу прощения за то, что заставила Вас почувствовать необходимость защищать своих… товарищей по факультету, — затем она одарила его кривой улыбкой. — Но я не буду извиняться за то, что предположила, что это были Вы. Хотя… если это не Вы, то кто же тогда Асклепий?       Гарри покачал головой.       — Я не скажу, — решительно произнёс он. — Есть причина, по которой… они использовали вымышленное имя.       Блейз объяснил, что не хочет, чтобы до его матери дошли слухи о том, что он активно пытался помешать кому-то ввести в Министерстве закон против маглорождённых, и Гарри уважал его желание.       МакГонагалл, похоже, приняла этот ответ и кивнула.       — Понятно, — сказала она. — Что ж, тогда… Я считаю необходимым проинформировать Вас о некоторых вещах. Вы можете передать эту информацию… Асклепию, как сочтёте нужным.       — Хорошо.       — Меня вызвали в Министерство, чтобы я дала показания аврорам, ведущим это расследование, — известила она. — Хотя они считают, что полученных ими доказательств достаточно, они хотели бы услышать о некоторых моих личных контактах с Долорес Амбридж, — Гарри кивнул, не в силах подавить ухмылку, проступившую на его губах.       — Поэтому меня не будет на территории школы с завтрашнего обеда до позднего вечера, — невозмутимо продолжила она. — Вам также следует знать, что Хагрид покинул территорию школы.       Гарри ещё раз кивнул, радуясь, что Хагрид, очевидно, прислушался к его совету.       — Это значит, что если случится что-то, требующее… внимания профессора, который также является членом Ордена, Вы должны немедленно обратиться к профессору Снейпу, — она сделала паузу, приподняв бровь. — Надеюсь, Ваши отношения с ним… несколько улучшились с тех пор, как Вы перевелись в его факультет?       Гарри рассмеялся.       — Не… особенно, — ответил он, хотя и знал, что это неправда. Но не мог же он сказать, что Снейп помогал ему скрывать использование тёмных искусств, а также пытался защитить его от Дамблдора?       — Если не возникнет никаких непредвиденных обстоятельств, — продолжала Макгонагалл, — авроры должны прибыть в Хогвартс рано утром в пятницу, чтобы арестовать действующую директрису.       Лицо Гарри озарилось, когда он услышал это.       — Правда? — воскликнул он. Затем он склонил голову набок в раздумье. — Почему так долго? — пробормотал он. — Я имею в виду… она пытала студентов и использовала Непростительные…       — Амбридж — министерский чиновник, поэтому авроры должны действовать осторожно, чтобы получить необходимые бумаги, — объяснила МакГонагалл, явно недовольная, что вынуждена пояснять такие очевидные вещи. — Если кто-то посторонний узнает о готовящемся ордере…       Гарри кивнул.       — По крайней мере… по крайней мере, это всё ещё происходит, — сказал он.       — Действительно, — МакГонагалл одарила Гарри самой яркой улыбкой, которую он когда-либо видел на лице сурового профессора. — Спасибо, мистер Поттер.       — Это было не…       МакГонагалл махнула рукой.       — И поблагодарите Асклепия за нас, — добавила она. — Я надеюсь, что в конце концов они раскроют свою личность, и мы сможем поблагодарить их лично.       Гарри улыбнулся МакГонагалл в ответ.       — Я дам им знать.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      Маленькое празднование в гостиной Слизерина было недолгим, так как вечером у них был практический экзамен по Астрономии. Несмотря на то, что С.О.В. по Истории Магии был назначен только на вторую половину дня, Гарри всё ещё задавался вопросом, чья это была идея — проводить экзамен по Истории на следующий день после Астрономии. Несмотря на то что Гарри выспался, он не мог перестать зевать. Он заметил, как даже Дафна почти задремала после изнурительного часа ответов на вопросы, на которые сам он не знал ответов.       Он выпрямился на своём стуле, твёрдо намереваясь не засыпать, как это грозилась сделать Дафна. Это был его последний экзамен, и, несмотря на то что он знал едва ли четверть ответов, он был полон решимости довести дело до конца.       Но пока он смотрел на пергамент, слова начали расплываться. Он поднял голову и уставился на песочные часы, показывающие, сколько времени осталось до конца, и обнаружил, что не может отвести взгляд от струйки песка, падающей в нижнюю камеру.       Он уверенно шёл по тёмному коридору, в конце которого виднелась дверь. Не раздумывая, он перешёл на бег и чуть не проломил дверь в стремлении попасть внутрь.       Он оказался в странной комнате, заставленной пронумерованными стеллажами с маленькими забавными стеклянными шариками на полках, насколько хватало глаз. Он немедленно двинулся вглубь, решив выяснить, что так долго удерживало его вдали от этого места. Он с любопытством заглядывал в каждый проход и замер, увидев несколько фигур возле прохода под номером девяносто семь.       Он быстро подошёл к ним, усмехаясь.       — Ты достанешь это для меня, — холодным голосом заявил он полуразвалившейся на земле фигуре. Когда фигура не двинулась с места, он поднял палочку. — Круцио!       Сила, вырвавшаяся из его палочки, подарила ему ощущение, не похожее ни на какое другое, как будто каждая частичка агонии, которую он причинял другому, превращалась для него в источник удовольствия, вызывая маниакальный смех. Фигура корчилась на земле от боли, издавая жуткие крики. Он прервал заклинание, и фигура задрожала.       Затем фигура подняла голову. Его лицо было в синяках и крови, а в глазах светился вызов.       — Тебе придётся убить меня, — ощерился Сириус.       — В этом я не сомневаюсь, — хмыкнул он. — Ты умрёшь здесь. Но сначала ты достанешь то, что я хочу. Никто не услышит твоих криков здесь, Блэк…       Он снова начал смеяться, но внезапно смех перешёл в нечеловеческий крик. Гарри больно ударился об пол, но не обратил на это внимания, так как чудовищная боль пронзила его шрам.       Ему удалось взять крик под контроль, но он всё равно инстинктивно прижал ладонь к шраму, словно мог силой руки заглушить пульсирующую боль.       — Боже мой, — раздался встревоженный голос над ним. — С Вами всё в порядке, мистер Поттер? — Гарри удалось опустить руку, и его взгляд быстро сфокусировался на профессоре Тофти, экзаменаторе.       — Я в порядке, — слабо выдохнул Гарри, когда профессор помог ему подняться на ноги и начал выводить из Большого зала. Стараясь взять дыхание под контроль, Гарри старался не обращать внимания на взгляды других студентов, но отчаянно пытался поймать глаза Гермионы, Блейза, Драко, Рона — любого, кто мог бы понять, что ему срочно нужна помощь.       — Вам нужно в Больничное крыло? — деловито поинтересовался Тофти, когда за ними закрылись двери.       — Нет, — ответил Гарри, всё ещё задыхаясь. — Я просто… Я заснул. Мне приснился кошмар.       Тофти поцокал языком.       — Стресс от экзаменов, — проворчал он. — Этого достаточно, чтобы…       — Гарри! — дверь распахнулась, и из неё выскочили Драко, Блейз и Панси.       — Ты в порядке? — быстро спросил Драко, сразу же направившись к Гарри.       — Мы заберём его, профессор Тофти, — сказал мулат.       — Прекрасно, — кивнул Тофти, передавая Гарри на попечение Драко. — Позаботьтесь о том, чтобы он хорошо отдохнул, хорошо?       — Обязательно, — заверила Панси, когда Тофти исчез в Большом зале, а Гарри обнаружил, что его окружили, как только дверь закрылась.       — Это было… видение? — тихо уточнил Блейз. — От Тёмного Лорда?       — Да, — Гарри зажмурил глаза. — И… — он остановился, покачав головой. У него не было времени.       Дамблдора не было. МакГонагалл не было. Хагрида не было. Оставалось...       — За мной, — скомандовал он и бросился бежать, жестом призывая остальных следовать за ним.       — Что… — Панси осеклась, и Гарри услышал их торопливые шаги позади. Они с трудом поспевали за ним, а он бежал так быстро, как только мог…       — Что происходит? — крикнул Блейз, когда они промчались через очередной коридор.       Гарри знал, что не может выкрикивать имя Сириуса в коридорах Хогвартса, поэтому он просто крикнул:       — Просто следуйте за мной! — он устремился прямо в гостиную Слизерина. — Флетус Хедера! — зашипел он, как только они подошли к входу.       — Теперь ты расскажешь нам, что происходит? — ядовито поинтересовался мулат, задыхаясь, но Гарри не остановился, а продолжил путь прямо в комнату их общежития.       — Сириус, — коротко сказал Гарри, захлопывая дверь. — Человек, который пришёл со мной на празднование Солнцестояния — он у Волан-де-Морта.       — Гарри! — зашипел Драко, в его голосе слышался гнев. — Почему ты не… ты должен был закрыться от него Окклюменцией!       — Если бы я это сделал, я бы не знал, что Сириус умрёт! — Гарри распахнул сумку. Он быстро покопался в своих вещах и, не раздумывая, вытащил один из последних секретов, который он скрывал от своих соседей по комнате — Карту Мародеров. — Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость!       — Что ты несёшь? — недоверчиво поинтересовался Блейз, сдерживая нервный смех. Перед глазами Гарри начали появляться знакомые очертания Хогвартса, и он, крутанувшись на пятках, опустился на колени, а затем начал расстилать карту на полу.       — Помогите мне найти Снейпа.       — Что? — спросила Панси, когда они окружили карту.              — Что… что это? — изумленно произнёс Драко.       — Это… это мы? — недоверчиво уточнила Панси, указывая на четыре точки с их именами, сгрудившиеся вместе в подземельях Слизерина.       — Это… невероятно! — воскликнул Блейз. — Где ты это взял?       — Я объясню, что это такое, позже, — умоляюще простонал Гарри. — Просто найдите Снейпа! — они вчетвером пролистали карту сверху донизу.       — Его здесь нет, Гарри, — наконец сообщил Драко.       — Он должен быть здесь! — настаивал Гарри, всё больше тревожась и злясь. — МакГонагалл сказала… — он прервал себя, покачав головой. Тайна Снейпа всё ещё не принадлежала Гарри, как бы сильно он ни полагался на своих слизеринских друзей. — Блять! — выругался он, вскакивая на ноги. Он отошёл от карты, зарывшись руками в волосы.       — Гарри… — голос Драко был тихим. — Ты уверен, что то, что ты видел… было реальным?       — Конечно, было! — огрызнулся Гарри.       — Откуда ты это знаешь? — сохранял спокойствие Драко.       — Потому что мой шрам горел! — сердито буркнул Гарри. Весь год Драко оказывал ему поддержку и помощь, так почему же он не делает этого сейчас, когда ему больше всего была нужна его поддержка?       — Тёмный Лорд знает о вашей связи, — покачал головой Драко, тревожно хмурясь. — Что если он… что если он пытается обмануть тебя?       — Есть ли способ связаться с Блэком? — вклинился Блейз.              Глаза Гарри расширились, и он быстро вернулся к сундуку, обхватив пальцами маленькое ручное зеркальце.       — Сириус Блэк! — почти крикнул он зеркалу. Изображение дрогнуло, закружилось, а потом он увидел лишь темноту.       — Сириус! — повторил он, надеясь, что зеркало находится в кармане Сириуса, а не в ящике стола на площади Гриммо.       Затем он замер. Если зеркало было при Сириусе, когда он находился в плену у Волан-де-Морта, значит, он только что дал Волан-де-Морту понять, что кто-то знает о том, что Сириус захвачен. Он сглотнул, ожидая и прислушиваясь, но из зеркала не доносилось ничего, кроме тишины.              Ругаясь и проклиная на чём свет стоит, он швырнул зеркало на кровать.       И тут в его голове возникла идея, он побежал к камину. Подбежав к очагу, он схватил горшок с летучим порохом.       — Гарри…       Не обращая внимания на Драко, Гарри зачерпнул горсть порошка и бросил его в огонь.       — Пл… — слова застряли в горле, и он быстро понял, что Фиделиус мешает ему произнести название дома Сириуса.       Впрочем, это не имело значения — камин яростно выплевал жёлтые искры, как только порох попал в пламя.       — Амбридж заблокировала все камины, кроме того, что в её кабинете, — пояснил Драко. — Она рассказала нам с Панси, я полагал, что она рассказала и тебе тоже.       — Ну, она этого не сделала! — огрызнулся Гарри.       — Гарри, пожалуйста, перестань кричать на нас, — сердито проворчала Панси. — Мы хотим тебе помочь.       — Простите, — буркнул Гарри. — Я немного напряжён, учитывая, что моего крёстного пытают и вот-вот убьют!       Тут до него дошло, что сказал ему Драко, и он тут же вернулся к карте, его взгляд автоматически притянулся к кабинету Амбридж.       Естественно, жаба сидела прямо перед единственным работающим камином во всей школе. Как члену Инспекционной дружины, ему были бы рады, но она была нужна ему не там…       — Идёмте, — скомандовал Гарри, быстро складывая карту. Он захлопнул сундук и сразу же направился к двери.       — Мы опять бежим? — недовольно пробубнила Панси, но тут же смутилась, когда Гарри бросил на неё злобный взгляд.       Они вышли из слизериснкой гостиной, Гарри был впереди.       — Каков твой план, Гарри? — поинтересовался Блейз, пока они бежали трусцой по коридорам.       Гарри не ответил, потому что сам ещё не знал. Он просто знал, что должен попасть в кабинет Амбридж и к её камину.       Они свернули за угол и чуть не врезались прямо в Гермиону, Рона и Невилла.       — Гарри! — воскликнула Гермиона. — Ты в порядке? Что с тобой случилось на экзамене?       Гарри внезапно посетила идея, когда его взгляд упал на Рона.       — У тебя есть еще фейерверки, Рон? — быстро спросил он.       Рот Рона открылся, и гриффиндорец, казалось, отпрянул от Гарри.       — Э-э… конечно, нет, — тихо пробормотал он, сглотнув.       Гарри сдержал желание хлопнуть себя ладонью по лбу. Рон очевидно не признался бы ему в этом, учитывая, что именно Гарри чуть не сдал его за то, что он их устроил.       — Я не пытаюсь… — сказал он, качая головой. — Послушай, эти двое могут за меня поручиться, — он указал на Невилла с Гермионой. — Мне нужно отвлечь Амбридж, чтобы она вышла из кабинета.       — Конечно, я могу за тебя поручиться, но Гарри, что случилось? — настойчиво спросила Гермиона.       Гарри быстро огляделся вокруг. Убедившись, что они были одни, он всё же понизил голос и произнёс:       — Сириус у Волан-де-Морта.       — Что? — воскликнул Рон.       — Откуда ты это знаешь? — нахмурилась Гермиона.       — Я видел это, — закатил глаза Гарри. — Когда я заснул во время экзамена. Его пытают, и Волан-де-Морт собирается его убить…       — Как? — спросила Гермиона, её лицо сильно побледнело. — Сириус не должен был покидать…       — Я не знаю, как, но я знаю, где, — Гарри начинал терять самообладание. — Они в Министерстве, в Отделе Тайн. Они в комнате, полной маленьких стеклянных шариков… — он замотал головой, когда перед ним снова возник образ окровавленного лица крёстного. Он зажмурил глаза, но это лишь сделало мысленную картинку ещё более яркой. — Сириус умрёт…       В этот момент его руку обхватила чья-то рука, и он испуганно вскинул голову.       — Гарри, мы до сих пор не знаем точно, было ли то, что ты видел, реальностью, — тихо произнёс Драко, пытаясь успокоить друга.       — Как бы неправдоподобно это ни звучало, я согласна с Малфоем, — поджала губы Гермиона. — Как бы Волан-де-Морт мог проникнуть в Министерство Магии так, чтобы его никто не заметил?       — Я не знаю! — огрызнулся он. — Мантия-невидимка? Или, может быть, он просто убивал всех, кого видел по дороге?       Невилл поперхнулся при этих словах и в ужасе уставился на Гарри.       — Ты пробовал связаться с Сириусом? — задала новый вопрос Гермиона.       — Он уже пытался это сделать в подземельях Слизерина, — вклинилась Панси.       — Вот почему нам нужно попасть в кабинет Амбридж, — скрестил руки Блейз. — У неё единственный работающий камин в школе.       Рон издал придушённый звук и в недоумении уставился на слизеринцев.       — Значит, вы пытаетесь обмануть своего босса? — уточнил он. Его тон был странным — он как будто хотел выразить возмущение и недоверие, но вышло слабо.       — Она не наш…       — Пожалуйста, Рон, — попросил Гарри, прервав Панси. — У тебя есть что-нибудь, что будет достаточно громким, чтобы Амбридж вышла из своего кабинета?       Рон прикусил губу.       — У меня… у меня есть с собой несколько хлопушек, — неохотно сообщил он. — Но только несколько.       — Они не такие громкие, как фейерверки, но этого должно быть достаточно, — деловито кивнула Панси. — Я могу сказать Амбридж, что нам нужна её помощь, а потом ты запустишь их достаточно далеко, в конце коридора, чтобы отвлечь её.       Рон нахмурился.       — Вы… вы просто подставляете нас, не так ли? — обвиняющим тоном спросил он.       — Это не так, Рон, — нахмурилась Гермиона. — По крайней мере, Гарри не подставляет, и я не думаю, что Малфой тоже. А Забини… — она осеклась и окинула Блейза оценивающим взглядом.       — На самом деле Гарри не работает на Амбридж, Рон, — подал голос Невилл. — Он всё это время притворялся.       — Что? — недоверчиво воскликнул Рон. — Почему?       Гарри вскинул руки вверх, наполовину желая, чтобы он столкнулся только с Гермионой и Невиллом, а не с Роном.       — У нас нет времени на объяснения, Рон! — огрызнулся он. — Сириуса пытают прямо сейчас.       Сколько времени прошло с тех пор, как Гарри покинул экзаменационный зал? Двадцать минут? Больше? Сириус уже может быть…       Нет. Гарри не позволит себе так думать.       Панси издала прерывистый вздох.       — Если твои гриффиндорские друзья не хотят помочь, полагаю, я могу вытащить Амбридж и провести её вслепую через всю школу… — размышляла она.       — Мы сделаем это, — выступил вперёд Невилл. — Рон, дай мне свои хлопушки.       — Нет, я помогу, — сказал Рон, покачав головой. — Пойдёмте.       Необычная группа поднялась по лестнице и остановилась в коридоре, примыкающем к кабинету Амбридж. Гарри достал Карту Мародеров, не обращая внимания на недоверчивый возглас, вырвавшийся у Рона.       — Надо было догадаться, что ты дал слизеринцам знать об… уф, — Гарри поднял взгляд и быстро определил, что Гермиона ударила Рона локтем в живот, а затем снова опустил взгляд на карту.       — Она всё ещё там, — подтвердил он.       Они проговорили план так быстро, как только могли, и Гарри с каждым мгновением становился всё нетерпеливее. Гриффиндорцы отойдут на несколько коридоров — достаточно близко, чтобы Амбридж всё ещё могла слышать свист, но достаточно далеко, чтобы у Гарри было время воспользоваться камином. Панси вытащит Амбридж из её кабинета, Гарри проберётся внутрь, а Драко с Блейзом будут дежурить снаружи.       Панси сначала настаивала на том, чтобы Драко пошел с ней, как ещё один член Инспекционной дружины, но Драко наотрез отказался. На самом деле, Драко хотел пойти в кабинет вместе с Гарри, но Гарри объяснил, что тот не может быть там из-за Фиделиуса.       Глаза Гермионы расширились от его слов, но она, к счастью, ничего не сказала.       — Только не наделай глупостей, пока будешь там один, — попросил Драко, выглядя очень недовольным.       Они разошлись в разные стороны, и секунды, казалось, затянулись. Шрам Гарри охватил зуд, но, как ни странно, это его утешило. Конечно, если бы Волан-де-Морт убил Сириуса, он бы испытал ещё один приступ ослепляющей боли.       Он, Драко и Блейз наблюдали, как Панси неистово стучит в дверь Амбридж. Амбридж высунула голову, выглядя несколько встревоженной, и Панси, воспользовавшись этим, выразительно указала на коридор в противоположном от ребят направлении.       Как по команде, раздалось жужжание, затем громкий хлопок, и Амбридж с Панси бросились в сторону шума.       Гарри пронёсся по коридору и ворвался в кабинет, сразу же направившись к камину. Он зачерпнул, наверное, больше летучего пороха, чем требовалось, и бросил его в огонь, почувствовав облегчение, когда пламя стало зелёным.       — Площадь Гриммо, двеннадцать! — крикнул он, сунув голову в огонь.       — Сириус! — закричал он, когда перед его глазами проплыла кухня в особняке Блэков, а его колени по-прежнему твёрдо стояли на полу в кабинете Амбридж.       Кухня была пуста и темна, и Гарри охватила волна ужаса. Казалось, во всём доме царит тишина.       — Сириус! — снова позвал он, и тут же его выдернули за плечи из пламени. Кабинет Амбридж снова появился в его поле зрения, и Драко навис над ним с напряжённым выражением лица.       — Вставай и доставай свою палочку, — прошипел Драко. Блейз стоял за его спиной и смотрел на Гарри с безумным видом.       Он поднялся на ноги и взял палочку в руку.       — Сириуса не…       — Заткнись, — прошипел Драко. — Амбридж идёт.       Как только он произнёс эти слова, дверь распахнулась, и внутрь вошла Амбридж с выражением самодовольного удовлетворения на неприятных чертах лица.       — Директриса! — Драко ткнул палочкой в бок Блейза. — Мы с Гарри только что поймали Блейза за проникновением в Ваш кабинет.       Гарри нехотя направил свою палочку на мулата, и Амбридж одарила их кислой, отталкивающей улыбкой.       — Ваши друзья тоже поймали несколько преступников.       Очередная волна адреналина, вызванная ужасом, захлестнула Гарри, когда он увидел, как Панси, держа под прицелом палочки, заводит в кабинет Гермиону, Невилла и Рона, а за ними вошли остальные члены Инспекционной дружины.       Блять. Миллисент, Винс и Грег понятия не имели о плане, а Панси не могла объяснить его в присутствии Амбридж.       — Вы весь год создавали проблемы, мистер Забини, — объявила директриса. — Сейчас я с Вами разберусь, — она повернулась к гриффиндорцам. — Но сначала, я думаю, пришло время исключить этих троих, как вы считаете?       Гермиона задохнулась, в ужасе прижав руки ко рту, а Рон издал крик:       — Ты… ты поганый… — Рон что-то неразборчиво прошипел и бросил на Гарри яростный взгляд. — Ты подставил нас, Поттер!       — Он? — переспросила Амбридж, не подавая виду, что её это действительно волнует. — Я думаю, гораздо важнее то, что вы позволили Дамблдору манипулировать собой.       — Дамблдор не манипулировал нами! — вызывающе заявила Гермиона.       У них не было времени на это.       Палочка Гарри дрожала, и он увидел, как Блейз бросил на него встревоженный взгляд. Сириуса пытали, а они стояли вокруг и играли в марионеток перед Амбридж.       — У Дамблдора могут быть свои недостатки, — сказал Гарри, его голос был низким и опасным, — но он всё равно в миллион раз лучше, чем Вы когда-либо будете.       В наступившей в кабинете тишине было слышно, как падает булавка. Амбридж медленно повернула голову в сторону Гарри.       — Прошу прощения, мистер Поттер?       — Ты слышала меня, жалкая жаба, — прорычал Гарри.       Амбридж в полном недоумении уставилась на Гарри и неодобрительно поджала губы.       — У меня были сомнения на Ваш счёт, Поттер, и я вижу, что была права, — вздохнула она. — Но думаю, Вы поймете, что Вас больше, чем нужно.       В ответ Гарри лишь отвёл палочку от Блейза и направил на голову Амбридж.       — Ты не мог подождать ещё десять часов, Гарри? — безразлично поинтересовался Блейз.       — У меня нет десяти часов, Блейз, — парировал Гарри. У Сириуса не было десяти часов.       Драко издал многострадальный вздох и тоже убрал палочку.       Один за другим остальные члены Инквизиторского отряда перевели палочки со своих пленников на Амбридж, хотя Миллисент, Винс и Грег, казалось, были в некотором замешательстве.       Амбридж повернула голову, и страх быстро омрачил её черты лица.       — Что это такое? — потребовала она.       — Мы отправили письма в "Ежедневный пророк", а также в "Придиру" на случай, если "Пророк" не поможет, — ухмыльнулся Блейз.       — Письма? По поводу чего? — нервно уточнила Амбридж.       — Вас, — просто ответил Гарри.       — Использование пера, пропитанного магией крови, на студентах, накачивание студентов Веритасерумом, использование Непростительных на студентах, а затем использование Обливиэйта… — Блейз перечислял преступления, загибая пальцы. — Даже если ордер не удастся получить, в прессе о Вас точно начнут судачить.       Несмотря на все свои переживания за Сириуса, Гарри почувствовал вспышку гордости. Блейз сделал так, чтобы это произошло.       — Ордер? — медленно повторила Амбридж.       — Ожидайте прибытия авроров к утру, — продолжил мулат.       На лице Амбридж расцвело понимание, она открыла рот, чтобы ответить, и тут…       — Ступефай!       Панси метнула в неё оглушающее.       — Прости, — сказала Панси, не испытывая ни капли вины. — Я знаю, что ты, возможно, хотел сделать это, Гарри, или что Блейз заслуживал этого больше, но… Я очень, очень хотела.       — Что… какого чёрта? — недоумевал Рон, глядя на смятую фигуру Амбридж. — Вы все участвовали в этом?       — Тебе удалось связаться с Блэком? — спросил Драко у Гарри, игнорируя Рона.       Гарри покачал головой.       — Нет. Его не было дома. Так что теперь мне нужно придумать, как попасть в Отдел Тайн.       Комната, казалось, взорвалась от его слов.       — Что? — воскликнула Панси.       — Из всех этих глупых… гриффиндорских идей… — недоверчиво начал Блейз.       — Именно поэтому я не хотел, чтобы ты оставался у камина один! — Драко фыркнул. — Ты даже не знаешь наверняка, есть ли у Тёмного Лорда Блэк…       — Да, я знаю! — крикнул Гарри в ответ.       — Либо у Тёмного Лорда твой крёстный, либо он готовит для тебя ловушку! — прошипел Блейз. — В любом случае, ты идёшь прямо ему в руки, идиот гриффиндорский!       — Простите? — нахмурился Рон.       — Гарри, я с ними согласна, — вклинилась Гермиона, махнув рукой, чтобы заткнуть Рона. — Я считаю маловероятным, что Волан-де-Морт попал в…       — Конечно, ты мне не веришь, — цокнул Гарри, покачав головой. — Никто мне не верит. Это то, что происходило весь год…       — Мы верим, что ты видел то, что видел, Гарри, — перебил Драко, явно прилагая усилия, чтобы успокоить свои нервы.       — Но это твоё полное отсутствие инстинкта самосохранения снова даёт о себе знать, — усмехнулся Блейз.       — Мне всё равно! — огрызнулся Гарри. — Если я ничего не сделаю, Сириус не выживет!       — Гарри… — Драко встал прямо в поле зрения Гарри. — То, что сказал Блейз, — правда. Независимо от того, реально ли это или это просто ловушка, ты попадёшь прямо в лапы Тёмного Лорда. Я знаю, это трудно, но…       — Если Сириус умрёт, пока я тут сидел, я себе этого никогда не прощу, — яростно заявил Гарри. А потом, в порыве злости, добавил. — И я никогда не прощу тебе, что ты меня остановил.       Глаза Драко расширились, а его и без того бледный цвет лица приобрёл мертвенный оттенок.       — Эмоциональные манипуляции тебе не к лицу, Гарри, — ехидно вставила Панси, но его глаза не отрывались от глаз Драко.       — Панси, заткнись, — тихо обрубил Драко.       Казалось, он изучает Гарри, и Гарри уже знал, какое выражение застыло на лице Драко — так он выглядел каждый раз, когда вычислял Гарри. Драко принимал это выражение всякий раз, когда понимал, что именно на уме у Гарри.       И на этот раз Гарри хотел, чтобы Драко прочёл его. Он хотел, чтобы Драко понял, что ему нужно это сделать.       — Мы не сможем убедить тебя в обратном, не так ли? — наконец вздохнул Драко. — Тебя не остановить.       Гарри лишь покачал головой.       — Камин здесь… он ведь настроен не только на звонки, верно? — уточнил он. — Вот почему ты не хотел, чтобы я оставался здесь один.       Драко вздохнул.       — Верно. Насколько я знаю, это позволит тебе отправиться только в Министерство, но…       Гарри кивнул.       — Значит, так я туда и попаду.       — Подожди… — вмешалась Гермиона. — Ты… действительно собираешься пойти туда, Гарри?       — Да.       — Мы пойдём с тобой, — подал голос Рон, и Гарри удивлённо посмотрел на него.              — Что? Я думал…       — Это было точно так же, как то видение, в котором ты видел змею и моего отца, не так ли? — перебил Рон. Когда Гарри кивнул, решимость на лице Рона стала ещё более твердой. — Ну, это твоё видение спасло жизнь моему отцу, — Рон сделал паузу. — И ты не единственный, кто заботится о Сириусе.       — Думаю, я тоже в деле, — подал голос Невилл. Его голос дрожал от нервозности, но он всё равно звучал решительно.       — Я не могу в это поверить, — пробормотал Блейз. — Из всех этих дурацких гриффиндорских планов…       — Да, мы все прекрасно поняли, что ты считаешь это гриффиндорской выходкой, — раздражённо огрызнулся Гарри.       — Вы все умрёте жуткой смертью! — воскликнул мулат.       — Я совершенно согласна, — поддержала слизеринца Панси.       — Мне плевать, — выплюнул Гарри.       Панси посмотрела на Драко через плечо с прищуренным выражением лица, а затем вздохнула.       — Отлично, — она направила палочку на распростёртую на полу Амбридж, Гарри почти забыл, что она там была. — Инкарцеро! — из палочки тут же вырвались верёвки и обвились вокруг директрисы, крепко связав её, а затем девушка подняла Амбридж в воздух. — Полагаю, я присмотрю за этим мусором, пока тебя не будет, — она бросила на Драко выразительный взгляд, нахмурившись. — Проследи, чтобы он не натворил ничего необдуманного, Драко.       — Драко? — переспросил Гарри, сбитый с толку. — Он не…       — Нет, — твёрдо сказал Драко. — Я иду с тобой.       — Что?! Ты совсем спятил, Драко?! — закричал Блейз.       — Очевидно, да, — сухо ответил Драко.       Гарри мог только потрясённо смотреть на него.       — Но… — он сделал паузу, сглотнув. — Ты не… ты не должен делать этот выбор сейчас, — прошептал он.       Драко пожал плечами, стараясь казаться непринуждённым, но при этом нервно сглатывая.       — Я уже сделал его.       Гарри охватило тепло, но за ним тут же последовал страх. Если отец Драко узнает, они не будут знать, как он поступит. Хуже того, вполне возможно, что отец узнает об этом в считанные минуты, независимо от того, будет ли он в Отделе Тайн или нет.       — Я не могу… Я не могу заставить тебя сделать это, — возразил Гарри, качая головой.       — Это не тебе решать, — хмыкнул Драко. — Ты же сказал, что это мой выбор, верно?       — О чём вы вообще говорите? — Рон был сбит с толку. — И почему Малфой идёт?       — Это заставляет меня ещё больше верить в то, что это ловушка, Гарри, — поджала губы Гермиона. — Я пойду с тобой, но Малфой…       — Я ему доверяю, — перебил Гарри. И на этом всё закончилось. Он доверял Драко, и он доверял его выбору. — Мы теряем время. Идём.       — Если кто-то из вас умрёт, я воскрешу и заново убью вас, — проворчала Панси, вытаскивая бессознательную Амбридж за дверь и намеренно ударяя её головой о косяк.       — Принято к сведению, — хмыкнул Гарри и повернулся к камину. Он схватил горсть летучего пороха и, бросив последний взгляд на Драко, вздохнул, прежде чем бросить его в пламя.       — Министерство Магии!